5

Правило 6

7

О епитимии для сребролюбивых.

Не знаю, каким образом наши отцы оставили без врачевания иной вид идолослужения (ибо так божественный апостол называет любостяжание (см. Кол.3:5)), хотя кажется, что это зло является болезнью трех составляющих души. Ведь и разум, погрешая в суждении о благе, воображает, будто благо заключается в веществе, и взирает не на невещественную красоту; и желание устремляется к низшему, удаляясь от истинно вожделенного; и спорливый, гневливый нрав получает из этого источника много поводов для себя. В целом говоря, этот недуг соответствует апостольскому определению любостяжания: божественный апостол объявил его не только идолослужением, но и корнем всех зол (см. 1Тим.6:10). И тем не менее этот вид болезни оставлен без внимания и попечения, а потому в Церквах этот недуг усиливается и никто не испытывает тех, кого принимают в клир, не осквернены ли они этим видом идолослужения. Однако поскольку отцы оставили это без внимания, мы считаем достаточным, насколько возможно, врачевать это всенародным словом учения, очищая посредством слова недуги любостяжания, как некие болезни, происходящие от излишества (πληθωρικά).

Страстью мы считаем только воровство, вскрытие гробниц и святотатство, поскольку таково у нас преемственное отеческое предание об этом, хотя Божественным Писанием запрещены лихва, проценты и приобретение чужого в свою собственность благодаря какой-либо власти, пусть даже это происходит под видом сделки. Итак, поскольку наше мнение не столь достойно веры, чтобы иметь силу правил, то теперь к сказанному мы добавим каноническое решение о бесспорно запрещенном.

Воровство делится на грабеж и на кражу; цель обоих преступлений одна – похищение чужого, но они сильно разнятся по душевному расположению преступников. Грабитель для достижения цели прибегает даже к человекоубийству, для этого именно готовя себе оружие, подбирая множество помощников и пользуясь удобными местами, и потому, если он, раскаявшись, вернется в Церковь Божию, подлежит такому же наказанию, как и человекоубийцы. А тот, кто присваивает себе чужое через тайное похищение, если потом объявит иерею на исповеди свое согрешение, пусть уврачует недуг усердием в том, что противоположно страсти, а именно в раздаче имущества бедным, чтобы, расточив то, что имеет, стать ему чистым от недуга любостяжания. Если же у него ничего нет, кроме тела, то апостол велит исцелять эту страсть телесным трудом. А слово его гласит: Кто крал, вперед не кради, а лучше трудись, делая своими руками полезное, чтобы было из чего уделять нуждающемуся (Еф.4:28).

Τὸ δὲ ἕτερον εἶδος τῆς εἰδωλολατρίας, οὕτω γὰρ ὀνομάζει τὴν πλεονεξίαν ὁ θεῖος ἀπόστολος, οὐκ οἶδ᾿ ὅπως ἀθεράπευτον ὑπὸ τῶν Πατέρων ἡμῶν παρώφθη, καίτοι γε δοκεῖ τὸ τοιοῦτον κακὸν τῆς τριττῆς ἐν τῇ ψυχῇ καταστάσεως πάθος εἶναι. Καὶ γὰρ ὁ λογισμὸς τῆς τοῦ καλοῦ κρίσεως ἁμαρτάνων, ἐν τῇ ὕλῃ τὸ καλὸν εἶναι φαντάζεται, οὐ πρὸς τὸ ἄϋλον ἀναβλέπων κάλλος. Καὶ ἡ ἐπιθυμία πρὸς τὰ κάτω ῥεῖ, τοῦ ἀληθοῦς ὀρεκτοῦ ἀπορρέουσα. Καὶ ἡ φιλόνεικός τε καὶ θυμώδης διάθεσις, πολλὰς τῆς τοιαύτης ἁμαρτίας τὰς ἀφορμὰς λαμβάνει. Καί, τὸ ὅλον εἰπεῖν, συμφωνεῖ ἡ τοιαύτη νόσος τῷ ἀποστολικῷ τῆς πλεονεξίας ὅρῳ. Ὁ γὰρ θεῖος ἀπόστολος, οὐ μόνον αὐτὴν εἰδωλολατρίαν, ἀλλὰ καὶ ρίζαν πάντων τῶν κακῶν ἀπεφήνατο. Καὶ ὅμως τὸ τοιοῦτον εἶδος παρώφθη τῆς νόσου ἀνεπίσκεπτόν τε καὶ ἀτημέλητον, διὸ καὶ πλεονάζει κατὰ τὰς ἐκκλησίας τὸ τοιοῦτον ἀρρώστημα, καὶ οὐδεὶς τοὺς ἐπὶ τὸν κλῆρον ἀγομένους περιεργάζεται, μήπως τῷ τοιούτῳ εἴδει τῆς εἰδωλολατρίας κατεμιάνθησαν. Ἀλλὰ περὶ μὲν τούτων, διὰ τὸ παρεῖσθαι τοῖς Πατράσιν ἡμῶν, ἀρκεῖν ἡγούμεθα τῷ δημοσίῳ τῆς διδασκαλίας λόγῳ, ὅπως ἂν οἷόν τε ᾖ θεραπεύειν, ὥσπερ τινὰ πάθη πληθωρικὰ τὰς πλεονεκτικὰς ἀρρωστίας διὰ τοῦ λόγου καθαίροντες. Μόνην δὲ τὴν κλοπὴν καὶ τὴν τυμβωρυχίαν καὶ τὴν ἱεροσυλίαν πάθη νομίζομεν, διὰ τὸ οὕτως ἐκ τῆς τῶν Πατέρων ἀκολουθίας τὴν παράδοσιν ἡμῖν περὶ τούτων γενέσθαι, καίτοι γε παρὰ τῆς θείας Γραφῆς καὶ ὁ πλεονασμὸς καὶ ὁ τόκος τῶν ἀπειρημένων ἐστί, καὶ τὸ ἐκ δυναστείας τινὸς τῇ ἰδίᾳ κτήσει προσαγαγεῖν τὰ ἀλλότρια, κἂν ἐν προσχήματι πραγματείας τὸ τοιοῦτον τύχῃ γινόμενον. Ἐπειδὴ τοίνυν τὸ καθ᾿ ἡμᾶς εἰς ἐξουσίαν κανόνων οὐκ ἀξιόπιστον, τὴν ἐπὶ τῶν ὁμολογουμένως ἀπηγορευμένων κακονικὴν κρίσιν ἤδη τοῖς εἰρημένοις προσθήσομεν. Διῄρηται δὲ ἡ κλοπὴ εἴς τε λῃστείαν καὶ εἰς τοιχωρυχίαν· καὶ εἷς μὲν ἐπ᾿ ἀμφοτέρων σκοπός, ἡ τῶν ἀλλοτρίων ἀφαίρεσις, πολλὴ δὲ κατὰ τὴν γνώμην αὐτῶν ἡ πρὸς ἀλλήλους ἐστὶ διαφορά. Ὁ μὲν γὰρ λῃστὴς καὶ τὴν μιαιοφονίαν εἰς συμμαχίαν τοῦ σπουδαζομένου παραλαμβάνει, πρὸς αὐτὸ τοῦτο παρασκευαζόμενος καὶ ὅπλοις καὶ πολυχειρία καὶ τοῖς ἐπικαίροις τῶν τόπων, ὥστε τὸν τοιοῦτον τῷ κρίματι τῶν ἀνδροφόνων ὑπάγεσθαι, διὰ μεταμελείας πρός τήν Ἐκκλησίαν τοῦ Θεοῦ ἐπαναγάγοι! Ὁ δὲ δι᾿ ὑφαιρέσεως λανθανούσης σφετεριζόμενος τὸ ἀλλότριον, εἶτα δι᾿ ἐξαγορεύσεως τὸ πλημμέλημα ἑαυτοῦ τῷ ἱερεῖ φανερώσας, τῇ περὶ τὸ ἐναντίον τοῦ πάθους σπουδῇ θεραπεύσει τὴν ἀρρωστίαν. Λέγω δέ, διὰ τοῦ τὰ προσόντα παρέχειν τοῖς πένησιν, ἵνα, τῷ προέσθαι ἃ ἔχει, φανερὸς γένηται καθαρεύων τῆς κατὰ πλεονεξίαν νόσου. Εἰ δὲ καὶ μηδὲν ἔχοι, μόνον δὲ τὸ σῶμα ἔχοι, κελεύει ὁ ἀπόστολος, διὰ τοῦ σωματικοῦ κόπου τὸ τοιοῦτον ἐξιάσασθαι πάθος, ἔχει δὲ ἡ λέξις οὕτως· Ὁ κλέπτων μηκέτι κλεπτέτω, μᾶλλον δὲ κοπιάτω ἐργαζόμενος τὸ ἀγαθόν, ἵνα ἔχῃ μεταδιδόναι τῷ χρείαν ἔχοντι.

Толкования

Зонара. Сказав, что страсть сребролюбия дает худое направление душевным силам и вместе повреждает каждую из них, и что из него рождаются многоразличные страсти, святый сравнил его со страданиями, происходящими от избытка влаг (πληθωρικά). А словом πληθωρικάу врачей называется то, когда четыре материи, из которых состоят тела, возрастут и умножатся в соответственной каждой материи пропорции, и страдания, какие случаются от умножения материй, скопившихся в одном месте. Называются πληθωρικά νοσήματα; таким образом и здесь этот мудрый отец справедливо назвал страсти, происходящие от любостяжания словом: πηηθωρικά, так как оно, любостяжание, извращает все наши душевные силы и напрягает их во вред для души. Итак, говорит, прочие болезни любостяжания мы должны врачевать словом учения; а татьбу, святотатство и гробокопательство, не оставленные отцами без канонических епитимий, отнести к числу вышеупомянутых (тяжких болезней); к числу возбраненных же в божественном Писании дел относится, говорит, лихва, рост и приобщение к своему стяжанию чужого чрез какое-либо преобладание. Но хотя в Писании и запрещено это, мы, говорим, не будем назначать за это канонических епитимий, потому что не считаем себя уполномоченными, чтобы своею властию полагать правила и епитимии согрешающим. А сказав о татьбе разделяет ее на разбой и подкоп, и говорит, что цель одна и у тех, которые разбойничают, и у тех, которые делают подкопы, – отнятие чужого; но между ними большое различие; ибо разбойник приготовляется и к человекоубийству, нося оружие и занимая места, удобные для нападения. Итак, таковых, если покажут расположение к покаянию, должно, говорит, наказывать судом человекоубийц; а похищающего чужое тайным образом и исповедующего свой грех врачевать расположением к противному, именно: так как они по любостяжательности похищали чужое, то должны раздать нищим и свое, дабы таким образом видно было, что они освободились от любостяжания; ибо кто не щадит своего, тот не пожелает чужого. А если, говорит, они не имеют денег, чтобы раздать их, то (каждый из них) должен своими трудами врачевать страсть, то есть трудится в работе и из того, что добывает посредством труда, раздавать нуждающимся. Это – Апостольская заповедь; ибо великий Павел говорит: крадый к тому да не крадет, но паче да труждается, делая благое, да имать подати требующему (Еф.4:28). Все это – о похищающем чужое тайно. Если же и он вооружен мечем и готов воспользоваться им против своего противника, то, как мне кажется, должен быть наказан подобно разбойнику, потому что и намерение имеет подобное же.

Синопсис. Другой вид идолослужения – любостяжание, происходящее от трех сил души (ибо и разум погрешает в суждении о добре, и вожделение страждет, и раздражение увлекается), тем не менее отцами оставлен без внимания. Итак, пусть врачует недуги любостяжания всенародное слово учения, на сколько возможно. А виды татьбы – разбой и подкоп; но за разбойником следует и человекоубийство; ибо он к этому приготовлен и оружием и скопищем подобных себе и местами, почему он и подвергается осуждению человекоубийц. Похищающий же и исповедующийся должен разделить и собственное.

Вальсамон. Святый недоумевает, каким образом страсть любостяжания, то есть сребролюбия, оставлена отцами без указания врачевания, так как они не назначили епитимий для тех, кто одержим ею, несмотря на то, что Апостол назвал ее идолослужением; а между тем, говорит, от этого, по-видимому, страдают и уклоняются от прямого направления (все) три душевные силы: ибо мыслительная сила души неправильно, но ложно и погрешительно; так как погрешает в суждении о добре, то есть не достигает (такого суждения) и, не обращая взора к красоте невещественной, то есть к познанию, на сколько возможно, Бога и к наслаждению будущими благами, мечтательно полагает, что благо – в веществе; а обманчивую мысль и ложное представление, будто благо заключается в деньгах и в богатстве и в прочем тому подобном, святый прилично назвал мечтою. И сила вожделения, уклонясь от истинно вожделенного, то есть от божественного естества и от небесного, стремится к земному и преходящему. И сила раздражения находит много поводов к тому, чтобы вдаваться в свары; ибо из алчности к деньгам (происходят) и ссоры, и вражда, и брани, по божественному Апостолу: корень всем злым сребролюбие есть (1Тим.6:10). Но не смотря и на это, говорит, страсть сия оставлена у отцев без особого рассмотрения и врачевания, – почему и умножается в церкви; так как многие болеют ею, и никто не испытывает поставляемых в клир, то есть рукополагаемых, не осквернились ли они когда-нибудь этим идолослужением. Но поскольку это опущено отцами, то есть оставлено без епитимии и наказания, то (зло) это должно быть врачуемо, по возможности, всенародным учением, то есть: мы должны, уча всенародно людей, совершить изгнание зла, уничтожая посредством слова недуги любостяжания, как бы некие болезни от избытка влаг. А сказав, что страсть сребролюбия дает худое направление душевным силам и вместе повреждает каждую из них, и что из нея рождаются многоразличные страсти, святый сравнил их с страданиями, происходящими от избытка влаг, пользуясь выражениями врачебной науки в самом точном их смысле, как это можно видеть и в (других) его сочинениях. Ибо словом πληθωρικά называется у врачей то, когда четыре материи, из которых состоят тела, возрастут и умножатся в соответственной каждой материи пропорции, и страдания, какие случаются от умножения материй, скопившихся в одном месте, называются πληθωρικάνοσήματα. Так точно и здесь этот мудрый отец справедливо назвал страсти, происходящие от любостяжания, словом πληθωρικά, так как оно, любостяжание, извращает все наши душевные силы и напрягает их во вред для души. Итак, говорит, прочие болезни любостяжания мы должны врачевать словом учения; а татьбу, святотатство и гробокопательство, не оставленные отцами без канонических епитимий, отнести к числу выше указанных тяжких болезней; к числу возбраненных же в божественном Писании дел относится, говорит, лихва, рост и приобщение к своему стяжанию чужого чрез какое-либо преобладание. Лихва есть то, когда кто дает кому-нибудь хлеба, или вина, или елея, или чего-нибудь другого с тем, чтобы получить однородного вещества более, чем сколько дано; например кто-нибудь дал пятьдесят мер вина с тем, чтобы получить семьдесят, или больше; слово же «рост» употребляется о деньгах. А «чрез некое преобладание» сказал потому, что хотя бы кто присвоил себе чужое и не своею силою, но сделал это чрез посредство постороннего насилия все-таки он подлежит тому же осуждению. Ибо пророческое слово говорит: горе совокупляющим дом к дому и село к селу, да ближнему отъимут что (Ис.5:8). Но хотя в Писании это и запрещено, мы, говорит, не будем назначать за это канонических епитимий, потому что наше мнение не на столько достойно веры, чтобы иметь силу свойственную правилам, потому что мы не считаем себя достойными веры в канонические власти, то есть чтобы собственною нашею властию и судом полагать каноны и епитимии для согрешающих. А сказав о татьбе, разделяет ее на разбой и подкоп, и говорит, что цель одна и у тех, которые разбойничают, и у тех, которые делают подкопы – отнятие чужого; но между ними должно положить большое различие; ибо разбойники приготовляются и к человекоубийству, нося оружие, занимая удобные для нападения места, имея при себе и скопище, то есть многих пособников и будучи готовы к убийствам. Итак, таковых, если они покажут расположение к покаянию, должно, говорит, наказывать судом человекоубийц. А того, кто тайно похищает чужое и исповедует свой грех, должно, говорит, врачевать расположением к противному, именно: так как он не любостяжательности присвоил себе чужое, должен раздать нищим и свое, дабы таким образом видно было, что он оставил любостяжание; ибо кто не щадит своего, тот не пожелает чужого. А если, говорит, он не имеет денег, чтобы раздать их, то должен своими трудами врачевать страсть, то есть трудиться в работе и из того, что добывает посредством труда, раздавать нуждающимся. Это Апостольская заповедь; ибо божественный Павел говорит: крадый к тому да не крадет, но паче да труждается, делая благое, да имать подати требующему (Еф.4:28). Все это – о похищающих чужое тайно. Если же и он пользуется мечем и готов употребить его против своего сопротивника, то, как я думаю, должен быть наказан подобно разбойнику, потому что и намерение имеет подобное же.

Славянская кормчая. 2‑й идолослужения образ, лихоимство есть, от трех душевных частей бывающе: помысл бо доброго суда погрешает, и похоть желает, и ярость помогает: обаче предзреша се святии отцы, да вселюдское убо учения слово, аще каково си есть, лихоимства болезний уврачует. Татьбы же образы, разбой, раскопание стенам, сия последуют разбойнику и убийство. Утворил бо есть к таковым оружием, и помощию друг и месты, тем же, и суду убийц повинен есть. В тайне же крадыи егда обратився исповесться, да раздает и яже украде, и своя нищим.

Толкование еп. Никодима (Милаша). См. по ссылке.

Пидалион или «Греческая кормчая книга». См. по ссылке.

Комментировать