Сущность примирения и ее библейское обоснование

проф. В.Д. Сары­чев

Чело­век создан для вечной жизни в Боге, дости­га­е­мой чрез бого­упо­доб­ле­ние. Она мыс­лится при воз­вы­ше­нии разума чело­ве­че­ского к разуму Боже­ствен­ному, воли — к воле Божией, чув­ства — испол­не­нием любо­вию Боже­ствен­ной. Поста­вив чело­века в усло­вия физи­че­ского мира, Гос­подь указал глав­ное в духе, дав ему Свой образ и запо­ведь охра­не­ния духов­ной при­роды, чем опре­де­ли­лась воз­мож­ность необ­хо­ди­мых рели­ги­оз­ных отно­ше­ний чело­века с Богом. Их содер­жа­ние — обще­ние с Богом в жизни вре­мен­ной, цель — еди­не­ние с  Богом в жизни вечной, потому что в ней — смысл бытия чело­века. Эта цель могла быть достиг­нута только при том соот­но­ше­нии эле­мен­тов, состав­ля­ю­щих при­роду чело­века, кото­рое было дано Богом при тво­ре­нии. Един­ство Божие было выра­жено в чело­веке нрав­ствен­ной нераз­дель­но­стью его суще­ства, согла­сием всех его сил под гла­вен­ством духа. Мир духов­ный был началь­ным состо­я­нием пер­во­здан­ного чело­века и должен был утвер­ждаться в мире с Богом — согла­сии жизни чело­ве­че­ской с волей Боже­ствен­ной, дающей чело­веку высо­чай­шую сво­боду в без­раз­дель­ном опре­де­ле­нии себя к добру подобно сво­боде Боже­ствен­ной.

Воз­мож­ность такого само­опре­де­ле­ния была заклю­чена в бого­об­раз­ной при­роде чело­века; но его духов­ная само­сто­я­тель­ность не исклю­чала и избра­ние дру­гого пути, — само­утвер­жде­ния, авто­ном­но­сти, само­воль­ного направ­ле­ния жизни, что по суще­ству озна­чало про­тив­ле­ние воле Боже­ствен­ной, утерю сво­боды и пора­бо­ще­ние греху. Это озна­чало нару­ше­ние духов­ного мира с Богом, ибо всякое про­тив­ле­ние есть вражда и разъ­еди­не­ние. Есте­ственно, что укло­не­ние от источ­ника мира — Бога одно­вре­менно вызы­вало утерю и внут­рен­него мира чело­века, как того бого­об­раз­ного состо­я­ния и соот­но­ше­ния сил чело­ве­че­ской при­роды, кото­рые были свой­ственны ей при сотво­ре­нии. В гре­хо­па­де­нии чело­век не поте­рял своих духов­ных свойств и сохра­нил ту же самую физи­че­скую орга­ни­за­цию, с кото­рой осу­ще­ствила его в бытии воля Божия. И тем не менее он стал другим чело­ве­ком по своему нрав­ствен­ному состо­я­нию, потому что его паде­ние осу­ще­ствило то про­тив­ле­ние тела и духа, кото­рое как закон его гре­хов­ной при­роды, под­чи­нило его физи­че­скому закону греха1 и одно­вре­менно поста­вило его в ненор­маль­ное отно­ше­ние к Богу и миру. Потеря духов­ного мира состо­яла прежде всего в том, что люди, вынуж­да­е­мые жить по закону физи­че­ских потреб­но­стей, все — таки должны были судить свою жизнь по нрав­ствен­ному закону духов­ного совер­шен­ства. Прямое след­ствие отсут­ствия мира – страх пред Богом все­лился в души людей вместо бла­го­дат­ной любви. При­зван­ный к бла­жен­ному обще­нию с Богом и отверг­нув­ший этот призыв в уда­ле­нии от Бога, чело­век, по словам Мос­ков­ского мит­ро­по­лита Фила­рета, «рож­да­ется под гроз­ным небом. Зача­тый в без­за­ко­ниях, осуж­ден­ный на смерть прежде рож­де­ния, постав­лен­ный в про­ти­во­бор­стве со всею при­ро­дою, мстя­щею своему вла­дыке за поко­ре­ние себя суете, имея в разуме вождя, в наи­боль­ших опас­но­стях наи­бо­лее сле­пот­ству­ю­щего, в сердце друга, часто изме­ня­ю­щего, в сове­сти судию, коего бди­тель­ность ужасна для чув­ствен­но­сти, а усып­ле­ние для духа, — что есть бедный при­шлец земли, как не язвен­ный воин, при­нуж­ден­ный в одно время сра­жаться и с внеш­ними вра­гами и с внут­рен­нею немо­щею?.. Счаст­лив, если среди сих бед­ствен­ных обсто­я­тельств, нако­нец, он почув­ствует, что нет без­опас­но­сти на земле без при­ми­ре­ния с небом!»

Необ­хо­ди­мость исхода из состо­я­ния гре­хов­но­сти и осуж­де­ния всегда созна­ва­лась веру­ю­щей частью чело­ве­че­ства, искав­шего при­ми­ре­ния еще в вет­хо­за­вет­ные вре­мена в обря­дах жерт­во­при­но­ше­ния. И в этом стрем­ле­нии нередко про­яв­ля­лась гре­хов­ность чело­ве­че­ства, извра­щав­шего смысл жертвы и при­дав­шего зна­че­ние дани для укро­ще­ния Божия гнева, для при­ми­ре­ния не только чело­века с богом, но, глав­ным обра­зом, Бога с чело­ве­ком. Но такое поня­тие при­ми­ре­ния, обыч­ное для вза­и­мо­от­но­ше­ний рав­но­зна­ча­щих существ, в отно­ше­ниях чело­века с Богом не должно иметь места. Здесь нет двух враж­ду­ю­щих сторон. «Чело­век враж­дует против Бога, а не Бог против чело­века. Бог нико­гда не враж­дует». Эти слова Зла­то­уста сле­дует пом­нить при выяс­не­нии смысла при­ми­ре­ния. Поэтому, хотя по содер­жа­нию самого тер­мина при­ми­ре­ние есть акт дву­сто­рон­ний, но со сто­роны Бога он имеет другое зна­че­ние, чем со сто­роны чело­века.

По смыслу при­ве­ден­ного отрывка из тво­ре­ний мит­ро­по­лита Фила­рета, при­ми­ре­ние со сто­роны Бога можно при­ни­мать как устра­не­ние того бед­ствен­ного состо­я­ния, в кото­ром нахо­дится чело­век по при­чине греха. При­ми­ре­ние, в своем бли­жай­шем зна­че­нии мыс­ли­мое как пре­кра­ще­ние вражды, в биб­лей­ском смысле, оче­видно, отно­сится к устра­не­нию той вражды, кото­рая вошла в суще­ство  гре­хов­ного чело­века как неиз­беж­ное след­ствие нару­ше­ния Боже­ствен­ного закона, как отоб­ра­же­ние той вражды, кото­рая поло­жена Богом между добром и злом2, и со вре­мени гре­хо­па­де­ния про­яв­ля­ется в душе чело­века, внося в нее нрав­ствен­ный разлад и духов­ное нестро­е­ние, дово­дя­щие до забве­ния назна­че­ния чело­века и нару­ше­ния им в себе образа Божия. Откро­ве­ние о Боже­ствен­ном воз­дей­ствии, направ­лен­ном к спа­се­нию его от этой вражды, явля­ется содер­жа­нием Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого и Нового Заве­тов. Биб­лей­ские сви­де­тель­ства дают доста­точ­ные осно­ва­ния для уяс­не­ния смысла того при­ми­ре­ния, кото­рое совер­ша­ется Богом для оправ­да­ния бытия чело­века и при­ве­де­ния его к той цели, ради кото­рой он сотво­рен.

Поня­тие «при­ми­ре­ние» в бук­валь­ном выра­же­нии отно­сится к позд­ней­шим обра­зо­ва­ниям еврей­ского языка и в вет­хо­за­вет­ном тексте не встре­ча­ется: зна­че­ние в этой части Библии можно уяс­нить только из ана­лиза близ­ких по зна­че­нию тек­стов.

Нрав­ствен­ное раз­де­ле­ние, борьба добра и зла, вражда, порож­де­ния грехом, впер­вые ука­зы­ва­ются в 3‑й главе книги Бытия. Там же дано при­кро­вен­ное обе­то­ва­ние о пора­же­нии зла — при­чины вражды и нестро­е­ния, т. е. вос­ста­нов­ле­нии пер­во­на­чаль­ного мира среди чело­ве­че­ства.

Более ясное про­ро­че­ство о при­ми­ре­нии нахо­дится в Быт. 49, 10, где слово «šîló», пере­во­ди­мое как «При­ми­ри­тель», сле­дует при­знать про­из­вод­ным от корня  «šalá» — истор­гать, осво­бож­дать, быть мирным; поэтому «šîló» сле­дует пони­мать как согла­сие, осво­бож­де­ние, при­ми­ре­ние, а по отно­ше­нию к лицу — как при­ми­ри­тель, осво­бо­ди­тель, устро­и­тель тишины и спо­кой­ствия.

Упо­ми­на­ние о мире между Богом и чело­ве­ком как даре Божием, свя­зан­ном с пра­вед­но­стью чело­века, нахо­дится в Числ. 25, 12: «…Я даю ему Мой завет мира». Еврей­ское слово «šalôm», обра­зо­ван­ное от «šalám» — насла­ждаться спо­кой­ствием, озна­чает бла­го­по­лу­чие, здо­ро­вье, мир, тишина, без­опас­ность, согла­сие, при­ми­ре­ние.

Осно­ва­ние для такого рас­ши­ре­ния пони­ма­ния слова «šalôm» даст текст Пс. 34 (35), 27: «…да воз­ве­ли­чится Гос­подь, жела­ю­щий мира рабу Своему». Еврей­ские слова «hehaphes šelôm abdô» — имеют, судя по кон­тек­сту3, смысл: «жела­ю­щий бла­го­по­лу­чия рабу Своему». Считая «šalôm» про­из­вод­ным от šalám — быть в мире, насла­ждаться миром4, можно читать: «жела­ю­щий быть в мире рабу Своему», а так как это жела­ние исхо­дит от Гос­пода, то озна­чен­ное поня­тие может быть дове­дено до зна­че­ния «мирить, при­ми­рить» и стих будет читаться: «жела­ю­щий при­ми­рить раба Своего» или «при­ми­ря­ю­щий раба Своего» в смысле избав­ле­ния его от опас­но­сти, созда­ния ему бла­го­по­луч­ной жизни – мира и спо­кой­ствия, при­ми­ре­ния с окру­жа­ю­щими, самим собою и Тем, Кто имеет власть дать это при­ми­ре­ние.

Это Боже­ствен­ное даро­ва­ние, как глав­ное содер­жа­ние спа­си­тель­ных дей­ствий Божиих, пока­зано в про­ро­че­стве Исаии о Спа­си­теле: «Ибо Мла­де­нец родился нам; Сын дан нам; вла­ды­че­ство на раме­нах Его, и наре­кут имя Ему: Чудный, Совет­ник, Бог креп­кий, Отец веч­но­сти, Князь мира».5

Зна­че­ние при­ми­ре­ния в деле спа­се­ния пока­зы­ва­ется тем, что только одно оно упо­ми­на­ется (в наиме­но­ва­нии «Князь мира») вслед за пере­чис­ле­нием других, бого­знач­ных имен. Из этого можно заклю­чить, что при­ми­ре­ние соб­ственно озна­чает спа­се­ние, явля­ю­ще­еся осно­вой дей­ствий Боже­ствен­ного Про­мысла в отно­ше­нии чело­века.

Одним из ясней­ших по мес­си­ан­скому зна­че­нию тек­стов явля­ется 5 стих 53 главы про­ро­че­ства Исаии: «Но Он изъ­язв­лен был за грехи наши и мучим за без­за­ко­ния наши; нака­за­ние мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исце­ли­лись». Здесь гово­рится о тайне даро­ва­ния мира людям, заблу­див­шимся во грехах6, вслед­ствие чего «мир» можно пони­мать как извле­че­ние из тьмы греха, вслед­ствие чего воз­ник­нет «потом­ство» При­нес­шего жертву уми­ло­стив­ле­ния7. Поня­тие «потом­ство» ука­зы­вает на срод­ство уми­ро­тво­рен­ных с Уми­ро­тво­ри­те­лем, т.е. на сво­боду их от греха подобно без­греш­ному Иисусу, что наво­дит на мысль о дея­тель­ном вос­при­я­тии дару­е­мого Им «мира». Еврей­ский текст в соче­та­нии слов «mûšar šelomenû», пере­во­ди­мой в рус­ской Библии как «нака­за­ние мира нашего», дает поня­тие при­чины «нака­за­ния», кото­рая в пере­воде еврей­ского слова «šelomenû» должна быть отра­жена пред­ло­гом «за»: «за мир, уми­ро­тво­ре­ние, при­ми­ре­ние наше», т. е. гово­рит о смысле иску­пи­тель­ного подвига Спа­си­теля. Это место с оче­вид­но­стью под­твер­ждает, что слово «šalôm», обычно пони­ма­е­мое как «мир», «тишина», имеет также зна­че­ние «при­ми­ре­ние», «уми­ро­тво­ре­ние» в широ­ком смысле, хотя пря­мого выра­же­ния этих поня­тий, как упо­ми­на­лось ранее, вет­хо­за­вет­ный язык не знает. Как видим, содер­жа­ние этого тер­мина рас­ши­ря­ется  поня­тием «исце­ле­ния»8, что уяс­ня­ется из поня­тия греха, как нрав­ствен­ной болезни, раз­ла­га­ю­щей душу чело­века, вно­ся­щей то про­тив­ле­ние духа и тела, кото­рое устра­ня­ется «при­ми­ре­ние», т. е вра­чу­ю­щим дей­ствием бла­го­дати Божией. Все это гово­рит о внут­рен­нем зна­че­нии «при­ми­ре­ния».

Такой же смысл заклю­чен и в тексте Иер. 33:6: «…И открою им обилие мира и истины». Слово «šalôm» при­об­ре­тает по кон­тек­сту зна­че­ние мило­сти, бла­го­дати, выра­же­ние кото­рой тут же и пере­чис­ля­ется (стихи 7, 8 и др.).

Из этого можно сде­лать вывод, что ново­за­вет­ные поня­тия «милость и истина», «бла­го­дать и истина» явля­ются древним еврей­ским выра­же­нием «šalôm weemeth». Поэтому этот текст можно пере­ве­сти: «и явлю им мно­же­ство бла­го­дати мира и истины», т. е. «šalôm» сов­ме­щает в себе поня­тие «бла­го­дать мира». Воз­мож­ность такого чтения по смыслу речи Про­рока и ана­ло­гии с ново­за­вет­ными тер­ми­нами кос­венно под­твер­жда­ется тем, что вет­хо­за­вет­ный биб­лей­ский сло­варь не знает кон­крет­ного тер­мина для поня­тия «бла­го­дать». Еврей­ское «hésed», вме­стив­шее в хри­сти­ан­скую эпоху поня­тие «бла­го­дать», фак­ти­че­ски имеет зна­че­ние: стрем­ле­ние к добру, доб­лесть, вели­ко­ду­шие, милость, бла­гость, бла­го­во­ле­ние, сочув­ствие, даже — страсть, при­стра­стие, что не дает осно­ва­ния для при­зна­ния этого тер­мина как пол­но­мер­ного выра­зи­теля поня­тия «бла­го­дать». Поэтому Пророк и при­ме­нил бли­жай­шее по содер­жа­нию выра­же­ние «обилие мира».

Поня­тие мира как Боже­ствен­ного порядка и гар­мо­нии суще­ству­ю­щего дается тек­стом Иов. 25:2: «…Он творит мир на высо­тах Своих». Бог есть Творец мира и Миро­дер­жец и Он же есть Устро­и­тель мирной гар­мо­нии в смысле порядка, согла­сия, вся­кого блага. Это то, что отра­жено в сла­вян­ском и рус­ском языках, где поня­тие мир как строй, поря­док, согла­сие, а затем — тишина, спо­кой­ствие, — и мир как все­лен­ная пере­да­ются одним и тем же словом. Есте­ственно пони­мать и при­ми­ре­ние как вос­ста­нов­ле­ние пер­во­на­чаль­ного строя духов­ной жизни.

Грех, как при­чина отсут­ствия мира у чело­века, под­ра­зу­ме­ва­ется в Пс. 84 (85), 9–11 и там же поня­тие «мира» уточ­ня­ется как милость Божия, соеди­ня­е­мая с Боже­ствен­ной исти­ной о назна­че­нии чело­века, испол­ня­е­мой по закону правды. «Милость и истина сре­тятся, правда и мир обло­бы­за­ются» (ст. 11) — это выра­же­ние пони­ма­ется как ука­за­ние на Боже­ствен­ную милость — избав­ле­ние чело­века от греха – при­ми­ре­ние чело­века с Богом по силе Жертвы Хри­сто­вой.

Поня­тия мира и спа­се­ния в Боже­ствен­ной мило­сти объ­еди­ня­ются в Пс. 118 (119), 165–166: «Велик мир у любя­щих закон Твой и нет им пре­ткно­ве­ния. Уповаю на спа­се­ние Твое, Гос­поди, и запо­веди Твои испол­няю». Велико бла­го­по­лу­чие у любя­щих закон Божий и не угро­жает им ника­кая опас­ность, ибо их спа­сает Гос­подь за испол­не­ние Его  запо­ве­дей, велика милость Божия в бла­го­дат­ном даре мира, кото­рый дается любя­щим закон Его, ибо в нем их спа­се­ние — таково воз­мож­ное пере­ло­же­ние при­ве­ден­ных стихов псалма.  И за эту «милость мира» про­сла­вит чело­век Бога жерт­вой хва­ле­ния9, ибо в этом бла­го­дат­ном уми­ро­тво­ре­нии состоит спа­се­ние чело­века. Содер­жа­ние этих стихов при­дает соот­вет­ству­ю­щий смыс­ло­вой отте­нок словам пра­во­слав­ной литур­гии: «Милость мира, жертву хва­ле­ния». Гре­че­ское «´Eλεον είρήνης» и сла­вян­ское «Милость мира» в тексте псалма пере­даны одним словом «šalôm». Вме­ща­ю­щим в себе, сле­до­ва­тельно, поня­тие дара Боже­ствен­ной мило­сти, бла­го­дати спа­се­ния, вно­ся­щей уми­ро­тво­ре­ние, нрав­ствен­ное бла­го­по­лу­чие в душу чело­века по его дея­тель­ному иска­нию этого.

Из рас­смот­рен­ных тек­стов можно заклю­чить о неко­то­рых эле­мен­тах содер­жа­ния поня­тия «мира», часто упо­ми­на­е­мого в Свя­щен­ном Писа­нии Вет­хого Завета. Мир имеет пре­иму­ще­ственно духов­ный смысл и отно­сится к устра­не­нию того нрав­ствен­ного рас­строй­ства, кото­рое воз­никло в чело­ве­че­стве после гре­хо­па­де­ния. Этот мир, уми­ро­тво­ре­ние суще­ства чело­века, в кото­ром про­ис­хо­дит гре­хов­ная вражда как про­тив­ле­ние воле Божией, при­об­ре­та­ется чело­ве­ком как дар Божий, но при усло­вии его иска­ния, при­над­леж­но­сти к духов­ному «потом­ству» Иску­пи­теля, при усло­вии дея­тель­ного его усво­е­ния. При­ми­ре­ние — внут­рен­нее дей­ствие Божие на чело­века и ответ­ное рас­по­ло­же­ние послед­него, вно­ся­щее гар­мо­нию, согла­сие и бла­го­дат­ное направ­ле­ние к Богу души чело­века, и осу­ществ­ля­ется как неиз­мен­ное Боже­ствен­ное опре­де­ле­ние о назна­че­нии чело­века в соеди­не­нии с зако­ном правды. Таким обра­зом, и из вет­хо­за­вет­ного Писа­ния можно заклю­чить, что при­ми­ре­ние совер­ша­ется по силе Жертвы Хри­сто­вой и выра­жает сущ­ность спа­се­ния — вос­ста­нов­ле­ние чело­века.

В Новом Завете, где Ветхий рас­кры­ва­ется, есте­ственно, нахо­дится под­твер­жде­ние этих поло­же­ний, при­об­ре­та­ю­щих боль­шую опре­де­лен­ность по образ­ному соот­но­ше­нию обоих Заве­тов как пред­мета и его тени. В ново­за­вет­ном Писа­нии термин «при­ми­ре­ние» упо­треб­ля­ется уже в бук­валь­ном выра­же­нии, хотя есть мно­же­ство тек­стов, где гово­рится вообще о мире, име­ю­щем то же смыс­ло­вое зна­че­ние.

Первым в хри­сти­ан­скую эпоху воз­ве­ще­ние мира было в сла­во­сло­вии анге­лов, явив­шихся при Рож­де­стве Спа­си­теля: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в чело­ве­ках бла­го­во­ле­ние»10 Бог про­слав­ля­ется за нис­по­сла­ние мира, разу­ме­ется, духов­ного, выра­жа­ю­щего милость явле­ния любви людям. Смысл ангель­ской песни не исклю­чает пони­ма­ние, помимо воз­ве­ще­ния явле­ния Любви Боже­ствен­ной в Лице Боже­ствен­ного При­ми­ри­теля, также и пре­ду­ка­за­ния о про­яв­ле­нии ее духа в людях вслед­ствие бла­гого, бла­го­дат­ного изме­не­ния их воли, их духов­ного воз­рож­де­ния, при­во­дя­щего к миру, согласно с Твор­цом.

В тексте посла­ния к Рим­ля­нам 5, 11 гово­рится, что посред­ством Иисуса Христа «мы полу­чили ныне при­ми­ре­ние». Гре­че­ское ή καταλλαγη имеет, в част­но­сти, зна­че­ние «дого­вор», «при­ми­ре­ние», что соот­вет­ствует еврей­скому «berîth šalôm» — мирный дого­вор, завет мира — выра­же­ние, при­ме­нен­ное в рас­смот­рен­ном ранее тексте Числ. 25:12 и под­твер­жда­е­мое здесь в смысле при­ми­ре­ния с Богом.

Тот же смысл посред­ни­че­ства Иисуса Христа в при­ми­ре­нии, но уже с пока­за­нием пре­иму­ще­ствен­ного дей­ствия Божия, имеет текст 2Кор. 5:18: «Все же от Бога, Иису­сом Хри­стом при­ми­рив­шего нас с Собою и дав­шего нам слу­же­ние при­ми­ре­ния». При­ми­ре­ние от Бога, но на чело­века воз­ла­га­ется обя­зан­ность слу­же­ния при­ми­ре­ния, без чего этот дар Божий, оче­видно, недей­стви­те­лен. О том, что это «слу­же­ние», т. е. дея­тель­ное под­чи­не­ние отно­сится не только апо­сто­лам — про­по­вед­ни­кам при­ми­ре­ния, а ко всем веру­ю­щим, гово­рится в после­ду­ю­щих стихах. В стихе 20 пове­ли­тель­ная форма гла­гола при­ми­рять (καταλλάσσω) «καταλλάγητε τῷ Θεῷ» — «при­ми­ри­тесь с Богом» — пока­зы­вает, что при­ми­ре­ние совер­ша­ется не только в Боге, но и в чело­веке и совер­ша­ется дей­стви­тель­ным, а не декла­ра­тив­ным обра­зом, что понятно из содер­жа­ния стиха 21, где не только по смыслу, но и сло­во­упо­треб­ле­нию пока­зы­ва­ется, что чело­век дела­ется дей­стви­тельно, а не по объ­яв­ле­нию пра­вед­ным: здесь при­ме­нен глагол γίγυομαι, от кото­рого 1 лицо множ. ч., аор. 1, страд. зал., сослаг. накл. γενώμεδα, име­ю­щий зна­че­ние «делаться, ста­но­виться в дей­стви­тель­но­сти чем-либо». Выра­же­ние «во Христе» ука­зы­вает на тесную связь и обще­ние со Хри­стом, а «кто во Христе, тот новая тварь», ука­зы­вает ап. Павел в 17 стихе той же главы.

В тексте Кол. 1:22 ука­зы­ва­ется, что при­ми­ре­ние дано Богом чрез Иисуса Христа, «в теле плоти Его, смер­тию (Его), чтобы пред­ста­вить вас свя­тыми и непо­роч­ными и непо­вин­ными пред Собою». Здесь несо­мненно ука­зы­ва­ется вме­не­ние людям Гол­гоф­ской Жертвы для при­ми­ре­ния с Богом посред­ством общ­но­сти с ними вопло­тив­ше­гося Сына Божия. Упо­ми­на­ние о теле плоти Спа­си­теля, ука­зы­вая пол­ноту вос­при­я­тия Им нашей при­роды, имеет тот смысл, что именно в этой общ­но­сти при­роды и заклю­чена сила пере­дачи людям иску­пи­тель­ного подвига Иисуса Христа, при­во­дя­щего к при­ми­ре­нию с Богом. В рас­смат­ри­ва­е­мом тексте, так же как и в преды­ду­щем, ука­зы­ва­ется, что это при­ми­ре­ние совер­ша­ется в нрав­ствен­ном изме­не­нии людей, т. е.  не только в смысле невме­не­ния греха, непо­вин­но­сти пред Богом, но и в отно­ше­нии их освя­ще­ния, непо­роч­но­сти, дей­стви­тель­ного очи­ще­ния их суще­ства.

Прямое след­ствие греха — потеря нрав­ствен­ного порядка чело­ве­че­ского бытия — есть нагляд­ное выра­же­ние про­тив­ле­ния воле Божией, «потому что Бог не есть Бог неустрой­ства, но мира»11. Про­ти­во­по­став­ле­ние «неустрой­ства» и «мира» — логи­че­ски не вполне увя­зы­ва­ю­щихся поня­тий — пока­зы­вает, что в данном случае гре­че­ское είρήνη при­нято лишь как при­бли­зи­тель­ный термин, несколько затем­нив­ший логи­че­скую связь апо­столь­ской мысли. Можно думать, что в созна­нии апо­стола Павла как про­ти­во­по­став­ле­ние «неустрой­ству» было еврей­ское поня­тие «šalôm» — мир, поря­док, бла­го­устрой­ство, — термин более широ­кий по содер­жа­нию, чем гре­че­ский είρήνη, могу­щий отра­зить поня­тие «бла­го­устрой­ство» только кос­венно. Во всяком случае  поня­тие мира у ап. Павла соеди­ня­ется с поня­тием бла­го­по­лу­чие, бла­го­устрой­ства и в духов­ной обла­сти озна­чает при­ве­де­ние в пер­во­об­раз­ный поря­док сил чело­века и устра­не­ние того нрав­ствен­ного раз­лада, когда «плоть желает про­тив­ного духу, а дух — про­тив­ного плоти: они друг другу про­ти­вятся»12, так что чело­век делает не то, что хотел бы по закону духов­ной жизни, плодом кото­рой явля­ются «любовь, радость, мир, дол­го­тер­пе­ние, бла­гость, мило­сер­дие, вера, кро­тость, воз­дер­жа­ние», когда внеш­ний закон ста­но­вится ненуж­ным13.

В посла­нии к Ефе­ся­нам ап. Павел ука­зы­вает, что это един­ство духа и тела сохра­ня­ется «в союзе мира», узами мира, т. е. теми свя­зями, сохра­ня­ю­щими един­ство чело­века и чело­ве­че­ства, кото­рые при­сущи миру и пере­чис­ля­ются апо­сто­лом: сми­рен­но­муд­рие, кро­тость, дол­го­тер­пе­ние, — доб­ро­де­тели, объ­еди­ня­е­мые в поня­тии любви — необ­хо­ди­мом нрав­ствен­ном при­знаке истин­ного мира14.

Зави­си­мость при­ми­ре­ния от оправ­да­ния верою и потому их неко­то­рая логи­че­ская после­до­ва­тель­ность пока­зы­ва­ется в Рим. 5:1-2: «Итак, оправ­дав­шись верою, мы имеем мир с Богом чрез Гос­пода нашего Иисуса Христа, чрез Кото­рого верою и полу­чили мы доступ к той бла­го­дати, в кото­рой стоим и хва­лимся надеж­дою славы Божией». Чрез веру, посред­ством веры во Христа мы полу­чаем бла­го­дать, совер­ша­ю­щую наше при­ми­ре­ние, упо­ря­до­че­ние нашего духа, порож­да­ю­щее надежду на про­слав­ле­ние в Цар­стве Божием. Гре­хов­ная немощь вра­чу­ется смер­тью Иисуса Христа, посред­ством кото­рой в нас вли­ва­ется Его жизнь15. По внут­рен­ней связи с Ним телом и духом, как Вторым Адамом, уни­что­жив­шим смерть пер­вого Своею смер­тью. Гос­под­ство греха устра­ня­ется бла­го­да­тью, содей­ству­ю­щею дости­же­нию пра­вед­ной жизни на земле16 и вечной жизни в мире духов­ном17.

Таким обра­зом, рас­смот­рен­ные ново­за­вет­ные тексты утвер­ждают содер­жа­ние вет­хо­за­вет­ных и рас­ши­ряют поня­тие при­ми­ре­ния. При­ми­ре­ние, по смыслу своему, неот­де­лимо от обще­ния при­ми­ря­е­мых, и обще­ние не может быть без при­ми­ре­ния. Грех пре­пят­ствует такому обще­нию чело­века с Богом, и только после дей­стви­тель­ного устра­не­ния греха обще­ние ста­но­вится воз­мож­ным. «Ибо какое обще­ние пра­вед­но­сти с без­за­ко­нием? Что общего у света со тьмою»18. Дело спа­се­ния заклю­ча­ется в том, чтобы он при­ми­рился с Богом, т. е. пере­стал быть греш­ни­ком и сде­лался бы истин­ным чело­ве­ком, рож­ден­ным  по духу от Бога19. Но для самого чело­века это невоз­можно и совер­ша­ется Богом. Мир, как дар Боже­ствен­ной любви, нис­по­сы­ла­ется людям с при­ше­ствие на землю Сына Божия — ясным выра­же­нием обще­ния Бога с чело­ве­че­ством, и чело­ве­че­ская при­рода ста­но­вится спо­соб­ной к при­ня­тию этого дара, заклю­ча­ю­щего при­ми­ре­ние чело­века с Богом.

При­ми­ре­ние совер­ша­ется чрез иску­пи­тель­ный подвиг Иисуса Христа, вме­ня­е­мый людям в силу общ­но­сти при­роды Иску­пи­теля и искуп­лен­ных. Это вме­не­ние, озна­ча­ю­щее при­ми­ре­ние, обще­ние с Богом, имеет внут­рен­нее зна­че­ние, т. е. отно­сится к тому, кто имеет со Хри­стом духов­ное срод­ство, кто живет и дей­ствует в духе Иисуса Христа. Таким людям Хри­стос дал обе­то­ва­ние, что Он станет к ним в такое отно­ше­ние, в каком нахо­дится вино­град­ная лоза, засы­хает, в орга­ни­че­ском же един­стве с лозою живет и пло­до­но­сит силою лозы, так и всякий веру­ю­щий во Христа чело­век, ничтож­ный в бес­си­лии соб­ствен­ной воли, может пра­ведно жить и при­но­сить дей­стви­тель­ные плоды духов­ного совер­шен­ства Боже­ствен­ною силою Спа­си­теля Христа. Это и есть жизнь во Христе, в Боге, дей­стви­тель­ное при­ми­ре­ние чело­века с Твор­цом и Иску­пи­те­лем, когда для чело­века ста­но­вится воз­мож­ным все доброе и соб­ствен­ное спа­се­ние в укреп­ля­ю­щем его Иисусе Христе20. Жизнь чело­века при­ми­рен­ного ста­но­вится истин­ным отра­же­нием жизни Боже­ствен­ной. Она полу­чает свое высо­чай­шее выра­же­ние в таин­стве Тела и Крови Спа­си­теля. Под видом хлеба и вина чело­век при­ни­мает Тело и Кровь Иисуса Христа21, ста­но­вится частью Тела Хри­стова, истин­ным членом Его Церкви22, живым храмом Свя­того Духа23; это и выра­жает доступ­ную на земле пол­ноту при­ми­ре­ния, когда в чело­веке живет Хри­стос24, и он ста­но­вится орга­ном про­яв­ле­ния той самой бого­че­ло­ве­че­ской жизни и силы, кото­рою живет и дей­ствует в мире Спа­си­тель Хри­стос25. Дей­стви­тель­ная сила этого Таин­ства – реаль­ное при­об­ще­ние чело­века к Суще­ству Хри­стову и дей­стви­тель­ное откро­ве­ние в чело­веке Боже­ствен­ной силы Христа – зави­сит от сво­бод­ного отно­ше­ния к Нему самого чело­века. Кто верит во Христа и желает быть в еди­не­нии с Ним, того Хри­стос вос­со­еди­няет с Собою в таин­стве Евха­ри­стии, и с при­ня­тием Тела и Крови Хри­сто­вых чело­век дей­стви­тельно всту­пает в область Соб­ствен­ной жизни и силы Спа­си­теля, и Хри­стос дей­стви­тельно явля­ется участ­ни­ком в личном подвиге чело­ве­че­ской жизни, направ­лен­ном, в своей духов­ной сущ­но­сти, к сози­да­нию Тела Хри­стова – Церкви, тому слу­же­нию делу при­ми­ре­ния, кото­рое при­во­дит к един­ству веры и позна­ния Сына Божия, обле­че­ния «в нового чело­века, создан­ного по Богу в пра­вед­но­сти и свя­то­сти истины»26. Дея­тель­ная, живая вера, выра­жа­ю­щая это слу­же­ние, оправ­ды­вает чело­века, делает его непо­вин­ным пред судом Боже­ствен­ной правды и непо­роч­ным пред Боже­ствен­ной свя­то­стью. Не внеш­не­фор­маль­ное, а внут­рен­не­бла­го­дат­ное зна­че­ние и дей­ствие при­ми­ре­ния во Христе пока­заны в Его словах, выра­жа­ю­щих обе­то­ва­ние пере­дачи духов­ного мира, при­су­щего Христу: «Мир остав­ляю вам, мир Мой даю вам: не так, как мир дает, Я даю вам»27.

Союз Бога с чело­ве­ком вос­ста­нав­ли­ва­ется, когда чело­век направ­ляет свою волю к при­ня­тию при­ми­ре­ния, дава­е­мого Богом. Этим дей­ствием Божиим он при­зы­ва­ется и направ­ля­ется к духов­ному совер­шен­ство­ва­нию, без­гра­нич­ному по своему содер­жа­нию. «Будьте совер­шенны, как совер­шен Отец ваш Небес­ный»28. Таким обра­зом, воля чело­века должна полу­чить направ­ле­ние, обрат­ное тому, какое она имеет в жизни гре­хов­ной, непри­ми­рен­ной. «Цар­ствие Небес­ное силою берется, и упо­треб­ля­ю­щие усилие вос­хи­щают его»29. Этот подвиг при­ми­ре­ния, невы­пол­нимо тяжкий для чело­века, предо­став­лен­ного самому себе, ста­но­вится посиль­ным для соеди­ня­е­мого верою со Хри­стом, потому что он совер­ша­ется как лич­ными силами ищу­щего спа­се­ния, так и Боже­ствен­ною силою Спа­си­теля. Подвиг при этом, конечно, так и оста­ется подви­гом. Он неиз­бе­жен, как выра­же­ние стрем­ле­ния чело­века, и без­условно необ­хо­дим для вос­пи­та­ния воли, для раз­ви­тия нрав­ствен­ной лич­но­сти, для при­об­ре­те­ния дей­стви­тель­ной свя­то­сти, необ­хо­ди­мой для воз­мож­но­сти дей­стви­тель­ного при­ми­ре­ния и бого­об­ще­ния. Откры­вая Свое вечное Цар­ство, Бог при­звал в сво­боду людей, бывших воль­ными и неволь­ными рабами греха30, и потому кто имеет целью свою вечную жизнь, как духов­ную жизнь в усло­виях Божия Цар­ства, как усы­нов­лен­ный Богу, тот должен отре­шиться от греха и сво­бодно сде­латься чело­ве­ком от Бога, после­до­ва­те­лем Христа, несу­щим на себя бремя борьбы со злом. Спа­си­тель не отме­нил эту борьбу, но сделал воз­мож­ным побе­до­нос­ный исход ее; без Его явле­ния в мир она несо­мненно была бы непо­силь­ной людям, но с Его при­ше­ствием сверх­че­ло­ве­че­ская тяжесть ее пала  и падает на волю и силу Самого Спа­си­теля. Своею бла­го­да­тию Он не только вра­чует пора­жен­ное грехом суще­ство чело­века, при­ми­ряя его с Богом, но и вос­пол­няет недо­ста­ю­щее, при­водя к освя­ще­нию и насле­дию жизни вечной. В бла­го­дати при­ми­ре­ния т. н. есте­ствен­ные силы чело­века постав­ля­ются в пер­во­об­раз­ное состо­я­ние, посте­пенно пре­кра­ща­ется внут­рен­няя борьба, вос­ста­нав­ли­ва­ется сво­бода выбора по снятии пре­иму­ще­ствен­ной наклон­но­сти ко злу и сво­бода дей­ствия по отно­ше­нию к добру. Только гар­мо­ни­че­ское объ­еди­не­ние трех глав­ных сил души: разума, чув­ства и воли в одном общем стрем­ле­нии к Богу сви­де­тель­ствует о при­ми­ре­нии и сози­дает спа­се­ние. Апо­стол Павел дает самое точное опре­де­ле­ние этой душев­ной гар­мо­ни­за­ции: «теперь пре­бы­вают сии три: вера, надежда, любовь»31. Они должны пре­бы­вать соглас­ными и нена­ру­шен­ными: вера как выра­зи­тель­ница бого­на­прав­лен­ного настро­е­ния ума, надежда — чув­ства, дея­тель­ная любовь — воли. Это озна­чает вос­ста­нов­ле­ние нару­шен­ного грехом образа Божия, и чело­век при­об­ре­тает спо­соб­ность даль­ней­шего духов­ного совер­шен­ство­ва­ния, до пол­ного про­ник­но­ве­ния Боже­ствен­ной любо­вию, до воз­ве­де­ния к бого­по­до­бию.

Все это совер­ша­ется посред­ством бла­го­дати при­ми­ре­ния Хри­стова, в кото­рой «стоит»32 истинно веру­ю­щий чело­век, вос­при­яв­ший дей­ствие этого при­ми­ре­ния. «Бла­го­дать, — гово­рит мит­ро­по­лит Мос­ков­ский Фила­рет, — воз­об­нов­ляет и воз­вра­щает чело­веку все, что грех раз­ру­шает. Она опять почер­пает ему духов­ную жизнь от Бога, ее источ­ника, вводит его в состав бес­смерт­ного тела Церкви и, когда земная наша хра­мина  тела разо­рится, уго­тов­ляет хра­мину неру­ко­тво­рен­ную на небе­сах».

Таким обра­зом, «при­ми­ре­ние с Богом» сле­дует пони­мать как «при­ми­ре­ние Богом», дар Боже­ствен­ной любви, вос­ста­нав­ли­ва­ю­щей мир в чело­веке вме­не­ние иску­пи­тель­ного подвига Хри­стова, осво­бож­да­ю­щего от греха и усы­нов­ля­ю­щего чело­века Богу.

При­ми­ре­ние со сто­роны чело­века — это сво­бод­ное при­ня­тие и сохра­не­ние дару­е­мого Боже­ствен­ного мира чрез веру в Спа­си­теля и после­до­ва­ние Ему.

В при­ми­ре­нии — нрав­ствен­ном вос­ста­нов­ле­нии своего суще­ства — чело­век ста­но­вится орга­ном про­яв­ле­ния бого­че­ло­ве­че­ской жизни и силы Хри­сто­вой, вслед­ствие чего он своим личным подви­гом спо­соб­ствует осу­ществ­ле­нию нрав­ственно-сози­да­тель­ных воз­дей­ствий Церкви на мир и содей­ствует делу все­об­щего при­ми­ре­ния — про­яв­ле­ния бого­об­раз­ных свойств чело­ве­че­ской при­роды. По мысли мит­ро­по­лита Фила­рета, «та вера, кото­рая при­ми­ряет с Богом… ста­но­вится доб­ро­де­те­лию и служит верною хода­та­и­цею мира с ближ­ними. Обще­ства чело­ве­че­ские учре­жда­ются для вза­им­ной пользы и сохра­не­ния членов; но стра­сти нередко пред­став­ляют в них зре­лища раз­дора и вза­им­ного истреб­ле­ния. Зависть враж­дует против досто­ин­ства, любо­че­стие ста­ра­ется подав­лять заслугу; корысть сра­жа­ется с правом; без­опас­ность, под­дер­жи­ва­е­мая силою, испро­вер­га­ется другою, пре­воз­мо­га­ю­щею силою; союз, утвер­жден­ный на выго­дах, раз­ру­ша­ется от малей­шего их нерав­но­ве­сия; …одна бла­го­че­сти­вая доб­ро­де­тель» при­ми­рен­ных во Христе «может быть поло­жена в осно­ва­ние такого согла­сия, кото­рое бы про­ти­во­сто­яло всем раз­ру­ши­тель­ным силам, или, лучше ска­зать, нет согла­сия, в осно­ва­нии кото­рого она бы по край­ней мере не скры­ва­лась».


При­ме­ча­ния:

1. Рим. 7:18-23; 8:5-8; Гал. 5:17.
2. Быт. 3:15.
3. См. ст. 26.
4. См. выше.
5. 9, 6.
6. Ст. 6.
7. Ст. 10.
8. Ис. 53:5.
9. Стихи 171 и 175.
10. Лк. 2, 14
11. 1Кор. 14:33.
12. Гал. 5:17.
13. Гал. 5:22-23.
14. Еф. 4:3, 2..
15. Ст. 10.
16. Рим. 6:14.
17. Мф. 19:17.
18. 2Кор. 6:14.
19. Ин. 1:13.
20. Флп. 4:13.
21. Мф. 26:26-28; Ин. 6:51.
22. Рим. 12:5; 1Кор. 6:15; 12, 27; Еф. 1:23.
23. 1Кор. 6:19.
24. Гал. 2:20.
25. 2Кор. 6:16; Фил. 2:13; Еф. 2:21-22.
26. Еф. 4:12-13, 24.
27. Ин. 14:27.
28. Мф. 5:48.
29. Мф. 11:12.
30. Ин. 8:34, 36.
31. 1Кор. 13:13.
32. Рим. 5:2.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки