архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

Беседа № 28

2. Бесплодная смоковница (Мк.11,12–14; Мф 21,18–22).

12На другой день, когда они вышли из Вифании, Он взалкал; 13и, увидев издалека смоковницу, покрытую листьями, пошел, не найдет ли чего на ней; но, придя к ней, ничего не нашел, кроме листьев, ибо еще не время было собирания смокв. 14И сказал ей Иисус: отныне да не вкушает никто от тебя плода вовек! И слышали то ученики Его.

Эти три стиха относятся к самым трудным и самым спорным во всем Евангелии от Марка, потому что они сообщают о поведении Иисуса Христа, которое не было для Него характерно. Проклятие как-то не вяжется с привычным образом Иисуса. Неизбежно возникает вопрос: какой смысл было так злиться на смоковницу? Разве не бессмысленно искать на ней плоды в то время, когда их время еще не пришло? Поскольку эти вопросы действительно трудные, в научной экзегезе мы находим разные объяснения этого евангельского текста.

1. Символическое толкование. По убеждению многих экзегетов, в этой истории речь идет не о реальном происшествии в жизни Иисуса Христа, но о рассказе, который возник на основе пророческих текстов и с самого начала символически относился к Израилю.

В пользу такого понимания может свидетельствовать несколько странный факт: Иисус – и только Он – «взалкал», то есть уже утром почувствовал голод, хотя в Вифании Он остановился на ночлег в гостеприимном доме, о чем говорится в других евангельских местах (обед в Вифании (Мк 14,3); жители Вифании – друзья Иисуса (Ин 11,1–2)). Но прежде всего в пользу символического понимания рассказа говорит то, что Израиль в своем плодоношении и неплодоношении действительно часто сравнивался со смоковницей или ее плодами.

Так, например, пророк Михей жалуется:

«Горе мне! ибо со мною теперь – как по собрании летних плодов,как по уборке винограда:ни одной ягоды для еды,ни спелого плода смоковницы,которого желает душа моя.Не стало милосердых на земле,нет правдивых между людьми...» (Мих 7,1–2).

Похожее мы читаем у пророка Иеремии:

«Хочу собрать у них урожай, говорит Господь,– нет ни одной виноградины на лозе,– ни смоквы на смоковнице,и лист ее увял.Потому отдам ее опустошителю» (Иер 8,13).

Как в положительном, так и в отрицательном смысле образ смоковницы встречается и у пророка Осии:

«Как виноград в пустыне,Я нашел Израиля;как первую ягоду на смоковнице, в первое время ее,увидел Я отцов ваших, -но они пошли к Ваал-Фегоруи предались постыдному,и сами стали мерзкими, как те, которых возлюбили...Все зло их в Галгале:там Я возненавидел ихза злые дела их;изгоню их из дома Моего,не буду больше любить их;все князья их – отступники.Поражен Ефрем; иссох корень их, -не будут приносить они плода» (Ос 9,10, 15–16)

Так что было бы вполне оправданным «бесплодную смоковницу» понимать символически, применительно к Израилю. Но при таком понимании возникают новые трудности:

Во-первых, в Ветхом Завете нет ни одного символического проклятия смоковницы – даже там, где Бог собирается отдать неплодное дерево «опустошителю» (Иер 8,13). Что же побудило первых христианских рассказчиков к столь реалистическому описанию?

Во-вторых, даже если видеть в этой истории только символическое повествование, остается удивительным, что рассказчик и, главное, слушатели могли представить себе такую гневную и непреклонную реакцию Иисуса.

В-третьих, не оставляет ли символическая интерпретация именно этой истории неприятное чувство, будто здесь некое желание как бы нереальностью, символизмом слов «оправдать» Иисуса, чтобы сохранить привычный образ «милосердного и доброго Иисуса»?

2. Реалистически-символическое толкование. Другие экзегеты не признают чисто символическое толкование и не видят причин сомневаться в том, что Иисус мог действительно совершить такое чудо-наказание дерева. Впрочем, они считают вероятнее, что чудо это как таковое случилось не перед Пасхой, а когда-то во время сбора урожая смокв, и только потом было поставлено в связь с пасхальным посещением Иисусом Иерусалима. В этом случае чудо лишь позднее могло быть истолковано символически и отнесено к Иерусалиму и храмовому культу в нем. Такой разрыв во времени (между событием и символическим его толкованием) повлиял на то, что нам трудно из этого чуда-наказания извлечь надежное знание о действительном отношении Иисуса к Его народу и храму.

Но и при этом понимании возникают трудности:

Во-первых, даже если проклятие смоковницы имело место не перед Пасхой, когда Иисус посетил Иерусалим, то какой-то смысл это проклятие должно было иметь? Но какой?

Во-вторых, если в случае этого странного чуда речь просто шла о спонтанной реакции разочарованного или огорченного Иисуса, то какой смысл было раннему христианству сохранять память об этом нетипичном поведении Иисуса, да еще и передавать об этом далее в предании?

В-третьих, если это чудо лишь впоследствии было связано с событиями последнего пребывания Иисуса в Иерусалиме, то что дало повод Евангелисту обратить внимание читателя на то, что «еще не время было собирания смокв" (Мк.11,13)? Разве ему не приходило в голову, что он этим добавленным замечанием делает всю историю еще непонятнее?

Пожалуй, у нас нет иной возможности, кроме как извлечь смысл этой короткой истории из контекста, в котором нам ее сообщил Марк. У него, разумеется, не было никакого сомнения в историчности его рассказа. И у нас нет никакой особой необходимости, отказывать рассказу Марка в историчности.

При истолковании Мк 11,12–14 обращает на себя внимание следующее:

1. Проклятие смоковницы для Марка однозначно стоит в связи со вторым походом Иисуса в Иерусалимский храм. Ведь оно случилось на второй день. А в первый день Входа в Иерусалим Иисус уже был в храме до позднего вечера и всё там осмотрел (Мк.11,11). Так что теперь Он пошел туда подготовленный.

2. Произнесенное Иисусом проклятие у Марка – не последнее Его слово. Ведь без разговора между Петром и Иисусом на третий день (Мк.11,20–25) проклятие смоковницы остается непонятным. Там говорится: «Поутру, проходя мимо, увидели, что смоковница засохла до корня. И, вспомнив, Петр говорит Ему: Равви! посмотри, смоковница, которую Ты проклял, засохла».

3. История начинается с замечания о том, что Иисус «взалкал», был голоден. Это замечание отнюдь не допускает только символическое понимание. (Даже если Иисус и Его ученики позавтракали у их хозяина в Вифании, такое чувство голода возможно именно у Того, Кто с нетерпением ждет решительных событий. Предстоящее столкновение не обязательно должно лишить аппетита, оно может аппетит и вызвать!). По причине голода Иисуса привлекла смоковница, которая уже пустило листья, и Он стал искать на ней плодов. (Замечание стиха 13 о неподходящем времени для поиска плодов и в самом деле имеет смысл только для времени Пасхи, так как в это время года еще не на всех смоковницах и листья-то появляются!).

Но ведь Иисус Христос был галилеянином. А в мягком и теплом климате Галилеи всё совсем по-другому, чем в Иерусалиме с его зимой. Там смоквы собирают 10 месяцев в году. Совсем неудивительно, что Иисус стал искать плоды на зеленеющей смоковнице: «Но, придя к ней, ничего не нашел, кроме листьев, ибо еще не время было собирания смокв".

Однако в таком случае разве не понятна реакция Иисуса? Конечно, понятна. Ведь Он шел в храм, и по дороге размышлял. В Его голове давно созрел приговор и храму и храмовому богослужению. Теперь эта мысль внезапно нашла подтверждение на наглядном примере.

Ведь что предлагал «алчущему» Израилю его храм, который притягивал людей издалёка? Как и бесплодная смоковница, он не предлагал "ничего"! И теперь Иисус решил положить конец такому положению дел: «И сказал ей Иисус: отныне да не вкушает никто от тебя плода вовек!».

Итак, мы в нашем рассказе имеем дело с одним из пророческих символических действий. В этом драматическом пророчестве осуждаются две вещи.

Во-первых, осуждаются обещания, за которыми не следует исполнение. Листья на деревьях можно принять за обещания плодов, но плодов на дереве не оказалось. Все это явно относится к истории Израиля. Можно извлечь урок и для каждого отдельного человека. Через весь Новый Завет красной нитью проходит мысль, что человек может быть узнан лишь по плодам его жизни. «По плодам их узнаете их» (Мф 7,16). «Сотворите же достойные плоды покаяния» (Лк 3,8). «Не всякий, говорящий мне: Господи! Господи! войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф 7,21).

Во-вторых, осуждается религия, не подкрепленная действиями. В данном случае речь идет конкретно о том, что храмовое богослужение Израиля для Иисуса не имело больше никакого значения! Оно не могло отныне дать ничего! И доказательство этому предлагает следующий рассказ об очищении храма.

3. Иисус в храме: протест и сопротивление (Мк.11,15–19; Мф 21,12–17; Лк 19,45–48; ср. Ин 2,13–22).

15Пришли в Иерусалим. Иисус, войдя в храм, начал выгонять продающих и покупающих в храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; 16и не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь. 17И учил их, говоря: не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников. 18Услышали это книжники и первосвященники, и искали, как бы погубить Его, ибо боялись Его, потому что весь народ удивлялся учению Его. 19Когда же стало поздно, Он вышел вон из города.

Если мы будем исходить из того привычного образа, который встает перед нашими глазами, когда мы вспоминаем, например, о картинах художников или о фильмах, где изображается изгнание торгующих из храма, то понятно и поведение Иисуса, и Его обоснование столь необычных действий. Мы полностью согласны с поступком Иисуса, если даже некоторых несколько и коробит применение насилия. Однако, в нашем согласии с поведением Иисуса, мы часто представляем себе всю картину несколько превратно. И по этому поводу надо сделать несколько примечаний.

Мы сможем лучше представить себе все это, если будем иметь хорошее представление о расположении храма и его дворов. Перед храмом (хиерон, святилищем) находился большой двор язычников, в который мог войти каждый, будь то иудей или язычник. По внутреннему краю двора язычников проходила низкая стена, в которую были вделаны таблички, предупреждавшие, что за преступление этой черты язычнику грозит смертная казнь. Следующий двор назывался двором женщин. Он назывался так, потому что дальше могла проходить лишь израильская женщина, хотевшая принести жертву. Далее шел двор израильтян. В самом центре находился двор священников. Собственно храм (наос), стоял во дворе священников. Вся территория со всеми дворами была святым местом или святилищем, хиерон, а само здание во дворе священников – храмом, наос.

Описанный эпизод произошел вне собственно храма, но – во дворе язычников. Во времена Иисуса Христа в нем царила атмосфера купли и продажи, делавшая невозможным молитву и медитацию. Но еще хуже было то, что торговля эта была чистым обиранием паломников. Каждый иудей должен был платить в год храмовый налог в размере половины сикля, то есть около двухдневного заработка поденного работника. И этот налог нужно было платить особой монетой. Для будничных целей употреблялись греческие, римские, сирийские, египетские, финикийские и тирские монеты, а этот налог в период Пасхи следовало платить храмовым сиклем. На Пасху иудеи приезжали в Иерусалим со всего тогдашнего света со всевозможными монетами. Имперские монеты использоваться в храме не могли, так как на них было изображение императора. Поэтому они считались ритуально нечистыми, покупать на них жертву, предназначенную для Бога, было никак нельзя. Их-то и следовало обменивать на храмовые монеты. При обмене своих денег на храмовые полсикля паломники должны были платить меновщику комиссионный сбор в размере 1/12 сикля, а если их монета превышала сумму налога и им полагалась сдача, они должны были платить еще 1/12 сикля. Так что большинство паломников платило эти 1/6 сикля в придачу к налогу в 1/2 сикля, то есть еще примерно половину дневного заработка, что для большинства много значило.

Что касается жертвенных животных: Не следует думать, что в храме, даже во внешнем дворе язычников, продавали скот для жертвоприношений. Нет. Согласно правилам, торговля животными не могла производиться на храмовой горе, и даже в Иерусалиме, но только вне городских стен, перед воротами в город48. Исключение делалось только для продажи голубей. Их покупателями чаще всего были жинщины, которые после удачных родов обязаны были принести «принести в жертву, по реченному в законе Господнем, две горлицы или двух птенцов голубиных» (Лк 2,24). Любое животное для жертвоприношения должно было быть без пороков. Голубей можно было купить довольно дешево в городе, но храмовые блюстители обязательно нашли бы у них дефекты, и потому молящимся рекомендовалось покупать их в лавках в храмовом дворе язычников, хотя цена там приблизительно в 20 раз превышала их стоимость в городе. Все выглядело как чистый обман, но, что еще более усугубляло ситуацию, вся эта купля-продажа была сосредоточена в руках семьи первосвященника Анны. Иудеи сами уже давно видели это злоупотребление. В Талмуде сказано, что раввин Симон бен Гамалиил услышав, что пара голубей в храме стоит золотой, потребовал, чтобы цена была снижена до серебряной монеты.

Кроме голубей разрешена была также торговля прочими жертвенными приношениями: мукой, хлебом, оливковым маслом, солью и вином. Когда мы читаем о «продающих и покупающих», то иногда думаем о лавках а наших храмах, в которых продаются всякие сувениры, церковные принадлежности, книги и так далее. Но это не так. В лавках Иерусалимского храма не продавали сувениры и вообще предметы, которые потом люди могли вынести из храма домой. – Только вещества для жертвоприношений!

Зрелище того, как обманывают бедных паломников, вызвало гнев Иисуса. Для характеристики храмовых дворов Иисус употребил очень яркую метафору. «Не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? а вы сделали его вертепом разбойников». Дорога из Иерусалима в Иерихон пользовалась дурной славой из-за разбойников. Эта узкая и извилистая дорога проходила среди горных ущелий. В горах было много пещер (по-славянски, вертепов), в которых путников поджидали разбойники, и Иисус как бы сказал: «В храмовых дворах разбойники пострашнее тех на дороге в Иерихон».

И еще: Иисус «не позволял, чтобы кто пронес через храм какую-либо вещь». В сборнике законов Мишна было записано: «Никто не должен входить на храмовую гору с вещами или в сандалиях, или с котомкой, или с мешком, или с пылью на ногах, либо проходить через храмовый двор, чтобы сократить себе дорогу». Иисус напоминал иудеям об их собственных законах: к этому времени иудеи столь мало думали о святости наружных дворов храма, что пользовались ими в качестве путей сообщения, бегая по своим делам. Иисус обратил их внимание на их же законы и процитировал им их же пророка. У Исаии сказано:

«И сыновей иноплеменников, присоединившихся к Господу, чтобы служить Ему ... Я приведу на святую гору Мою и обрадую их в Моем доме молитвы; всесожжения их и жертвы их будут благоприятны на жертвеннике Моем, ибо дом Мой назовется домом молитвы для всех народов» (Ис 56,6–7).

Итак, что же вызвало у Иисуса Христа такой гнев?

1. Он гневался из-за того, что в храме обирали паломников.

2. Его огорчало осквернение святого места Божия.

3. Возможно, гнев Иисуса был еще более основательным: Если в цитировании пророка Исаии «дом Мой назовется домом молитвы для всех народов» подчеркнуть последние слова «для всех народов», то вполне может быть, что гнев Иисуса был вызван исключительно иудейским характером богослужения, и Он хотел напомнить иудеям, что Бог любит не только их, но весь мир!

* * *

48

Когда возражают, что в Ин 2,14 говорится, что Иисус «нашел, что в храме продавали волов, овец и голубей», то здесь речь идет о явном преувеличении, вызванном жесткой антииудейской полемикой.


Вам может быть интересно:

1. Беседы на Евангелие от Марка, прочитанные на радио "Град Петров" – Беседа № 30 архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

2. Беседы пастыря на воскресные литургийные евангельские чтения – Беседа на Евангелие двенадцатой недели по Пятидесятнице протоиерей Иоанн Бухарев

3. Евангелие от Иоанна. Исторический и богословский комментарий – Глава 16 митрополит Иларион (Алфеев)

4. Беседы на Евангелие от Матфея, том 2 – Беседа 8. Заповедь всепрощения: о немилосердном заимодавце протоиерей Олег Стеняев

5. "О Новом Завете Господа нашего Иисуса Христа" Сочинение архимандрита Феодора (рецензия) протоиерей Михаил Архангельский

6. Симфония по творениям свт. Тихона Задонского – Евангелие святитель Тихон Задонский

7. Детство Господа нашего Иисуса Христа и Его предтечи, по Евангелиям святых апостолов Матфея и Луки профессор Михаил Иванович Богословский

8. Странствия архиепископ Иоанн (Шаховской)

9. Воспитательная проблема в школе протоиерей Василий Зеньковский

10. В стране священных воспоминаний – 5 Июня. Понедельник. На Босфоре. митрополит Арсений (Стадницкий)

Комментарии для сайта Cackle