праведный Иоанн Кронштадтский

Толкование на Евангелие от Матфея

Глава 5 Глава 6 Глава 7

Глава 6

Мф.6:1. «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного.»

«О милостыне. Как подавать? Почему тайно? Чтобы не от людей награда была, а от Бога. Бог так устроил, что кто здесь получает воздаяние, тот на небе уже не получит его.» [1, 64].

Мф.6:2. «Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою.»

«Священнику. Если враг будет склонять тебя ко греху во время общественной молитвы страхом человеческим, скажи ему: нет никого страшнее, грознее моего Господа, дивного в правде, Карателя неправд человеческих.

Если будет прельщать похвалою человеческою за дело Божие, скажи: слава человека яко цвет травный, скоро исчезает, а слава Божия – вечна; принимать славу от людей – значит терять славу Божию: восприемлют, – говорит Спаситель, – мзду свою (Мф. 6:2). Нет никого славнее Бога моего» [2, 112].

Мф.6:3. «У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая,»

Мф.6:4. «чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.»

Мф.6:5. «И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.»

Мф.6:6. «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.»

Мф.6:7. «А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны;»

Мф.6:8. «не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в нем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него.»

«Боже мой! до чего мы дожили? Чем мы лучше язычников при своем образе жизни! Где наша вера, упование на Бога, любовь к ближнему? О, дмение (надмение) сатанинское! О, стыд наш! – Отче Небесный! Ты, ведущий, ихже требуем, и прежде прошения нашего подающий [Ср.: Мф. 6:8], помилуй нас, неверных, неблагодарных и злонравных! Слышим Твое милостивое слово, Владыко: не имам от тебе отступити, ниже имам тебе оставити [Евр. 13:5], но, прельщаясь ежедневно земными благами, преслушаем его и нарушаем Твою волю» [5, т. 1, 208].

«Для чего нужна продолжительная молитва? Для того, чтобы продолжительностью усердной молитвы разогреть наши хладные, в продолжительной суете закаленные сердца. Ибо странно думать, тем более требовать, чтобы заматеревшее в суете житейской сердце могло вскоре проникнуться теплотою веры и любви к Богу во время молитвы. Нет, для этого нужен труд и труд, время и время. Царствие Небесное силою берется, и уподобляющие усилие восхищают его [Мф. 11:12]. Не скоро Царствие Божие приходит в сердце, когда от него люди так усердно бегают. Сам Господь изъявляет волю Свою, чтобы мы молились не кратко, когда представляет в пример вдову, надолзе ходившую к судье и утруждавшую его просьбами своими [Лк. 18:2–6]. Господь-то, Отец-то наш Небесный знает прежде прошения нашего, чего мы требуем [Мф. 6:8], в чем нуждаемся, да мы-то не знаем Его, как бы следовало, суете-то мирской мы очень преданы, а не Отцу Небесному; вот Он по премудрости и милосердию Своему и обращает нужды наши в предлог к обращению нас к Нему. Обратитесь, заблуждающиеся чада Мои, хотя теперь ко Мне, Отцу вашему, всем сердцем своим, если прежде были далеки от Меня, хоть теперь разогрейте верою и любовью сердца свои ко Мне, бывшие прежде хладными» [5, т. 2, 377].

«Не «во многоглаголании» (Мф. 6:8) молитва и спасение. Читай хотя и немного молитв, но с сознанием и с теплотою в сердце. А главное, в течение целого дня имей память о Боге, т.е. тайную, внутреннюю молитву. Я и сам не имею времени выстаивать продолжительные монастырские службы, но везде и всегда – иду ли я, еду ли, сижу или лежу, – мысль о Боге никогда не покидает меня, я молюсь Ему духом, мысленно предстою Ему и созерцаю Его пред собою. «Предзрех Господа предо мною выну... да не подвижуся» (Пс. 15:8); мысль о близости Его ко мне никогда не покидает меня. Старайся и ты так поступать» [7, 11].

«Молясь Богу, постоянно помни, что Бог есть видяй в тайне (Мф. 6, 4, 6), что Он видит все твои помышления, расположения и движения сердечные, холодность или горячесть его, искренность или лживость, простоту и двойство или лицемерие. Постоянно втори в сердце: видит, видит, – и этому всевидящему оку Отца Небесного предавай все свое сердце со всем его добром и злом; замечаешь зло, худые движения в сердце против воли твоей, говори: виждь, Владыка, мои струпы – я не люблю их, не грею, а хочу исцелиться от них; если по воле – скорее очнись и скажи: ах! что это во мне? Ведь меня видит Отец мой Небесный – и скорее кайся в вольных грехах сердца; предай Ему и все доброе в сердце и говори: Твое это, Владыко, не мое добро; утверди его во мне» [8, 453].

«Молитва – семена; только взори землю сердца хорошенько, пусти глубже рало ума да удобри сокрушением и вздохами – и взойдут и плод принесут: Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6, 6). Просите, и дастся вам. (Мф. 7, 7). Посеешь семя: не видишь, как оно там прозябает, а после видишь плод; сеешь слова молитвы: не видишь, что после с ними делается, а потом видишь плод» [8, 236].

«Когда враг будет возмущать сердце твое – крайним жалением пищи и пития братии, вооружи сердце свое верою и упованием на Бога и говори: уповаю на Бога моего, что не оскудею, по милости Его: весть бо Отец Небесный, ихже требую (Ср.: Мф. 6, 8). И Он говорит: не имам от тебе отступити, ниже имам тебе оставити (Быт. 28, 15; Евр. 13, 5)» [8, 493].

«Им оживотворяемся, живем в Его воздухе, пьем Его воду, едим Его хлеб – Сына Своего Единороднаго нам отдал: как же с Ним не даст всего просящим (Ср.: Рим. 8, 32)? И молитва нужна только для раскрытия твоей приемлемости. Бог знает все прежде (Ср.: Мф. 6, 8). Весь в Боге» [10, 195].

«В храме или в обществе людей мы являемся большею частию с светлыми лицами, ободрившись, оправившись от своих душевных немощей и страстей. А что мы испытываем в душе своей дома, в тишине или треволнении домашней жизни, как мы бываем немощны у себя – в своем жилище, когда посторонние взоры не обращены на нас, а пред домашними мы не находим нужды скрывать свои слабости, когда на нас смотрит часто только един Бог и небожители, которых мы, впрочем, весьма нередко и не вспоминаем? – Один Сердцеведец и видящий все тайное (Ср.: Мф. 6, 4, 6; Пс. 43, 22) знает, какая бездна немощей нередко подавляет нашу душу; как мы принуждены бываем пролить много слез от глубокого чувства своей близкой погибели, своей величайшей бедности и окаянства и внутренних вражиих искушений? – Один Бог знает, как удобопреклонны мы бываем ко всякому греху, но в особенности к лености, к унынию, ропоту и хуле, к скупости, злобе и зависти, к гордости и напыщенности, к грубости и жестокости, к пресыщению и пиянству и плотоугодию во всех видах. – В храме или в обществе мы являемся уже предварительно подготовленные, оправившиеся от домашнего расслабления греховного. – А по-настоящему надо и дома вести себя как в храме или в обществе, потому что Бог наш с нами и в нас. Не весте лм, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? (1Кор. 3, 16)» [10, 462].

Мф.6:9. «Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! Да светится имя Твое;»

Мф.6:И0. «да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе;»

Мф.6:11. «хлеб наш насущный дай нам на сей день;»

Мф.6:12. «и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;»

Мф.6:13. «и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь.»

Мф.6:14. «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный,»

Мф.6:15. «а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших.»

Мф.6:16. «Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.»

Мф.6:17. «А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое,»

Мф.6:18. «чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твои, видящий тайное, воздаст тебе явно.»

«Терпи с благопокорностью воле Божией всякую скорбь, всякую болезнь и немощь, всякий труд, всякую обиду и неприятность, говоря: да будет воля Твоя [Мф. 6:10; Лк. 11:2] и зная, что благость Божия ведет все к лучшему для тебя и что всякую неприятность Господь удобно может претворить в счастье и радость» [5, т. 2, 576].

«Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли (Мф. 6:9–10). Желаешь ли ты, грешник, искренне святости, ревнуешь ли ты, обладаемый от врага, губителя-диавола, мирного Царствия Божия, во-первых, в тебе самом, а затем – и во всех людях; хочешь ли искренне исполнять волю Божию праведную, всеблагую и желаешь ли и молишь ли Бога, чтобы все люди познали и исполняли волю Отца нашего Небесного? Говорим мы всякий день эти слова молитвы Господней без глубокого понимания их смысла и бросаем их как бы на ветер, и потому нет в нас благой перемены, а все остаемся такими же грешниками, нерадивыми и лукавыми» [6, 131].

«О злобе. – Если ты злобишься на брата за грехи его, положим даже соблазнительные, то вспомни, что ты сам не без грехов, тоже соблазнительных, хотя, может быть, в другом роде. Сам ты желаешь, чтобы твои соблазнительные грехи были покрыты снисходительною, вся покрывающею (грехи) любовью ближних; как бы ты был им благодарен, с какою бы любовью обнял, поцеловал их за их вся терпящую любовь; как это снисхождение облегчило бы без того тяжкую скорбь твою о грехах, ободрило и укрепило твою немощь в борьбе с ними, укрепило бы дух твой упованием на милосердие Божие! Но чего желал бы ты себе в подобных случаях, того желай, то делай и брату; он твой член и член Христов, возлюбиши, сказано, ближнего твоего, яко сам себе [Мк. 12:31]. Помни всегда при осуждении, по злобе сердца твоего на брата за грехи его, что ты сам не без грехов. Что видиши сучец, иже есть во оце брата твоего, бервна же, еже есть во оце твоем, не чуеши? Лицемере, воистину лицемере, изми первее бервно из очесе твоего, и тогда узриши изъяны сучец из очесе брата твоего [Мф. 7:3, 5]. Притом брат твой своему Господеви стоит или падает [Рим. 14:4], а не тебе. А если против тебя согрешил брат, то ты непременно должен простить ему обиду, тебе от него причиненную, или погрешности его против тебя. Ты сам ежедневно крепко нуждаешься в прощении тебе грехов Отцом Небесным и молишься: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим [Мф. 6:12]. А если хочешь, чтобы грехи были прощены тебе, прощай брату его согрешения против тебя. Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный; аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших [Мф. 6:14, 15]» [5, т. 2, 409].

«Ни на что не должно огорчаться и раздражаться, потому что чрез частое огорчение и раздражение образуется весьма вредная, нравственно и физически, привычка раздражаться, тогда как чрез равнодушие к противностям образуется добрая и полезная привычка все переносить спокойно, терпеливо. Множество случаев может представиться в этой жизни бесчисленных взаимных несовершенств наших, и если при всяком случае огорчаться, то не станет нашей жизни и на несколько месяцев. Да притом огорчением и раздражением не поправляется дело, а напротив расстраивается чрез наше расстройство. Лучше же быть всегда спокойным, ровным, всегда исполненным любви и уважения к больному нравственно человечеству, или, говоря частнее, к ближним, к родным своим и подчиненным нам. Ведь человек не ангел, да притом уже жизнь-то наша сложилась так, что ежедневно и невольно почти грешим, хотя бы и не хотели. Не еже хощу доброе, сие творю, но еже не хощу злое, сие содеваю [Рим. 7:19]. И Господь научил нас снисходительно смотреть на частые человеческие неисправности и падения, сказав: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим [Мф. 6:12]. Якоже хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им [Лк. 6:31; Ср.: Мф. 7:12]. А кто из нас не хочет, чтобы к нему относились снисходительно и терпеливо в его нуждах, преткновениях и падениях, неисправностях, опущениях? Потому и Апостол учит нас долготерпению и снисхождению. Любовь, говорит Апостол Павел, долготерпит, милосердствует, не раздражается, не мыслит зла, все покрывает, все терпит и николиже отпадает [1Кор. 13:4–8]» [5, т. 2, 361].

«Ст. 14. Об отпущении грехов против нас другим... О том, как надобно поститься. (Тайно, не только телесно, но и духовно, освободиться от страстей: не клясться, не прелюбодействовать, не воздавать злом за зло, давать требующим.» [1, 64].

«Люби всякого человека, несмотря на его грехопадения. Грехи грехами, а основа-то в человеке одна – образ Божий. Другие со слабостями, бросающимися в глаза, злобны, горды, завистливы, скупы, сребролюбивы, жадны, да и ты не без зла, может быть, даже в тебе его больше, чем в других. По крайней мере, в отношении грехов люди равны: вси, сказано, согрешиша и лишени суть славы Божией [Рим. 3:23], все повинны пред Богом и все равно нуждаемся в Божием к нам милосердии. Потому любя друг друга, надо терпеть друг друга и оставлять, прощать другим их погрешности против нас, чтобы и Отец наш небесный простил нам согрешения наши [Мф. 6:14]. Итак, всею душою чти и люби в каждом человеке образ Божий, не обращая внимания на его грехи – Бог един свят и безгрешен. А смотри, как Он нас любит, что Он для нас сотворил и творит, наказуя милостиво и милуя щедро и благостно! Еще почитай человека, несмотря на его грехи, потому, что он всегда может исправиться» [5, т. 1, 107].

«Ты озлобляешься на ближнего, презираешь его, говорить с ним мирно и любовно не хочешь за то, что он имеет нечто грубое, отрывистое, небрежное, неприятное тебе в своем характере, в своей речи, в своих манерах, – за то, что он сознает свое достоинство, быть может и больше надлежащего, или что он несколько горд и непочтителен; но ты виновнее его, врач и учитель ближнего: врачу, исцелися сам (Лк. 4:23); учитель, научись сам. Злоба твоя есть горшее зло всякого зла; злобою разве можно исправлять зло? Имея бревно, разве можно вынимать у другого спицу? Зло, недостатки исправляют добром, любовию, ласкою, кротостию, смирением, терпением. Признавай себя первым из грешников, которые тебе кажутся грешниками, или на самом деле грешники; считай себя хуже и ниже всех; исторгни всякую гордость и злобу на ближнего, нетерпение и ярость, и тогда врачуй других. А то покрывай снисходительною любовию грехи других. Аще беззакония все назриши в ближнем, что будет? Вечная вражда и нестроение, ибо кто без греха? За то и повелено нам оставлять долги должникам нашим, ибо если наши беззакония назрит Господь, кто из нас постоит (Пс. 129:3) пред правдою Его? Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный (Мф. 6:14). На трапезе любви бываем у Самой воплощенной Любви, а любви не имеем друг к другу. Странное дело! и заботы о сем нет. А сама любовь, без нашего усердия и страдания и деятельности, не придет» [5, т. 1, 275].

«Не введи нас во искушение (Мф. 6:13). Отчего молимся: не введи нас во искушение? – Оттого, что искушения вообще трудно переносить человеку не только плотскому, но и духовному. И если бы всех нас подверг Господь искушению, тогда мало кто устоял бы в вере и добродетели. Искушения Господа (См.: Мф. 4:1–10). Иова (См.: Иов.). Павла апостола (См.: 2Кор. 11:23–27). – Иуды (См.: Мф. 27:3–5; Ин. 13:2, 27)» [8, 672].

«Отче наш! Иже еси на небесех! (Мф. 6:9) На небесех Отец наш – говорим для того, чтобы всегда помнили, что наше житие на небесех есть (Флп. 3:20), что мы – небесные по природе, что где Отец, там будут и дети. Да святится имя Твое (Мф. 6:9). Вот первое и пламеннейшее желание наше в этой жизни, чтобы святилось имя Отца нашего Небесного, грехами нашими бесчествуемое и хулимое. Да приидет Царствие Твое... (Мф. 6:10) в нас царствует грех и диавол – не Бог... с натуры списать здесь все... с внутренней нашей жизни... Мы не можем святить имени Божия, доколе будет в нас царствовать грех и диавол. Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф. 6:10). Чтобы воцарился в наших сердцах Господь, для этого мы должны отбросить свою волю и всем сердцем всегда желать, чтобы в нас была воля Божия; если будем следовать воле развращенного сердца своего, не придет к нам Царствие Божие. – Не Моя воля, молился Господь, но Твоя да будет (Лк. 22:42); не якоже Аз хощу, но якоже Ты (Мф. 26:39). Что Мя зовете: Господи, Господи, и не творите, яже глаголю?.. (Лк. 6:46.) В Царствие Небесное внидет творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех (Мф. 7:21). Хлеб наш насущный даждь нам днесь (Мф. 6:11). Кто хочет исполнять волю Божию, тот не печется много о пище, питии, одежде: ибо знает, что Господь весть, яко требуем сих всех (Ср.: Мф. 6:32); ибо знает, что прежде всего и больше всего нужно искать Царствия Божия и правды Его (Ср.: Мф. 6:33), что с достоинством его природы обоженной несовместно погружаться заботами в вещественность, а надобно горняя мудрствовать, идеже есть Христос о десную Бога седяй (Ср.: Кол. 3:2, 1). И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем (Мф. 6:12)... Истинный сын Отца Небесного, сердечно желая, чтобы святилось имя Божие непрестанно чрез него и чрез всех людей, чтобы пришло Его благодатное Царство и во всем была с нами воля Его, благая, угодная и совершенная (Ср.: Рим. 12:2), требующая, чтобы мы не заботились много о земном – о пище, питии и одежде, – молит Бога, чтобы Бог простил его грехи, жаждет и алчет не пищи и пития, а благодатного оправдания чрез Иисуса Христа, в Котором он делается сыном Отца Небесного.

Слова: да святится имя Твое (Мф. 6:9) – предполагают в молящемся искреннее желание прославления имени Божия святостию жизни христианской, христианскою благотворительностию, в особенности стремлением друг друга к просвещению, вспомоществованию и радость о прославлении Божественного имени; желание, чтобы воздвиг Бог больше деятелей к прославлению имени Божия разными делами благими.

Да приидет Царствие Твое... (Мф. 6:10) выражается желание, чтобы не царствовали в людях вражды, нестроения, зависть, сребролюбие, лихоимство, неправды, обманы, ложь, клятвопреступление, но чтобы царствовала между ними любовь, правосудие, щедрость, трудолюбие, всякая добродетель.

Зачем мы говорим: Отче наш. Иже ecu на небесех (Мф. 6:9)? Затем, что после грехопадения прародителей Господь, так сказать, удалился с земли на небеса, потому что храм и местопребывание Бога на земле – сердце человеческое, сердце чистое, а его-то и не стало после грехопадения: исполнися земля неправды (Ср.: Быт. 6:11). Господь с небесе призре на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй, или взыскали Бога. Вси уклонишася... непотребни быша... до единаго (Ср.: Пс. 13:2–3).

Затем говорим: да святится имя Твое – чтобы оно святилось, а не бесчестилось людьми, их неправдами, беззакониями; да приидет Царствие Твое – чтобы удалившееся с земли ради неправд человеческих Царствие Божие опять пришло; да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф. 6:10) – чтобы Царство Божие открылось на земле исполнением на земле благой воли Божией (Ср.: Рим. 12:2)» [8, 291].

«Просите... ищите... толцыте... (Ср.: Мф. 7:7) – эти слова относятся преимущественно к исканию Царствия Небесного и к избавлению от грехов, как являет это молитва Господня, в коей, прежде всего, просим – да святится имя Божие: да приидет Царствие Божие: да будет воля Его на земле (Ср.: Мф. 6:9–10) и пр., и как показывает цель сошествия на землю Сына Божия. Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его (Мф. 6:33)» [8, 287],

«Но какое поразительное и утешительнейшее духовное зрелище было, если бы вся земля, все народы, едиными усты и единым сердцем возгласили на небо: Отче наш! Иже еси на небесех! Да святится имя Твое – в нас всех! Да приидет Царствие Твое, как в начале, до грехопадения; да будет воля Твоя благая и совершенная как на небе – вечно, так и на земли, и да не царствует своеволие. Хлеб наш насущный даждь нам днесь (что если бы такой образ мыслей и желаний имели все) и остави нам долги наша (Мф. 6:9–12)... и прочее... Но... когда-нибудь и будет это, ибо придет время, когда все живущие на земле будут единым стадом под единым Пастырем (Ср.: Ин. 10:16)» [8, 670].

«Господи! Если неудачи за неудачами будут следовать у меня в моих делах, буди воля Твоя! Если Ты лишать будешь меня время от времени благ земных: буди благословенно имя Твое (Ср.: Иов. 1:21). Ибо Ты даешь, Ты и отъемлешь. Если болезнию поразишь мой состав или какую-либо часть его: буди Ты благословен, Вседержитель, ибо Твои руце сотваристе мя и создаете мя (Пс. 118:73). Если скорбь на скорбь приложишь душе моей: я достоин того за грехи мои! Если близких сердцу моему отнимешь у меня: буди благословен Промысл Твой, Вседержитель! Да будет благословенно и прославлено имя Твое во веки (Ср.: Пс. 112:2). Да будет воля Твоя (Мф. 6:10)! Да разумеем мы, что мы – твари Твои, дела рук Твоих, да не самочинствуем мы, да познаем из неудач наших, что Ты владычествуеши всеми, и как благоизволишь Ты, так и бывает. – Аминь» [8, 159].

«Сами по своей воле отпали мы от Бога и от небесного блаженства, сами же по воле своей теперь постоянно грешим и удаляемся от Бога и Его Царствия внутреннего – сами же должны и приближаться к Богу сердцем, значит, сами должны и просить Господа: да приидет Царствие Его в нас (Ср.: Мф. 6:10); по своей развращенной воле грешим – по своей же воле должны и каяться, или от всего сердца говорить покаянные молитвы. Сами грехом уничижили и уничижаем Господа препрославленного – сами же должны по своей воле и прославлять Его доброю жизнию и стараться, чтобы и другие прославляли. Как прежде чрез грехи допускали и допускаем, что имя Божие хулится нас ради (Ср.: Рим. 2:24), как добровольно сделались неблагодарными вначале и теперь по большей части являемся бесчувственными и неблагодарными пред Подателем всех благ, пред Всесодержащим – так сами же добровольно должны теперь усиливаться благодарить Бога за все и самым делом благодарить, соплетать молитвы благодарения за все подаваемые нам блага, особенно духовные, за прощение грехов, за искупление Сыном Божиим от будущего гнева и за все Таинства и благодатные руководства, подаваемые Церковию. Таким образом, самым естественным образом молитва наша бывает или прошением, когда мы сердечно признаем пред Богом свою греховность, немощь, свое бессилие, свою зависимость от Него во всех нуждах духовных и телесных, свою веру в то, что мы все получили и получаем от Бога, или славословием, когда славим за величие дел Его в царстве природы и благодати, или благодарением за получаемые от Него ежедневно великие и богатые милости» [8, 287].

«Всякого человека признавай имеющим равные с тобою нравственные права как человека и особенно как христианина, и свое убеждение в этой равноправности с тобою всех людей показывай во всей своей жизни, во всем поведении своем с людьми Божиими. Всякий человек – другой я. Так учит нас смотреть на ближнего заповедь Господня, когда говорит: не послушествуй на друга твоего свидетельства ложна (Исх. 20:16)! Кто бы ни был человек, с которым я живу или с коим имею дело, есть друг мой, совершенно мне равный по одинаковости природы: он – другой я. Поэтому я должен везде и всегда оказывать ему полное уважение и любовь, как себе, даже больше, чем себе. Возлюбиши ближняго твоего, яко сам себе (Лев. 19:18; Мф. 22:39). Честию друг друга больша творяще (Рим. 12:10). – Отсюда же происходит обязанность – снисходить к немощам других, как мы снисходим сами к себе, и оставлять долги должником нашим (Ср.: Мф. 6:12)» [8, 248].

«Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Мф. 6:12). Весьма важное прошение. Господь знает, что в жизни нам весьма часто приходится терпеть огорчения, обиды, несправедливости, притеснения от других, и потому для нашего спокойствия и ради получения прощения собственных грехов повелел в молитве нам отпускать другим обиды или согрешения других (для того чтобы и мы получили прощение своих грехов от Отца Небесного, которых несравненно больше, чем согрешения против нас ближних наших).

Какой глубокий мир и согласие должно бы вводить одно это прошение в общества человеческие! Что было бы в самом деле, если бы все оставляли обиды домашним своим? Не было бы тогда ссор, вражды, зависти, скупости, судов, этих клятв напрасных и прочее и прочее. Какая бы тогда водворилась везде любовь, порядок, мир, согласие! – Как бы процветали тогда все христианские семейства, селения, города, царства! Сколько рушилось бы само собою тяжебных дел! Царство Божие было бы тогда на земле. Бог бе, говорит Апостол, во Христе мир примиряя Себе, не вменяя им согрешений их (2Кор. 5:19). Что если бы и люди не вменяли другим своим собратьям согрешений их против них, если бы они были подражателями Отца Небесного? – О, Отец Небесный тогда оставил бы им все согрешения их. Егда же молитеся, отпущайте, говорит Господь, аще имате что на кого. (Ср.: Мк. 11:25) Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный: аще ли же не отпущаете... (Мф. 6:14–15) Кто оставляет другим согрешения, тот легко избежит бесчисленных диавольских козней и связаний, коими враг постоянно старается опутывать христиан, поставляемых часто в необходимость иметь неприязненные столкновения с людьми враждующими и неправедными; тот избавится от многих сердечных скорбей. Какое премудрое прошение Господь поместил в молитве: Отче наш, остави нам долги наша, якоже и мы оставляем... (Мф. 6:12), ибо в самом деле необходимо для нас это прошение! Присмотритесь внимательнее к своей ежедневной жизни; не правда ли, что почти каждый день кто-либо погрешит против вас чем-либо; припомните и то, что иногда и ничтожная погрешность брата сильно раздражает нас, особенно когда мы бываем чем заняты или когда бываем, как говорится, не в духе? Вспоминайте, братия, каждый раз, когда озлобитесь на кого-либо, слова молитвы Господней; мы оставляем должником нашим, и скажите про себя Господу: Иисусе, Спасителю наш, повинуемся воле Твоей – прощаем должникам нашим долги их; Ты без числа прощаешь нам согрешения наша, Ты пострадал за грехи всего мира и пролил за них всю кровь Свою – как нам не прощать согрешений против нас нашим ближним, когда эти согрешения то же, что капля в океане в сравнении с грехами всего мира, за которые Ты пострадал; когда мы сами каждую минуту должны прибегать к Тебе с прошением об оставлении долгов наших, когда мы погрешаем против Тебя постоянно, тяжко, каждую минуту, каждый час и каждый день нарушаем все Твои заповеди. Остави, остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Ср.: Мф. 6:12). – Мы хотим обратить в благочестивый, христианский навык – отпущение погрешностей против нас ближних: помоги нашему желанию; даруй сердцу нашему силу – не помнить обид нам от наших ближних, как Ты не поминаешь грехов и беззаконий наших, в которых мы искренно покаялись пред Тобою: и грехов их и беззаконий их не помяну ктому (Ср.: Евр. 10:17). – Но бессовестно лгут пред Богом на молитве те, которые питают в сердце злобу и мщение к брату, говорят на молитве: Остави нам... и мы оставляем должником нашим. За злопамятство, ложь, празднословие и невнимательность к молитве Господь взыщет в свое время с таких людей. Что в самом деле, разве молитва Господня, такая краткая, дана нам для празднословия и непонимания ее духа и силы? – Разве Господь – простой Человек, Которого можно обмануть словами? Разве Он не Бог сердца нашего (Ср.: Пс. 72:26), пред Которым открыты глубины сердец человеческих? О, братия мои! Будьте внимательны к каждому слову молитвы: Отче наш! И выговаривайте их истинно, от сердца, непритворно, с чувством – так, как будто бы вы сами в крайней надобности составили всю эту молитву. Тут каждое слово вопиет к Богу о необходимой нашей нужде; прочувствуйте своими сердцами каждое слово, сознайте сами во глубине сердец своих нужду каждого прошения. Ах! Если бы все мы от всего сердца, с полным понятием читали молитву: Отче наш! Как бы прещедро, преизобильно благословил нас тогда Отец Небесный! Чего не сильна исходатайствовать у Отца Небесного такая молитва, которую вложил нам в уста Сам Сын Его возлюбленный, Господь наш Иисус Христос? – Итак, научитесь прощать обижающим вас, да и Отец ваш Небесный простит вам грехи ваши (Ср.: Мф. 6:14) и ущедрит вас дарами Своей благости. Аминь» [8, 577].

«Оставляем должником нашим (долги их) (Мф. 6:12). Потому что долги ближних, что иное как не заблуждение, ложь, мечтание в их отношениях к нам? Итак, если они сознают свои заблуждения, погрешности, ложность своих отношений к нам или если даже и не сознают, то простим им их долги против нас из сострадательности, из жалости к их заблуждению, мечтательности – вменим их в ничто, как и действительно они ничто. – Но если пребудут в лжи, в мечтании, то сами виноваты и погибнут, если не обратятся, зане любве истины не прияша, во еже спастися им (2Фес. 2:10)» [10, 457].

«Далее Господь научает нас нелицемерному посту и говорит, чтобы мы вступали на поприще поста не с унылыми, а с бодрыми лицами, как истинные и верные воины Христовы, вступающие на борьбу с грехом и многострастною плотью своею, при помощи и содействии всемощной благодати Христовой, и перед лицем Отца Небесного, у Которого готова награда всем, истинно подвизающимся против прелести греховной. Помажь голову твою, говорит Спаситель, и умой лице твое (Мф. 6:17); помажь голову, то есть елеем милостыни умасти душу твою, и елеем чистоты лице души умой, и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6:18)» [9, 58].

«Итак, что же от нас требуется вочеловечением Сына Божия? Немедленное, искреннее, нелицемерное и твердое покаяние во всех грехах, исправление сердца и праведная, святая жизнь. Святи будите, яко Аз свят есмь Господь Бог ваш (Лев. 19:2). Изыдите от среды развратных и отлучитеся, и нечистоте не прикасайтеся; и Аз прииму вы, и буду вам во Отца, и вы будете Мне в сыны и дщери, глаголет Господь Вседержитель (2Кор. 6:17, 18). Что именно этого требует от нас Господь Иисус Христос, то есть святости и правды, вы можете убеждаться в том каждый день самою молитвою Господнею Отче наш, в которой Он, Господь, учит нас, прежде всего, молиться о том, чтобы нам свято и праведно, по воле Божией, а не по своей жить: да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли... (См.: Мф. 6:9–13). Итак, вот какую непременную обязанность налагает на нас, братия и сестры, воплощение Сына Божия: жить праведно и свято, благоговейно и честно, и удаляться от всякого греха, от всякой неправды и нечистоты. Иначе мы будем недостойны Сына Божия и Царствия Его и приготовим себе тягчайшее осуждение и здесь, и в вечности. Аминь» [9, 116].

«Да раздаются в душе твоей чаще слова Владыки: мы оставляем должником нашим (Мф. 6:12). Исполняй их сколь можно чаще и совершеннее. Кого любим, тому много прощаем. Господь Бог любит нас безмерно и потому прощает нам без числа; затем и сказано: в бездне греховней валялся, неизследную милосердия Твоего призываю бездну. – А главное, смотри, помни слова Владыки: мы оставляем должником нашим. – Проси Господа укрепить тебя в этом благо делании» [11, 338].

«Твоя Держава – то есть Ты всех и все содержишь в Своей власти и силе, и злых духов; Твое есть Царство – Ты Царь над всеми, и над духами злыми; Твоя Сила – Ты содержишь всех силою Своею; и Слава (Ср.: Мф. 6:13) – ибо Ты все создал для славы Своей» [11, 172].

«Христос, Сын Божий, Святейший Бог, не стыдится 6ратию нарицати нас (Ср.: Евр. 2:11), грешников; а ты не стыдись называть братьями и сестрами, по крайней мере, бедных и незнатных, простых людей, родственников по плоти или не родственников, и не гордись пред ними, не презирай их, не стыдись их, не красней и не негодуй, когда они называют тебя братцем: ибо мы все, действительно, во Христе братья, все отрождены водою и Духом в купели Крещения и стали чадами Божиими, все нарицаемся христианами, все питаемся Плотию и Кровию Сына Божия, Спаса мира, над всеми нами совершаются прочие Таинства церковные – все мы в молитве Господней молимся: Отче наш... (Мф. 6:9–13) и равно все называем Бога своим Отцом: мы не знаем другого родства, кроме родства духовного и вместе плотяного, всевысочайшего, вечного, которое даровал нам Владыка живота, Творец и Обновитель нашего естества Иисус Христос, ибо это одно родство есть истинное, святое, пребывающее; земное же родство – лживо, нечисто (ибо во грехах родились мы и в беззакониях (Пс. 50:7) и скверны все пред Богом), временно, тленно, как тленна плоть и кровь наша. – Итак, обращайся просто с сочеловеками, как равный с равными, и ни пред кем не превозносись, а, напротив, смиряйся: ибо всяк возносяйся смирится, смиряяй же себе вознесется (Лк, 18:14). – Не говори: я образован, а он или она нет; он или она – простой, необразованный мужик или мужичка; дара Божия тебе, недостойному, не обращай в повод к гордости, а к смирению: ибо кому дано много, с того много и взыщется (Ср.: Лк. 12:48), а кому дано мало, с того мало и спросят. Не говори: я благороден, а он – низкого рода; земное благородство без благородства веры и добродетели – пустое имя; что в моем благородстве, когда я благороден, но такой же грешник, как другие, или еще хуже?» [11, 98].

Мф.6:19. «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут,»

Мф.6:20. «но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут.»

«Здесь, в мире суеты, в мире прелюбодейном и грешном, непрестанно и часто незаметно души и тела наши червь и тля тлит, и татие мысленные подкапывают и крадут сокровища [Мф. 6:19] души, правду и мир и радость о Дусе Святе [Рим. 14:17]. Какое же верное средство от этого постоянного растления греховного, от этих мысленных татей? Молитва покаяния и веры. Она оживляет, воскрешает истлевающую в обольстительных похотях душу нашу, прогоняет мысленных татей; она бич их, а для нас – источник силы, жизни и спасения. – Слава о сем Господу! Молитва и предохраняет, избавляет нас от греха. С молитвою веры хорошо живется, ибо при молитве живем с Господом, Который просящим обещал всякие блага: просите, и дастся вам; ищите, и обрящете, толцыте, и отверзется вам. Всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется [Мф. 7:7, 8]. – Слава, Господи, словесем Твоим всеистинным. Господи! даждь всем просящим у Тебя, чрез мое недостоинство, благ различных, прошения сердец их. Аминь – буди» [5, т. 1, 59].

«Не скрывайте... идеже тля тлит, <и> идеже татие крадут (Мф. 6:19). Преходит образ мира сего (1Кор. 7:31), как тленный со всею его красотою, богатством, сладостью, славою и честью. Пребывают одне вечные блага, вечные сокровища, вечная жизнь, правда, любовь со святостью и миром Божиим. – Туда очи сердца (Еф. 1:18) устремляй, гряди тамо, отнюдоже помощь идет. (Ср.: Пс. 120:1)» [4, 24].

«Господи, прости грехи мои и даждь мне совершенное бесстрастие: даруй мне на небеси иметь сокровище, а не на земли, где тля тлит, и воры подкапывают и крадут (Ср.: Мф. 6:19–20)» [4, 16].

«Далее, Господь научает нас отрешать свои сердца от земных сокровищ и от земных пристрастий и побуждает желать и искать сокровищ небесных, во-первых, потому, что души наши – небесного происхождения и бессмертны, а земные блага, как грубые, тленные и переходящие, недостойны нас, сотворенных и искупленных Кровию Сына Божия для наслаждения духовными и вечными благами, – а во-вторых, потому, что прилепляясь сердцами к земным благам, мы чрез то и их делаем земными, грубыми, низкими, страстными, и себя неспособными любить Бога и ближнего, – тогда как в любви состоит главная цель и обязанность нашей жизни. Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (Мф. 6:19–21). Святой Иоанн Златоуст витийствует об этом так: большой для тебя вред, если ты прилепишься к земному, будешь рабом вместо свободного, отпадешь от небесного, не в состоянии будешь помыслить о горнем, а только о деньгах, о процентах, о долгах, о прибытках и гнусных корчемствах. Что может быть бедственнее сего? Такой человек впадает в рабство, тягчайшее рабства всякого раба, и, что всего гибельнее, произвольно отвергает благородство и свободу, свойственные человеку. Сколько ни беседуй с тобою, но ты, имея ум, пригвожденный к богатству, не можешь услышать ничего полезного и необходимого для тебя... ибо где сокровище твое, там и сердце твое (Ср.: Мф. 6:21)» [9, 59].

Мф.6:21. «ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.»

«Раб Мой Иов помолится (Иов. 42:8). Высота служения священнического и лица священника. Отчего многим не хочется молиться? – Идеже сокровище ваше... (Мф. 6:21) – Не научились ценить молитвы, не дознали опытно сладость ее или и дознали, но вознерадели. Сердце нечистое любит мирское. Духовное – для него невместительно. Кое общение света ко тьме? (2Кор. 6:14)» [2, 44].

«Надобно, чтобы сердце пред молитвою, как и во время молитвы, было совершенно проникнуто любовию к Богу и к людям, чтобы в нем отнюдь не скрывалась вражда на Бога или на людей ни под каким видом, например, под видом недовольства, ропотливости, любви к миру, ненависти, злобности, скупости – словом, чтобы оно было чисто от болезненных струпов греховных и от тли страстей. Если чувствуешь пред молитвою, что сердце твое болит, ноет, что на нем как будто лежит какая тяжесть, препятствующая ему возвышаться горе, к Богу, тотчас постарайся ввести в него любовь к Богу искреннюю – и оно исцелеет. В молитве жизнь сердца имеет самое важное значение. Не подняться ему к Богу, если страсть какая будет гнести его. Верно слово, что идеже сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6:21)» [2, 217].

«Ты недоумеваешь, как внимают нам с небес святые, когда мы молимся им. А как лучи солнечные с небес преклоняются к нам и всюду – по всей земле светят? Святые – то же в духовном мире, что лучи солнечные в мире вещественном. Бог – вечное, животворящее Солнце, а святые – лучи умного Солнца. Как очи Господни постоянно призирают на землю и на земнородных, так и очи святых не могут не обращаться туда, куда обращен промыслительный взор Господа твари и где их сокровище (тела их, дела их, места священные, лица им преданные). Идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше [Мф. 6:21]. Ты знаешь, как сердце видит быстро, далеко и ясно (особенно предметы мира духовного); заметь это во всех познаниях, особенно в духовных, где весьма многое усвояется только верою (видением сердца). Сердце – око существа человеческого; чем оно чище, тем быстрее, дальше и яснее видит. Но у святых Божиих это око душевное еще при жизни доведено до возможной для человека чистоты, а по смерти их, когда они соединились с Богом, – оно благодатию Бога стало еще светлее и обширнее в пределах своего зрения. Потому-то святые видят весьма ясно, широко и далеко; видят наши духовные нужды; видят и слышат всех призывающих их от всего сердца, т.е. тех, которых умные очи прямо устремлены к ним и не омрачаются, не затмеваются во время устремления сомнением и маловерием, когда очи сердца молящихся совпадают, так сказать, с очами призываемых. Здесь таинственное зрение! Опытный понимает, что говорится. Поэтому как легко иметь сообщение со святыми! Надобно только очистить зрение сердца, устремить его твердо к известному святому, просить о нужном – и будет. А что Господь в отношении зрения? Он весь – зрение, весь – свет, весь – знание. Он наполняет всегда небо и землю и на всяком месте все зрит. На всяком месте Очи Господни сматряют злыя же и благия [Притч. 15:3]» [5, т. 1, 50].

«Когда приходят христиане в церковь молиться Богу, то оказывается, что у них не один, а много богов и много кумиров (и таким образом грешат против первой и второй заповеди): иная или иной сам себе кумир самолюбия: где чье сокровище, там его и сердце [Мф. 6:21; Ср.: Лк. 12:34]» [5, т. 2, 549].

«Идеже есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше [Мф. 6:21]. Знай, о чем думают молящиеся во храме. Кто чему предан сердцем, тот о том и думает» [5, т. 2, 538].

Мф.6:22. «Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то всё тело твое будет светло;»

Мф.6:23. «если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?»

«Мудрование во плотское смерть есть, а мудрование духовное живот и мир [Рим. 8:6]. Какой человек не согласится с этими словами Апостола? Мудрование плоти действительно есть смерть. Приди сюда, человек сребролюбивый, любостяжательный, завистливый, самолюбивый, гордый, честолюбивый, и дай нам взглянуть на тебя, на твои поступки, на твою жизнь! Раскрой нам, если хочешь, свои помышления сердечные! Мы уверимся тобою – живым примером, что мудрование плотское смерть есть: ты не живешь истинною жизнью, ты мертвец духовный, ты при свободе связан внутренне; при уме – как безумный, потому что свет, иже в тебе, тма есть [Мф. 6:23], ты получил от Бога сердце, способное наслаждаться чувствами всего истинного, святого, доброго и прекрасного; но ты мудрованием плотским подавил в нем благородные чувства, благородные порывы, ты мертвец, ты живота не имаши в себе [Ин. 6:53]. Но мудрование духовное – живот и мир. Какой угодно человек-христианин, провождающий жизнь по вере, истребляющий в себе страсти и помышляющий елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель и аще кая похвала [Флп. 4:8], – приди к нам и поведай нам, что ты ощущаешь в душе от мудрования духовного: – я, скажешь ты нам, ощущаю в сердце всегдашний мир и радость о Дусе Святе [Рим. 14:17], я чувствую распространение сердца, преизбыток жизни, посмеваюсь всему плотскому, дивлюсь, как оно имеет такую великую силу над сердцами людей плотяных, и занимаюсь непрестанным созерцанием небесных, духовных, невидимых благ, уготованных любящим Бога» [5, т. 1, 76].

«Слова Господни суть истинный светильник нам на пути жизни: так и слова ныне чтенного Евангелия; только надобно тщательнее поразмыслить об них. Размыслим. Светилник телу есть око, говорит Господь (Мф. 6:22), то есть око или глаз есть светильник для тела; почему не сказано: очи, а око? Потому что здесь Господь разумеет не телесные очи, а око духовное, или сердце наше, которое управляет и телесными очами и в два глаза видит предметы не вдвойне, а единичными. Итак, под оком разумеется сердце, в котором насаждена совесть, или внутренний закон, указывающий, что добро и что зло; потому и сказано: око, а не очи; под телом же разумеется вся внутренняя жизнь наша, помышления, желания, намерения, все дела наши, которые мы делаем в течение нашей земной жизни. Значит, смысл слов Спасителя будет такой: сердце или совесть есть светильник человеку на пути его жизни, во всех помышлениях, желаниях, намерениях, словах, во всех делах его. Далее Господь говорит: итак, если око твое будет просто, то все тело твое будет светло (Мф. 6:22): если, то есть, сердце твое, совесть твоя, будут просты, чисты, то и все помыслы твои, желания твои, дела твои, намерения, предприятия твои будут светлы, правы, чисты; если же око твое, совесть твоя, будет лукаво, то все тело твое будет темно (Мф. 6:23), то есть все помыслы, желания, намерения, предприятия, вся жизнь твоя, все дела твои будут темны, неправы, лукавы. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма? (Мф. 6:23.) Если сердце твое, которое дано тебе от Господа вместо светильника, по твоему нерадению сделалось само тьмою, то какова же будет вся жизнь твоя, все дела твои? Не так ли бывает это в жизни? Не видим ли мы тому постоянные примеры? Возьмем пример из жизни. Возьмем человека с простым сердцем, с прямою совестью, с прямым взглядом на жизнь, со взглядом евангельским, и человека с сердцем лукавым или совестью лукавою и пристрастного к миру, к плоти. Все поступки первого запечатлены справедливостью, усердием, прямотою характера, доброжелательством к ближнему. На поступках второго лежит печать неправды, обмана, лицемерия, хитрости, коварства» [9, 177].

«Да, братия, родство наше с Сыном Божиим, Господом Иисусом Христом, требует от нас великого благородства, благонравия в жизни; не лишнее скажу, если скажу, что христиане должны жить на земле, как ангелы во плоти, – и вот почему девство в христианском мире имеет высокое значение. Но чистота и целомудрие не единственная добродетель, требуемая от нас родством с Сыном Божиим. От нас требуется простосердечие: если око твое, то есть сердечное просто, все тело твое светло будет (Ср.: Мф. 6,:22), то есть вся жизнь; требуется сердечная благость, смирение, незлобие, как сказал Спаситель: Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11:29); требуется милосердие к ближним, как Он же говорил: будите убо милосерды, якоже Отец ваш Небесный милосерд есть (Ср.: Лк. 6:36); требуется воздержание: Внемлите себе, говорит Иисус Христос, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством (Лк. 21:34); требуется беспристрастие к земным благам, к пище, питью, одежде, славе мира сего: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся: ибо душа больше пищи, и тело одежды... Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам (Ср.: Мф. 6:25, 33); требуется терпение: в терпении вашем стяжите души ваша (Лк. 21:19); повиновение, покорность христиан Церкви, ибо Господь сказал: повеждь о согрешившем Церкви: аще же и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь (Мф. 18:17)» [9, 357].

Мф.6:24. «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне.»

«До плотских ли наслаждений священнику, когда ему надобно неотменно наслаждаться единым Господом, да даст Он ему прошения сердца его? До плотских ли наслаждений, когда у него так много духовных чад, предъявляющих ему свои многоразличные духовные или телесные немощи, в которых нужно им душевно сочувствовать, подавать искренние и здравые советы, когда ему каждый день предстоит подвиг от всего сердца и со слезами молиться об них пред Владыкою, да не набежит на них и не расхитит их мысленный волк, да даст им Господь преуспеяние жития и веры и разума духовного! До наслаждений ли плотских священнику, когда ему надо часто совершать службы в храме и предстоять престолу Господню, когда ему так часто надо совершать Божественную пречудную литургию и быть совершителем и причастником небесных, бессмертных и животворящих Таин, когда ему вообще так часто приходится совершать другие таинства и молитвословия! Сердце, любящее плотские удовольствия, не верно Господу. Не можете Богу работати и маммоне [Мф. 6:24]» [5, т. 1, 219].

«Кто или что наши идолы? Это – какие-либо лица, затем временная жизнь; это – многострастное и смертное тело и то, что для тела: пища и питье, одежда, украшения, отличия, деньги, жилище, убранство его и проч. Когда борет тебя искуситель пристрастием к вещам видимым, надеянием на вещи видимые, хлеб, деньги и проч., тогда возведи твердо очи сердца к невидимому и вечному: во-первых, к невидимому и вечному Богу – Источнику жизни нашей; во-вторых, к невидимой, конца не имеющей жизни, к вечному блаженству праведных – после временной жизни; когда внушает искать жизни в тленном, ты с усилием ищи жизни в нетленном: когда приковывает очи твои к плоти человеческой, помимо души его бессмертной, ты наипаче обращай мысленные очи на душу человека, по образу и подобию Божию сотворенную, искупленную крестными страданиями и смертью Сына Божия, соделанную наследницею вечных благ; усыновленную Богу, храм Святого Духа, Невесту Духа Святого. Бегай двойственности сердца, то есть не допускай, чтобы оно двоилось между привязанностью к Богу и привязанностью к земному; не можете Богу работати и мамоне [Мф. 6:24]; к единому Богу прилепляйся, на Него единого возложи надежду: ибо диавол, внушая двойственность, ищет сам один овладеть нашим сердцем, которое едино и нераздельно. И помни, что прилепление к Богу всегда благо, блаженно, а к миру и его благам – зло, мучительно, скорбно, утесненно: ибо прилепление к миру есть заблуждение и дух диавола» [5, т. 1, 249].

«Пристрастие к земному и плотскому до забвения Бога, души, – от диавола, который делает сердце наше, чрез пристрастие к земному плотским, земным, срамным сосудом страстей, тогда как оно должно горняя мудрствовать, быть духовным и храмом Духа Святого. Не можете Богу работати и мамоне [Мф. 6:24], Богу и богатству, Богу и плоти, Богу и миру, Богу и сластям; потому управлять своею плотью и своим сердцем – наука из наук, искусство из искусств. Я бываю плотью и духом. О, непостоянство! О, неблагодарность! О, леность! О, долготерпение Божие! Но доколе я буду изменяться, как луна или как калейдоскоп? Утверди меня на камени заповедей Твоих, Господи!» [5, т. 1, 288].

«Потому ты не получаешь от Бога просимого, что мерзости идолопоклонства не оставляешь: служения чреву. Бога истинного просишь, а богу – чреву работаешь. Не может человек двема господинома работати [Мф. 6:24]. Перестань служить идолу – чреву и тогда надейся получить просимое от Бога. Истинного Бога просишь, а ложному богу служишь. У него и проси, если может он дать. Или ты работаешь бесу лихоимства, и потому истинный Бог, тобою пренебреженный и оставляемый, не исполняет твоих молитв. Или же ты работаешь идолу гордости и тщеславия, и этот идол владеет твоим сердцем, как те идолы: и вот Господь не склоняется к мольбам идолопоклонствующего сердца. Ты оставил Источника живых вод, Господа, а ископал себе кладенцы сокрушенные [Ср.: Иер. 2:13]; ну, и пей из этих кладенцев – воду мертвую, темную, как темна вода во облацех воздушных [Пс. 17:12]» [5, т. 2, 507].

«Сердце наше просто, единично и потому не может работать двум господам: Богу и мамоне [Мф. 6, 24], т. е. богатству; значит, нельзя служить искренно Господу и вместе иметь пристрастие к земным вещам, ибо все это относится к мамоне. Да и недостойно человека работать богатству, ибо оно земля и прах. Все земные вещи, если мы привязываемся к ним сердцем, одебеляют его, земленят, и от Бога, и от Матери Божией, и всех святых, от всего духовного, небесного и вечного отвращают нас и привязывают нас к земному, тленному, временному, также и от любви к ближнему отвращают. К довершению всего сказанного надо еще сказать, что дух привязанности к земному, щадения и жаления земного есть дух диавольский, и диавол сам вселяется в человека чрез привязанность его к земному; он нередко входит в наше сердце, как наглый победитель, чрез мгновенное пристрастие к земному, не отвергнутое тотчас, помрачая, подавляя, умерщвляя дух наш и делая его неспособным ни к какому делу Божию, заражая его гордостью, хулою, ропотом, презорством святыни и ближнего, противлением, унынием, отчаянием, злобою» [5, т. 2, 327].

«Говорят: не важное дело есть скоромное в посте, не в пище пост; не важное дело носить дорогие, красивые наряды, ездить в театр, на вечера, в маскарады, заводить великолепную дорогую посуду, мебель, дорогой экипаж, лихих коней, собирать и копить деньги и проч.; но – из-за чего сердце наше отвращается от Бога, Источника жизни, из-за чего теряем вечную жизнь? Не из-за чревоугодия ли, не из-за драгоценных ли одежд, как евангельский богач, не из-за театров ли и маскарадов? Из-за чего мы делаемся жестокосердыми к бедным и даже к своим родственникам? – Не из-за пристрастия ли нашего к сластям, вообще к чреву, к одежде, к дорогой посуде, мебели, экипажу, к деньгам и проч.? Возможно ли работать Богу и мамоне [Мф. 6:24], быть другом мира и другом Божиим, работать Христу и велиару? Невозможно. Из-за чего Адам и Ева потеряли рай, впали в грех и смерть? Не из-за яди ли единой? Присмотритесь хорошенько, из-за чего мы не радим о спасении души своей, столь дорого стоившей Сыну Божию; из-за чего прилагаем грехи ко грехам, впадаем непрестанно в противление Богу, в жизнь суетную, не из-за пристрастия ли к земным вещам, и в особенности к сластям земным? из-за чего грубеет наше сердце? из-за чего мы делаемся плотью, а не духом, извращая свою нравственную природу, не из-за пристрастия ли к пище, питию и проч. земным благам? Как же после этого говорить, что есть скоромное в посте не важно? Это самое, что мы так говорим, есть гордость, суемудрие, непослушание, непокорность Богу и удаление от Него» [5, т. 2, 317].

«Душа наша – простое существо, потому она не может в одно и то же время любить и Бога и, напр., деньги, пищу, питие, или ближнего и вместе деньги, пищу и питие; потому и говорится: никтоже может двема господинома работати: либо единого возлюбит, а другого возненавидит, или единого держится, о друзем же нерадити начнет. Не можете Богу работати и мамоне [Мф. 6:24]. Потому и псалмопевец Духом Святым говорит: богатство аще течет, не прилагайте сердца [Пс. 61:11]. Так всякий христианин бойся прилагать сердце к деньгам, пище, питию, нарядным одеждам, к нарядной квартире, к книгам, к светской музыке; да не любишь, не ласкаешь плоти своей чем бы то ни было: увеселениями ли, видами ли изящными, яствами и напитками, сном, праздностью и леностью, срамными делами, играми, праздными путешествиями, пустыми книгами и зрелищами. Единого Бога возлюби всем сердцем, всею душою и всею крепостью и всем помышлением, и ближнего, как себя, а ко всему прочему в мире будь равнодушен, ни к чему пристрастен и жаден. Ревнуй же о простоте во всем, да простому Существу – Богу возлюблен будешь. Отыми лукавство, сомнение, маловерие и двоедушие от души своей» [5, т. 2, 409].

«О, как дорого оценил душу нашу, спасение ее, Господь наш Иисус Христос, сошедши для нас с небес, воспряв на Себя душу и тело наше, пострадавши ужасно и умерши за нас! Как же я ценю свою душу, спасение ее вечное? О, не умею ценить и не научился доселе соответствовать любви моего Спасителя, весь прилепившись к земле, весь отдавшись лености и страстям различным. Как быть в тебе любви Божией, Царствию Божию, когда в твоем сердце царствует любовь земная – сластолюбие, корыстолюбие и гордость? Невозможно дотоле, пока не распнешь плоть свою со страстьми и похотьми [Гал. 5:24]: ибо никтоже может двема господинома работати [Мф. 6:24] и любовь мира сего вражда Богу есть [Иак. 4:4]. Не любите, сказано, мира, ни яже в мире: яко все, еже в мире, похоть плотская и похоть очима и гордость житейская... И мир преходит, и похоть его, а творяй волю Божию пребывает во веки [1Ин. 2:15–7]» [5, т. 2, 305].

«Всякий человек должен знать и помнить простоту души своей, которая есть Божие дыхание: Бог прост, и душа проста. А как душа проста, то она никак не может любить два противоположных предмета – Бога и что-либо мирское, человека и что-либо вещественное, приятное для нашего плотского человека. Чтобы любить Бога всем сердцем, надо непременно все земное считать за сор и ничем не прельщаться; чтобы любить, как себя, ближнего, надо пренебрегать деньгами, не прельщаться лакомствами, нарядами, отличиями, чинами, похвалами, или мнением людским. Простоту души надо беречь в особенности во время молитвы общественной и домашней, во время чтения слова Божия и писаний св. отцов и вообще при всяком важном деле. Никтоже может двема господинома работати [Мф. 6:24]» [5, т. 2, 334].

«Когда мы молимся, то в мыслях странным образом вертятся самые святые, высокие предметы наравне с предметами земными, житейскими, ничтожными: напр., и Бог, и какой-либо любимый предмет, напр., деньги, какая-нибудь вещь, одежда, шляпа, или какой-либо сладкий кусок, сладкий напиток, или какое-либо внешнее отличие, крест, орден, лента и проч. Так мы легкомысленны, пристрастны, рассеянны! Это свойственно только разве язычникам, не ведающим истинного Бога и Сына Его Иисуса Христа с Духом Святым, а не христианам, коих сокровище не на земли, а на небеси. Где же живая вода в нашем сердце, бьющая ключом живительным в сердцах, всецело преданных Богу?» [5, т. 2, 447].

«Чрез грех раздвоился человек и от Бога отпал. Не можете Богу работати и мамоне (Мф. 6:24). Твердая психологическая истина» [4, 84].

«И прекрасно делаешь! Остерегайся, отдаляйся от них. Помни: Нельзя служить двум господам (Ср.: Мф. 6:24). У тебя теперь другие родные – твои сестры о Христе, ты за них ответишь пред Богом; а родных раз уже оставила, не озирайся вспять. Нет сильнее войны духовному человеку, как с родными его: врази человеку домашний его. Так было при Христе, так и теперь, так и всегда будет» [7, 27].

«Но продолжим объяснение Евангелия. И глаголаше им слово. Везде Господь являлся с словом, – и это слово было сладко паче меда из сота; оно врачевало души и тела; преклоняло и претворяло сердца, как в Савле; оживляло мертвых, прогоняло демонов, повергало на землю дерзновенных, повелевало всем стихиям: и они слушались гласа Всемогущего; претворяло во мгновение тварь; это слово раздается в храме и теперь. Отчего же мало слушающих и исполняющих? От нашей рассеянности, от любви к миру, к суетным благам и удовольствиям. Не можете, сказал Господь раз навсегда, работати Богу и мамоне, то есть миру (Ср.: Мф. 6:24). Но помните: это слово будет судить нас в последний день. Будем же лишше внимати слышанным, да не когда отпадем (Евр. 2:1) внутренно от Бога. Для того Святая Церковь и требует нашего внимания, когда читается Евангелие» [9, 81].

«Сам Господь говорит: Не можете служить Богу и богатству; удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие (Ср.: Мф. 6:24; 19, 24). Святой апостол Иоанн Богослов говорит: кто любит мир, в том нет любви Отчей, то есть к Богу, Отцу нашему Небесному, ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская (Ср.: 1Ин. 2:15, 16). Как же бы апостолы, избранные из людей богатых и любящих богатство, могли привести людей к Богу, возжечь в сердцах людских пламенную к Нему любовь, не имея в сердцах своих сами любви к Нему? Вот почему эти апостолы были избраны из бедных людей, то есть, чтобы они для любви Божией могли удобнее порвать связь с миром и с грехом и всем сердцем прилепиться к Богу» [9, 172].

«Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне (Мф. 6:24). Какие здесь разумеются два господина, которым невозможно служить в одно и то же время? Один – это Господь и Бог, другой – богатство или любогреховная плоть наша, в которой действует диавол, силящийся приковать ее к миру. Очевидно, невозможно работать вместе Богу и любогреховной плоти: именно потому, что Бог требует от нас святости, неуклонного и точного исполнения воли Своей, а плоть непрестанно подстрекает ко греху, – к чревоугодию, пьянству, блуду, зависти, вражде, лихоимству и сребролюбию, к лености и прочему. Как согласить служение Богу и плоти? Очевидно, нельзя, Слово Божие прямо говорит, что те, кои Христовы, распяли плоть со страстями и похотями (Гал. 5:24), – и отнюдь не служат многогрешной плоти, не угождают ей. Плоти угодия не творите в похоти (Рим. 13:14), говорит святой апостол Павел. И всегда бывает так, что кто угождает своей плоти, тот нерадит о угождении Богу, о спасении души своей, о исправлении своем, о добродетельной жизни, не исправляет сердца своего, не стремится духом к горнему отечеству, но весь бывает как бы прикован к земле, к земным наслаждениям. Кто любит свою многогрешную плоть, тот не любит Бога, тому тяжкими кажутся заповеди Его, тот не любит ближнего: он не попечется о его спасении, потому что и о своем не заботится; не поможет ему в нужде, потому что слишком много любит сам себя и лучше исполнит свои прихоти, чем отдаст собственность свою на нужду ближнего» [9, 180].

«У пристрастного к благам мира сего человека или у скупого сердце соединяется любовию с благами мира сего: пищею, питьем, сластями, одеждами, деньгами, жилищем и прочим, а не с душами ближних. Например, пришли гости, особенно если они часто ходят, например родственники, и у скупого сердце болит. Отчего? – Оттого, что оно болезненно привязано к сластям, а не к душам ближних: ему жалко их для ближнего, а не жалко ближнего, хотящего есть-пить; и он, любя сласти, ненавидит ближнего, поедающего его сласти. Не можете Богу работати и мамоне (Мф. 6:24): а в ближнем-то ведь Бог. Не любяй же брата своего, егоже виде. Бога, Егоже не виде, како может любити? (1Ин. 4:20) – Ничего никогда не должно жалеть для ближнего, как для Бога» [11, 162].

Мф.6:25. «Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?»

Мф.6:26. «Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?»

«О сердце! Сердце! Сердце! Ты само причиняешь себе мучения. Когда плоть и диавол станут тебя искушать заботою о большем снискании средств для приобретения пищи, пития, одежды, противопоставь им слова Спасителя: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся. Не душа ли больше, есть пищи, и тело одежды? Воззрите на птицы небесныя, яко ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш Небесный питает их? Не вы ли паче лучше их есте? (Мф. 6:25–26)» [2, 295–296].

«Не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся. Не душа ли болши есть пищи, и тело одежди? (Мф. 6:25) Особенно не пецысь о том священник. В самом служении Богу ты всегда найдешь верное и достаточное пропитание. Довольствуй всех и все. Будь гостеприимен» [3, 195].

«Не душа ли больше есть пищи [Мф. 6:25]. Ах! неизмеримо, бесконечно больше. В душе сияет образ Бога невидимого, Творца всего. Не только чего-либо вещественного, но души своей, жизни своей, я не должен щадить для пользы брата, вещественной или телесной, особенно же духовной. Служа с любовью пользам брата, я служу Самому Богу. О! я чувствую сердцем высокую, великую истину: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе [Мф. 25:40]. Почему так? – Потому, во-первых, что всякий человек есть образ Божий, и во-вторых, потому, что Иисус Христос есть Бог и вместе человек, и Глава тела Церкви Своей, – так что мы составляем уди Его, от плоти Его и от костей Его [Еф. 5:30], то есть мы – члены Христовы» [5, т. 2, 540].

«Если Бог не оставляет Своим благопромышлением травку, цветок или листочек на дереве, то оставит ли нас? О, убедись всем сердцем каждый человек в том, что верен Господь Сам Себе в Своем промысле о всякой даже малейшей Своей твари. Уразумей, что каждой твари невидимо присущ Творец. По словам Спасителя, Бог одевает цветы полевые, питает птиц небесных [Мф. 6:26, 30]. Чем Бог не веселит нас, Своих тварей? Даже цветочками. Как нежная мать, по присносущной Своей силе и премудрости, Он каждое лето из ничего творит нам эти великолепные растения. Будем ими забавляться, да и благость Творца, Отца нашего Небесного, не забудем прославлять; будем и сами на Его любовь к нам отвечать своими любящими сердцами» [5, т. 1, 32].

«Все мы – едино, и для всех все – Господь, как для Ангелов, для святых, для всех миров вещественных и каждой малейшей части их. Воззрите на птицы небесныя... Смотрите крин сельных... аще сено... Бог тако одевает, кольми паче вас, маловери... Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его (любви взаимной), и сия вся приложатся вам (от Бога) [Мф. 6:26, 28, 33]. Вот тебе необходимейшая истина! Следуй ей! Положись же во всем на Бога. Всю печаль вашу возверзите Нань: яко Той печется о вас [1Пет. 5:7]. В самом деле, как можно жить так, как мы живем: ибо мы живем так, как будто Бога Попечителя нет. Сами все думаем устроить, сами себя думаем обеспечить, отстраняя мысль об общем всех Попечителе» [5, т. 1, 261].

«Посему говорю вам, продолжает Господь, не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? (Мф. 6:25.) Забота неуместная, неразумная, слишком усиленная забота о пище, питье, одежде, весьма вредит христианскому житию: она-то и есть то, что назвал Господь раньше служением мамоне. Эта неправильная забота наша о пище, питье и одежде ставит, так сказать, вверх дном всю жизнь нашу: вместо того чтобы заботиться главным образом о душе, об очищении, исправлении, освящении ее, вообще о спасении, мы печемся ежедневно о угождении своему алчному чреву, да о том, во что одеться, а душу – это бессмертное существо, сотворенное по образу и подобию Божию, – погибающую заживо во грехах, оставляем в пренебрежении, без исправления, или даже – ежедневно прилагаем грехи ко грехам; тело насыщаем и пресыщаем, а душу оставляем голодать: тело украшаем, а душу безобразим; тело оживляем, а душу убиваем. Потому Господь, обличая такое наше безумие, говорит: Душа не больше ли пищи, и тело одежды? (Мф. 6:25.) Если душа, очевидно, больше пищи, то зачем же вы душу оставляете без попечения, заботясь о том, что ничтожно, как пища и питие: ибо пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то и другое (1Кор. 6:13). Или опять, тело не больше ли одежды? Если же Господь дал вам большее, то есть тело, то не позаботится ли дать меньшее, не попечется ли о прикрытии его и не даст ли вам средств покрыть его наготу, как покрыл наготу Евы и Адама? Не о пустом ли вы заботитесь, оставляя самонужнейшее, единое на потребу (Лк. 10:42)? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницу; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? (Мф. 6:26) На птиц Господь указывает нам, маловерам, для того, чтобы показать недремлющий, непрестанный промысл Отца Небесного о всех тварях земных, Который от начала мира доныне не переставал и не перестает сохранять и питать всякую тварь, – и особенно – венец всех тварей – человека, созданного по образу и подобию Божию, и чтобы примером птиц, всегда сытых, хотя не сеющих, не жнущих хлеб, мы убедились полагаться с несомненностью на промысл Божий. Конечно, эти слова Господа не учат нас сидеть сложа руки и только надеяться на Бога, а учат упражняться в благословенных трудах и при трудах надеяться на благословение Божие на успех в делах, на дарование всего потребного» [9, 181].

Мф.6:27. «Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?»

«Как в телесной жизни своей мы не можем сделать одного волоса белым или черным, а носим такие волосы, какие Бог сотворил, или как не можем возрасту своему прибавить лакоть един (Ср.: Мф. 6:27): так и в духовной жизни мы не можем без Бога иметь и одной мысли истинно доброй и святой, и одного чувства доброго и к духовному возрасту своему не можем прибавить без Божией силы или благодати – ничего, хотя бы рвались изо всех своих сил. Мы совершенно бессильны без Бога для всякого добра. Да научимся же прибегать во всем к Божией помощи» [8, 185].

«Далее, Господь говорит: Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? (Мф. 6:27.) Не мог бы нарядить нас в тысячу раз лучше роз и лилий или павлинов; но известно, что одежда наша есть временное покрывало, или временная повязка на ране: потому что одежда появилась вследствие греха, когда люди узнали свою наготу; а стоит ли украшать повязки на ране? Не о том ли надо заботиться, как бы поскорее рану вылечить, то есть как бы скорее от грехов очиститься? Разумно ли сшивать дорогие повязки на эти греховные раны и этими повязками еще тщеславиться, как чем-то похвальным? Не больше ли оттого зловония греховного? Припомним, что в Крещении все мы получили одежду нетления, одежду правды Христовой. Вот об этой одежде правды будем заботиться; эту одежду будем хранить; она пусть будет нашим украшением. Если ее сохраним, то в будущем веке Господь оденет нас одеждою славы, оденет вечным светом, как Сам одевается светом, яко ризою» [9, 181].

Мф.6:28. «И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут;»

Мф.6:29. «но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них;»

""И Соломон во всей славе своей не одевался так, как каждая из полевых лилий. Если Отец Небесный так одевает цветок, который сегодня есть, а завтра брошен будет в печь, не много ли паче вас, маловерные. Как очевидна истина слова Божия: «Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, а все остальное приложится вам» (Мф. 6:29–30, 33). Это я испытываю на себе: с тех пор как я начал усиленно искать и исключительно заботиться о благоугождении Господу молитвою и делами милосердия ближним и другим, я почти не имею надобности заботиться о себе, т.е. о своих внешних нуждах; меня, по милости Божией, одевают, обувают, угощают добрые люди и сочтут за обиду, если бы я не принял их усердия» [7, 40].

«Делать приспособления – к портным, сапожникам и кузнецам особенно. Портным сказать, что не всегда люди ходили в одежде, что Адам и Ева ходили нагие и не стыдились. Что людей заставило одеваться? Грех. Чем люди грешнее, тем они больше заботятся об одежде, об изысканности, об украшении. Честь свою безрассудно полагают в одежде. Но Господь всегда обличал тех, которые тщеславятся одеждою (воскрилия фарисея (Ср.: Мф. 23:5)) и слишком много заботятся об ней. Об одежде чего печетеся? Смотрите крин сельных (Ср.: Мф. 6:28). Одежда для человека – добрые дела; если нет добрых дел, то никакая одежда не украсит человека, а с добрыми делами и в разодранной, грубой и нечистой одежде человек стоит всякого почтения. Сергий Радонежский. – Как один путешественник пришел издалека посмотреть его и, нашедши его в раздранном рубище, не поверил, что то – Сергий. На одежду тела смотрят только люди, а на душевную одежду смотрят Бог, Ангелы и святые» [8, 613].

Мф.6:30. «если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!»

«Смотря на травку, художественно и затейливо украшенную и утре в пещь вметаемую (Мф. 6:30), я думаю: что стоит Создателю любящее Его разумное создание одеть славою в будущем веке, если Он так одевает ничтожные цветки?» [2, 445].

«Если люди – существа слабые, скоропреходящие, смертные – делают так много великих и дивных дел богодарованными им силами и способностями, если слову одного человека повинуется иногда много миллионов людей, то чего не сделает Всевиновник жизни человеческой, что не повинуется Его слову? Вспомните слова сотника: я, говорит, и подвластный человек, но, имея в подчинении воинов, скажу одному: иди, и идет, и другому: приди, и приходит, и третьему: сделай это, и делает [Ср.: Лк. 7:8]. Далее, если многие животные одарены искусством делать разные удивительные вещи, которых не сделать и человеку – животные, которых мы попираем ногами, которые так ничтожны и слабы, – то чего не сделает Творец всего, всех щедро одаривший всяким искусством, всякими способностями и силами! Если растения бездушные, днесь сущия и утре в пещь вметаемы [Мф. 6:30], по Его слову образуются в такие нежные и прекрасные формы, если вещество всякое мы видим подчиненным Его слову и видоизменяющимся до неизмеримости (до бесконечности) по Его манию (при посредстве только пяти стихий), то кто еще, видя все это, станет требовать залогов Его всемогущества! Дивны дела Твои, Господи! на каждом шагу, в каждое мгновение жизни. Исполнь небо и земля славы премудрости Твоея, славы благости Твоей, славы всемогущества Твоего! Ты не только Сам премудрый Творец и постоянно являешь Себя премудрым Творцом, но Ты тварям Твоим даровал творческую способность и они творят по Твоему слову данными им силами вещи удивительные и полезные. О, в какую велелепоту Ты облекся! Как мы унизили себя, свою природу грехами; но как мы дороги, высоки в очах Божиих!

Бог не пощадил для нас Сына Своего, но облек Его в плоть нашу, во всю природу нашу – для нашего спасения; уготовал нам от сложения мира вечное царство, о нашем обращении радуются добрые по существу своему Ангелы; – а мы что же? Мы и знать того не хотим и все больше и больше унижаем, губим свою душу разными пороками и житейскими пристрастиями. Жалко, невыразимо жалко смотреть на человека – эту тварь, по образу Божию созданную, особенно на христианина, удостоенного такого высокого призвания, так много почтенного, облагодетельствованного от Бога» [5, т. 1, 63].

«Наглядное доказательство вездесущия и промышления Божия представляет растительность. Где ее нет на земном шаре? Она покрывает равнины, взбирается на неприступные крутизны каменных гор, пробивается в пустынях, утверждает свои корни в водах и среди вод – на необитаемых островах. И кто же это растит и украшает ее прекрасным разнообразием видов и цветов? – Господь Бог: Бог тако одевает. Но если Бог травку так заботливо одевает, то покинет ли, хотя на минуту, забудет ли Бог человека? Аще сено сельное днесь суще, и утре в пещь вметаемо Бог тако одевает: кольми паче вас, маловери [Мф. 6:30; Ср.: Лк. 12:28]. Если Бог ежеминутно оживляет травку и не оставляет ее своею жизнью, то перестанет ли оживлять меня? – Нет: если Он травку одевает и оживляет, то во мне Он живет постоянно, как в храме, если я добровольно не удаляю Его своими грехами. Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас [1Кор. 3:16]? Кстати заметь о храме: Апостол называет христианина храмом, потому что Дух Божий живет в нем; значит, в христианских храмах постоянно живет Бог. Святость храма. Благоговение к нему. Ощутительное действие пребывающего в храме Бога на сердца людей, обращающихся к Нему на молитве» [5, т. 2, 537].

«Если Бог не оставляет Своим благопромышлением травку, цветок или листочек на дереве, то оставит ли нас? О, убедись всем сердцем каждый человек в том, что верен Господь Сам Себе в Своем промысле о всякой даже малейшей Своей твари. Уразумей, что каждой твари невидимо присущ Творец. По словам Спасителя, Бог одевает цветы полевые, питает птиц небесных [Мф. 6:26, 30]. Чем Бог не веселит нас, Своих тварей? Даже цветочками. Как нежная мать, по присносущной Своей силе и премудрости, Он каждое лето из ничего творит нам эти великолепные растения. Будем ими забавляться, да и благость Творца, Отца нашего Небесного, не забудем прославлять; будем и сами на Его любовь к нам отвечать своими любящими сердцами» [5, т. 1, 32].

«Творчество и Промысл Божий на цветах, на траве, на кустарниках и деревьях, на птицах, животных домашних и зверях, на рыбах, на раковинах и панцирях живых тварей – на всяком творении. Наперед мысль (придумано) – рисунок всех тварей, цвет, форма, запах до бесконечности (разнообразно). Аще сено селное, днесь суще и утре в пещь вметаемо, Бог тако одевает... (Мф. 6, 30)» [4, 17].

«Сколь прекрасны и разнообразны по форме, цвету и запаху бесчисленные цветы и вообще растения в природе и в разных климатах земных! Не насладиться досыта видом и запахом их. Если растения так прекрасны, то как благоухают в раю святые, праведники Божии всяких званий, степеней и достоинств! Если траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь. Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры (Мф. 6:30). Старайся, человек, достигать внутренней красоты веры, добродетели и не обленись. Как благоухают – лучше всяких цветов – мощи святых! Дивен Бог во святых Своих, да и во мне Он дивен, во мне, грешнике кающемся и принимающем от Господа непрестанно милость и суд» [6, 125].

Мф.6:31. «Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться?»

«Как для дитяти все равно, какая бы ни была надета на него одежда, так и христианин – младенец о Христе – должен быть равнодушен к разнообразию, богатству и великолепию земных одежд, считая лучшим и нетленным одеянием своим Христа Бога, ибо пристрастие к дорогим, прекрасным одеждам свойственно людям века сего, или язычникам, как говорит Господь: всех сих, т. е. пищи, одежды изысканной, языцы ищут [Мф. 6:31]: ибо одежда есть идол людей века сего. – О, как мы суетны, мы, которые призваны к общению с Богом, которым обещано наследие нетленных и вечных благ! Как неясны наши понятия о вещах тленных и нетленных благах! Как мы неразумны, придавая цену вещам ничтожным и не ценя благ нетленных – вечной души своей, мира, радости, дерзновения пред Богом, святыни, послушания, терпения, вообще всех свойств истинного христианина. Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся [Гал. 3:27]. – Итак, надо ценить душевные блага, доблести, а вещественные, как тленные, ничтожные – презирать» [5, т. 1, 176].

«Бог меня создал и даровал мне по благости Своей жизнь: Он и подает мне все для поддержания жизни душевной и телесной. Ничего нет и естественнее и вернее такого суждения. Что же мы беспокойно заботимся о том, что ямы, или что пием, или чим одеждемся (Мф. 6:31)? Зачем мы скупимся? Разве не весть (деятельно: не так, как мы знаем и не делаем, или знаем, да не можем помочь) Отец Небесный, яко требуем сих всех (Ср.: Мф. 6:32)? Поддержать нашу жизнь Господь поставляет, если можно так сказать, таким же долгом, как изволил, признал за благо и сотворить нас. Творение и промышление для Него одно великое дело Его благости: мы в своих мыслях разделяем сотворение и промышление, или сохранение созданных тварей в бытии и деятельности их; а у Господа нет такого разделения – сотворить у Него значит и промышлять о сотворенном, ибо все сотворенное без промышления существовать не может» [8, 558].

Мф.6:32. «потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом.»

«Говоря: Отче наш, мы должны верить и помнить, что Отец Небесный никогда не забывает и не забудет нас, ибо какой даже земной добрый отец забывает и не печется о своих детях? Аз не забуду тебе, глаголет Господь [Ис. 49:15]. Весть Отец ваш Небесный, яко требуете сих всех [Мф. 6:32]. Усвой эти слова сердцу своему. Помни, что Отец Небесный постоянно окружает тебя любовью и попечением и не напрасно называется твоим Отцом. Отец – это не имя без значения и силы, а имя в полном значении и силе» [5, т. 1, 148].

«Итак, закончу беседу словами же Спасителя: не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом (Мф. 6:31–32). Слышите: по слову Господнему – все те язычники, а не христиане, которые о том и заботятся, что есть да пить или во что одеваться; а о делах Божиих, и исполнении заповедей Его не помышляют. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам (Мф. 6:33)» [9, 184].

Мф.6:33. «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.»

«Зависть в христианине есть безумие. Во Христе все мы получили бесконечно великие блага, все обожены, все соделались наследниками неизреченных и вечных благ Царствия Небесного; да и в земных благах обещано нам довольство под условием искания правды Божией и Царствия Божия: ищите прежде Царствия Божия и правды Его: и сия вся приложится вам [Мф. 6:33]; нам повелено довольствоваться тем, что имеем, и не быть сребролюбивыми: не сребролюбцы нравом: довольни сущими, и прибавлено: Той бо (Господь) рече: не имам тебе оставити, ниже имам от тебе отступити [Евр. 13:5]. Не безумно ли после этого завидовать в чем-либо ближнему, например его почестям, его богатству, роскошному столу, великолепной одежде, прекрасному жилищу и проч.? Все это не прах ли в сравнении с тем, что нам даровано в образе и подобии Божием, по коему мы созданы, в искуплении нас Сыном Божиим от греха, проклятия и смерти, в даровании нам снова благословения Отца Небесного и соединенных с ним вечных утех в небесах? Итак, да стяжем любовь взаимную, доброжелательство и довольство своим состоянием, дружество, гостеприимство, нищелюбие, страннолюбие и верх добродетелей: смиренномудрие, незлобие, кротость, святыню. Да уважаем друг в друге образ Божий, члены Христа Бога, Тело Его, сыновство Божие, граждан Небесного Царствия, сожителей и сопеснословцев ангельских. Да будем вси едино [Ин. 17:22], как Бог наш, в Троице поклоняемый, есть Един, и сердца наши создал на едине (на единстве), т. е. простыми, едиными» [5, т. 1, 175].

«Понятие о благодати. – Что такое благодать? Благая сила Божия, даруемая человеку верующему и крестившемуся во имя Иисуса Христа или Святую Троицу, очищающая, освящающая, просвещающая, вспомоществующая в делании добра и удалении от зла, утешающая и ободряющая в напастях, скорбях и болезнях, споручительствующая в получении вечных благ, уготованных Богом на небесах избранным Его. Горд ли кто был, самолюбив, зол, завистлив, но стал кроток и смирен, самоотвержен ради славы Божией и блага ближнего, ко всякому доброжелателен, снисходителен, уступчив без потворства, – он стал таким силою благодати. Неверующим ли кто был, но сделался верующим и усердным исполнителем предписаний веры, он стал таким силою благодати. Сребролюбив ли кто был, корыстен и неправосуден, жестокосерд к бедным, но, переменившись в глубине души, сделался нестяжателен, правдив, щедр, сострадателен, – он обязан этим силе благодати Христовой. Был ли кто чревоугодником, многоядцею и многопийцею, но сделался воздержником, постником, не по болезни или по сознанию вреда для тела невоздержания, но из сознания цели нравственной, высшей, – он стал таким по силе благодати. Был ли кто ненавистником и злопамятным, мстительным, но сделался вдруг человеколюбивым, любящим и самих врагов, недоброжелателей и ругателей своих, не помнящим никаких обид, – он стал таким по возрождающей, претворяющей и обновляющей силе благодати. Холоден ли кто был к Богу, к храму, к Богослужению, к молитве, вообще к таинствам веры, очищающим, укрепляющим наши души и тела, и вдруг, переменившись в душе, стал горяч к Богу, к Богослужению, к молитве, благоговеен к таинствам, – он стал таким по действию спасающей благодати Божией. Отсюда видно, что многие живут вне благодати, не сознавая ее важности и необходимости для себя и не ища ее, по слову Господа: ищите прежде Царствия Божия и правды Его [Мф. 6:33]. Многие живут во всяком изобилии и довольстве, наслаждаются цветущим здоровьем, с удовольствием едят, пьют, гуляют, забавляются, сочиняют, работают по разным частям или отраслям человеческой деятельности, но благодати Божией в сердцах своих не имеют, этого бесценного сокровища христианского, без которого христианин не может быть истинным христианином и наследником Царствия Небесного» [5, т. 2, 448].

«Наша жизнь есть любовь, – да, любовь. А где любовь, там и Бог, а где Бог, там все добро. Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам [Мф. 6:33]. Итак, с радостью всех питай и услаждай, с радостью всем угождай и надейся во всем на Отца Небесного, Отца щедрот и Бога всякого утешения. Приноси в жертву любви к ближнему то, что дорого тебе. Приноси своего Исаака, свое сердце многострастное, в жертву Богу, закаляй его своим произволением, распинай плоть со страстями и похотями. Все получил от Бога, будь готов отдать все Богу, чтобы, быв верен в малом Господу своему, ты был поставлен потом над многим. О мале Ми был ecu верен, над многими тя поставлю [Мф. 25:23]. Считай за мечту все страсти, как и дознал это тысячекратно. Аминь» [5, т. 2, 324].

«Ищите, во-первых, Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам [Мф. 6:33]. Как искать, во-первых, Царствия Божия? Следующим образом: положим, ты хочешь идти или ехать, плыть куда-либо по какой-либо житейской, временной нужде, – помолись прежде Господу, чтобы Он исправил пути сердца твоего, а потом и предстоящий телесный путь, или чтобы направил путь жизни твоей по заповедям Своим, и желай того всем сердцем, и чаще возобновляй свою молитву об этом. Господь, видя искреннее твое желание и старание ходить по заповедям Его, – исправит мало- помалу все пути твои. Далее, напр., если хочешь сделать в комнате чистый воздух или идешь прогуливаться на свежем воздухе, вспомни о чистом и нечистом сердце. Многие из нас охотники до освежения комнатного воздуха (и это прекрасно) или до прогулки на свежем воздухе и не подумают о необходимости чистоты воздуха или сердца (духовного, так сказать, воздуха, дыхания жизни) и, живя в свежем воздухе, позволяют себе нечистые помыслы, нечистые движения сердца или даже сквернословие и самое сквернодейство плотское. Если ищешь света вещественного, вспомни о свете духовном, который необходим для души и без которого она остается во мраке страстей, во мраке духовной смерти. Аз свет в мире приидох, говорит Господь, да всяк веруяй в Мя во тме не пребудет [Ин. 12:46]. Если видишь свирепство и слышишь завывание бури или читаешь о кораблекрушениях, вспомни о буре страстей человеческих, поднимающих ежедневный вой и смятение в сердцах человеческих и подвергающих крушению духовный корабль души, или корабль общества человеческого, и моли усердно Господа, да укротит Он бурю грехов, как некогда укротил словом бурю на море, и да искоренит из сердец наших страсти наши и восстановит тишину всегдашнюю. Если ощущаешь чувство голода или жажды и хочешь есть или пить, вспомни о гладе или жажде души (она жаждет правды, оправдания во Иисусе Христе, освящения), которых если не удовлетворишь, душа твоя может умереть с голода, подавленная страстями, обессиленная, измученная, и удовлетворяя телесный голод, не забывай утолять, тем паче и прежде, духовный глад беседою с Богом, чистосердечным покаянием в грехах, чтением евангельской истории и евангельских нравоучений, особенно же причащением Божественных Таин Тела и Крови Христовой. Если любишь щеголять платьем или когда надеваешь одежду, вспоминай о нетленной одежде правды, в которую должна быть облечена душа наша, или о Христе Иисусе, Который есть духовное одеяние наше, как сказано: елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся [Гал. 3:27]. Страсть к щегольству весьма часто совершенно вытесняет из сердца самую мысль о нетленном одеянии души и всю жизнь обращает в суетную заботу об изяществе в одежде. Если ты ученик, студент какого-либо учебного заведения, или чиновник какого-либо ведомства, офицер какой-либо из военных частей, или технолог, живописец, скульптор, фабрикант, мастеровой какого-либо цеха, – помни, что первая наука каждого из вас – быть истинным христианином, искренне веровать в Бога триипостасного, беседовать с Богом каждый день в молитве, участвовать в Богослужении, соблюдать уставы и постановления Церкви и до дела, и за делом, и после дела носить в сердце имя Иисусово, ибо Он есть свет, сила, святыня наша, помощь наша» [5, т. 2, 312].

«Везде и во всем Господь, и все Господь носит и хранит и потому называется Вседержитель. Я должен быть беспечален. Из ничтожества все мы воззваны к бытию Божиим всемогуществом и, как ничтожные сами по себе, ничего не можем своею силою, без Бога, сделать или поддерживать себя в жизни, потому Бог все для нас: и жизнь, и сила наша, и свет наш, и воздух наш, и пища и питье духовные, и одеяние, и все. Он же и для вещественного тела нашего все создал и подает: и свет, и воздух, и теплоту, и пищу, и питье, и одежду, и жилище. Блаженны нищие духом, сознающие всегда свое ничтожество – и вседетельство и вседержительство Божие; блаженны беспечальные в житии сем; блаженны простосердечные; блаженны во всем предающие себя Богу. Сами себе и друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим. Будь только всегда с Богом, и все тебе подастся, приложится: ищите прежде Царствия Божия (в себе и в других), и сия вся приложатся вам [Мф. 6:33]. Пусть только Бог будет в ваших сердцах, будьте с Ним неразлучно всегда соединены, и все житейское вам приложится. Только не прилагайте сердца ни к чему житейскому: ибо часть ваша – Бог, Бог сердца вашего. Бог есть богатство неистощимое, источник приснотекущий; где Бог – там всякое благо. За боголюбивым, как тень за телом, все блага следуют» [5, т. 2, 456].

«Столько заботится Отец Небесный обо мне, о моей жизни, о моем спасении, что Сына Своего единородного не пожалел для меня и послал Его в мир на страдания и смерть, и питает меня Его Плотью и Кровью; может ли же быть, чтобы Он не позаботился обо мне в менее важном или лишил меня с моими присными достаточного пропитания? – Этого доселе не было, да и не будет. Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам [Мф. 6:33]... Вам же и власы главнии вси изочтены суть. Не убойтеся убо [Мф. 10:30, 31]» [5, т. 2, 555].

«Царство небесное, то есть святость, чистота, правота, воздержание, молитва, целомудрие, любовь к Богу и ближнему – нудится (Мф. 11:12), иначе говоря, достигается с благодатной помощью Божией ценой неустанного собственного усердия. Плоть противится духу, то есть всякой добродетели, чтобы мы не то делали, что хотим, ради Бога и спасения души и ради блага ближних. Требуется сопротивление человека всякому злу, всякой страсти, всякой похоти. И обучение, усвоение всякой добродетели. Жизнь настоящая есть школа духовная, борьба, подвиг, сражение с грехом или с духами злобы поднебесной, борющими нас на зло. Нужно всякому учиться побеждать в себе грех, с помощью Божиею, ибо без Бога ни до порога, и от Бога даны все силы к жизни и благочестию; надо только не лениться использовать их. Хотите научиться восхищать силою царство небесное? Поучитесь у святых, как они подвизались, как они употребляли над собою всякое усилие; какое у них было самоотвержение; какое беспристрастие к богатству, к мирской чести и славе, к плотским удовольствиям; какое имели воздержание; какое усердие к Богу; какую молитву всегдашнюю; какой труд, какие добродетели! И как верно они дошли до царствия Божия! Никто из них не посрамился, все получили нетленную жизнь и вечную славу, вечное блаженство, и находятся вне всякого страха потерять приобретенное царствие небесное. Подражайте и вы им, каждый по силе своей, читайте, слушайте Слово Божие, внимайте, разумейте, стремитесь неустанно к цели вашей жизни – и получите вечное блаженство. Ведь вы трудились так или иначе для земного благоденствия; трудитесь же особенно для получения вечной жизни: Ищите же прежде царствия Божия, и правды его, и сия вся (земные блага) приложатся вам (Мф. 6:33)» [4, 22].

«В искании и приобретении Царствия Божия (в сердцах наших) и правды Его (Ср.: Мф. 6:33) – покой, жизнь и блаженство наше, а не в алчбе, искании и приобретении благ земных. – А Господь царствует в наших сердцах чрез веру и любовь нашу взаимную. Несть Царство Божие брашно и питие, но правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14:17)» [8, 137].

«Когда сердце твое при виде многих гостей, ищущих твоей трапезы, возымеет лукавое жаление снедей и лукавое попечение о пище и питии, говоря внутренно: что ямы, или что пиемы (Мф. 6:31) впредь, – тогда противопоставь ты ему только одно слово Спасителя: не пецытеся (Мф. 6:34) – и жаление исчезнет, и сердце успокоится, предавшись Божию о тебе Промыслу» [8, 570].

«Что после этого для верного христианина земная жизнь? Постоянное приготовление к будущей; непрестанное стремление души к Царствию Божию от здешней суетной жизни, от нападающего на нас непрестанно греха – беспристрастие к временным благам и пользование ими настолько, чтобы они не привязывали к себе нашего сердца и не владели им: все мне позволительно, говорит апостол... но ничто не должно обладать мною (1Кор. 6:12). – Между тем земная жизнь слагается у нас так, что земные попечения и заботы – почти всегда на первом плане, а это не согласно с действительною целью нашей жизни. Ищите прежде Царствия Божия и правды его, и это все, то есть земное, приложится вам (Ср.: Мф. 6:33), дастся как бы в придачу» [9, 118].

«Как свет, воздух, вода не оскудеют для тебя у Творца, так, верь, пища и одежда не оскудеют для тебя у Творца. – Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6:33). Чьи это слова» [10, 432].

Мф.6:34. «Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы.»

«Зачем нам заглядывать в будущее? – «Довлеет дневи злоба его» (Мф. 6:34). Предадимся, как дети, Отцу нашему Небесному, «Он не оставит нас искуситися паче, нежели можем» (1Кор. 10:13). Подозрительностью лишь себя измучишь, да и делу не поможешь, еще повредишь, заранее представив себе зло там, где, может быть, его и не будет. Лишь бы мы не делали зла, а нам пусть делают, если попустит Господь» [7, 29].


Глава 5 Глава 6 Глава 7