Прощеное воскресенье

Андрей Дес­ниц­кий

Обряд все­об­щего про­ще­ния, кото­рым завер­ша­ется мас­ле­ница и откры­ва­ется Вели­кий пост, застав­ляет даже неве­ру­ю­щих заду­маться о том, что значит про­щать и при­ни­мать про­ще­ние и зачем это вообще бывает нужно.

Мас­ле­ницу в России празд­нуют даже неве­ру­ю­щие — куда как инте­ресно наку­шаться блинов под водочку и пове­се­литься на свежем весен­нем воз­духе! Все­рьез поститься боль­шин­ство весе­ля­щихся и не соби­ра­ется, но почти все знают, что послед­ний день мас­ле­ницы, кото­рый вводит веру­ю­щих «во дни печаль­ные Вели­кого поста» (А.С. Пушкин), назы­ва­ется Про­ще­ным вос­кре­се­ньем.

К концу этого дня в пра­во­слав­ных храмах слу­жится вечерня, к завер­ше­нию кото­рой насто­я­тель и все кли­рики выхо­дят из алтаря к при­хо­жа­нам и просят про­ще­ния за все воль­ные и неволь­ные обиды и огор­че­ния. В испол­не­нии хора звучит прон­зи­тель­ный плач Адама об уте­рян­ном рае, а при­хо­жане по оче­реди под­хо­дят к свя­щен­ни­кам и просят про­ще­ния у них. На обрат­ном пути сквозь толпу каждый сможет ска­зать зна­ко­мым, полу­зна­ко­мым, а то и вовсе незна­ко­мым людям:

— Про­стите меня, пожа­луй­ста!

— Бог про­стит, а ты меня прости!

Кто-то В этот день позво­нит после службы своим родным и близ­ким по теле­фону, кто-то пошлет е‑mail… Тех­ника рас­ши­ряет гра­ницы про­ще­ния.

Мне рас­ска­зы­вали об одном чело­веке, для кото­рого глав­ным дока­за­тель­ством под­лин­но­сти Пра­во­сла­вия стало как раз Про­ще­ное вос­кре­се­нье, кото­рого дей­стви­тельно нет ни у като­ли­ков, ни у про­те­стан­тов. Но неве­ру­ю­щие, к кото­рым в этот день обра­ща­ются с прось­бой о про­ще­нии их родные и зна­ко­мые хри­сти­ане, обычно бывают очень удив­лены: а чего это они? Вроде, все нор­мально…

В совре­мен­ной свет­ской куль­туре при­нято гово­рить «изви­ните», когда насту­пают на ногу или просто хотят при­влечь вни­ма­ние, чтобы спро­сить, кото­рый час. Но про­сить про­ще­ния у того, перед кем дей­стви­тельно вино­ват — не при­нято. Кон­крет­ная вина обычно пря­чется за гром­кими сло­вами, за идео­ло­ги­че­скими штам­пами, за эко­но­ми­че­ской выго­дой или поли­ти­че­ской целе­со­об­раз­но­стью, за «все так делают», нако­нец…

Но хри­сти­ан­ство, при­зван­ное вопло­тить Цар­ство Небес­ное в обы­ден­ной жизни, гово­рит: все мы вино­ваты перед всеми, с кем дово­ди­лось стал­ки­ваться. Хотя бы потому, что не смогли, да нико­гда и не сможем осу­ще­ствить в полной мере еван­гель­ских запо­ве­дей по отно­ше­нию друг ко другу. Все вино­ваты, но у всех есть воз­мож­ность про­стить и полу­чить про­ще­ние.

Каждый веру­ю­щий при­зван поста­вить себя на место блуд­ного сына, кото­рый обра­ща­ется к отцу со сло­вами: «я согре­шил против неба и пред тобою». Всякий грех, всякий промах, всякая ошибка делает чело­века винов­ным прежде всего перед Богом, и во вторую оче­редь — перед ближ­ним. Потому и на просьбу о про­ще­нии отве­чают «Бог про­стит», пред­по­ла­гая, что каждый из нас и мы все вместе нахо­димся в оди­на­ко­вом поло­же­нии перед Высшим Судьей, и мелоч­ные обиды и недо­ра­зу­ме­ния между нами сами по себе значат не так уж и много.

Соб­ственно, насту­па­ю­щий пост есть время пока­я­ния перед Богом. По-своему его могут пере­жи­вать и те, кто щедро сыпет зеле­ные купюры в цер­ков­ную кружку и не обра­щает ника­кого вни­ма­ния на людей, сле­зами, потом и кровью кото­рых эти купюры опла­чены. Глав­ное — дого­во­риться с Тем, Кто наверху. Но в Еван­ге­лии мы видим совсем другой подход: «если ты при­не­сешь дар твой к жерт­вен­нику и там вспом­нишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жерт­вен­ни­ком, и пойди прежде при­ми­рись с братом твоим, и тогда приди и при­неси дар твой» — так пере­дает слова Христа еван­ге­лист Матфей. Почему же при­ми­ре­ние с Богом откры­ва­ется только после при­ми­ре­ния с людьми? Не логич­нее ли, наобо­рот, начи­нать с глав­ного?

Ответ на этот вопрос тоже содер­жится в Новом Завете, у апо­стола любви Иоанна:

«Бога никто нико­гда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пре­бы­вает… Кто гово­рит: “я люблю Бога”, а брата своего нена­ви­дит, тот лжец: ибо не любя­щий брата своего, кото­рого видит, как может любить Бога, Кото­рого не видит?». Наши отно­ше­ния с ближ­ним есть самый верный пока­за­тель наших отно­ше­ний с Богом и одно­вре­менно — школа этих отно­ше­ний.

Мит­ро­по­лит Анто­ний Сурож­ский рас­ска­зы­вал исто­рию об уми­рав­шей пожи­лой жен­щине, кото­рая при­гла­сила его испо­ве­дать и при­ча­стить ее перед смер­тью, и на испо­веди ска­зала, что из всех людей в мире не готова была про­стить только своего зятя. Он отка­зался читать над ней молитву о раз­ре­ше­нии грехов, пока она отка­зы­вала в про­ще­нии хоть одному чело­веку — и тем самым добился пере­мены. Она позво­нила зятю, поми­ри­лась с ним, позвала его к своей постели и умерла на его руках, приняв таин­ства с надеж­дой на про­ще­ние своих грехов в веч­но­сти.

«Про­щайте, и про­щены будете» — вот еще заме­ча­тель­ные слова из Еван­ге­лия, но что озна­чает про­щать? Для кого-то это просто риту­аль­ное дей­ствие — руко­по­жа­тие, поце­луй, при­вет­ли­вое слово, за кото­рыми по-преж­нему скры­ва­ются обида и недо­вер­чи­вость. Кто-то идет дальше и ста­ра­ется не вспо­ми­нать сде­лан­ного ему зла. Есть и такие, кто, как отец из притчи о блуд­ном сыне, сам бежит навстречу про­ви­нив­ше­муся и делает все воз­мож­ное и невоз­мож­ное, чтобы вос­ста­но­вить раз­ру­шен­ные добрые отно­ше­ния. У каж­дого своя мера.

Не менее сложно, чем про­стить — при­нять про­ще­ние и пове­рить, что все дей­стви­тельно прошло. Люди могут годами при­но­сить на испо­ведь одни и те же грехи, не раз­го­ва­ри­вать с теми, кто, как им кажется, по-преж­нему что-то имеет против них. В несе­нии этого груза они нахо­дят свою сла­дость, кото­рую иногда почему-то назы­вают сми­ре­нием или скром­но­стью. «Я него­дяй» — эти слова ничем никому не помо­гут, если не доба­вить к ним: «но я попро­бую стать лучше».

Это будет трудно, это нало­жит на меня новую ответ­ствен­ность, но без этого про­ще­ние, кото­рое я наде­юсь полу­чить, оста­ется недей­стви­тель­ным, потому что я его на самом деле не при­ни­маю. Я хочу остаться таким, какой я есть.

Да, истин­ное про­ще­ние — это еще и попытка пере­мены. Пост, кото­рый начи­на­ется сразу после Про­ще­ного вос­кре­се­нья, для хри­сти­а­нина как раз и служит спо­со­бом достичь этого изме­не­ния. Хри­сти­ане назы­вают это пока­я­нием и хотят всту­пить в него все вместе, никого не поте­ряв, и потому откла­ды­вают у порога поста то, что мешает их един­ству хотя бы в рамках отдель­ного при­хода, круга родных и зна­ко­мых. На пути к Богу важно никого не оста­вить за бортом.

Пока­я­ние начи­на­ется с воз­мож­но­сти про­ще­ния.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки