иеромонах Серафим (Параманов)
О кадиле и ладане

О кадиле и каждении

Блаженный Симеон, архиепископ Фессало­никийский, преподает следующее разъяс­нение о кадиле: «Кадило служит к тому, чтобы в нем вместе с фимиамом приносить Богу огонь, как служебный Ему: ибо Создателю всяческих прилично приносить дары от всех стихий: и свет, и воду, и земные произведения, как то: хлеб и вино, и воздух, который изображается фимиамом, разрешающимся в воздухе, и про­чее. Огонь, как вещество сожигающее, освеща­ющее и согревающее одушевленных, изобра­жает также Божество… Кадило и огонь служат еще для принесения фимиама, который прино­сится нами в честь Богу и как дар благословен­ный в честь Его упокоения, и ради нашего освя­щения. Ибо как, погружаясь в крещении, мы очищаемся всем телом… будучи помазываемы миром, освещаемся и возвеселяемся, и благово­нием возгреваем и освящаем обоняние и серд­це: так фимиамом очищаем наше обоняние и дыхание точно так же, как Божественным хле­бом и чашею питаем и укрепляем душу, и виде­нием и красотою святых, и светом божествен­ных светов свято просветляем и просвещаем зрение. Посему и предано Церкви делать это как во славу Создателя (ибо все от Него), для прославления Виновника, так и для нашего просвещения и освящения. Фимиам освящает воздух и вместе с тем наше обоняние и дыха­ние: потому что сообщает благоухание, от одно­го какого-либо вещества разливая благовоние на все при помощи огня. Посему он также изображает Святаго Духа: ибо и Он — один Сам в Себе, по всем разделяет дары, и все чрез Него получают благодать».

По изъяснению других толкователей церков­ных чинов и обрядов, «кадильница означает че­ловечество Христа, огнем Божества наполнен­ное, а благоуханный дым означает предваряющее благоухание Святаго Духа. Толкуется же кадильница — благоуханное веселие».

После грехопадения, в богоотчужденной жизни люди стали приносить Богу жертвы от плода трудов своих и сожигать эти приношения с молитвой. Известна приятная Богу жертва Авеля. Сожжение жертвы для благоухания ды­ма, возносящегося к небесам, — это каждение. Эти жертвы призваны были прообразовать со­бой будущую истинную жертву — Иисуса Христа. Этим и определяется символический смысл каждения. Каждение, впрочем, вскоре обособи­лось от прочих жертв и стало состоять в сожжении ароматических веществ. К началу нашей эры, ко времени рождения Спасителя, воскуре­ние благовоний давно стало частью обрядовых действий в языческих храмах Востока и Греции. И тому были объективные причины — разве при наших размышлениях, например, о классичес­кой античной архитектуре нам легко вообра­зить, что во времена своего функционирования древние (языческие) храмы, включая Парфенон и другие беломраморные чудеса Эллады, долж­ны были напоминать общественные бойни? Как бы мы вынесли запах крови и горелого жира? А ведь это был быт античных святилищ1.

Греки и римляне использовали во время обычных культовых действий в качестве воскурения ароматические вещества, производимые их собственной землей, — шишки пиний, листья лавра, смолы и миндальное масло. Приблизи­тельно с 500 годов до н. э. к этим веществам до­бавляется фимиам — смола некоторых видов ладанного дерева, произраставших в Южной Аравии и Индии. Эта смола при нагревании имеет свойство распространять бальзамичес­кий аромат. Во времена Геродота (V в. до н. э.) грекам казался удивительным объем годовой потребности в фимиаме храма Мардука в Вави­лоне (26 миллионов фунтов). Однако вскоре гре­ки сами начали широко экспортировать фими­ам, добавив к использовавшимся при курениях материалам мирру, нард, различные виды гальбана (камедистой смолы зонтичного растения), корицу и бальзам. Известный ныне тип курительницы, прообраз кадила — фимиатрион, в форме канделябра из металла, камня или обо­жженной глины, появился в позднеантичную эпоху и стал впоследствии всем нам привычным элементом христианской церковной утвари2.

Сначала ранние христиане протестовали против обряда каждения, который существовал еще в Иерусалимском храме, из-за его связи с язычеством. В Римской империи христиане преследовались за отказ возжигать ладан перед изображением императора, отрицая, таким образом, его божественность. Отказываясь прино­сить жертвы перед изображением императора и возжигать ладан, христиане совершали в глазах язычников акт государственного преступления. Поведение христиан не было похоже на поведе­ние лояльных граждан. Нормальные язычники воспринимали их отказ сжечь несколько грам­мов ладана в императорский день рождения как умышленное и наглое проявление нелояльности, очень похожее на отказ встать, когда играет го­сударственный гимн3.

Гай Плиний Цецилий Секунд (61–114 гг.), на­местник провинций Вифиния и Понт (южное по­бережье Черного моря, территория современной Турции), пишет императору Траяну о расследо­вании, проведенном относительно христиан: «С теми, на кого донесли как на христиан, я действо­вал так. Тех, кто отрицал, что они христиане или были ими, я решил отпустить, когда они вслед за мной призвали богов (прочитывали языческую молитвенную формулу ред.), совершили перед изображением твоим, которое я с этой целью ве­лел принести вместе со статуями богов, жертву ладаном и вином, а кроме того похулили Христа: настоящих христиан, говорят, нельзя принудить ни к одному из этих поступков»4.

Позже, когда христианство распространи­лось по земле и стало государственной религией, вытеснив все языческие культы, каждение бы­ло принято Церковью. Это естественный символ религии, ее преображающей силы (ладан стано­вится благовонием) и поклонения (дым восходит вверх). В христианском богослужении каждение предписывается или как приготовление и освя­щение (каждение алтаря перед приношением), или как выражение благоговения (каждение икон и молящихся, т.к. каждый человек носит образ Божий и высокое призвание к святости)5.

«Каждение осуществляется с помощью ка­дила (кадильницы) — особого сосуда, подвешен­ного на цепочках, за которые священнослужите­ли держат его. Сосуд содержит в себе раскален­ные древесные угли, на которые полагается ладан, выделяющий при сгорании благовонный фимиам. Этим фимиамом кадят престолу, Гор­нему месту, жертвеннику, иконам в алтаре, ико­нам в иконостасе, в храме, другим святыням и людям: и священнослужителям, и мирянам.

В древности кадило несколько отличалось от современного — не имело цепочек, представляя собой сосуд с рукояткой для ношения, а иногда и без нее. Лишь к X‑XI вв. распространение полу­чили кадильницы на цепочках, которые упо­требляются и по сей день. Кадильница без цепо­чек, с рукоятью, кация, или кацея (греч.), в древности употреблялась наряду с кадилом на цепочках, а на Афоне и в некоторых русских мо­настырях до недавнего времени в определенных случаях каждение совершали кадиями.

Кадило состоит из двух сферических поло­вин. Верхняя половина покоится на нижней в ви­де крышки, которая поднимается и опускается на нижнюю половину с помощью цепочки. Ниж­няя половина имеет образ чаши (фиалы). В нее полагаются раскаленные угли. Верхняя полови­на изображает собою кровлю храма с одним или пятью куполами, которые венчаются крестами. Если куполов несколько, на центральном кресте или на кресте единственного купола имеется кольцо, к которому прикрепляется цепочка, под­нимающая и опускающая верхнюю часть кади­ла. Эта цепочка проходит свободно в отверстие круглой или сферической бляшки с широким не­подвижным кольцом в середине, за которое дер­жится и подвешивается кадило. С трех сторон на бляшке укреплены концы трех цепочек, сходя­щих вниз, к самой кадильнице. Цепочки свобод­но проходят в кольца, соответственно сделанные по бокам верхней подвижной половины кадила, так что эта половина, поднимаясь и опускаясь, скользит своими кольцами по цепочкам. Эти три цепочки укреплены нижними концами на ниж­ней половине кадила. Под основанием нижней половины, то есть под подставкой чаши, иногда укрепляются три шарика с металлическими яд­рами, вложенными в них, — звонцы. Во время каждения они мелодично звенят. Звонцы, осо­бенно на архиерейских кадилах, часто подве­шиваются и в других местах — в кольцах соеди­нения цепочек с нижней половиной, на самих цепочках.

Кадильницы делаются из золота, серебра, бронзы.

Каждение и кадило имеют таинственный смысл и значение. Тело и Кровь Христовы уподобляются в молитвах углю горящему и в древ­них видениях были прообразованы углем с не­бесного алтаря. По толкованию святых отцов, огонь, как вещество сожигающее (очищающее), освящающее и согревающее, изображает собою Божество, ибо говорится: «Бог наш есть огнь поядаяй» и «Бог есть свет». Поэтому самый огонь кадильных углей знаменует собою Божествен­ное естество Иисуса Христа, вещество углей — Его земную, человеческую природу, а ладан зна­менует собою молитвы людей, приносимые Богу. Приемлемые Христом человеческие молитвы превращаются в благоухающий фимиам, озна­чающий самую сокровенную сущность молитв: их искренность, чистоту, проистекающую от до­брых дел, совершаемых по воле Божией и из чи­стой любви к Нему. Ибо «мы Христово благоуха­ние Богу» (2Кор.2:15).

В молитве, с которой иерей (или архиерей) благословляет кадило, сказано: «Кадило Тебе приносим, Христе Боже наш, в воню благоуха­ния духовного, еже прием в пренебесный Твой жертвенник, возниспосли нам благодать Пре­святаго Твоего Духа». Прося принять аромат кадила в знамение духовного благоухания людей и их молитв пред Богом, священник просит ниспос­лать в ответ благодать Святого Духа на людей. Поэтому благовонный дым кадила есть также ви­димый образ, заключающий в себе невидимое присутствие этой благодати Духа Святого, на­полняющей храм, духовно радующей верующих.

Каждение, как прообразовавшее собой бла­гоухание подвига Христова, столь приятно Богу, что в Ветхом Завете Моисей каждением фимиа­ма остановил гнев Божий на Израиля за непо­слушание (Чис.16, 46–48; Прем.18:21).

Вместе с кадильным дымом, услаждающим внешние чувства людей, благодать Духа Свято­го услаждает духовные чувства молящихся. По толкованию святого патриарха Константино­польского Германа (VIII в.), кадильница означа­ет благоуханнейшее веселие. Духовная ра­дость, веселие, утешение глубоко соответству­ют евангельскому учению о Святом Духе, представлению всей Церкви о Нем как об Уте­шителе, сокровище благих и подателе жизни. В то же время благодатная сила Духа Святого очищает и освящает верующих и весь храм. Каждение поэтому, по толкованию святых от­цов, имеет целью очищать собравшихся людей от нечистот мира к достойному слушанию и со­зерцанию богослужения; прогонять духов тьмы, старающихся нарушить молитвы верую­щих суетными помыслами.

Когда каждение совершается священным предметам — иконам, храму, — оно относится к Богу, воздавая Ему подобающую честь и славу, свидетельствует о благоухании верующих во Христа душ человеческих. Когда каждение со­вершается людям, оно служит к их очищению и освящению, свидетельствует о том, что благо­дать Святого Духа Божия изливается благодаря подвигу Христову на всех верных как носящих в себе образ Божий. В данном случае люди явля­ются как бы одушевленными иконами.

Главное в каждении — это символическое значение горячих углей как двуединой природы Иисуса Христа, через Которого молитвы людей благоуханием духовным возносятся к Отцу Не­бесному, а на людей, в свою очередь, низводится благодать Святого Духа. Благоуханием духов­ным является здесь прежде всего Сам Господь Иисус Христос, как жертва умилостивления за грехи человечества, и потому в Нем и через Не­го проистекает благоухание Духа Божия к лю­дям и благоухание людей во Христе к Богу.

Кадильница, как и потир, знаменует собою также вместилище Невместимого, тс есть Бого­родицу и Приснодеву Марию, от Которой воз­неслось миру Христово благоухание Во многих молитвословиях Богоматерь поэтому называет­ся кадилом благовонным, произведшим истин­ное благоухание — Христа. Неустанное движе­ние кадила — образ неустанных молитв Богоро­дицы о всем мире и людях.

В ходе богослужения каждение может при­обретать дополнительные, частные значения. Так, на проскомидии оно означает ароматы, при­несенные Богомладенцу волхвами. На великом входе за литургией каждение знаменует арома­ты, которыми помазано было Тело Христово при положении во гроб. Каждение в начале великой вечерни на всенощном бдении напоминает о том, как при сотворении мира Дух Божий носился над водою (Быт.1:2). Каждение на «Господи, воззвах» соответствует тем жертвам, которые ста­ли приносить люди Бегу после грехопадения, сожигая на жертвенниках свои приношения. Каж­дение на полиелее, пред чтением Евангелия, означает благодать Духа Святого, излившуюся на весь мир через проповедь Евангелия. Кажде­ние на 8‑й песни канона, при пении «Честней­шую Херувим», воздает славу Богоматери и оз­начает то духовное благоухание Богу, каким яв­ляется Она Сама и какое распространяется Ее молитвами и участием в деле спасения мира.

Каждение совершается движением кадила перед иконой, предметом или лицом, которым обращено каждение. Каждение бывает полным, когда кадят весь храм, малым, когда кадят алтарь, иконостас и предстоящих. Особое кажде­ние совершается вокруг стола с хлебами, вином, пшеницей и елеем на литии и в других случаях. Разнообразные виды каждения имеют свои пра­вила, указанные в Уставе и других богослужеб­ных книгах»6.

Владыка Вениамин, автор «Новой скрижа­ли», дает следующее толкование каждению на «Господи, воззвах»: «…каждение бывает по мно­гим причинам, во-первых: для выражения наших желаний, дабы молитва наша, которая по падении не могла восходить на небо без ходатая Христа — Сына Божия, ныне заступлением Его направилась, как кадило сие и как дым, всегда вверх парящий, вознеслась к Господу Богу. Во-вторых: в знамение того, что Дух Святый, обра­зуемый (здесь «образуемый» следует понимать, как «символизируемый» — ред.) благовонием фимиама, всегда присутствует в церкви, а осо­бенно присещает нас во время молитв, и преиму­щественно общественных (т. е. — церковных, — ред.). В‑третьих: в знак того, что и ангелы возно­сят к Богу молитвы молящихся посредством каждения: «и другий ангел прииде, и ста перед алтарем, имея кадильницу злату: и даны быша фимиамы мнози, да даст молитвам святых всех на алтаре златый, сущий пред престолом.» (Откр.8:3). В‑четвертых: по подражанию обряду Ветхого Завета, где Сам Бог чрез Моисея повелел Аарону производить такое каждение в храме (Исх.30:7–8). В‑пятых — во образ божественной славы, как свидетельствует писание о скинии, устроенной Моисеем: «и покади Аарон над киво­том фимиамом сложения, якоже заповеда Гос­подь Моисею» (Исх.40:27).

Симеон Солунский пишет: «Иерей кадит ал­тарь, храм и все, в нем находящееся, потому что все это священно; кадя, он чествует божествен­ные вещи, а предстоящих освящает. А потому, начав от всесвятейшего жертвенника (престо­ла), иерей кадит по чину, все освящая сим, пре­давая чрез молитву Христу, принося и прося, чтобы она была принята горе, и нам была нис­послана благодать Святого Духа. Таким образом, чрез каждение мы приемлем благодать, а посему никто не должен пренебрегать им (каждением)»7.

Домашнее или келейное использование ка­дила, как представляется, должно соответствовать желанию, вкусу и, что немаловажно, чувст­ву меры самого христианина. Не стоит привно­сить в эту практику какой-либо особенный сакральный или магический смысл. Неподобаю­щим будет также использование богослужебно­го кадила как такового. Домашняя кадильница должна быть иной, более простой формы, без це­почек. И если христианин захотел, к примеру, в день того или иного великого праздника пока­дить ладаном в собственном жилище, ему надо возжечь находящийся в кадильнице уголь и аккуратно возложить на него должное количество ладана. Когда последний начнет благоухать, вполне уместным будет совершение кадильни­цей крестообразных движений, подобно тому, как рекомендует нам «Православный молитво­слов» полагать крестные знамения вокруг себя при совершении молитвы «Да воскреснет Бог…»8

При домашнем каждении мирянами более приемлема так называемая кацея — металлическая кадильница в виде купола-«луковицы» с восьмиконечным крестом наверху и складной деревянной ручкой. Кацею используют миряне для каждения при домашнем или соборном бого­служении, проходящем в отсутствие священст­ва. Обычно каждение происходит следующим образом: возглавляющий богослужение миря­нин становится напротив той иконы, которой он собирается кадить, читает соответствующую молитву, крестообразно проводит в воздухе кацеей и кланяется в пояс. После этого переходит к следующему образу.

По словам святителя Афанасия (Сахарова), в Древней Руси не только монахи и священнослу­жители, но и миряне хорошо знали церковный Устав, знали до мелких подробностей как поря­док церковного богослужения, так и правила со­вершения церковных служб без священника, знали даваемые Уставом правила внешнего по­ведения в храме и дома, хорошо знали правила «церковного вежества», как тогда выражались, и всеми этими правилами руководились повсед­невно, насколько возможно приближая и свою домашнюю молитву к церковной (возжжение многих светильников во время молитвы, сверх неугасимых; каждение ручной кадильницей пред домашними святынями), и домашний се­мейный уклад к монастырскому (обилие святых икон не только внутри дома, но и снаружи, на вратах, при входе; устройство особой молитвен­ной храмины; земные поклоны пред родителями и старшими; испрашивание на всякое дело бла­гословения главы семьи…)9.

О ладане

О ладане определенно говорится в Библии, в книге Исход; собственно, там содержится один из первых в истории рецептов, как приго­товить благовонное курение и как его исполь­зовать:

  1. «И сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего поровну,
  2. И сделай из них искусством составляю­щего масти курительный состав, стертый чис­тый, святый;
  3. И истолки его мелко, и полагай его перед ковчегом откровения в скинии собрания, где Я буду открываться тебе: это будет святыня вели­кая для вас.
  4. Курения сделанного по сему составу, не делайте себе: святыней да будет оно у тебя для Господа.
  5. Кто сделает подобное, чтобы курить им, истребится из народа своего» (Исх. 30).

В Библии вещество, именуемое «чистый ливан», и есть «ладан» в современном понимании. Другие три вещества тоже известны, но о них в другом месте. С истоков христианства кури­тельный состав был четырехкомпонентный, где ладан был одной из равных составляющих частей. Со временем то, чем кадили в христи­анской церкви, стало называться одним сло­вом — ладан. Так это название стало объединя­ющим для большой группы различных веществ и сложных составов. Хотя многие люди дума­ют, что это что-то одно. Настоящий ладан — это смола очень редкого дерева, произрастаю­щего в Аравии, в Восточной Африке и Индии. Латинское название его — Boswellia, оно быва­ет нескольких видов, незначительно отличающихся друг от друга с ботанической точки зре­ния, но значительно отличающихся по произ­водимому ими продукту, а именно — тому, что называется ладаном. К остальным же видам и сортам ладана мы будем добавлять определение: «индийский», «иерусалимский», «рос­ный», «африканский» и т.д.

Но как выглядит сам ладан? Это смола в виде округлых или продолговатых кусочков диамет­ром от двух до десяти миллиметров. Обычно от полупрозрачно-желтого цвета до розоватого, иногда встречается с зеленоватым оттенком. За­пах у невоскуряемой смолы немного терпкий, смолистый, но не сильный.

В торговых законах 1200 г. до P. X. Рамсес III постановил, что цвет благовоний может колебаться от дымчато-янтарного до нефритово-зе­ленного, бледного, как лунный свет, но все осталь­ные не имеют никакой ценности.

Плиний (Старший): «Однако благовоние, ко­торое ценится выше других, — это такое, кото­рое имеет форму соска или груди. Он получает­ся когда одна капля вдруг останавливается, а другая, следующая непосредственно за ней, прилипает и соединяется с ней в единое целое».

Бируни говорит: «Лучший ладан — мужской (с мужского дерева) — белый, круглый, золотис­тый в изломе и быстро воспламеняющийся…» Относительно ладана, привозимого из Индии, он говорит: «Ладан зеленоватого и черноватого цве­та. Продавцы придают ему округлую форму так: его режут на небольшие куски различной фор­мы и кладут в кувшин, который вращают, пока куски не станут круглыми. Этот ладан хуже на­стоящего, он горький и зеленый».

Древнегреческий ботаник Теофраст (ок. 372–ок. 287 гг. до н. э.) пишет: «Иногда одно зерно ладана бывает так велико, что заполняет собой всю горсть и весит больше одной трети мины. Мне же кажется что это преувеличение; я думаю, такое зерно изготовляли специально, отливая смолу в форму, а затем придавали ей вид естественной капли. Так, чтобы поразить воображение царей. Ибо долгое время счита­лось, что ладанные деревья произрастают в Раю». И в то же время он же очень достоверно описывает сбор ладана в Аравии: «У деревьев были надрезаны стволы и ветви, только первые, казалось, были надрублены топором, надрезы же на ветвях были менее глубоки. Смола частью скатывалась вниз, а частью приставала к дере­ву. Кое-где под деревьями были расстелены плетенки из листьев финиковой пальмы; а кое-где землю просто утрамбовали и чисто подмели. Ладан на плетенках был чист и прозрачен; стекавший прямо на землю был хуже. Смолу, при­ставшую к дереву, обдирают железными инст­рументами; поэтому в ней иногда оказывается и кора… Слышали они еще, что ладан и мирру свозят отовсюду в храм Солнца, это величай­шая святыня Сабеев. Привозят ладан, каждый ссыпает его в свою особую кучку и то же самое делает с миррой. Кучки эти остаются под охра­ной стражи; в кучку втыкается дощечка с обо­значением числа и имеющихся здесь мер и це­ны, по какой следует продавать каждую меру. Купцы, явившись, рассматривают эти надписи и, перемерив понравившуюся им кучку, кладут указанную плату на то же самое место, откуда взяли кучку. Жрец, придя на место, забирает третью часть этой платы в пользу бога, осталь­ное же оставляет на месте, и деньги лежат в полной сохранности, пока за ними не приедут и не заберут их хозяева».

Нельзя не сказать о традиции «ладановарения», то есть о приготовлении ладана из нескольких компонентов. В православных монас­тырях русской, греческой, румынской церкви на Старом Афоне в Греции почти в каждом имеет­ся свой рецепт приготовления ладана, который держится в секрете. Существует, например, ла­дан «Студитского монастыря по Оптинскому ре­цепту», «Охридского болгарского монастыря», румынского монастыря «Брынковяну». Очевид­но, что традиция «ладановарения» существует давно, и центром этой традиции в настоящее время являются монастыри Старого Афона. Ка­чество ладана, приготовленного в этих монасты­рях, изумительно — что ж, это и понятно — его составляют монахи10.

В качестве компонента иногда входит в состав­ные ладаны мирра. Название мирра происходит от греческого mirra, это ароматическая гумми-смола, вытекающая при поранении коры ствола тропических деревьев, или скорее кустарников, рода коммифора, семейства бурзеровых, того же семейства настоящий ладан. В русском языке на­ряду с миррой употребляется название смирна. И тут возникает путаница, потому что смирна — это камедь, подобная мирре, но получаемая совсем с другого растения, а именно со Smyrnium perfoliatum, или «смирниумом», он же «конская петруш­ка». Путаница еще возможно от того что Смирной назывался известный порт, который стоял в устье реки Мелес на западном берегу Малой Азии; ныне это турецкий город Измир. Естественно, через его порт проходили благовония, а, как известно, ве­щества часто называли не по месту произраста­ния, а по пункту, из которого они вывозились. Имя мирра можно давать только смоле, получаемой из дерева Commiphora myrrha или Balsamodendron myrrha. О ней и пойдет речь в этой главе.

Мирровые деревья произрастают в Афри­ке, на берегах Красного моря и Индийского океана, а также в Азии, на Аравийском полуос­трове. Мирра представляет собой куски разнообразной величины в виде отдельных зерен или слипшихся масс желтовато-прозрачного или буроватого цвета с терпким запахом и горьким вкусом. Запах у нее замечательный и сильный: маленькое ее количество наполняет своим ароматом большое пространство. С древних времен мирра была предметом торговли. Название мирра, произносимое вслух, многим кажется знакомым, потому что священное ми­ро для Священного помазания у христиан обя­зательно включало в свой состав мирру в виде одного из компонентов. Впервые мирра, или, в русском переводе, «смирна», упоминается в Библии в книге Исход (30:23): «Возьми себе самых лучших благовонных веществ: смирны самоточной пятьсот сиклей, корицы благовонной половину против того, двести пятьдесят, трост­ника благовонного двести пятьдесят, кассии пятьсот сиклей, по сиклю священному и масла оливкового пятьсот гин. И сделай из сего миро для священного помазания, масть составную, искусством составляющего масти: это будет миро для священного помазания».

Встречаем упоминания о мирре в Новом За­вете так: после снятия с креста пришел Никодим и «принес состав из смирны и алоэ, литр около ста» (Ин.29:39). Смирну смешивали с вином (Мк. 25:23) — читаем о казни Иисуса: «И привели Его на место Голгофу, что значит: «лобное место». И давали Ему пить вино со смирною; но Он не при­нял» В числе даров, принесенных волхвами Ии­сусу, были: золото, ладан и смирна (Мф.2:11), — здесь речь везде идет не о смирне11.

Как «варят» такой ладан — то что называют этим именем (как правило, многокомпонентное вещество, в котором иногда может присутство­вать часть настоящего ладана, а может и не присутствовать)? Часто такой составной ладан делают из смол местных деревьев: фисташки, можжевельника, сосны — с добавлением эфир­ных масел, к примеру, розового. Кстати, в со­ставных ладанах используют настоящий ладан низкого сорта, тот, что в порошке. Так, напри­мер, делают ладан, известный у нас среди пра­вославной паствы и духовенства под названием «Иерусалимский». Его привозят обычно из Ие­русалима; ввиду своей дороговизны он доста­точно редок. Это небольшие подушечки 5–8 мм в диаметре, розового цвета, обсыпанные снару­жи порошком из смолы. При воскурении их можно услышать нежный запах розы.

Ладан воскуряется на древесном угле, кото­рый является тихим и незаметным спутником, но без которого вознесение благоуханных паров невозможно. Что касается угля, у нас в России предпочитают березовый древесный уголь, ко­торый, сгорая, почти не дает никаких посторонних запахов. В Греции, на Афоне для тех же це­лей используют уголь, получаемый из виноградной лозы. А в Средневековой Европе лучшим для воскурения считался липовый уголь. На его основе с добавлением ладана и других аромати­ческих смол делались курительные свечки, позже известные у нас в России под именем «мона­шенок». Теперь в домах иногда для воскурения ладана используют настольную электрическую лампу — на ее стеклянную колбу кладут колеч­ко и в него уже помещают кусочек ладана, это делается для того, чтобы растопленная смола не попала в патрон. Сложилась даже традиция: нужна лампа в 60 ватт — если меньше, то тепла не достаточно; если больше, то ладан начинает давать горьковатый дым.

На вкус ладан терпкий, горьковатый, и если жевать его некоторое время, то во рту останется что-то напоминающее по виду жевательную ре­зинку; благодаря этому пластичному свойству он также с древних времен использовался в со­ставе ранозаживляющих пластырей. Как и вся­кая растительная камедесмола, он обладает свойствами подавлять действие микробов в воз­духе, в воде и организме.

Ладан век от века везли по суше из Дуфара и Хадрамаута в Южную Аравию, пройдя ее и попав на запад в Йемен, оттуда повернув на се­вер и двигаясь вдоль Красного моря до того места, где дорога благовоний разделялась и один путь шел в Египет, а другой на восток, в Вави­лон и Сирию. К тому времени, когда груз дости­гал места назначения, его стоимость увеличи­валось вшестеро. Поэтому египтяне стремились сами проторить этот путь, избавившись от по­средников, и даже привезти саженцы, чтобы их рассадить в Египте. Первая известная экспеди­ция египтян за благовониями в Сомали была от­правлена примерно за 3000 лет до P. X. Это зна­чит, что ладан как благовоние уже использует­ся пять тысяч лет. В последующие века такие экспедиции предпринимались неоднократно, последняя была послана в Сомали в 1493 г. до Р. X. по приказу египетской царицы Хатшепсут. Флотилия из пяти больших судов с тридцатью гребцами на каждом. Мы знаем об этом благода­ря рисункам и надписям на стенах храма Дейрэль-Бахари. Известно, что, помимо самих бла­говоний — а это были в основном ладан и мир­ра — пытались привезти сами деревья, чтобы развести их в Египте и таким образом значи­тельно сократить расходы, так как ладан и мирра ценились в те времена по-настоящему на вес золота или даже дороже золота. К сожале­нию, деревья не прижились.

На одно из первых мест в борьбе с нечистью народная мудрость у русских ставит ладан. Это отражается в фольклоре, пословицах: «Боится, как черт ладана». Или: «Бежит как черт от ла­дана», «его ладаном не выкуришь», «Святым Духом, ладаном запахло», «ладан на чертей, а тюрьма на воров», «ладан на вороту, а черт на шее» (то есть на шею надета «ладанка» — так у русских назывался мешочек с ладаном, носи­мый на шее; считалось, что он предохраняет от напастей и нечистой силы. Обычно этот мешо­чек привешивали к нательному кресту).

В обиходном словаре у русских достаточно слов, связанных с ладаном и приспособлениями для его хранения и употребления; так, напри­мер, — «ладанницей» назывался сосуд для хра­нения ладана. Распространена была также «ла­данная курильница», которая ставилась перед иконами, обычно ее делали из меди в виде шара, с крестиком наверху. Такую информацию можно найти в «Словаре русского языка», составленном В. Далем. Правда, Даль немного ошибается, оп­ределяя ладан как смолу Juniperus turifera, а это, как известно, можжевельник.

В средние века известны были в России «ла­данные книги»; в них вписывались расходы на ладан и облачение, которые отпускались из ка­зенного приказа в разные московские и иногородние церкви, а также к государю и царице. Главный интерес представляет, куда, в какие монастыри и церкви посылали ладан и облаче­ния, а также сведения о лицах, которые явля­лись в приказ за получением этих вещей. Книги эти относятся к царствованию Алексея Михай­ловича и хранятся в архиве московской Ору­жейной палаты. В Новгороде в начале восемнад­цатого года в «весчей» книге мы находим запись за 1714 год: «Ладан — 7.75 пудов общей суммой 78 рублей». Вероятно, это цифры годового по­требления ладана в Новгороде и окрестностях, всего 124 килограмма, цифра не маленькая.

Так как ладан широко применятся в цер­ковном богослужении, его широко использова­ли и в народе, иногда с несколько языческим оттенком, или даже с магическим. Например, в Сараповском уезде Вятской губернии в XIX веке был такой способ выявления колдунов. Нужно было взять «сорокообеденный ладан», то есть пролежавший на престоле во время Сорокоуста, растереть его в порошок и всыпать в вино или пиво. Затем надо было подозрительному человеку дать это выпить, после чего тот, если был колдуном, начинал ходить по избе с одного угла в другой, и он при этом не мог вый­ти в двери — для этого ему нужно было дать выпить обычной воды, тогда он мог покинуть дом; но при этом такой колдун терял всю свою магическую силу.

Без ладана не обходилась на Руси при лече­ния «кликушества», то есть особого рода психи­ческой болезни, или одержимости бесом, при ко­торой страдающий этим недугом выкрикивает разные бессвязанности или подражает крикам животных. Если припадок был сильный и боль­ная при этом не могла двигаться, то ее вносили в избу и начинали окуривать ладаном с трех сто­рон таким образом, чтобы сторона, открытая к двери, была свободна и бес мог покинуть боль­ную и выйти на улицу. Так как бес нападает на человека изнутри, то только ладан мог туда проникнуть и вытеснить его из одержимого.

На Орловщине в XIX в. для этих целей ис­пользовался ладан, собранный из двенадцати церквей и двенадцать раз утром вскипячен­ный в чугуне. Затем этот отвар сливают в штоф, после чего дают пить его больной. В Болоховском уезде, там же, на Орловщине, в од­ном из сел продавали подобный ладан под на­званием «херувимского», то есть такого, кото­рым кадят в киевских пещерах во время исполнения «Херувимской песни», причем «одну росинку дают на трешку». Ладан являл­ся также основным средством во время совер­шения очень важного для русской деревни об­ряда «опахивания». Обряд производится для того, чтобы оградить деревню от моровых по­ветрий, то есть эпидемий, угрожающих как скоту, так и людям. Для его совершения соби­раются, как правило, девицы и вдовы и ночью, впрягшись в соху, пропахивают вокруг дерев­ни борозду. В Судогском уезде Владимирской губернии обряд «опахивания» проводят под Духов день, при этом поют «Да воскреснет Бог»; на всех перекрестках дорог, ведущих в селение, проводят сохою крест, а в копанные специально ямы закладывают ладан. Здесь мы, очевидно, сталкиваемся с древними язы­ческими очистительными обрядами.

В православных монастырях пили воду, на­стоянную на ладане, для укрепления здоро­вья — ладан улучшал качество воды. Несо­мненно, обладая бактерицидными свойствами, ладан активно воздействует на микробы, содержащиеся в воде; кстати, совсем недавно стали использовать ионообменные смолы в фильтрах для очистки воды.

Подделка ладана, древнее искусство, оно появилось вместе с появлением ладана. Все, что ошибочно принимали или принимают за ладан, собственно и может служить для его подделки. В первую очередь, пытаются подделать внешний вид; ведь на рынке часто чело­век не имеет горящего угля, чтобы проверить запах, и ему приходится полагаться только на свои глаза, и купец при этом часто не является потребителем, а выполняет чей-то заказ. Но в этом деле глаза — плохой советчик, для рабо­ты с благовониями необходим прежде всего нос. Часто для подделки используют смолы хвойных деревьев: сосны, можжевельника, лиственницы. Для этого куски смолы окатывают, то есть им придают форму настоящего ладана; для этого их помещают в длинный кувшин и, повалив его набок, катают, затем полученные таким образом катышки присыпают пудрой той же смолы, а иногда и пудрой из на­стоящего ладана.

Часто путаница с определением ладана происходит не по злому умыслу, а по незна­нию — как может человек отличить настоящее от ненастоящего, если он настоящее в глаза не видел?

И теперь читатель может спросить: вот та­кая замечательная вещь ладан, где же его насто­ящий достать? Действительно, это проблема. Но Господь позаботился обо всех народах, и каж­дый может найти в окружающей его природе не­что подобное. У нас в России «лесным ладаном» называли смолу сосны. Также хороши смола ли­ственницы, кедра, можжевельника и ели. Любой желающий может собрать эти смолы и, смешав их, класть на угли, в городе очень заметно стано­вится их действие12.


Примечания:

1 Древние цивилизации. М., 1989. С. 470.

2 Словарь античности. Пер. с нем. М., 1989. С. 612.

3 Доддс Э. Р. Язычник и христианин в смутное время. Пер. с англ. СПб., 2003. С. 182.

4 Переписка Поиния с Траяном. Письмо 96. В кн.: Письма Плиния младшего. М. 1984. С. 205.

5 Шмеман А., прот. Литургия и жизнь. М., 2002. С. 40.

6 Материал размещен на сайте: http://www.liturgy.ru

7 Вениамин, архиепископ Нижегородский и Арзамасский. Новая Скрижаль. В 2‑х т. М., 1993. Т. 1. С. 85.

8 Священник Андрей Спиридонов. http://www.russia-hc.ru/rus/public/quest/que.si_2.cfni

9 Http://www.p‑blagovest.narod.ru/ Newspaper / N‑5_02‑2. html

10 Москалев С. Э. «Наука и религия», 1995. № 8. Материал размещен на сайте: http://www.futura.ru

11 Москалев С. Э. «Словарь фимиамов». Материал размещен по адресу: http://www.gdv-aura.msk.ru/forum/printpage.php?forum=14&topic=33

12 Москалев С. Э. «Наука и религия». 1995, № 8. Материал размещен на сайте: http://www.futura.ru

© АНО «Развитие духовности, культуры и науки» — 2005 г. © Иеромонах Серафим (Параманов) — 2005 г.

Каналы АВ
TG: t.me/azbyka
Viber: vb.me/azbyka