Димитрий Тракателлис

Глава 2. Равновесие между концепциями власти и страданий (Мк 8:27–10:52)

Как мы уже отмечали, первая часть Евангелия от Марка (1:1–8:26) последовательно раскрывает тему божественной власти Иисуса. Она содержит и ряд более или менее прямых отсылок к Страстям, однако явный приоритет принадлежит христологии Власти. Христология Страстей вводится на другом уровне и часто в виде намёков.

Во второй главной части Евангелия (8:27–10:52) базовые христологические концепции Власти и Страстей постоянно чередуются. Здесь Марк сохраняет образ Мессии как великого чудотворца, действующего с божественной властью. Однако евангелист гораздо более явно говорит и о Страстях. О грядущей мученической смерти Мессии повествуется как о несомненном факте. Эта тема разворачивается поэтапно и многогранно. Во второй части Евангелия две великие линии христологической мысли идут параллельно, уравновешивая друг друга. Переход от Власти к Страстям и обратно осуществляется повторными циклами в повествованиях, диалогах и поучениях.

Первая перикопа второй части (8:27–30)233 содержит в большей степени христологию Власти. Она повествует о том очень важном исповедании Петра, которое имело место в районе города Кесария Филиппова, к северу от Тивериадского озера. Этот отрывок построен на двух вопросах, которые Иисус задал ученикам: «За кого почитают Меня люди?» (8:27) и «а вы за кого почитаете Меня?» (8:29).

В ответ на первый вопрос ученики приводят три разных мнения. Одни люди принимают Иисуса за Иоанна Крестителя, другие за Илию, третьи за одного из пророков (8:28). Эти же три версии Марк приводит в повествовании об усекновении главы Иоанна (6:14–15). В Кесарии Филипповой схема повторяется без изменений. Она охватывает выдающиеся фигуры, связанные с приходом Мессии, но не самого Мессию234.

В ответ на второй вопрос («а вы за кого почитаете Меня?») Пётр даёт ответ, который, скорее всего235, отражает мнение и других учеников: «Ты Христос» (8:29).

Исповедание Петра предельно ясно. Иисус есть Христос, то есть Мессия, Помазанный Богом, который должен осуществить божественные обетования и божественный замысел о спасении Израиля и всякого народа под небом. В контексте отрывка слова «ты Христос» означают принципиальное отличие Иисуса от великих пророков, которые приходили до Него. Слова Петра подчёркивают уникальную природу Иисуса и намекают на Его неизмеримую мессианскую власть236. Это утверждение усиливается двумя дополнительными моментами, которые нельзя упускать из виду.

Первый из них – это диалектический процесс в тексте. Мнение Петра приводится после того, как упоминаются ошибочные мнения других учеников, отождествляющих Иисуса с пророком или Предтечей. Пётр мог бы высказаться сходным образом, однако он сразу поднимается на более высокую богословскую ступень и отвечает фразой, которая по тону и духу представляет собой исповедание. Локализация утверждения «Ты – Христос» сразу после вариаций на тему пророка и Предтечи подчёркивает уникальность мессианства Иисуса и пропасть, отделяющую Его от любого другого пророка, сколь угодно великого237. Второй важный момент – слово «Христос». Анализ использования его в Евангелии от Марка даёт богатую пищу для размышлений. Отметим в особенности три случая.

(А). Вступительные слова «Начало Евангелия Иисуса Христа» (1:1), в которых отражён сотериологический аспект данного термина.

(Б). Эсхатологическая речь Иисуса в Мк 13, где титул «Христос» увязывается с эсхатологическим пришествием Сына Человеческого – пришествием с несравненной силой и славой (13:21–26).

(В). Диалог между Иисусом и первосвященником на суде Синедриона, где в Евангелии от Марка яснее всего раскрывается смысл титула «Христос». «Опять первосвященник спросил Его и сказал Ему: Ты ли Христос, Сын Благословенного? Иисус сказал: Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (14:61–62). В процессе этого диалога раскрывается важный подтекст: абсолютная связь Христа и Бога; эта связь такова, что даже усвоение титула «Христос» Иисусом истолковывается Синедрионом как вершина богохульства, а не как обычное мессианское притязание (14:64).

Вышеупомянутые отрывки проливают свет на смысл титула «Христос» у Марка. В их свете и нужно интерпретировать исповедание Петра в Кесарии Филипповой238. Перед нами фундаментальное утверждение мессианства Иисуса, ставящее Его выше величайших пророков и объявляющее Его несравненным носителем божественной силы и власти. Вполне возможно, что именно поэтому сразу после исповедания Петра Иисус «запретил им, чтобы никому не говорили о Нём» (8:30). На этой стадии распространять весть, что Иисус есть Мессия, значило существенно увеличить опасность вследствие этнополитических коннотаций титула239. Возможно, запрет отчасти связан и с глубоким непониманием роли Иисуса учениками на данном этапе евангельской истории.

Сразу после очень яркого образца христологии Власти следует не менее яркий образец христологии Страстей (8:31–33)240. Многосоставное предсказание о Страстях Мессии составляет основу этой перикопы. Главные его черты следующие.

(А). Откровение о мученической смерти исходит от самого Иисуса и является следствием Его собственной прозорливости и инициативы, причём это не мимолётное наблюдение и не случайный намёк. Евангелист говорит предельно ясно: «И начал (Иисус) учить их (учеников)» (8:31). Откровение о Страстях составляет именно учение, то есть полное и методическое изложение, которое начинается в этот момент евангельского повествования. Так христология Страстей выходит на первый план.

(Б). Пророчество Христа начинается со слов: «Сыну Человеческому много должно пострадать» (8:31). Это выражает необходимость (δεῖ) страшных мучений Мессии241. Судя по употреблению глагола δεῖ («должно») у Марка242, имеется в виду великий спасительный замысел Божий о спасении мира.

В данном отрывке обращает на себя внимание и титул «Сын Человеческий». Снова и снова повторяется он в основных предсказаниях о Страстях Мессии (9:12, 31; 10:33, 45; 14:21, 42), а также в других отрывках, говорящих о Его уникальной власти и божественных прерогативах (2:10, 28; 8:38; 9:9; 13:26; 14:62). Особенно примечательно содержание Мк 14:61–62, где титул «Сын Человеческий» указывает на высшую силу и власть в настоящем и в эсхатологическом будущем. Мк 8:31 – первый текст, в котором евангелист соотносит термин «Сын Человеческий» со Страстями. Способность термина концептуально воплощать состояния страдания, поражения и мученичества делает его особенно полезным для учения Иисуса о пути к Голгофе243.

(В). За высказыванием «Сыну Человеческому много должно пострадать» идёт фраза «...быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками» (8:31). Использованный здесь глагол ἀποδοκιμάζω означает «отвергать, считать не удовлетворяющим требованиям, бесполезным»244. Особенно удручают Мессию действия духовных вождей иудаизма, которые выдают их бедственное духовное состояние и полную неспособность рассудить об Иисусе. Отметим также, что эти три группы людей – старейшины, первосвященники, книжники – сведены вместе у Марка только в текстах, говорящих о Страстях (11:27; 14:43; 15:1). Это подчёркивает единодушие религиозных партий в отвержении Иисуса, а также пропасть, отделяющую Его от этих духовных наставников и руководи- телей. Тем самым закладывается основа для последующего деяния Мессии.

(Г). В греческом тексте следующий акт описан одним глаголом: «...и быть убитым» (καὶ ἀποκτανθῆναι, 8:31). Глагол ἀῆποκτείνω встречается в следующих случаях: в отрывке, описывающем усекновение главы Иоанна Предтечи (6:19); в отрывках, предсказывающих мучения Мессии (8:31; 9:31; 10:34); в описании жестоких смертей в притче о работниках в винограднике (12:5–8); в последней стадии заговора против Иисуса (14:1). Красноречивый мартирологический характер этих текстов не оставляет сомнений в смысле этого слова и в Мк 8:31: жестокая мученическая смерть.

Как видно из использования глагола ἀποκτείνω другими евангелистами, он применялся и к ветхозаветным пророкам245, а не только к ученикам Христовым246.

Это наводит на мысль, что ἀποκτείνω было мартирологическим термином в древней традиции247, у истоков которой стоял Иисус.

(Д). Многогранное описание Страстей заканчивается неожиданной формулировкой: «...и в третий день воскреснуть» (8:31). Иисус не только с несомненностью предрёк свою жертвенную смерть, но и уверил учеников в своем воскресении248. Здесь опять-таки различим намёк на уникальную божественную силу и власть Иисуса. Эта идея не разрабатывается подробно, ибо основной темой остаются Страсти. Однако Страсти – это не мрачная неизбежность в глубокой тьме: свет Воскресения придаёт подлинную форму и величие этим событиям. Христология Власти снова присутствует в таких отрывках как Мк 8:31, хотя христология Страстей и задает здесь тон249.

За предсказанием о Страстях Христовых следует эпизод, который как бы подкрепляет это предсказание. Иисус высказывается предельно ясно («и говорил о сем открыто», 8:32), а Пётр реагирует на Его слова с необычным смятением: «Но Пётр, отозвав Его, начал прекословить Ему» (8:32)250. Здесь евангелист показывает, сколь странной и неприемлемой была идея мученичества Мессии для учеников.

Однако жертва Христа – часть божественного замысла. Отвергать её значит противиться Богу. Это хорошо видно из событий, описанных в Мк 8:31–33. На критику со стороны Петра Иисус реагирует предельно жестко: «Отойди от Меня, сатана! Потому что ты думаешь не о том, что Божье, но что человеческое» (8:33)251. Нигде больше в Новом Завете «сатаной» не назван человек. Это показывает чрезвычайную серьёзность ситуации, описанной в Мк 8:33252. Избегать Страстей, отвергать Страсти – от дьявола; принимать их – значит думать о Божьем253. Ответ Иисуса на вызов Петра утверждает христологию Страстей на незыблемом основании. Христос выпьет чашу последней беды и смерти: именно в этом состоит высший замысел Божий, который непременно должен осуществиться. Быть может, здесь же сокрыт и величайший пример власти Иисуса – власти свободно принять страдания254.

Ход мыслей, который был важен в предыдущей перикопе, продолжается и в Мк 8:34–9:1255. Основное различие состоит в том, что христология Страстей сопрягается с её антропологическими последствиями. Мы видим четыре последовательные декларации.

Во-первых, Иисус объясняет условия подлинного ученичества: «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой, и следуй за Мною» (8:34). Главная тема – взятие на себя креста, которое означает готовность идти на смерть256. Другие этапы этого раздела выражают сходные идеи. Мк 8:34 показывает приоритет страдания и мученичества учеников Иисуса как один из элементов их подлинной верности Мессии. В данной перикопе христология Страстей с её радикальными антропологическими последствиями привносится в повседневную ситуацию христианского ученичества257. Во-вторых, сказано, что отдать жизнь за Иисуса и Евангелие значит спасти свою жизнь (8:35). Отсюда видно, что в 8:34 действительно говорилось о смерти258. Примечательны слова «кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия»: они показывают, что именно Иисус – смысл и цель отдачи жизни. По-видимому, христология Страстей здесь смешивается с христологией Власти259. Ученик должен принять идею страдания и смерти, как принимает её Иисус, причём ему необходимо делать это до самого конца ради Иисуса. Такая ситуация подчёркивает власть и божественность страдающего Мессии. Страдающий Иисус есть в то же время Мессия с божественной властью, за которого стоит умереть260.

В-третьих, Иисус говорит об удивительных последствиях согласия на жертву или отказа от неё: «Какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?» (8:36–37). Текст высоко ставит несравненную ценность человеческой души, одновременно показывая уникальную, бесконечную важность жертвы ею за Иисуса.

В-четвёртых (и это подтверждает предыдущие три пункта), Иисус предостерегает о сотериологических последствиях поведения того человека, который постыдится исповедать Иисуса и Его слова публично (8:38)261. «Постыдиться» значит не принять страдающего Мессию, отказаться отдать за Него жизнь. Последствия трагичны и связаны с эсхатологическим пришествием Христа262. Это подчёркивает значимость Страстей Мессии, а также и значимость страданий учеников за Него. При этом, однако, упоминание об эсхатологической славе Сына Человеческого выводит христологию Власти на передний план263.

По-видимому, именно эта христология диктует последние слова перикопы: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царство Божье, пришедшее в силе» (9:1). Экзегеты много спорили о данном отрывке. Однако не подлежит сомнению, что он подчёркивает приход Царства Божьего в силе, а также близость Царства264. Тем самым, непосредственное будущее формируется не только страданиями Христа и Его учеников, но и уникальной силой Царства Божьего, которая органически и этиологически связана с Иисусом265.

4. Как мы установили, две предыдущие перикопы определялись христологией Страстей. Однако отрывок Мк 9:2–8266 относится к классическим текстам христологии Власти. Он описывает теофаническое Преображение Иисуса перед тремя учениками: Петром, Иаковом и Иоанном. Информация, содержащаяся в первых стихах, подчёркивает значимость события. Точное обозначение времени («по прошествии дней шести», 9:2) увязывает христологическое исповедание Петра (8:29) с Преображением Христовым267. Впечатление усиливается отбором всего лишь трёх учеников в качестве свидетелей. Как мы уже отмечали, именно их присутствие при двух других очень важных событиях268 подчёркивает особый смысл происходящего. Далее евангелист продолжает ту же линию: «Возвёл Иисус на гору высокую особо их одних» (9:2). Эта фраза усиливает атмосферу необычности и предвосхищения чего-то особенного. Восхождение «на гору высокую» относится к тому же ряду сведений. Его можно сопоставить с восхождением Моисея на гору Синай, чтобы получить Закон от Бога (Исх 24 и 34). Этот параллелизм, в пользу которого говорят также сходства в словесных формулировках269, выводит Преображение Иисуса на особый уровень, ставит это событие наравне с самой выдающейся ветхозаветной теофанией.

Событие Преображения (9:3–7) состоит из четырёх основных аспектов, раскрывающих божественную власть, божественные прерогативы и личность Иисуса270. Рассмотрим их кратко, не соблюдая хронологическую последовательность.

Первое – это само Преображение: «И преобразился перед ними. Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить» (9:3). Описывается Преображение не только лица Иисуса, но и его одежды, ставшей ослепительно белой271. Этот неописуемо белый цвет невозможно сравнить ни с чем на земле272. Слава и свет столь велики, что они не ограничиваются личностью Иисуса, а затрагивают и Его одежду. Мессия открывается во всей своей чудесной славе и божественном величии. Чистая сцена теофании поистине дышит божественной мощью.

Второе – беседа Иисуса с двумя великими ветхозаветными праведниками: «И явился им Илия с Моисеем; и беседовали с Иисусом» (9:4). Иисуса признают два самых выдающихся мужа Ветхого Завета, которые связаны с основными мессианскими пророчествами и эсхатологическими чаяниями273. В то же время Закон и Пророки соединяются в лице Иисуса: своей божественной силой и славой Он превосходит любого своего предшественника.

Третье – реакция учеников: «Пётр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии. Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе» (9:5–6). Пётр потрясён случившимся. В его словах безграничная радость совмещается с неописуемым страхом и благоговением. Глагол φοβοῦμαι часто описывает состояние учеников, видящих уникальную власть Иисуса274. Именно в этом смысле ἔκφοβοι ἐγένοντο («были в страхе») данное слово употребляется в Мк 9:6275. Оно показывает глубокую эмоциональную реакцию и шок учеников, внезапно удостоившихся лицезреть величественное проявление божественности Иисуса при Преображении.

Четвёртое – ещё один элемент теофании: «И явилось облако, осеняющее их, и из облака исшел глас, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте» (9:7). В данном контексте облако указывает на присутствие Бога (ср. Исх 24:15–18 о Синайской теофании)276. Глас Божий из облака санкционирует новый вечный Закон в слове Мессии: «Его слушайте». На Синае Бог дал Закон Моисею, а на горе Преображения Он объявляет Иисуса своим возлюбленным Сыном, чьё слово отныне становится новым Законом. Это торжественное речение о богосыновстве Христа в 9:7 похоже на прозвучавшее при крещении (1:11). Только при крещении это было сказано Иисусу, а здесь – свидетелям Преображения277. Более того, здесь добавлено: «Его слушайте». Отсюда видно, что Христос наделён абсолютной властью Сына Божьего: Он – божественный Повелитель и Законодатель278.

В целом, рассказ о Преображении подтверждает божественность Иисуса в ряде последовательных сцен и разными способами279. Христос, сияющий в сверхъестественной славе, беседует с величайшими мужами Ветхого Завета, вызывая в учениках трепетный страх. Божественный глас объявляет Его возлюбленным Сыном и Законодателем. Ясно видно, что Христос – Сын Божий, наделённый единственной и неповторимой божественной силой и властью; уникально и Его сыновство280. Сцена Преображения – один из базовых текстов для христологии Власти.

Следует отметить, что этот текст подтверждает истинность содержания двух важнейших предыдущих перикоп. Во-первых, это понятие Страстей Мессии («Сыну Человеческому много должно пострадать», 8:31). Преображение, идущее сразу после пророчества о страдании и смерти Иисуса, запечатывает это пророчество величественным теофаническим откровением. В частности, фраза «Его слушайте» не только призывает внимать учению Иисуса, но и подразумевает божественную санкцию учения о Страстях281. Во-вторых, однозначно подтверждается мессианство Иисуса («ты Христос», 8:29), как это исповедал Пётр. Подтверждение слов Петра282 – полное и абсолютное, ибо многогранная сцена Преображения ярко показывает уникальную и бесспорную божественную ипостась Иисуса Христа.

5. Грандиозная сцена Преображения обрывается: «И, внезапно посмотревши вокруг, никого более с собою не видели, кроме одного Иисуса» (Мк 9:8). За этим эпизодом идёт короткий диалог (9:9–13)283. Первая часть диалога касается христологической концепции Власти, ибо увязывает Преображение с Воскресением. Эта связь снова указывает на сверхъестественный характер Преображения284 и включает его в ряд событий, подтверждающих божественность Иисуса. Даже рассказ о затруднении учеников с пониманием точного смысла слов Христа о Воскресении (9:9–10) имеет эсхатологический подтекст, намекающий на высшее проявление силы Божьей.

Вторая часть диалога, которая строится на этом эсхатологическом аспекте (9:11–13), переносит наше внимание к Страстям. В ответ на упоминание учеников о пророке Илии, Иисус сообщает: Илия, о котором они говорят, есть Предтеча, и мученичество его уже свершилось («и поступили с ним, как хотели, как написано о нём», Мк 9:13)285. До этого Иисус намекает на абсолютную несомненность жертвенной смерти Мессии: «и Сыну Человеческому, как написано о Нём, надлежит много пострадать и быть уничижену» (9:12). Тем самым истина Страстей устанавливается с неумолимой ясностью в тот самый момент, когда впечатление от славного Преображения ещё живо в душах трёх учеников286.

6. Следующая перикопа, Мк 9:14–29287, описывает чудесное исцеление одержимого, и здесь христологический ракурс меняется. Евангелист снова проводит параллели между событиями, описанными в Мк 9:14–29, и событиями, ознаменовавшими сошествие Моисея с Синая288. Однако в данной перикопе особенно важны не ветхозаветные аллюзии, а само событие как выражение уникальной мощи Христа289.

Мк 9:14–29 имеет все особенности рассказов о чудесных исцелениях, которые мы уже встречали у Марка. Однако следует отметить несколько особенностей данной сцены.

Во-первых, толпа изумляется не после чудесного исцеления, а до него290. Это восхищение, смешанное с почтительной сердечностью: «Тотчас, увидев Его, весь народ изумился, и, подбегая, приветствовали Его» (9:15). Стало быть, народ «изумился» (ἐκθαμβοῦνται), ещё толком не пообщавшись со Христом, даже не увидев чуда. Этому необычному факту есть два объяснения. По одной версии, лицо Христа еще сохраняло дивный отблеск света Преображения. По другой версии, даже независимо от Преображения, Иисус стал внушать своим видом трепет и изумление291. Однако христологический смысл в обоих случаях одинаковый: личность Иисуса излучает присутствие божественного, надмирного начала.

Во-вторых, в Мк 9:14–29 подчёркивается, что ученики неспособны освободить одержимого ребенка от «нечистого», «немого и глухого» духа. Это признают и сами ученики, и отец ребенка, который жалуется: «Говорил я ученикам Твоим, что-бы изгнали его, а они не могли» (Мк 9:18). Это усиливает контраст с высшей властью Иисуса. Могущество Мессии особенно заметно, если сопоставить его с неумением учеников.

В-третьих, необычно количество деталей, показывающих бедственное положение ребенка. Евангелист четырежды возвращается к этой теме (9:17–18; 9:20; 9:22; 9:26)292, подчёркивая ужасы, в которые бесы ввергают людей. Однако данный отрывок превозносит уникальную силу Христа293, имеющего власть освобождать человечество от ярости бесовской. Показательна последняя сцена исцеления: «И он (мальчик) сделался как мёртвый, так что многие говорили, что он умер. Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал» (9:26–28). Лексика напоминает образы, связанные с Воскресением: «мёртвый... поднял... встал...» Параллели между освобождением от бесов и воскресением из мертвых неизбежны294, a с ними и акцент на власть Мессии.

В-четвёртых, следует отметить, что предмет разговора между Иисусом и отцом одержимого затрагивает всемогущество Христа. Фраза «всё возможно верующему» (9:23) говорит не о безграничной силе веры в принципе, а о безграничной силе Иисуса, которая открывается в полной мере именно через веру295.

7. Важный отрывок Мк 9:30–32296 возвращает нас к христологии Страстей297. Здесь перед нами – второе пророчество о мученической смерти Мессии. По форме и содержанию оно во многих отношениях похоже на первое пророчество (8:31), поэтому нам нет нужды на нём детально останавливаться. Однако оно содержит несколько интересных особенностей.

В Мк 9:31–32 указание на грядущие Страсти начинается следующими словами: «Сын Человеческий предан будет в руки человеческие, и убьют Его». Глагол παραδίδοται («предан будет») очень показателен, так как Марк регулярно употребляет его в связи с предательством Иуды (3:19; 14:10, 18, 21), которое имеется в виду и в данном случае298. Тот же глагол встречается в отрывках об Иоанне Крестителе (1:14), учениках Христа (13:9, 11–12), а также о самом Иисусе (10:33; 15:1, 10, 15). Во всех этих случаях смыслы и ассоциации – преимущественно мартирологические.

Глагол παραδίδοται в Мк 9:31 стоит в страдательном залоге, и кто именно «предаст» Иисуса, напрямую не сказано. Согласно одному толкованию, предаёт Иисуса не только Иуда, но и весь мир, враждебный Богу. Согласно другому мнению, παραδίδοται в Мк 9:31 соответствует глаголу δεῖ («должно») в Мк 8:31, где тот указывает на божественный замысел о спасении299. Соглашаясь с этим, отметим экзегетическую параллель между παραδίδοται в Мк 9:31 и παρεδόθη в Рим 4:25 («Который предан за грехи наши»). Эти наблюдения подводят к выводу, что παραδίδοται охватывает спектр значений, описывающих страдания Мессии в широком богословском ракурсе.

Фраза «Сын Человеческий предан будет в руки человеческие» (9:31) любопытна ещё по одной причине. Корреляция между титулом «Сын Человеческий» и словами «руки человеческие» остро ощутима и болезненна. Она показывает глубину страданий Мессии, а также трагедию людей, которые казнят Того, Кто идет на жертву ради их спасения300.

Здесь евангелист просто и умело показывает трагический парадокс казни Иисуса руками людей, которых Он так любит.

Конец перикопы добавляет оттенок скорби: ученики «не разумели сих слов, а спросить Его боялись» (9:32). Каким бы ни был точный смысл отрывка, хорошо заметно, сколь сложно ученикам понять Иисуса. Даже прослушав ряд поучений и объяснений, они не стали лучше понимать Учителя. На своём пути к страшному концу Мессия совсем одинок.

Однако Мк 9:31, как и соответствующий текст Мк 8:31, не ограничивается христологией Страстей. Ведь Иисус предсказывает не только свою смерть, но и своё Воскресение: «И, по убиении, в третий день воскреснет». Христология Власти здесь уравновешивает скорбь Страстей и даёт взглянуть на кроткий облик Победителя смерти.

8. За вторым предсказанием о Страстях и до конца девятой главы идет серия речений Иисуса (9:33–37; 9:38–41; 9:42–50)301. Они довольно разрозненны, но все прямо или косвенно соотносятся с пророчеством в Мк 9:31–32302.

(А). Первая группа речений входит в перикопу Мк 9:33–37. Одна из основных мыслей здесь заключена в словах Иисуса: «кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою» (9:35)303. Это было сказано в ответ на вопрос учеников «кто больше?» (9:34)304. Здесь Иисус устанавливает чёткий критерий того, кто из учеников «первый» или «больший»: такой ученик должен быть «из всех последним и всем слугою». Учение ясное, и Мессия вскоре применит это правило к себе: «ибо и Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать жизнь свою для искупления многих» (10:45)305. Относится это, прежде всего, к Страстям, где сочетаются полное уничижение с совершенным служением.

Мк 9:35 показывает значение христологии Страстей для человеческого ученичества. В то же время становится ясно, что Страсти – это не изолированное христологическое событие, а совершенный и абсолютный архетип высокого человеческого развития.

Своё учение Иисус сопровождает примером ребёнка (9:36–37). Этот пример иллюстрирует необходимость быть последним по рангу, но в то же время учит, что ценность человека зависит от его отношений с Христом: «Кто примет одно из таких детей во имя Моё, тот принимает Меня» (9:37)306. Очевидно, что перед нами скрытое, но постепенное продвижение к христологии Власти. Последний шаг в данном направлении осуществляется в оставшейся части ст. 37: «...a кто Меня примет, тот не Меня принимает, но Пославшего Меня».

(Б). Вторая группа речений (9:38–41) касается смысла выражения «во имя», «именем»307. Эта перикопа связана с христологией божественной Власти и, видимо, уравновешивает сказанное ранее о Страстях (9:31), а также о необходимости быть «последним человеком» и слугой (9:35).

Понятие божественной власти Иисуса заметно в первом предложении перикопы: «Учитель! мы видели человека, который именем Твоим изгоняет бесов» (9:38). Здесь уникальная власть Христа над бесами проявляется в том, что бесовские силы изгоняются одним лишь призыванием Его имени. Причём специфику ситуации придаёт то обстоятельство, что данный экзорцист даже не является учеником Мессии (он «не ходит за нами», 9:38). Иисус санкционирует действия этого человека словами, из которых видно, что Он не считает этот случай исключением: «...ибо никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня» (9:39). Если через призывание имени Христа можно творить чудеса, и если это могут делать не только Его ученики, это выдает Его сверхъестественную власть308.

Последние слова перикопы также показывают масштаб божественных прерогатив Мессии: «И кто напоит вас чашей воды во имя Мое, потому что вы Христовы, истинно говорю вам, не потеряет награды своей» (9:41 )309.

(В). Третья группа речений (9:42–50) говорит о соблазнах. Данная тема связана с антропологическим значением христологии Страстей; это значение состоит в служении (διακονία) и готовности к жертве (ср. Мк 9:35)310. Образным языком Иисус наставляет учеников пребывать в Царстве Божьем даже перед лицом тяжелой жертвы. Дорога, о которой Он говорит, вымощена тяготами, разочарованиями и разрывами. Это путь страданий311. Своеобразным стилем, языком и способом Мк 9:42–50 также выражает христологическую концепцию, в центре которой стоят Страсти и их значение.

Как и во многих других случаях, текст содержит яркие следы христологии Власти. Иисус сурово предостерегает тех, кто «соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня» (9:42). Эта тяжёлая ответственность обусловлена тем, что в грех вводятся не только «малые сии», но и верующие в Иисуса. Так или иначе, всё сосредоточено на Мессии: когда отношения с Ним нарушаются или разрываются, спасение человека оказывается под угрозой312.

9. Десятая глава Евангелия от Марка начинается с перикопы о разводе (10:1–12)313. Развитию главной темы314 сопутствуют две уже знакомые нам христологические линии.

Сначала идёт географическая информация: Иисус, «отправившись оттуда, приходит в пределы Иудейские за Иорданской стороною» (10:1). Эти сведения говорят о постепенном продвижении к Иерусалиму, – идея, органически связанная со Страстями (10:33). Следовательно, Мк 10:1 отражает христологию Страстей. В связи с этим отметим и мотивы фарисеев при дискуссии с Иисусом: «Подошли фарисеи и спросили, искушая Его: позволительно ли разводиться мужу с женою?» (10:2). Словами «искушая Его» евангелист напоминает о непримиримой вражде фарисеев315, их заговоре против Иисуса. Эта тема – актуализации Страстей.

С другой стороны, ответ Христа на «искушающий» вопрос опять подтверждает Его божественную власть и авторитет: ведь Он, по сути дела, отвергает Моисеево установление о разводе. На встречный вопрос Иисуса фарисеи высказывают мнение, что «Моисей позволил писать разводное письмо и разводиться (с женой)» (10:4). В поддержку тезиса о дозволенности развода при определённых обстоятельствах они цитируют Второзаконие316. Иисус отвергает эту идею и утверждает нерасторжимость брака, причём делает это в однозначной и императивной форме: «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (10:9). Перед нами факт исключительной важности: Мессия, по сути, заменяет Моисееву заповедь собственной новой заповедью, то есть выступает в роли Бога Законодателя.

Высшая власть Иисуса заметна и в том, как именно Он выводит вопрос о разводе на принципиально новый уровень. Иисус объясняет фарисеям, что во Втор 24:1 Бог лишь сделал уступку человеческому жестокосердию, тогда как желает Всевышний постоянного и нерасторжимого единства мужчины и женщины, чтобы двое стали «одной плотью» (10:6–8)317. Разговор о разводе Иисус переводит в тему брака вообще, уделяя особое внимание его сущности и природе318. Более того, Иисус объясняет, в чём состоит уже не уступка «жестокосердию» людей, а подлинная воля Бога. И эта воля связана с правилом: «уже не двое, но одна плоть», «Бог сочетал (их)». Отсюда вытекает априорная невозможность развода. Соответственно, брак после развода Мессия квалифицирует как прелюбодеяние (10:11–12).

Абсолютная прерогатива Христа становится очевидной, когда Он делает радикальные заявления и осуществляет фундаментальные переоценки священных традиций. Его заповеди показывают, что изрекает Он их божественной властью.

10. Мк 10:13–16319 доносит до нас прекрасный и трогательный рассказ о любви Мессии к детям, одновременно излагая важные мысли о Царстве Божьем. Отрывок также отражает божественную власть и силу Иисуса320.

Особая власть Христа и Его уникальное милосердное могущество проявляются в том, что «приносили к Нему детей, чтобы Он прикоснулся к ним» (10:13). Глагол ἅπτομαι («прикасаться) у Марка, как и у Матфея с Лукой, связывается с чудесными исцелениями Иисуса (1:4; 3:10; 5:27–31; 6:56 и т. д.; Мф 8:3; 9:20; 14:3–6 и т. д.; Лк 5:13; 6:19; 8:44–47 и т. д.). Это слово красноречиво указывает на сверхъестественную спасительную силу Иисуса321. Ту же идею выражает конец отрывка, где сказано, что Мессия, «обняв их (детей), возложил руки на них и благословил их» (10:16). Отрывок описывает Его безграничную любовь и благотворную энергию322.

Власть Христа заметна и в том, как Он одёргивает учеников. Они выпроваживали людей, которые приносили к Иисусу детей. Однако, «увидев то, Иисус вознегодовал и сказал: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им» (10:14). В Его словах чувствуется глубокая эмоциональность323, и они показывают Его превосходство.

С христологией Власти связано и речение Иисуса о Царстве Божьем: «Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божьего, как дитя, тот не войдет в него» (10:15), «ибо таковых есть Царствие Божье» (10:14). Эти слова опять же выдают Его божественную власть, ибо трактуют столь высокий предмет как Царство Божье324 абсолютным образом. Слова Иисуса обладают божественным авторитетом.

11. Наше последнее наблюдение применимо и к перикопе Мк 10:17–27325, которая посвящена вопросу богача: «что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» (10:17). Эпизод содержит интересные экзегетические проблемы326 и опять-таки указывает на божественную власть Иисуса. Это впечатление этиологически связано с тремя основными речениями Христа327.

Во-первых, Иисус говорит богачу: «Одного тебе недостаёт: пойди, всё, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи, последуй за Мною» (10:21). Судя по всему, что мы знаем об иудейских обычаях I век328, этот призыв звучит революционно. Раздать всё своё имущество, чтобы «наследовать жизнь вечную», – нечто такое, что иудеям и в голову не приходило. Евангелист делает особый упор на данный эпизод лаконичностью формулировок, отсутствием разъяснений и концентрацией глаголов в повелительном наклонении («продай», «раздай», «приходи», «последуй»). Такой язык выдает божественные прерогативы и высшую власть: Иисус указывает, какие условия позволяют войти в наследие Божье. Особого внимания заслуживает фраза «приходи, последуй за Мною». Здесь именно следование за Иисусом становится окончательным критерием того, унаследует человек вечную жизнь или нет: это последнее звено в цепочке радикальных действий. Отношения с Мессией имеют абсолютную ценность329 и предполагают Его божественность.

Во-вторых, Иисус, скорбя об уходе «смущённого» богача, делает вывод: «Как трудно имеющим богатство войти в Царствие Божье!» (10:23). Это не просто общефилософское суждение, но конкретный вердикт, имеющий решающее сотериологическое значение для богача, о котором идёт речь. Здесь Мессия – эсхатологический судья, имеющий всю власть судящего Бога.

В-третьих, обратим внимание на панический вопрос учеников: «кто же может спастись?» (10:26), заданный сразу после случая с богачом, и на ответ Иисуса: «человекам это невозможно, но не Богу; ибо все возможно Богу» (10:27). Здесь опять бросаются в глаза божественные прерогативы. Мессия выносит приговор человеческим возможностям спасения: препятствие непреодолимо. Иисус также абсолютным образом высказывается о способности Бога спасать: эта способность безгранична и беспредельна. Такие сотериологические определения330 отражают полное и совершенное знание эсхатологической истины, то есть знание, которым обладает только Бог. Христологическое значение этих фактов столь очевидно, что они не нуждаются в дополнительном анализе.

12. В Мк 10:28–31331 пример альтернативы поведению богача из предыдущей сцены дан словами Петра: «Вот, мы оставили всё и последовали за Тобою» (10:28). В ответ Иисус излагает великие истины, касающиеся этого акта апостолов. Здесь необходимо отметить два момента.

Во-первых, в Мк 10:29 Мессия торжественно учит: «Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или братьев, или сестёр, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради меня и Евангелия, и не получил бы во сто крат...» Перечисление всех этих оставленных лиц и вещей затрагивает эмоциональную струну. Жертва колоссальна и охватывает всё и вся, к чему по необходимости привязаны люди. Но осуществляется жертва ради Иисуса. Именно ради Христа меняются человеческие отношения, происходит отказ от элементарных удобств. Это подчёркивает Его божественную власть. Подчёркивает её и обетование о воздаянии за жертву. Эти эсхатологические обетования («...а в веке грядущем жизни вечной» 10:30) даны от имени самого Бога332.

Во-вторых, отметим сопутствующее обетованиям выражение «среди гонений» (10:30). Оно относится к христологии Страстей. Подлинный ученик Иисуса не может избежать страданий, а гонения – одна из форм страданий. Участие в эсхатологической славе Мессии означает и участие в Его страданиях.

Мк 10:32–34333 начинает один из самых полных и лучших изложений христологии Страстей. Этот текст содержит третье предсказание о жертвенной смерти Христа.

Предсказанию предшествует ряд сведений, создающих атмосферу торжественности и страха334. Прежде всего, это географическое указание: «Были они на пути, восходя в Иерусалим» (10:32). Путь к Иерусалиму отражает в Евангелии от Марка исключительно тему Страстей335, а значит, мы видим, что конец приближается. Затем идея близости конца появляется на другом уровне: «Иисус шёл впереди их, а они ужасались и, следуя за Ним, были в страхе» (10:32). Использованные здесь глаголы указывают на предчувствие учениками необычных событий336. Наконец, из Мк 10:32 видно, что пророчество о Страстях было сказано только двенадцати ученикам. Это добавляет ситуации торжественности и серьёзности.

Само предсказание (10:33–34) – третье по счёту в общем разделе (8:27–10:52). Предыдущие два (8:31 и 9:31) были короче, а здесь содержание более развёрнуто, оно освещает все аспекты Страстей.

(А). Начало Страстей описано словами: «Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан337 будет первосвященникам и книжникам» (10:33). Обозначены место и конкретные люди, которым будет предан Иисус. Впервые глагол παϱαδίδομαι («быть преданным») связывается с первосвященниками и книжниками338.

(Б). Слова «и осудят Его на смерть» (10:33) коротко описывают вторую фазу событий. Опять же впервые чётко показаны роли духовных вождей иудаизма, а об осуждении Мессии упомянуто особо. Осуждение Иисуса на смерть – дело исключительно первосвященников и книжников339.

(В) Их деяние отражает и третью фазу Страстей: «...и предадут Его язычникам» (10:33). Именно на первосвященниках лежит ответственность за осуждение Христа на смерть, а также за выдачу Его «язычникам», что усиливает степень Его унижения. Мессию безжалостно отдадут в руки язычников. Это добавляет к Его страданиям ещё и оскорбление.

(Г) Четвёртая фаза Страстей – страдания Христа от римских солдат: «...и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его...» (10:34). Здесь перечисляются конкретные пытки, что отсутствовало в более ранних предсказаниях340. Страсти Христовы – это не только ужасная смерть. Его смерти предшествуют мучительные, унизительные и злые издевательства. Три глагола в данном отрывке касаются последовательных форм издевательства, от глумления до телесных пыток.

(Д). Пятая фаза Страстей описана коротко: «...и убьют его» (10:34). Здесь третье предсказание сходно с двумя предыдущими («и быть убиту», 8:31; «и убьют Его» 9:31). Одно-единственное слово341 , максимальная лаконичность, – и круг страшной жертвы замкнулся. Неумолимость смерти накладывает отпечаток на сжатость этой фразы, особенно после предыдущих тяжёлых подробностей о Страстях.

Очевидно, что Мк 10:33–34 в сжатом виде показывает всю христологию Страстей. Удивительно ясным и четким языком342 Иисус раскрывает реальность смерти своим удивлённым и перепуганным ученикам.

Однако, как это постоянно бывает в Евангелии от Марка, христология Страстей – не единственная линия. За «убьют Его» следует уверенное: «...и в третий день воскреснет» (10:34)343. Воскресение предсказывается с не меньшей несомненностью, чем Страсти. Христология высшей Власти Мессии ограничивает интенсивность и силу христологии Страстей, хотя последняя и доминирует в Мк 10:33–34. Здесь слово Иисуса, главным образом, показывает реальность Страстей344.

14. Похожие вещи мы наблюдаем в сложной перикопе Мк 10:35–45345. Христология Страстей остро чувствуется в действиях учеников. Они показывают глубочайшее непонимание происходящего. Едва смолкли слова Иисуса о Его близкой и жестокой смерти, как ученики просят о почётных местах для себя (10:37) и спорят о них (10:41). Их духовная слепота и неспособность понимать Учителя даже в самых элементарных вопросах кажутся неисцелимыми346. Слепота и некомпетентность учеников – один из основных источников скорби для Иисуса, а потому относятся, как мы уже отмечали, к христологии Страстей.

Однако глубже всего выражают эту христологию слова Иисуса, формирующие содержание Мк 10:35–45. Их можно разделить на четыре взаимосвязанные части.

Во-первых, вопрос: «Можете ли пить чашу, которую Я пью, и креститься крещением, которым Я крещусь?» (10:38). Экзегеты отмечают, что ветхозаветные тексты связывают «чашу» и «крещение/омовение» со страданиями и смертью347. Марк и сам при описании гефсиманской молитвы приводит просьбу Иисуса: «Пронеси чашу сию мимо Меня» (14:36; ср. Мф 26:39; Лк 22:42), где «чаша» обозначает смерть мученика. В новозаветных текстах мы также находим места, которые показывают, что уже на очень раннем этапе стала проводиться связь между крещением и смертью348. Соответственно, слова Мессии в Мк 10:38 – несомненное указание на предстоящую казнь. Интересно использование настоящего времени для глаголов. Оно показывает, что Иисус уже вошёл в область Страстей349. Эта черта была перейдена, когда Иисус стал держать путь в Иерусалим.

Во-вторых, ответ Иисуса Иакову и Иоанну: «чашу, которую Я пью, будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься» (10:39). Здесь Мессия опять же ясно говорит о своей жертвенной смерти. Не менее ясно Он даёт понять, что такая же судьба уготована Его ученикам350. Ведь формулировки схожи: «Я пью, будете пить», «Я крещусь, будете креститься». Хронологическая разница не уменьшает несомненности, но подчёркивает её, ибо здесь связь между настоящим и будущим непосредственна. В Мк 10:39 область христологии Страстей, средоточием которой является Иисус, расширяется, включая Его народ.

В-третьих, слова Христа в Мк 10:42–44. Здесь изложено учение о начальниках и великих людях, которые «господствуют над народами», а также заповедь ученикам: «Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою» (10:43–44). Похожую тему мы видели в Мк 9:34–35. В данном случае, однако, формулировки более разработаны и предполагают суровое обличение «князей» и «вельмож» также и среди язычников351. Фразы «господствуют над ними» и «властвуют ими» предполагают тяжёлое, невыносимое бремя угнетения, совершенно противное воле Мессии. Ученики призваны к радикально иному подходу, который определяется словами «служители», «рабы»352. Это отказ от господства, это боль, унижение и тяжёлый труд, а, в конечном счете, страдание. Здесь христология Страстей учит людей такому образу поведения, который в корне отличается от обычного.

В-четвёртых, объяснение предыдущей позиции: «Ибо и Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (10:45)353. Мессия хочет, чтобы Его ученики были «служителями», «рабами», потому что и сам Он пришёл послужить и отдать жизнь за человечество. Страдание и смерть Мессии ради спасения людей обозначены здесь предельно ясно. Христология Страстей пропитана духом любви и жертвы354, которые в свою очередь становятся единственным кодексом поведения учеников Иисуса355.

Четыре блока учений Мессии в Мк 10:35–45 – важная часть христологии Страстей. Среди особенностей отрывка следует отметить то, какое значение для антропологии и сотериологии придаётся этой христологии.

Присутствуют, однако, и элементы христологии Власти. Просьба сынов Зеведеевых (10:35) предполагает, что они имеют в виду возможность её исполнения, то есть понимают высшую власть Иисуса. Более того, они говорят о «славе» Мессии (10:37)356. Слова же самого Иисуса в Мк 10:35–45 буквально дышат божественной властью и прерогативами. Мк 10:35–45 являет образы Страстей Мессии, но также и Его «славы».

15. Раздел Мк 8:27–10:52 завершается рассказом о чуде. Покидая Иерихон, Христос исцеляет слепого Вартимея. Это сверхъестественное деяние, которое указывает на божественную власть Христа.

Как и все рассказы о чудесах в Евангелии от Марка, Мк 10:46–52357 указывает на несравненное владычество и могущество Христово. Однако есть здесь и своя специфика. Слепой нищий как минимум дважды громко называет Христа «сыном Давидовым» (10:47 и 10:48). Это мессианский титул358. До сего момента каждое устное исповедание мессианства Иисуса, за исключением теофанических провозвестий (1:11, 9:7), исходило из уст либо учеников, либо бесов359. Здесь Иисуса впервые исповедует Мессией обычный человек, не связанный с кругом учеников. Мы видим нечто новое и важное. Истину о том, кто есть Иисус, невозможно утаить360.

Это наблюдение подтверждается тем обстоятельством, что Иисус не «запрещает» Вартимею обращаться к себе подобным образом, и не повелевает Ему молчать. Последний раз такое случилось при исповедании Петра. Здесь Иисус принимает титул «сын Давидов» и одновременно, через своё молчание, снимает запрет на весть о своём мессианстве361. Отныне о мессианстве Иисуса можно говорить совершенно открыто и свободно. Вместе с тем, и времени остается мало. Приближается вход в Иерусалим и приближаются последние дни.

Ввиду начала Страстей362 и близости последних страданий, эпизод со слепым напоминает о божественной власти и личности Христа363. Однако есть в Мк 10:46–52 и другие смыслы. Об исцелении слепого говорилось непосредственно перед началом этого большого раздела Мк. 8:27–10:52. Теперь и в завершение раздела Марк повествует о чудесном прозрении, об исцелении Иисусом слепого Вартимея. Этим двум чудесам предшествовали эпизоды, показывающие духовную слепоту учеников. Символическое значение исцелений кристально ясно364. Христос имеет власть и силу освобождать учеников от духовной слепоты, которая мучает их, и даровать им подлинное духовное видение, способность понимать, кто Он365.

* * *

233

Из литературы по Мк 8:27–30 можно выделить, в частности: M. Horst­mann, Studien zur markinischen Christologie (Münster, 1969); A. Denaux, «La confession de Pierre et la première annonce de la Passion,» AsSeign 55 (1974) 31–39; D. C. Duling, «Interpreting the Markan Hodology,» Nexus 17 (1974) 2–122; R. Pesch, «Das Messiasbekenntnis des Petrus,» BZ 17 (1973) 178–195, 18 (1974) 20–31; E. Best, Following Jesus (Sheffield, 1981) 19–54.

234

Ср. Виктор 346.

235

Cp. Klostermann 80; Pesch 2, 32; Gnilka 2, 14.

236

См.: M. Horstmann, Studien (1969) 17–18; H. Riesenfeld, The Gospel Tradition (Philadelphia, 1970) 67–68; R. Lightfoot, The Gospel Message (1950), 33–34.

237

Ориген замечает: «Иудеи, из-за пелены на сердцах, имели неправильные представления об Иисусе. Однако Пётр... исповедал Его Христом. Исповедание Петра «Ты Христос» было великим уже из-за одного только неведения иудеев, что Иисус есть Христос. Однако ещё значительнее было то, что Пётр узнал в Иисусе не только Христа, но и Сына Бога живого» (Толкование на Евангелие от Матфея, 12, 9, GCS Origen Vol. 10, 82).

238

Cp. M. Horstmann, Studien (1969) 18–20.

239

Виктор Антиохийский усматривает в запрете (Мк 8:30) стремление укрепить и очистить веру учеников (346).

240

Из литературы по Мк 8:31–33 можно выделить, в частности: A. Feuillet, «Les trois grandes prophèties de la Passion et de la Résurrection des évangiles synoptiques,» RT 67 (1967) 533–560; C. J. Reedy, «Mk. 8,31–11,10 and the Gospel Ending: A Redaction Study,» CBQ 34 (1972) 188–197; N. Perrin, «Towards an Interpretation of the Gospel of Mark,» Christology and a Modem Pilgrimage, ed. H. D. Betz (SBL, 19732) 14–30; M. Vellanickal, «Suffering in the Life and Teaching of Jesus,» Jeevadhara 4 (1974) 144–161; W. J. Bennett, Jr., «The Son of Man must...,» NovT 17 (1975) 113–129; J. F. O’Grady, «The Passion in Mark,» BTB 10 (1980) 83–87; C. Walters, Jr., I Mark, a Personal Encounter (Atlanta, 1980) 121–124.

241

См. глубокий комментарий Григория Нисского: «Но из всех (видов смерти), самовластию Определившим самому Себе страдание, назначен сей. Ибо «подобает Сыну Человеческому...» . Не сказал, – то и то претерпит Сын Человеческий, как бы просто сказал кто-нибудь, предсказывая то, о чём говорил; но утверждает, что сему необходимо нужно быть по некоей неизреченной причине, говоря, что «подобает Сыну Человеческому...» ( Слово на святую Пасху, проповедь 1; PG 46.621).

242

Глагол δεῖ встречается в случае с приходом Илии пророка (Мк 9:11), эсхатологических бедствий (Мк 13:7), проповеди Евангелия всем народам (Мк 13:10). Во всех этих случаях речь идёт об актуализации божественного сотериологического и эсхатологического замысла. См. W. J. Bennett, Jr., «The Son of Man must...,» 128–129. Cp. Trembelas 147; N. Perrin, «Towards an Interpretation,» 15, 21, 28–29.

243

См. M. Hooker, The Son of Man (1967) 103–116.

247

См. Ин. 5:18; 7:1, 19; 8:37, 40; 11:53; 12:10; 18:2; Деян. 3:15. Относительно связи между глаголом ἀῆποκτείνω (и другими мартирологическими элементами пророчеств о Страстях в Мк 8:31) и Ветхим Заветом см. Pesch 2, 49–51; Gnilka 2, 15–16; N. Perrin, «Towards an Interpretation,» 26.

248

Lohmeyer 167 отмечает здесь: «Несомненность, что Сын Человеческий есть именно человек, означает, что Его участь – страдания и смерть. Несомненность Его божественности означает, что смерть и страдания для Него не могут быть окончательным итогом, но лишь первым шагом к божественной жизни».

249

Как отмечает W. Wrede, The Messianic Secret (1971), «провозвестие o Bocкресении неразрывно связано с вестью о страдании и смерти... Умалять это значит изменять смысл евангелиста».

250

В параллельном отрывке Матфей сохранил слова Петра: «Будь милостив к себе, Господи! Да не будет этого с тобою!» (Мф 16:22). Они указывают на суть «прекословия» Петра.

251

Обличение Иисуса носит христологический, а не антропологический характер, как пытался показать R. A. E. Osborn, «Peter Stumbling Block and Satan,» NovT 15 (1973) 187–190. Cp. наблюдение W. Weeden, Traditions in Conflict (1971) 52: «Марк подчёркивает страдающую роль Иисуса через мотив непонимания учеником Его мессианства».

252

Мф добавляет здесь фразу «ты мне соблазн» (Мф 16:23), которая усиливает напряжение. См. Ориген, Толкование на Евангелие от Матфея, 12, 23, GCS Origen Vol. 10, 120–121. Damalas 3.90.

253

Иоанн Златоуст комментирует: «Христос не сказал: сатана говорит твоими устами; но: «отойди от Меня, сатана»! потому что противник именно желал того, чтобы Христос не страдал. Вот причина, почему Он с такой силой обличил Петра; Он видел, что и Пётр, и другие всего более того боялись, и не могли спокойно слышать. По той причине Он обнаруживает и тайные его мысли, говоря: «думаешь не о том, что Божье, но что человеческое»... Ты думаешь, что страдать для Меня низко, а Я тебе говорю, что эта мысль – не страдать Мне – от дьявола» (Толкование на Евангелие от Матфея, беседа 54, PG 58.536–537). Ср. Феофилакт 576: «Господь показывает, что Его страдания будут ради спасения (человечества), и что только сатана не хочет, чтобы Христос страдал и умер (и тогда люди не спаслись бы)».

254

Как отмечает W. Wrede, The Messianic Secret (1971) 89, «Иисусу не просто должно пострадать: Он делает это сознательно».

255

Из литературы по Мк 8:34–9:1 можно выделить, в частности: M. Horstmann, Studien zur markinischen Christologie (Münster, 1969) 34–71; G. Schwanz, «Aparnesastho heauton,» NovT 17 (1975) 109–112; E. Best, «An Early Sayings Collection,» ΝουT 8 (1976) 1–16; M. Künzi, Das Naherwartungslogion Markus 9,1 par. (Tübingen, 1977); B. D. Chilton, God in Strength (1979) 251–274; W. A. Beardslee, «Saving One’s Life by Losing It,» JAAR 47 (1979) 57–72; K. Brower, «Mk. 9,1: Seeing the Kingdom in Power,» JSNT 6 (1980) 17–41; J. Schlosser, Le règne de Dieu (1980) 323–350; B. Lindars, «Jesus as Advocate: A Contribution to the Christology Debate,» BJRL 62 (1980) 476–497; E. Nardoni, «A Redactional Interpretation of Mk. 9,1,» CBQ 43 (1981) 365–384; J. J. Kilgallen, «Mk 9,1, the Conclusion of a Pericope,» Biblica 63 (1982) 31–83.

256

См. Pesch 2, 60; Gnilka 2, 23, 27; Schmithals 1, 391. Шмитхальс, однако, предлагает некоторые другие интерпретации.

257

Cp. Klostermann 84; Nineham 227–228.

258

См. Виктор 349: «Поэтому вы должны готовиться к постоянной смерти».

259

R. Tannehill, «The Gospel of Mark as Narrative Christology,» Semeia 16 (1979) 73–74 уже отмечал, что в Мк 8:34–38 использованы «почти те же выражения», что и в рассказе о призвании первых учеников. Ясно, что перед нами формулировки, отражающие высшую власть.

260

Как показал W. Marxsen, Mark the Evangelist (1969) 127–129, фраза καὶ τοῦ Ευαγγελίου может быть эквивалентна фразе ἕνεκεν ἑμοῦ, но скорее всего, она просто интерпретирует и подчёркивает ἕνεκεν ἑμοῦ.

261

О значимости Мк 8:28 в раннехристианской традиции см. Haenchen 298–299.

262

В Мк 8:38 «Сыном Человеческим» почти наверняка назван Иисус. Ср. Мф 16:27; Виктор 351; М. Hooker, The Son of Man (1967) 121; Taylor 382–384. Тейлор, однако, также убеждён в различии между этими двумя титулами-именами. Напротив, Gnilka 2, 26 –28 полагает, что в Мк 8:38 личность Иисуса – Сына Человеческого получает в дополнение титул Сын Божий. Ср. Schmithals 1, 395; Lane 210–311; М. Horstmann, Studien (1969) 40–41, 50–54 .

263

Относительно конкретной взаимосвязи между христологическими мотивами Страстей, Воскресением, Крестом и эсхатологическим пришествием в Мк 8:27–9:1 см. D. A. Koch, «Zum Verhältnis von Christologie und Eschatologie im Markusevangelium, » Christus in Historie und Christologie, Festschr. Conzelmann, ed. G. Strecker (Tübingen, 1975) 395–408.

264

Ориген соотносит Мк 9:1 с Преображением: «Некоторые (толкователи) полагают, что «есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царство Божье, пришедшее в силе» относится к тому, что произошло шесть дней спустя: восхождению Иисуса с тремя учениками на высокую гору. Ибо эти три ученика увидели, как Иисус преобразился перед ними... они увидели Царство Божье, пришедшее в силе» (Толкование на Евангелие от Матфея, 12, 31, GCS Origen Vol. 10, 136–137). Однако Ориген приводит и другие возможности понимания Мк 9:1. Относительно интерпретаций, соотносящихся с тем, что выше предлагает Ориген, см.: Иоанн Златоуст, PG 58.549; Виктор Антиохийский 351–352; Феофилакт 577; Lane 313; Schmithals 1, 397; Montague 104–105. См. также релевантную дискуссию в J. Karavidopoulos, «The

Beginnings of Ecclesiology in the Gospel of Mark,» ΕΕΘΣΠΘ 17 (1972) 58–69. E. Nardoni, «A Redactional Interpretation », 384, полагает, что Мк 9:1 отсылает к эсхатологической паруссии в Мк 8:38 и Преображению в Мк 9:2–8.

265

См. Феофилакт 577; Damalas 3.105; Nineham 231; M. Horstmann, Studien (1969) 67–69. B своём анализе Мк 9:1 A. Ambrozic, The Hidden Kingdom (1972) 203–240 предпочитает увязывать этот стих c 8:27–38, а не c 9:2–8, и полагает, что здесь упор делается на Страстях.

266

Из литературы по Мк 9:2–8 можно выделить, в частности: М. Horstmann, Studien zur markinischen Christologie (1969) 72–103; J. M. Nützel, Die Verklärungserzählung im Markusevangelium (Würzburg, 1973); U. B. Müller, «Die christologische Absicht des Markusevangeliums und die Verklärungsgeschichte,» ZNW 64 (1973) 159–193; F. R. McCurley, Jr., «And after six days,» JBL 93 (1974) 67–81; B. Trémel, «Des récits apocalyptiques: Baptême et Transfiguration,» LV 23 (1974) 70–83; R. H. Stein, «Is the Transfiguration a Misplaced Resurrection-Account?» JBL 95 (1976) 79–96; A. Fuchs, «Die Verklärungserzählung des Mk-Ev in der Sicht moderner Exegese,» TPQ 125 (1977) 29–37; C. R. Kazmierski, Jesus the Son of God (1979) 105–126; H. J . Steichele, Der leidende Sohn Gottes (1980) 161–192; E. L. Schnellbächer, «Καὶ μετὰ ἡμέρας ἕξ (Mk 9.2 ),» ZNW 71 (1980) 252–257; В. D. Chilton, «The Transfiguration: Dominical Assurance and Apostolic Vision,» NTS 27 (1980) 115–124.

267

См. подробнее в F. R. McCurley, Jr., «And after six days,» 73–81, a также b E. L. Schnellbächer, «Καὶ μετὰ ἡμέρας ἕξ ,» 257, который соотносит фразу «по прошествии дней шести» со Страстями и Воскресением.

268

Эти два события – воскрешение дочери Иаира (Мк. 5:35–43) и гефсиманская молитва (Мк. 14:33–42). В последнем случае, как и в Мк. 9:2, использован глагол παϱαλαμβάνει. Cp. M. Horstmann, Studien(1969) 83–85.

269

Например, шестьдней, облако. См. B. D. Chilton, «The Transfiguration,» 120–123. Относительно уникальности теофании, описанной в Мк 9:2–8, см. Lohmeyer 177–181.

270

Это наблюдение верно независимо от правильности тех или иных теорий о происхождении рассказа о Преображении. Усматриваем ли мы его в явлениях Воскресшего Господа, или считаем, что Преображение произошло именно тогда и там, как полагает Марк, христология Власти остаётся практически той же самой. См. R. H. Stein, «Is the Transfiguration a Misplaced Resurrection-Account?» 90–96; B. D. Chilton, «The Transfiguration,» 119–124.

271

Евангелист Матфей пишет o преображённом Иисусе: «Сияло лицо Его как солнце» (Мф. 17:2); ср. Лк. 9:29. Отсутствие соответствующего упоминания в повествовании Марка, возможно, стало результатом ошибки переписчика. Cp. Taylor 389. Schmithals 2, 402 объясняет этот пропуск богословскими соображениями.

272

Неописуемая белизна одежд подчеркнута фразой: «...как на земле белилыцик не может выбелить» (Мк. 9:3). По мнению Taylor 389 и Nineham 237, эта фраза подразумевает небесное происхождение белизны. Cp. Pesch 2, 73; Gnilka 2, 33.

273

См.: Ориген, Толкование на Евангелие от Матфея, 12, 38, GCS Origen Vol. 10, 155; Иоанн Златоуст, Толкование на Евангелие от Матфея, беседа 56, PG 58.549; Виктор Антиохийский 353–354; Феофилакт 581; Nineham 234–235. Анализ релевантных мнений см. в J. Nützel, Die Verklärungserzählung im Markusevangelium (1973) 113–122. 06 уникальной важности Илии и Моисея в рассказе о Преображении см. М/ Е. Thrall, «Elijah and Moses in Mark’s Account of the Transfiguration,» NTS 16 (1970) 305–317.

274

Hanp., Мк 4:41; 5:15, 33; 6:50. Обсуждение релевантных отрывков см. в M. Horstmann, Studien (1969) 81–83.

275

Как замечает Taylor 391, ἔκφοβοι ἐγένοντο («были в страхе») – это «сверхъестественный страх, а не просто испуг». Pesch 2, 76 говорит в этой связи о теофаническом страхе, т. е. о благоговении (нем. Epiphanie – Furcht). Напротив, Gnilka 2, 35 предполагает человеческое малодушие.

276

Иоанн Златоуст замечает здесь: «Почему же из облака? Так всегда является Бог. «Облако и мрак окрест Его» (Пс 96:2); ещё: «восседит на облаке легком» (Ис 19:1); ещё: «делаешь облака Твоей колесницей» (Пс 103:3); также: «облако взяло Его из вида их» (Деян 1:9); ещё: «с облаками небесными шёл как бы Сын Человеческий» (возможная конфлация двух вариантов Дан 7:13 в Септуагинте). Потому, чтобы ученики проверили, что голос этот есть голос самого Бога, является облако... Когда Бог изрекает угрозы, тогда показывает мрачное облако, как например, на горе Синайской (Исх 19:16; 20:21)... Здесь же (т. е. при Преображении), поскольку Он имел намерение не устрашить, а научить, является светлое облако... Вот почему там курение и дым печной, здесь – свет неизреченный» (Толкование на Евангелие от Матфея, беседа 56, PG 58.533). Ср. Виктор Антиохийский 356; Trembelas 158.

277

Как отмечает W. Kelber, Mark’s Story of Jesus (1979) 54, в Мк 9:7 Иисус отождествляется по тем сторонам Его личности, которые освещались в Мк 1:1–9:1. Иисус есть «фигура власти над злом и смертью, основатель новой общины, муж страданий и смерти, победитель над смертью, которая предстоит в будущем...»

278

О фразе «Его слушайте» (Мк 9:7) см. интересные наблюдения в М. Horstmann, Studien (1969) 88–90. Хорстман полагает, что божественное речение в ст. 7 – кульминация перикопы о Преображении и краткое изложение его христологического смысла.

279

Nineham 234 замечает: «Три ученика удостоились видеть Иисуса в том окончательном сиянии Его владычественной славы, которую Он обрёл впоследствии».

280

Ориген отмечает: Иисус «явился им» (т. е. трём ученикам) в «форме Бога», в которой Он был от начала; тем, кто находился на низких уровнях (τοῦς κάτω ), Он являлся в «форме раба» (Толкование на Евангелие от Матфея, 12, 37, GCS Origen Vol. 10, 152).

281

Виктор Антиохийский 356: «Слушайте Его, что Ему должно пострадать, что Ему должно разделить с людьми смерть» (κοινωνῆσαι ἀνθϱώποις θανάτου). U. B. Müller, «Die christologische Absicht,» 175–176, 180–181, 190–193 даже высказывает версию, что евангелист поместил рассказ о Преображении именно в данном месте повествования, чтобы увязать фразу «Его слушайте» с пророчествами о Страстях. Cp. H. Weinacht, Die Menschwerdung (1972) 60; R. Lightfoot, The Gospel Message (1950) 43–44; C. F. Evans, The Beginning of the Gospel (1968) 73.

282

См.: Damalas 3.125–127; M. Horstmann, Studien (1969) 101–103. Однако следует отметить, что сцена Преображения открывает гораздо больше, чем исповедание Петра и, как убедительно показывает W. Kelber, The Kingdom in Mark ( 1974) 84–85 , перед нами «сцена подлинного узнавания».

283

Из литературы по Мк 9:9–13 можно выделить, в частности: M. Horstmann, Studien zur markinischen Christologie (1969) 106–136; R. Vassiliadis, «The Function of John the Baptist in Q and in Mark,» Θεολογία 46 (1975) 405–413; H. J. Steichelle, Der leidende Sohn Gottes (1980) 81–108; E. Best, Following Jesus (1981) 62–65; M. M. Faierstein, «Why do the Scribes Say that Elijah Must Come First?» JBL 100 (1981) 75–86.

284

Cp. Феофилакт 581. C точки зрения христологии Страстей, эта связь имеет особую значимость, увязывая мотив «мессианской тайны» с мотивом «непонимания учеников». Ср. М. Horstmann, Studien (1969) 109–113, 133–134.

285

Элемент мученичества/страданий важен для понимания роли Иоанна Крестителя в Евангелии от Марка. См. P. Vassiliadis, «The Function of John,» 409–410. Cp. Виктор Антиохийский 357–358; Феофилакт 584.

286

Cp.: Damalas 3.124; M. Horstmann, Studien (1969) 134–136. B любом случае эти два базовых понятия, Страсти и оправдание Сына Человеческого, сосуществуют, как удачно аргументирует M. Hooker, The Son of Man (1967) 133.

287

Из литературы по Мк 9:14–29 можно выделить, в частности: W. Schenk, «Tradition und Redaktion in der Epileptiker-Perikope Mk. 9,14–29,» ZNW 63 (1972) 76–94; P. J. Achtemeier, «Miracles and the Historical Jesus: A Study of Mk. 9,14–29,» CBQ 37 (1975) 471–491; F. G. Lang, «Sola Gratia in Markusevangelium,» Rechtfertigung, Fests. E. K semann (T bingen, 1976) 321–337; G. Petzke, «Die historische Frage nach den Wundertaten Jesu,» NTS 22 (1976) 180–204; H. Aichinger, «Zur Traditionsgeschichte der Epileptiker-Perikope,» SNTU 3 (1978) 114–143; B. Standaert, Ľ vangile selon Marc (1978) 140–148; M. G. Steinhauser, «Healing Stories in the Gospel,» Liturgy 25 (1980) 27–30.

288

Экзегеты часто упоминают в этой связи Исх 32–33. См. Nineham 245; Gnilka 2, 47.

289

По-видимому, центр тяжести данного рассказа приходится на личность и власть Мессии, а не на учеников и их неспособность творить чудеса. Так полагает P. Achtemeier, «Miracles,» 478. Cp.; G. Petzke, «Die historische Frage,» 186–198.

290

По всей видимости, изумлялись люди и после чуда, как показывает параллельная перикопа у Луки (Лк 9:43). Однако здесь Марк даёт понять, что изумление даже предшествовало чуду. Это имеет христологическое значение.

291

Феофилакт 584–585 даёт интересный комментарий: «Некоторые толкователи говорят, что лик Иисуса стал ещё прекраснее из-за света Преображения, и это привлекло толпу, которая выбежала приветствовать Его». Ср.: Зигабен 68; Klostermann 90; Taylor 396; Schweizer 187.

292

Другие синоптики в параллельных перикопах высказываются кратко (Мф 17:14–20; Лк 9:37–42).

293

Cp.: Schweizer 189; Pesch 2, 91. Сверхъестественную божественную власть Иисуса подчёркивает приказ Иисуса злому духу. На сей счёт Севериан Габальский замечает: «Господь не говорит; «Я требую» (παϱαγγέλλω), но «я приказываю» (ἐγω σοὶ ἐπιτάσσω). Требование (παράγγελμα) подобало бы слуге, а заповедь и власть (τὸ ἐξουσἀζειν) – Господу» (Гомилии на сотворение мира, гомилия 4, 7; PG 56.466).

294

См.: Schweizer 189; Pesch 2, 97; Montague 111; В. Standaert, LʼÉvangile selon Marc (1978) 145–146. Lohmeyer 189 усматривает здесь элементы рассказа о теофании.

295

С этой точки зрения, мнение F. C. Lang, «Sola Gratia,» 328, будто основной темой Мк 9:14–29 является вера верующих, а не целительная власть и сила Иисуса, неточно описывает смысл перикопы. См. W. Schenk, «Tradition und Redaktion,» 94.

296

Из литературы по Мк 9:30–32 можно выделить, в частности: N. Реrrіn, «The Use of (παϱα) διδόναι in Connection with the Passion of Jesus in the N. T.,» Der Ruf Jesu, Fests. J. Jeremias (Göttingen, 1970) 204–212; J. Brière, «Le Fils de l’homme livré aux hommes,» AsSeign 56 (1974) 42–52; E. Best, Following Jesus (1981) 73–74.

297

Уже древние экзегеты подмечали это постоянное чередование христологических концепций. Например, Виктор Антиохийский 362 пишет: «Когда Он (Иисус) говорит о своих страданиях, Он затем немедленно совершает чудо, причем делает это и до, и после слов о Страстях. Мы встречаем это во многих случаях». Ср. Феофилакт 588.

298

Cp. Ν. Реггіп, «The Use of (παϱα) διδόναι,» passiim; Taylor 403; Schweizer 190.

299

Cm. Klostermann 93; Pesch 2, 99–101. Ориген в данном случае убедительно доказывает, что смысл глагола παϱαδίδοσθαι, когда он используется применительно к отношению Сына к Отцу, существенно отличается от тех случаев, когда он применяется к враждебным властям и Иуде (Толкование на Евангелие от Матфея, 13, 8, GCS Origen Vol. 10, 202).

300

См. Trembelas 166; Nineham 249; Schweizer 190.

301

Из литературы по Мк 9:33–50 можно выделить, в частности: J. D. M. Derrett, «Salted with Fire,» Theology 76 (1973) 364–368; J. Karavidopoulos, «Two Collections of Jesus’ Sayings in the Gospel of Mark,» ΕΕΘΣΠΘ 20 (1975) 89–120 (на греческом языке); H, Koester, «Mark 9,43–47 and Quintillian 8.3.75,» HTR 71 (1978) 151–153; H. R. Weber, Jesus and the Children (Atlanta, 1979) 34–51; J. I. H. McDonald, «Mk. 9,33–50: Catechetics in Mark’s Gospel,» SB 1978 2 (Sheffield, 1980) 171–177; H. Fleddermann, «The Discipleship Discourse, Mk. 9,33–50,» CBQ 43 (1981) 57–75; E. Best, Following Jesus (1981) 75–98; D. Wenham, «A Note on Mark 9,33–42 » JSNT 14 (1982) 113–118.

302

См. релевантную дискуссию в Nineham 250–251; Pesch 2, 101–102. H. Fleddermann, «The Discipleship Discourse, Mk. 9,33–50», 73–75 в конце тщательного анализа приходит к выводу, что между высказываниями в Мк 9:33–50 есть глубокая взаимосвязь. Таков же вывод J. Karavidopoulos, «Two Collections of Jesus’ Sayings,» 101–103, 120.

303

Вариации на данную тему см.: Мф 18:1–5, 23:11; Лк 9:46–48; 22:26–27. Судя по разнообразию терминологии, ранняя церковь придавала этой мысли большое значение и часто о ней вспоминала.

304

Этот вопрос был важен для еврейского народа новозаветных времен. См. Billerbeck 1, 249–250, 773.

305

H. Fleddermann, «The Discipleship Discourse,» 74 даже пытается доказать, что перикопа Мк 9:33–50 заканчивается в Мк 10:45.

306

См.: H. Fleddermann, «The Discipleship Discourse,» 61–64; J. Karavidopoulos, «Two Collections of Jesus’ Sayings,» 106–107.

307

По-видимому, фразы ἐν τῷ ỏνόματι и ὲπὶ τῷ ỏνόματι связывают эту перикопу с предыдущей. Это техника, основанная на ключевых словах. См. Nineham 253; Montague 113.

308

Cp. H. C. Кее, Community of the New Age (1977) 140.

309

B частности, фраза «потому что вы Христовы» (ἐν ỏνόματι ôτι Χϱιστοῡ ὲστε), видимо, относится κ достаточно высокой христологии Власти. Cp. 1Кор 3:23. См. Taylor 408; Pesch 2,111. Schmithals 2, 432 соотносит вышеуказанную фразу с мученичеством. Относительно различий между Мк 9:41 и параллельным материалом в Мф 10:42 см. Damalas 2.810. Очевидно, эти различия связаны с христологическими эмфазами Евангелия от Марка.

310

Cm. J. Karavidopoulos, «Two Collectioris ofjesus’ Sayings», 112–113, 116–118.

311

Это относится и κ последним двум стихам перикопы, т. е. Мк 9:49­50, ибо говорят они преимущественно о жертве, как показал J. Karavidopoulos, «Two Collections of Jesus’ Sayings,» 116–119.

312

См. Виктор Антиохийский 367; Schweizer 197–198; Pesch 2. 114.

313

Из литературы по Мк 10:1–12 можно выделить, в частности: E. Bam­mel, «Markus 10,11f. und das jüdische Eherecht,» ZNW 61 (1970) 95–101; K. Berger, «Hartherzigkeit und Gottes Gesetz,» ZNW 61 (1970) 1–47; T. A. Burkill, «Two into One,» ZNW 62 (1971) 115–120; D. R. Catchpole, «The Synoptic Divorce Material as a Traditio-Historical Problem,» BJRL 57 (1974) 92–127; J. Delorme, «Le mariage, les enfants et les disciples de Jésus,» AsSeign 58 (1974) 42–51; R. H. Stein, «Is It Lawful for a Man to Divorce his Wife?» JETS 22 (1979) 115–121; A. J. Hultgren, Jesus and His Adversaries (1979) 119–122; J. R. Mueller, «The Temple Scroll and the Gospel Divorce Texts,» RevQ 10 (1980) 247–256; E. Best, Following Jesus (1981) 99–105; B. Brooten, «Konnten Frauen im alten Judentum die Scheidung betreiben?» ET 42 (1982) 65–80.

314

Эта перикопа содержит серьёзные экзегетические проблемы, связанные с темой развода. Мы не будем их рассматривать, ибо на нашу христологическую тематику они не влияют.

315

Cp. Taylor 415, 417; Montague 116.

316

Втор 24:1: «Если кто возьмёт жену и сделается её мужем, и она не найдёт благоволения в глазах его, потому что он находит в ней что-нибудь противное, и напишет разводное письмо, и даст ей в руки, и отпустит её из дома своего...»

317

Учение Христа основано на Быт 1:27 и 2:24.

318

Здесь в основу глубокой богословской интерпретации брака положен замысел Божий о творении человека. См. релевантную дискуссию в Gnilka 2, 73–74, 76–78. Cp. Schmithals 2, 439–440; Montague 116.

319

Из литературы по Мк. 10:13–16 можно выделить, в частности: A. Ambrozic, The Hidden Kingdom (1972) 136–158; J. I. H. McDonald, «Receiving and Entering the Kingdom,» SE (T.U. 112; Berlin, 1973) 328–332; R. Péter, «L’imposition des mains dans l’Ancient Testament,» VT 27 (1977) 48–55; H. R. Weber, Jesus and the Children (1979) 14–33; B. Vrijdaghs, «Werden wie Kinder...,» Der Evangelische Eizieher 32 (Frankfurt, 1980) 170–181; J. Schlosser, Le règne de Dieu (1980) 477–492; J . Sauer, «Der ursprüngliche Sitz in Leben von Mk. 10,13–16,» ZNW 72 (1981) 27–50.

320

См.: Schweizer 206; Pesch 2, 133; A. Ambrozic, The Hidden Kingdom (1972) 153.

321

Ориген замечает здесь: «Сила Иисуса касается детей, лишь когда Тот просто возлагает на них руки власти Своей, и тем самым детей более не касается ни одно зло. Быть может, и приносили к Иисусу детей, думая, что если Иисус дотронется до них, к ним перейдет сила, и отныне никакое зло и бесы не смогут коснуться их» (Толкование на Евангелие от Матфея, 15, 6, GCS Origen Vol. 10, 364–365). Ср. Феофилакт 597; Klostermann 100; Haenchen 344; Schweizer 206

322

См. Виктор Антиохийский 375–376; Lagrange 263; Pesch 2, 132.

323

Мк 10:14 – единственное место в Новом Завете, где применительно к Иисусу использован такой сильный глагол как ἀγανακτεῖν («возмущаться»). Cp. Taylor 422–423; Nineham 267; Gnilka 2, 80. Некоторые экзегеты полагают, что Мк. 10:14 намекает на вопрос крещения детей: напр., Schmithals 2, 445–446; Montague 117.

324

См.: Schweizer 206; Pesch 2, 133; A. Ambrozic, The Hidden Kingdom (1972) 153.

325

Из литературы по Мк 10:17–27 можно выделить, в частности: Ε. P. Sanders, «Mark. 10,17–31 and Parallels,» SBLMeeting 1971, 1,257–270; R. Köbert, «Kamel und Schiffstau,» Biblica 53 (1972) 229–233; P. J. Riga, «Poverty as Counsel and as Precept,» BT 65 (1973) 1123–1128; J. Galot, «Le fondement évangélique du voeu religieux de pauvreté,» Gregorianum 56 (1975) 441–467; M. L. O’Hara, «Jesus’ Reflections on a Psalm,» BT 90 (1977) 1237–1240; W. Egger, Nachfolge als Weg zum Leben (Klosterneuburg, 1979); J. Schlosser, Le règne de Dieu (1980) 541–557; E. Best, Following Jesus (1981) 110–119; S. R. Boguslawski, «The Discipleship of the Young Man,» BT 9 (1981) 234–239.

326

Самые важные из них связаны с Мк 10:18. См. дискуссию в Taylor 426–­427; Pesch 2, 138; Gnilka 2, 86. Ср. Ориген, Толкование на Евангелие от Матфея, 15, 10, GCS Origen Vol. 10, 374–377.

327

Например, коленопреклонение богача, обращение его к Иисусу (Мк 10:17), тональность ответа Иисуса (Мк 10:18), изумление учеников (Мк 10:24).

328

См. Taylor 429.

329

Cp. Schweizer 212; Gnilka 2, 87;

330

См. Schweizer 210–211.

331

Из литературы по Мк 10:28–31 можно выделить, в частности: S. Légasse, «Tout quitter pour suivre le Christ,» AsSeign 59 (1974) 43–54; G. Theissen, «Wir haben alles verlassen,» NovT 19 (1977) 161–196; D. Malone, «Riehes and Discipleship,» BTB 9 (1979) 78–88.

332

См. Lagrange 272–273.

333

Из литературы по Мк 10:32–34 можно выделить, в частности: N. Реrrin, «Towards an Interpretation of the Gospel of Mark,» Christology and Modem Pilgrimage, ed. H. D. Betz (SBL, 19732) 14–30; R. McKinnis, «An Analysis of Mark 10,32–34,» NovT 18 (1976) 81–100; E. Best, Following Jesus (1981) 120–122.

334

См. обстоятельный анализ христологической информации ο Мк 10:32 в R. McKinnis, «An Analysis of Mark 10,32–34,» 82–88.

335

Марк сообщает только o восхождении Иисуса в Иерусалим, которое совпадает со Страстями.

336

См. подробную дискуссию в Pesch 2, 150–152.

337

Глагол «будет предан» (παϱαδοθήσεται) здесь, как и в Мк 9:31, не имеет при себе деятеля (с грамматической точки зрения). Обсуждая Мк 9:31, мы отметили, что такое построение фразы помогает раскрыть многогранность божественного замысла о страданиях Мессии. Cp.: Haenchen 361; Gnilka 2, 97; N. Реrrin, «Towards an Interpretation,» 23–24, 28–30.

338

В первом предсказании (Мк 8:31) нет глагола «быть преданным», а во втором (Мк 9:31) нет слов «первосвященники» и «книжники».

339

В первых двух предсказаниях о Страстях (Мк 8:31; 9:31) лишь глагол «убивать» (ὰποκτείνειν) используется для описания всего процесса и его исхода. В третьем предсказании формулировки сложнее.

340

В Мк 8:31 использовано лишь общее выражение «много пострадать» (πολλὰ παθεῖν), а в Мк 9:31 ещё более общее «быть преданным в руки человеческие» (παϱαδίδοται εἰς χεῖϱας ἀνθρώπων).

341

Β параллельной перикопе Матфей использует глагол «распинать» (σταυϱῶσαɩ вместо глагола «убивать» (ἀποκτενοῦσιν) (Мф 20:19).

342

Виктор Антиохийский 383 отмечает: «Иисус предсказывает свои страдания ученикам, чтобы они знали, что Он знал о них заранее, и что Он пошёл на них сознательно и добровольно. Вот почему Он говорил о своих страданиях так часто, как пишет Марк». Ср. Феофилакт 604–605; Зигабен 80; Lagrange 275; Taylor 437; Gnilka 2, 97.

343

Ср. Мк 8:31 и 9:31, где мы также видим слово о Воскресении после предсказания о Страстях.

344

Полнота и точность предсказаний о Страстях в Мк 10:33–34, конкретность формулировок и специфика синтаксиса, а также выраженность христологических представлений даже породили гипотезу, что здесь перед нами древний христологический гимн, созданный на основе Страстей. См. подробнее R. McKinnis, «An Analysis of Mark 10,32–34,» 98–100.

345

Из литературы по Мк 10:35–45 можно выделить, в частности: A. Feuillet, «La coupe et le baptême de la Passion,» RB 74 (1967) 356–391; C. K. Barrett, New Testament Essays (London, 1972) 20–27; J. Roloff, «Anfänge der soteriologischen Deutung des Todes Jesu,» NTS 19 (1972) 38–64; S. Légasse, «Approche de l’épisode préévangelique des Fils de Zébédée,» NTS 20 (1974) 161–177; J. Rademakers, «Revendiquer ou servir?,» AsSeign 60 (1975) 28–39; V. Howard, «Did Jesus Speak about His Own Death?,» CBQ 39 (1977) 515–527; W. J. Moulder, «The Old Testament Background and the Interpretation of Mk. 10.45,» NTS (1977) 120–127; E. Best, Following Jesus (1981) 123–133.

346

Cp. Trembelas 196–197; Nineham 278; Schweizer 220; Montague 123.

347

См.: Ис. 51:17, 22; Пс. 75:8; 69:1–3; Плач Иер 4:21. Ср. Феофилакт 605; Schweizer 220–221; Pesch 2, 156–158. Тем не менее, как отметил A. Feuillet, «La coupe et le baptême de la Passion,» 371–390, здесь Иисус использует ветхозаветные образы с абсолютной свободой и властью, а также переосмысляет первоначальные символы и представления.

348

Напр., Лк 12:50 и Рим. 6:1–5. Ср. Ориген, Талкование на Евангелие от Матфея, 16, 2, GCS Origen Vol. 10, 483.

349

Согласно одной гипотезе, настоящее время (πίνω, βαπτίζομαι) здесь является следствием влияния арамейского оригинала, который не проводит грань между настоящим и будущим. Но это неубедительно: в последующем за ст. 39 тексте те же самые глаголы использованы с чёткой дифференциацией между настоящим и будущим.

350

Здесь перед нами не столько vaticinium ex eventu (Klostermann 121; Pesch 2, 159) относительно Иакова и Иоанна, сколько общий принцип, возвещаемый Мессией. Cp. S. Légasse, «Approche de l’épisode,» 176–177.

351

Некоторые комментаторы усматривают в Мк 10:42–44 даже иронический намёк, особенно во фразе «почитающиеся князьями» (оἰ δοκοῦντες ἄρχειν).

352

Учение Иисуса на сей счет носит абсолютный характер. Cp. Taylor 443; Schweizer 223; Schmithals 2, 465.

353

См. Феофилакт 608: интересное толкование на Мк 10:45, основанное не только на христологии Страстей, но и на христологии Власти.

354

О конкретной связи между мотивом искупляющих Страстей и мотивом диаконии/служения см.: J. Roloff, «Anfänge der soteriologischen Deutung,» 50–55; W. J. Moulder, «The Old Testament Background,» 126–­127; W. Schenk, Der Passionsbericht (1974) 275–276; A Higgins, Jesus (1964) 36–50; M. Hooker, The Son of Man (1967) 140–147.

356

Конкретные богословские нюансы выражения «во славе Твоей» (ὲν τἦ δόξη σου) могут пониматься по-разному в зависимости от выбранного экзегетического подхода, но основной смысл не меняется: речь идёт о высшей власти. Cp. Taylor 440; Pesch 2, 155.

357

Из литературы по Мк. 10:46–52 можно выделить, в частности: A. Paul, «Guérison de Bartimée,» AsSeign 61 (1972) 44–52; V. K. Robbins, «The Healing of Blind Bartimaeus in the Markan Theology,» JBL 92 (1973) 224–243; E. S. Johnson, Jr., «Mark 10,46–52: Blind Bartimaeus,» CBQ_ 40 (1978) 191–204; B. Standaert, LʼÉvangile selon Marc (1978) 119–125; P. J. Achtemeier, «And he followed him: Miracles and Discipleship in Mark 10,46–52,» Semeia 11 (1978) 115–142; J. A. Mirro, «Bartimaeus: The Miraculous Cure,» BT 20 (1982) 221–225.

358

См.: Klostermann 109; Lagrange 285; Lohmeyer 225; Trembelas 203; Taylor 448; Schweizer 224; Nineham 282; Gnilka 2, 110; Montague 125­–127; E. S. Johnson, Jr., «Mark 10,46–52,» 195–197; C. F. Evans, The Beginning of the Gospel (1968) 35–36.

360

Ввиду этих экзегетических особенностей перикопы, следует признать неосновательными доводы P. J. Achtemeier, «And he followed him,» 125–131, что b Мк. 10:47–48 фраза «сын Давидов» не имеет христологического значения.

361

См.: Виктор 388. Ср. Nineham 282; Haenchen 372; Pesch 2, 172; Gnilka 2 , 112.

362

См. B. Standaert, LʼÉvangile selon Marc (1978) 120–124 относительно конкретных корреляций между данной перикопой и последующими сценами.

363

См. глубокий анализ в V. К. Robbins, «The Healing of Blind Bartimaeus,» 227–243, а также его наблюдения о титуле «сын Давидов» в Мк 10:47.

364

Ср.: E. S. Johnson, Jr., «Mark 10,46–52,» 198–204; Р. J . Achtemeier, «And he followed him ,» 132–133, 135.

365

На основании структуралистского анализа данной перикопы в её непосредственном контексте (Мк 10:32–52), Д. О. Виа выдвигает следующую гипотезу: Марк верил, что Бог даёт повторные эсхатологические шансы на преодоление духовной слепоты и осознание подлинной личности Христа. См. D. О. Via, «Mark 10:32–52: A Structural... Interpretation,» SBL 1979 Seminar Papers, ed. P. Achtemeier (Missoula, 1979) 2, 200.

 


Источник: Тракателлис Димитрий. Власть и страдание. Христологические аспекты Евангелия от Марка / Пер. с англ. и греч. (Серия «Современная библеистика» – Bibliotheca Biblica). – М.: Издательство ББИ, 2012, – 257 с.

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс