Отчего происходят бедствия

По бла­го­сло­ве­нию Пат­ри­арха Мос­ков­ского и всея Руси АЛЕК­СИЯ II

Оглав­ле­ние

Виньетка

 

Часть I

При­чины скор­бей

Скорбь и тес­нота всякой душе чело­века, дела­ю­щего злое…
Рим. 2:9.

Мно­гими скор­бями над­ле­жит нам войти в Цар­ствие Божие. 
Деян. 14:22.

После гре­хо­па­де­ния жизнь чело­ве­че­ская запол­ни­лась трудом, болез­нями и стра­да­ни­ями. Есть много причин, по кото­рым нам посы­ла­ются скорби и стра­да­ния. При этом нико­гда нельзя думать, что посы­ла­е­мые стра­да­ния, несча­стья и беды могут идти от людей: все кресты идут от Гос­пода Бога, как бес­пре­дельно мило­сти­вого, так и бес­пре­дельно пре­муд­рого. 

Одной из основ­ных причин посы­ла­е­мых нам стра­да­ний явля­ется наша гре­хов­ность. В этом случае стра­да­ния посы­ла­ются нам как сред­ство, про­ти­во­дей­ству­ю­щее тому вреду, кото­рый при­но­сится душе нашей грехом и нали­чием в ней стра­стей и при­стра­стий. 

Как пишет о. Иоанн Крон­штадт­ский: “Пока в нас стра­сти будут дей­ство­вать, пока ветхий чело­век в нас будет жить и не умрет, до тех пор нам при­дется много скор­беть от раз­лич­ных иску­ше­ний в жизни, от борьбы вет­хого чело­века с новым”. 

Стра­да­ние можно рас­смат­ри­вать как духов­ное лекар­ство от гре­хов­ного вреда. Стра­да­ние (напри­мер в форме болезни) часто при­оста­нав­ли­вает дей­ствие греха: стра­да­ю­щий плотию пере­стает гре­шить, — пишет ап. Петр (1Пет. 4:1). 

Стра­да­ние за грех есть голос Божий, вра­зум­ле­ние гре­ша­щему чело­веку: это удар по руке, тво­ря­щей без­за­ко­ние.

Вместе с тем, стра­да­ния смяг­чают вину греха — урав­но­ве­ши­вают в какой-то мере вину, по закону воз­мез­дия и спра­вед­ли­во­сти. 

Отсюда оче­видно, что стра­да­ю­щих в этом мире, вообще говоря, ожи­дает более бла­го­при­ят­ная участь в буду­щем веке, чем живу­щих легкой жизнью. Об этом гово­рит Сам Гос­подь в притче о бога­том и Лазаре (Лк. 16:19–31). 

Поэтому надо более печа­литься о тех, кто имеет здесь полное житей­ское бла­го­по­лу­чие, доволь­ство, ком­форт и ведет рас­се­ян­ную жизнь, и — менее за тех, кто идет здесь тяжким путем нужды и стра­да­ний. 

Может быть, воз­ни­кает сомне­ние в необ­хо­ди­мо­сти стра­да­ний как иску­пи­тель­ного фак­тора, если Жертва Христа доста­точна, чтобы покрыть вину грехов всего мира? Дей­стви­тельно, спа­се­ние от Гос­пода дается “даром” (Рим. 3:24). Но оно дается тем, кто по своему про­из­во­ле­нию ищет его, и не спасет всех людей как бы авто­ма­ти­че­ски. 

И если чело­век не идет серд­цем ко Христу за помо­щью и за про­ще­нием грехов и живет рас­се­ян­ной жизнью, не обра­щая вни­ма­ния на запо­веди Христа, то его не спасет иску­пи­тель­ная жертва Христа: он сам как бы отка­зы­ва­ется от нее, отка­зы­ва­ется от пред­ла­га­е­мого лекар­ства и не полу­чает остав­ле­ния грехов, пре­не­бре­гая таин­ством пока­я­ния. 

Об этом так пишет ап. Павел колос­ся­нам: Вас, бывших неко­гда отчуж­ден­ными и вра­гами, по рас­по­ло­же­нию к злым делам, ныне при­ми­рил в теле Плоти Его, смер­тью Его, чтобы пред­ста­вить вас свя­тыми и непо­роч­ными и непо­вин­ными пред Собою, если только пре­бы­ва­ете тверды и непо­ко­ле­бимы в вере и не отпа­да­ете от надежды бла­го­вест­во­ва­ния (Кол. 1:21–23). 

Как видно отсюда, сила искуп­ле­ния рас­про­стра­ня­ется на нас лишь при усло­вии нашей “непо­ко­ле­би­мо­сти в вере и надежде бла­го­вест­во­ва­ния”. 

А так как мы все недо­ста­точно вни­ма­тельны к своим грехам, не ищем и не поль­зу­емся в полной мере таин­ством пока­я­ния, то и всем нам нужно стра­да­ние для смяг­че­ния послед­ствий нашего греха. 

Вот почему о необ­хо­ди­мо­сти хри­сти­а­нину стра­да­ний и скор­бей гово­рили и Гос­подь — в мире будете иметь скорбь (Ин. 16:33), и апо­столы, и все святые отцы: мно­гими скор­бями над­ле­жит нам войти в Цар­ствие Божие, — гово­рил апо­стол Павел (Деян. 14:22). 

“Нет скор­бей, нет и спа­се­ния”, — гово­рил преп. Сера­фим. А преп. Симеон Новый Бого­слов учит: “Как одежду, изма­ран­ную грязью и всю осквер­нен­ную какой-либо нечи­сто­той, невоз­можно очи­стить, если не мыть в воде и не сти­рать ее долго, так и ризу душев­ную, осквер­нен­ную тиною и гноем гре­хов­ных стра­стей, иначе отмыть нельзя, как только мно­гими сле­зами и пере­не­се­нием иску­ше­ний и скор­бей”. 

По словам свт. Иоанна Зла­то­устого, для хри­сти­а­нина име­ется три сте­пени для спа­се­ния: а) не гре­шить, б) согре­шивши, каяться, в) кто плохо кается, тому тер­петь нахо­дя­щие скорби. А кто же может ска­зать, что он кается доста­точно усердно? 

Отсюда путь избав­ле­ния от стра­да­ний за свои грехи есть пока­я­ние. Сила пока­я­ния должна быть сораз­мерна сте­пени греха. 

Пока­я­ние как про­из­воль­ное стра­да­ние (само­лю­бия при испо­веди), при­ми­ряет с Богом и сни­мает непро­из­воль­ное стра­да­ние. Если же нет доста­точ­ного созна­ния греха, нет силы нести дея­тель­ное, глу­бо­кое пока­я­ние, то надо в сми­ре­нии при­ни­мать посы­ла­е­мые стра­да­ния и бла­го­да­рить за них, как за милость, как за при­знак заботы о нас Бога. 

Старец Вар­со­но­фий Оптин­ский гово­рил: “Непре­стан­ные скорби, посы­ла­е­мые Богом чело­веку, суть при­знак осо­бого Божия про­мыш­ле­ния о чело­веке”. 

Вот почему стра­да­ния и несча­стья люди духов­ные назы­вают “посе­ще­нием Божиим”. 

А когда греш­ник живет легкой спо­кой­ной жизнью, они видят в этом остав­ле­ние Богом чело­века, кото­рому грозит страш­ная участь в загроб­ной жизни. 

Как часто страж­ду­щие души просят у Гос­пода о пре­кра­ще­нии стра­да­ний! Но о том ли надо про­сить? Не грех ли живет в основе стра­да­ний? И если бы он был устра­нен искрен­ним пока­я­нием, то устра­ни­лось бы и стра­да­ние. 

Когда к Гос­поду при­несли рас­слаб­лен­ного, то Он прежде всего про­стил ему грехи, и потом уже, как след­ствие про­ще­ния, даро­вал и исце­ле­ние (Мф. 9:2–8). В другом случае стра­да­ния посы­ла­ются не за грех, а чтобы предо­хра­нить от греха или напра­вить хри­сти­а­нина от легкой и рас­се­ян­ной жизни на жизнь сосре­до­то­чен­ную, и жизнь в Боге. В таких слу­чаях посы­ла­ется дли­тель­ная болезнь, ссылка, зато­че­ние и т.п. Это совер­шенно изме­няет жизнь, дает чело­веку воз­мож­ность заду­маться о ней, для неко­то­рых — побыть в уеди­не­нии. 

Подоб­ные стра­дальцы, кото­рые вна­чале часто тяжело пере­но­сили изме­не­ние своей судьбы, впо­след­ствии или под конец жизни горячо бла­го­да­рили Гос­пода за послан­ную им неко­гда тяже­лую пере­мену в жизни (см. напри­мер, жиз­не­опи­са­ния схи­мо­на­хини Нек­та­рии, князя Мень­ши­кова и др.). Про третью при­чину посы­ла­е­мых людям стра­да­ний так гово­рит преп. Мака­рий Вели­кий: “Бог знает немощь чело­ве­че­скую, что чело­век скоро пре­воз­но­сится; поэтому оста­нав­ли­вает его и попус­кает ему быть в непре­стан­ном упраж­не­нии и вол­не­нии… Бог, зная твою немощь, по смот­ре­нию Своему посы­лает тебе скорби, чтобы стал ты сми­рен­ным и рев­ност­нее взыс­кал Бога”. 

О том же пишет епи­скоп Вени­а­мин Милов: “Скорби глу­боко сми­ряют чело­ве­че­скую гор­дыню и выби­вают у чело­века опоры себя­лю­бия и над­ме­ния. Много постра­дав­ший пере­стает гре­шить. Он чув­ствует свое ничто­же­ство и невольно ищет утвер­жде­ния своего в силе Божией и рас­кры­вает молит­вою себя для при­ня­тия бла­го­дати от Бога. 

Скорбь пере­плав­ляет чело­ве­че­ское настро­е­ние из гре­хов­ного, само­за­мкну­того в святое и откры­тое к Богу и воз­вра­щает вся­кого греш­ного блуд­ного сына в Отчий Божий дом”. 

В чет­вер­том случае хри­сти­ане испы­ты­ва­ются в вере и пра­вед­но­сти. 

Как пишет преп. Вар­со­ну­фий Вели­кий: “Муж, не испы­тан­ный иску­ше­ни­ями, неис­ку­сен”. 

Адам после созда­ния был первое время без­гре­шен и, как чистый серд­цем, видел Бога и бесе­до­вал с Ним. Бла­женны чистые серд­цем — ибо они Бога узрят (Мф. 5:8). Но мы знаем, что он не был тверд в доб­ро­де­тели и впал в грех. 

Дети также первое время бывают чисты серд­цем, но затем все бывают под­вер­жены греху. Поэтому одна чистота сердца, без испы­та­ния ее проч­но­сти, не имеет полной цен­но­сти. Вот почему в мире допу­щены Богом соблазны. Гос­подь и гово­рит: надобно придти соблаз­нам (Мф. 18:7). Преп. Анто­ний Вели­кий пишет: “Никто без иску­ше­ний не может войти в Цар­ство Небес­ное; не будь иску­ше­ний, никто бы и не спасся”. 

О том же так сви­де­тель­ствует архи­манд­рит Софро­ний: “Путь чело­века к Богу испол­нен вели­ких боре­ний. Дух подвиж­ника, стре­мя­ще­гося к вечной боже­ствен­ной любви, чтобы стать воис­тину разум­ным и спо­соб­ным к этой любви, неиз­бежно про­хо­дит через долгий ряд испы­та­ний”. 

Как пишет игумен Иоанн: “Земная жизнь не есть ли одно испы­та­ние? Это непре­рыв­ный ряд испы­та­ний, экза­ме­нов нашей любви к Богу и к чело­веку, нашей веры, нашей чистоты, нашей правды — рас­тво­рен­но­сти в воле Божией, согар­мо­нич­но­сти Цар­ству Божьему”. И только те, кто испы­тан в соблаз­нах, кто имел духов­ную силу пре­одо­леть их (хотя бы и не сразу), те могут счи­таться достиг­шими духов­ной зре­ло­сти”. 

Как пишет о. Иоанн Крон­штадт­ский: “Мно­го­раз­лич­ные гре­хов­ные при­вя­зан­но­сти сердца нашего Гос­подь испы­ты­вает раз­лич­ным обра­зом: иного (ску­пого) испы­ты­вает поте­рею денег или какой-либо части из соб­ствен­но­сти, попус­кает ворам обкра­ды­вать; иного — пожа­ром; иного — напрас­ными издерж­ками по неудав­шимся делам; иного — болез­нями и издерж­ками на врачей; иного — поте­рею близ­ких; иного — бес­че­стием. 

Всех испы­ты­вает вся­че­ски, да откро­ются в каждом его слабые, болез­нен­ные сто­роны сердца и научится каждый исправ­лять себя. Весьма у многих душу про­хо­дит оружие, чтобы откры­лись помыш­ле­ния их сердец. 

Потому какой бы ни слу­чился убыток из твоего имения, верь, что на то есть воля Гос­подня и говори: Гос­подь дал. Гос­подь и взял, да будет имя Гос­подне бла­го­сло­венно (Иов. 1:21). Купи у Меня золото, огнем очи­щен­ное, чтобы тебе обо­га­титься, — гово­рит Гос­подь в Откро­ве­нии (3, 18). Ап. Петр пишет: О сем радуй­тесь, поскор­бевши теперь немного, если нужно, от раз­лич­ных иску­ше­ний, дабы испы­тан­ная вера ваша ока­за­лась дра­го­цен­нее гиб­ну­щего, хотя и огнем испы­ты­ва­е­мого золота (1Пет. 1:6–7). 

Один инок изне­мо­гал в силь­ной борьбе с иску­ше­ни­ями. Его старец спро­сил его: “Хочешь ли, я помо­люсь Гос­поду, чтобы было снято с тебя иску­ше­ние?” — “Нет, отче, — отве­чал мудрый инок, — помо­лись лишь о том, чтобы Гос­подь укре­пил меня в борьбе с иску­ше­нием. Если же оно будет снято с меня, то я не получу той духов­ной пользы, кото­рую я вижу в моей борьбе”. 

Пятой при­чи­ной стра­да­ний может явиться невы­пол­не­ние чело­ве­ком Божьего при­зыва, укло­не­ние от того пути или пору­че­ния, кото­рые пред­на­зна­чены чело­веку от Бога. Это стра­да­ние про­рока Ионы во чреве кита. Кон­ча­ются эти стра­да­ния тогда, когда хри­сти­а­нин поймет, что тре­бует от него Гос­подь и в чем состоит его укло­не­ние от пред­на­зна­чен­ного ему пути. 

Эти стра­да­ния часто посы­ла­ются к избран­ни­кам Божиим, когда они всту­пают на путь, не пред­на­зна­чен­ный для них Богом. Посы­ла­ются они им и тогда, когда у них появ­ля­ется при­стра­стие и увле­че­ние чем-либо земным или наблю­да­ется ослаб­ле­ние в них огня рев­но­сти, уга­са­ние любви к Богу, отход от нача­того слу­же­ния. 

Все эти стра­да­ния кон­ча­ются, когда хри­сти­а­нин остав­ляет при­стра­стие, воз­вра­ща­ется на преж­ний путь слу­же­ния или снова воз­го­ра­ется огнем духов­ной рев­но­сти. 

По мнению старца Амвро­сия Оптин­ского, “когда чело­век идет прямым путем, для него и креста нет. Но когда отсту­пит от него и начнет бро­саться то в ту, то в другую сто­рону, вот тогда явля­ются разные обсто­я­тель­ства, кото­рые и тол­кают его на прямой путь. Эти толчки и состав­ляют для чело­века крест. Они бывают, конечно, разные, кому какие нужны”.

Смысл бытия и стра­да­ния

Как пишет иеро­мо­нах (а впо­след­ствии архи­епи­скоп) Иоанн: “Не в физи­че­ском здо­ро­вье и не в тлен­ном богат­стве быст­ро­те­ку­щей жизни смысл бытия чело­ве­че­ского на земле, венец мило­сти к чело­веку в веч­но­сти. 

Венец в том, что Гос­подь усы­нов­ляет чело­века и при­чис­ляет его к Своему крест­ному пути правды в ветхом мире и, стра­дая за рабов Своих, стра­дает в сынах, рас­про­стра­няет пре­делы Своего страж­ду­щего Бого­че­ло­ве­че­ского Тела на тела всех сынов Своих и стра­да­ния Бого­че­ло­ве­че­ской души Своей на их души. 

Так рож­да­ется новый мир. Это вели­кая тайна стро­и­тель­ства Церкви, Нового Мира на крови Агнца и агнцев. 

Но не для всех оди­на­ково рас­кры­ва­ется в мире эта тайна. Ибо она не может быть ни понятна, ни при­нята во всем ее бла­го­сло­ве­нии вне чистых путей усы­нов­ле­ния Богу, вне вели­кой к Богу любви. Лишь эта любовь (пусть юная, пусть мол­ча­ли­вая) рас­кроет до конца и оправ­дает все стра­да­ния. 

То, к чему мы идем, слиш­ком велико. То, что мы здесь остав­ляем, слиш­ком ничтожно. В этом мире ничтожны все наши доб­ро­де­тели, ничтожно все наше пони­ма­ние истины. 

И поэтому нет на земле высшей кра­соты, чем стра­да­ние правды, нет боль­шего сияния, чем сияние без­вин­ного стра­да­ния”.

Вос­при­я­тие скор­бей хри­сти­а­ни­ном

Дол­го­тер­пе­ние — матерь всех благ.
Преп. Вар­со­но­фий Вели­кий.

Встре­ча­ясь со скор­бями, может ли хри­сти­а­нин молить Бога об избав­ле­нии от них или про­сить других молиться за него? 

На этот вопрос преп. Вар­со­ну­фий Вели­кий и Иоанн отве­чают так: “Совер­шен­ные не отстра­няют от себя гнев Божий, потому что всю надежду воз­ла­гают на Бога; но мы, как плот­ские и нуж­да­ю­щи­еся еще в земных вещах, будем осуж­дать самих себя как согре­ша­ю­щих в том и отстра­ним от себя гнев Божий молит­вою и псал­мо­пе­нием, моля Бога, да про­стит Он нас, и впредь будем ста­раться бла­го­да­рить Бога. 

Ибо после, как это прой­дет, грехи наши навле­кут на нас еще худшее, и без пока­я­ния и мило­стыни невоз­можно пре­кра­тить пости­га­ю­щие нас бед­ствия”. 

Как видно из ответа пре­по­доб­ных, здесь может быть два случая. Для более слабых духом необ­хо­димо молиться и каяться в грехах (хотя бы и не осо­знан­ных), чтобы смяг­чить гнев Божий и отстра­нить от себя, может быть, еще новые и более тяже­лые скорби. 

Но наи­бо­лее силь­ные духом хри­сти­ане не счи­тают воз­мож­ным укло­няться от скор­бей как от воли Божией — всегда благой, в чем бы она ни про­яви­лась. 

Преп. Анто­ний Вели­кий пишет про это: “Как неуместно не бла­го­да­рить врачей за оздо­ров­ле­ние тела и тогда, когда они дают нам вра­чев­ства горь­кие и непри­ят­ные, так неуместно и оста­ваться небла­го­дар­ными к Богу за то, что кажется нам нера­дост­ным — не разу­мея, что все бывает по Его про­мыш­ле­нию и на пользу нам”. 

А преп. Исаак Сири­а­нин так гово­рит про пра­вед­ника: “Если встре­тятся ему скорби, то он как бы уверен и точно знает, что скорби доста­вят ему венец; и терпит их со всякою радо­стью, при­ни­мает их с весе­лием и радо­ва­нием. Ибо знает, что Сам Бог по при­чи­нам полез­ным ему пред­на­зна­чает их в Своем неяв­ном про­мыш­ле­нии о неве­до­мом для нас”. Вот один из при­ме­ров этого. 

Один из иноков при­хо­дил к келье вели­кого старца и крал у него жиз­нен­ные при­пасы. Старец видел это, но не обли­чал брата, а зани­мался более усердно руко­де­лием, говоря: думаю, этот брат нуж­да­ется. И нес старец тяжкую скорбь, терпя боль­шой недо­ста­ток в хлебе. 

Когда старец кон­чался, братия окру­жили его. Он, увидев между ними брата, кото­рый посто­янно крал у него хлеб, сказал ему: “Подойди ко мне, брат”. Когда брат подо­шел, старец схва­тил руки его и начал цело­вать их, говоря: “Бла­го­дарю эти руки, при посред­стве их я наде­юсь войти в Цар­ство Небес­ное”. Инок уми­лился, принес пока­я­ние и сде­лался стро­гим мона­хом. 

Так покор­ность воле Божией в посы­ла­е­мой скорби послу­жила на вели­кую пользу и самому старцу, и согре­шив­шему иноку. 

Поэтому в тех слу­чаях, когда хри­сти­а­нина пости­гает какое-либо несча­стье или скорбь, святые отцы всегда пред­ла­гают поне­сти ее тер­пе­ливо, бла­го­душно и не отвра­щаться от нее и в сми­ре­нии счи­тать себя достой­ным еще боль­ших несча­стий, чем послан­ное. 

К старцу Лео­ниду Оптин­скому пришел гор­шеч­ник, один из его духов­ных детей, у кото­рого украли колеса от повозки, на кото­рой он отво­зил на базар при­го­тов­ля­е­мые им горшки. Он сказал старцу, что знает вора и может отыс­кать колеса. 

“Оставь, Семе­нушка, не гонись за своими коле­сами, — отве­тил старец: — это Бог тебя нака­зал, ты и понеси Божье нака­за­нье и тогда малою скор­бью изба­вишься от боль­ших. А если не захо­чешь потер­петь этого малого иску­ше­ния, то больше будешь нака­зан”. 

Гор­шеч­ник послу­шал старца и, по его сви­де­тель­ству, затем ему гро­зили боль­шие несча­стия, но Гос­подь всегда уже избав­лял его от них. 

Нельзя при скор­бях наде­яться отвра­тить их без молитвы и пока­я­ния посред­ством каких-либо свя­тынь, ища от них спа­се­ния, подобно тому, как языч­ники при­ме­няют талис­ман. Так в одном семей­стве повто­ря­лись семей­ные несча­стья. Супруги при­е­хали в Оптину пустынь и обра­ти­лись за помо­щью к своему зем­ляку — иеро­мо­наху Гав­ри­илу. Тот взду­мал было помочь их горю херу­вим­ским лада­ном, но пред­ва­ри­тельно пошел с этим делом за бла­го­сло­ве­нием к старцу Лео­ниду. 

“Чудак ты, — сказал ему старец, — помо­жет ли тут херу­вим­ский ладан? Где гнев Божий, там Гос­подь не щадит и Своей свя­тыни. Тут потребно искрен­нее рас­ка­я­ние в грехах, за кото­рые послан гнев Божий, и исправ­ле­ние”. 

И когда беды явля­ются след­ствием греха, то един­ствен­ным сред­ством избав­ле­ния от них явля­ется пока­я­ние и поне­се­ние про­из­воль­ного нака­за­ния — епи­ти­мий. 

Вместе с тем, как гово­рит свт. Игна­тий Брян­ча­ни­нов: “Во время напа­стей не ищи помощи чело­ве­че­ской. Не трать дра­го­цен­ного вре­мени, не исто­щай сил души твоей на иска­ние этой бес­силь­ной помощи. Ожидай помощи от Бога: по Его мано­ве­нию в свое время придут люди и помо­гут тебе”. Когда не хва­тает силы тер­петь, св. отцы реко­мен­дуют нам раз­лич­ные спо­собы для при­об­ре­те­ния тер­пе­ния в стра­да­ниях. Для этого надо вспом­нить самые труд­ные и тяжкие минуты своей жизни и срав­нить с ними тяжесть, кото­рую пере­но­сишь. Также можно при­во­дить себе на ум те силь­ные стра­да­ния и несча­стья, кото­рые терпят другие люди (напри­мер в тем­ни­цах, на одре неиз­ле­чи­мой и тяжкой болезни, при уми­ра­нии от голода и т.д.), и тогда свои личные стра­да­ния могут пока­заться незна­чи­тель­ными. 

Как гово­рит преп. Исаак Сири­а­нин: “Содержи всегда в уме тяг­чай­шие скорби скор­бя­щих и озлоб­лен­ных, чтобы самому тебе воз­да­вать долж­ное бла­го­да­ре­ние за малые и ничтож­ные скорби, быва­ю­щие у тебя, и быть в состо­я­нии пере­но­сить их с радо­стью”. 

“Вместе с тем, — как пишет о. Алек­сандр Ель­ча­ни­нов, — нет дру­гого уте­ше­ния в стра­да­ниях, как рас­смат­ри­вать их на фоне “того мира”; это и по суще­ству един­ствен­ная точка зрения верная. Если есть только этот мир, то все в нем сплошь бес­смыс­лица: раз­лука, болезни, стра­да­ния невин­ных, смерть. Все это осмыс­ли­ва­ется в свете океана жизни неви­ди­мой, омы­ва­ю­щей малень­кий ост­ро­вок нашей земной жизни. Кто не испы­ты­вал. дуно­ве­ний “оттуда” в снах, в молитве? Когда чело­век нахо­дит в себе силы согла­ситься на испы­та­ние, посы­ла­е­мое Богом, он делает этим огром­ный шаг вперед в своей жизни. 

Наши труд­но­сти и горе­сти, если мы их несем доб­ро­вольно, согла­ша­емся на них, питают и укреп­ляют душу, они непо­сред­ственно пре­вра­ща­ются в богат­ства духов­ные: крат­ко­вре­мен­ное легкое стра­да­ние наше про­из­во­дит в без­мер­ном пре­из­бытке вечную славу (2Кор. 4:17), это бла­го­дат­ный ветер, наду­ва­ю­щий паруса нашего духа… 

И в тот момент, когда чело­век с бла­го­дар­но­стью примет от Бога послан­ные ему стра­да­ния, он сразу войдет из них в такой мир и сча­стье, что всем кругом него станет светло и радостно. Лишь бы поже­лать этого — и Бог пошлет. 

Поэтому муже­ствен­ная душа инстинк­тивно ищет жертвы, случая постра­дать и духовно креп­нет в испы­та­ниях”. 

Вместе с тем, хри­сти­а­нин должен пом­нить о том, что как радо­сти, так и скорби в мире, часто бывают крат­ко­вре­мен­ными и одна сме­няет другую. Об этом так пишет мит­ро­по­лит мос­ков­ский Фила­рет: “Почему вы дума­ете, что далеко радость? Она близко: позади скорби, как в Песне песней: “Жених за стеною близ неве­сты”. “Вечер водво­рится плач, а заутро радость”. 

Вместе с тем, как пишет мит­ро­по­лит, “плач святых о вре­мен­ном лише­нии не назван бла­го­при­ят­ною жерт­вою Богу, а наше про­дол­жи­тель­ное и тяжкое сето­ва­ние не только не бого­угодно, но даже бывает грешно. Нам ска­зано: “Не скор­бите, как прочие, не имущие упо­ва­ния”. 

Наше дело нести нала­га­е­мые кресты с любо­вью, дет­ским сми­ре­нием и хри­сти­ан­ским тер­пе­нием, а не изме­рять их и не срав­ни­вать с дру­гими, не сето­вать в лише­ниях, а бодр­ство­вать над собою и кре­питься, дабы, изне­могши, не лишиться уго­то­ван­ной награды. 

Поэтому, если тер­пишь скорби без­винно, бла­го­дари Бога. В слове “без­винно” есть силь­ное вра­чев­ство против скорби”. 

Как гово­рит свт. Игна­тий Брян­ча­ни­нов: “Упраж­не­ние в само­уко­ре­нии вводит в навык уко­рять себя. Когда стя­жав­шего этот навык пости­гает какая-либо скорбь, тотчас в нем явля­ется дей­ствие навыка, и скорбь при­ни­ма­ется как заслу­жен­ная”. 

А как пишет свт. Феофан Затвор­ник: “За всякую непри­ят­ность бла­го­дари Бога, помня, что она послана ради твоей пользы”. 

“Глав­ная при­чина вся­кого сму­ще­ния, — гово­рит преп. авва Доро­фей, — если мы тща­тельно иссле­дуем, есть то, что мы не уко­ряем себя. Отсюда про­ис­те­кает всякое рас­строй­ство: по этой при­чине мы нико­гда не нахо­дим спо­кой­ствия”. 

“Уко­ря­ю­щий себя куда бы ни пошел, — сказал и прп. Пимен Вели­кий, — что бы с ним ни слу­чи­лось, вред ли, или бес­че­стие, или какая скорбь, уже пред­ва­ри­тельно счи­тает себя достой­ным всего непри­ят­ного и нико­гда не сму­ща­ется. Может ли быть что спо­кой­нее этого состо­я­ния?” 

Здесь, вместе с тем, сле­дует пре­ду­пре­дить, что уко­ре­ние себя должно быть только в грехах, но отнюдь не за какие-нибудь житей­ские ошибки или про­махи, вызвав­шие те или иные несча­стья. Про это так пишет старец Зосима из Троице-Сер­ги­е­вой Лавры: “Несча­стия и горе­сти посы­ла­ются нам Про­ви­де­нием для испы­та­ния нас, для укреп­ле­ния нас в жизни подвиж­ни­че­ской. 

Вели­чай­ший подвиг — тер­петь без ропота до конца дней своих все, что нис­по­сы­ла­ется нам в этой земной жизни, полной печали и слез. “Пре­тер­пев­ший до конца, тот спасен будет”. 

Однако нико­гда не нужно при­пи­сы­вать себе тяже­лых слу­чаев, бывших с тобою и близ­кими тебе. Нет, все это не от себя, а нис­по­сы­ла­ется тебе как крест. 

Неси же его бла­го­душно, вооду­шев­лен­ный свет­лой надеж­дой и твер­дой верой, что там, “идеже несть ни болезнь, ни печаль, ни воз­ды­ха­ние”, там, в вечной жизни, скорбь, пере­не­сен­ная здесь с упо­ва­нием и тер­пе­нием, даст тебе и твоим близ­ким такую радость и такую бли­зость к совер­шен­ной Любви и Истине, кото­рую и вооб­ра­зить себе чело­век не может. 

Если ты несешь скорбь с тер­пе­нием, этим ты сви­де­тель­ству­ешь свою вер­ность Христу, свою пре­дан­ность Спа­си­телю и свою любовь к Вос­крес­шему из мерт­вых и нас всех к Себе Зову­щему”. Пере­жи­вая скорбь, нико­гда нельзя счи­тать винов­ным в ней своего ближ­него. Об этом так пишет архиеп. Вар­лаам Ряшен­цев: “Терпи обиды, непри­ят­но­сти, неспра­вед­ли­во­сти, не дерзай по гор­до­сти винить в них твоего ближ­него. Вина лежит в тебе, а не в нем: Гос­подь желает очи­стить твои грехи, вот и посы­лает тебе как бы неза­слу­жен­ную обиду и скорбь, но она заслу­жена тобою, твоими раз­ными гре­хами, дру­гими, преж­ними. 

И прими скорбь с радо­стью, как лекар­ство очи­сти­тель­ное от Самого Гос­пода, а обид­чика считай небес­ным другом, цели­те­лем твоей души. 

Бойся судить обид­чика, уко­рять и т.д. — он твой бла­го­де­тель, допу­щен Богом для очи­ще­ния твоих грехов, для твоего сми­ре­ния и тер­пе­ния”. Итак, при пере­не­се­нии стра­да­ний и невзгод для хри­сти­а­нина ропот и выра­же­ние недо­воль­ства совер­шенно недо­пу­стимы. 

Св. отцы запре­щают даже жало­ваться на погоду, говоря, что “слиш­ком холодно” или “слиш­ком жарко”. 

Будем пом­нить также, что Гос­подь не остав­ляет нас нико­гда. И Он с нами в самые скорб­ные, без­от­рад­ные минуты. Будем пом­нить слова из псалма: Воз­зо­вет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби… избавлю его… и явлю ему спа­се­ние Мое (Пс. 90:15–16). 

О том же пишет и апо­стол Павел: “По мере, как умно­жа­ются в нас стра­да­ния Хри­стовы, умно­жа­ется Хри­стом и уте­ше­ние наше” (2Кор. 1:5). 

Вели­кое при­об­ре­те­ние для хри­сти­а­нина, когда он научится в жизни оди­на­ково при­ни­мать от Гос­пода все, что ему посы­ла­ется — слад­кое и горь­кое, легкое или тяже­лое, радост­ное или печаль­ное, и с неиз­мен­ной бла­го­дар­но­стью к Богу гово­рит себе: “Я и той доли не стою, кото­рой в насто­я­щее время награ­дил меня Гос­подь”. 

Вот еще что про вос­при­я­тие стра­да­ний писала одна хри­сти­анка: “Гос­подь — со мной. Он меня любит. Чего мне бояться? Сколько радо­сти и уте­ше­ния и силы несут с собой эти слова. 

  1. Гос­подь все знает и любит меня. Он покроет мою ошибку, если так лучше для меня. 
  2. Я больна, меня ждут боль­шие стра­да­ния. Но Гос­подь все знает и любит меня. Если Он мне посы­лает стра­да­ния, то Он с забот­ли­во­стью матери пошлет помощь, а стра­дать не даст выше сил. 
  3. Гос­подь все знает и любит меня и, если нужно, пошлет мне хоть одну отзыв­чи­вую душу. 

Слова эти при­ме­нимы во всех обсто­я­тель­ствах жизни, во всех состо­я­ниях души. Но для этого нужна чистая и креп­кая связь души с Гос­по­дом”. 

Однако, по словам старца Силу­ана, стра­да­ние не при­не­сет пользы, если чело­век не сми­рится. 

Как пишет и о. Алек­сандр Ель­ча­ни­нов: “Посто­ян­ное явле­ние (у нека­ю­щихся греш­ни­ков), что стра­да­ния не обра­щают души к Богу, что они бес­плодно раз­дав­ли­вают ее и явля­ются, таким обра­зом, без­ре­зуль­тат­ными. 

Тогда чело­век под вли­я­нием несча­стий как-то гру­беет. И это ясно от чего: чело­век жадно кида­ется на жизнь, на сча­стье, ставит его выше всего, вне Церкви, Бога, любви ко Христу, и обру­ши­ва­ется несча­стье, застает его врас­плох, озлоб­ляет, огруб­ляет его. 

Пот, слезы, кровь… Если про­ли­ва­ется пот с внут­рен­ним про­тив­ле­нием, злобой, про­кля­тием; если слезы — от обиды, злобы; если кровь (болезнь) — без веры, — то ничего доб­рого душа не при­об­ре­тает… 

Почему так спа­си­тельны были стра­да­ния блуд­ного сына? Почему он, “войдя в себя”, нашел путь спа­се­ния? — Потому что он вспом­нил дом Отца, потому что он твердо знал, что есть этот дом; потому что он любил его, потому что — оста­вив язык обра­зов — греш­ник этот верил в Бога. Вот что спа­сает нас в стра­да­ниях. Вот что откры­вает нам врата Небес­ного Чер­тога, един­ствен­ные врата, в кото­рые стоит сту­чаться. Поэтому стра­да­ния, с точки зрения духов­ного роста, ценны не сами по себе, а только по своим резуль­та­там. Отни­мая земное сча­стье, они ставят чело­века лицом к лицу с выс­шими цен­но­стями, застав­ляют его открыть глаза на себя и мир, обра­щают его к Богу. 

Отсюда сле­дует, что земное сча­стье, свя­зан­ное со все­гдаш­ней памя­тью о Боге, не исклю­ча­ю­щее напря­жен­но­сти духов­ной жизни, — есть без­услов­ное добро; равно как стра­да­ния, если они озлоб­ляют или при­ни­жают чело­века, не пре­об­ра­жая его, не давая бла­го­твор­ной реак­ции — только сугу­бое зло. Это в ответ на очень рас­про­стра­нен­ное убеж­де­ние, что Цер­ковь и Еван­ге­лие осуж­дают всякое земное сча­стье и зовут к стра­да­ниям ради их самих”. 

Отсюда можно также заклю­чить, что харак­тер вос­при­я­тия чело­ве­ком скор­бей явля­ется пока­за­те­лем его бли­зо­сти к Богу и нали­чия в нем основ­ных хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей — веры, сми­ре­ния и покор­но­сти Про­мыслу Божию о нем.

Дни нужды и мате­ри­аль­ных лише­ний

…не бедных ли мира избрал рог...
Иак. 2:5.

Многим из хри­стиан при­хо­дится пере­жи­вать в тече­ние своей жизни дни нужды и мате­ри­аль­ных лише­ний. 

Можно ска­зать, что у боль­шин­ства истин­ных хри­стиан нет боль­ших излиш­ков мате­ри­аль­ных благ — они не подо­бают им. Гос­подь пове­лел: “Про­да­вайте имения ваши и давайте мило­стыню” (Лк. 12:33). 

Поэтому хри­сти­а­нам надо посту­пать так, как поет пророк Давид: “Рас­то­чил, роздал нищим; правда его пре­бы­вает во веки; рог его воз­не­сется во славе” (Пс. 111:9). 

Гос­подь обычно не посы­лает Своим рабам опас­ного для чело­века богат­ства (“трудно бога­тому войти в Цар­ство Небес­ное”, Мф. 19:23). 

Апо­стол Павел пишет к Тимо­фею: “Имея про­пи­та­ние и одежду, будем довольны тем. А жела­ю­щие обо­га­щаться впа­дают в иску­ше­ние и в сеть и во многие без­рас­суд­ные и вред­ные похоти, кото­рые погру­жают людей в бед­ствия и пагубу” (1Тим. 6:8–9). 

Как гово­рит о. Иоанн Крон­штадт­ский: “Бог мог бы сде­лать всех доста­точ­ными, даже бога­тыми, но тогда про­изо­шло бы вели­кое забве­ние Бога, умно­жи­лась бы гор­дость, зависть и пр. И ты как воз­меч­тал бы о себе, если бы Гос­подь сделал тебя вскоре пра­вед­ни­ком. 

Но как грех сми­ряет тебя, пока­зуя тебе вели­кую твою немощь, мер­зость и непре­стан­ную нужду в Боге и Его бла­го­дати, так нищего сми­ряет нищета и нужда в других людях. 

Если обо­га­тить нищих, то многие, многие из них забу­дут Бога и бла­го­де­те­лей своих, погу­бят души свои в рос­коши мира сего. Так пагубно богат­ство и так ослеп­ляет оно очи сер­деч­ные. Оно делает грубым и небла­го­дар­ным сердце”. 

Вместе с тем, избран­ным Своим Гос­подь попус­кает впа­дать иногда в нищету для того, чтобы более награ­дить их за подвиг тер­пе­ния. И в этом случае пусть хри­сти­а­нин не при­ла­гает особых усилий, чтобы добиться боль­шого достатка. 

Преп. Сера­фим так гово­рил ново­на­чаль­ни­цам диве­ев­ской общины: “Я мог бы сде­лать вас бога­тыми, но это для вас непо­лезно”. 

А старец Силуан пишет: “Будь дово­лен тем, что имеешь, хотя бы и ничего ты не имел. Будь дово­лен и бла­го­дари Бога, что у тебя ничего нет. Будь дово­лен тем, что ты слу­жишь Богу, и Он поста­вит тебя со свя­тыми”. Как пишет свя­ти­тель Феофан Затвор­ник: “Что же наша доля, как не Божия воля? И доволь­ство (мате­ри­аль­ное) и ску­дость, посы­ла­е­мые нам Богом, несо­мненно, даются нам в видах нашего спа­се­ния”.

Часть II

Отно­ше­ние хри­сти­а­нина к обще­ству

Стра­дает ли один член, стра­дают с ним все члены.
1Кор. 12:26.

Как пишет проф. Карл Адам (“Иисус Хри­стос”): “Когда Бог сотво­рил Адама, Он сотво­рил всех нас сразу в его семени. Он сотво­рил нас в свя­зан­но­сти есте­ствен­ной и сверхъ­есте­ствен­ной судьбы с нашим родо­на­чаль­ни­ком. Чело­ве­че­ство — не что иное, как исто­ри­че­ски раз­вер­ты­ва­ю­щийся, раз­рас­та­ю­щийся пер­во­че­ло­век, сле­до­ва­тельно, не слу­чай­ное сосу­ще­ство­ва­ние и чере­до­ва­ние инди­ви­ду­у­мов, но орга­ни­че­ское един­ство и целост­ность, одно един­ствен­ное — “мы”. 

Поэтому и нация или госу­дар­ство явля­ются инди­ви­ду­аль­ным духов­ным орга­низ­мом. 

Этот орга­низм, подобно душе чело­ве­че­ской, живет своей особой духов­ной жизнью — грешит, падает, духовно вырож­да­ется и уми­рает; или наобо­рот — ожи­вает, воз­рож­да­ется, духовно укреп­ля­ется и про­цве­тает. 

И отно­ше­ние Бога к нации подобно отно­ше­нию к отдель­ному чело­веку. Гос­подь забо­тится о ней, милует и бере­жет от напа­стей или, наобо­рот, вра­зум­ляет через народ­ные бед­ствия, голод, зем­ле­тря­се­ния, войны и т.п. 

Как пишет св. Иоанн Крон­штадт­ский: “Мир нахо­дится в состо­я­нии дре­моты, гре­хов­ного сна, спит. Будит его Бог вой­нами, моро­выми повет­ри­ями, пожа­рами, бурями, сокру­ши­тель­ными зем­ле­тря­се­ни­ями, навод­не­ни­ями, неуро­жа­ями”. 

Есте­ственно, что жизнь каж­дого чело­века тесно свя­зана с тем обще­ством, в кото­ром он живет. Чело­век не может и не должен отде­лять себя от пере­жи­ва­ния обще­ства. 

Запо­ведь вза­им­ной любви, запо­ведь “быть всем слугою” и пове­ле­ние апо­сто­лов “плачьте с пла­чу­щими” (Рим. 12:15) пове­ле­вают хри­сти­а­нину быть в тесном обще­нии с обще­ством, слу­жить ему и, при случае, вместе с ним стра­дать. 

Вместе с тем, как пишет схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний, “если в земной жизни есть извест­ный после­до­ва­тель­ный черед, то в веч­но­сти все мы едино, и потому каждый из нас должен забо­титься не только о себе, но и об этом все­е­дин­стве” (о “всем Адаме”). 

Святые давали нам пример дея­тель­ного уча­стия в жизни обще­ства или шли путем уси­лен­ных молитв о его бла­го­со­сто­я­нии. 

Так вели­кий святой и подвиж­ник земли Рус­ской пре­по­доб­ный Сергий Радо­неж­ский при­ни­мал дея­тель­ное уча­стие в устро­е­нии рус­ского госу­дар­ства. 

Забо­тясь о его мире, он лично ездил к рязан­скому князю Олегу для того, чтобы при­ми­рить его с мос­ков­ским князем и устра­нить меж­до­усоб­ную войну. 

Мос­ков­ского князя Димит­рия (Дон­ского) он побуж­дал высту­пить против татар, а когда пришло время битвы на Кули­ко­вом поле, он дни и ночи про­во­дил в молитве о победе рус­ского оружия. 

Глу­боко пере­жи­вал народ­ное бед­ствие и еги­пет­ский подвиж­ник Пахо­мий Вели­кий. Когда Египет был пора­жен голо­дом и моро­вою язвою, преп. Пахо­мий пре­дался посту и уси­лен­ной молитве о пре­кра­ще­нии бед­ствия. 

Целые дни он не при­ка­сался к еде, и когда его уче­ники побуж­дали его к при­ня­тию пищи, он гово­рил им: “Я не могу есть, когда мои сочлены голодны и не имеют хлеба”. 

Во время народ­ного голода многие игу­мены рус­ских мона­сты­рей откры­вали мона­стыр­ские жит­ницы и кор­мили голод­ных, не счи­та­ясь с тем, что хлеба может не хва­тить самим инокам. Так же кор­мила голод­ных и св. Иули­а­ния Лаза­рев­ская. Неко­то­рые думают, что пустын­ники и затвор­ники, уходя от мира, совер­шенно поры­вают свои связи с совре­мен­ным им обще­ством — не хотят знать о нем и не думают о нем. Это не так. И не только они не оттал­ки­вают от себя мир с его гре­хами и горе­стями, но как раз ими-то и их молит­вами и дер­жится мир и спа­са­ется от бед­ствий, кото­рые должны были бы запол­нить мир по его грехам. “Мир стоит молит­вами святых”, — пишет старец Силуан. 

Вот одно из сви­де­тельств этому, откры­тое преп. Вар­со­ну­фием Вели­ким — глу­бо­ким затвор­ни­ком — во время одной жесто­кой войны. 

“Братия, я нахо­жусь в плаче и рыда­нии, видя гря­ду­щий на нас гнев, потому что мы делаем все про­тив­ное Богу. Многие молят Чело­ве­ко­любца Бога о том, чтобы пре­кра­тился сей гнев Его на мир, и нет никого чело­ве­ко­лю­би­вее Бога, но, при всем том, Он не хочет поми­ло­вать нас, ибо сопро­тив­ля­ется сему мно­же­ство грехов, совер­ша­ю­щихся в мире. 

Есть же три мужа, совер­шен­ных пред Богом, кото­рые пре­взо­шли меру чело­ве­че­ства и полу­чили власть решать и вязать, отпус­кать грехи и удер­жи­вать их. Они-то стоят между губи­тель­ством и миром, чтобы Гос­подь не вдруг истре­бил весь мир. И по молит­вам их Он рас­тво­ряет нака­за­ние мило­стию; им ска­зано, что гнев сей пре­бу­дет на малое время. Итак, моли­тесь с ними. 

Молитва сих трех мужей сли­ва­ется во входе гор­него жерт­вен­ника Отца Светов, и они сора­ду­ются и сове­се­лятся друг другу в небе­сах. Когда же взи­рают на землю, то вместе плачут и про­ли­вают слезы и рыдают ради совер­ша­ю­щихся на ней зол, кото­рые воз­дви­гают гнев Божий. 

Мужи эти суть: Иоанн в Риме, Илия в Коринфе и еще некто из епар­хии Иеру­са­лим­ской, и я верую, что они ока­зы­вают (миру) вели­кую милость, поис­тине ока­зы­вают. Аминь”. 

Так же горячо молился за мир и совре­мен­ный нам пра­вед­ник — старец Силуан со Ста­рого Афона. Схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний пишет про него: “От виде­ния окру­жа­ю­щей жизни, из вос­по­ми­на­ний про­шлого, от глу­бо­кого лич­ного опыта старец жил стра­да­нием народа и всего мира. 

Стра­дала его душа за всех бед­ня­ков, стра­дала несо­мненно больше, чем они сами, так как он видел в их жизни еще и то, чего они сами в себе не заме­чали по необу­чен­но­сти своей. 

И не было конца его молитве. Он молился вели­кою молит­вою о всем мире. Он забы­вал себя, он хотел стра­дать за народ от жало­сти к нему, за его мир и спа­се­ние влекся про­ли­вать кровь свою и про­ли­вал ее в молит­вах. 

“Молиться за людей — это кровь про­ли­вать”, — гово­рил старец”. 

Нужно ли гово­рить о том, пока­за­те­лем какого молит­вен­ного напря­же­ния и плача явля­ются эти слова? 

Отсюда будут понятны и слова свт. Иоанна Зла­то­уста, что “весь мир недо­стоин и одного пра­вед­ника”. Одно из несча­стий чело­ве­че­ства в том, что люди, подобно стаду, склонны идти за вожа­ками, не давая себе труда самим искать истину. 

Среди же наи­бо­лее ода­рен­ных силь­ной волей и раз­лич­ными талан­тами людей боль­шин­ство под­вер­жено пер­во­род­ному греху в силь­ной сте­пени. 

И, как гово­рит про­то­и­е­рей Вален­тин Свен­циц­кий, “гор­дость, эгоизм, страсть делают чело­века настолько невос­при­им­чи­вым к чув­ство­ва­нию Истины (Христа), что и вида ее (Его) не узнают. Тако­выми бывают, глав­ным обра­зом, родо­на­чаль­ники заблуж­де­ния и первые их при­вер­женцы. А дальше заблуж­де­ние про­дол­жает дей­ство­вать из поко­ле­ния в поко­ле­ние, потому что в этом заблуж­де­нии вос­пи­ты­ва­ются и вырас­тают и насто­я­щей истины даже не ста­ра­ются узнать”. 

Отсюда, вместе с молит­вой за мир, слу­же­ние обще­ству у хри­сти­а­нина должно выра­жаться и в про­све­ще­нии окру­жа­ю­щих его светом непо­вре­жден­ной Еван­гель­ской Истины. Это, в первую оче­редь, отно­сится к пас­ты­рям Хри­стова стада. “Вы — свет мира”, — гово­рил Гос­подь Своим уче­ни­кам (Мф. 5:14). Но и каждый хри­сти­а­нин может слу­жить про­по­веди хри­сти­ан­ства хотя бы при­ме­ром своего бла­го­че­стия, помня ука­за­ние апо­стола, что “не многие делай­тесь учи­те­лями” (Иак. 3:1). 

Хри­сти­а­нин, как и всякий член обще­ства, должен во всем под­чи­няться уста­нов­лен­ным в нем вла­стям. “Отда­вайте кеса­рево кесарю, а Божие Богу”, — гово­рил Гос­подь (Лк. 20:25). Но не сле­дует думать, что только власть пра­во­вер­ных царей и пра­ви­те­лей есть Божие уста­нов­ле­ние. 

Во вре­мена про­рока Иере­мии Иеру­са­лим был окру­жен вой­сками вави­лон­ского царя — языч­ника Наву­хо­до­но­сора. Изра­иль­ский царь Седе­кия не сдавал города и хотел обо­ро­няться от хал­деев. 

Но не в этом была воля Гос­подня, кото­рая была воз­ве­щена про­року Иере­мии. По воле Гос­под­ней власть закон­ного и еди­но­кров­ного царя должна была пасть, Иеру­са­лим взят, и евреи за свои без­за­ко­ния отве­дены в плен. 

Для умень­ше­ния бед­ствий народ­ных пророк сове­то­вал царю и народу сдать город и отдаться на милость языч­ника. Но про­рока не послу­шали, и Иеру­са­лим был взят. 

После того, как глав­ная масса евреев была отве­дена Наву­хо­до­но­со­ром в Вави­лон, оста­ток их еще про­дол­жал жить около Иеру­са­лима. Эти евреи заду­мали уйти от власти Наву­хо­до­но­сора и пере­се­литься в Египет. Прежде чем при­ве­сти свое наме­ре­ние в испол­не­ние, они пошли про­сить совета у про­рока Иере­мии. 

После деся­ти­днев­ной молитвы пророк объ­явил им от имени Бога Изра­и­лева: “Не бой­тесь царя вави­лон­ского… ибо Я с вами, чтобы спа­сать вас и избав­лять вас от руки его. И явлю к вам милость, и он уми­ло­сти­вится к вам и воз­вра­тит вас в землю вашу… Если вы реши­тельно обра­тите лица ваши, чтобы идти в Египет, и пой­дете, чтобы жить там, то меч, кото­рого вы бои­тесь, настиг­нет вас там, в земле Еги­пет­ской” (Иер. 42:11–16). 

Евреи не послу­шали про­рока и ушли в Египет. Тогда “было слово Гос­подне к Иере­мии… скажи им… вот, Я пошлю и возьму Наву­хо­до­но­сора, царя Вави­лон­ского, раба Моего… и придет, и пора­зит землю Еги­пет­скую” (Иер. 43:8–11). 

Как мы слышим из слов Св. Писа­ния, Гос­подь назы­вает язы­че­ского царя “рабом Моим”, т.е. тем, кто послу­шен воле Его. Гос­подь гово­рит, что лишь в Его власти пре­кло­нить на милость к евреям сердце Наву­хо­до­но­сора. Вот то, что не надо забы­вать хри­сти­а­нам, живу­щим под вла­стью непра­во­вер­ных пра­ви­те­лей. 

Рас­ска­зы­вают, что во время граж­дан­ских войн 1918–1921 гг., неко­то­рые из гене­ра­лов, воз­глав­ляв­ших “белые пра­ви­тель­ства”, про­сили у пат­ри­арха Тихона бла­го­сло­ве­ния на борьбу с боль­ше­ви­ками. Несмотря на то, что в про­грамме послед­них рели­гия счи­та­ется “опи­умом народа”, пат­ри­арх Тихон ни одному из “белых” началь­ни­ков не послал своего бла­го­сло­ве­ния на борьбу. Оче­видно, он боялся быть про­тив­ни­ком воли Гос­под­ней, отдав­шей Россию в руки боль­ше­ви­ков.

Народ­ные бед­ствия

Во что вас бить еще, про­дол­жа­ю­щие свое упор­ство?
Ис. 1:5.

Велики бед­ствия народа во время гнева на него Гос­пода — во время голода, эпи­де­мий и войны. Но все это посы­ла­ется от Гос­пода. Надо пом­нить, что “Гос­подь кого любит, того нака­зы­вает” (Евр. 12:6; Притч. 3:12). 

Всякое бед­ствие посы­ла­ется Гос­по­дом как спа­си­тель­ное, един­ственно дей­стви­тель­ное вра­чев­ство от еще худшей беды — от народ­ного раз­вра­ще­ния, от кото­рого истле­вает и уми­рает душа народа. 

Гос­подь несрав­нимо лучше нас видит бед­ствия, скорби и слезы народ­ные и все же посы­лает их — Он, Все­б­ла­гий и Мило­серд­ный. 

Как пишет о. Алек­сандр Ель­ча­ни­нов: “Гос­подь бес­ко­нечно жалеет нас, но посы­лает нам стра­да­ния: только если нас пора­жают несча­стия и ката­строфы, мы можем дать какие-то искры, какой-то святой огонь. В этом смысл войн, рево­лю­ций, болез­ней”. 

Здесь имеет место закон, по кото­рому мень­шее зло (телес­ное) может устра­нить боль­шее зло — духов­ное. 

Как пишет архи­манд­рит Иоанн: “Война для чело­века, погру­жен­ного в раз­врат­ную, свое­ко­рыст­ную жизнь может быть даже един­ствен­ным сред­ством отрезв­ле­ния. 

В этом и смысл войны как про­мыс­ли­тель­ного попу­ще­ния, отвле­че­ния чело­века от мелкой себя­лю­би­вой жизни — к жерт­вен­ной; от ада похоти и сла­стей к граням под­лин­ного бытия. Для хри­сти­а­нина война может быть огру­бе­нием, озем­ле­нием, погру­же­нием в плот­скую стихию; для себя­лю­би­вого же “плот­ского” чело­века война может быть вос­ста­нов­ле­нием к под­лин­ной духов­ной жизни”. 

Каким глу­бо­ким чув­ством скорби полны сле­ду­ю­щие слова Гос­пода к впав­шему в нече­стие народу Изра­иль­скому, пере­дан­ные через про­рока Исаию. 

“Слу­шайте, небеса, и внимай, земля, потому что Гос­подь гово­рит: Я вос­пи­тал и воз­вы­сил сыно­вей, а они воз­му­ти­лись против Меня. Вол знает вла­де­теля своего, и осел — ясли гос­по­дина своего; а Изра­иль не знает Меня, народ Мой не разу­меет. 

Увы, народ греш­ный… племя зло­деев, сыны поги­бель­ные! Оста­вили Гос­пода, пре­зрели Свя­таго Изра­и­лева, — повер­ну­лись назад. Во что вас бить еще, про­дол­жа­ю­щие свое упор­ство? Вся голова в язвах, и все сердце исчахло. От подошвы ноги до темени головы нет у него здо­ро­вого места: язвы, пятна, гно­я­щи­еся раны, неочи­щен­ные и необ­вя­зан­ные и не смяг­чен­ные елеем. 

Земля ваша опу­сто­шена, города ваши сожжены огнем, поля ваши в ваших глазах съе­дают чужие, все опу­стело” (Ис.1:2–7). 

Велики стра­да­ния народа нече­сти­вого: и не только оску­де­ние во всем и голод, войны и эпи­де­ми­че­ские болезни падают как удар за ударом на головы народа. От него отни­ма­ются и его духов­ные руко­во­ди­тели, и в среде его воца­ря­ется полная духов­ная раз­руха — сме­ще­ние всех устоев, на кото­рых зиждется нор­маль­ная здо­ро­вая обще­ствен­ная жизнь: пре­кра­ща­ются или зами­рают про­по­ведь и Бого­слу­же­ние, гаснет вера. 

Вот как изоб­ра­жа­ется такое нака­за­ние про­ро­ком Исаией: “Вот, Гос­подь, Гос­подь Саваоф, отни­мет у Иеру­са­лима и у Иуды посох и трость, всякое под­креп­ле­ние хлебом и всякое под­креп­ле­ние водою, храб­рого вождя и воина, судью и про­рока, и про­зор­ливца и старца, пяти­де­сят­ника и вель­можу, и совет­ника, и муд­рого худож­ника, и искус­ного в слове, и дам им отро­ков в началь­ники, и дети будут гос­под­ство­вать над ними. И в народе один будет угне­таем другим, и каждый — ближ­ним своим; юноша будет нагло пре­воз­но­ситься над стар­цем, и про­сто­лю­дин над вель­мо­жею” (Ис. 3:1–5). 

И когда мы видим подоб­ное духов­ное оску­де­ние и сме­ще­ние всех обще­ствен­ных устоев, когда бури народ­ных бед­ствий бушуют вокруг, когда кругом голод и болезни, стоны, слезы и смерть — не будем думать, что Гос­подь не видит всего этого. Он видит, но посы­лает это для спа­се­ния народ­ной души. 

Мы, конечно, должны молить Гос­пода о пре­кра­ще­нии бед­ствий народ­ных, как это делали угод­ники Божии — Пахо­мий Вели­кий, Савва Освя­щен­ный, Про­ко­пий Устюж­ский и многие другие. Но вместе с моль­бой мы должны при­но­сить и свою долю пока­я­ния для отвра­ще­ния гнева Божия от своего народа и своей родины. Гос­подь и при малом числе не остав­ля­ю­щих Его может поми­ло­вать города и страны. 

Так, когда пророк Илья жало­вался Богу на все­об­щее отступ­ле­ние от Него изра­иль­тян, Гос­подь Сам стал уте­шать его и сказал: “Я соблюл Себе семь тысяч чело­век, кото­рые не пре­кло­нили колени пред Ваалом” (Рим. 11:4; 3Цар. 19:18). 

Вспом­ним также, что Гос­подь обе­щался Авра­аму поща­дить нече­сти­вые города Содом и Гоморру, если Он найдет в них хотя бы десять пра­вед­ни­ков (Быт. 18:32). 

Мы, конечно, скор­бим тогда, когда видим пре­кра­ще­ние про­по­веди и Бого­слу­же­ния и оску­де­ние веры и не пони­маем, почему Гос­подь попус­кает это? 

Но не всегда может подей­ство­вать про­по­ведь и воз­гла­шаться истина. При рас­тле­нии разума и сердца народ­ного про­по­ведь может вызвать только насмешки и кощун­ство, а это ляжет еще более тяжким грехом на душу народ­ную. Взы­щется с народа и то, что была отверг­нута откры­тая истина. 

Вот почему не всем наро­дам и не всегда откры­ва­лось Еван­ге­лие, вот почему вре­ме­нами Гос­подь пре­кра­щает про­по­ведь. Чтобы семена истины взошли, надо сна­чала вновь раз­рых­лить затвер­дев­шую почву, а она в наро­дах раз­рых­ля­ется скор­бями и бед­стви­ями. И не только на физи­че­ские бед­ствия народа должны быть обра­щены наши взоры, и сердце наше должно скор­беть не только от види­мых несча­стий и слез. 

В гораздо боль­шей мере мы должны скор­беть о состо­я­нии души народ­ной, о скверне греха, порока и гор­до­сти, в кото­рую она погру­зи­лась. 

Мы видели слезы и кровь бра­тьев на поле брани. Но услы­шим ли мы крики толпы, если она будет вновь рас­пи­нать Христа, в лице Его Церкви; увидим ли мы новые слезы скор­бя­щей об этом Бого­ма­тери? 

Если мы это услы­шим и увидим, то нам станет понят­ной душа вели­чай­шего из про­ро­ков и рев­ни­теля по Боге — про­рока Илии и понятно его кажу­ще­еся рав­но­ду­шие к стра­да­нию от голода народа изра­иль­ского. 

Судьба послед­него была отдана Гос­по­дом в руки Илии. От его воли зави­село дать народу мате­ри­аль­ное бла­го­ден­ствие и сытость или бед­ствия голода. Пророк обрек изра­иль­тян на губи­тель­ное без­до­ж­дие, от кото­рого страш­ный голод воца­рился в Пале­стине. 

Разве пророк не видел всех послед­ствий своего реше­ния, не видел стра­да­ний и смерти от голода как взрос­лых, так и ста­ри­ков и невин­ных детей? Имея власть в любой момент пре­кра­тить бед­ствия, как же он не делал этого в тече­ние более чем 3‑х лет? 

Но про­ро­ком вла­дело не только состра­да­ние к несчаст­ным. Им в еще боль­шей сте­пени вла­дела святая рев­ность по Боге, рев­ность о Святом Изра­и­леве, Кото­рый после вели­чай­ших мило­стей к Изра­илю был отверг­нут наро­дом, обра­тив­шимся к язы­че­ским богам и погру­зив­шимся в бездну грехов и порока. Вот почему пророк обре­кал на физи­че­ские стра­да­ния изра­иль­тян и пре­кра­тил их лишь тогда, когда народ пал на лицо свое и сказал: “Гос­подь есть Бог” (3Цар. 18:39). 

Гораздо более, чем о пре­кра­ще­нии бед­ствий, мы должны про­сить Бога об очи­ще­нии народ­ной души от нече­стия, о про­свет­ле­нии его ума, о посла­нии к народу про­ро­ков с огнен­ными сло­вами при­зыва к пока­я­нию. 

Видя народ­ные бед­ствия, не будем забы­вать и о том, что от одного лишь Вер­ши­теля всех судеб зави­сит избав­ле­ние от них. 

Не будем стро­ить нашим сла­бень­ким разу­мом раз­лич­ных умо­за­клю­че­ний и тех пред­по­сы­лок, кото­рые необ­хо­димы для окон­ча­ния бед­ствий, или преду­га­ды­вать по каким-либо при­зна­кам время их окон­ча­ния. Не под силу это чело­ве­че­скому уму. Вот пример для этого. 

Во вре­мена про­рока Елисея Сама­рия была оса­ждена сирий­цами. Голод был таков, что, по словам Писа­ния, “чет­вер­тая часть каба голу­би­ного помета про­да­ва­лась по пяти сиклей” и матери поедали своих детей. (4Цар. 6:25–29). 

Никто не видел воз­мож­но­сти к избав­ле­нию и пре­кра­ще­нию голода. Но вот пророк Елисей воз­гла­шает: “так гово­рит Гос­подь: завтра в это время мера муки лучшей будет по сиклю и две меры ячменя по сиклю у ворот Сама­рии” (4Цар. 7:1) — и все сме­я­лись над Ели­сеем. 

Однако слова про­рока сбы­лись в точ­но­сти. В сумерки сирий­цам послы­шался шум при­бли­жа­ю­ще­гося боль­шого войска, кото­рое они при­няли за союз­ные с изра­иль­тя­нами войска хат­тей­ские и еги­пет­ские. В боль­шом испуге сирийцы бежали, побро­сав все свое иму­ще­ство и боль­шие запасы про­до­воль­ствия. 

Так вне­запно и чудесно пре­кра­ти­лось бед­ствие, когда мера нака­за­ния и вра­зум­ле­ния от Гос­пода была испол­нена до опре­де­лен­ного Гос­по­дом пре­дела. 

Пусть этот случай будет питать и нашу надежду на избав­ле­ние во время пере­жи­ва­ния народ­ных бед­ствий, когда бес­про­свет­ный мрак духов­ной ночи царит кругом.

Беседа во время голода и засухи

свя­ти­тель Васи­лий Вели­кий

Лев возре­вет, и кто не убо­ится? Гос­подь Бог гла­гола, и кто не про­ре­чет (Амос. 3:8)? Сделаю про­ро­че­ское вступ­ле­ние в слово, и, пред­ла­гая свой совет и свои мысли о том, что полезно, в сотруд­ники для пред­сто­я­щего дела возьму бого­дух­но­вен­ного Амоса, кото­рый вра­че­вал горе­сти подоб­ные бед­ствиям, какие нас угне­тают. Ибо во вре­мена древ­ние, когда народ оста­вил оте­че­ское бла­го­че­стие, попрал точное испол­не­ние зако­нов и впал в идо­ло­слу­же­ние, сей самый пророк был про­по­вед­ни­ком пока­я­ния, уве­ще­вая к обра­ще­нию и угро­жая нака­за­ни­ями. О, как бы я желал хотя несколько упо­тре­биться той рев­но­сти, какую видим в сей древ­ней исто­рии! Только не дай Бог видеть окон­ча­ния, соот­вет­ствен­ного быв­шему тогда! Ибо тот непо­кор­ный народ, подобно упря­мому и необуз­дан­ному моло­дому коню, гры­зу­щему удила, не был обра­щен к полез­ному; но, совра­тясь с пря­мого пути, до тех пор бежал бес­чинно и рвался из рук у воз­ницы, пока, низ­ри­нув­шись в про­па­сти и стрем­нины, не потер­пел за свое непо­кор­ство достой­ной гибели. Да не будет сего ныне с нами, дети мои, кото­рых родил я бла­го­вест­во­ва­нием, кото­рых повил бла­го­сло­ве­нием рук. 

Поэтому пусть и нам будет ска­зано тем же про­ро­ком, о кото­ром упо­мя­нули мы неза­долго пред сим в начале беседы! У него ска­зано: и Аз удер­жах дождь от вас прежде трех меся­цев жатвы, и надо­ждю на един град, а на един град не надо­ждю и часть едина надо-ждится, и часть, на тоже не надо­ждю, изсохнвт: и собе­рутся два и три грады в един пити воду, и не насы­тятся; зане не обра­ти­стеся ко Мне, гла­го­лет Гос­подь (Ам. 4:7–8). Итак, познаем, что за укло­не­ние наше от Бога и за нера­де­ние насы­лает на нас Бог сии удары, не с наме­ре­нием сокру­шить, но с жела­нием испра­вить, как и добрые отцы исправ­ляют нера­ди­вых детей; и они раз­дра­жа­ются и вос­стают на юных, не о том помыш­ляя, чтоб сде­лать какое-нибудь зло, но от дет­ской небреж­но­сти и от грехов юности при­водя к рачи­тель­но­сти. 

Смот­рите, как мно­же­ство наших грехов самый климат лишило его есте­ствен­ных свойств и во вре­ме­нах года про­из­вело необы­чай­ные пере­мены. Зима при сухо­сти своей не имела обыч­ной ей мок­роты, но око­вала льдом и иссу­шила всю влагу и про­текла, не дождав­шись ни снегов, ни дождей. Опять и весна, хотя пока­зала одну часть отли­чи­тель­ных своих при­зна­ков, а именно теп­лоту, но не при­об­щи­лась влаж­но­сти. И зной и стужа, небы­ва­лым доселе обра­зом пре­сту­пив пре­делы, назна­чен­ные твари, и неми­ло­сердно согла­сив­шись вре­дить нам, лишают людей про­пи­та­ния и жизни. Какая же при­чина сего бес­по­рядка и заме­ша­тель­ства? Что это за пере­во­рот времен? Иссле­дуем это как име­ю­щие разум; рас­су­дим как разум­ные. Разве нет Пра­ви­теля все­лен­ной? Ужели наи­со­вер­шен­ней­ший Худож­ник — Бог — забыл Свое домо­прав­ле­ние? Ужели лишен власти и могу­ще­ства? Или имеет ту же кре­пость и не утра­тил дер­жава но стал к нам жесто­ким, и край­нюю бла­гость и бла­го­по­пе­чи­тель­ность изме­нил в чело­ве­ко­не­на­ви­де­ние? Никто здра­во­мыс­ля­щий не скажет сего. Напро­тив того, ясны и оче­видны при­чины, по кото­рым посту­пает с ними не по обык­но­ве­нию. Сами берем, а других не снаб­жаем; хвалим бла­го­тво­ри­тель­ность — и отка­зы­ваем в ней нуж­да­ю­щимся; из рабов дела­емся сво­бод­ными — и не имеем жало­сти к подоб­ным нам рабам; будучи голодны, насы­ща­емся, а того, кто скуден, про­хо­дим мимо; имея у себя нескуд­ного Пода­теля и сокро­вище-хра­ни­теля Бога, стали мы скупы и необ­щи­тельны с бед­ными. Овцы у нас мно­го­плодны, но нагих больше, чем овец; кла­до­вые затес­нены мно­же­ством хра­ни­мого в них, а утес­нен­ного не милуем. За сие-то угро­жает нам пра­вед­ный суд! За сие-то и Бог не отвер­зает руки Своей, потому что мы загра­дили бра­то­лю­бие. За сие-то и нивы сухи, потому что охла­дела любовь. Голос моля­щихся раз­да­ется напрасно и рас­се­ва­ется в воз­духе, потому что и мы не слу­шали умо­ля­ю­щих. 

Да и какая у нас молитва, какое про­ше­ние? Вы, мужи, за исклю­че­нием немно­гих, про­во­дите время в куплях, а вы, жены, при­слу­жи­ва­ете им в трудах для мамоны. Немно­гие уже оста­ются здесь со мною и на молитве, и у тех отя­же­ляла голова; они зевают, непре­станно обо­ра­чи­ва­ются и наблю­дают, скоро ли псал­мо­пе­вец окон­чит сти­хо­сло­вие и скоро ли они осво­бо­дятся из церкви, как из узи­лища, и от молитвы, как от неволи… Спешат же и соби­ра­ются на испо­ве­да­ние несмыс­лен­ные и непо­роч­ные мла­денцы, кото­рые не были при­чи­ною скор­бей и не имеют веде­ния или спо­соб­но­сти молиться по обычаю. Выступи на сре­дину, ты, осквер­нен­ный гре­хами; ты при­па­дай, плачь и стени, а мла­денца оставь делать свой­ствен­ное его воз­расту. Для чего ты, обви­ня­е­мый, скры­ва­ешься и пред­став­ля­ешь к ответу не под­ле­жа­щего ответ­ствен­но­сти? Разве Судия обма­ны­ва­ется, что выво­дишь за себя под­лож­ное лицо? Конечно, и мла­денцу над­ле­жало быть, но с тобою, а не одному. 

Смотри, и нине­ви­тяне, рас­ка­я­нием уми­ло­стив­ляя Бога и опла­ки­вая грехи, какие обли­чил Иона, спа­сен­ный из моря и кита, не мла­ден­цев одних опре­де­ляли на пока­я­ние, между тем как сами про­дол­жали жить в рос­коши и заба­вах; напро­тив того, согре­шив­ших отцов прежде других смирил пост; на отцов легло нака­за­ние, и мла­денцы пла­кали поне­воле, как бы вдо­ба­вок, чтоб печаль овла­дела всяким воз­рас­том, и созна­ю­щим и не созна­ю­щим себя, первым — по про­из­во­ле­нию, а послед­ним — по необ­хо­ди­мо­сти. И Бог, видя такое их сми­ре­ние, что сами себя осу­дили на чрез­мер­ные муче­ния вся­кого рода, уми­ло­сер­дился над стра­да­нием, осво­бо­дил от нака­за­ния и даро­вал радость пла­кав­шим бла­го­со­зна­тельно… 

Таково пока­я­ние одер­жи­мых гре­хами! А мы грех совер­шаем со всем уси­лием, за пока­я­ние же при­ни­ма­емся нера­диво и лениво. Кто у нас, молясь, про­ли­вает слезы, чтоб бла­го­вре­менно полу­чить дождь и оро­ше­ние? Кто, чтоб загла­дить грехи, в под­ра­жа­ние бла­жен­ному Давиду, омочил ложе сле­зами (Пс. 6, 7)? Кто омыл ноги стран­ным и отер путе­ше­ствен­ную пыль, чтоб уми­ло­сти­вить Бога, вовремя испро­сив окон­ча­ния засухи? Кто напи­тал лишив­ше­еся отца детище, чтоб и Бог напи­тал теперь для нас плоды, подобно сироте поби­тые небла­го­рас­тво­ре­нием ветров? Кто при­з­рел вдову, стес­нен­ную труд­но­стию про­пи­та­ния, чтоб теперь в награду себе полу­чить необ­хо­ди­мую пищу? Раз­дери непра­вед­ное писа­ние, чтоб чрез это раз­ре­шен был твой грех; изгладь обя­за­тель­ство пла­тить тяже­лый рост, чтоб земля рож­дала обыч­ное ей. Поелику у тебя медь, и золото, и все нерож­да­ю­щее рож­дает вопреки при­роде, то земля, по при­роде спо­соб­ная к рож­де­нию, дела­ется твер­дою и в нака­за­ние живу­щих на ней осуж­дена на бес­пло­дие. 

За тебя осудил Бог и на сие бед­ствие, потому что ты, имея, не пода­вал; потому что ты про­хо­дил мимо алчу­щих; потому что ты не обра­щал вни­ма­ния на пла­чу­щих; потому что ты не ока­зы­вал мило­сти кла­няв­шимся тебе. И за немно­гих при­хо­дят бед­ствия на целый народ, и за зло­де­я­ние одного вку­шают плоды его многие. Ахар учинил свя­то­тат­ство, и побит был весь полк (Иис. Нав. 7, 1). Еще Зимри блу­до­дей­ство­вал с мади­а­ни­тян­кою, и Изра­иль понес нака­за­ние (Числ. 25:6–9; 14). Поэтому и наедине и все­на­родно все мы иссле­дуем жизнь свою; будем вни­ма­тельны к засухе, как к дето­во­ди­телю, кото­рый каж­дому из нас напо­ми­нает его грехи. И мы благо созна­тельно скажем сло­вами муже­ствен­ного Иова: рука Гос­подня кос­нув­ша­яся ми есть (Иов 19:21); а наи­паче несча­стие свое при­пи­шем глав­ным обра­зом грехам. 

Если же надобно при­со­во­ку­пить к сему и иное, скажем, что иногда и для испы­та­ния души насы­ла­ются на людей подоб­ные несча­стия, чтобы в труд­ных обсто­я­тель­ствах откры­лись люди достой­ные, — бедны ли они, или богаты; потому что те и другие верно оце­ни­ва­ются посред­ством тер­пе­ния. В это время осо­бенно ока­зы­ва­ется общи­те­лен ли и бра­то­лю­бив один, бла­го­да­рен ли, а не зло­ре­чив, напро­тив, другой и с пере­во­ро­тами в жизни не меняет ли он тотчас образа мыслей. Знаю (не слухом изучив, но соб­ствен­ным опытом изве­дав людей), что многие, пока жизнь их бла­го­ден­ствен­ная и, как гово­рят, несется попут­ным ветром, если не совер­шенно, по край­ней мере, сколько-нибудь сви­де­тель­ствуют свою бла­го­дар­ность Бла­го­де­телю; а если при поло­же­нии про­тив­ном дела примут иной оборот, и бога­тый дела­ется бедным, телес­ную кре­пость заме­няет болезнь, славу и знат­ность — стыд и бес­че­стие, бывают они небла­го­дарны, про­из­но­сят хулу, нера­дят о молитве, жалу­ются на Бога, как на про­мед­лив­шего долж­ника, а не так обра­ща­ются к Нему, как к про­гне­ван­ному Вла­дыке. Но выкинь из мысли подоб­ные сему поня­тия! Не посту­пай, как несмыс­лен­ные дети, кото­рые, быв нака­заны учи­те­лем, рвут его книги или раз­ди­рают одежду отца, когда он для их же пользы не дает на время им пищи, или цара­пают ног­тями лице матери. Корм­чего обна­ру­жи­вает и испы­ты­вает буря, борца — поприще, вое­на­чаль­ника — битва, вели­ко­душ­ного — несча­стия, хри­сти­а­нина — иску­ше­ние. И скорби изоб­ли­чают душу, как огонь золото. Беден ли ты? Не унывай; ибо чрез­мер­ное уныние бывает при­чи­ною греха, когда скорбь потоп­ляет собою ум и от недо­статка рас­су­ди­тель­но­сти рож­да­ется небла­го­дар­ность. Напро­тив того, имей надежду на Бога. Не может быть, чтоб Он не обра­щал взора на твое стес­ни­тель­ное поло­же­ние. 

Пере­смотри Ветхий и Новый Завет; в том и другом най­дешь, что многие раз­лич­ным обра­зом были пита­емы. Или служил жили­щем Кармил, гора воз­вы­шен­ная и необи­та­е­мая; пустыня вме­щала в себе пустын­ника, но душа все состав­ляла для пра­вед­ника, и напу­тием жизни была у него надежда на Бога. Но при таком роде жизни не умер он с голода; напро­тив того, самые хищные и наи­бо­лее про­жор­ли­вые птицы при­но­сили ему пищу, слу­жи­те­лями при столе пра­вед­ника стали те, у кого было в обычае похи­щать чужие снеди; по пове­ле­нию Вла­дыки, изме­нив свою при­роду, они сде­ла­лись вер­ными стра­жами хлебов и мяс… А этот еще народ в пустыне, кото­рым управ­лял Моисей! Чем под­дер­жи­ва­лась его жизнь в про­дол­же­ние сорока лет? Там не было ни чело­века сея­теля, ни вола, вле­ку­щего плуг, ни гумна, ни точила, ни жит­ницы; без сеяния и воз­де­лы­ва­ния земли имели они пищу; камень дал им источ­ники, кото­рых прежде не было, но кото­рые исторг­лись при нужде. 

Не буду подробно пере­чис­лять дей­ствий Божия Про­мысла, мно­го­кратно оте­че­ски явлен­ных людям. Но ты покажи несколько тер­пе­ния в несча­стии, как муже­ствен­ный Иов. Соблюди в душе бла­го­дар­ность, как дра­го­цен­ную клажу, и за бла­го­дар­ность полу­чишь сугу­бое насла­жде­ние. Помни апо­столь­ское изре­че­ние: о всем бла­го­да­рите (1Сол. 5:18). Беден ты! Но, без сомне­ния, есть другой, беднее тебя. У тебя хлеба на десять дней, а у него на один. Как чело­век добрый и бла­го­мыс­ля­щий, уступи свой изли­шек неиму­щему. Не медли дать из малого, своей пользы не пред­по­чи­тай общему бед­ствию. Если у тебя в пищу оста­ется один хлеб, но стоит у дверей про­ся­щий, то при­неси из кла­до­вой и этот один хлеб и, поло­жив на руки, воз­день к небу, скажи такое жалоб­ное и вместе бла­го­при­зна­тель­ное слово: “Один у меня хлеб, кото­рый видишь Ты, Гос­поди, и опас­ность оче­видна; но запо­ведь Твою пред­по­чи­таю себе и из малого даю алчу­щему брату. Подай и Ты бед­ству­ю­щему рабу. Знаю Твою бла­гость, воз­ла­гаю упо­ва­ние на Твое могу­ще­ство; Ты не отла­га­ешь до вре­мени Своих мило­стей, но рас­то­ча­ешь дары, когда Тебе угодно”. Если так ска­жешь и сде­ла­ешь, хлеб, подан­ный тобою в край­но­сти, будет семе­нем для зем­ле­де­ла­ния, при­не­сет сто­рич­ный плод, соде­ла­ется зало­гом про­пи­та­ния, исхо­да­тай­ствует поми­ло­ва­ние. Скажи и ты сло­вами Сидон­ской вдо­вицы, в подоб­ных обсто­я­тель­ствах бла­го­вре­менно при­пом­нив ее исто­рию: жив Гос­подь! Этот один хлеб имею у себя в доме на про­пи­та­ние себе и детям (3Цар. 17:12). Если и ты дашь из остатка, то и у тебя будет чванец елея, исто­ча­ю­щий бла­го­дать, и не оску­де­ва­ю­щий водо­нос муки; потому что милость Божия к верным, щедро воз­да­ю­щая в сугу­бой мере, упо­доб­ля­ется кла­де­зям, из кото­рых всегда чер­пают и кото­рых нико­гда не исчер­пы­вают. Скуд­ный дай в заем бога­тому Богу. Поверь Тому, Кто вместо утес­нен­ного Сам всегда берет на соб­ствен­ное Свое лице и из Своего воз­дает бла­го­дар­ность. Пору­чи­тель досто­ве­рен; у Него везде рас­сы­паны сокро­вища: и на земле, и на море; и если вовремя потре­бу­ешь свой долг, то среди моря полу­чишь все сполна и с ростом, потому что Он щедр на при­бавки. 

Смотри, и Сам Бог наш нередко другие стра­да­ния остав­лял без увра­че­ва­ния, но состра­да­тельно мило­сер­до­вал об алчу­щих. Ибо гово­рит: мило­сер­дую о народе сем (Мф. 15:32). Посему и на послед­нем Суде, где Гос­подь при­зы­вает к Себе пра­вед­ных, первое место зани­мает щедрый. Пита­тель других пер­вен­ствует между удо­сто­ен­ными поче­стей, уде­ляв­ший хлеб при­зы­ва­ется прежде всех; услуж­ли­вый и бла­го­по­дат­ли­вый пре­иму­ще­ственно пред дру­гими пра­вед­ни­ками вво­дится в жизнь. А необ­щи­тель­ный и скупой прежде других греш­ни­ков пре­да­ется огню (Мф. 25:34–42). 

Самое время при­зы­вает тебя к матери запо­ве­дей; поза­боться осо­бенно, чтоб не прошло для тебя даром это время тор­жища и купли, потому что время течет и не воз­вра­ща­ется к мед­ли­тель­ному… 

Про­мыш­ляй о насто­я­щем и о буду­щем и не утрать послед­него ради гнус­ной коры­сти. Оста­вит тебя тело — отли­чие твое в насто­я­щей жизни. В явле­ние же ожи­да­е­мого и несо­мненно име­ю­щего прийти Судии загра­дишь себе воз­да­я­ние поче­стей и небес­ную славу и вместо долгой и бла­жен­ной жизни отверз­нешь неуга­си­мый огонь, геенну, казни и горь­кие веки муче­ний. Не думай, что пугаю тебя лож­ными стра­ши­ли­щами, подобно какой-нибудь матери или кор­ми­лице, как они имеют обычай посту­пать с мало­лет­ними детьми, и вымыш­лен­ными рас­ска­зами застав­ляют умолк­нуть, когда неутешно и долго плачут. Но это не басня, а учение, про­по­ве­дан­ное нелож­ным гласом. Знай, что по еван­гель­скому про­ре­че­нию: йота едина или едина черта не прейдет (Мф. 5:18). И тело, истлев­шее во гробе, вос­ста­нет, и душа, та самая, кото­рая отлу­чена смер­тию, снова будет жить в теле; и наста­нет подроб­ное изоб­ли­че­ние сде­лан­ного в жизни, не по сви­де­тель­ству других, но по засви­де­тель­ство­ва­нию самой сове­сти. Каж­дому же по досто­ин­ству воз­дано будет пра­вед­ным Судиею. Ему подо­бает слава, дер­жава и покло­не­ние во веки веков. Аминь.

О нака­за­нии Гос­под­нем (“Повесть вре­мен­ных лет”)

прп. Нестор Лето­пи­сец

В год 6576 (1068). Пришли ино­пле­мен­ники на Рус­скую землю, полов­цев мно­же­ство. Изя­с­лав же, и Свя­то­слав, и Все­во­лод вышли против них на Альту. И ночью пошли друг на друга. Навел на нас Бог пога­ных за грехи наши, и побе­жали рус­ские князья, и побе­дили половцы. 

Наво­дит Бог, в гневе Своем, ино­пле­мен­ни­ков на землю, и только в горе люди вспо­ми­нают о Боге; меж­до­усоб­ная война бывает от диа­воль­ского соблазна. Бог ведь не хочет зла людям, но блага; а диавол раду­ется злому убий­ству и крови про­ли­тию, раз­жи­гая ссоры и зависть, бра­то­не­на­ви­де­ние, кле­вету. Когда же впа­дает в грех какой-либо народ, казнит Бог его смер­тью, или голо­дом, или наше­ствием пога­ных, или засу­хой, или гусе­ни­цей, или иными каз­нями, чтобы мы пока­я­лись, ибо Бог велит нам жить в пока­я­нии и гово­рит нам через про­рока: “Обра­ти­тесь ко Мне всем серд­цем вашим, в посте и плаче” (Иоил. 2:12). Если мы будем так посту­пать, про­стятся нам все грехи; но мы к злу воз­вра­ща­емся, как свинья, в кале гре­хов­ном вечно мара­ю­ща­яся, и так пре­бы­ваем. Устами про­рока гово­рит нам Гос­подь: “Знаю, — гово­рит, — что ты жесток и шея твоя желез­ная”, поэтому “не пустил к вам дождя, одну землю одо­ждил, а другую не одо­ждил, и иссохло” (Ам. 4:7). “И пора­зил вас зноем и раз­лич­ными каз­нями, но и тут вы не обра­ти­лись ко Мне”. “Потому сады ваши, смо­ков­ницы ваши, нивы и дуб­равы ваши погу­бил Я, — гово­рит Гос­подь, — а злоб ваших не мог в вас изни­что­жить”. “Послал на вас раз­лич­ные болезни и смерти ужас­ные и на скот послал казнь Свою, но и тут не обра­ти­лись ко Мне, но ска­зали: “Не под­да­димся”. Доколе не насы­ти­тесь зло­бами вашими? Вы ведь укло­ни­лись от пути Моего, — гово­рит Гос­подь, — и соблаз­нили многих” (Мал. 2:8); поэтому: “Буду сви­де­те­лем скорым против врагов, и пре­лю­бо­деев, и кля­ну­щихся именем Моим ложно, и лиша­ю­щих мзды наем­ника, чиня­щих наси­лие над сиро­тами и вдо­вами и укло­ня­ю­щих суд от правды (Мал. 3:5). Почему не пока­е­тесь в грехах ваших? Но иска­жа­ете законы Мои и не соблю­да­ете их? Обра­ти­тесь ко Мне — и Я обра­щусь к вам, — гово­рит Гос­подь (Мал. 3:7), — и раз­верзу вам хляби небес­ные и отвращу от вас гнев Мой, пока не будет у вас всего в изоби­лии и не станут исто­щаться ни сады ваши, ни нивы. Но вы обру­шили на Меня слова ваши, говоря: “Тщетно слу­же­ние Богу!” (Мал. 3:14). Поэтому: “Устами чтут Меня, а сердце их далеко отстоит от Меня” (Мф. 15:8). Оттого, чего просим, не при­ем­лем. “Будет же так, — гово­рит, — когда при­зо­вете Меня, Я не стану вас слу­шать” (Иер. 11:11). “Будете искать Меня в беде — и не обря­щете (Ин. 7:34), ибо не вос­хо­тели ходить по путям Моим” (Ис. 42:24), отчего и затво­ря­ется небо или, напро­тив, жестоко раз­вер­за­ется, град вместо дождя испус­кая или моро­зом плоды поби­вая и землю зноем томя, за наши зло­де­я­ния. Если же пока­емся в зло­де­я­ниях наших, то, “как родным детям Своим, даст Он нам все про­си­мое и одо­ждит рано или поздно. И напол­нятся гумна ваши пше­ни­цею. Про­льются давила винные и мас­ля­ные. И воз­мещу вам за годы, в кото­рые поели у вас саранча и жуки и гусе­ницы; сила Моя велика, кото­рую Я послал на вас” (Иоил. 2:23–25), — гово­рит Гос­подь Все­дер­жи­тель. Слыша все это, обра­тимся к добру; взы­щите пра­вед­ного суда, избавьте оби­жа­е­мого; обра­тимся к пока­я­нию, не воз­да­вая злом на зло, кле­ве­той за кле­вету, но воз­лю­бим Гос­пода Бога нашего, постом, и рыда­нием, и сле­зами омывая все пре­гре­ше­ния наши, не так, что словом только назы­ва­емся хри­сти­а­нами, а живем, как языч­ники. Вот разве не по-язы­че­ски мы живем, если во встречу верим? Ведь если кто встре­тит чер­но­ризца, то воз­вра­ща­ется, так же посту­пает и встре­тив кабана или свинью, — разве это не по-язы­че­ски? Это ведь по нау­ще­нию диа­вола дер­жатся эти при­меты; другие же в чиха­ние веруют, кото­рое на самом деле бывает на здра­вие голове! Но диавол обма­ны­вает и этими и иными спо­со­бами, вся­кими хит­ро­стями отвра­щая нас от Бога, тру­бами и ско­мо­ро­хами, гус­лями и руса­ли­ями. Видим ведь игрища, на кото­рых топ­чутся, и людей мно­же­ство на них, так что давят друг друга, устра­и­вая зре­лища, бесом заду­ман­ные, — а церкви пусты стоят; когда же бывает время молитвы, моля­щихся мало ока­зы­ва­ется в церкви. Потому и казни вся­че­ские при­ни­маем от Бога и набеги врагов; по Божи­ему пове­ле­нию при­ни­маем нака­за­ние за грехи наши.

Слово на день слав­ного Покрова Пре­свя­той Бого­ро­дицы (1‑го октября 1905 г.)

Св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский

Какое святое, Боже­ствен­ное, пре­ра­дост­ное зре­лище открыл Бог неко­гда про­све­щен­ным свя­то­стию жизни сер­деч­ным очам двух пра­вед­ни­ков, — а при устах двух или трех сви­де­те­лей твердо всякое сви­де­тель­ство, — уви­дев­ших в сводах вели­че­ствен­ного Вла­херн­ского храма, как солнце сия­ю­щую Бого­ро­дицу, Царицу неба и земли с Архан­гель­ским мно­же­ством и с ликами всех святых, моля­щу­юся Богу и про­сти­ра­ю­щую Свой бли­ста­ю­щий омофор над мно­же­ством моля­щихся людей! Какую отраду, надежду и радость посе­лило это виде­ние в серд­цах всех, бывших в храме, когда с быст­ро­тою молнии эта радост­ная весть обле­тела их! Какая глу­бо­кая истина и дей­стви­тель­ная помощь откры­лась вскоре после чудес­ного явле­ния! Ибо град Кон­стан­тина Вели­кого, оса­жден­ный сара­ци­нами, был избав­лен от врагов не мечом и копьем, а силою боже­ствен­ною, и враги обра­ти­лись в бег­ство, устра­шен­ные небес­ною силою, оста­вив весь лагерь свой оса­жден­ным. Вот какой дивный, спа­си­тель­ный покров Бого­ма­тери Цер­ковь ныне празд­нует! 

Но, видно, люди тогда достойны были этого небес­ного защи­ще­ния и покрова. Говорю: достойны — потому что, по сви­де­тель­ству цер­ков­ной исто­рии, тогда молитва была все­об­щая, еди­но­душ­ная, горя­чая, в при­сут­ствии царя и царицы, син­клита, народа и двух вели­ких пра­вед­ни­ков — Андрея и уче­ника его. 

Мы были ныне в не менее тяже­лых обсто­я­тель­ствах воен­ных, но не полу­чили небес­ной, все­силь­ной помощи по грехам нашим тяжким, пре­взо­шед­шим всякую меру, всякое опи­са­ние. И мы всюду потер­пели пора­же­ние или сами доб­ро­вольно отда­лись в плен со своими кораб­лями, людьми и запа­сами на море и на суше оттого, что не достало у нас веры, муже­ства, вер­но­сти долгу, но зато доста­точно было уве­рен­но­сти в без­на­ка­зан­но­сти и оправ­да­нии на суде! Неко­то­рыми коман­ду­ю­щими гос­по­дами на море руко­во­дило еще при этом при­ня­тое убеж­де­ние извест­ного писа­теля Льва Тол­стого непро­тив­ле­ния злу. Эти пре­да­тели изме­нили и вере, и царю, и оте­че­ству, и если бы только в их руках была наша судьба, мы пре­даны были бы все со всем нашим доро­гим досто­я­нием. 

Слава Богу, что в запасе были еще верные войска с их вождями, остав­ши­мися вер­ными долгу. Какая же небес­ная помощь могла быть подана при нашем без­ве­рии, непод­го­тов­лен­но­сти, мало­ду­шии, при небре­же­нии госу­дар­ствен­ным досто­я­нием, при суще­ство­вав­шей в неко­то­рых воен­ных людях нрав­ствен­ной и дис­ци­пли­нар­ной рас­пу­щен­но­сти, дока­зан­ной на деле! Мы били сами себя, и только горя­чая молитва Церкви дала нам мир, не совсем постыд­ный. 

Чтобы заслу­жить небес­ную помощь в тяже­лых обсто­я­тель­ствах Оте­че­ства, нужна твер­дая вера в Боже­ствен­ную помощь, а глав­ное, пока­я­ние в грехах, вызвав­ших гнев Божий на Россию, — исправ­ле­ние нравов, а не уси­ле­ние поро­ков во время самого раз­гара войны. Пра­вед­ное небо не может быть в обще­нии с чело­ве­че­скими неправ­дами. Какое может быть обще­ние света со тьмою, правды с без­за­ко­нием, — Христа с сата­ною (2Кор. 6:15)? Какого только еще не сде­лали зла рус­ские люди и в России живу­щие? Какими еще не рас­тлили себя гре­хами? Все, все сде­лали и делают, что подви­гает на нас пра­вед­ный гнев Божий: и явное без­ве­рие и бого­хуль­ство, отвер­же­ние всяких истин­ных начал веры, раз­врат, пьян­ство, всякие уве­се­ле­ния вместо того, чтобы облечься в траур обще­ствен­ного пока­я­ния и печали о грехах, про­гнев­ля­ю­щих Бога, — непо­ви­но­ве­ние началь­ству, непо­нят­ная авто­но­мия, обес­пе­чи­ва­ю­щая всем полную раз­нуз­дан­ность и непо­ви­но­ве­ние началь­ству; свое­воль­ная, вред­ная для всех заба­стовка, полная анар­хия! 

От Бога отсту­пили мы — и Бог от нас отсту­пил. Отвергли мы волю Божию, живем по своей воле — и скоро увидим, к чему она при­ве­дет или при­вела уже. Если друг друга угры­за­ете и съе­да­ете, гово­рит слово Божие, то бере­ги­тесь, чтобы вы не были истреб­лены друг другом (Гал. 5:15). 

Какого же покро­ви­тель­ства неба ждать нам, когда мы сами отвра­ти­лись от Бога? Если не пока­емся и не испра­вимся, мы будем остав­лены Богом. Се, остав­ля­ется дом ваш пуст (Мф. 23:38), гово­рит Гос­подь. Но да не будет этого! Еще есть верные и избран­ные в России пра­вед­ники, как неко­гда были в цар­ству­ю­щем граде святый Андрей с Епи­фа­нием и другие. Аминь.

О судьбе России

Св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский (1907 год)

Цар­ство Рус­ское колеб­лется, шата­ется, близко к паде­нию. Если в России так пойдут дела и без­бож­ники и анар­хи­сты-безумцы не будут под­верг­нуты пра­вед­ной каре закона, и если Россия не очи­стится от мно­же­ства плевел, то она опу­стеет, как древ­ние цар­ства и города, стер­тые пра­во­су­дием Божиим с лица земли за свое без­бо­жие и за свои без­за­ко­ния. Виновно и высшее пра­ви­тель­ство, потвор­ство­вав­шее бес­по­ряд­кам… 

Без­на­ка­зан­ность в России в моде, ею щего­ляют. Везде измена, везде угрозы жизни и госу­дар­ствен­ному иму­ще­ству. Так и впредь будет при слабом управ­ле­нии. Бедное оте­че­ство, когда-то ты будешь бла­го­ден­ство­вать? Только тогда, когда будешь дер­жаться всем серд­цем Бога, Церкви, любви к Царю и Оте­че­ству и чистоты нравов… 

И чем бы мы стали, рос­си­яне, без Царя? Враги наши скоро поста­ра­лись бы уни­что­жить и самое имя России, т.к. Носи­тель и Хра­ни­тель России, после Бога, есть Госу­дарь России, Царь само­дер­жав­ный, без него Россия — не Россия. 

…Россия мятется, стра­дает и мучится от кро­ва­вой внут­рен­ней борьбы, от неуро­жая земли и голода, от страш­ной во всем доро­го­визны, от без­бо­жия, без­на­ча­лия и Край­него упадка нравов. Судьба печаль­ная, наво­дя­щая на мрач­ные думы. 

Но Все­бла­гое Про­ви­де­ние не оста­вит Россию в этом печаль­ном и гибель­ном состо­я­нии. Оно пра­ведно нака­зует и ведет к воз­рож­де­нию. Судьбы Божии пра­вед­ные совер­ша­ются над Рос­сией… …Россию куют беды и напа­сти. Не напрасно Тот, Кто правит всеми наро­дами, искусно, метко кладет на Свою нако­вальню всех под­вер­га­е­мых Его силь­ному молоту. Кре­пись, Россия! Но и кайся, молись, плачь горь­кими сле­зами пред твоим Небес­ным Отцом, Кото­рого ты без­мерно про­гне­вала!.. 

Гос­подь, как искус­ный врач, под­вер­гает нас разным иску­ше­ниям, скор­бям, болез­ням и бедам, чтобы очи­стить нас, как золото в гор­ниле. Душа, закос­нев­шая во грехах вся­кого рода, не легко под­да­ется чистке и вра­че­ва­нию, но с боль­шим при­нуж­де­нием и терп­ко­стью и только чрез долгий опыт тер­пе­ния и стра­да­ний осва­и­ва­ется с доб­ро­де­те­лью и начи­нает горячо любить Бога, Коего была чужда, научив­шись всяким грехам плот­ским. Вот цель бед и скор­бей, посы­ла­е­мых нам Богом в этой жизни. Они нужны как отдель­ным лицам, так и целому народу, погряз­шему в нече­стии и поро­ках. Рус­ский народ и другие насе­ля­ю­щие Россию пле­мена глу­боко раз­вра­щены, гор­нило иску­ше­ния и бед­ствий для всех необ­хо­димо, и Гос­подь, не хотя­щий никому погиб­нуть, всех пере­жи­гает в этом гор­ниле. 

…Правды нигде не стало — и оте­че­ство на краю гибели. Чего ожи­дать впе­реди, если будет про­дол­жаться такое без­ве­рие, такая испор­чен­ность нравов, такое без­на­ча­лие? Снова ли при­хо­дить на землю Христу? Снова ли рас­пи­наться и уми­рать за нас? — Нет; полно глу­миться над Богом; полно попи­рать Его святые законы. Он скоро придет, но придет судить мир и воз­дать каж­дому по делам его… Чело­век, име­ну­ю­щийся хри­сти­а­ни­ном, оду­майся, воз­вра­тись к вере, к здра­вому смыслу, к Слову Божию! 


Свя­ти­тель Феофан Затвор­ник

Запа­дом и нака­зы­вал и нака­жет нас Гос­подь… а нам в толк не берется. Завязли в грязи запад­ной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим; есть уши, но не слышим, и серд­цем не разу­меем. Гос­поди, поми­луй нас! Поели свет Твой и истину Твою! 

…Нас увле­кает про­све­щен­ная Европа… Да! Там впер­вые вос­ста­нов­лены изгнан­ные было из мира мер­зо­сти язы­че­ские; оттуда уже пере­шли они и пере­хо­дят и к нам. Вдох­нув в себя этот адской угар, мы кру­жимся, как поме­шан­ные, сами себя не помня. Но при­пом­ним две­на­дца­тый год: зачем это при­хо­дили к нам фран­цузы? — Бог послал их истре­бить то зло, кото­рое мы у них же пере­няли. Пока­я­лась тогда Россия, и Бог поми­ло­вал ее… А теперь, кажется, начал уже забы­ваться тот урок. Если опом­нимся, конечно, ничего не будет; а если не опом­нимся, кто весть, может быть, опять пошлет на нас Гос­подь таких же учи­те­лей наших, чтобы при­вели нас в чув­ство и поста­вили на путь исправ­ле­ния. Таков закон правды Божией: тем вра­че­вать от греха, чем кто увле­ка­ется к нему. Это не пустые слова, но дело, утвер­жда­е­мое голо­сом Церкви. Ведайте, пра­во­слав­ные, что “Бог пору­гаем не бывает”: что посеет чело­век, то и пожнет. 

Слово в день празд­но­ва­ния иконе Божией матери “Всех скор­бя­щих радость”. 6 ноября (24 октября) 1990 г.

Архи­манд­рит Иоанн (Кре­стьян­кин)

…Мы пришли ныне почтить Царицу Небес­ную, мы поспе­шили сего­дня под покров Радо­сти всех скор­бя­щих, и все мы пришли со своими скор­бями, а их теперь несть числа. Здесь и наши болезни, и скорби о болезни близ­ких наших; здесь и неимо­вер­ная сер­деч­ная туга, грех ради наших тяго­тя­щая нас, и скорби обще­ствен­ные, и все мы, сюда при­шед­шие, нахо­димся в ярме жиз­нен­ных стра­да­ний. А теперь еще снова, как неко­гда, бурные волны взды­ма­ются на саму основу жизни нашей — на Святую Цер­ковь. 

И многие так часто, теряя надежду на Бога и Матерь Божию, дойдя до изне­мо­же­ния, задают вопрос: “Почему, зачем она — эта бес­ко­нечно при­скорб­ная жизнь, жизнь-стра­да­ние?” Рож­да­ется чело­век с воплем в стра­да­ниях, и стра­дает всю жизнь, и уми­рает в стра­да­ниях? 

Вопрос этот совсем непразд­ный, ибо встает он пред всеми людьми, и ответ на него они полу­чают из самой жизни и жизнью. Ответ на него зави­сит от одного суще­ствен­ного момента, а именно: “Како верует чело­век?” 

Люди, не про­све­щен­ные светом Еван­гель­ского учения, испы­тав жизнь с ее пре­врат­но­стями и будто бы бес­смыс­ли­цей чере­до­ва­ния радо­стей и скор­бей, начи­нают счи­тать лучшим жре­бием на земле совсем не родиться и не видеть сол­неч­ного света, ибо для них жизнь — дар слу­чай­ный, дар напрас­ный. 

Тогда живи одним днем, ешь, пей, весе­лись, ибо завтра умрем. И не так редки в без­бож­ном мире случаи само­воль­ного дерз­кого пре­кра­ще­ния своей жизни. 

Но блажен тот, кому Свет Хри­стова учения оза­ряет сгу­ща­ю­щу­юся тьму жизни, и кого креп­кая дес­ница Божия ведет по неве­до­мому пути, и кого покров Царицы Небес­ной укры­вает надеж­нее всякой другой защиты. Ибо именно им откры­вает Гос­подь вели­кий смысл жиз­нен­ных скор­бей, кото­рые, как лест­ница, ведут чело­века к духов­ному воз­рас­та­нию, а с ними и к бла­жен­ству в Боге. 

Я не устану вам повто­рять слова святых отцов, про­шед­ших суро­вую школу скор­бей и познав­ших покой и радость в Боге, слова их, в кото­рых стер­жень нашей кре­по­сти, чтобы мы не поко­ле­ба­лись. 

“На земле нет ничего не воз­глав­лен­ного, потому что начало всему — Бог”. Вот в чем наша надежда и кре­пость — в непо­ко­ле­би­мой уве­рен­но­сти, что в мире вовсе ничего не бывает без Бога, но все, что про­ис­хо­дит, или по Его воле, или по Его попу­ще­нию, именно все доброе совер­ша­ется по Его воле и Его дей­ствием; про­тив­ное же бывает только по Его попу­ще­нию, когда покро­ви­тель­ство Божие остав­ляет нас за нечи­стоту и оже­сто­че­ние сердца, попус­кает тиран­ство­вать над нами диа­волу или бес­чест­ным плот­ским стра­стям. Так вот в чем при­чина бед­ствий, нашед­ших на нас. Мы стали слепы и глухи. Мы оже­сто­чен­ным серд­цем готовы обви­нить любого и каж­дого, забы­вая, что только личный грех иска­жает жизнь именно нашу. Бог же всегда желает, чтобы истина тор­же­ство­вала. И Он пове­лел Церкви воз­ве­щать ее миру. И наше дело — слы­шать голос Церкви, голос Истины. Но вот и в Церкви скорби, и в Церкви нестро­е­ния, и в ней обсто­я­тель­ства скла­ды­ва­ются так, что мы готовы усо­мниться в Исти­нах, Цер­ко­вью воз­ве­ща­е­мых, и даже в Самом Боге. 

Но именно в такие труд­ные моменты мы с вами должны твердо знать, что Бог есть любовь, благо, и все Им посы­ла­ется для нашей пользы, а вот самого спо­соба, кото­рым это делает Гос­подь, иссле­до­вать нельзя и нельзя уны­вать, нельзя роп­тать, когда не можем понять, что про­ис­хо­дит. Именно в таких обсто­я­тель­ствах являет чело­век подвиг веры и вен­ча­ется спа­се­нием. 

Скорбно, тяжко и недо­уме­ние на сердце в скорб­ные минуты, и именно в это время как раз надо бежать нам в сердце свое — не оно ли при­чина туги — мое, вос­ста­ю­щее на Про­мы­сел Божий, сердце, тре­бу­ю­щее у Бога отчета — почему это про­ис­хо­дит так, а не иначе. 

Нам бы сле­до­вало напе­чат­леть на сердце своем един­ствен­ное знание: что бы ни делал Гос­подь, Он делает для нашей пользы, и мы все должны при­ни­мать с бла­го­дар­но­стью, как от Бла­го­де­теля и бла­гого Вла­дыки, хотя бы то было и скорб­ное. Так делали Божии люди во все вре­мена, этим они про­хо­дили тяготы жиз­нен­ного пути. 

И сколько раз в исто­рии Церкви бурный ветер под­ни­мался против нее. Сколько раз веру­ю­щие чув­ство­вали на себе это! Так, в первые века хри­сти­ан­ства юная Хри­стова Цер­ковь, каза­лось, неми­ну­емо должна была погиб­нуть. Враги Хри­стовы опол­ча­лись на нее с мла­ден­че­ского ее воз­раста. Хри­стиан изби­вали, храмы раз­ру­шали, свя­щен­ные книги сжи­гали. 

Но нет, тогда Цер­ковь выжила, совсем еще мало­чис­лен­ная, но силь­ная Духом. И сколько раз в другие более позд­ние вре­мена руки кеса­рей, волны лже­имен­ного разума вос­ста­вали на Цер­ковь — на источ­ник жизни. И не в столь отда­лен­ные от нас вре­мена — 70 лет тому назад вына­ши­ва­лись ковар­ные планы уни­что­же­ния Церкви. 

“Мы должны дать самое реши­тель­ное и бес­по­щад­ное сра­же­ние духо­вен­ству и пода­вить его сопро­тив­ле­ние с такой жесто­ко­стью, чтобы они не забыли этого в тече­ние несколь­ких деся­ти­ле­тий”. Даже после такой про­граммы, про­ве­ден­ной в жизнь, выжила Цер­ковь, хотя, дей­стви­тельно, не забу­дет тех, кто поло­жил души свои за нас, за нашу Цер­ковь, за Истину. Но когда страш­ное гоне­ние на Цер­ковь только начи­на­лось, про­ро­че­ски про­зву­чали слова одного из иерар­хов Святой нашей Церкви, тогда мит­ро­по­лита, Сергия Стра­го­род­ского (позд­нее Свя­тей­шего Пат­ри­арха): “Да, Рос­сий­ская Импе­рия может быть сме­тена надви­га­ю­щи­мися собы­ти­ями, но Цер­ковь погиб­нуть не может”. Про­ро­че­ство сбы­лось. 

Но почему же, почему Бог допус­кает, чтобы Его дело так посрам­ля­лось (три епи­скопа оста­лись перед войной в России). 

Почему же Гос­подь, будучи Вла­ды­кой при­роды, не пре­ду­пре­ждает бури, не усми­ряет ее в самом начале? 

Свя­щен­ное Писа­ние в извест­ной мере объ­яс­няет это: в суро­вой школе вос­пи­ты­ва­ются души. 

“Где вера ваша?” — спра­ши­вает Хри­стос испу­ган­ных бурей Своих уче­ни­ков. “Где вера ваша?” — спра­ши­вает Он и нас. Внеш­ние пора­же­ния — суть наше тор­же­ство, и стра­да­ния Церкви явля­ются усло­вием ее воз­рож­де­ния и спа­се­ния. 

Гос­подь учит нас не ожи­дать тор­же­ства Еван­ге­лия от внеш­них причин, но для того Он поме­стил сокро­вище Еван­ге­лия в гли­ня­ные сосуды, чтобы все ясно видели, что “сила Божия в немощи совер­ша­ется”. 

Все земные власти могут соеди­ниться против хри­сти­ан­ства, гли­ня­ные сосуды могут быть раз­биты, но их содер­жи­мое никак не может быть окон­ча­тельно и без следа уни­что­жено: Истина все так же будет сиять на земле. 

Бог в потреб­ную минуту придет на помощь, не даст до конца погиб­нуть. Помните, что когда мы боремся с вол­нами в бурном житей­ском море, Гос­подь хода­тай­ствует за нас, Матерь Божия покры­вает нас, ибо Они с нами “во все дни до скон­ча­ния века”. 

Правда, иногда помощь Божия при­хо­дит не сразу. Учи­тель медлит. В этом заклю­ча­ется высшее испы­та­ние веры. Не раз во все­мир­ной исто­рии Бог застав­лял Своих пре­дан­ней­ших и вер­ней­ших слу­жи­те­лей испи­вать, каза­лось, до дна чашу испы­та­ний — земных несча­стий, а затем отзы­вал их из мира после страш­ного муче­ни­че­ства. Это совер­шен­ные люди, и они очи­ща­лись, как золото в гор­ниле. 

Будем же пом­нить, други наши, что испы­та­ния посы­ла­ются для нашей пользы и что выше меры сил Гос­подь никому не попу­стит иску­ситься. Если Бог медлит Своею помо­щью — подо­ждем ее! Если ветер уси­ли­ва­ется и ночь сгу­ща­ется, — то про­ти­во­ста­вим “виде­нию” свою твер­дую “веру”; насто­я­щим делам — дела гря­ду­щие; вечеру, кон­ча­ю­ще­муся в слезах, — зарю уте­ше­ния; неспра­вед­ли­во­сти, гне­ту­щей нас, — вос­ста­нов­ле­ние Истины, кото­рое будет неиз­бежно и навечно; цар­ству без­за­ко­ния, име­ю­щему конец, — Цар­ство Божие, кото­рому не будет конца и в кото­ром Гос­подь “отымет всякую слезу от очей наших”! 

А Матерь Божия всегда есть и будет с теми, кто верен Ее Боже­ствен­ному Сыну, кто идет по Его зову путем веч­ного спа­се­ния. Она, по словам свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, — первая Пре­ем­ница Боже­ствен­ных даро­ва­ний и первая Раз­да­я­тель­ница этих даров и бла­го­сло­ве­ний людям, ищущим помощи у Гос­пода и мило­стей у Нее. 

Так будет всегда — до послед­него часа, до послед­него мгно­ве­ния жизни мира. И наше веру­ю­щее и зна­ю­щее вели­кую силу хода­тай­ства Матери Божией сердце пусть всегда будет у ног Божией Матери со своими воз­ды­ха­ни­ями, нуж­дами, скор­бями, с глу­бо­ким пока­я­нием во всех испы­та­ниях и в минуты плача о грехах. 

И Она, Радость всех скор­бя­щих, наша Небес­ная Мать, про­сти­рая Свой Дер­жав­ный Покров, засту­пит, спасет и поми­лует всех нас. Аминь.

Стра­да­ния и болезни воин­ству­ю­щей церкви

В мире будете иметь скорбь.
Ин. 16:33.

Как “Тело Хри­стово”, воин­ству­ю­щая Цер­ковь должна на земле стра­дать, как стра­дал на земле Сам Хри­стос. 

Как несу­щая мир и про­по­ведь о любви к врагам, Цер­ковь, по словам схи­ар­хи­манд­рита Софро­ния, “ста­но­вится посреди всех враж­ду­ю­щих сил, и тот гнев, кото­рым полны эти враж­ду­ю­щие между собой силы, встре­чая Цер­ковь на своем пути, есте­ственно обру­ши­ва­ются на нее. Но Цер­ковь, осу­ществ­ляя дело Хри­стово на земле, т.е. спа­се­ние всего мира, созна­тельно при­ни­мает на себя тяготу общего гнева, подобно тому, как Хри­стос взял на себя грехи мира. 

Если Хри­стос в этом мире греха был гоним и должен был постра­дать, то истин­ная Цер­ковь Хри­стова тоже неиз­бежно будет гонима и будет стра­дать. Это духов­ный закон жизни во Христе, о кото­ром гово­рил и Сам Гос­подь, и апо­столы. Павел же боже­ствен­ный кате­го­ри­че­ски выра­зил его такими сло­вами: “Все, жела­ю­щие жить бла­го­че­стиво во Христе Иисусе, будут гонимы” (2Тим. 3:12). 

У воин­ству­ю­щей Церкви, как и у всякой земной орга­ни­за­ции, конечно, можно уви­деть и многие ее недо­статки: недо­стой­ных и под­вер­жен­ных тем или иным стра­стям и при­стра­стиям пас­ты­рей, из числа веру­ю­щих хри­стиан — черст­вых серд­цем и ханжей, неми­ло­серд­ных и к ближ­ним при нали­чии мате­ри­аль­ного достатка; выпол­ня­ю­щих внеш­ние обряды Церкви, но лишен­ных Хри­сто­вой любви, гордых, тще­слав­ных, свар­ли­вых, с дурным харак­те­ром и т.д. 

Да, это так, и все это, однако, неиз­бежно, и Гос­подь пре­ду­пре­ждал об этом. Он гово­рил: “Не всякий гово­ря­щий Мне: “Гос­поди, Гос­поди!”, войдет в Цар­ство Небес­ное” (Мф. 7:21). И в Его притче о разных рыбах, захва­чен­ных нево­дом (символ воин­ству­ю­щей Церкви) лишь часть рыб была выбрана (в Цар­ство Небес­ное), а осталь­ные были выбро­шены вон (Мф. 13:47–50). 

Весь неве­ру­ю­щий мир (по суще­ству язы­че­ский) можно срав­нить с мерт­вой при­ро­дой (почва земли), а воин­ству­ю­щую Хри­стову Цер­ковь с рас­ту­щим на ней садом. В первой нет жизни, нет воз­рас­та­ния и изме­не­ния своей сущ­но­сти; во второй — сад нахо­дится в про­цессе посто­ян­ного изме­не­ния, воз­рас­та­ния, цве­те­ния и, нако­нец, пло­до­но­ше­ния. 

Однако в этом саду есть и мерт­вые, и гиб­ну­щие дере­вья, и сло­ман­ные ветки, и гни­ю­щие плоды, и дички с непри­год­ными пло­дами. 

Вместе с тем тут идет непре­рыв­ная борьба с вре­ди­те­лями-насе­ко­мыми, гриб­ками, пле­се­нью, пара­зит­ными рас­те­ни­ями и т.п. Но вся эта кар­тина частич­ной гибели, раз­ру­ше­ния и омертв­ле­ния живого разве гово­рит о ненуж­но­сти или пороч­но­сти сада? Несмотря на все отри­ца­тель­ное — в нем и только в нем зреют плоды и будет собран какой-то урожай, кото­рого чужда мерт­вая при­рода. Учи­ты­вая нали­чие в Хри­сто­вом саду — в вино­град­нике (Ин. 15:1–2) — мерт­вых, непло­до­но­ся­щих дере­вьев и вино­град­ных лоз, хри­сти­а­нину надо уметь раз­би­раться в вопро­сах, что явля­ется в этом саду живым и что мерт­вым и сгнив­шим дере­вом. 

Вместе с тем, сле­дует пре­ду­пре­дить, что реше­ние этого вопроса часто будет совсем нелегко: вспом­ним вре­мена ари­ан­ства, когда из числа вер­хов­ных иерар­хов Церкви лишь один св. Афа­на­сий Алек­сан­дрий­ский не принял лже­уче­ния Ария. 

Как пишет схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний: “Истин­ная Цер­ковь всегда хранит учение Христа непо­вре­жден­ным, но не все, счи­та­ю­щие себя чле­нами Церкви и даже гово­ря­щие от имени ее, разу­меют его… 

В силу этого, эмпи­ри­че­ски данное бытие Церкви всегда пред­став­ляет сме­ше­ние истины, выяв­ля­е­мой свя­то­стью жизни, с не исти­ной, при­но­си­мой гре­хами немощ­ных членов ее, не исклю­чая и отдель­ных пред­ста­ви­те­лей свя­щен­ной иерар­хии. 

Это обсто­я­тель­ство весьма услож­няет вопрос раз­ли­че­ния истин­ной Церкви от лже­церк­вей, кото­рые также могут ука­зы­вать на свою исто­ри­че­скую пре­ем­ствен­ность от апо­столь­ских времен, кото­рые тоже про­по­ве­дуют дог­ма­ти­че­ское учение, почерп­ну­тое из Свя­щен­ного Писа­ния, но с при­вне­се­нием того, что чуждо Боже­ствен­ной истине и Божией воле. 

Источ­ни­ком при­вне­сен­ных повре­жде­ний и извра­ще­ний явля­ется гре­хов­ная воля чело­ве­че­ская или демо­ни­че­ская, кото­рая часто не может быть не только логи­че­ски дока­зана другим, но даже и уяс­нена для самого себя”. 

Как на выход из этого затруд­не­ния, схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний ука­зы­вает на един­ствен­ный досто­вер­ный кри­те­рий, почерп­ну­тый им из поуче­ний старца Силу­ана — на нали­чие выпол­не­ния важ­ней­шей и вместе с тем, может быть, и труд­ней­шей запо­веди Христа: “Любите врагов ваших” (Мф. 5:44). Схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний пишет: “Весь мир ищет кри­те­рий истины даже до сего дня. Веру­ю­щий тако­вым при­знает Цер­ковь, ибо она “столп и утвер­жде­ние истины” (1Тим. 3:15), в силу бытий­ной связи ее с Главою-Хри­стом, мисти­че­ским Телом Кото­рого она явля­ется, в силу непре­стан­ного пре­бы­ва­ния в ней и дей­ствия Духа Свя­того, по обе­то­ва­нию Божию. 

Но в исто­ри­че­ском опыте обна­ру­жи­лась недо­ста­точ­ная ясность такого ука­за­ния, потому что Цер­ко­вью назы­вают себя не только Единая истин­ная, но и все лже­церкви, и нет внеш­него при­знака, бес­спорно отли­ча­ю­щего истин­ную Цер­ковь от лже­церк­вей. 

Ука­зы­ва­е­мый же стар­цем кри­те­рий можно назвать уни­вер­саль­ным, потому что каж­дому дает воз­мож­ность через под­ле­жа­щую кон­тролю нашего созна­ния духов­ную жизнь в ее пси­хи­че­ском выяв­ле­нии не только опре­де­лить свое духов­ное место, т.е. познать правду или неправду своего инди­ви­ду­аль­ного пути перед Богом, но и отли­чить учение истин­ной Церкви от всего того, что при­вно­сится в него чуж­дого и извра­щен­ного”. 

Что же каса­ется недо­сто­ин­ства свя­щен­но­слу­жи­те­лей, совер­ша­ю­щих в Церкви Таин­ства, то нужно уметь (как пишет Н.) “отде­лять фор­мует сущ­но­сти и пости­гать силу и могу­ще­ство Таин­ства в самом себе. Недо­стой­ный свя­щен­ник вредит лишь самому себе. Люди же, в про­стоте сердца ищущие его бла­го­сло­ве­ния и идущие к нему на испо­ведь, полу­чают по вере своей непо­сред­ственно все от Самого Бога через Таин­ство свя­щен­ства, вру­чен­ное пас­ты­рям. 

Духов­ное бла­го­по­лу­чие этих веру­ю­щих не зави­сит от недо­стат­ков лиц, не уме­ю­щих носить и ува­жать своего свя­щен­ного сана. 

Чего бы стоила рели­гия, как могла бы она суще­ство­вать на про­тя­же­нии веков, если бы ее таин­ствен­ная сила и могу­ще­ство были в зави­си­мо­сти от совер­шен­ства или несо­вер­шен­ства при­став­лен­ных к ней слуг. Им дана власть быть лишь сви­де­те­лями, про­вод­ни­ками или охра­ни­те­лями этой вели­чай­шей свя­тыни, ведать ее фор­маль­ной, чисто внеш­ней сто­ро­ной, но самая сила ее таин­ствен­ная, всегда живая, от глаз людей скры­тая, откры­ва­ется людям лишь по мере их духов­ного роста, духовно-умствен­ного раз­ви­тия”. 

Пусть же недо­сто­ин­ство неко­то­рых пас­ты­рей и номи­наль­ных (не истин­ных) хри­стиан в Церкви Хри­сто­вой не сму­щает никого. Жизнь Хри­стова про­цве­тает лишь здесь и только здесь, а Цер­ковь Хри­стова боро­лась, борется и будет бороться со злом и вне, и внутри себя и имеет непре­лож­ное обе­то­ва­ние от Христа, что “врата ада не одо­леют ее” (Мф. 16:18).

Слово в день пере­не­се­ния мощей свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста. 9 фев­раля (27 января) 1991

архи­манд­рит Иоанн (Кре­стьян­кин)

Ныне, в день почи­та­ния памяти вели­кого учи­теля все­лен­ной Иоанна Зла­то­уста, пой­демте и мы с вами по пути спа­се­ния за Хри­стом, води­мые вос­си­яв­шей от уст свя­ти­теля Боже­ствен­ной бла­го­да­тью. 

В обла­сти учи­тель­ства он один сделал так много, что нам при­дется огра­ни­чить свою рев­ность, кос­нув­шись только наи­бо­лее важных в насто­я­щее время жиз­нен­ных вопро­сов. В писа­ниях свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, в его жизни поищем и найдем мы ответы на свои “почему”. 

Кто из нас не знает, какое тяжкое, смут­ное время пере­жи­вает сейчас наш народ, наша Цер­ковь. Нико­гда на ниве Хри­сто­вой не было столько таких раз­но­об­раз­ных плевел как ныне. Нико­гда враг чело­ве­че­ского спа­се­ния — диавол — не упо­треб­лял столько усилий к раз­ру­ше­нию Цар­ства Божия на земле. Нико­гда враги Церкви не опол­ча­лись на нее с таким оже­сто­че­нием, как теперь, нико­гда, навер­ное, и мы, веру­ю­щие, не были так бес­сильны, слабы и мало­верны. 

Мы с вами ранее гово­рили о том, почему именно Цер­ковь — Корабль спа­се­ния и его корм­чие под­вер­га­ются гоне­ниям, кле­ве­там, наве­там и всякой другой воин­ству­ю­щей на них брани. 

Но полно, только ли ныне, в XX веке, яви­лось бед­ствие это? 

Послу­шайте, что гово­рит святой Иоанн Зла­то­уст о Церкви в 404 году. 

“О чем скор­бишь ты и кру­чи­нишься?” — обра­ща­ется свя­ти­тель-муче­ник к совре­мен­нице из жесто­кого зато­че­ния, за три года до своей муче­ни­че­ской кон­чины, гони­мый все больше, все дальше без всякой вины — един­ственно за рев­ность по Богу, за рев­ность о поги­ба­ю­щем чело­веке. 

“О чем скор­бишь ты и кру­чи­нишься? Что сму­щает душу твою? То, что жесто­кая и мрач­ная непо­года облегла Цер­ковь и все обра­тила в без­лун­ную ночь? То, что день ото дня высоко под­ни­ма­ются волны, мучась родами жесто­ких кораб­ле­кру­ше­ний? 

Что больше и больше растет, умно­жа­ется гибель все­лен­ной?” Сокру­шай­тесь, плачьте и рыдайте; смех ваш уже обра­тился в плач, а радость — в печаль. 

Пред­чув­ствие гибели мира в IV веке сне­дает душу свя­того мужа. Гро­зо­вые тучи гря­ду­щих бед­ствий зрят пра­вед­ники и старцы Оптин­ские в начале XX века, те пра­вед­ники, кото­рых теперь мы видим в сонме святых. Апо­ка­лип­си­че­ские казни уже кос­ну­лись и нас греш­ных. Но вот чудо, во все­об­щем бед­ствии и сокру­ше­нии рож­да­ются, вос­стают све­тила духа — святые Божии люди. 

В IV веке — про­си­яли многие ведо­мые святые, среди кото­рых все­лен­ский учи­тель Иоанн Зла­то­уст, и неве­до­мые пра­вед­ники, те, кого учил он, кому писал письма из изгна­ния. 

И в XX веке тоже уже про­слав­лены — многие ведо­мые святые — свя­ти­тель Пат­ри­арх Тихон, пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский, и многие ведо­мые и неве­до­мые святые, и пра­вед­ные, и муче­ники и свя­ти­тели, и пас­тыри и миряне. И все бед­ствия, сквозь кото­рые при­шлось им пройти, не только не поме­шали им, но сде­лали их еще более бли­ста­ю­щими. И опять наш вопрос: “Но почему то, что одним в поги­бель, для других вящая слава?” 

И вот ответ за всех за них свя­того Иоанна Зла­то­уста: “Видя бед­ствия, я не отка­зы­ва­юсь от лучших надежд моих; думаю о Пра­ви­теле всех про­ис­ше­ствий, о Гос­поде, Кото­рый не искус­ством побеж­дает непо­годы, но единым мано­ве­нием укро­щает бурю”. Итак, испол­нено пра­вед­ни­ками слово апо­стола: “Сми­ри­тесь пред Гос­по­дом, и воз­не­сет вас…” А нам это еще пред­стоит испол­нить, пред­стоит дальше идти за Хри­стом, вослед Его уче­ни­ков. Повторю еще раз, други наши: “Сми­ри­тесь пред Гос­по­дом, и воз­не­сет вас”. Сми­римся же под креп­кую руку Божию, при­ни­мая все от руки Его. В этом наше спа­се­ние. 

“Но не вдруг, не вна­чале чудо­дей­ствует Гос­подь, — про­дол­жает свое наблю­де­ние и настав­ле­ние святой Зла­то­уст, — а когда боль­шин­ство станет терять надежду, Он явит соб­ствен­ную силу с одной сто­роны, с другой — вос­пи­тает тер­пе­ние в тер­пев­ших”. 

И тот же вели­кий учи­тель Церкви, вели­кий тер­пе­ли­вец, пре­ду­пре­ждает нас с вами: “Не упа­дайте же духом. И помните, что одно только ужасно, одно есть дей­стви­тель­ное иску­ше­ние — это грех”. Только грех стра­шен, все прочее пустое, “баснь”. 

Все про­хо­дит. “Ука­жешь ли ты мне на ковар­ство, или на при­твор­ство, или на обманы, на лесть, на зло­ре­чие, на обви­не­ния, на изгна­ния… хоть на борьбу целой все­лен­ной. Каковы бы ни были все наши непри­ят­но­сти, они вре­менны и крат­ко­вре­менны, суще­ствуют для смерт­ного тела, но не вредят бодрому духу. 

Итак, пусть ничто слу­чай­ное не воз­му­щает тебя; не зови одного и дру­гого, не гоняйся за тенью, ибо помощь чело­ве­че­ская — тень. 

Иисуса, Кото­рому слу­жишь, Иисуса зови непре­станно; одно мано­ве­ние Его — и вмиг все изме­нится. Он вдруг начи­нает все при­во­дить в тишину и всему давать неожи­дан­ный оборот, ибо Бог может нам даро­вать не только те блага, кото­рых мы ожи­даем, на кото­рые наде­емся, но может сде­лать несрав­ненно больше и бес­ко­нечно лучше”. 

Так вот в чем кро­ется при­чина нашего настро­е­ния, доро­гие мои, — оста­ва­ясь внешне со Хри­стом, мы внут­ренне о Нем забы­ваем, не мы идем за Ним, но Его ведем за собой. “Смотри, Гос­поди, любуйся на мои труды, на мои подвиги, я сделаю еще то и то. “Я”! “Я”! “Я”! 

И вот уже “я” засло­нило от нас Христа, но оно — наше “я” — изне­мо­гает от соб­ствен­ной немощи, от бес­си­лия. А Хри­стос только смот­рит на нас с неко­то­рой уко­риз­ной, как на несмыш­ле­ных детей Своих, поз­во­ляя нам вполне насла­диться соб­ствен­ным бес­си­лием, чтобы мы опять пришли к Нему — теперь уже сами. 

Иоанн Зла­то­уст вместе с апо­сто­лом Иако­вом утвер­ждает для нас един­ственно спа­си­тель­ный путь: “оставь свое”, “поко­рись Богу” и этой покор­но­стью Ему про­ти­во­ста­нешь диа­волу. И только тогда эта страш­ная темная сила убежит от нас. 

“Не сму­щайся же, но всегда и за все бла­го­дари Бога, про­слав­ляй, зови, моли, повер­гайся пред Ним; не тре­вожься, хотя бы пред тобою вос­стали тысячи тревог и смя­те­ний. В смут­ных обсто­я­тель­ствах нам не пре­ду­пре­дить Гос­пода, хотя бы все при­хо­дило в страш­ную гибель. Он Един может и падших вос­ста­вить, и заблуд­ших обра­тить, и соблаз­нив­шихся испра­вить, и греш­ни­ков, совер­шив­ших тысячи пре­ступ­ле­ний, пере­ме­нить и сде­лать пра­вед­ными. Если Он творит не сущее сущим, нигде и нико­гда не явля­ю­ще­муся дарует бытие, тем легче попра­вить Ему то, что есть и что давно было”. 

А всем нам, немощ­ным, но несо­мненно веру­ю­щим во Христа, не сле­дует опус­кать руки и головы, но надо нам при­во­дить на память и Сердце слова, ска­зан­ные Гос­по­дом апо­столу Павлу: “Довлеет ти бла­го­дать Моя, сила бо Моя в немощи совер­ша­ется” (2Кор. 12:9). 

И, други мои, не явно ли нам сейчас, что многое из насто­я­щего уже было прежде, пусть мы не видим теперь зна­ме­ний и чудес, но нахо­дим мы и теперь дела, не усту­па­ю­щие чуде­сам, явные следы Про­мысла Божия, помощи Божией. Так каж­дому из нас пред­ле­жит делать дела своего лич­ного спа­се­ния. 

Каж­дому из нас дан крест нашей личной жизни, указан путь, и только на нем ты будешь поле­зен, именно на нем будешь делать дело по воле Божией, а не по своей или — ещё хуже — по вра­жией воле; именно для этого и даются нам от Бога нужные силы и разу­ме­ние. 

Так отве­чают на наши вопросы при­меры жизни пра­вед­ни­ков Божиих и их учения. 

А вот поже­ла­ние свя­того Зла­то­уста через письма его каж­дому хри­сти­а­нину: “…Желал бы я тебе такого уте­ше­ния, чтобы ты вовсе не сму­ща­лась, не пла­кала, а жила бы весело и спо­койно… верой Богу и надеж­дой на Него”.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки