Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


схиархимандрит Иоанн (Маслов)

Глинский патерик

Том 2 Том 3

ТОМ III

АРХИМАНДРИТ НЕКТАРИЙ, НАСТОЯТЕЛЬ ГЛИНСКОЙ ПУСТЫНИ (1912—1922; 1942—1943)

    Архимандрит Нектарий (в миру Николай Нуждин) родился в 1863 г. в городе Рыбинске Ярославской губернии в семье мещан976 . Шестнадцатилетним юношей он поступил в Глинскую пустынь.
   Сначала молодой послушник проходил различные общие послушания, которые назначаются новоначальным: на мойке, в кухне, в хлебопекарне, затем был записчиком в храме977 . Благодаря хорошему голосу и примерной жизни впоследствии его назначили канонархом на клирос и одновременно на послушание в живописной мастерской978 . В 1887 г. Николай был пострижен в рясофор979 . Трудясь неленостно и внимательно, он своей кротостью и благонравием скоро привлек к себе внимание настоятеля и был назначен келейником игумена Исаии (Гомолко), впоследствии схиархимандрита Иоанникия980 — «строгого ревнителя правил церковных и жизни иноческой»981 .
   Под руководством такого опытного наставника Николай прошел строгую школу духовного делания. В 1894 г., после того как он потрудился в обители почти пятнадцать лет, он был пострижен игуменом Исаией в монашество с именем Нектарий982 , в 1898 г. — рукоположен во иеродиакона, а в 1901 г. — во иеромонаха. Затем проходил чредное священнослужение и трудился в живописной мастерской. В мае 1904 г. о. Нектарий был командирован для исполнения священнических обязанностей в 271-й Льговский полк, где в 1906 г. был награжден набедренником. В августе того же года возвратился в обитель983 .
   В декабре 1912 г. о. Нектарий указом Святейшего Синода был утвержден настоятелем Глинской пустыни с возведением в сан игумена984 . Он стал достойным преемником богомудрых Глинских настоятелей. Отец Нектарий продолжил строительство новых зданий в монастыре. При нем в обители было построено четыре братских корпуса, начато строительство прачечной и гостиницы. Монастырское хозяйство, как и прежде, было образцовым. Землевладение пустыни, оставаясь самым большим в епархии, приносило наибольший доход. Но главное, чем, как и в прежние годы, славилась обитель, — это высокодуховная жизнь ее иноков. Строгий Афонский устав соблюдался при игумене Нектарии столь же ревностно, как и при его предшественниках. В духовной жизни пустыни главное место занимало старчество. По свидетельству схиархимандрита Андроника (Лукаша), при игумене Нектарии были великие старцы: иеромонахи Феоктист (Бородин), Софроний (Юденков), Иулиан (Гагарин), монах Герасим (Рунский). Старчествовал и сам отец Нектарий.
   Он управлял обителью в один из самых сложных периодов истории России. Это и первая мировая война, и революция, и гражданская война. В те годы Глинская пустынь принимала самое деятельное участие в помощи бедствующему народу и в этом велика заслуга ее настоятеля.
   При о. Нектарии благотворительная деятельность Глинской пустыни была самой разнообразной. Обитель по-прежнему содержала странноприимницы для приходящих богомольцев и странников. Ежегодно в пустыни бывало не менее 60 тыс. богомольцев. Пустынь помогала вдовам, сиротам и погорельцам дровами, лесом, мукой и прочим.
   Богомольцы пользовались в Глинской пустыни бесплатным лечением, больница и аптека пустыни считались лучшими в епархии. По-видимому, до самого закрытия обители существовал и Дом трудолюбия, где обучалось от 30 до 50 мальчиков (в основном бедных сирот).
   Большую помощь оказывала Глинская пустынь армии и народу во время войны с Германией в 1914—1918 гг. Для окормления воинов о. Нектарий отправлял в действующую армию иеромонахов с ризницами, богослужебными книгами, облачениями и денежными средствами. В 1915—1916 гг. на защиту Отечества из Глинской пустыни было отправлено 75 послушников.
   Под руководством о. Нектария в обители устроили лазарет для увечных и раненых воинов. При пустыни был санаторий для воинов, а также приют для детей погибших.
   В 1915 г. в Глинской пустыни побывало около 60 тыс. беженцев. Они жили в монастырской гостинице и получали бесплатно еду, одежду, обувь, лекарства.
   Глинская братия посылала на фронт воинам продукты, одежду, обувь, белье985.
   В обители до самого закрытия неопустительно совершались все положенные богослужения, не прекращалось «непрерывное чтение Псалтири», совершались постриги в монашество и в великую схиму.
   Отец Нектарий руководил всей многотрудной и многогранной деятельностью Глинской пустыни вплоть до ее закрытия в 1922 г. и проявил себя рассудительным, рачительным и благочестивым настоятелем. В 1914 г. он был награжден наперсным крестом, а в 1918 г. — представлен к награде «по обстоятельствам военного времени»: возведен в сан архимандрита и награжден палицей986 . После закрытия обители ему удалось сохранить незначительную часть имущества монастыря. По Промыслу Божию он не был ни арестован, ни сослан, а жил в Путивле, в затворе, в подвигах строгого поста, богомыслия и молитвы. Тайно принимал духовных детей на исповедь, каждую ночь неопустительно служил литургию. Все находили особое духовное утешение в том, чтобы молиться вместе с ним.
   Проводя жизнь сокровенную, о. Нектарий приобрел особенную духовную мудрость и прозорливость. Так, например, когда в 1941 г. Сумская область была занята немцами и раскулаченные в годы коллективизации люди стали занимать свои прежние дома, о. Нектарий сказал: «Напрасно они это делают, опять их выгонят». — «Да кто же их выгонит?» — спрашивали его. «А кто тогда выгонял, те и теперь выгонят». Позднее слова его исполнились987 . Когда о.`Нектарий еще только собирался открыть Глинскую пустынь, один его духовный сын сказал: «Если откроете обитель, батюшка, то и я туда пойду». Отец Нектарий долго внимательно смотрел на него, а потом ответил: «Да, ты пойдешь, только не сейчас, потом будешь монах».
   Действительно, сначала молодого человека забрали на фронт, а в 1947 г. он вернулся в монастырь и впоследствии стал монахом988 .
   При первой же возможности архимандрит Нектарий приехал в обитель с целью ее восстановления989 и уже тогда предсказывал, что впоследствии Глинская пустынь опять будет закрыта. К этому времени монастырь был разорен, в нем царило полное запустение. Если при закрытии обители в 1922 г. на ее территории, кроме 5 храмов, 4 домовых церквей и колокольни, было более 30 зданий, то к 1942 г. сохранилось лишь 6 полуразрушенных строений: больница с домовой церковью во имя Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, двухэтажный бывший архиерейский корпус и 4 братских корпуса, требовавших капитального ремонта. При архимандрите Нектарии в ведении монастыря находились только 2 здания: больница с храмом и архиерейский корпус990 .
   Имущества никакого в пустыни не было кроме того, что удалось сохранить архимандриту Нектарию991 . Монастырь содержался тогда на добровольные пожертвования прихожан. Братия при поступлении в монастырь также приносили все, что у них было. В монастыре не хватало одежды, обуви (литургии совершали в лаптях). По нескольку дней братия на трапезе вместо хлеба получали лишь вареную свеклу, а то и совсем голодали. Не было муки для просфор, вина для совершения литургии. Но иноки того времени, как истинные подвижники, все безропотно терпели, благодарили Бога и Матерь Божию только за возможность жить в святой обители.
   Так, почти без средств, надеясь только на Бога и на помощь благотворителей, от Него посылаемую, принялся архимандрит Нектарий за восстановление пустыни.
   Первой заботой архимандрита Нектария стало восстановление единственного сохранившегося больничного храма, в котором до войны молотили зерно. Стенная роспись в нем осыпалась, живопись была изуродована, иконостасы разграблены, окна выбиты. В бывшем больничном корпусе, кроме храма, были восстановлены братская трапезная, кухня (на нижнем этаже) и келлии монахов. В архиерейском корпусе располагались просфорня и келлии. Работы по возобновлению храма и необходимых монастырских строений проводились исключительно силами братии под руководством 79-летнего отца настоятеля. Не щадя сил и здоровья, первым был он на работах и самым усердным молитвенником в церкви при совершении богослужений. Никогда не оставлял он и келейного правила и издавна принятого им делания умной молитвы.
   Среди трудностей и забот по внешнему восстановлению обители главное внимание уделял архимандрит Нектарий возрождению духовных традиций Глинской пустыни. Будучи сам ревностным хранителем обетов монашества, прежде всего архимандрит Нектарий восстановил истинно подвижнический, составленный по образцу Афонского устав Глинской пустыни. Внимательно следя за духовной жизнью монахов, настоятель не допускал никаких отклонений от него. При о. Нектарии соблюдались все особенности чина богослужения, установленного в обители еще в начале XIX в. игуменом Филаретом (Данилевским). Для поддержания и развития духа древнего подвижничества архимандрит Нектарий старался распространить в обители знание святоотеческого наследия. С этой целью в монастыре была устроена библиотека из сохраненных им духовных книг.
   Но главная заслуга архимандрита Нектария состояла в том, что он восстановил старчество, процветавшее ранее в обители.
   Из учения святых отцов и опыта всей своей жизни архимандрит Нектарий знал, что только полное отсечение своей воли, всецелое послушание старцу рождают истинную борьбу со страстями душевными и телесными, исполнение Евангельских заповедей, самоуглубление, внимание к себе, смирение и неосуждение других, а как результат всего этого — бесстрастие и чистоту чувств и мыслей. Привычка отказываться от своего мнения и следовать слову старца порождала силу воли для точного исполнения монашеских обетов. Поэтому с первых дней возобновления Глинской обители иноки должны были открывать духовнику всякую свою мысль и без его совета и благословения настоятеля ничего не делать.
   Заботами настоятеля о внутреннем и внешнем устроении обители быстро умножалось число братии. В 1943 г. в пустыни было уже не менее 25 человек.
   Восстановив обитель, собрав братию и учредив старчество, о. Нектарий почувствовал свой близкий исход. Передав управление монастырем иеросхимонаху Серафиму (Амелину), он всецело посвятил себя приготовлению к переходу в вечную жизнь. Тихо угасал много потрудившийся старец, но не переставал поучать братию, особенно заповедуя полное послушание настоятелю и ежедневное откровение помыслов старцу. Точная дата кончины архимандрита Нектария неизвестна992 , но в списке монахов Глинской пустыни на 6 апреля 1944 г. он уже не значится993 . Старец был похоронен у южной стены Крестовоздвиженской церкви994 .

Литература

    Церковные ведомости. 1912. № 50. С. 465.
   Курский адрес-календарь. Курск, 1915. С. 339.
   Там же, 1916. С. 249.
   Курские епархиальные ведомости. 1913. № 22—23. С. 327; 1914. № 17. С. 258; 1916. № 13—14. С. 151.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля, монашествующих и послушников Глинской Богородицкой общежительной пустыни за 1885 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 89.
   Сводный послужной список настоятеля, монахов и послушников Глинской Богородицкой и Путивльской Молченской Софрониевой пустыней за 1892 г. // Там же, д. 109, л. 52.
   Послужные списки монашествующих Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1899 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 32.
   По ходатайству Курского преосвященного об увольнении схиархимандрита Иоанникия от должности настоятеля Глинской Рождество-Богородицкой пустыни // ЦГИА, ф. 796, оп. 194, д. 1164, л. 7 об.
   О замещении должности настоятеля Глинской Рождество-Богородицкой пустыни Курской епархии // Там же, д. 1399, л. 1—2.
   Сведения о монастырях по епархиям за 1913 г. // Там же, ф. 797, оп. 83, отд. II, ст. 3, д. 315.
   Сведения о монастырях по епархиям за 1915 г. // Там же, оп. 85, отд. II, ст. 3, д. 389, л. 85.
   О перемещении архимандрита Адриана из Таврической епархии в Глинскую пустынь // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 191.
   Дело о назначении архимандрита Глинской пустыни Адриана в действующую армию // Там же, д. 192.
   Ведомости о настоятелях и настоятельницах монастырей. 1916 г. // ЦГИА, ф. 796, оп. 202, отд.1, ст. 5, д. 5/ 1889.
   О рукоположении во иеродиаконы монахов Глинской пустыни // ГАКО, ф. 20, оп. 3, д. 256.
   Рапорт игумена Нектария о пострижении в схиму иеромонаха Глинской пустыни Климента и монаха Аркадия // Там же, оп. 2, д. 601.
   Список церковнослужителей, представленных к наградам за 1917—1918 гг. // Там же, оп. 3, д. 499.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 2.
   Послужные и формулярные списки монахов Курской епархии за 1919—1920 гг. // ГАКО, ф. 750, оп. 2л, д. 6, л. 40—44.
   Рапорт архимандрита Нектария об умерших в Глинской пустыни. 1921 г. // Там же, д. 34.
   Рапорт настоятеля Глинской пустыни о переводе временных послушников в число постоянных. 1919 г. // Там же, оп. 1, д. 143. Дело о посвящении послушников Глинской пустыни в монашеский сан // Там же, д. 144.
   Дело о проведении обряда посвящения в монашеский сан послушников Глинской пустыни // Там же, д. 266.
   Дело по рассмотрению прошения настоятеля Глинской пустыни о посвящении иеромонаха Анатолия и иеродиакона Гавриила в схимнический сан // Там же, д. 267.
   Рапорт настоятеля Глинской пустыни о совершении иеромонахами религиозных обрядов в приходах // Там же, д. 283.
   Дело о пострижении в схиму иеромонаха Глинской пустыни Акакия и диакона Петра Дюмина // Там же, оп. 2л, д. 615.
   Протоколы сельских сходов (Шалыгинский волисполком). 1919 г. // ГАСО, ф. Р3041, оп. 1, д. 3.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 105.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // Там же, д. 6. Документы необработанных (в необработанных архивах документы не систематизированы по фондам, описям и делам — А.И.) архивов: АСЕУ, АУПЦ.
   Документы личного архива автора.

СХИАРХИМАНДРИТ СЕРАФИМ, НАСТОЯТЕЛЬ (1943—1958)

.(Память 5 октября ст. ст. / 18 октября нов. ст.)

    Великий старец схиархимандрит Серафим был истинным последователем богомудрых настоятелей Глинской пустыни. Именно ему во многом обязана обитель своим духовным расцветом и внешним благоустройством. При нем прославилась Глинская пустынь святыми старцами — духовными руководителями иноков и мирян к вечному спасению.
   Отец Серафим (в миру Симеон Дмитриевич Амелин) родился 21 июля 1874 г. в деревне Соломино Фатежского уезда Курской губернии995 . Родители его, простые крестьяне, воспитывали детей в страхе Божием и послушании старшим. У Симеона был брат Тихон, впоследствии также послушник Глинской пустыни996 . Семья жила строго и благочестиво. Родной дядя Симеона (о. Нил) подвизался в Глинской пустыни.
   После смерти матери отец Симеона стал настаивать, чтобы тот женился, но душа благочестивого юноши стремилась к духовному подвигу. В 1893 г. он ушел из дома и поступил в Глинскую пустынь997 . Отец его вначале был этим недоволен, но, приехав в обитель, смягчился и сказал ему: «Раз ушел в монахи, так уж и живи, не уходи отсюда»998 .
   В монастыре Симеон трудился сначала на общих послушаниях, ежедневно ходил на откровение помыслов к старцам, обучался подвигам поста и молитвы, читал творения святых отцов. Уже в эти годы его отличала особая тихость нрава и кроткая сдержанность в обращении. Глубоко почитая настоятеля обители схиархимандрита Иоанникия (Гомолко), Симеон очень внимательно относился ко всем его наставлениям. Поучения настоятеля о том, что без хранения ума все духовные подвиги ни во что не вменяются, побудили молодого подвижника постоянно наблюдать за собой, обдумывать каждое слово и дело, контролировать свои помыслы и чувства. Все греховные движения души открывал он старцу. Откровенность, простота и искренность были качествами, которые Симеон воспитал в себе еще в родительском доме. Такая бдительность постепенно позволила ему стяжать трезвение, которое «есть необходимая принадлежность истинного духовного делания»999 . Конечно, не обходилось без скорбей и искушений, но он все переносил со смирением, старался подавлять нетерпение и раздражительность, обретая внутренний мир и успокоение в самоиспытании и самоукорении.
   Все более и более убеждался Симеон в спасительности монашества, возлюбил его всем сердцем и стремился к нему. Великой радостью для него было пострижение в 1899 г. в рясофор, а 28 ноября 1904 г. в мантию с именем Серафим1000 . С этого времени он особенно ревностно подвизался о своем спасении, следил, чтобы ум не развлекался, но был погружен в молитву или благочестивые размышления. С детства он не любил много говорить, но теперь молчание стало для него путем к постоянному богомыслию, средством к тому, чтобы ум был устремлен к небесному, а язык ни в чем не согрешал. Путем такого делания стяжал о. Серафим сокрушение сердца и истинное покаяние.
   Трудясь на послушании в живописной мастерской, куда он был определен в 1899 г.1001 , о. Серафим стремился не только изображать видимыми красками духовный мир, но запечатлеть образ Христа у себя в сердце. Занятия иконописью подготовили и утончили его ум и чувства к восприятию всего духовного. В короткий срок он овладел искусством живописи и был поставлен начальником живописной мастерской.
   Много потрудился подвижник для приобретения смирения: старался не сравнивать себя с другими, а всегда считать хуже всех, «вменять себя ни во что». В этом многотрудном для души делании ему помогали советы старца, имя которого осталось для нас неизвестным из-за смирения о. Серафима, не рассказывавшего ничего о себе. Его духовное преуспеяние выразилось в том, что он приобрел спокойствие души, духовное просвещение ума и сердца, ясное познание пути добродетелей. Совесть его, очищенная трезвением, давала теперь истинную оценку всему, что встречалось в жизни, внушала то, что действительно спасительно для души. И это не укрылось от его собратьев.
   Внимательные иноки стали замечать, что там, где появлялся о. Серафим, водворялся мир. Недоразумения как-то незаметно и скоро разрешались, ссорящиеся легко и просто примирялись, всякое недоброжелательство исчезало. Многие удивлялись тому, что молодой еще о. Серафим, казалось бы ничем не выделявшийся, не имевший каких-то особых подвигов, даже ничего не говоривший, приносил с собой душам окружающих тот мир Христов, которого так ищут подвижники. Невольно многие старались быть ближе к о. Серафиму, но он, любя всех равно, как братьев во Христе, удалялся от бесед, от особенных привязанностей, всегда искал уединения и молитвы, не отказывая, однако, в совете и духовной поддержке тем, кто этого просил.
   В 1913 г. о. Серафим был рукоположен во иеродиакона, а в 1917 г. — во иеромонаха1002 , в этом же году его назначили исполнять должность ризничего1003 в обители. Настоятель архимандрит Нектарий, видя его духовную зрелость, возложил на о. Серафима в ноябре 1919 г. ответственную и особенно тяжелую в те тревожные годы должность казначея обители1004 , в которой он подвизался до закрытия монастыря, будучи во всех делах «правой рукой» настоятеля. За усердное исполнение своего послушания в 1920 г. он был награжден наперсным крестом1005 . После закрытия Глинской пустыни о. Серафим жил в селе Ковенки Шалыгинского района Курской (после 1938 г. Сумской) области, занимался столярно-слесарными работами1006 .
   Еще во время революции он тайно принял схиму с тем же именем Серафим. Став схимником, о. Серафим как бы совсем ушел от внешнего мира в свой внутренний, сердечный, обретая там Бога. Поразительно было его дарование жить в миру внутренне по-отшельнически.
   С 1941 г. о. Серафим стал служить в Ильинской церкви села Ковенки1007 , открытой после прихода немцев. Многие богомольцы обращались к нему за советом и получали духовную поддержку. Он вернулся в Глинскую пустынь в 1942 г.1008 и много потрудился в деле восстановления обители и возрождения ее духовных традиций. Святой своей жизнью, кротостью и любовью он всех привлекал к себе. Многие избирали его своим старцем и ходили к нему на откровение помыслов. Братия обители так любили и уважали его, что единогласно избрали своим настоятелем.
   Иеросхимонах Серафим был утвержден в должности настоятеля Глинской пустыни и возведен в сан игумена епископом Белгородским Панкратием (Гладковым) 29 мая 1943 г.1009 .
   В этой должности о. Серафим усилил свои подвиги, предался великому воздержанию и слезно молился о возрождении духовной жизни обители во всей ее былой славе. Он принял настоятельство в возрасте 69 лет и был уже преисполнен благодатных дарований. Всю свою подвижническую жизнь о. Серафим любил молчание, так как занимался Иисусовой молитвой, а она несовместима с многословием. Путем этого внутреннего делания он достиг духовного безмолвия и ангельского бесстрастия. До самоотвержения преданный заботам о благе обители, о спасении вверенных его руководству душ, он оставался спокойным и самособранным, несмотря на многотрудные и разнообразные обязанности настоятеля монастыря. Никогда не было в нем суетливости или раздражения. Благоразумный и рассудительный, он и среди многих попечений умел жить, как затворник, пребывая в умно-сердечной молитве. Эта его непрестанная, вдохновенная молитва незримо ограждала братию от всех козней вражеских.
   Путем непрерывной внутренней борьбы, самоуничижения, скорбей и всякого рода испытаний о. Серафим получил и великое дарование — любовь к Богу и ближним, горящую в его душе, подобно сильнейшему огненному пламени. С братиями обращался он, как с родными детьми. Из любви к ним только и вступал в беседу, и то очень редко, при этом говорил лишь о работе над умом и сердцем. Он учил братий быть внимательными, жить в благочестии, волю свою не творить, а иметь полное послушание. Наставлял всегда коротко, четко, ясно. Слово его содержало высокое назидание и отличалось особенной меткостью, так как ум о. Серафима, просветленный благодатью, ясно постигал истины Божии. Он всей душой любил эти истины и когда говорил о них, то слово его шло от сердца к сердцу и было всегда действенно и плодоносно.
   Старец во всей полноте имел дар прозрения в тайники человеческих душ. Приходившие к отцу настоятелю ясно видели, что все их мысли и чувства открыты ему и без слов ощущали тесный духовный контакт со старцем. В обращении с о. Серафимом приоткрывалась тайна молчания. Когда старец в последние годы болел и ему трудно было говорить, то ради его святых молитв многие, лишь побыв в его келлии и даже не сказав ни слова, получали благодатные дарования, уходили утешенные, исцеленные душой. Просившиеся к нему во время болезни уверяли келейника, что не будут беспокоить отца настоятеля своими вопросами. Они стремились хоть недолго побыть возле благодатного старца. (Во время болезни старец у врачей не лечился. Врачи, приезжавшие из Москвы, сами у него лечились с большой духовной пользой.)
   Рядом с ним отлетало все ненужное, суетное, наносное. Человек становился самим собой и получал редкую возможность видеть себя как бы со стороны, таким, каков он есть. Каждый сам ощущал свои грехи и невольно приходил к искреннему раскаянию. Тогда старец с кротостью говорил два-три слова на пользу душе, и эти слова, как драгоценное сокровище, человек хранил незабвенно всю свою жизнь, благодаря за них Бога.
   Пребывая в своей келлии в молитве, о. Серафим знал все, что происходит в монастыре. Его опытному взору были открыты все духовные нужды братии. Например, однажды он вызвал к себе в келлию молодого ревностного монаха, который так сильно постился, что даже заболел. Был Петров пост, а отец настоятель налил ему полный стакан кефира и велел пить. Из послушания монах выпил, хотя никогда в жизни не нарушал поста. Тогда о.`Серафим сказал ему: «Вот так, и не перегибай палку!» Мудро удерживал он молодых подвижников от непомерных подвигов.
   Смирение было господствующим качеством его души. Оно проявлялось во всем: и во внешнем виде, и в поступках. Даже схиму старец носил тайно: не только в документах, которые он подписывал по делам обители, но и в своем послужном списке никогда не указывал, что он схимник. Смирением он всех покорял, даже тех, кто был недоволен. Замечания делал с кротостью, но в случае необходимости своим словом мог смирить людей, много о себе думающих, этим он оказывал ближнему духовное милосердие. В келлии его на письменном столе всегда лежала записка с изречением одного из Киево-Печерских подвижников:
   «Аще ты постник еси и без сна пребываеши, но обои укоризны не перенес, то не узришь спасения»1010 .
   «Укоризну пейте как воду»1011 .
   Но особой отличительной чертой духовности о. Серафима было его миротворчество. Этот дар начал проявляться еще в молодые годы отца настоятеля, но теперь он раскрылся во всей полноте. Внутренний мир, мир Христов, который царил в его смиренномудрой душе, нес о.`Серафим всем окружающим и объединял миром и любовью самых разных людей. Мир — это духовное сокровище, которое Христос принес на землю, примирив Своей крестной жертвой человека с Богом. Посланный с неба мир является благодатной силой, которая приводит к гармонии человеческие души. Именно этот дар через о. Серафима распространял свое спасительное действие на всю братию и богомольцев. Недаром во время настоятельства о. Серафима жизнь обители была наполнена миром духовным и тишиной. Это отмечали не только братия, но и многочисленные паломники, посещавшие Глинскую пустынь.
   Примером всей своей жизни о. Серафим учил, что мир Христов находится очень близко, его можно обрести через веру, добродетельную жизнь и Православную Церковь. Когда на богослужении, выходя из Царских врат, о. Серафим произносил краткие, но благодатные слова «Мир всем», то, проникая в души молящихся, эти слова способствовали не только их духовному возрождению, но изливались на всех их близких и родных. Людям открывалось, что Православная Церковь не только хранит божественное наследие мира Христова, но и непрестанно раздает его всем в нее входящим.
   Отец Серафим поистине был миротворец, молитвы которого низводили в сердца братии небесную благодать, укреплявшую их в духовной жизни.
   По болезни в последние годы жизни он редко возглавлял богослужения, но если служил, то всегда со слезами, особенно во время Божественной литургии, когда углублялся в размышления о любви Божией к роду человеческому. Богослужение, совершаемое им, имело особую благодатную силу: своей благоговейностью, красотой, духовностью и величием потрясало человеческую душу, влекло ее к небу.
   По молитвам о. Серафима и у всех иереев обители было духовное, благоговейное, святое отношение к священнодействиям. Когда они сослужили отцу настоятелю, то опытно познавали, что всякое священнодействие есть великая духовная реальность, воплощение Духа истины. Открывалось это и благоговейно молящимся в храме, поэтому дней, когда служил отец настоятель, особенно ждали.
   Мудрым душепопечительством была проникнута вся деятельность о. Серафима. Он умело налагал послушания, так как всегда безошибочно видел, к чему более способен человек и какое послушание полезнее для спасения его души. За жизнью в монастыре, за всеми мелочами он следил тщательно. Отец Серафим не любил повелевать и показывать свою власть, но всегда и во всем был сам начальником и руководителем. Ходил он и по келлиям. Увидев однажды, как молодой послушник лег на кровать в валенках, сказал: «Ты зачем на чистую постель в валенцах улегся?» Так он поучал, чтобы во всем совесть монахи блюли, даже и в отношении к вещам.
   Отец Серафим пользовался огромным авторитетом и уважением. Кроме духовного возрождения, обитель обязана ему и внешним благоустройством. Братия считали себя блаженными, что находятся в послушании у такого старца; одно только его присутствие вселяло в них бодрость духа и воодушевляло на подвиг.
   Господь еще при жизни прославил Своего угодника явными чудесами. Например, редкий был день, когда о.  Серафим не обходил всех послушаний. Он шел по монастырю, но не каждому было дано его видеть. Это открывалось только духовным старцам. Старцы низко кланялись, а молодые монахи спрашивали, кому они кланяются. Те с благоговением отвечали: «Отец настоятель прошел!» Сами великие Глинские старцы учились у него, а известный святостью жизни схиархимандрит Андроник (Лукаш) особо благоговел пред ним и был у о. Серафима келейником.
   Глубоко почитали о. Серафима и все правящие архиереи. Так, епископ Белгородский Панкратий (Гладков) в первый же год настоятельства о. Серафима наградил его палицей и крестом с украшениями1012 . Архиепископ Сумской и Ахтырский Корнилий (Попов) в 1946 г. отзывался о нем как о старце «высокой религиозной настроенности, любимом братией и верующими за обходительность и добродетельную жизнь,… достойном преемнике прежних славных в подвижнической жизни настоятелей прославленной Глинской пустыни»1013 . Иларион (Прохоров), епископ Сумской и Ахтырский, в 1948 г. возвел о. Серафима в сан архимандрита и назвал «благоговейным и усердным молитвенником, уважаемым братией за добрую жизнь»1014 .
   Но особенно почитал архимандрита Серафима преосвященный Евстратий (Подольский), управлявший Сумской епархией в 1951—1958 гг. Он писал Святейшему Патриарху Алексию (Алексию I — Примеч. издат.): «Строгий к себе, благочестивый отец настоятель архимандрит Серафим зорко следит за поведением всех послушников и не допускает ни для кого никаких отступлений от правил монашеской жизни»1015 , «архимандрит Серафим — человек прекрасной души»1016 . А для бывшего насельника Глинской пустыни епископа Степанаванского, впоследствии митрополита Тетрицкаройского, Зиновия (Мажуги, в схиме Серафима) архимандрит Серафим был истинным духовным наставником. Преосвященный Зиновий неоднократно посещал Глинскую пустынь и пользовался душеспасительными советами отца настоятеля.
   Время настоятельства о. Серафима условно можно разделить на два периода: 1943—1952 и 1953—1958 гг. Первый период был очень трудным. В эти военные и первые послевоенные годы в обители не хватало самого необходимого, земли почти не было. Скота тоже было мало.
   После освобождения Сумской области от немцев органы Советской власти обязали пустынь платить большие налоги1017 . Иноки Глинской пустыни жили в крайней бедности (в 1946—1947 гг. голодали), но всем, что было в обители, делились с богомольцами, помогали им, как только было возможно, особенно заботясь о сиротах и вдовах.
   Но, несмотря на все трудности, духовная мудрость и молитвы настоятеля быстро умножали братию монастыря.
   В 1944 г. в обители было уже 37 насельников, в 1952 — 601018 .
   О бедности обители в тот период свидетельствует донесение епископа Сумского и Ахтырского Евстратия Святейшему Патриарху Алексию от 3 мая 1952 г., в котором сказано, что здания монастыря «пришли в ветхость, нужны денежные средства для приобретения материалов и оплаты труда по ремонту строений», келлии монахов переполнены, необходимо «приобрести постельное белье, так как постели насельников... и верхнее одеяние монашествующих изношены; для упорядочения монастырских условий, ввиду престарелого возраста и инвалидности монашествующих, нужно пополнить монастырь трудоспособными насельниками»1019 .
   В этих тяжелых материальных условиях главной целью отца настоятеля был подъем духовной жизни братии и богомольцев, их нравственное перерождение, стяжание ими Духа Святого. «Ревностный по проведению в обители строгого Афонского устава»1020 , отец настоятель восстановил строго подвижнический уклад жизни Глинских иноков, весь день которых был заполнен молитвой и трудами послушания.
   Основой духовного воспитания иноков Глинской пустыни, как и в прежние времена, было старчество. Если архимандрит Нектарий (Нуждин) только начал дело его возрождения, то при о. Серафиме (Амелине) старчество процвело в обители и принесло обильные духовные плоды. Ежедневное откровение помыслов, полное отсечение своей воли и безусловное послушание стало нормой жизни для Глинских иноков. Их высокая целенаправленность была результатом старческого окормления.
   В конце 40-х годов в Глинскую пустынь вернулись такие великие старцы и духовные светочи, как схиархимандрит Андроник (Лукаш) и схиархимандрит Серафим (Романцов). Благодаря их молитвам и трудам, духовное окормление иноков и мирян процвело в обители во всей полноте.
   Периоды расцвета и упадка духовной жизни всегда были связаны с возрастанием или уменьшением роли духовного руководства. Возрождение старчества в Глинской пустыни обусловили такой подъем духовной жизни в обители, что слава «о святости жизни насельников Глинской пустыни, строгости ее устава и аскезы»1021 распространилась по всей стране.
   После десятилетнего управления обителью о. Серафимом (Амелиным) наступил второй период его настоятельства (1953—1958) — период расцвета и благоустройства Глинской пустыни.
   В духовной жизни Глинская пустынь занимала самое высокое место. Как и прежде, обитель была центром духовного просвещения, старческого окормления и нравственного возрождения. Не только многие архиереи, но и сам Святейший Патриарх Алексий отзывался о Глинской пустыни как о знаменитом, строгом монастыре, глубоко почитал ее опытных старцев и считал их руководство душеспасительным1022 . Строго подвижническая жизнь Глинских старцев, высокий духовный авторитет ее настоятеля собирали в монастырь ревнителей настоящего иноческого жития.
   Средоточием духовной жизни обители были старцы: архимандрит Серафим (Амелин), схиигумен Андроник (Лукаш) и иеросхимонах Серафим (Романцов). Как писал епископ Сумской и Ахтырский Евстратий, «трудами о. Андроника, о. Серафима — духовника и настоятеля архимандрита Серафима крепла и процветала Глинская пустынь»1023 . Под их руководством возрос целый сонм подвижников, многие из которых впоследствии пронесли старческие традиции Глинской пустыни по всей стране.
   Обитель, мудро управляемая о. Серафимом, стала поистине духовной лечебницей для душ, истерзанных грехом, потерявших или не нашедших смысл жизни, скорбящих и страждущих, ищущих вразумления, утешения, духовной поддержки, а также разрешения своих сомнений и недоумений.
   Число паломников, приезжающих в Глинскую пустынь со всех концов страны, с каждым годом возрастало1024 . Особенно много богомольцев приезжало в этот период из Москвы. Бывали и опытные врачи, знаменитые хирурги, которые лечили братию и даже делали операции. В 1955 г. в Глинской пустыни была оборудована аптека. Богомольцам тоже оказывалась медицинская помощь и выдавались лекарства. В библиотеке монастыря было много духовной литературы. Не только иноки, но и богомольцы могли взять здесь те книги, которые духовник благословил им прочесть.
   В монастырь приходило много писем. Отец настоятель избирал из среды братий духовно опытного инока на должность письмописца. Отец Серафим сам читал подготовленные ответы и, найдя их духовно полезными, подписывал. Нередко, получив письмо из Глинской пустыни, человек изменял всю свою жизнь и устремлялся к духовному совершенствованию, поскольку к наставлениям и советам иноки присоединяли свою горячую молитву о том, кто просил у них помощи.
   Расцвет духовной жизни в обители обусловил и ее материальное благополучие. После тяжелых лет лишений, перенесенных иноками с истинным смирением и терпением, Матерь Божия послала монастырю благотворителей. Со всех концов страны стали поступать в Глинскую пустынь денежные переводы и посылки. Получая в обители все самое драгоценное для души, люди стремились помочь монастырю чем только было возможно. Доходы Глинской пустыни быстро возрастали — в основном за счет пожертвований богомольцев.
   Увеличение доходов монастыря позволило отцу настоятелю и внешне благоустроить обитель. По молитвам Глинских старцев органы Советской власти хоть и не в полном объеме, но все же разрешили строительство новых зданий. Прежде всего архимандрит Серафим начал строительство общежития для монашествующих, так как помещений в обители крайне не хватало. К 1955 г. была закончена постройка нового жилого дома с подвалом для овощей. В этом здании разместились келлии для монахов, а с западной стороны дома — аптека. В 1955—1958 гг. под руководством о. Серафима в обители были также построены: трапезная с кухней, пекарней и подвалом для хранения продуктов и овощей; кузница, новая каменная прачечная, большой кирпичный сарай со столярной мастерской, сапожная мастерская, гараж, склад для хранения продуктов и одежды с бетонным овощехранилищем под ним. В 1955 г. обитель приобрела грузовую машину и мотоцикл.
   Отец Серафим украсил и храм пустыни. В нем был устроен новый иконостас, поставлены еще два заклиросных иконостаса. Значительно обновлена и пополнена была ризница монастыря.
   В феврале 1957 г. архимандрит Серафим обратился к епископу Евстратию с просьбой освободить его по болезненному состоянию и старости (ему было уже восемьдесят четыре года) от обязанностей настоятеля1025 . Наряду с этими причинами едва ли не основной было стремление старца в конце жизненного пути совершенно предаться богомыслию и безмолвию. Пребывая телом на земле, он давно уже духом был в Горнем Иерусалиме, но заботы о многообразной жизни обители не позволяли ему полностью отрешиться от дел земных, несмотря на затвор, в котором он провел последние годы.
   Братия, хотя и скорбели о решении о. Серафима уйти на покой, но по его благословению выбрали настоятелем архимандрита Тавриона, который находился в обители с 1913 по 1922 г., обучаясь в живописной мастерской под руководством о. Серафима1026, затем о. Таврион посетил Глинскую пустынь лишь в начале 1957 г.
   По распоряжению Святейшего Патриарха Алексия архимандрит Таврион (в миру Тихон Данилович Батозский) был назначен настоятелем Глинской пустыни 14 марта 1957 г.1027 , а 25 апреля принял все дела от архимандрита Серафима1028 . Но в должности настоятеля о. Таврион пробыл менее года, так как не оправдал доверия братии. В Глинской пустыни, обители, истинно православной, он стал вводить западные, католические обычаи церковной жизни.
   Кроме того, всем прихожанам он разрешал причащаться без исповеди ежедневно, а это является нарушением канонических правил.
   Особенно недовольна была братия тем, что о. Таврион ни о чем не советовался с глубоко почитаемым в монастыре, старшим его по возрасту и по духу, бывшим настоятелем архимандритом Серафимом. Это было нарушением монашеских правил. Наконец, о. Таврион ни в чем не считался с мнением старцев Глинской пустыни, а поступал самовластно1029.
   Стремясь защитить православие в обители, насельники монастыря неоднократно обращались к епископу Евстратию и, как в личной беседе, так и письменно, выражали свое недовольство нововведениями настоятеля1030 .
   13 января 1958 г. о. Серафим, по желанию братии, опять был назначен настоятелем Глинской пустыни1031 .
   К этому времени многотрудный старец архимандрит Серафим уже угасал. Пятнадцать лет был он во главе духовного вертограда и не только собрал, но и приумножил братию Глинской пустыни, во всей полноте возродил старчество и древний устав обители, внутренне и внешне украсил монастырь, создал все условия для духовной и материальной помощи богомольцам.
   Безмерная любовь к братии и попечение о благе пустыни заставили его опять взять на себя бремя настоятельства, но лишь на несколько месяцев, поскольку боголюбивая душа его уже была готова к переходу в вечность. Всего два дня поболел о. Серафим перед кончиной. В день памяти великих Московских святителей, в субботу 18 октября 1958 г., он стал как бы отмахиваться руками (как говорили старцы «бесы лезли за братию»), но потом лицо о. Серафима просветлело, сделалось сияющим, и он с великой радостью отошел ко Господу1032 .
   В воскресенье вечером игумен Феоген (Таран) совершил заупокойное всенощное бдение. В понедельник 20 октября на погребение великого старца прибыл епископ Степанаванский Зиновий (Мажуга). В сослужении двадцати священников и четырех диаконов он совершил заупокойную литургию, затем отпевание и произнес прощальное сердечное слово, посвященное высокодуховной жизни отца настоятеля, и так утешил братию, что они со слезами благодарили его. После отпевания гроб с телом схиархимандрита Серафима был обнесен вокруг храма. Погребение совершили при огромном стечении священнослужителей, иноков и богомольцев, глубоко почитавших о. Серафима. У южной стены храма, возле алтаря, гроб был опущен в могилу.
   Братия пребывала в сердечной горести о разлуке со смиренномудрым и любвеобильным отцом, молитвенником, преданным Богу и Церкви, который жил не для себя, а для Бога и для других, и явил пример истинно монашеских подвигов, высоких духовных дарований. Великим утешением для братии было то, что и после смерти глубокочтимый старец не оставил своих чад. Так, он неоднократно в облачении являлся во сне одному ревностному молодому Глинскому монаху, поучал его, как надо жить в монашестве, учил умеренности в подвиге.
   После закрытия обители в 1961 г., при перезахоронении усопших старцев от храма на общее братское кладбище, были обретены нетленные мощи схиархимандрита Серафима. Даже облачение и гроб святого старца не были повреждены тлением1033 . Придут времена, может быть, Господь и прославит Своего угодника.

Литература

    Памяти митрополита Зиновия. ЖМП. 1985. № 6. С. 60.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1899 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 90.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // Там же, д. 2, л. 49.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // Там же, д. 3, л. 20.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174.
   Дело о посвящении монахов Глинской пустыни во иеродиаконы 14—18 июля 1917 г. // Там же, д. 256, л. 1.
   Послужные и формулярные списки монахов Курской епархии за 1919—1920 гг. // Там же, ф. 750, оп. 2л, д. 6, л. 40.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р 2196, оп. 12, д. 6.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, д. 34, л. 10—10 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 9— 11,16.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1956 г. // Там же, д. 43, л. 3—4, 8—9,12.
   Материалы о закрытии монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 105.
   Документы необработанных архивов: АСЕУ, АУПЦ, АШР, АГР.
   Документы личного архива автора.

СХИИГУМЕН АНТОНИЙ (†1946)

    Схиигумен Антоний (в миру Авксентий Ветер) родился в 1870 г.1034 в семье крестьян Городнянского уезда Черниговской губернии. Окончив двухклассное училище1035 в 1893 г., он поступил в Глинскую пустынь1036 . Проходя общие послушания, обычные для всех новоначальных, он обратил на себя внимание настоятеля игумена Исаии (Гомолко) особенно тщательным отношением ко всем послушаниям. Авксентий совершенно не имел своей воли, всегда исполнял в точности то, что ему говорили, причем запоминал указания дословно, чтоб потом не ошибиться и не делать по своему разумению.
   Провидя в нем строгого подвижника, настоятель взял Авксентия в келейники. Под руководством отца Исаии послушник прошел строгую школу иноческого делания и многому научился у своего наставника. Он искренне полюбил своего старца и питал к нему глубокое благоговение. Ему были открыты многие благодатные дарования старца, которые отец настоятель от других тщательно скрывал. Авксентий сподобился быть свидетелем и прозорливости о. Исаии, и благодатных исцелений по его молитвам, и необыкновенной духовной рассудительности старца.
   Но при этом мудрый отец настоятель старался, по выражению святого Иоанна Лествичника, «изыскивать случаи для приобретения подвизающимся в деле спасения братиями венцов терпения». Не раз он грозно ругал и укорял Авксентия (без всякой вины последнего) в присутствии других, чем очищалась душа молодого подвижника. Послушник терпеливо переносил искушения, приобретал смирение, послушание, навык молитвы, нестяжательное™ и других добродетелей. Ежедневное внимательное испытание своей совести и чистосердечное откровение помыслов старцу ограждали его от всяких неожиданностей в жизни духовной, от подвигов «не по разуму». Все это вместе взятое способствовало его быстрому духовному возрастанию.
   Убедившись в его истинно подвижнической жизни, о. Исаия уже на четвертый год по поступлении Авксентия в обитель постриг его в рясофор, а 8 октября 1900 г. — в мантию с именем Аристоклий1037 (тогда как другие ждали пострига более десяти лет). В мае 1902 г. о. Аристоклий был рукоположен во иеродиакона, в июне 1904 г. — во иеромонаха. Через два года он был награжден набедренником1038 . С августа 1907 г. о. Аристоклий исполнял должность ризничего Глинской пустыни, а в феврале 1911 г. указом Курской духовной консистории был утвержден в этой должности1039 . В его послужных списках сказано, что он был «качеств очень хороших»1040 . За благочестивую и строгую жизнь иеромонаха Аристоклия как опытного в духовной брани, часто назначали восприемником новопостриженных монахов. В числе его учеников были известные впоследствии святостью жизни великие Глинские старцы, например схиархимандрит Андроник (Лукаш).
   Хотя о. Аристоклий уже не был келейником у отца настоятеля, но его духовная связь с о. Исаией (в схиме Иоанникием) стала еще тесней. Вопросы, возникавшие теперь у о. Аристоклия, свидетельствовали о его духовно-благодатном возрастании. Они были связаны с его пастырским служением, со стремлением стяжать непрестанную молитву Иисусову, с духовным окормлением, душеводительством новопостриженных.
   Во время гонений, которым по зависти вражеской подвергся схиархимандрит Иоанникий, о. Аристоклий безбоязненно выступил в поддержку своего старца и проявил себя его преданным учеником и верным в духовном делании последователем. Такая самоотверженность еще более способствовала нравственному возрастанию о. Аристоклия. Имея святое послушание, о. Аристоклий стяжал и плоды его, ибо послушание искореняет все страсти1041 . Еще в молодости приобрел он мирное устроение души, поскольку никогда не желал настойчиво, чтобы исполнялась его воля, но, напротив, с совершенной покорностью и в малом, и в великом предавался воле Божией. Даже настоятель о. Иоанникий, всегда остерегавшийся кого-либо хвалить, отступая от этого своего правила, в письме к Глинскому иеромонаху Савватию (Луговому) назвал отца Аристоклия «истинным монахом, которому должно подражать»1042 .
   13 сентября 1913 г. указом Святейшего Синода отец Аристоклий как духовноопытный подвижник был назначен на должность настоятеля Покровского монастыря близ г. Омска1043 . Как ни тяжело было отцу Аристоклию расставаться с любимой Глинской пустынью, где он безвыходно провел более 20 лет, послушание было превыше всего. Он ревностно принялся благоустраивать вверенную ему обитель как внутренне, так и внешне. В отчете о состоянии Омской епархии сказано, что в то время «при своих скудных средствах Покровский монастырь не имел ни приютов, ни школ, ни богаделен. Содержался трудом братии (преимущественно сельскохозяйственным) и помощью благотворителей»1044 . Вся жизнь монахов наставлениями о. Аристоклия, его трудами и молитвами была основана на тех строго подвижнических началах, которые отец Аристоклий усвоил в Глинской пустыни. Он учил братию тому, что жизнь инока должна протекать в молитве церковной и келейной, безусловном послушании и посте, нестяжании и девстве. Сам он во всем подавал пример своей подлинно аскетической жизнью. Однако, будучи строг к самому себе, к братии он относился как того требовало духовное устроение каждого, так что бывал иногда и весьма снисходителен.
   Духовная опытность настоятеля приумножала братию обители. Если в 1914 г. в монастыре было 8 иеромонахов, 1 иеродиакон и 12 послушников1045 , то в 1915 г. — уже 35 насельников, в том числе 12 иеромонахов и 3 иеродиакона1046 . Отец Аристоклий внимательно следил за тем, чтобы богослужения совершались в обители торжественно, благоговейно и в то же время иеромонахи имели бы возможность неспешно исповедовать богомольцев. За усердие и труды на благо обители о. Аристоклий был утвержден в должности настоятеля и возведен в сан игумена 15 апреля 1915 г.1047 . Однако в суровом климате здоровье его, как он сам писал, «совершенно расстроилось»1048 и в мае 1917 г. он подал прошение о переводе его в Глинскую пустынь1049 . Указом Святейшего Синода от 2 августа 1917 г. он был перемещен в родную обитель1050 .
   Здесь, совершая чредное священнослужение, он подвизался до 1922 г., после закрытия монастыря жил в Глуховском районе и совершал требы на дому. В книге учета служителей культа Глуховского окружного административного отдела за 1926—1928 гг. он числится как «бесприходный монах»1051 .
   В эти годы о. Аристоклий был тесно духовно связан с о.`Нектарием (Нуждиным). Вместе с ним ночью совершал литургии, помогал исповедовать и сам у него исповедовался. В 1942 г. он вернулся в обитель, приняв незадолго перед этим постриг в великую схиму с именем Антоний.
   Схиигумен Антоний был муж высокой добродетели. Лицо его казалось суровым, но сердце было преисполнено христианской любовью. Он назидал братию, малодушных утешал, гордых смирял, враждующих примирял своим незлобием. Главнейшим предметом его забот было водворение среди братий духа послушания, миролюбия и благочестия. Он следил, чтобы иноки не имели никаких пристрастий, даже пристрастия к строгим подвигам.
   Мудрость наставлений о. Антония привлекала не только монашествующих, но и мирян, которые из самых отдаленных мест во множестве устремлялись к нему. Старец и мирян учил чистосердечному исповеданию помыслов. Он был одним из насадителей духовного руководства в возрожденной Глинской пустыни.
   Отец Антоний как сам шел, так и духовных детей своих вел безопасным путем, указанным святыми отцами, которые учат, что христианину прежде всего следует заботиться о познании себя и об укрощении своих страстей. Он учил, что страсти нельзя считать легким помышлением, они глубоко входят в душу, оттуда нелегко их изгонять. Если на земле страсть удовлетворяется, то она временно молчит, а по смерти без удовлетворения будет терзать душу. Поэтому так важно познать свои страсти и еще в земной жизни отсекать их, к благим начинаниям не примешивать тщеславия или человекоугодия, а искренне, с нелукавой простотой служить Господу.
   Неоднократно проявлял старец и дар прозорливости, провидя греховные намерения человека и вовремя останавливая его.
   Главными чертами этого духовного пастыря были сострадание греховным немощам людей, скорбь о согрешающих и пламенное желание приблизить их к Богу. Его поистине можно назвать путеводителем и стражем на пути ко спасению. Одного не любил старец, как вождь духовный, — желания поступать по своей воле и соединенного с ним прекословия. Он оставлял таковых ходить по воле сердца своего, да накажет их самое отступление их.
   В 1946 г., испрашивая о. Антонию сан архимандрита, настоятель обители писал: «Схиигумен Антоний — строгий по жизни, скромный и примерный, любимый всеми как наставник и молитвенник»1052 . Но старец не дожил до этой награды, он скончался осенью того же года1053 , к глубокой скорби братии обители и множества богомольцев. Похоронен он был в Глинской пустыни у южной стены Крестовоздвиженского храма.

Литература

    Церковные ведомости. 1913. №38. С. 471; 1915. № 17. С. 145.
   Курские епархиальные ведомости. 1911. № 6. С. 60.
   Курский адрес-календарь. Курск, 1909. С. 281.
   То же. Курск, 1910. С. 324.
   То же. Курск, 1911. С. 330.
   То же. Курск, 1912. С. 319.
   То же. Курск, 1913. С. 315.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1899 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 82.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // Там же, д. 2, л. 11.
   Сводный послужной список настоятеля, монахов и послушников Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 13 об,—14.
   По ходатайству Курского преосвященного об увольнении схиархимандрита Иоанникия от должности настоятеля Глинской Рождество-Богородицкой пустыни // ЦГИА, ф. 796, оп. 194, д. 1164, л. 2—3, 7об.
   Отчет о состоянии Омской епархии за 1914 г. // Там же, оп. 442, д. 2654.
   Отчет о состоянии Омской епархии за 1915 г. Там же, д. 2716.
   По представлению Омского преосвященного с ходатайством об освобождении игумена Аристоклия от должности настоятеля Покровского монастыря // Там же, оп. 204, отд. I, ст. 5, д. 271, л. 1—2.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 5.
   Книга учета служителей культа Глуховского окружного административного отдела // Там же, ф. Р3131, оп. 3, д. 132, л. 6.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // Там же, ф. Р2196, оп. 12, д. 6.
   Документы необработанных архивов: АСЕУ, АУПЦ, АШР.

ИЕРОСХИМОНАХ ИОВ (†1946)

    Иеросхимонах Иов (в миру Иов Никитич Полхов) родился в семье крестьян Курской губернии в 1877 г.1054 , образование получил в сельской начальной школе. В Глинскую пустынь Иов поступил в 1913 г. и проходил послушание при бакалейной лавке1055 . Отличаясь сердечной простотой и искренним смирением, он скоро приобрел любовь всей братии. Под руководством Глинских старцев он противоборствовал страстям и стремился к нравственной чистоте. Архимандрит Нектарий (Нуждин) писал, что Иов «качеств хороших и к послушаниям усерден»1056 . В июне 1918 г. он был пострижен в рясофор1057 , а перед закрытием обители в 1922 г. — в мантию с оставлением имени Иов, затем рукоположен во иеродиакона. В 1926 г. о. Иов принял великую схиму также с оставлением прежнего имени1058 . Во время Великой Отечественной войны о. Иов жил в городе Белополье Глуховского района Сумской области. В 1943 г. он вернулся в Глинскую пустынь, где был рукоположен во иеромонаха, и в 1944 г. назначен благочинным обители. Отличительной чертой о. Иова была постоянная сосредоточенность в себе самом. Он искренне до самой кончины считал себя хуже всех и ниже всех, еще не положившим начала духовной жизни, и всегда просил у Господа даровать ему покаяние. Молитвенная собранность и внимательное самоиспытание настолько очистили его сердце, что он стяжал внутренний плач, сетование о своих грехах, а в храме почти все время проливал теплые слезы умиления.
   Как истинный подвижник, старец всегда чувствовал потребность молитвы. Отец Иов «бегал людей», всей душой стремился к уединению, кроме исповеди ни в какие беседы старался не вступать, но братия и очень многие богомольцы искали у него духовного совета и утешения. Он пользовался большим духовным авторитетом. Сама внешность подвижника влекла к нему людей. В его строгом монашеском облике чувствовалась какая-то необычная простота и святость. В келлии у о. Иова не было ничего лишнего: только несколько икон, четки и самые необходимые книги. Старец имел дар прозрения. Его простые речи были полны духовной силы и священной веры в помощь Божию. Покаяние считал он основой всех видов христианского подвига, и его краткие поучения были горячим призывом к истинному покаянию. В 1945 г. он был награжден набедренником, а в 1946 г. — золотым наперсным крестом1059 . В этом же году после напутствия Святыми Таинами иеросхимонах Иов тихо и мирно почил о Господе.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 65.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // Там же, ф. Р2196, оп. 12, д. 6.
   Документы необработанных архивов: АСЕУ, АУПЦ.

АРХИМАНДРИТ АНТОНИЙ, ДУХОВНИК (†1951)

    Архимандрит Антоний (в миру Андрей Петрович Прохода) родился 1 декабря 1875`г. в селе Суходол Улановской волости Глуховского уезда Черниговской губернии в крестьянской семье, образование получил в сельской школе1060. Рано проявилось в нем звание Божие к иночеству, но, как писал сам подвижник «обстоятельствами принужденный оставаться при родителях»1061 , лишь в 1898`г. он смог поступить в Русский Свято-Пантелеимонов монастырь на Святой Афонской Горе. Здесь обрел он то, к чему стремилась его душа: строгий иноческий устав, продолжительные богослужения и руководство опытных старцев. Все внимание иноков обращалось на внутреннее делание, сокровенную жизнь во Христе.
   С чувством глубокого самоукорения и постоянной памятью смерти, под руководством опытного духовника, занимаясь молитвой Иисусовой, возрастал подвижник в духовной жизни.
   Прожив на Афоне семь лет, Андрей был назначен послушником на книжный склад Афонского подворья в Москве1062 . В мае 1906 г., по прошению, он был переведен в Донской монастырь1063 , где проходил послушание пономаря в соборном храме1064 . 12 декабря 1908`г. Андрей был пострижен в рясофор, а 29 ноября 1909`г. — в мантию с именем Антоний1065 . Настоятель Донского монастыря архимандрит Иаков в докладе в Московскую Синодальную контору писал, что Антоний «ведет себя благонравно и трезво, к начальству относится с должным уважением и послушание, на него возложенное, исполняет с особым усердием и честностью»1066 . В 1910 г. о. Антоний был рукоположен во иеродиакона1067 , а в 1920 — во иеромонаха1068. С этого времени он особенно усилил молитву, которая указывала ему путь духовного восхождения. Отец Антоний постоянно ощущал суетность и кратковременность земной жизни; многими подвигами он стяжал особую духовную цельность, собранность, спасительную устремленность к вечной жизни. В 1923 г. он был награжден Святейшим Патриархом Тихоном наперсным крестом, а в 1928 г. митрополитом Сергием — саном архимандрита. В 1932 г. во время гонений на Церковь Христову, о. Антоний был выслан из Москвы и уехал на родину.
   В 1943 г. он поступил в Глинскую пустынь, где своим подвижничеством и благочестием, духовной мудростью приобрел всеобщую любовь и почитание. В 1946 г., в возрасте более семидесяти лет, архимандрит Антоний был назначен духовником братии. Воспитанный строгими Афонскими старцами, он не только с чувством подлинного смирения познал самого себя, но и провидел душевное состояние тех, кто к нему обращался. На исповедь к нему приходили не только братия монастыря, но и многие миряне.
   Отца Антония отличала исключительная трезвенность душевная, то есть непрестанное бодрствование над самим собой и неусыпная заботливость о своей пастве.
   В своих наставлениях о. Антоний особенно поучал о необходимости молитвы в деле спасения. Он говорил, что при постоянном молитвенном подвиге человек входит в духовное общение с небесным миром, переносится туда своим умом и сердцем, так что небесная отчизна становится для него близкой и родной уже здесь, на земле. Душа искренне молящегося всегда чутко реагирует на малейшее отклонение от норм нравственной жизни, побуждает его зорко следить за чистотой собственной совести перед Богом и всеми людьми. Архимандрит Антоний не только других учил молиться, но и сам неустанно просил Бога о своих духовных чадах, искусно врачевал всякие язвы душевные и успешно руководил вверившиеся ему души к духовному преуспеянию.
   В 1948 г. по старости он был освобожден от должности братского духовника, но продолжал принимать на исповедь богомольцев и тем более не отказывал братии в духовной поддержке.
   В 1951 г. в Великий пост архимандрит Антоний принял постриг в великий ангельский образ с именем Афанасий. На второй день Пасхи, когда он совершал литургию, ему стало плохо. Старца отвели в келлию, где он в тот же день мирно скончался. Похоронен схиархимандрит Афанасий на братском кладбище Глинской пустыни.

Архивные документы

    О пострижении в монашество указного послушника Донского монастыря Андрея Проходы // ЦГАДА, ф. 1183, оп. 1, д. 172.
   О возведении монаха Донского монастыря Антония в сан иеродиакона // Там же, д. 88.
   Послужные списки монашествующих Донского монастыря за 1910 г. // Там же, ф. 1629, оп. 1, д. 56, л. 52.
   Дело с послужными списками монашествующих лиц по ведомству Конторы Святейшего Синода // Там же, ф. 1183, оп. 1, д. 6, л. 125 об,—126 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 6.
   Документы необработанных архивов: АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ НИКОДИМ (†1953)

    Отец Никодим (в миру Иван Митрофанович Калиуш) родился в январе 1873 г. в городе Конотопе Черниговской губернии в семье мещан. Образование он получил в местном городском училище, которое окончил в 1887 г.1069 .
   От юности ум его был обращен к Богу, и в 1892 г. он поступил в Глинскую пустынь1070 , где после общих послушаний был определен на клирос1071 . Внимательно следя за богослужением, он стал знатоком древних церковных песнопений, которые только и допускались в Глинской пустыни и в совершенстве изучил устав.
   Внутренняя жизнь его всецело была сосредоточена в Боге. В Нем заключались все радости и утешения, смысл и цель жизни Ивана. Глубоко восприняв святоотеческое учение о страхе Божием, он постоянно просил Бога ниспослать ему этот дар, ибо только присутствие страха Божия в человеке свидетельствует о его духовности; имеющий в душе страх Божий силою Божией отвращается от всякого зла и направляет свою волю к деланию добра.
   В июле 1900 г. его перевели из любимой им Глинской пустыни в Чуркинскую Николаевскую пустынь Астраханской епархии1072 . Безропотно принял это назначение молодой подвижник. Теперь, когда он лишился окормления опытных Глинских старцев, страх Божий стал главной движущей силой, направляющей всю его жизнь к достижению единственно необходимой для него цели и смысла земного бытия — стяжания благодати Божией и единения с Богом здесь, на земле, и на небе, в Царстве Божием. Страх Божий стал для Ивана «душевным светом», освещающим его жизненный путь, сокровищем его души, великим дарованием Божиим.
   Видя его духовное преуспеяние, настоятель обители в мае 1901 г. постриг подвижника в рясофор, а в январе 1903 г. — в монашество с именем Николай1073 . В том же 1903 г. Георгием (Орловым), епископом Астраханским, Николай был рукоположен во иеродиакона, а в апреле 1906 г. — во иеромонаха1074 . Чистота жизни, строгость в сохранении монашеских обетов стяжали ему уважение всей братии, он поистине служил в Чуркинской обители примером в исполнении всех иноческих добродетелей. Но сердце о. Николая всегда стремилось в Глинскую пустынь, где он полагал начало своих подвигов и надеялся достичь высшего совершенства. 15 декабря 1907`г. по прошению он был возвращен в обитель1075 .
   Стремясь стяжать непрестанную умно-сердечную молитву, о. Николай не ограничивался общими иноческими обетами, но пожелал угождать Богу высшими подвигами благочестия и подал прошение о пострижении его в схиму. Архиепископ Курский и Обоянский Питирим (Окнов), несмотря на молодость о. Николая, дал благословение, и 11 января 1908 г. настоятель обители схиархимандрит Иоанникий (Гомолко)1076 постриг его в схиму с именем Никодим.
   Приняв великий ангельский образ, о. Никодим совершенно оставил внешние попечения и углубился в молитву. Богослужения он совершал с таким благоговением и страхом Божиим, что братия говорила: «Это ангел, а не человек». Сам настоятель схиархимандрит Иоанникий отмечал, что о. Никодим очень усерден к священнодействию1077 . Полученную при хиротонии благодать совершения Таинств и ношения священной одежды он хранил тщательно, помня, что эта благодатная способность относит священство к ряду небесных учреждений. Пастырь совершает Божественную литургию, бескровную жертву, во время которой снисходит та самая божественная благодать, которая сходила и на святых апостолов и которая может не только очистить проказы на теле, но и попалить все прегрешения человека, сделать грешника праведником, вознести человека в обители небесные. Молитвенно, серьезно и сосредоточенно готовился он всякий раз к очередному богослужению. Это пробуждало в нем сокровенные духовные силы, создавало навык «возогревания страха Божия» (1Тим.1:6). Священнодействуя, о. Никодим поистине предстоял пред Богом. Ему открыт был мир духовный, и в храме он воочию ощущал славу и величие Божие. Его благоговейное отношение к богослужению выразилось в прекрасном, детальном знании и тончайшем исполнении устава.
   В мае 1913 г. о. Никодим, как строгий ревнитель жизни иноческой, был переведен в Белгородский Троицкий монастырь для насаждения там духа истинного подвижничества1078 . В апреле 1914 г. архиепископом Курским и Обоянским Стефаном (Архангельским) он был награжден набедренником1079 , через два года (по прошению) был возвращен в любимую им Глинскую пустынь1080 , где до самого закрытия обители «проходил чредное священнослужение»1081 . В 1923 г. Святейший Патриарх Тихон наградил его золотым наперсным крестом1082 .
   После закрытия обители о. Никодим жил в Глухове, где совершал богослужения и требы на дому. В эти годы, по Промыслу Божию, он потерял зрение и вернулся в Глинскую пустынь в 1943 г. совершенно слепым, но, благодаря духовной силе и рассудительности, не скорбел, а без ропота и с покорностью благодарил Творца, считая слепоту средством к своему спасению. Строгий аскет, потрудившийся в монашеских подвигах более сорока лет, он был назначен уставщиком обители и, хотя был слепым, ревностно исполнял возложенное послушание. Вновь поступающей братии он передавал навыки совершения всего церковного чинопоследования. Усердие и благоговение его к богослужению были примером для всех в обители. Страх Божий и живое чувство Божия вездесущия были его отличительными чертами. Сама внешность о. Никодима ясно свидетельствовала о высоком благодатном устроении его души. Лицо его всегда было озарено светлой христианской радостью. Он жил в совершенном внутреннем спокойствии и тишине. Нельзя было не удивляться его постоянной духовной бодрости и даже веселости.
   Всю свою жизнь старец усердно подвизался стяжать умно-сердечную молитву, и к этому времени она уже непрестанно действовала в его сердце. Господь удостоил о. Никодима и дара прозорливости. Он чувствовал присутствие человека, всегда первый отдавал почтение низшим поклоном. Послушников, которые жили с ним в одной келлии, поучал не принимать никого в келлии и без благословения ни от кого ничего не брать. За нарушение его слов всегда обличал, хотя и не мог этого видеть. Не принимая на себя ответственность духовного руководителя, он умел оказать другим духовную помощь молитвой, дружеским советом или просто намеком.
   Опытно познав, как страх Божий очищает сердце от страстей, старец и молодых братий призывал стяжать эту чистительную добродетель. Он говорил, что страх Божий есть начало духовной мудрости, источник и основание спасения человека. Монах в течение всей своей жизни должен неотступно пребывать в страхе Божием. Только тогда душа сможет служить Богу с благоговением, ощущать в себе присутствие освящающего ее Духа Святого, так как страх Божий утверждает человека во всех христианских добродетелях, просвещает разум, ведет к благочестию, праведности, святости.
   В 1953 г. о. Никодим мирно почил о Господе, до последней минуты сохраняя ясное сознание. Старческое лицо его после смерти было так благообразно, чисто и светло, что братия Глинской пустыни почитала о. Никодима святым.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1899 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 97.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // Там же, д. 2, л. 19.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 18.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 8.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12. д. 6.
   Документы необработанных архивов: АСЕУ, АУПЦ.
   Документы личного архива автора.

ИЕРОСХИМОНАХ ГАВРИИЛ (†1956)

(Память 18 сентября ст. ст. / 1 октября нов. ст.)

    Святостью жизни был известен великий Глинский старец иеросхимонах Гавриил (в монашестве Гордий, в миру Григорий Андреевич Тюшин)1083. Родился он 30 сентября 1873 г. в деревне Ново-Николаевка Путивльского уезда Курской губернии в крестьянской семье1084 .
   Рано проявилось его стремление к жизни уединенной и созерцательной. Еще в детстве умел он дома, в большой крестьянской семье сохранять внутреннее безмолвие. Его глубокая религиозная настроенность выразилась в твердом решении посвятить свою жизнь служению Богу в иноческом чине.
   В 1913 г. Григорий поступил в Глинскую пустынь. По его словам, жизнь в обители напоминала тогда древние времена монашества. Здесь он получил первые уроки иноческого делания: терпения, строгости к себе и безусловного послушания. Именно эти черты, которые он сам называл азбукой монашеской жизни, отличали его впоследствии. С первых дней поступления в обитель Григорий был особенно ревностен к иноческим подвигам и внимателен к своим помыслам. Его благочестивая настроенность со временем переросла в состояние строгого духовного подвижничества: он искренне отвращался от всякого греха, неправедного слова и дела, вел постоянную борьбу с самыми тонкими движениями самолюбия и самоугодия.
   В 1919 г. он был пострижен в монашество с именем Гордий1085 . В монашеском чине о. Гордий еще усерднее старался служить Господу, все усилия направлял к тому, чтобы с помощью Божией стяжать в своем сердце огнь божественной благодати, попаляющей всю греховную скверну. Во время богослужения он следил за собой, чтобы никогда не отвлекаться. Когда молился, старался мыслить только о Боге и о том, что устами произносил перед Ним. После закрытия Глинской пустыни о. Гордий жил на родине, но в 1942 г. одним из первых пришел помогать о. Нектарию в деле восстановления обители1086 . Исполняя должность эконома, он был очень осмотрителен в ведении хозяйства, как обязанный дать Богу отчет за монастырское имущество. Бережному отношению ко всему в монастыре учил он и молодых послушников.
   В первые годы, когда у монахов не было обуви, он сам плел всем лапти, кроме того, из воска делал свечи для богослужений. Днем без отдыха трудился, а ночи проводил в молитве. Среди самых разнообразных трудов послушания он жил в обители, как в глубокой пустыне, стяжав полную сосредоточенность духа и непрестанно занимаясь Иисусовой молитвой. Еще в молодости получил он от Глинских старцев наставление: «Будь глухой, немой и слепой в духовном виде, и спасешься» и всегда старался его исполнять. Иногда он настолько углублялся в молитву и богомыслие, что не замечал ни времени, ни окружающих.
   Своим преуспеянием в стяжании умно-сердечной молитвы и внутреннего безмолвия во многом он был обязан о. Серафиму (Амелину), келейником которого был в течение нескольких лет после открытия обители. Не только наставления, но и сам пример святой жизни о. Серафима, которую близко видел келейник, да и одно лишь пребывание в его намоленной, полной сердечных воздыханий келлии приводили душу в то «тихое безмолвное устроение, в котором почивает Бог»1087 .
   В мае 1946 г. о. Гордий был рукоположен во иеродиакона и в том же году — во иеромонаха1088. Отец Гордий был предельно исполнителен и тщателен в обычных монастырских послушаниях, но, зная, что священство есть великая сила освящения («водоем благодати», по выражению св. Иоанна Кронштадтского), к иерейскому служению он приступал с особой ревностью и страхом Божиим. Пламенное состояние его души передавалось окружающим. Велика была сила совершаемых им благоговейных священнодействий. Даже когда он читал полунощницу в храме, братия говорили, что их души охватывало неизъяснимое чувство умиления, и они возгорались ревностью к духовному деланию.
   В 1951 г. о. Гордий был пострижен в святую схиму с именем Гавриил. Приняв схиму, он жил, как затворник; в келлии пребывал в непрестанной молитве, богомыслии, чтении Священного Писания, кроме храма, никуда не ходил. Храня глубокое смирение и детскую чистоту целомудрия, подвижник всемерно скрывал свой внутренний мир от других. Но лицо его всегда так было озарено отсветом молитвенного пламени, что братия не дерзали даже свободно смотреть на него. Делатель умной молитвы Иисусовой, он достиг в ней высокого преуспеяния.
   Старец стремился ни с кем не беседовать, но если просили у него назидания, он всегда готов был поделиться богатством своего чистого, любвеобильного сердца и духовной опытности.
   Обращавшихся к нему о. Гавриил учил Иисусовой молитве и учеников своих верно вел по пути этого спасительного иноческого делания. Поучения его были четкими и ясными, сразу западали в душу. Он говорил: «Как шурупчик, поставь его в дерево, крути-крути, он и ввернется; так и молитва — повторяй со смирением и страхом Божиим, она и будет прививаться. Бог будет помогать!» За этими бесхитростными, простыми словами стоит опыт многолетнего подвига и самоотверженного, напряженного труда.
   Священноинокам, которых отправляли из Глинской пустыни служить на приход, о. Гавриил говорил, что только молитва делает пастыря способным к истинному общению с Богом, оживотворяет его душу и дает все новые и новые благодатные силы для нравственного преуспеяния. Всякий истинный пастырь, возносящийся в молитве душой в мир небесный, постоянно сознает себя окруженным обществом святых и бывает менее одинок в своем уединении.
   Старец стяжал и великое дерзновение к Богу, и духовное просвещение ума, и дар прозрения. Благодать Божия преисполняла его сердце, все его существо, а от него изобильно изливалась на других и так умягчала души, что следовавшие его советам забывали всякое земное помышление. Все Глинские подвижники, сами славившиеся высокими добродетелями, глубоко почитали святого старца и были привязаны к нему искренним духом любви по Богу.
   Ущедренный от Бога многоразличными дарованиями, созрел подвижник «в мужа совершенна» (Еф.4:13) и на восемьдесят четвертом году жизни, 1 октября 1956 г., Бог призвал его в вечность. Лицо старца, и при жизни благообразное, после кончины так видимо сияло благодатью Божией, что даже знавшая его святую жизнь братия обители не могла не удивляться.
   Во время его кончины в монастыре было много бесноватых, и ни один из них не смог оставаться в храме при отпевании иеросхимонаха Гавриила. Все они убежали за монастырь, в лес, и кричали там разными голосами: «О, Гавриил! Как ты далеко ушел от нас!»
   Братия Глинской пустыни почитала иеросхимонаха Гавриила великим угодником Божиим и по кончине его обращалась к нему, прося его святых молитв и помощи на пути ко спасению.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12. д. 6.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИГУМЕН СЕРАФИМ (†1956)

(Память 6 октября ст. ст. / 19 октября нов. ст.)

    Игумен Серафим (в миру Стефан Евтихиевич Кондратенко) родился 24 декабря 1872 г. в селе Верхняя Сыроватка Краснопольского уезда Сумской губернии в крестьянской семье1089 . В 1891 г. он поступил в Глинскую пустынь, где проходил общие послушания до 1894 г., затем был переведен в Куражский Преображенский монастырь Харьковской губернии. Здесь в 1903 г. он был пострижен в монашество, в 1905 г. рукоположен во иеродиакона и затем во иеромонаха. В 1912 г. о. Серафим был перемещен в Курский Знаменский монастырь, а в 1914 г. его назначили в действующую армию священником при 442-м Кашинском полку. За добросовестное исполнение священнических обязанностей в 1916 г. он был награжден наперсным крестом. В 1917 г. о. Серафим вернулся из армии и подвизался в Софрониевой пустыни Курской губернии до самого ее закрытия. С 1921 по 1929 г. он был священником в Пантелеимоновской церкви города Сумы, затем с 1929 по 1943 г. служил в разных храмах Сумской и Курской епархий, был псаломщиком при Николаевской церкви в Алупке, работал сторожем в разных организациях Сум. С 1943 по 1949 г. о. Серафим служил священником в селе Новая Слобода Сумской области.
   Исполняя повеление Господа Своим преемникам: «Шедше научите все народы...» (Мф.28:19), то есть дайте духовным интересам человека преобладающее значение, он раскрывал перед людьми: кто они, зачем призваны в мир и каков смысл человеческого бытия. Отец Серафим воздействовал на паству истиной слова Божия и искренней молитвой. Он всегда помнил, что пастырское служение есть продолжение служения Самого Спасителя; что служитель алтаря, принимая от Пастыреначальника в Таинстве Священства священный сан, никогда не должен забывать Господа, давшего этот сан. Никогда и нигде его жизнь не должна стать, хотя бы в малейшей мере, поруганием святейшего Имени Иисусова! Она не только не может быть зазорной, но должна быть святой, чистой, ибо от пастыря Господь не порядочности только требует, а святости и совершенства. И о.`Серафим всемерно старался устроять свою жизнь так, как устрояли ее его великие предшественники: по заповеди любви к Богу, к людям, к Церкви, ко всякому Божию созданию.
   Помощь о. Серафима пасомым выражалась в примере его собственной жизни и в разъяснении самого духа учения Христа, при принятии которого всякое иго Христово будет благо, и бремя легко. В своих проповедях о. Серафим говорил, что Христос пришел к нам на землю с целью привести людей в Церковь Свою на земле, а через нее и в Царство Небесное. В Своей Личности, в Своей жизни и деятельности Христос воплотил тот высочайший идеал чистоты и святости, стремиться к которому есть главнейшая и единственная цель жизни каждого христианина. Выступая со Своей проповедью, Иисус Христос требовал от людей пламенной веры, жертвенной любви, полного переворота во всем строе внутренней личной жизни. Все личное в жизни человека должно перестраиваться на общественное, греховное — на чистое, святое; земное — на небесное, старое — на новое.
   С особым благоговением совершал о. Серафим богослужения. Он всегда сознавал, что деятельность пастыря в качестве совершителя богослужения является наиболее специальной, таинственной и ответственной частью его служения. Поучать и руководить другими может и мирянин, но священнодействовать может только пастырь, который получил для этого благодать при хиротонии. Совершение общественного богослужения — служебный долг пастыря, дающий ему возможность вводить своих пасомых в атмосферу религиозной жизни, низводить на них благодать Божию, как бы реально соединять их с небом.
   В священнодействии пастырь предстоит перед Богом. Он призван постоянно предстоять, ходить перед Богом и жить в Боге. Наиболее полное выражение это предстояние находит в молитве пастыря за богослужением. Отец Серафим говорил, что молиться «о всех и за вся» пастырь может силой укрепляющего его Иисуса Христа (Флп.4:13). И лишь при условии этой молитвы за всех возможна духовная связь его со всеми молящимися и объединение всего храма в единое духовное тело. Отец Серафим как истинный пастырь стремился постоянно подражать Христу в молитве за пасомых, в нелицемерной любви к пастве, в научении истинам веры своих пасомых. Это подражание следует понимать как внутреннее приобщение к жизни Пастыреначальника для благодатного питания, духовного возрастания и возрождения. «Аз есмъ Лоза, вы же рождие и иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит и плод мног, яко без Мене не можете творити ничесоже» (Ин.15:5).
   В 1946 г. Святейшим Патриархом Алексием о. Серафим был награжден саном игумена, в 1949 г. ушел за штат и в 1951 г. поступил в Глинскую пустынь1090 , где пользовался уважением братии как опытный в духовной жизни, «тихий, кроткий и уступчивый»1091 старец.
   У него всегда было много исповедующихся. За долгие годы монашеской жизни и пастырского служения он изучил малейшие движения души, познал все оттенки борьбы, которую враг ведет с человеком, и приобрел духовную рассудительность, руководствуясь которой никогда не поступал опрометчиво. Он не спешил с наставлениями, которые время и терпение могут сделать более плодотворными, а выбирал для них благоприятные минуты, сам подготавливал эти минуты, но никогда не предварял их. Слово свое он направлял по обстоятельствам, приспосабливая к различным характерам, соизмеряя с последствиями, которых желал. Такая рассудительность увеличивала силу его пастырской деятельности.
   До последних дней своей жизни о. Серафим трудился в святой обители. Скончался он 19 октября 1956 г.1092.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2. Документы АУПЦ, АСЕУ, личного архива автора.

ИНОК САМУИЛ (†1957)

(Память 28 мая ст. ст. / 10 июня нов. ст.)

    Рясофорный монах Глинской пустыни Самуил Иванович Конобаев родился 20 августа 1884 г. в семье мещан города Глухова1093 . Окончив три класса начальной школы, с 16 лет он начал работать в Глуховской типографии сначала переплетчиком, затем наборщиком. В те годы Самуил часто ездил в Глинскую пустынь на поклонение Чудотворной иконе Рождества Пресвятой Богородицы. Под руководством мудрых Глинских старцев он знакомился с наукой о духовном делании. Самуил часто стал уединяться для молитвы и просил Господа управить его жизненный путь. Пламенная молитва укрепляла в душе молодого человека чувство глубокой любви к Богу. Реальное ощущение близости Бога все более овладевало его сердцем.
   Видя стремление Самуила к строгой духовной жизни, в 1909 г. старцы благословили его поступить в Глинскую пустынь1094 .
   Почти сразу он был определен на послушание при живописной мастерской, одновременно как хорошему мастеру ему давали послушание и при переплетной1095 . Но главный его труд был внутренний — над очищением сердца от страстей. Это были годы духовного возрастания, постижения основ монашеского делания.
   Старцы учили его, что путь к вечной жизни состоит в чистоте как телесной, так и душевной. И самым важным условием этой чистоты должно быть господство духа над плотью, который бы стоял на страже сердца, подобно воину на своем посту, и все возникающие в душе скверные пожелания уничтожал бы призыванием всесильной помощи Божией. Чтобы достигнуть свободы от страстей, каждому христианину необходимо воздержание, борьба с телом, так как всякий излишек моментально отражается на внутреннем состоянии духовного человека, стремящегося всегда быть молитвенным, легким, удобоподвижным к добру, свободным от темных двоящихся и давящих мыслей.
   Исполняя наставления старцев, Самуил до конца своих дней непрестанно боролся с самим собой, со своей греховностью и невидимым бесплотным врагом, пользующимся малейшей оплошностью или невнимательностью человека, тем более инока.
   «Без труда и самопринуждения, — писал святитель Феофан (Говоров), — ни в чем не успеем...»1096 . «Есть ревность — все дела идут стройно, всякий труд не в труд: не станет ее — не станет ни сил, ни труда, ни порядка; все приходит в расстройство»1097 . Выработав в себе столь необходимую в деле христианского спасения ревность к богоугодной жизни, Самуил стал строгим подвижником, аскетом, ибо, по мысли св. Феофана, «истинная ревность безжалостна к себе»1098 .
   В сентябре 1915 г. Самуил был пострижен в рясофор. В 1918 г. он проходил послушание при Могилевском Братском монастыре, затем был возвращен в Глинскую пустынь1099 .
   После закрытия обители он жил в Глухове, работал сторожем. В начале 1943 г. зернулся в Глинскую пустынь. В период восстановления обители он проходил самые разные послушания, а с 1952 г. — послушание переплетчика1100 . Самуил отличался как очень строгой жизнью, так и необыкновенным простосердечием и смиренномудрием. Побранят его старцы, которые, проверяя терпение монахов, часто их укоряли, а он улыбается и кротостью своей обезоруживает всех. Никогда не вступал в споры. Непрерывная умно-сердечная молитва и ревностное исполнение заповедей Божиих переродили его душу и уподобили ее незлобивым и смиренным младенцам, младенцам о Христе. Он ежедневно посещал храм и во время богослужений, когда по уставу можно было сидеть, подобно младенцу, садился на пол, поджав под себя ноги. Считая себя недостойным, Самуил не принял даже пострига в мантию. Но братия искренне уважала и любила его за чудную простоту и девственную чистоту, которую он сохранил с детских лет. Целомудрие есть здравость ума, непотемненного страстями, всеми вообще, но в особенности страстью плотской, которая сильнее всех помрачает ум, больше всех увлекая сердце. Самуил, всем сердцем преданный Богу, считал, что на нас лежит непременная обязанность очистить самую душу от скверных помыслов, мечтаний и ощущений. И его жизнь была подтверждением того, что целомудрие означает чистоту сердца от нечистых помыслов, пожеланий и привязанностей. Спокойствие, Евангельское младенчество и христианская радость никогда не оставляли старца. Чувствуя приближение смерти, подвижник стал еще более внимательно относиться к самому себе, готовясь к гой минуте, когда должен будет предстать перед Судией и Господом. В конце своей жизни он предался совершенному безмолвию и самоуглублению. Блаженная кончина его последовала 10 июня 1957 г.1101 .

Архивные документы

    Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 107 об.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 62.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 100 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ ИОАНН (†1957)

(Память 29 сентября ст. ст. / 11 октября нов. ст.)

    Иеросхимонах Иоанн (в миру Захарий Максимович Примаков, в монашестве Зосима) принадлежал к тем редким людям, которые с детства и до конца дней хранят незлобивую простоту, искренность нрава и бесхитростность. Родился он 5 сентября 1878 г. в селе Форостовичи Черниговской губернии в простой крестьянской семье1102 .
   В 1910 г., стремясь к богоугодной жизни, он поступил в Рыхловский Николаевский монастырь, где уже через два года был пострижен в монашество с именем Зосима, в 1915 г. рукоположен во иеродиакона, а в 1918 г. — во иеромонаха. После закрытия обители с 1923 г. он служил на приходах Курской епархии. В 1937 г. о. Зосиму арестовали и, как священнослужителя, осудили на пять лет тюремного заключения. После окончания срока он жил в деревне Починка Черниговской области, работал в колхозе сторожем и пас телят. С 1944 г. о. Зосима служил священником в Черниговской области, а в 1947 г. был принят в Глинскую пустынь. Для него было большой радостью после стольких лет жизни вне ограды монастыря опять поступить в обитель, тем более, что строгий устав Глинской пустыни как нельзя более соответствовал самоуглубленному настрою его души. В обители он смиренно проходил послушание коровника на скотном дворе, получая от этого послушания большую пользу, поскольку вдали от общих монастырских послушаний в молчании занимался Иисусовой молитвой.
   В 1949 г. он был награжден набедренником, а в январе 1953 г. назначен священником в деревню Новая Слобода Путивльского района. Это был пастырь духовный. Спасение душ пасомых, укрепление их в вере, споспешествование их нравственному совершенствованию согласно требованиям Евангельского закона и́ приготовление их к будущей блаженной жизни в единении с Богом — вот цель, к которой была направлена его пастырская деятельность. Как строгий подвижник, духовно он был выше своей паствы и все силы своей души устремлял на то, чтобы и пасомых возводить к небу. При этом он употреблял только духовное влияние на паству, которого достиг посредством молитвы и внутреннего подвига. Имея перед своим духовным взором высочайший образец Христа Спасителя, о. Зосима, будучи истинным пастырем, стремился подражать Его жизни и исполнять те Божественные законы, которые Он и предписывал как необходимые нормы для достижения жизни вечной. О. Зосима учил людей словом, делом и даже своим молчанием. Его искренняя забота о прихожанах, молитвенное предстательство о них перед Господом, сама чистота его боголюбивой души привлекали к нему сердца людей. В 1954 г. Святейший Патриарх Алексий наградил его наперсным крестом.
   В сентябре 1954 г. о. Зосима был возвращен в Глинскую пустынь, однако через полгода был назначен на другой приход, в село Гремячик Ямпольского района. Вот как пишет об этом периоде его пастырства благочинный Глуховского района: «Иеромонах Зосима — монах по призванию, но не замкнутый, а общительный. В обращении с людьми ласковый и простой... Влияние его на верующих очень благотворно. За богослужением он говорит проповеди краткие, но внушительные. Пользуется любовью и уважением не только прихожан, но к верующих из дальних мест, посещающих его ради духовного назидания и совета1103.
   В своих проповедях о. Зосима часто напоминал учение святых отцов о том, что Святое Евангелие есть основа духовной жизни христианина. Им необходимо проверять правильность своей духовной жизни, своего шествия по лестнице духовного совершенства. Деятельное изучение Евангелия откроет человеку постепенно его греховность и то, каким должен быть обновленный человек. Воспринимая из Евангелия образ мыслей и действий, каждый христианин перерождается из человека плотского в духовного, «созданного по Богу» (Еф.4:24), ибо святое Евангелие — учение любви, правды и свободы.
   Отец Зосима воспитал в себе глубокое- и живое чувство божественной правды и основывающейся на ней высшей человеческой справедливости. Путем целожизненного подвига в нравственном совершенствовании он освободил свою душу от всех несовместимых с этим чувством взглядов.
   Когда старец стал чувствовать, что силы его угасают, он неоднократно обращался к епархиальному начальству с прошением о возвращении его в обитель. Наконец, в декабре 1956 г. он переехал в Глинскую пустынь, где вел высокодуховный образ жизни и постоянно готовился к смерти. Много лет в келлии его для напоминания о смерти был только гроб, в котором он и спал. В келлии о. Зосима жил один. По ночам он занимался Иисусовой молитвой, не вмешивался ни в какие монастырские дела, но обращался со всеми с искренней любовью, особенно поддерживал молодых иноков, старался привить им любовь к молитве.
   Он говорил, что молитва — это путь к Богу. Молитва носит в себе духовную силу, которая разрушает все когни врага. Особенно она необходима пастырям. Обращаясь умом и сердцем к Богу, истинный пастырь всегда питает в себе дух молитвы: каждое благоговейное слово обращения к Богу есть молитва или прошение, или благодарение, или славословие. Имея всегда в мыслях Бога, он не может не молиться.
   По великой ревности к богоугодной жизни, о. Зосима особенно жаждал схимы и долго просил ее, но сподобился принять ее лишь во время предсмертной болезни. Схиигумен Андроник (Лукаш) постриг его в схиму келейно накануне празднования преставления святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова и нарек ему имя Иоанн. Уведомление об этом было послано епархиальному архиерею уже после пострига. Через два дня после принятия схимы, II октября 1957 г. старец почил о Господе1104 .

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп.
   12, д. 37, л. 2, 3 об.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ ИЛАРИОН (†1957)

(Память 1 декабря ст. ст. / 14 декабря нов. ст.)

    Иеросхимонах Иларион (в монашестве Игнатий, в миру Ипатий Филиппович Щастный) родился 25 марта 1867 г. в селе Полошки Глуховского уезда Черниговской губернии в семье украинского казака1105 .
   В 1888 г. Ипатий поступил в Глинскую пустынь, где возрастал в духовной жизни под руководством строгих старцев обители. В 1893 г. он был переведен в Троице-Сергиеву Лавру, а в 1897 г. — в Высоцкий Серпуховской монастырь1106 . Здесь в 1907 г. он был пострижен в монашество с именем Игнатий и рукоположен во иеродиакона1107 . После закрытия Высоцкого монастыря в 1923 г. иеродиакон Игнатий перешел в Батуринский монастырь Черниговской губернии, а в 1928 г. вернулся на родину, жил у родных и «работал по найму»1108 . В 1943 г. о. Игнатий вернулся в Глинскую пустынь. В 1944 г. епископом Сумским и Ахтырским Корнилием он был рукоположен во иеромонаха1109 и стал совершать чредное богослужение в обители. Поскольку это было его основное послушание, то служил он часто. Обуви тогда в монастыре не было, служить ему приходилось в лаптях, и зимой о. Игнатий сильно простудил ноги. Но он безропотно продолжал нести возложенное послушание, несмотря на болезнь. Самоотверженно преодолевая свои немощи, подвижник возрастал в терпении и полной преданности воле Божией. Христианское терпение давало ему силу сохранить внутренний мир в самых тяжелых обстоятельствах жизни. Он не скорбел в болезнях, но считал их необходимым средством воспитания души. Отец Игнатий сознавал, что скорби и искушения определяют внутреннее достоинство благочестивой настроенности христианина и меру его духовного совершенства. Добрые дела, сделанные в часы благополучия и безмятежной жизни, равно как и хорошее расположение и благие чувства, не составляют еще истинной добродетели. Истинная добродетель обнаруживается в чистом и свободном возвышении духа над плотью, в твердой решимости воли, направленной к одному доброму и святому, и, наконец, в постоянном согласии мыслей и действий с законами нравственными, законами Божественными. Но такой чистоты, такого достоинства и постоянства добродетели невозможно достигнуть без борьбы с искушениями, то есть добрые дела и добрая расположенность только тогда могут стать неотъемлемой стороной души христианина, когда они пройдут через горнило испытаний. Добрые дела только тогда богоугодны и становятся неотъемлемой принадлежностью души, когда они совершаются в трудные минуты испытаний.
   Если болезнь особенно усиливалась, о. Игнатий понуждал себя вспоминать праведников, много претерпевших; понуждал себя думать, что он терпит мало, ничтожно по сравнению с другими и по сравнению со своими грехами. Так он удерживал душу от расслабления, от падения в ропот и отчаяние и направлял ее на истинный путь добродетелей.
   Отеи Игнатий находил утешение, подкрепление и умиротворение духа в молитвенном обращении к Богу. Господь так утешительно воздействует на дух молящегося, что последний часто вместо скорби испытывает чувство благодарности, преданности Ему и радости.
   В 1951 г. он принял постриг в великий ангельский образ с именем Иларион1110 . После принятия схимы он проводил жизнь, чуждую всякой рассеянности, в непрестанной молитве и богомыслии.
   В 1955 г. по старости и немощи о. Иларион был освобожден от послушаний. Он так был болен, что и лежать было ему тяжело, но ежедневно о. Илларион понуждал себя, с трудом переступая, ходить в храм ко всем богослужениям и выстаивал все службы с начала до конца, несмотря на то, что ноги его были покрыты ранами и язвами. Автор этих строк, исполняя в течение нескольких лет послушание заведующего аптекой, врачевал и перевязывал его раны и видел, как из них даже черви выпрыгивали, но старец, крепкий терпением, так весь был устремлен в мир духовный, что не обращал на это внимания, болезнь телесная не ощущалась им. Терпеливое, смиренное, спокойное перенесение испытаний приводит к тому, что они в кратчайшее время теряют свою остроту и перестают беспокоить душу, в то время как ропот не только отодвигает время успокоения, но и вызывает еще большее возмущение в душе, и через то испытания еще более увеличиваются. До конца дней иеросхимонах Иларион за все благодарил Бога и безропотно нес свой крест. 14 декабря 1957`г. на девяносто первом году жизни1111 с молитвой на устах он предал дух свой Богу.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 6.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, д. 34.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

СХИМОНАХ СИМОН (†1958)

(Память 26 декабря ст. ст. / 8 января нов. ст.)

    Схимонах Симон (в миру Сергей Григорьевич Хондошко) родился 2 сентября 1877 г. в селе Ляличи Суражского уезда Черниговской губернии1112 . В 1899 г. он поступил в Ново-Афонский Симоно-Кананитский монастырь. В этой обители, основанной на Кавказе монахами Русского Свято-Пантелеимонова монастыря Святой Афонской Горы, в то время подвизались и мудрые в духовной жизни Афонские старцы — последователи учения старца Паисия (Величковского), советами которых руководствовался молодой подвижник. Особенно он почитал настоятелей обители старца архимандрита Иерона, управлявшего монастырем до 1912 г. и его преемника — игумена Илариона. В 1913 г. Сергий был пострижен в монашество с именем Симон. Стремясь обновить и очистить свои помышления, он постоянно во всем осуждал самого себя. Память смертная и страх будущего суда, как огонь, поядали нечистоту его сердца и подготавливали к принятию благодатных даров.
   В 1925 г. обитель была закрыта, но к этому времени, проведя более четверти века в монастыре, о. Симон был уже опытным подвижником, имевшим духовную целеустремленность и собранность.
   Покаяние стало его постоянной душевной настроенностью, так что все скорби он воспринимал как средство для очищения сердца от всего греховного. Такое расположение души помогло ему не только мужественно перенести все уготованные испытания, но и получить от них духовную пользу.
   После закрытия монастыря о. Симон вместе с другими ново-афонскими иноками перешел в пустынь в горах недалеко от села Цебельда Сухумского района, где подвизался пять лет1113 и был пострижен в схиму с именем Симон.
   В 1930 г. пустынь была разорена, а сами пустынники арестованы. Отца Симона осудили на «принудительные работы в лагерь на Урале»1114 . В 1935 г. он вернулся из заключения и поселился в селе Енисели1115 . Почти двадцать лет провел о. Симон в этом грузинском селе. Душа его, очищенная искренним покаянием и скорбями, все более и более просвещалась благодатью Божией. С плачем о грехах вымолил он у Господа дар истинного ведения: он ясно видел, что есть добро и что есть зло, как надо поступать в том или ином случае. Ему было дано провидеть последствия человеческих действий и поступков.
   Отец Симон хотел окончить жизнь в монастыре. Летом 1954 г. он поехал в Глинскую пустынь, где с любовью был принят о. Серафимом (Амелиным) в число братства1116 .
   Здесь он пользовался уважением старцев, духовно прозревших высоту его монашеского подвига и богомольцев, посещавших обитель.
   В Глинской пустыни дар духовного рассуждения о. Симона — плод понесенных им искушений и духовной борьбы — раскрылся во всей полноте в служении ближним. У тех, кто следовал его советам, жизнь устраивалась, а сами они достигали духовного совершенства. Случаев его благодатной прозорливости было множество. Говорили, например, в обители богомольцы о своем горе: «Кто бы нам посоветовал, растолковал, как быть?» А о. Симон сразу подходил и спрашивал: «Вы меня звали?» Они в недоумении отвечали: «Нет, батюшка, никто не звал». А он опять спрашивал: «Вы меня звали?» И тут же давал ответы на мучившие их вопросы и советовал, как поступить. Только потом они вспоминали, что перед этим говорили: «Кто бы нам растолковал?» Впоследствии богомольцы, уже по опыту зная силу его наставлений и молитв, сами подходили к нему за советом, так что он все время был окружен людьми. Отец Симон много предсказывал, и предсказания его всегда сбывались.
   Иногда молодые иноки спрашивали его, как может человек прозревать помыслы ближних, предсказывать будущее. Он отвечал, что, как стекло по мере очищения становится прозрачным и более способным пропускать через себя поток света, так и душа, обратившаяся от грехов к Богу, чем более очищается от грехов, тем более просвещается благодатью, и тогда как бы завеса некая спадает с ее душевного ока, и она получает способность ясно видеть то, что прежде от нее было скрыто и чего не видит занятый суетой земной жизни мир.
   На основании святых отцов и подвижников, а также и своего личного опыта, он говорил, что смирение — основное религиозное чувство, без которого нельзя познать истины, ибо смирение — это способность видеть истину. Смирение открывает нам глаза, и мы можем видеть даже и малые наши прегрешения. Путь к достижению смирения — почаще открывать свои немощи на исповеди, а также приучать себя к самоукорению.
   Когда старцу исполнилось 80 лет, он почувствовал приближение кончины и в последние месяцы своей жизни, несмотря на слабость телесных сил, всемерно старался утешить, поддержать, наставить и даже обласкать приходивших к нему за советом. Он не только не уединялся, а наоборот, стремился всего себя отдать на служение людям. На второй день Рождества, 8 января 1958 г. о. Симон с молитвой на устах предал свой дух в руки Божии1117 .

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 2, 3 об.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

АРХИМАНДРИТ ФЕОГЕН, НАСТОЯТЕЛЬ (1958—1960)

    Архимандрит Феоген (в миру Фома Семенович Таран) родился 21 марта 1883`г. в селе Годовщина Гайвороновского уезда Курской губернии, в семье крестьянина1118. В 1895 г. Фома окончил трехклассную сельскую школу1119 , а в 1902 г. поступил в Глинскую пустынь1120 . После общих послушаний он был назначен на послушание при живописной мастерской1121 , где почти двадцать лет трудился под непосредственным руководством о. Серафима (Амелина), постигая не только искусство живописи, но, главное, искусство монашеской жизни.
   В рясофор Фома был пострижен 24 сентября 1908 г.1122 , а 29 июня 1918 г. — в монашество1123 с именем Феоген.
   Смиряя себя во всем, постепенно приобрел инок сокрушение сердца. Настоятель архимандрит Иоанникий (Гомолко) писал, что он «качеств хороших и усерден»1124 . В 1919 г.1125 епископ Тамбовский Павел (Поспелов) рукоположил его в сан иеродиакона.
   После закрытия Глинской пустыни иеродиакон Феоген служил в Покровской церкви села Белокопытово Глуховского района, с 1932 по 1936 г. — в Рождество-Богородичной церкви Глухова, а затем до 1938 г. — в Воздвиженской церкви Севска.
   После закрытия этого храма до 1941 г. он «работал по найму в Глухове у частных лиц»1126 .
   Когда в 1941 г. открылась Ильинская церковь села Ковенки Шалыгинского района, отец Серафим (Амелин) начал служить там священником, а о. Феоген был иеродиаконом. В 1942 г. о. Феоген одним из первых вернулся в Глинскую пустынь1127 и трудился над восстановлением обители. В 1944 г. епископом Сумским и Ахтырским Корнилием о. Феоген был рукоположен во иеромонаха и в том же году награжден набедренником1128 . С 1944 по 1950 г. о. Феоген исполнял должность казначея1129 и был надежным помощником настоятеля в деле управления монастырем.
   В те годы в епархии не хватало священников на приходах, и 27 марта 1950 г. иеромонах Феоген был назначен настоятелем Ильинской церкви села Ковенки1130 , в 1952 г. он был награжден наперсным крестом, а затем возвращен в Глинскую пустынь для исполнения той же должности казначея. Однако уже в марте 1953 г. о. Феогена опять направили на приход. Теперь уже настоятелем церкви села Хмелово Смелковского района Сумской области. Здесь он ревностно подвизался в пастырском служении и в 1955 г. — «за усердие и примерные труды на пользу Церкви Божией»1131 был возведен Святейшим Патриархом Алексием в сан игумена.
   Однако обитель нуждалась в нем, и сам о. Феоген всем сердцем стремился в Глинскую пустынь, где прошла большая часть его подвижнической жизни. Благочинный Глуховского района писал о нем: «О. Феоген любит свой монастырь и много в нем потрудился, умереть желает в монастыре»1132 . Еще летом 1957 г. архимандрит Таврион и старцы обители просили епископа Евстратия вернуть о. Феогена в обитель. Поводом к этому послужило прошение схиигумена Андроника (Лукаша) об освобождении его по болезни от обязанностей благочинного монастыря. Своим преемником он хотел бы видеть о. Феогена, и все старцы обители поддерживали его в этом1133 . Но епископ Евстратий ответил, что не может оставить благоустроенный трудами о. Феогена приход без священника. В июне 1958 г. уже архимандрит Серафим (Амелин) возобновил прошение1134 , и 27 июля игумен Феоген вернулся в Глинскую пустынь, где стал благочинным обители1135 .
   Почти с первых дней иноческой жизни о. Феоген делал все только по совету о. Серафима, чтил его как мудрого старца, ни на йоту не отступал от его воли и питал к отцу настоятелю самую преданную, искреннюю и самоотверженную любовь. Каждое слово отца архимандрита воспринималось им как повеление свыше. Все силы прикладывал он, чтобы исполнить слово старца, от которого получил и первые уроки монашеской жизни, и глубокие наставления о пастырском служении. Вместе с о. Серафимом претерпел он тяжелые годы после закрытия Глинской пустыни и был его ближайшим помощником при восстановлении обители1136 .
   Когда о. Феогена из Глинской пустыни посылали служить на приход, он не обращал внимания ни на похвалы, ни на осуждение, но строго держался установленных старцем правил внутренней и внешней жизни. Он всегда помнил и старался исполнять наставление о пастырском самоусовершенствовании, данное ему при переводе на приход. Пастырское самоусовершенствование — неотложное, необходимое дело служения у Престола Божия. Идущий этим путем пастырь никогда не окажется в положении «наемника» (Ин.10:12), нерадящего о своих овцах; не станет он и бескачественной солью, потерявшей свою силу (Мф.5:13). Но он будет благодатным светом для мира, любящим отцом для своей паствы, будет добрым пастырем, способным всюду сеять радость, мир и семена доброй жизни; он найдет в себе силы показать и высший подвиг самоотвержения — положить душу свою за других и тем до конца выполнит свой долг перед Богом, людьми и своей совестью.
   Крайне смиренный, о. Феоген всем сердцем внимал не только наставлениям, но самому образу жизни отца настоятеля, стремился впитать в себя и воспринять добродетели, которыми так богат был о. Серафим.
   Особенно старался о. Феоген настраивать душу, чтобы она была кроткая, смиренная, простая и незлобивая, ибо только в таких душах обитает благодать Святого Духа. По молитвам своего старца, о. Феоген отличался всегда «примерной монашеской жизнью»1137 и стал поистине духовной личностью.
   3 ноября 1958 г., по желанию братии, он был назначен временно исполняющим обязанности настоятеля Глинской пустыни, а 21 февраля 1959 г. утвержден в этой должности1138 .
   Отец Феоген оправдал доверие иноков, настоятельствовал усердно, всегда был на высоте положения. Новый настоятель старался во всем сохранить порядок, установленный схиархимандритом Серафимом и, следуя его заветам, объединял братию в духовный союз. В послужном списке о. Феогена сказано, что он «старается сохранить и поддерживать мирный и спокойный общежительный порядок среди монашеской братии, показывая собою пример исполнителя своего долга перед Христовой Церковью и перед святой обителью»1139 .
   Отец Феоген очень заботился об иноках, плакал, когда сам совершал постриг в монашество. Молитвенность его и духовную поддержку братия всегда чувствовала. Благочинный писал о нем: «Архимандрит Феоген к своим обязанностям относится похвально. В обращении с братией весьма тактичен, всеми насельниками обители уважаем и пользуется высоким авторитетом среди них»1140 . Всех покрывал он любовью, всех упрашивал, чтоб не было ропота, недовольства, чтоб послушания несли с ревностью. Сам крайне смиренный, он и иноков особенно приучал к смирению.
   Автор этих строк получил от него наставление, которое запомнил на всю жизнь. Перед вечерним богослужением братия пошли на спевку. Автор, как певчий правого хора, тоже должен был идти, но не пошел. Настоятель мягко его спросил, почему он остался.
   — Да там лишние разговоры.
   — Это не твое дело, ты отвечать за это не будешь. Знай свое дело — следи за собой и исполняй послушание.
   Эта кротость настоятеля перерождала человека и побуждала его обращать внимание на себя, а не на недостатки других.
   Обитель при о. Феогене духовно возрастала. Во время его настоятельства Глинская пустынь по-прежнему оставалась великим духовным центром, откуда истинное православие распространялось по всей стране. В монастырь, как и раньше, со всех концов страны приезжало множество богомольцев, иногда более 700 человек в день1141 . Всех их братия не только кормила, но и предоставляла им ночлег. При о. Феогене возрастали и доходы монастыря1142 .
   Стараниями о. настоятеля обогатилась ризница обители. Теперь в ней имелось уже 89 риз (среди них 5 бархатных, 2 парчевых) и 54 стихаря1143 . В храме было более 90 больших и 60 малых икон1144 . В монастырской библиотеке насчитывалось около 600 экземпляров книг.
   В 1959 г. за труды на благо обители, которая и после кончины схиархимандрита Серафима (Амелина) как внутренне, так и внешне процветала, игумен Феоген по благословению Святейшего Патриарха Алексия был возведен архиепископом Черниговским и Нежинским Андреем (Сухенко) в сан архимандрита1145 .
   Однако органы советской власти всеми силами мешали духовнопросветительной деятельности Глинской пустыни. В конце 1958 г. о. Феоген получил распоряжение епископа Сумского и Ахтырского Иоасафа «немедленно уволить всех рабочих, которые не являются зарегистрированными насельниками»1146 , то есть всех временных послушников, еще не принятых в обитель по указу. В следующем году вообще запретили принимать новых насельников.
   Следили и за тем, чтобы в обители не возрастало число священнослужителей.
   С начала лета 1959 г. в монастырь стали приезжать различные комиссии по проверке санитарного состояния и паспортного режима обители1147 , цель которых заключалась в том, чтобы опорочить монастырь и подготовить документы к его закрытию. По результатам проверок в вышестоящие партийные и советские органы направлялись требования о закрытии обители, содержащие самую нелепую клевету1148 . В актах, составленных этими комиссиями, подчеркивалось: «В монастырь Глинская пустынь систематически прибывают посетители из самых отдаленных мест Советского Союза»1149 . Это особенно раздражало местные власти.
   Указом Сумского епархиального управления в Глинской пустыни было запрещено предоставлять паломникам гостиницу и кормить их, но, безусловно, этот указ не выполнялся. Наоборот, накануне закрытия обители братия во главе с настоятелем стремились как можно больше духовно и материально помочь людям, поддержать и укрепить их на будущее.
   В архиве уполномоченного по делам Православной Церкви по Сумской области за этот период сохранилась «Справка нарушений по монастырю Глинская пустынь».
   Вот что вменялось в вину обители:
   «1. В монастыре предоставляют паломникам гостиницу и питание...

2. На автомашине и гужтранспортом привозят и увозят паломников со станции Локоть и из Глухова... На станции Локоть организовали гостиницу, где останавливаются приезжие паломники...»1150 .

   Так, несмотря на запреты епархиального начальства и угрозы советской власти, Глинские иноки, исполняя заветы прежних настоятелей и сохраняя вековые традиции пустыни, продолжали оказывать самый теплый и заботливый прием богомольцам.
   Архимандрит Феоген укреплял и поддерживал духовную и хозяйственную жизнь обители, поэтому, не считаясь с мнением братии, его отстранили от управления монастырем. 29 июля 1960 г. указом управляющего Сумской епархией архиепископа Андрея «в силу сложившихся обстоятельств»1151 о. Феоген был освобожден от должности настоятеля Глинской пустыни. Уполномоченный так опасался его духовно-благотворного влияния на иноков, что о. Феоген был даже лишен права оставаться в обители и вынужден был покинуть пустынь.
   Но вскоре и сама пустынь была закрыта. После о. Феогена временно исполняющим обязанности настоятеля был назначен казначей обители игумен Модест (в миру Михаил Иванович Гамов).
   Это был «неплохой монах, скромный, аккуратный, способный хозяйственник, усердный труженик по благоустройству обители»1152 , послушание казначея нес добросовестно, но не пользовался авторитетом у братии, поскольку не имел молитвенного духа и не отличался подвижнической жизнью. 10 марта 1961 года игумен Модест был утвержден в должности настоятеля Глинской пустыни и возведен в сан архимандрита1153 .
   Уполномоченный по Сумской области и другие представители местной советской власти рассчитывали, что новый настоятель будет исполнять их волю. Но о. Модест за обитель стоял ревностно, делал что только мог для сохранения монастыря, и увещевал братию молиться усерднее, чтобы не закрыли Глинскую пустынь.
   Неуклонное возрастание духовной жизни в обители продолжалось, несмотря на все усилия советской власти подорвать ее. Старцы Глинской пустыни принимали, исповедовали, наставляли множество паломников, совершали постриги в монашество и в великую схиму. Во время настоятельства о. Модеста в схиму был пострижен игумен Корнилий (Оробцов), иеромонах Иннокентий (Шиховцов), иеромонах Исмаил (Невдачин), монахи Никандр (Шапошник) и Виталий (Середа). Однако архимандрит Модест недолго был настоятелем, так как уже шла активная подготовка к закрытию Глинской пустыни.
   11 апреля 1961 года управляющий Сумской епархии освободил архимандрита Модеста от обязанностей настоятеля1154 , а 12 апреля без согласования с братией назначил исполняющим обязанности настоятеля Глинской пустыни иеромонаха Даниила (в миру Димитрий Васильевич Новиков), который не отличался духовной жизнью, и братия не считала его своим настоятелем.
   13 июля 1961 года архиепископ Черниговский и Нежинский Андрей подписал распоряжение о закрытии обители, и на следующий день 14 июля пустынь была закрыта1155 .

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 81.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 89 об.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 55.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1944 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 1, д. 6.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, оп. 12, д. 53, л. 2, 12.
   Материалы по религиозным культам за 1959 г. // Там же, ф. Р 1815, оп. 3, д. 235, л. 13, 15—17, 22, 24.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ ВАСИЛИЙ (†1960)

(Память 6 августа ст. ст. / 19 августа нов. ст.)

    Иеросхимонах Василий (в миру Иван Андреевич Морин) родился 10 сентября 1878 г. в селе Лошаковка Суражского уезда Курской губернии в крестьянской семье1156 . Рано проявилось в нем стремление к иноческой жизни, и уже в 17-летнем возрасте он поступил в Белогорскую Николаевскую пустынь1157 . В 1909 г. Иван был пострижен в монашество с именем Вонифатий, а через четыре года — рукоположен епископом Белгородским Никодимом (Кононовым) в сан иеродиакона1158 . В 1915 г. по указу Курской духовной консистории о. Вонифатий был перемещен в Глинскую пустынь1159 . Перевод в прославленную обитель способствовал его быстрому духовному возрастанию. Он получал великую пользу от ежедневного откровения помыслов старцам, от их советов и наставлений. Простой и бесхитростный, о. Вонифатий, исполняя все повеления Глинских наставников, преуспевал в духовной жизни. Архимандрит Нектарий (Нуждин) писал, что «иеродиакон Вонифатий качеств очень хороших»1160 . В 1919 г. он был рукоположен в иеромонаха и в 1922 г. епископом Рыльским Павлином (Крошечкиным) награжден набедренником1161 . После закрытия Глинской пустыни о. Вонифатий жил на родине. С 1930 по 1938 г. он служил священником в церкви села Воробша Сужданского района Курской области1162 .
   Твердая вера сообщила всей его деятельности характер глубокой убежденности. Постоянное созерцание Бога внутренним оком веры, как Всеблагого Помощника, Всемогущего Защитителя и Премудрого Указателя пути в Его Царствие, давало о. Вонифатию силы к победе над искушениями, к мужественному перенесению напастей и бедствий и к выполнению им своего назначения на земле. И своих прихожан о. Вонифатий учил веровать в Бога, то есть иметь живую уверенность в Его бытии и свойствах, признавать умом и сердцем все то, что Сам Бог сообщил нам о Себе и Своем Откровении. Отец Вонифатий говорил, что человек все может потерять в этой жизни, но пока остается в нем вера, жизнь еще впереди. Однако к вере реальной способна только та душа, которая решительным произволением отверглась греха, направилась всей своей волей и силой к Божественному добру. Это возможно путем подвига очищения души от всякой скверны, путем покаяния, к чему он и призывал паству. Жизнь о. Вонифатия была для прихожан ярким примером проповедуемой им веры. Быть спокойным — вот первое действие твердой веры перед лицом испытания, а о. Вонифатий при всех обидах, неприятностях и скорбях хранил неизменное спокойствие духа и был ко всем приветливым и радушным. Истинное богопознание служило основой его глубокой личной убежденности, и эту убежденность он передавал своей пастве. Истинное богопознание пастырь приобретает не только изучением слова Божия, творений святых отцов, богословских наук. Основным средством богопознания является постоянная и усердная молитва и чистота сердечная, приобретаемая добродетельной жизнью, какую и проводил о. Вонифатий. После закрытия храма в селе Ворошба в 1938 г. о. Вонифатий жил в том же селе и «работал на частных работах»1163 , в 1945 г. он вернулся в Глинскую пустынь1164 . Затем в 1954 г. служил настоятелем Успенской церкви села Стариково Глуховского района Сумской области. В 1957 г. о. Вонифатия перевели в Глинскую пустынь на покой. В том же году он был награжден Святейшим Патриархом Алексием наперсным крестом.
   Живя в обители, о. Вонифатий был удивительно ровен в общении со всеми. Всегда «скромный, послушный и смиренный»1165 , он ни перед кем не заискивал и никого не отличал. Это был старец простой и ревностный в исполнении заповедей Бохиих. Его краткие слова содержали мудрые мысли, которые рождаются опытом духовной жизни. Душа о. Вонифатия была проникнута живейшей любовью к Богу и ближним. Часто, опираясь на палочку, он с трудом ходил по обители и всех благословлял.
   Проведя в монашеских подвигах более 50 лет, в 1959 г. он принял святую схиму с именем Василий1166 , после чего полностью отрешился от внешней жизни и всецело углубился в молитву. Мирно и бодренно готовился он к своему исходу, который последовал на восемьдесят втором году его жизни 19 августа 1960 г.1167 . Похоронен о. Василий на братском кладбище Глинской пустыни.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 27.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, ф, Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. Там же, д. 37, л. 2. Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. Там же, д. 53, л. 21. Документы АСЕУ, АУПЦ.

МОНАХ ИОАСАФ (†1960)

(Память 11 сентября ст. ст. / 24 сентября нов. ст.)

    Жизнь монаха Иоасафа (з миру Ивана Максимовича Дегтяренко), замечательна как пример обращения убежденного атеиста, противника Церкви, в истинного ревностного христианина.
   Иван родился 3 февраля 1915 года в селе Ново-Ропск Брянской области в крестьянской семье. Он стличался прекрасной памятью, быстрым, восприимчивым умом и, окончив среднюю школу, в 1933 г. без труда поступил в Ленинградское педагогическое училище. Иван был верен духу времени и целиком разделял атеистическое мировоззрение, насаждаемое советской властью, отрицая веру в Бога и вечную будущую жизнь, насмехался над самими Таинствами Церкви Христовой. После окончания училища в 1937 г. он был направлен на Дальний Восток, где преподавал в трех школах, проповедуя своим ученикам атеистические идеи. Но в 1946 г. в душе его произошел полный духовно-нравственный переворот, он вернулся на родину, работал там сторожем, а в 1952 г. поступил в Глинскую пустынь1168 . Иван не открывал тайны своего обращения к Богу, но по тому искреннему сердечному покаянию, которое он приносил Ему, живя в обители, можно было видеть, что он всецело откликнулся на призыв Божий и в корне изменил не только свою внешнюю, но, главное, внутреннюю жизнь. Покаяние действительно стало основой его духовной жизни. Он контролировал каждый свой поступок, слова и мысли, так что при малейшем нарушении заповедей Божиих спешил возвратиться на праведный путь к Богу. Это был большой труженик, отличавшийся постоянной готовностью к любым монастырским трудам. В обители он исполнял послушание пекаря, выпекал хлеб вдвоем с помощником на всю братию и на богомольцев. Безропотно до самой смерти нес он это тяжелое ответственное послушание и не только безукоризненно исполнял его, но и старался успевать ко всем церковным службам, так как был назначен еще и клиросным в храме.
   В начале 1954 г. Иван был пострижен в рясофор1169 и в том же году в мантию с именем Иоасаф1170 . Сочетая труд с непрестанной молитвой, о. Иоасаф столь ревностно соблюдал все иноческие обеты, что даже среди сонма подвижников Глинской пустыни выделялся строгой жизнью1171 .
   Смиренный, кроткий и рассудительный, он все время обвинял себя и часто говорил братии: «Я хуже всех, я Бога хулил». Глубокое, сердечное сокрушение под руководством опытных наставников переродило и очистило его душу, уподобило ее Христу. Оно же давало о. Иоасафу силы терпеливо переносить все скорби и труды ради Господа. Отец Иоасаф, как величайший дар Божий, хранил православную веру. Именно поэтому он особенно ревностно выступил против католического уклона, проявившегося в действиях архимандрита Тавриона (Батозского), который был настоятелем Глинской пустыни в 1957 — начале 1958 гг., и даже писал епископу Сумскому и Ахтырскому Евстратию о нововведениях этого настоятеля.
   Высота духовной жизни о. Иоасафа открылась в самой его кончине. Предвидя закрытие монастыря, он очень боялся идти в мир и горячо молился Матери Божией, чтобы забрала его до закрытия. 23 сентября 1960 г. ему неожиданно стало плохо, ночью в обители не оказалось шофера, и в больницу о. Иоасафа привезли только утром, но там уже не смогли ему помочь. 24 сентября, угодив Богу своей самоотверженной иноческой жизнью, монах Иоасаф скончался в возрасте сорока пяти лет1172 .
   Так Господь слышит праведных людей и исполняет их желания.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 21.
   Документы АУПЦ, АСЕУ.

СХИМОНАХ НИКИТА (†1960)

(Память 11 октября ст. ст. / 24 октября нов. ст.)

    Схимонах Никита (Федор Моисеевич Шапошник, в монашестве Никандр) родился 11 августа 1884 г. в селе Ясенево Сумского уезда Харьковской губернии в украинской крестьянской семье1173 .
   До двадцати трех лет он жил с родителями, затем поступил в Покровский монастырь города Орша. Отличаясь трудолюбием, Федор с ревностью и усердием исполнял внешние послушания, умом же упражнялся в послушании внутреннем.
   В 1914 г. он был пострижен в мантию с именем Никандр. Приняв монашество, о. Никандр предался особенному воздержанию, стремился всегда сохранять мужество в борьбе против бесплотного врага, непрестанно искушающего подвижников. Отец Никандр провел в монастыре 15 лет и за эти годы воспитал в себе постоянную ревность ко спасению, невозмутимость духа, кротость и незлобие.
   В 1922 г. после закрытия монастыря он вернулся на родину и до 1956 г. жил у родных, «занимаясь сельским хозяйством»1174 .
   В 1956 г. о. Никандр поступил в Глинскую пустынь. Скромный и тихий, он много трудился на общих послушаниях, несмотря на свой преклонный возраст.
   Всю свою жизнь провел он в подвигах труда, молитвы и непрестанного внутреннего самоочищения. Просветленный, благообразный облик подвижника свидетельствовал о молитвенно-собранном устроении его души.
   Отец Никандр говорил, что каждому христианину для воспитания себя по заповедям Евангелия необходим телесный и душевный подвиг. Посильные труды приучают христианина отсекать свою греховную волю, приучают к послушанию и способствуют укрощению страстей, гнездящихся в сердце каждого человека. Но первостепенную важность в духовной жизни имеет душевный подвиг, без которого телесный подвиг бесплоден. Душа оживляет тело, а духовный подвиг оживляет телесные труды.
   По словам о. Никандра, очень часто уверенность христианина, что он идет по пути спасения, не соответствует действительности. Так бывает с тем, кто свое внимание сосредоточивает только на внешнем исполнении установлений Святой Церкви, и это внешнее не соответствует внутренним настроениям сердца, в то время как шествие по пути спасения совершается в сердце и сердцем. Православному христианину совершенно недопустимо ограничиваться лишь внешним знанием истин веры. Непременно надо и сердцем полюбить каждую истину веры. Нельзя ограничиваться чтением молитвословий, не вникая умом в слова молитвы. Все церковное необходимо усовершенствовать в своем сердце. Сердцем любить, смиряться, приближаться к Богу, прощать, молиться, благословлять и т.д.
   16 октября 1960 г., по прошению, о. Никандр был пострижен в святую схиму с именем Никита1175 , а 24 октября 1960 г. схимонах Никита тихо предал свой дух Богу1176 .

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 21.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ ИОНА (†1960)

(Память 9 ноября ст. ст. / 22 ноября нов. ст.)

    Иеросхимонах Иона (в миру Иван Дмитриевич Шиховцов, в монашестве Иннокентий) родился 1 мая 1894 г. в с. Преображенка Шарлыкского уезда Оренбургской губернии в семье крестьян1177 . В 1905 г. он окончил церковно-приходскую школу, затем «занимался сельским хозяйством на родине»1178 . С 1915 по 1920 г. он был на военной службе, затем вернулся домой. В 1930 г. переехал в г. Чкалов. Здесь он жил до 1945 г., работал на разных работах. Иван Дмитриевич с детства был глубоко верующим человеком и не скрывал своих убеждений. В 1945 г. он был осужден и почти 8 лет пробыл в лагерях. В 1953 г. его реабилитировали, и он вернулся к родственникам в г. Чкало1179, но прожил у них недолго.
   В тяжелые годы заключения в его душе созрело твердое решение посвятить оставшееся время своей земной жизни служению Богу. Он не раз слышал о славившейся тогда по всей стране Глинской пустыни. Стремясь достигнуть в этой святой обители духовного совершенства, в 1954 г. Иван Дмитриевич приехал в Глинскую пустынь и был принят в число ее насельников1180 . Архимандрит Серафим назначил его пономарем1181 . Перед началом каждого богослужения первым приходил он в церковь, зажигал свечи, лампады, следил за чистотой и благолепием алтаря и всего храма, уходил же по окончании богослужения всегда последним.
   В этом послушании он проявил особую тщательность, трудолюбие и ревность к церковному благолепию. Почти постоянное пребывание в храме возвысило его душу, а внимательное отношение ко всем богослужениям способствовало изучению устава. Видя его духовное преуспеяние, настоятель обители уже в 1955 г. постриг Ивана в рясофор, а в начале 1956 г. — в мантию с именем Иннокентий1182 . В том же году епископом Сумским и Ахтырским Евстратием он был рукоположен во иеродиакона, а затем — во иеромонаха1183 . В октябре 1956 г. о. Иннокентий был назначен настоятелем Рождество-Богородицкой церкви села Каменка Тростянецкого района Сумской области1184 . Готовясь к принятию священного сана, о. Иннокентий получил много наставлений от Глинских старцев о сущности пастырского подвига и высоте этого Богом учрежденного служения.
   Старцы учили, что от деятельности пастыря зависит временное и вечное счастье человечества, поскольку пастырь служит делу спасения людей. Пастыри должны быть для пасомых проводниками в жизнь вечную и учителями Божественного закона. Но для этого необходимо, чтобы пастырско-религиозные истины проникли в глубину духа пастыря, а не оставались на поверхности рассудочного знания. Богословие, особенно пастырское, познается опытным путем, путем внутреннего духовного подвига. Пастырю самому необходимо духовно приобщиться благодатному действию Откровения и только после этого является способность отражать свет этого Откровения для просвещения других. Доброго пастыря создают собственный духовный опыт и личный нравственный подвиг. Истинное пастырство как самый трудный вид служения Богу и человеку всегда сопряжено со многими великими трудностями. Благодатные силы для своей деятельности пастырь получает от Христа и через Христа. В лице Иисуса Христа дается пастырю не просто пример, но и живая, вечно действующая Божественная Личность, с Которой пастырь теснейшим образом в своем пастырстве связывается, от Которой он может постоянно черпать живую благодать.
   Православная церковность со всеми священнодействиями и правилами ее есть великое поле духа и возрастающая сила жизни для тех, кто имеет волю и призвание к истинному пастырству.
   Глубоко восприняв старческие наставления о пастырстве, о. Иннокентий, ежедневно предстоя престолу, сознавал, что он является посредником между людьми, ищущими святости, и Богом, Источником Святости. Поэтому он всеми силами стремился возогревать в себе самом все священное, духовное, небесное и непрестанно очищал свое сердце от страстей.
   Он всегда помнил, что пастырство есть нелегкий путь, путь креста и мученичества, и его деятельность на ниве Христовой была плодотворной. Дух его постоянно возвышался над плотью, а это свидетельствовало о том, что он живет в Боге. Цель его жизни состояла в спасении душ человеческих, искоренении из них всякого зла и приближении их к Богу. Делая все возможное, чтобы устранить препятствия для них на пути к Царству Небесному, он воздействовал на души пасомых не внешними впечатлениями, но согревал их молитвой и словом Божиим.
   Как пастырь христианский, он знал, что всей жизни человеческой недостаточно для достижения высокого идеала совершенства, и поэтому дело нравственного усовершенствования своих пасомых вел постепенно, сообразуясь с их силами и положением, последовательно возводя их от низшего к высшему. Его пастырское служение было истинно духовным. Благочинный Тростянецкого района, где он служил, оценивая деятельность о. Иннокентия, писал: «Иеромонах Шиховцов убежденный, истинный монах по духу, деятельный приходской пастырь. Он привел храм в прекрасный, благолепный вид как снаружи, так и внутри, обогатил его отличной утварью. Молитвенно-уставно совершает богослужения и часто проповедует. Своими проповедями, христианским поведением, добрыми делами и неустанными трудами на ниве Христовой, снискал себе глубокое уважение, почтение и любовь прихожан и заслуживает всестороннего одобрения, похвал и наград. Среди сельских пастырей — примерный»1185 . В 1957 г. епископом Евстратием он был награжден набедренником, а на Пасху 1960 г. — наперсным крестом1186 .
   Пользуясь заслуженной любовью и особым почитанием прихожан, многие из которых приезжали к нему издалека, он никогда не видел в себе самом никаких духовных достоинств, а все приписывал Богу. Особенно во время священнодействий о. Иннокентий понуждал себя помнить, что всякое священнодействие, совершаемое священником, есть дерзновенное прошение у Бога чуда.
   И при каждом священнодействии это чудо происходит (вода освящается, евхаристические Дары прелагаются в Тело и Кровь Христовы, грехи прощаются, освящаются иконы, кресты, дома и вообще «всякая вещь») независимо от личных достоинств иерея, его ума, внешности, способностей, поскольку Освящающая сила принадлежит Святому Духу. Священник молится, ходатайствует, призывает, а благодать Духа Святого все восполняет, врачует, прелагает и освящает. Так о. Иннокентий отражал внушение лукавого, будто он сам по себе, в силу своих дарований уже достиг особой силы и степени святости и может стать чудотворцем. Он всегда умел смирить себя и в своих собственных глазах, и в глазах своей паствы.
   В августе 1960 г. о. Иннокентий был уволен за штат по болезни и возвратился в Глинскую пустынь. По прошению 16 октября 1960 г. он был пострижен в схиму с именем Иона1187 . 22 ноября 1960 г. после продолжительной болезни иеросхимонах Иона скончался и был похоронен при большом стечении почитавших его богомольцев на братском кладбище Глинской пустыни.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 21.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 3 об.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

МОНАХ МЕЛЕТИЙ (†1960)

    Монах Мелетий (в миру Митрофан Петрович Кириченко) родился 23 ноября 1883 г. в селе Спасском Кролевецкого уезда Черниговской губернии. Родители его были украинские казаки. В 1895 г. Митрофан закончил 4 класса сельской школы, затем трудился в крестьянском хозяйстве отца1188 . С 1905 по 1908 г. он служил в армии, после демобилизации жил в Баку, работал мастером по обслуживанию телефонной сети. В 1914 г. Митрофан был призван на военную службу. После окончания войны в 1918 г. он вернулся на родину, женился и прожил в родном селе почти 30 лет, работая плотником и столяром (лишь в 1928—1930 гг. он уезжал в Донбасс, где работал крепильщиком в шахте).
   В начале 1948 г. его жена умерла, а 1 октября 1948 г. Митрофан поступил в Глинскую пустынь1189 . Это решение не было вынужденным или поспешным, оно было результатом всей его духовной жизни. Решимость жить, не поддаваясь увлечениям страстей, привела Митрофана в монастырь.
   В обители он проявил себя как смиренный, кроткий, «способный, скромный и послушный» труженик1190 . Хороший плотник и столяр, Митрофан очень много работал в монастыре. В начале 1952 г. он был пострижен в рясофор1191, а 28 декабря 1953 г. — в мантию с именем Мелетий1192 .
   Глинские старцы учили, что христианин, тем более инок, должен не только изучать Слово Божие, но и всегда хранить его в своем уме и сердце, чтобы оно, как светильник, освещало его путь, исполненный трудов и искушений. Отец Мелетий с таким благоговением и вниманием читал Священное Писание, что знал наизусть всю Библию. Никакое внешнее послушание не могло отвлечь его от размышления о Слове Божием, которое он действительно носил в своем уме и сердце. Так, кроме труда телесного он непрестанно приносил Богу подвиг и труд духовный.
   Постоянная богомысленная настроенность делала сразу заметным для него любое греховное движение души, потому что оно было чуждым и противоположным всем его мыслям и расположениям.
   Инокам, спрашивавшим его о смысле Евангельских изречений, о. Мелетий отвечал, что Евангелие — книга духа, она понимается только духовным разумом; ум плотский не может воспринять ее. Только для того, кто оставил греховную жизнь, все плотские привязанности и наслаждения, Евангелие становится доступным и понятным. Человек, привязанный к земле, «читает букву, но слово жизни, как Дух, остается для него под непроницаемой завесой»1193 . Чтение Евангелия должно быть неразрывно связано с осуществлением в жизни всего того, что Оно заповедует. По мере гсполнения Евангельских заповедей будет открываться и бесконечная пубина Евангелия.
   Отец Мелетий говорил, что, приступая к чтению Книги Жизни, нужно предварительно вознести мотитву ко Господу, чтобы Он Сам открыл наш ум к пониманию Его Закона; при этом нужно смирить свой гордый ум и успокоить все свои мятушиеся чувства, ибо Евангелие, по словам свят. Игнатия, «допускает к себе одних смиренных»1194 . Читать Евангелие нужно вдумчиво, с благоговением и вниманием, потому что «каждая йота его испускает луч жизни, а пренебрежение жизнью ведет к смерти»1195 .
   При чтении Евангелия нельзя искать наслаждений, восторгов или блестящих мыслей, это может привести к ложному пути.
   Подвижник добавлял, что многие читают Святое Евангелие, но воспринять его слова каждый может в соответствии со своим внутренним миром; поэтому для правильного понимания Евангелия христианину непременно нужно читать и творения святых отцов. Святые отцы опытно изучили Слово Божие, поэтому они и могли правильно и непогрешимо изъяснять его. Постоянное «упражнение в чтении трудов святых отцов будет для каждого христианина надлежащим компасом, указующим правильный путь ко спасениию.
   Неопытным в духовной чизни о. Мелетий советовал при чтении Священного Писания и книг святоотеческих не останавливаться умом на изречениях, которых смысл бывает непонятен; прочитав, оставлять так, не вникая в глубину разумения Это все придет тогда, когда ум придет в «мужа совершенна».
   Изучение Слова Божия, творений святых отцов открыло о.  Мелетию путь к истинному богопознанию. Но основным средством богопознания для него, как и для всех подвижников, были непрестанная усердная молитва и чистота сердечная, приобретенные добродетельной жизнью.
   Молитва была для о. Мелетия первым и сильнодействующим средством, оружием против страстей и врагов спасения, а также носительницей особых благодатных даров и состояний. Отец Мелетий говорил, что молитва необходима для сокрушения греха, который делает человека духовно мертвым. Старцы считали о. Мелетия преуспевшим в занятии Иисусовой молитвой.
   До последних дней своей жизни о. Мелетий, несмотря на преклонный возраст, оставался одним из самых деятельных и трудолюбивых членов братии. За истинно монашескую жизнь Господь даровал ему безболезненную и непостыдную кончину. В декабре 1960 г. о. Мелетий с молитвой на устах отошел ко Господу на 78-м году от рождения1196 . Погребен о. Мелетий на братском кладбище Глинской пустыни.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 21.
   Документы АУПЦ, АСЕУ.

СХИИЕРОДИАКОН ЕВСТРАТИЙ (†1961)

(Память 23 апреля ст. ст. / 6 мая нов. ст.)

    Схииеродиакон Евстратий (в миру Евдоким Иванович Урети) родился 31 августа 1885 г. в селе Великая Костица Ямпольского уезда Подольской губернии в семье крестьян-молдован1197 . Благочестивые родители воспитывали Евдокима в атмосфере строгой религиозной настроенности. Постепенно у него созрело горячее желание беспрепятственно поработать Богу и достигнуть духовного совершенства. В возрасте 22-х лет, испросив благословение родителей, он поступил в славившуюся тогда по всей России Глинскую пустынь1198 . Все в обители его радовало. Даже на тяжелых общих монастырских послушаниях Евдоким трудился бодро и радостно. В 1910 г. он был назначен на послушание при Сеймских мельницах1199 , но уже через год возвращен в обитель1200 .
   Предав себя полностью в волю старцев, Евдоким учился в Глинской пустыни смирению, страху Божию, послушанию и другим иноческим добродетелям.
   Как и всякий истинный последователь Господа, он испытывал в своей жизни различные искушения, которые имели большое значение для его духовного возрастания. Старцы говорили ему, что свобода духа человека ограничена грехом, и поэтому борьба с искушениями связана с борьбой за свободу духа. В этой борьбе Евдоким постоянно нравственно совершенствовался.
   В 1915 г. его призвали в армию. Он служил в 20-м Туркестанском стрелковом полку1201 и только через три года вернулся в обитель. Евдокиму дали послушание при ключне1202 , которое он старался выполнять с присущим ему усердием. В 1920 г. он был пострижен в монашество с именем Евфимий1203 . Он так любил обитель, что даже после ее закрытия решил не уезжать далеко, жил до войны в г. Глухове, работая чернорабочим1204 , и часто бывал в Глинской пустыни. В 1941 г. о. Евфимий переехал на родину и жил у родных, но уже в 1944 г. вернулся в Глинскую пустынь1205 . В обители он проходил послушание клиросного и различные общие послушания. В церковь ходил неопустительно ко всем службам, стоял неподвижно на одном месте, опустив голову и углубившись в себя. С трогательным детским благоговением молился он Царице Небесной и особенно почитал Чудотворную икону Ее Рождества.
   В январе 1950 г. епископом Сумским и Ахтырским Иларионом он был рукоположен во иеродиакона1206.
   Духовность о. Евфимия проявлялась в его отношении к основному месту священнодействия — святому Храму. Храм — дом Божий, в нем все Божие, все святое: и Престол, и жертвенник, и Евангелие, и крест, и иконы. С благоговением относясь к святому храму, о. Евфимий с особым страхом и трепетом приступал к диаконскому служению. В храме с икон смотрели на него строгие и выразительные лики святых угодников, они будто спрашивали, как он приготовился к богослужению, сможет ли достойно предстать перед Престолом Божиим? Благолепная, молитвенная обстановка алтаря приводила его в чувство благоговения перед Святая Святых храма. Поклонившись св. престолу и духовно сосредоточившись, он приступал к совершению своего служения.
   «Тихий по характеру, скромный и послушный»1207 , о. Евфимий, усердно исполняя свое послушание, всем старался услужить и угодить. Ничто внешнее его не огорчало, ни на кого он не гневался и тем более сам никогда никого не огорчал. Келейную жизнь проводил строгую и воздержную, чуждую малейшего саможаления. Отец Евфимий жил в одной келлии со старцем о. Полиевктом (Гришкиным), к которому относился с большим почтением, получая от него много духовных наставлений. Пищу о. Евфимий вкушал вместе со всей братией, но очень умеренно. Чтение трапезное слушал всегда очень внимательно, а иногда, заслушавшись, и совсем забывал о пище.
   В возрасте 73-х лет о.ЁЕвфимий был освобожден от послушаний, но усердно посещал храм Божий. В 1959 г. он принял постриг в святую схиму с именем Евстратий1208 . Отец Евстратий от юности посвятил себя Богу и до конца земной жизни был истинным монахом, глубоко верующим, кротким, смиренным, чистым сердцем, монахом-подвижником, монахом-молитвенником. В последние годы жизни у него проявлялся дар прозрения в духовный мир, который он стяжал от Господа. Предсказывая закрытие Глинской пустыни, о. Евстратий особенно молил Царицу Небесную даровать ему кончину в святой обители. В начале 1961 г. он тяжело заболел, но терпеливо и благодушно переносил страдания. Несмотря на болезнь, в душе его была великая тишина и тот благодатный мир, который даруется подвижнику после борьбы.
   6 мая 1961 г. старец со слезами простился с братией и тихо отошел ко Господу1209 . Похоронен схииеродиакон Евстратий на братском кладбище Глинской пустыни.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 100 об.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // Там же. д. 3, л. 79.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. 3 л, д. 174, л. 101.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

СХИИГУМЕН КИРИАК (†1961)

(Память 9 мая ст. ст. / 22 мая нов. ст.)

    Схиигумен Кириак (в миру Кирилл Андреевич Оробцов) родился 18 марта 1874 г. в селе Васильевка Харьковской губернии. В 1897 г. он поступил в Святогорский Успенский монастырь той же губернии1210 . Эта обитель была возобновлена Глинскими старцами, в ней они ввели устав Глинской пустыни, и вся жизнь монастыря была основана на традициях Глинского иночества, которые передавались старшей братией вновь поступавшим. Здесь под руководством опытных старцев и возрастал Кирилл в духовной жизни. В 1910 г. он был пострижен в монашество с именем Корнилий1211 , а 17 июля 1916 г. епископом Иркутским Зосимой (Сидоровским) рукоположен во иеродиакона, в том же году перемещен в Дерманский монастырь Кременецкой епархии, где прожил тридцать три года. В августе 1921 г. архиепископом Кременецким Дионисием он был рукоположен во иеромонаха1212 .
   Постоянством в монашеском подвиге, соблюдением заповедей Христовых о. Корнилий достиг высокой степени духовного совершенства, и Господь просветил его ум к ведению Божественных тайн.
   В 1941 г. о. Корнилий был возведен епископом Кременецким Симоном в сан игумена и награжден крестом с украшениями, а в 1944 г. как отличающийся истинно подвижнической жизнью, был назначен духовником обители и в течение пяти лет окормлял братию монастыря1213 . Великое смирение и благодатный свет внутренней молитвы озаряли его и привлекали к нему сердца братии. После исповеди у о. Корнилия человек обновлялся духом, каялся и устремлялся ввысь. Никогда ничем не выделяясь среди других, о. Корнилий был очень скромен, но иноки невольно благоговели перед ним и уважали за подвижническую жизнь, которая, хотя и была сокровенной, однако не могла не проявляться в его строгом благообразном облике, поступках, словах и той благодатной помощи, которую получала братия по его молитвам. В созидании спасения о. Корнилий главной добродетелью считал смирение. Он любил повторять слова святителя Игнатия (Брянчанинова): «Смирение состоит в том, чтобы признать себя достойным того положения, в котором мы находимся, и недостойным положения лучшего и высшего, даже в духовном отношении, и покорно предавать себя воле Божией».
   В 1949 г. о. Корнилий перешел в монастырь Загайцы Тернопольской епархии, а в 1950 г. по прошению был переведен в Глинскую пустынь на покой1214 . Здесь он вел жизнь отшельническую, соблюдая внутреннее безмолвие, трезвился умом и не принимал посторонних помыслов, говорил мало, никогда ни с кем не ссорился. По болезни служил редко, но, пересиливая себя, ходил ко всем службам церковным, а также и в трапезную, чтобы не иметь в келлии никакой пищи.
   Терпение великое было у него. Однажды в келлии о. Корнилия от лампады загорелись шторы, и он сильно обжег руки, когда гасил огонь. Несмотря на боль, он все равно пошел на службу, но в храме упал, от удара открылась рана на ноге, которая у него болела, и кровь хлынула из сапога.
   Он очень мучился в болезнях, но безропотно их терпел. Это был подвижник, во всем служащий примером для братии. Как сказано в его послужном списке, игумен Корнилий — «примерный старец, во всем исполнительный, отличающийся смирением»1215 . В пустыни он один имел крест с украшениями, но никак не возвышал себя, а, наоборот, во всем смирял: ходил, например, на кухню и помогал чистить картофель, при этом всегда молчал.
   В возрасте восьмидесяти семи лет игумен Корнилий принял схиму с именем Кириак в честь мученика Кириака (память его 15 мая нов. ст.), а через неделю, 22 мая 1961 г1216 почил о Господе.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. Там же, д. 37, л. 2. Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22. Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 25, 28, 36, 51.
   Документы АУПЦ, АСЕУ.

СХИИГУМЕН НИКОЛАЙ

    Схиигумен Николай (в монашестве Никон, в миру Никита Васильевич Хондарев) родился 30 марте 1874 г. в селе Уланово Глуховского уезда Черниговской губернии1217 . Родители его были государственными крестьянами. В богобоязненной семье он с малых лет проникся духом благочестия и любовью к святому храму. В 1887 г. Никита окончил земское училище, но ничто земное его не привлекало. Душа его искала живого, опытного познания Бога, жажда спасения влекла юношу к монашеской жизни. Это богоугодное стремление разделял и его близкий друг Григорий Маслов (впоследствии глубоко уважаемый о. Николаем Глинский подвижник иеромонах Гавриил)1218 , вместе с которым в 1893 г. он поступил в Глинскую пустынь1219 . Отличавшегося телесной крепостью и силой Никиту часто назначали на самые тяжелые монастырские послушания, но он так горел любовью ко Господу, что все казалось ему легко и утешительно. Об отдыхе он почти и не помышлял. Старец любил вспоминать, как в те годы его с Григорием направляли охранять монастырский сенокос. Здесь все ночи проводили они в молитве и славословии Бога, затем подкрепляли друг друга духовной беседой, приходилось им и прогонять с сенокоса людей, приводивших туда своих лошадей1220 .
   В обители Никита проходил также послушание при живописной мастерской1221 . Вместе с о. Никодимом (Калиушем) в 1900 г. он был переведен в Чуркинскую Николаевскую пустынь1222 . Здесь он отличался благоговейно-подвижнической жизнью и усердием к службам церковным. В 1905 г. Никиту перевели в Астраханский Иоанновский монастырь, где он принял постриг в монашество с именем Никон, а 11 декабря того же года архиепископом Астраханским Георгием (Орловым) был рукоположен во иеродиакона1223 . Служить о. Никон любил и часто сверх своей чреды совершал богослужение за собратий. В обители все знали, что Никон всегда готов к служению по своей трезвенной и молитвенной жизни.
   13 сентября 1909 г. архиепископ Георгий рукоположил его во иеромонаха, а в 1912 г., как строгий исполнитель иноческих обетов, о. Никон был назначен благочинным Чуркинской обители1224 .
   По указу Священного Синода в 1914 г. о. Никона назначили священником при военном госпитале. Жизнь, полная опасностей, научила не страшиться никаких препятствий. Старец рассказывал, как в то военное время напали на него бандиты, но благодаря своей богатырской силе и стойкости духа он один всех их разогнал1225 .
   За ревностное выполнение священнических обязанностей и понесенные труды в 496-м военном госпитале о. Никон в 1916 г. был награжден наперсным крестом1226 , а в 1917 г. — орденом Св. Анны 3-й степени1227 . После заключения мира в 1918 г. он вернулся в Глинскую пустынь. В строгих иноческих подвигах, часто совершая богослужения, жил о. Никон в обители до ее закрытия, а затем — на родине у братьев.
   С 1929 по 1932 г. он служил в селе Благодатном Курской епархии. В 1932 г. о. Никон был арестован и сослан в Архангельск. В тяжелые годы ссылки он отличался особой крепостью духа, которая проявлялась в миролюбии, терпеливом и радостном принятии страданий и испытаний. Вернувшись в 1936 г. из ссылки, о. Никон жил на родине и работал печным мастером. В 1941 г. начал служить в церкви села Береза Глуховского района, а в 1944 г. вернулся в Глинскую пустынь1228 .
   Постоянная ровность характера, любвеобильное обращение с людьми, наконец, природный здравый ум снискали ему всеобщее расположение. Но его пребывание в пустыни было недолгим. В том же 1944 г. епископ Сумской и Ахтырский Корнилий назначил его служить на приход: сначала в село Ковенки Шалыгинского района, потом на прежнее место, в Березовскую церковь, и, наконец, в село Ярославца Глуховского района1229 .
   Отец Никон пользовался огромным авторитетом у паствы. Сама жизнь его была примером для всех. Скорби и искушения способствовали его духовному совершенствованию. Они выявляли все греховное, что оставалось в сердце старца, и побуждали мобилизовать внимание и духовную ревность на искоренение того, что удаляет человека от Бога. С Божией помощью преуспел он в подвижнической жизни, созрели в нем духовная мудрость и опытность. Отец Никон всем сердцем и душой был привязан к храму, жил с ним одной благодатной жизнью, заботился о его благолепии и украшении. Здесь в него проливались дары Божественной благодати, любви и умиления, духовной радости и близости к горнему миру.
   Пастырство его было истинно духовное. С верой в силу помощи Божией о. Никон возрождал паству к новой благодатной жизни. Своей любовью он побеждал в одних страх, в других холодность и пренебрежение; одних вызывал к доверчивости, других подвигал на покаяние.
   Более всего о. Никон заботился о том, чтобы заложить в глубине сердца человека сознание неотразимой правды и абсолютной чистоты проповедуемого учения Православной Церкви. Будучи истинным пастырем, он органически усвоил преподаваемое высокое учение, оно стало его собственным цельным, ясным мировоззрением. Поэтому проповеди о. Никона оказывали неотразимое воздействие на слушателей. Они чувствовали, как самый дух проповедника входит в их души. Отец Никон не стремился отвлеченными катехизическими и богословскими поучениями привести людей к Богу, но сам был проводником Божественной благодати, изменяющей человеческие сердца.
   Отец Никон всегда был ревностным поборником Православия. Он рассказывал, как еще до революции на Пасху в Глинской пустыни он спорил со штундистами, которые говорили: «Наша вера лучше». Для разрешения спора о. Никон предложил взять два яйца, на одном написали «Христос воскресе», на другом — «Штунда». Эти яйца долго лежали, когда их вскрыли, то от штундистского яйца пошло зловоние, а первое было свежайшее. Старец рассказывал об этом с детской радостью и даже смеялся.
   Часто он говорил в своих поучениях о том, что спасение человека совершается только в Святой Православной Церкви. Но тесного единения со Христом в живом организме Церкви сподобляются только те лица, которые содержат Православную веру в чистоте и святости, подвизаются в благочестии и стремятся постоянно пребывать в доброделании. Не все члены Церкви настолько совершенны, но Церковь подает своим последователям духовное врачевство. Они могут остаться в Церкви, если оставят свои грехи, оплачут их и принесут искреннее покаяние перед священником.
   Господь именно для того и основал на земле Свою Святую Церковь, чтобы всегда очищать, врачевать желающих душевного и телесного здравия, просвещать ищущих освобождения от греховной тьмы, вести человека ко спасению. Раскаявшегося грешника Святая Церковь воспринимает в свои объятия и подает ему надежду на получение вечной жизни. Отсюда следует важность и необходимость для спасения пребывать в союзе с Православной Церковью, и опасность для живущих вне этого священного союза.
   Ко всем людям о. Никон относился беспристрастно. Сердце его было открыто человеку любых убеждений, поэтому к нему тянулись самые разные люди. В каждом человеке видел он только его бессмертную душу и старался привести ее к Богу. После разговора со старцем в душе человека пробуждалась скорбь о своем недостоинстве, о потере чистоты духа, искреннее стремление к небу.
   Отец Никон впоследствии говорил, что отречение пастыря от своего «я» со всеми его особенностями (национальными, сословными, индивидуальными) ведет за собой беспристрастие, нелицеприятие, бескорыстие и предохраняет деятельность пастыря от нежелательных в ней качеств.
   В 1948 г. о. Никон по благословению Святейшего Патриарха Алексия был возведен в сан игумена, а в 1953 г. возвращен в Глинскую пустынь. В обитель стали ездить его бывшие прихожане, обращались к нему и многие другие богомольцы.
   Часто можно было видеть, как старец, окруженный людьми, давал советы, отвечал на вопросы, благословлял своих духовных чад, а иногда водил их на братское кладбище Глинской пустыни, где покоится много святых.
   Видя духовную мудрость и опытность старца, обращались к нему и многие иноки. Отец Никон говорил, что жить духовно — значит непременно иметь в своем сердце благодать Святого Духа, а духовный подвиг инока прежде всего заключается в очищении сердца от страстей.
   Именно в переоценке духовных ценностей, в перенесении центра своих стремлений, желаний и помышлений с внешних предметов на внутренний мир, в освобождении от всего греховного, что отделяет человека от Бога, и состоит очищение сердца. Это приводит последователя Христова к истинной христианской жизни, что делает его целенаправленным, более сосредоточенным, способным на всякое доброе дело. Духовность свидетельствует о способности христианина жить добродетельно.
   Советов и наставлений старца просили многие священники, среди них и те, кто лишь начинал свое служение. Отец Никон считал, что сила евангельской необмирщенности (в миру, но не от мира) должна быть присуща всякому пастырю. Лишь необмирщенность, несвязанность пастыря ни с какими ценностями земными может сделать пастыря свободным во Христе. «Если Сын освободит вас (от всех призрачных и временных ценностей земли. — А.И.), то истинно свободны будете» (Ин.8:36). Пастырь, как призванный освобождать души для Царствия Божия, должен быть, прежде всего, свободен сам от власти мира, плоти и диавола. Пастырю нужно с первых дней своего служения избегать всякого пристрастия к материальному благополучию, которое делает его нерадивым. У пастыря на первом плане должно быть ревностное усердие к исполнению своего долга. Когда пасомые увидят в пастыре это усердие, то начнут любить его, и этим он приобретет доверие прихожан. К такому пастырю и материальные средства придут быстрее, чем к тому, кто их ищет.
   Старец повторял, что в основе христианского мировоззрения лежит любовь к Богу и человеку. Чувство живой веры в Бога и горячей любви к Нему и людям сделаются в пастыре Церкви основанием того истинного и прочного чувства долга, которое внесет в его деятельность святое воодушевление, внесет в нее дух и жизнь; станут для пастыря источником таких высоких духовных радостей и наслаждений, во имя которых он твердо и мужественно преодолеет и перенесет все злое, что может встретиться на его тернистом пути, — эти благодатные радости и наслаждения сделаются для него такой наградой, которую он не променяет ни на какие блага мира.
   В возрасте восьмидесяти пяти лет о. Никон, по прошению, был пострижен в схиму с именем Николай1230 . Усилив подвиги поста, бдения и молитвы, он по-прежнему принимал иноков и богомольцев, с трогательной заботой и любовью относился к младшей братии. Подвижник Божий отличался необыкновенной добротой, часто бодрым словом стремился поднять дух молодых иноков, а если они заболевали, то сам делал лекарство и ухаживал за ними. Настоятель отзывался о нем, как о «старце примерной жизни»1231 . После закрытия обители схиигумен Николай жил у родственников в Глухове, где и окончил свою земную жизнь.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1899 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 107—108.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 25, 28, 51.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОСХИМОНАХ ПАИСИЙ

    Иеросхимонах Паисий (в монашестве Полиевкт, в миру Павел Дмитриевич Гришкин) родился 8 декабря 1879 г. в селе Гусевка Людиновского уезда Калужской губернии в крестьянской семье1232 . Благочестивая семья Гришкиных была достаточно обеспечена1233 и часто приезжала на богомолье в Оптину пустынь. С малых лет сердце Павла горело любовью к Богу и к жизни иноческой. Господь еще в детстве даровал ему многоопытного духовного наставника. Им стал бывший келейник преподобного Амвросия, известный впоследствии Оптинский старец Анатолий (в миру Александр Потапов). После кончины скитоначальника Оптиной пустыни о. Иосифа (Литовкина) именно он выделился среди всех учеников старца Амвросия и пользовался всеобщим уважением. По отзывам современников, «на нем ясно чувствовались дух и сила первых великих Оптинских старцев», а по своему «стремительному, радостно-любвеобильному и смиренномудрому обращению с людьми он напоминал преподобного Серафима Саровского1234 . По благословению о. Анатолия Павел в 1898 г. после окончания сельской школы, поступил в Оптину пустынь1235 . Послушание он проходил при рухлядной1236 , к старцу своему ходил ежедневно сначала в скит Оптиной пустыни, затем в храм Владимирской иконы Божией матери, при котором была келлия о. Анатолия. Старец очень почитал святителя Тихона Задонского и часто давал своим духовным детям читать его творения. Поучения же самого о. Анатолия всегда указывали Павлу верный путь к достижению духовного совершенства, а весь строго подвижнический уклад жизни обители не давал ослабеть его ревности.
   В 1918 г. Павла постригли в рясофор1237 , а в 1920 г. в монашество с именем Полиевкт1238 . Вместе со своим старцем он пережил в обители все трудности военного времени, революции и гражданской войны1239 . Советы старца и его наставления о. Полиевкт не только с благоговением хранил в своем сердце, но и делом исполнял их до самых последних дней своей жизни. Особенно запомнились ему слова о пользе откровения помыслов, которое постепенно приводит человека к истинному смирению, рождая в душе сознание своей греховности и болезнование о ней.
   За долгие годы жизни в монастыре при полном отсечении своей воли и своего «я» о. Полиевкт достиг высокой степени чистоты сердца и мудрости духовной. Строгость к себе, недоверие к своему мнению и полное послушание были его отличительными чертами.
   После закрытия Оптиной пустыни монах Полиевкт работал чернорабочим в Днепропетровске, затем в Козельске, с 1940 по 1943 г. жил на родине. В 1943 г. он переехал в Новочеркасск Ростовской области, где в 1945 г. епископом Смоленским Стефаном был рукоположен во иеродиакона, а в 1949 г. епископом Ростовским Вениамином — во иеромонаха1240 . До 1954 г. он служил в Новочеркасске, затем в селе Петровское Ростовской области1241 .
   В 1955 г. о. Полиевкт направил прошение архимандриту Серафиму (Амелину) о принятии егс в Глинскую пустынь. Об этом же просил епископа Евстратия митрополит Ростовский и Каменский Вениамин, который писал: «Отец Полиевкт — бывший монах Оптиной пустыни, хорошо знающий монастырскую жизнь; он скромен, любит церковные службы и доброго поведения»1242 .
   В мае 1955 г. иеромонах Полиевкт был переведен в Глинскую пустынь на покой1243 . Здесь он жил на первом этаже бывшего больничного корпуса в одной келлии сначала с иеросхимонахом Иларионом (Щастным), затем со схимонахом Варсонофием (Середой). Превозмогая болезни, о. Полиевкт много трудился в обители, не позволяя себе никаких послаблений. Настоятель архимандрит Серафим писал о нем епископу Евстратию: «Иеромонах Полиевкт, несмотря на престарелые годы и сердечную болезнь, зарекомендовал себя послушным и трудолюбивым старцем, участвуя в физическом труде и отправлении церковных треб»1244 . В 1957 г. епископом Евстратием он был награжден набедренником1245 .
   Это был строгий и ревностный исполнитель иноческих обетов. По отношению к глубоко уважавшей его братии обители он также был строг, требователен и взыскателен. Часто напоминал он инокам об их обещании служить Христу верой и правдой, о том, что совесть есть внутренний мздовоздаятель всех дел и поступков христианина, и желающий достигнуть вечного спасение не только должен бороться с грехом, но обязан не соглашаться с порочными мыслями и пожеланиями, которые нарушают спокойствие его совести.
   Имея глубочайшее смирение и самоукорение, он в то же время мог обличить любого, кто не исполнял монашеских обязанностей, — и старшего, и младшего.
   За советом к о. Полиевкту обращались многие священнослужители. Старец говорил, что добрая жизнь пастыря должна заключаться в полном отречении от самого себя, от своих личных интересов и стремлений, в самоотверженной любви к Богу и исполнении Его благой воли. Господь Иисус Христос, проходя общественное служение, единственной целью для Себя поставил: «Да сотворю волю Пославшего Мя» (Ин.4:34). Это было «брашно» Спасителя, т.е. духовная настроенность всей Его земной жизни. Послушание воле Небесного Отца — самая главная черта характера Пастыреначальника: «Не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк.22:42). Послушание Божественной воле должно быть также целью пастыря Церкви Христовой. Он обязан жить согласно с учением Христовым.
   У о. Полиевкта было очень много почитателей среди богомольцев. Он обладал молитвенным даром так воздействовать на человека, что тот, чувствуя невидимое присутствие всемогущего Господа, со всей откровенностью исповедовал старцу самые потаенные движения своего сердца. Людей, живущих в миру, о. Полиевкт учил созидать свое спасение в мелочах будничной жизни так, чтобы все дела были сделаны Господа ради и во славу Его.
   Он наставлял всех во время пребывания в храме не развлекаться и не разговаривать, внимать чтению и пению, так как Слово Божие, как Слово самой Божественной Истины, благодатной своей силой просвещает разум, очищает совесть и сердце, делает их способными к восприятию благодатных внушений. Сила благодати, сокровенная в Слове Божием, возбуждает и укрепляет волю к исполнению закона Божия, к борьбе с искушающим злом и демонами. Слово Божие, по словам святителя Тихона Задонского, насаждает и укрепляет в нас веру, утверждает надежду, насаждает и укрепляет в нас любовь к Создателю. Словом Божиим вся Святая Церковь в вере пребывает, утверждается и спасается.
   Несмотря на строгость, о. Полиевкт всегда принимал самое теплое участие в скорбях ближних, а поэтому он особенно мог утешить приходящих к нему. Он не отчаивался ни в чьем исправлении, умел ободрить и поднять дух у людей нерадивых и малодушных, вселить надежду в унывающих. Старец старался довести до сознания своих духовных детей, что исполнение воли Божией и надежда на Него доставляют не только облегчение в телесных и душевных скорбях, но и утешение, исключающее возможность всякого уныния.
   В возрасте 80-ти лет, по прошению, он был пострижен в схиму с именем Паисий и с присущей ему ревностью подвизался в схимнических трудах. После закрытия Глинской пустыни о. Паисий перешел в Троице-Сергиеву Лавру, где также пользовался большим уважением братии. Но в скором времени он почил там о Господе.
    Архивные документы
    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 16—17.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 23, 28, 51.
   Списки послушников Оптиной пустыни за 1892, 1904, 1914 гг. // ОР ГБЛ, ф. 213, к. 2, ед. хр. 3, л. 5.
   Материалы о послушниках Козельской Введенской Оптиной пустыни // Там же, к. 3, ед. хр. 15, л. 5.
   Документы, связанные с жизнью и деятельностью Козельской Введенской Оптиной пустыни в 1917—1919 гг. // Там же, к. 4, ед. хр. 4, л. 105.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

СХИМОНАХ ВАРСОНОФИЙ

    Схимонах Варсонофий (в монашестве Виталий, в миру Василий Филиппович Середа) родился 28 апреля 1878 г. в городе Ромны в семье украинского казака1246 . В 1890 г. он окончил три класса народной школы, с 1900 по 1904 г. был на военной службе, с 1905 по 1906 г. участвовал в русско-японской войне.
   Страдания людей, с которыми он столкнулся в это военное время, недолговечность и суетность человеческой жизни, гибель сослуживцев, очевидцем которой он был, глубоко потрясли его. Размышления о смерти, о ее неизбежности возвысили его душу и породили в ней желание послужить Господу в монашеском звании. Стремясь к жизни подлинно аскетической и совершенно отрешенной от мирской суеты, испросив благословение родителей, Василий в 1910 г. отправился на Афон. Святая Гора покорила душу Василия необыкновенной, как бы специально созданной для иноческой жизни природой, древними обителями, продолжительными торжественными богослужениями. И он со слезами припал к ногам богомудрых Афонских старцев, умоляя принять его в число братства Русского Свято-Пантелеимонова монастыря. Видя искренность и чистоту его намерений, старцы приняли его в обитель. Прежде всего по афонскому обычаю он исповедал духовнику грехи за всю свою жизнь и, обновленный в Таинстве покаяния, приступил к первым монастырским трудам.
   Вначале для испытания твердости его воли Василия назначили на самые тяжелые послушания, но, видя его самоотверженность и добросовестность, перевели в канцелярию, где он проявил себя способным, смиренным и трудолюбивым послушником.
   Многовековой уклад жизни Свято-Пантелеимонова монастыря был средством к стяжанию иноками благодатных даров Святого Духа. Продолжительные богослужения в храме (когда вся ночь посвящалась исключительно молитве), молитвенное келейное правило, ежедневное исповедание помыслов, строгие посты (в понедельник, среду и пятницу ели один раз в день и без постного масла), труды послушания, чтение святоотеческих творений из богатейшей монастырской библиотеки — все это очищало душу молодого послушника и возогревало его ревность в деле спасения.
   Это были годы расцвета русского монашества на Афоне. В обители воздвигали новые храмы, умножалась братия. В 1912 г. в Русском Свято-Пантелеимоновом монастыре было 25 храмов и параклисов, подвизалось более 1800 иноков, среди них много опытных в духовной жизни старцев, деятельно проходивших молитву Иисусову, в их числе и старец схимонах Силуан (в миру Семен Иванович Антонов).
   Под их руководством упражнялся в непрестанной Иисусовой молитве и Василий. Это духовное делание стало основным в его жизни. В 1915 г. он был призван в русскую армию и воевал до заключения мира с Германией. Вернуться на Святой Афон, куда так стремилась его душа, он не смог из-за начавшейся гражданской войны. Василий жил на родине, работая по найму столяром.
   В эти тяжелые годы жизнь на Афоне казалась ему раем. Но он, молясь непрестанно, не терял духовной целенаправленности. Его постоянным духовным орудием стало имя Господа, а ревность Божия действовала в нем так сильно, что часто, читая святое Евангелие, он не мог сдержать слез. Жизнь Василия Середы — это удивительный пример внутренней собранности и истинно монашеской жизни в миру.
   Лишь в июле 1957 г. смог Василий поступить в монастырь. Он приехал в Глинскую пустынь, духовно близкую его сердцу, благодаря строгому Афонскому уставу и молитвенно-подвижнической жизни ее старцев. Более сорока двух лет прожил Василий вне монастыря, но пришел в обитель истинным монахом. Высоту его духовной жизни прозрел схиархимандрит Серафим и сразу же по поступлении Василия в пустынь сам постриг его в мантию с именем Виталий1247 .
   После пострига о. Виталий проявил присущее ему трудолюбие и редкое послушание во всех монастырских делах, отличался скромностью и смирением1248 . «Усердный к молитве»1249 , он неопустительно посещал все богослужения, кроме положенного монашеского правила, келейно совершал правило, данное ему еще Афонскими старцами, спал крайне мало, постился строго.
   Отец Виталий достиг большого преуспеяния в Иисусовой молитве. Соединенная со смиренным сознанием своих немощей непрестанная молитва очистила его сердце от страстей, просветила ум и наполнила душу дарами Духа Святого. Духовная опытность этого старца Божия, несмотря на крайнее немногословие и сокровенную внутреннюю жизнь, не могла укрыться от внимательной братии. И монахи, значительно ранее его принявшие постриг, часто обращались к о. Виталию за советом, особенно относительно молитвы Иисусовой. Богатый опытом старец безошибочно руководил ими в этом сокровенном делании. Занимаясь сам постоянной умной молитвой и получая посредством ее благодатное утешение, он считал своим долгом передать опыт молитвенного делания своим последователям. Основываясь на святоотеческом учении, он говорил, что молитва есть дыхание души. «Что воздух для жизни тела, то Дух Святой для жизни души. Душа посредством молитвы дышит святым, таинственным воздухом»1250 . Но для стяжания такой молитвы необходимо внутреннее внимание, необходимо смирение, сокрушение сердца и покаяние. Отсутствие этих элементов истинной молитвы есть признак уклонения в ложное направление, признак самообольщения, прелести или бесплодия.
   Пользуясь в монастыре большим авторитетом, он передавал подвижникам многовековые традиции афонского старчества. Старчество очень полезно и спасительно, но в основе его должно быть не просто повиновение, а доверие и откровенность между пастырем и пасомым, а также видимая духовная польза, какую получает спрашивающий о всех, даже самых мелких вопросах в духовной и практической жизни.
   Предвидя закрытие монастыря и зная, что о. Виталий долгое время и вне обители жил истинно по-монашески, многие иноки обращались к нему за поддержкой и советом. Его краткие, ясные наставления содержали в себе духовную силу, возгревали в братии ревность ко спасению и укрепляли в уповании на великую милость Божию и Его спасительное руководство. Отец Виталий говорил, что вступление в иноческий чин знаменует собой твердую решимость жить, не поддаваясь увлечениям страстей. Подвиг этот непрерывен в течение всей земной жизни вплоть до отхода из мира сего и представления перед лицом Бога. «Хотите спасаться, войдите внутрь себя, встаньте вниманием у входа сердца и истребляйте все вражеское, входящее и подходящее»1251 . Живя таким образом, инок предстанет перед Богом верным Его служителем. Сам же старец, горя ревностной любовью к Богу, искал высших подвигов в духовной жизни. Незадолго до закрытия обители он был пострижен в святую схиму с именем Варсонофий1252 в честь преподобного Варсонофия Великого, поучения которого всегда были для о. Виталия верным руководством в духовной жизни.
   После закрытия Глинской пустыни схимонах Варсонофий перешел в Псково-Печерский монастырь, где мирно почил о Господе.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 22—23.
   Материалы о закрытии монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 24, 30, 51.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.
   Документы личного архива автора.

ИЕРОМОНАХ МИХАИЛ

    Иеромонах Михаил (в миру Макарий Артемьевич Петренко) родился 25 июня 1883 г. в селе Ястребщина Глуховского уезда Черниговской губернии. Родители его были крестьяне. В 1901 г. он окончил церковноприходскую школу, с 1905 по 1907 г. был на военной службе, затем жил на родине и занимался сельским хозяйством1253 .
   29 мая 1943 г. Макарий поступил в Глинскую пустынь. Кроме общих послушаний, исполнял в обители послушание пономаря. В 1945 г. он был пострижен в монашество с именем Михаил и рукоположен во иеродиакона, а в 1948 г. — во иеромонаха, с 1947 г. исполнял должность ризничего1254 . В 1948 г. в Глинскую пустынь поступил младший брат о. Михаила — Александр. Оба они жили на первом этаже бывшей часовни — «углового столпа», под келлией духовника обители иеросхимонаха Серафима (Романцова). Александр был очень болезненным и в 1953 г. умер.
   23 марта 1953 г. о. Михаил был назначен экономом обители1255 . В этой должности он много потрудился, ревностно заботясь о строительстве новых зданий в монастыре.
   Кроткий, смиренный, молчаливый, он был любим всей братией. В 1954 г. о. Михаил был награжден набедренником1256 . В его послужном списке сказано, что он отличался «особым смирением, терпением и послушанием». Отец Михаил совершал чредное священнослужение и исповедовал богомольцев1257 .
   Это был духовник ревностный, он стремился возрождать души тех, кто к нему обращался, приводить их к единению со Христом, требовал от них глубокого молитвенного подвига и постоянной борьбы с грехом. Как духовник, он имел необходимую мудрость и духовный опыт, которые позволяли ему умело врачевать души и налагать наказание не просто по мере прегрешений, но исследовав намерение согрешающих. Его сердечная чуткость и наблюдательность помогали ему в труднейшем деле руководства людьми различного характера и воспитания. Он всегда ясно видел, кого нужно строго наказать, а кого, наоборот, утешить и поддержать даже после падения.
   Отец Михаил умело ободрял своих чад, водворял в их сердца желание стремиться к небесной жизни, а все их недостатки и падения считал следствием своей собственной недостаточной ревности и мудрости и поэтому всегда и во всем внутренне укорял себя. Он пользовался большим авторитетом у богомольцев.
   Духовная опытность о. Михаила привлекала к нему и братию монастыря, многие иноки приходили к нему за советом. Возбуждая в них ревность к истинно монашеской жизни и раскрывая ее смысл, о. Михаил говорил, что Царствие Божие есть внутреннее состояние, которое является следствием духоносного и богоносного настроения души. Человек с таким настроением уже на земле становится членом Царствия Божия и способен переживать радость райского состояния. К стяжанию этого Царствия в своей душе еще здесь, на земле, должен стремиться каждый человек, тем более монах. О духовной опытности о. Михаила, о высоком доверии, которое оказывали ему воспитавшие его Глинские старцы, свидетельствует то, что ему поручали совершать постриги в монашество и руководство новоначальными.
   В 1958 г. Святейшим Патриархом Алексием I о. Михаил был награжден наперсным крестом1258 .
   В последние годы жизни в обители у о. Михаила от больших нагрузок ноги были покрыты язвами, но он все терпел и продолжал ходить в храм, совершал богослужения и исповедовал. После закрытия обители сначала из-за болезни ног он был переведен в Глуховскую районную больницу1259 , затем переехал в село Шалыгино, где в скором времени скончался.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1953 г. , ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, л. 31.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // Там же, д. 34.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1956 г.,// Там же, д. 43.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

СХИАРХИМАНДРИТ АНДРОНИК (†1974)

(8 марта ст. ст. / 21 марта нов. ст.)

    Схиархимандрит Андроник (в миру Алексей Андреевич Лукаш), маститый старец, великий молитвенник и смиренный труженик на ниве Христовой, родился 12 февраля 1889 г. в селе Луппа Лохвицкого уезда Полтавской губернии в семье крестьянина Андрея и его жены Акилины1260 . Начальное образование получил в сельской церковно-приходской школе. В 1905 г., желая всецело посвятить свою жизнь Богу, Алексей приехал в Глинскую пустынь1261 и попросил настоятеля схиархимандрита Иоанникия (Гомолко) принять его в обитель. «Строгий, умный отец Иоанникий», проверяя решимость юноши, спросил: «Ты такой молодой, а послушания у нас тяжелые... Как будешь жить?»1262 . Но, видя непоколебимое стремление Алексея к иноческой жизни, принял его в состав братства. Сначала Алексей нес послушание в монастырской гостинице, принимая гостей, затем — на мойке белья, на кухне, в саду, на пасеке, и, наконец, в скиту. Первым его старцем был о. Аристоклий (Ветер). В 1913 г. о. Аристоклий перешел в Омский Покровский монастырь, а Алексея поручили строгому аскету и опытному подвижнику о. Иулиану (Гагарину), который научил его следить за душевными страстями, не действовать по их внушению, а призывая Божию помощь, противоборствовать им. С детства кроткий и смиренный, Алексей полностью предал себя в волю старцев. Такая настроенность привлекала к нему благоволение и милость Божию, помогала возрастать в богоугодной жизни и идти спасительным путем духовного обновления. Тем, кто усердно занимается внутренним подвигом, посылаются и сугубые скорби. Так и жизненный путь старца был преисполнен различных скорбей.
   В 1915 г. Алексея призвали в армию. Сначала он служил в Перми, но вскоре был переведен на фронт, где попал в плен к австрийцам1263 и пробыл в Австрии три с половиной года. Пленных почти не кормили, работу давали самую трудную. Многие пленные умерли. Но Алексей усиленно молился и принимал все скорби как от руки Божией. От такого внутреннего устроения в душе его постоянно сохранялся мир. Он стяжал живую веру и получал благодатные утешения. О страданиях тех лет старец с присущей ему кротостью говорил: «Мы землю копали, все равно ведь нужно трудиться. И чудеса Божии сопутствовали нам»1264 . Конвоиры, видя, как старательно он работает, предлагали ему табак (нередко пленные меняли хлеб на табак), но Алексей не брал. Они удивлялись и говорили: «И не курит, и трудится»1265 . После окончания войны в 1918 г. он вернулся в обитель, где сначала проходил послушание на монастырской мельнице, а затем был определен на должность эконома1266 . 11 июня 1920 г. был пострижен в рясофор, а в 1921 г. — принял монашеский постриг с именем Андроник1267 . День пострига навсегда остался в его памяти. Позднее он писал и говорил своим духовным детям: «Помните великий день вашего пострига, помните обеты при постриге, данные вами... быть истинными монахами — вовеки не согрешите»1268 . Годы, проведенные в обители, оставили в молодом иноке неизгладимый след и способствовали его духовному совершенствованию. И впоследствии, где бы он ни был, он всегда был тверд в исполнении своих монашеских обетов.
   Отец Андроник глубоко переживал закрытие Глинской пустыни и говорил, что это было «событие страшное»1269 . Своей строгой иноческой жизнью и беспрекословным послушанием монах Андроник обратил на себя внимание епископа Павлина (Крошечкина), Курского викария, который взял его к себе в келейники и в 1922 г. рукоположил во иеродиакона. Старец рассказывал: «Однажды в храме подошла ко мне какая-то женщина и со слезами говорила, что все церкви закрыты, колокола перестали звонить, а я сказал: «Бог даст и зазвонят», за эти слова сослали меня на Колыму в 1923 г. на 5 лет1270 . В ссылке о. Андроник служил санитаром в тюремной больнице. Он ухаживал за больными с искренними состраданием и любовью, сам мыл их. Все его любили, а сосланные узбеки даже звали «мамой». Однажды в больницу привезли умершего епископа Иринарха (Синькова). Отец Андроник обмыл его и упросил врача, чтобы тот отдал для погребения епископа большой гроб, который несколько лет стоял в больнице, потом «застелил гроб белой простыней, из полотенца сделал омофор, надел на епископа свою шапку и в руки дал четки1271 . Отец Андроник написал епископу Павлину, что Господь сподобил его похоронить епископа Иринарха. В 1936 г. он был награжден за это золотым наперсным крестом Патриаршим местоблюстителем блаженнейшим митрополитом Сергием. По амнистии о. Андроник вернулся из ссылки раньше срока и по-прежнему был келейником у епископа Павлина, который в 1926 г. в Московском храме Воскресения в Сокольниках (к этому времени преосвященный Павлин был назначен епископом Можайским, викарием Московской епархии) рукоположил его в сан иеромонаха. Через год, когда о. Андроник сильно заболел, он был пострижен в схиму с оставлением имени Андроник (в честь преподобного Андроника, память 26 (13) июня1272 .
   В 1939 году о. Андроник во второй раз был осужден и сослан на Колыму. Сначала его одиннадцать месяцев держали в тюрьме, где каждую ночь вызывали на допросы и принуждали оклеветать епископа Павлина, но старец молчал. Ему угрожали, мучили: «Поставят к стене и начинают стрелять, но мимо, запугивают...»1273 . Следователь кричал на о. Андроника: «Я тебя убью», а однажды сорвал со старца крест и бросил в печь. Отец Андроник сказал: «Что ты делаешь? Меня крестили, мне дала мать крестик, а ты срываешь». Но на допросах его не били и бранными словами в его присутствии не ругались. Только один раз во время допроса вошел в комнату «какой-то верзила и сказал следователю: «Сколько ты будешь возиться с этим стариком?»1274 и ударил о. Андроника так, что тот потерял сознание. «Очнулся уже в тюремной больнице и на вопросы, что с ним случилось, отвечал, что шел на допрос, упал, да о камень ударился»1275 . Как-то привели старца в большую комнату, в которой была раскаленная печь, и сказали: «Ну, Лукаш, садись на печку». Отец Андроник спросил: «Как, разуваться? Босым лезть?» Тогда его удержали: «Пока подожди». Во время другого допроса раздели до нижнего белья, вывели в коридор, где стояли огромные ящики в рост человека, в таком ящике его и заперли, а мороз был пятьдесят градусов. Старец подумал, что замерзнет и умрет там, но в последний момент ящик открыли, под руки вывели его, так как сам он идти уже не мог1276 . Много раз предлагали подписать какие-то бумаги, но о. Андроник отвечал: «Я неграмотный, не знаю, что там написано», — и не подписывал. Затем о. Андроника перевели в лагерь, там было легче, допросов не было, «только шпана очень беспокоила, если к ней попадешь»1277 .
   В лагере много работали, о. Андроник был там дневальным. Трудолюбие, послушание и внутреннее благородство старца вызывали уважение не только у осужденных, но и у охранников. Сам начальник лагеря очень его уважал, дорожил им и в конце срока взял к себе в дом, где о. Андроник вел все домашнее хозяйство. «Я повесил картиночку «Воскресение», молился, а когда начальник стал за это упрекать, то сказал: «Не нравится — уйду в лагерь», — рассказывал старец. По-видимому, он сильно болел в то время, так как просил начальника в случае его смерти сообщить в Патриархию, что скончался такой-то схимник. Все в той семье очень полюбили о. Андроника, жена начальника расспрашивала его о духовной жизни, а когда закончился срок о. Андроника и он уезжал в Глинскую пустынь, она дала ему денег на дорогу. Сам же начальник всеми силами пытался удержать о.`Андроника, жалко ему было расставаться со старцем1278 .
   28 сентября 1948 г. о. Андроник вернулся в Глинскую пустынь1279 . С самыми теплыми чувствами братской любви встретили его настоятель и старцы обители. Видя высокоподвижническую жизнь о. Андроника, епископ Сумской и Ахтырский Иларион в апреле 1949 г. назначил его благочинным и ризничным монастыря1280 . Как благочинный, он должен был следить за всем в обители, собирать братию на общие послушания (сенокос, заготовку дров, работы на огороде и др.), на которых всегда сам был первым. Во всех делах о. Андроник был энергичен и бодр, так что слово его, живое, задушевное, ясное, подбадривало и всех окружающих. Работать с ним было легко и радостно.
   Душа о. Андроника, очищенная многими скорбями, была преисполнена благодатных даров Святого Духа. Эта духоносность и привлекала людей к старцу. Великодушно претерпев все страдания, он делом исполнил заповедь: «Любите врагов ваших» и стяжал в своем сердце величайший дар благодати Божией — христианскую любовь к ближнему. Смирение и кротость безраздельно царили в его душе, даже ходил старец всегда смиренно согнувшись.
   В его послужном списке было сказано: «Отец Андроник отличается особым смирением, кротостью и трудолюбием; послушлив, любвеобилен»1281 . Вначале братия обращались к нему лишь по делам послушаний, но, чувствуя его горячую, искреннюю, снисходительную ко всем человеческим немощам любовь и духовную опытность, стали поверять ему свою душу. После беседы со старцем, его молитв тихое и благодатное утешение наполняло их сердце. В короткое время он снискал такое доверие, что стал братским духовником1282 . Епископ Сумской и Ахтырский Евстратий писал: «Отец Андроник... пользуется заслуженным уважением всех насельников обители. Все свободное время проводит в молитве»1283 .
   Действительно, ни одного решения не принимал старец без усердной молитвы. За своих духовных детей молился он непрестанно, как сам писал: «Сколько есть моих сил, всегда днем и ночью я вас поминаю в своих прежних молитвах»1284 . Мудрый духовный наставник, о. Андроник имел дар от Бога безошибочно видеть внутреннее состояние человека. Вся сила духовного руководства старца сводилась к тому, чтобы указать каждой душе путь спасения через веру во Христа Спасителя. Спасая других, он и сам восходил на вершину богообщения, и слушающих его возводил за собой.
   Советы старца всегда были основаны на учении святых отцов. В сохранившихся записях о. Андроника собраны наставления из «Отечника», «Луга духовного», других святоотеческих творений, а также глубокие по своему содержанию собственные изречения старца, которые он сам переписывал и раздавал своим ученикам1285 .
   5 мая 1955 г. по благословению Святейшего Патриарха Алексия I о. Андроник был возведен епископом Евстратием в сан схиигумена. Велик был духовный авторитет старца. Не только братия, но и сам настоятель обители архимандрит Серафим исповедовались у него. С глубоким почтением и уважением относился к нему епископ Евстратий (Подольский), который писал о. Андронику: «Вот уже шестой год я знаю Вас в ответственной и многотрудной должности (благочинного. — А.И.), которую Вы исполняете с большой ревностью и такой же большой пользой для монастыря... Вы пользуетесь заслуженной любовью как насельников обители, так и многочисленных богомольцев ее... и моим архипастырским расположением»1286 . В прошениях обители к архиерею самыми убедительными для него были слова: «Сам схиигумен Андроник лично просит Вас»1287 . В 1960 г. Святейший Патриарх Алексий I наградил о. Андроника палицей.
   После закрытия обители в 1961 г. о. Андроник переселился в Тбилиси под непосредственное попечение бывшего начальника Глинской пустыни митрополита Тетрицкаройского Зиновия (Мажуги), который очень любил и почитал старца. В Грузии о. Андроник продолжил свое старческое служение. Он совершал богослужения и исповедовал в храме святого Александра Невского — кафедральном храме владыки Зиновия. Сюда, как раньше в Глинскую пустынь, со всех концов страны устремились к нему ищущие спасения. Поистине, старец был вождь духовный. Вся его жизнь была направлена к одной цели — спасению своей души и душ ближних. Своим благодатным словом он врачевал язвы страждущих, утешал любовью и участием, разделял скорбь и горе, давал отраду и духовную поддержку. По его молитвам врачевались не только духовные раны, но и болезни телесные. Его пастырство побуждало иерархов Грузинской Православной Церкви ревностнее относиться к своему служению, поскольку у них в храмах было немного богомольцев, а церковь, где исповедовал о. Андроник, всегда была переполнена, благодаря молитвенному подвигу старца. В 1963 г. по благословению Святейшего Патриарха Алексия I митрополит Зиновий возвел о. Андроника в сан архимандрита.
   Тесна была духовная связь о. Андроника со всеми Глинскими иноками, которые часто писали ему, приезжали. «Сердце горело, когда ехали к старцу», — вспоминали они. Письма о. Андроника к его духовным детям — инокам Глинской пустыни, составляющие часть его духовного наследия, проникнуты необыкновенно искренней, трогательной любовью, истинно отцовской заботой и даже лаской. В то же время они содержат и строгие, мудрые, высокодуховные наставления. Приведем лишь несколько отрывков из его писем: «Духовный и возлюбленный мой родной сыночек отец И. (имя снято автором. — Примеч. издат.). Не скорби... Господь — сердцеведец, призови Его крепкой сердечной верой, и Он, Всеблагий, всегда тебе поможет. А больше всего всегда старайся и дела, и жизнь свою предавать всецело святой воле Божией. Буду молиться за тебя, родной, но ты и сам приложи свой посильный труд к этому делу». «Мужайтесь, и да крепится сердце ваше среди докучливых и иногда устрашающих искушений. Добро всегда иметь Господа пред собою и в Его присутствии находиться в непрестанной молитве... Господи, посылаешь ми скорби, прошу: пошли и терпение. Господи помилуй, Господи помилуй, Господи прости помоги мне Господи Крест Твой понести».
   «Радуйся во искушениях, которые будут допущены тебе, при посредстве их приобретается духовный плод». «Молися почаще и говори: «Не яко аз хощу, а яко Ты, Отче». Матерь Божию нужно просить, Она никогда не оставит». Только нужно крепко веровать»1288 . К Матери Божией имел о. Андроник величайшее благоговение и любовь: «Поручитесь Матери Божией — Она вас всегда и везде спасет!»
   Очень часто старец повторял: «У человека невозможно, у Бога все возможно...», — «Нужно думать и помнить каждую минуту о смерти. Как ложишься спать, думай: «Легли многие и не встали; заснул — и на вечность».
   К старцу обращались многие священнослужители для разрешения вопросов, которые у них возникали в их пастырской деятельности. Вот дословные ответы старца на некоторые из таких вопросов:
   «Те, кто причащаются каждый день, — эти люди в прелести. Это не нужно, это от лукавого. Причащаться надо только один раз в месяц. Нужно приготовиться к Причастию, отсекать своеволие, чтобы Причастие было во спасение, а не во осуждение. Каждый день причащаться может схимник, монах больной, седмичный священник... Священникам надо почаще каяться. Людей исповедуем часто, а сами не каемся. Хорошо каждый день исповедоваться, что есть на совести...
   Если в храме есть ковры, на которых изображены кресты, то такие ковры надо убрать... на кресте был Господь распят, а мы ходим, топчем. Однажды в Глинскую пустынь прислали дорогой ковер, а на нем большой крест, но сразу заметили и убрали...
   Некоторые священники, когда нет вина, совершают литургию на соках. Это грех. Это недопустимо.
   Во время литургии на жертвеннике и на престоле нужно, чтобы обязательно горели свечи, если не горят, то смертно согрешает иерей»1289 .
   Достигнув преклонного возраста, схиархимандрит Андроник почувствовал, что приближается переход его в иной мир, к чему он готовился всю свою жизнь бдением, пощением и молитвой. В ноябре 1973 г. во время чтения утренней молитвы «Боже, очисти мя, грешного...» он стал говорить невнятно и сбивчиво, вскоре у него пропала речь, и отнялась левая сторона тела. Многие полагали, что ему осталось жить несколько часов, но Божиим Промышлением он еще должен был пожить на пользу своих духовных чад. Через двадцать пять дней речь его восстановилась, но паралич левой стороны продолжался до самой кончины.
   Не имея возможности по болезни посещать богослужения, он переносил болезнь без ропота и непрестанно молился дома, ежедневно причащаясь Святых Христовых Таин. На первой седмице Великого поста о. Андроник почувствовал облегчение и даже мог петь ирмос «Помощник и Покровитель...» И никто теперь уже не думал, что это была последняя его песнь. На третьей седмице его здоровье ухудшилось, и он перестал принимать пищу. 17 марта, в воскресенье, в половине шестого утра, он был в забытьи. Это состояние продолжалось до 10 часов вечера, когда он внятно произнес слова: «Милость Божия все покроет», а затем начал кого-то благословлять. По-видимому, за строгую подвижническую жизнь Господь сподобил его узреть отшедших своих собратий по духу. После этого он пришел в сознание, тихо сказал: «Я буду умирать», закрыл глаза и уже ни с кем не говорил, хотя все понимал и оставался в полном сознании. Силы старца слабели, и 21 марта, в четверг, в начале шестого часа утра он в мирной и безболезненной кончине предал дух свой Богу.
   21 марта гроб с телом почившего схиархимандрита Андроника был поставлен в соборе во имя святого благоверного князя Александра Невского в Тбилиси, где митрополитом Зиновием была совершена великая панихида. Тело старца находилось в соборе до 26 марта. У гроба совершались панихиды и читалось местными и приезжими священниками Святое Евангелие. 26 марта архимандрит Иоанн (Маслов) с собором клириков совершил литургию Преждеосвященных Даров. Отпевание и погребение схиархимандрита Андроника были совершены митрополитом Зиновием с собором духовенства в присутствии иерарха Грузинской Церкви епископа Цилканского Гайоза, ректора Мцхетской духовной семинарии. Бывший насельник Глинской пустыни игумен Иларион (Приходько) сказал сердечное прощальное слово, в котором подчеркнул, что о. Андроник был человеком широкой души, глубокой веры и большим тружеником, его сердце было исполнено сострадательной любви к каждому человеку, он жил не для себя, но для народа, поэтому к нему вполне приложимо наименование печальника душ человеческих. Затем гроб с телом о. Андроника был обнесен священнослужителями вокруг престола. Прощальная процессия направилась к месту погребения — Грмагельскому городскому кладбищу. По совершении на могиле краткой литии гроб с останками верного служителя Церкви Христовой при пении «Вечной памяти» был опущен в могилу. Прах о. Андроника предал земле митрополит Зиновий, который заботился о нем, как любящий отец о своем сыне. Он же в сороковой день по преставлении к Богу схиархимандрита Андроника в соборе святого князя Александра Невского совершил заупокойную литургию и панихиду в сослужении всего духовенства, съехавшегося почтить память старца. Могилу старца посетил Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх всея Грузии Давид V, который, обращаясь к о. Андронику, положил на его могилу красное яйцо и сказал: «Отец Андроник! Христос воскрес! Мы знаем, что ты теперь в Царстве Небесном. Что отличало тебя в этой жизни? Ты не имел врагов, и потому все любили тебя. Ко всем открыто было твое любящее сердце. Молись за нас, чтобы и нам разделить радость твоего блаженства».
   Память об о. Андронике будет всегда жить в сердцах многих людей. Он поистине «подвигом добрым подвизался, течение совершил, веру сохранил, а теперь ему готовится венец правды, который даст Господь, Праведный Судия в день оный»:» (2Тим.4:7-8).

Литература

    Иоанн (Маслов), архимандрит. Схиархимандрит Андроник // ЖМП. 1974. № 8. С. 45—46.
   Высокопреосвященный Зиновий, митрополит Тетрицкаройский // Там же. 1985. № 6. С. 59.
   Памяти митрополита Зиновия // Там же. С. 60.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 75.
   Рапорт настоятеля Глинской пустыни о переводе временных послушников в число постоянных // ГАКО, ф. 750, оп. 1, д. 144, л. 3 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2—6. Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 3. Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 24, 51.
   Документы АСЕУ. АУПЦ.
   Документы личного архива автора.

СХИАРХИМАНДРИТ СЕРАФИМ (†1976)

(Память 19 декабря ст. ст. / 1 января нов. ст.)

    Великий Глинский старец схиархимандрит Серафим (в миру Иван Романович Романцов) родился 28 июня 1885 г. в деревне Воронок Крупецкой волости Курской губернии в семье крестьянина1290 . О жизни его сохранилось совсем немного сведений, так как «старец о себе ничего не говорил по своей скромности»1291 . Окончил церковно-приходскую школу. В августе 1910 г. после смерти родителей, Иван поступил в Глинскую пустынь1292 . Сначала он был определен на послушание при хлебнее1293 , а через год — при бондарне1294 . В 1914 г. он был взят в армию и участвовал в первой мировой войне, в 1916 г. был ранен и после выздоровления возвратился в обитель. В 1919 г. Иван Романцов принял монашеский постриг с именем Ювеналий. Постригал его настоятель архимандрит Нектарий. Для молодого инока начались годы высшей школы, годы постижения духовной науки из наук — монашеской жизни. Старцем его, как и у о. Андроника (Лукаша), стал иеромонах Аристоклий (Ветер)1295, научивший его чистосердечному ежедневному исповеданию помыслов и внимательности ко всем движениям сердца. Впоследствии о. Серафим считал это внутреннее делание очень важным для духовного возрастания и спасения души.
   Благодать Божия дала ему полнее вкусить сладость духовной жизни и тем пресекла вкус ко всему земному. Под руководством мудрых Глинских старцев он терпеливо переносил искушения, приобрел навык полного послушания и смирения. Кроме стяжания этих добродетелей, юный подвижник с усердием предался подвигу молитвы; любовь к молитве настолько пленила его сердце, что он не расставался с ней всю свою жизнь. «Горячая молитва, — говорил он не раз впоследствии, — ограждала меня во всех трудных обстоятельствах моей жизни». В 1920 г. монах Ювеналий был рукоположен во иеродиакона епископом Рыльским Павлином1296 .
   После закрытия Глинской пустыни о. Ювеналий поселился в Драндском Успенском монастыре (Сухумская епархия), где в 1926 г. епископом Никоном был рукоположен во иеромонаха и пострижен в схиму с именем Серафим1297 .
   В 1928 г. был закрыт и Драндский монастырь. До 1930 г. о. Серафим жил в окрестностях Алма-Аты и работал сторожем на пасеке1298 . В 1930 г. он был арестован и выслан на строительство Беломорканала.
   С 1934 по 1946 г. о. Серафим жил в Киргизии1299 — сначала в Токтогуле, затем в Таш-Кумыре. Летом он уходил высоко в горы, где к большому камню была пристроена плетеная хижина, внутри нее было лишь плетеное сиденье из лозы и каменный выступ вместо стола. Внизу из-под камня бил родник, а еду ему приносили из ближайшего селения. Жизнь о. Серафима была поистине аскетической, отшельнической. Он весь предался уединению, чтению Божественного Писания, молитве и богомыслию, спал мало, прямо на полу. Под воскресение и праздники совершал всенощное бдение, стоя на молитве с вечера до утра, и весь день потом не давал себе отдыха. Так приносил он искреннее покаяние Богу. Зимой о. Серафим жил в одной благочестивой семье, много ему помогавшей (живы еще родственники этой семьи, которых знает автор). [Замечание относится к годам написания жития схиархимандрита Серафима (Романцова). — Примеч. издат.]. За курятником, скрытно от всех, была сделана келлия, в которой были лишь печка, кровать и стол. Возрастая духовно, о. Серафим не оставлял и других без духовного окормления. По ночам совершал он богослужения, исповедовал и причащал, проповедовал, давал душеспасительные наставления и всех приходивших к нему обращал на путь спасения.
   В 1946—1947 гг. о. Серафим жил в Ташкенте, где был духовником при кафедральном соборе1300 .
   30 декабря 1947 г. он вернулся в Глинскую пустынь1301 , а в 1948 г., видя духовную опытность и совершенство его монашеского подвига, архимандрит Серафим (Амелин) назначил иеросхимонаха Серафима на должность духовника.
   С самых первых дней пребывания своего в обители о. Серафим всецело посвятил свою жизнь делу духовного окормления братии и богомольцев, все обращавшиеся к нему видели к нем духовного руководителя и наставника на пути ко спасению.
   Это был духовник опытнейший, знаток сокровенных движений человеческого сердца, обладатель духовных сокровищ, которые он приобрел долгим многотрудным подвигом. Особым духовным даром старца было умение принимать исповедь, вызывать людей на полную откровенность. Наделенный духовным рассуждением, о. Серафим всякому приходящему к нему давал наставления. С особой отеческой любовью принимал он тех, кого терзали горести, печали, уныние, кто не знал, каким путем идти в жизни. Принимал и тех, кто был обуреваем сомнениями и жил вне спасительной ограды Православной Церкви. В то тяжелое послевоенное время столько горя было в каждой душе! Многие потеряли родных, близких, лишились домашнего очага; надо было поддержать и укрепить их веру. Отец Серафим выслушивал все скорби и тотчас залечивал раны душевные, давал нужные советы. Утешение, успокоение и отраду вливали в души скорбящих наставления и молитвы любвеобильного старца. Его беседы, преисполненные истинного смирения, согревали охладевшие сердца людей, открывали им душевные очи, просвещали разум, приводили к раскаянию, душевному миру и духовному возрождению.
   Отец Серафим умел дать почувствовать, что земная жизнь — это лишь подвиг временного странствования на пути к вечной жизни; он призывал людей к жизни христианской, совершенной, возвышенной. Все его наставления имели своей целью святость в смысле отрешенности от всего мирского, земного, льстящего греховному человеческому разуму. Каждого призывал он стяжать в душе дары Духа Святого. К нему могут быть приложимы слова Христа Спасителя: «Иже сотворит и научит, сей велий наречется в Царствии Небесном» (Мф.5:19).
   Пастырство о. Серафима было многогранно. К нему обращались люди с самыми разными судьбами и характерами, устремлявшиеся в Глинскую пустынь со всех концов страны. Он вникал во все тайники их сердец, своими мудрыми советами умел вовремя и правильно дать каждой душе единственно верное направление, ведущее ко спасению. Советы о. Серафима имели огромный вес, так как он соблюдал сам в своей жизни то, чему учил других. Все, что говорил старец, было основано на Священном Писании и святоотеческих творениях. Особенно пристальное внимание обращал старец на душевные страсти, учил всех следить за ними, не действовать по их внушению, а, призывая помощь Божию, противоборствовать им. Он учил не оправдывать себя, а осознавать грехи и полагать твердое намерение исправиться.
   Более всего стремился он привести своих духовных чад ко смирению, о котором писал: «Всего необходимее для спасения смирение истинное, внутреннее убеждение, что вы хуже и грешнее всех и всего, но это величайший дар Божий, и приобретается он многими трудами и потами. Тогда человек в душе своей ощущает такое спокойствие, которое никакими человеческими словами неизъяснимо. Ищите денно и нощно этот драгоценный бриллиант. Истинно смиренный всех, как себя, любит, никого даже и мысленно не осудит, всех сожалеет, всем желает спастись, видит свою греховную нечистоту и со страхом помышляет, как будет отвечать на суде Божием, но не предается отчаянию или унынию, а твердо уповает на Создателя и Спасителя своего. Истинно смиренный, если имеет какие от Бога дарования — молитву или слезы, или пост, или иное что, то все тщательно скрывает, ибо похвала людская, как моль или ржа, все изъедает»1302 .
   Смирение же самого старца было изумительно. Он никогда ничего не приписывал своим личным дарованиям, не считал себя никаким особым молитвенником, а, наоборот, смирял себя в своих собственных глазах и глазах тех, кто к нему обращался. Сознание необходимости помощи свыше, того, что он только исполнитель воли Божией, проводник благодати — это сознание все в его душе покорило глубочайшему смирению и наполнило ее христианским спокойствием. Старец иногда посещал келлии своих учеников и приходил всегда благовременно, имея цель духовную: ободрить и вразумить инока. По уходе его и сама келлия наполнялась благоуханием смирения, запечатленного на всех делах и словах этого поистине дивного старца. Но смирение сочеталось в нем с ревностью о спасении душ пасомых. Поэтому на исповеди он мог быть и строгим, когда требовалось, обличал прямо и смело, так что духовные дети подчас трепетали лишь от одного вида батюшки Серафима, сознавая свою греховность.
   Отец Серафим получал много писем от своих духовных детей: всем он старался ответить, всех утешить и поддержать. Так, монахиням, изнемогающим в скорбях и трудах, он пишет: «Радуйтесь о Господе, а не унывайте. Вы сами знаете, что в унынии нет спасения, уныние помрачает душу и расслабляет чувства. Зачем унывать? Прочь уныние. Да возрадуется душа моя о Господе и уповает на Него. Молитесь, трудитесь, пойте, читайте, — все во славу Божию творите, утешайте себя и говорите все, что душу назидает и к Царствию Божию ведет. Тогда сами делом уверитесь, как вся ваша душа покроется мирными помыслами и сердце ваше возвеселится, будучи объято неизреченною радостью о Христе Иисусе»1303 .
   Дает он в письмах и подробное наставление о том, как спасаться: «Прошу вас и молю: мир имейте между собой и святыню во всем — и в мыслях, и в делах; без сего никто не узрит Господа. Христианской душе, жаждущей спасения, благое дело удержать мысли добрые, а злые, когда они находятся, от себя отгонять. Полезно для этого непрестанно содержать в памяти молитву Иисусову. Берегитесь почасту оставлять свою келлию и ходить без крайней надобности к другим сестрам, дабы не согрешать празднословием, а если и приходит к вам кто бы то ни был, то ради Бога старайтесь беседовать только об одном, что избрали себе на потребу, — яже суть Божия, а не человеческая, в противном случае, то есть, когда будут говорить что-нибудь непотребное душе, то тотчас же отдайте поклон с прощанием, просите святых его молитв и садитесь за чтение или рукоделие. Что себе желаю, то и вам передаю и советую. Не от искры ли одной, иногда весьма малой и едва заметной, бывают великие пожары, и от малого зерна вырастает с течением времени великое дерево. Так и у нас: не из сердца ли исходят все помышления злые, за помышлением слова и беседы, а так уже дела и деяния. Поэтому всемерно нужно остерегаться греховных мыслей и мечтаний, свободных слов и разговоров.
   Всего больше искушаются наши мысли и слово; но вот тут-то и подвиг, нужно бороться с такими искушениями: лучше перенести скорбь и скуку, нежели впасть в сию прелесть и обман. Памятуйте, что за всякое слово праздное воздадим ответ в день судный. Если бы даже случалось кому-либо вас скорбные и поносные слышать слова, не смущайтесь, а благодарите — это по большей части служит на пользу нам: ласкательные слова душу расслабляют и лишают ее твердости и мужества. По-мирскому жить, как по течению воды плыть, но духовно жить — нужно противиться миру, уклоняться от суетного ласкания, презирая всякое плотское успокоение, умерщвлять духом всякие страсти и любить всякую нищету духовную, со всяким смирением ради Господа, как научает нас святое Евангелие. Хотя же вначале кажется трудным и горьким, но последствия бывают благие и добрые. Положи, Господи, хранение устам нашим и не уклони сердца наша в словеса лукавствия. Молитесь обо мне, молюсь и о вас»1304 .
   В своих письмах и наставлениях о. Серафим постоянно предостерегал от осуждения ближних, показывал всю тяжесть этого страшного греха. Убеждал в необходимости терпения на пути ко спасению. «Невозможно без креста спастись... Давайте терпеть и спасемся!»1305 . Призывал более всего хранить мир душевный и смиряться, за все благодарить Бога и с детской покорностью все переносить.
   Отец Серафим неоднократно подчеркивал, что в деле спасения необходимо иметь руководителя, так как мало кто имеет дар духовного рассуждения и может различать плохое от хорошего. Монашествующих призывал хранить святое послушание, «ибо и Христос, когда пришел на землю, избрал не пустынное или столпническое житие, но образ и правило повиновения Отцу Небесному... Пребывая в повиновении, радуйтесь, что и вы жительствуете по подобию Господа нашего Иисуса Христа... есть ли что блаженнее сего»1306 .
   День старца начинался с двух часов ночи, когда он исполнял свое келейное правило, затем неопустительно бывал на богослужении, после которого всего себя отдавал на служение ближним: принимал богомольцев, распределял их на жительство в пустыни, исповедовал, решал все возникавшие вопросы, и так до позднего вечера. Ночью отвечал на письма. Переписывал сам, и духовных детей благословлял переписывать отрывки из творений святых отцов, которые потом рассылал. Времени на отдых у о. Серафима оставалось совсем мало, но даже и это время он использовал для молитвы о своих пасомых. Любовь побуждала его самоотверженно заботиться о каждой душе. Сколько людей привел он к Богу своими благодатными советами, своей сострадательной любовью! Как сам о. Серафим писал в своем духовном завещании, прося молитв о самом себе: «Все вы были в моем сердце, ибо всех вас болезновал, со скорбящими скорбел, с воздыхающими воздыхал, с плачущими плакал... Помяните мою любовь к вам, ради которой я пренебрегал моею собственной пользой, но всегда искал только вашу пользу. Всем вам сострадал и во всякой скорби вашей сочувствовал вам»1307 .
   Это был великий угодник Божий и истинный пастырь, в жизни которого действие Божественной благодати сочеталось с большим личным трудом, непрестанным контролем над собой, духовным бодрствованием и молитвенным подвигом. Поистине это был спутник, который сопровождал людей в Царство Небесное. За советами к нему обращались не только миряне и монахи, но и архиереи, видя в нем не плотского человека, а мужа духовного. Святейший Патриарх Алексий I лично знал о. Серафима, неоднократно принимал его и беседовал с ним как о духовных предметах, так и о нуждах обители1308 .
   За усердие и примерные труды на пользу Церкви Божией Святейшим Патриархом Алексием I в 1954 и 1957 гг. о. Серафим был награжден наперсным крестом, в 1960 г. — возведен в сан игумена1309 .
   После закрытия Глинской пустыни схиигумен Серафим переехал в Сухуми, где продолжал свои старческие труды, будучи духовником кафедрального собора. И сюда к нему стекалось множество богомольцев. Никогда до этого Сухумский храм не был переполнен так, как при о. Серафиме. В последние годы своей жизни, удрученный многими подвигами, старец безропотно нес свой тяжелый крест пастырства. Он не только по-прежнему принимал людей, но и рассылал множество писем, отвечая на вопросы своих духовных детей. И никогда никто не слышал от него гласа нетерпения, или ропота, никто не видел его в унынии. Как пастырь, он жил во Христе, утвердился в истинной святости, был истинным мучеником, распинался со Христом ради паствы, был достойным носителем благодати Христовой. За ревностное служение Святой Церкви митрополитом Сухумским и Абхазским Илией II (ныне Католикос-Патриарх всея Грузии) в 1975 г. о. Серафим был возведен в сан архимандрита.
   До конца жизни о. Серафим сохранил бодрость духа и ясность ума, крепкую веру в Бога и глубокую молитвенность. Он имел дар непрестанно умной молитвы Иисусовой.
   18 декабря 1975 г., во время всенощного бдения в канун праздника Святителя Николая, о. Серафим почувствовал себя плохо. Он слег в постель. Все время старец читал вслух молитву Иисусову, а когда уставал, то просил других продолжать ее чтение. В течение двух недель он ежедневно причащался Святых Христовых Таин. Будучи в полном сознании, старец сподобился увидеть многих своих братий по духу, которые, по его словам, пели стихиру Божией Матери «Совет Превечный». И затем слабым голосом старец сам запел: «Вкусите и видите, яко благ Господь. Аллилуия». После видения он сказал: «О чем я молился всю жизнь и чего искал, то открылось сейчас в моем сердце; моя душа исполнилась благодати настолько, что не могу ее даже вместить». И далее сказал: «Теперь я буду умирать». 31 декабря старец закрыл глаза и уже ни с кем не говорил.
   1 января 1976 г. благодатный старец мирно предал дух свой Богу.
   Канон на исход души старца Серафима читал игумен Исаия. Все присутствующие в благоговейном молчании стояли вокруг одра своего духовного отца, не смея нарушить тишину во время свершения таинства разлучения души от тела.
   Весть о кончине схиархимандрита Серафима облетела многие места нашей родины, она наполнила глубокой грустью сердца его духовных чад.
   2 января гроб с телом схиархимандрита Серафима был поставлен в кафедральном соборе в Сухуми. Три дня не прекращались чтение Евангелия и служение панихид. И все это время собор был заполнен духовными детьми о. Серафима, которые пришли проститься со своим наставником и молитвенником.
   4 января, в Неделю 28-ю по Пятидесятнице, перед Рождеством Христовым, святых отец, митрополит Илия в сослужении многих клириков совершил Божественную литургию и отпевание почившего инока. Митрополит сказал сердечное надгробное слово, в котором охарактеризовал старца как человека подлинно христианской души, смиренного труженика и благодатного молитвенника.
   После продолжительного прощания гроб с телом почившего при погребальном звоне был обнесен священниками вокруг престола и всего храма и доставлен на Михайловское кладбище в городе Сухуми. У ворот кладбища процессию встретил притч кладбищенской церкви во главе с настоятелем протоиереем Иоанном Андрющенко, который после литии сказал надгробное слово, назвав благодатного старца светильником, горящим на подсвечнике Христовом. При пении «Вечной памяти» тело о. Серафима было предано земле.
   9 февраля 1976 г., на сороковой день по кончине схиархимандрита Серафима (это был день празднования перенесения мощей святителя Иоанна Златоуста), в кафедральном соборе Сухуми митрополит Илия с прибывшими из разных мест священниками — духовными чадами о. Серафима совершил панихиду и произнес слово. Обращаясь к почившему, как к живому, Владыка Илия сказал: «Молись за нас, отче, Богу, потому что ты приобрел пред Ним дерзновение». После панихиды в кладбищенском храме была совершена заупокойная литургия. До поздней ночи совершались панихиды на могиле старца. Верующий народ долго не расходился. Для многих православных была очень ощутима потеря о. Серафима. Но они утешались мыслью, что он не умер, а лишь отошел в тот мир, о котором тайнозритель говорил: «Блаженны мертвые, умирающие в Господе; ей, говорит Дух, они успокоятся от трудов своих, и дела их идут вслед за ними» (Откр.14:13).

Литература

    Иоанн (Маслов), архимандрит. Схиархимандрит Серафим // ЖМП. 1976. № 10. С. 29—30.
   Памяти митрополита Зиновия // Там же. 1985. № 6. С. 60.
    Архивные документы
    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 116.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКЙ, ф. 20, оп. 3 л, д. 174, л. 109.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 3.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 25, 51.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.
   Документы личного архива автора.

МОНАХ ИАКИНФ

    В Глинской пустыни все сведения о богослужебном уставе передавал поступавшим в обитель опытнейший уставщик монах Иакинф-слепец. Лишенный возможности видеть этот временный мир, очами ума он созерцал Царство Божие
   Отец Иакинф (в миру Иаков Антонович Резник) родился 23 октября 1888 г. в городе Кролевец Черниговской губернии в семье украинского казака1310 . От юности он был избран Богом на служение Ему и призван к иноческой жизни. В 1937 г. Иаков поступил в Глинскую пустынь, где проходил послушание при корзинной мастерской1311. 12 декабря 1914 г. был пострижен в рясофор1312 , а в 1920 г. архимандритом Нектарием — в монашество1313 . Монах Иакинф отличался особенным усердием к молитве и трудолюбием. После закрытия обители он жил на родине. Там он потерял зрение и вынужден был питаться подаянием.
   В 1944 г. Иакинф вернулся в Глинскую пустынь и проходил послушание на клиросе1314 Обладая прекрасной памятью, он наизусть читал Апостол, паремии, детально изучил церковный устав и после кончины о. Никодима (Калиуша) стал уставщиком обители. Отец Иакинф был, как огнь. Отличаясь горячей ревностью ко спасению и высокой духовной настроенностью, он скрывал свои подвиги.
   Когда о. Иакинф выходил читать Апостол на середину храма, то брал с собой зажженную свечу. Иногда, пока он шел, свеча у него гасла, но он этого не мог видеть, читал Апостол, потом начинал гасить свечу.
   Несмотря на слепоту, о. Иакинф все время был в трудах послушания и не только не роптал на свою участь, но благодарил Бога. Постоянным самопринуждением, молитвой и подвигами воздержания он прогнал тьму страстей из своей души и сподобился озарения вечным светом Божиим. Видя его духовную опытность, многие ходили к нему за советом. Отец Иакинф наставлял молодых иноков пребывать все время с мыслью о всевидящем и вездесущем Боге, перед Ним совершать все свои подвиги и дела, выработать ревность к богоугодной жизни и не угашать ее невниманием к своим помыслам. Никогда не было в нем уныния или недовольства, наоборот, его бодрость, живая вера в жизнь будущую и стремление к этой жизни передавались окружающим. В общении с ним так чувствовалась эта вечная жизнь, мир иной, что самые тяжелые скорби казались незначительными, страсти умирялись, и человек невольно начинал смотреть на земную жизнь лишь как на приготовление к вечности.
   Отец Иакинф жил в обители до самого ее закрытия. Затем он переехал в село Новая Слобода Путивльского района к почитавшим его богомольцам, где и скончался.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 111.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // Там же, д. 3, л. 61.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Путивльской Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 25, 29, 51.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОДИАКОН ГЕОРГИЙ

    Иеродиакон Георгий (Григорий Тихонович Ефименко) родился 23 ноября 1888 г. в г. Загребелье Черниговской губернии1315 . Вырос в простой украинской семье, много помогал родителям в крестьянском хозяйстве, в 1898 г. окончил трехклассную начальную школу.
   Еще в отрочестве он имел сильное желание благоугодить Господу, хранить непорочной свою душу и решился оставить мир, чтобы служить Богу в иноческом чине.
   В семнадцатилетнем возрасте он поступил в Глинскую пустынь1316 , где с самых первых дней безропотно и со смирением исполнял волю отца настоятеля и старцев, неленостно трудясь на монастырских послушаниях, нередко весьма тяжелых. Отличаясь совершенным послушанием, он стремился укрепить свой дух опытами строгого подвижничества. Благодушно переносил укоризны, избегал праздных бесед, чтобы не отвлекаться от молитвы Иисусовой, которой благословили ему заниматься старцы.
   В нелегких трудах послушания он все более возгорался любовью ко Господу и преисполнился чувством необходимости еще здесь, на земле стяжать внутрь себя Царствие Божие, соединиться с источником жизни — Богом. Целью его жизни стало теснейшее единение души с горним миром.
   В 1911 г. молодого послушника забрали на военную службу, а с 1914 по 1918 г. он был в действующей армии. Вернувшись на родину, до 1921 г. он работал охранником в лесхозе, затем в ремонтной бригаде на железной дороге, наконец, в колхозе с. Загребелье1317 .
   В миру Григорий не расточил внутреннего богатства своей души, которое стяжал в обители. Наоборот, он приучил себя думать, что для него в целом мире есть только он сам и Бог. Его любил он всем сердцем, желал и искал; кроме Бога и своих слабостей ничего не видел, не знал, и никакая укоризненная мысль в отношении ближних не касалась его ума. Природная скромность о. Георгия помогала ему избегать разговоров, хранить непрестанную молитву. Его внутренние подвиги полного самоотречения Христа ради, умного делания и борьбы со страстями не были заметны окружающим. Они видели перед собой лишь тихого, трудолюбивого, молчаливого человека, тогда как это был воин духовный, занятый непрестанным внутренним трудом ради стяжания Царствия Божия.
   В 1954 г. Григорий вернулся в Глинскую пустынь. Более 40 лет пробыл он вне обители, но все эти годы самым верным духовным ориентиром для него были уроки и наставления Глинских старцев, полученные им еще в молодости. И он не только усвоил эти старческие заветы, но и осуществил их в своей жизни, и душа его стяжала благодатные дары Духа Святого.
   В обители Григорий по своему обыкновению смиренно трудился: выпекал хлеб, плотничал и тайно, так как это было запрещено уполномоченным (по делам Русской Православной Церкви. — Примеч. издат.), делал свечи. Автор этих строк, еще будучи послушником, помогал ему в этом. В день из чистого пчелиного воска делали по несколько пудов свечей (в монастыре тогда уже был свой пчельник), они использовались потом при богослужениях. В 1956 г. Григорий был пострижен архимандритом Серафимом в монашество с именем Георгий, а 9 сентября 1956 г. епископом Евстратием рукоположен во иеродиакона.
   В прикровенных речах и намеках скромного и смиренного труженика все более начала обнаруживаться благодатная прозорливость, привлекавшая внимательных иноков. Старец провидел духовное состояние ближних, предостерегал от падений, раскрывал козни врага.
   Неоднократно о. Георгий предсказывал закрытие Глинской пустыни, но в то же время, утешая монахов, говорил, что Глинская пустынь опять обязательно будет открыта, и даже показывал место, где должен будет строиться новый собор во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Он рассказывал, что Глинские старцы еще до закрытия обители в 1922 г. говорили об этом.
   Когда молодые монахи просили у него духовного наставления, то он говорил, что главное — хранить в душе мир. Этот мир есть место, недосягаемое для лукавого. Злой дух, лжец и разбойник духовный, стремится прежде всего вывести человека из равновесия, возмутить его, расстроить. Когда ему это удается через какое-либо искушение или наваждение (чаще всего через другого человека), тогда в сей «мутной воде» души враг начинает делать свой улов, толкать человека, ослабленного страстью (гнева, зависти, похоти, стяжательности) — на преступление, то есть преслушание закона Христова. И если человек молитвой и покаянием не порвет этой паутины, то через некоторое время она станет бечевкой, затем — веревкой, и, наконец, цепью, сковывающей всего человека, и человек пригвождается, как каторжник, к тачке развоза зла по миру, делается орудием лукавого. Рабство и сыновство Божие заменяются сначала рабством, а потом и сыновством лукавому. Поэтому правило духовной борьбы: всякую страсть побеждать силою Христовой, немедленно, как только она зародилась. Изгнать ее совершенно мы не можем сразу, но можем все время загонять ее «на дно», чтобы там страсть умирала под действием вод благодати, а душа наша всегда была бы мирная, кристальная, любящая, благожелательная, бодрственная, духовно трезвая. Если на какой-либо стороне души намечается или происходит «прорыв», сейчас же все внимание сердца надо обратить туда, и усилием, то есть молитвенной борьбой, надо восстановить мир сердца, души. Это и есть трезвение духовное.
   Для духовно трезвого человека враг не страшен. Он страшен и опасен лишь для сонливого, ленивого, расслабленного душой. Такого человека никакая праведность не может спасти. Можно сделать множество подвигов на войне, но если все они закончатся изменой — ничего они не будут значить. «Претерпевший до конца, тот спасен будет». Но если человек будет столько же уделять заботы к охранению своей души, сколько враг употребляет для ее погубления, то, конечно, он может быть спасен. В глубине мирного и свободного своего сердца, он, даже посреди больших испытаний, всегда услышит ободряющий голос: «Это Я — не бойтесь» (Мф.14:27).
   Отец Георгий неоднократно повторял, что земные пристрастия ослабляют остроту зрения духа.
   В послужном списке о. Георгия было сказано, что он «примерный монах, способный, весьма скромный, труженик, отличается смирением»1318.
   После закрытия Глинской пустыни о. Георгий переехал на родину к родственникам, где и окончил свой земной путь.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 3 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 29,51. Документы АУПЦ, АСЕУ.

ИЕРОМОНАХ ИОСИФ

    Иеромонах Иосиф (в миру Иван Васильевич Ходыревский) родился 20 августа 1896 г. в деревне Лукино Курской губернии в крестьянской семье. После окончания сельской школы он жил на родине и «занимался сельским хозяйством»1319 . С 1915 по 1917 г. был на фронте, где стал инвалидом. Вернувшись из армии, женился, но в 1934 г. овдовел1320 . Затем жил и работал в Курске.
   В 1953 г. Иван поступил в Глинскую пустынь. Он проявил себя «старательным, скромным и трудолюбивым»1321 послушником, «энергичным работником»1322 . Сначала он помогал на кухне, затем был назначен поваром и гостинником обители1323 , кроме того участвовал в чтении и пении на клиросе1324 . В 1954 г. он принял монашеский постриг с именем Иосиф.
   19 июня 1957 г. епископом Сумским и Ахтырским Евстратием Иосиф был рукоположен во иеродиакона, 1 августа 1957 г. — во иеромонаха1325 . С этого времени он начал исповедовать богомольцев. Отличаясь сам послушанием и ревностью ко спасению, он учил этому и своих духовных детей. Отец Иосиф умел наставлять и мудро вел пасомых по спасительному пути, учитывая все особенности характера тех, кто к нему обращался. Так, одна женщина много раз жаловалась ему на исповеди, что ей очень трудно жить вместе со старушкой. «А ты возьми козу», — велел ей о. Иосиф. Она исполнила послушание, но так измучилась с козой, что взмолилась: «Батюшка, пусть старушка всю жизнь живет со мной, только козу благословите вывести».
   В Глинской пустыни многие духовники отчитывали бесноватых. Испросив благословение старцев, взял на себя этот подвиг и о. Иосиф.
   Он говорил, что наиболее ценным средством в борьбе с диавольскими искушениями является исповедь и призывал всех как можно чаще исповедоваться, учил, что за утаенные грехи еще здесь на земле человек во время предсмертной болезни мучим бывает злой силой, а по смерти подлежит мучению во аде. От Бога не уйдешь. Нужно жить с Ним; но чтобы жить с Ним, нужно оставить грех, потому что грех есть самое ужасное зло в мире. От него человек терпит всякие бедствия здесь, на земле и лишается вечного блаженства. Христианская исповедь — это лекарство, и Господу угодно даже одно наше понуждение себя к частому покаянию, так как для нас это как бы «ломка самих себя», ломка в жертву Богу, этим мы выражаем свое нерасположение жить в греховной нечистоте. Исповедь — действеннейшее средство в деле духовного совершенствования, ибо Таинство исповеди решительно очищает все согрешения, соделанные словом, делом, помышлением. Покаяние и старание исполнить заповеди Божии — вот верный и вернейший путь к милосердному Господу для каждого.
   Отец Иосиф пользовался большим авторитетом у богомольцев. Он пламенно любил Бога и. как пастырь, делал все, чтобы Имя Божие прославлялось среди людей их истинно христианской жизнью.
   При закрытии обители о. Иосиф, как инвалид, был переведен в Глуховскую больницу1326 , но затем переехал к сестрам в Курскую область, где и скончался1327 .
    Архивные документы
    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л.10 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 21.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 59.
   Материалы по религиозным культам за 1959 г. // Там же, ф. Р1815, оп. 3, д. 235, л. 22, 24.
   Документы АСЕУ. АУЛЦ

ИЕРОСХИМОНАХ ИСИХИЙ

    Иеросхимонах Исихий (в миру Иван Григорьевич Невдачин, в монашестве Исмаил) родился 22 августа 1884 г. на хуторе Раскопы Ахтырского уезда Харьковской губернии в бедной крестьянской семье1328 . Окончив трехклассную сельскую школу, он трудился в крестьянском хозяйстве отца1329 , но, стремясь умом и сердцем к Богу, в 1909 г. оставил родных и поступил в Глинскую пустынь1330 .
   Под руководством Глинских старцев Иван прошел суровую школу сосредоточенного внутреннего подвига. Старцы направляли его к истинному познанию о Боге, которое составляет истинную жизнь для нашего духа.
   Они говорили, что в познании Бога участвует не только ум, но и сердце через его постоянную любовь к Богу, участвует и воля через свою преданность Воле высочайшей, через исполнение заповедей Господних. Исполнение же заповедей, по учению старцев, состоит не только в выполнении нравственных норм, но и в получении силы, избавляющей от страстей, соединении в жизни вечной с Самим Господом.
   Проходя послушание при ключне1331 , Иван вел непрестанную внутреннюю борьбу с грехом. Он хранил себя от рассеянности, потому что рассеянность ума дает повод к возникновению греховных помыслов, а с них уже начинается всякое искушение. Постепенно молодой послушник становился опытным в духовной жизни и способным преодолевать искушения.
   В 1915 г. Ивана призвали в армию1332 , вернувшись в обитель через три года, он стал проходить послушание при ближней мельнице1333 . В июне 1918 г. архимандрит Нектарий (Нуждин) постриг его в рясофор1334 , а в 1919 г. — в мантию с именем Исмаил1335 .
   После закрытия Глинской пустыни о. Исмаил вместе с некоторыми другими иноками обители перешел в Рыльский Николаевский монастырь, где епископом Павлином (Крошечкиным) в конце 1922 г. был рукоположен во иеродиакона1336 . После закрытия Рыльского монастыря он служил на приходах в Рыльском уезде, затем в 1925 г. переехал в Крым и служил в церкви во имя Казанской иконы Божией Матери в Феодосии. Здесь в 1926 г. епископом Феодосийским Кириллом он был рукоположен во иеромонаха. В 1929 г. о. Исмаил вернулся в Рыльский район, в село Студенка. В то время он очень болел (у него был хронический бронхит) и не мог совершать богослужений. Немного поправившись, с 1930 г. о. Исмаил начал служить в храме села Гамалевка Шосткинского района, в 1933 г. был награжден набедренником. После закрытия храма с 1938 по 1941 г. он работал сторожем, затем до 1947 г. служил в церкви города Шостка.
   Деятельность его, как пастыря, нравственного руководителя и воспитателя, была очень трудна. Но своим смирением, личным нравственным подвигом сн стяжал благодать Божию, необходимую пастырю, и, несмотря на болезнь, служил Богу с полным самоотвержением и твердой верностью Евангельской истине.
   Он от всего сердца, искречне соболезновал людям, по-отечески любил свою паству и наставлял на травильный, спасительный путь.
   Высокая молитвенность была основой его внутренней жизни. Много скорбей, телесных болезней и огорчений перенес о. Исмаил, но он всегда находил утешение в горячей молитве. Молитва возводила его в атмосферу небесной жизни, давала сигу его духу. Она соединяла его с членами торжествующей Небесной Церкви и тем спасала от одиночества и уныния. В молитвенности заключалась духовная сила его пастырского воздействия на прихожан. Благодаря ей у о. Исмаила установилась незримая, но реальная связь с народом. В благодатной атмосфере храма, выходя на амвон со словами поучения о. Исмаил всегда находил души и сердца людей открытыми к восприятию слова Божия. Как пастырь-молитвенник, проводящий жизнь в Боге он был всегда благоразумен, ибо знал трудности духовной брани и всегда осторожно воздействовал на своих слушателей. В простых, но красноречивых и мудрых поучениях о.  Исмаил знакомил народ с жизнью и страданиями Господа, разъяснял заповеди и обличал пороки.
   Преисполненный великого смирения и глубокого чувства покаяния, он был примером для пасомых не словом, а самой жизнью. Из этого смиренного и покаянного источника — своего сердца о.ЁИсмаил и давал наставления, заботясь о спасении душ, вверенных ему Богом. Он духовно возрождал и преображал жизнь людей.
   В 1943 г. архиепископ Сумской и Ахтырский Корнилий наградил о. Исмаила наперсным крестом. В мае 1947 г. он вернулся в Глинскую пустынь. Но недолгим было его пребывание в обители. Через два с половиной года о. Исмаил был назначен настоятелем Николаевской церкви села Яцино Путивльского района Сумской области. По болезни в марте 1953 г. архиерей разрешил ему вернуться в Глинскую пустынь, но уже в июне опять направил служить в село Усок Ямпольского района. Болезнь о. Исмаила все усиливалась, и в октябре он опять вернулся в обитель, где был назначен исполнять требы на дому у верующих села Сосновка. Через год его назначили священником церкви села Гамалевка. Здесь он служил, несмотря на болезнь, до августа 1955 г., а затем был возвращен в Глинскую пустынь на покой.
   В обители о. Исмаил тяжело болел (его мучил почти непрекращающийся кашель), но никогда не уклонялся от посетителей. Душепопечительность о духовных чадах всегда преобладала в нем над попечением о самом себе. За советом и наставлениями к нему обращались не только прежние его прихожане, но и многочисленные паломники. Его сердечная беседа производила на слушателей глубокое впечатление. Он легко разбирался во всем многообразии духовной жизни, так как сам внимательно трудится над устроением своей души. Отец Исмаил искал спасения не в догматических размышлениях или в использовании каких-либо внешних приемов созерцания, не в обрядности или необычных подвигах аскетизма, но в богомыслии, размышлении, молитве, любви, милосердии и Евангелии. Этому же он стремился научить и других. Отец Исмаил умел подойти к душе грешника тем, что располагал ее к духовному обновлению, умел найти в ней зародыши добра и побудить к произрастанию. Он видел эти спасительные зерна в каждой душе человеческой и соответственно воздействовал на них, пробуждая жажду истины, правды и святости. Отец Исмаил призывал искать и созидать Царство Божие внутри себя, не вращаться во внешнем, разбирая чужие недостатки и дела.
   Обращались к нему и иноки обители. Он беседовал с ними о том, как направить душу к общению с Богом и приобрести чистоту совести и сердца. Особенно часто он повторял, что для сокрушения греха, который делает человека духовно мертвым, необходима молитва. Она не позволяет коснеть во грехах, приносит истинное утешение, наполняет сердце радостью и миром. От упражнения в непрестанной молитве человек приобретает молитвенный опыт, опыт борьбы с врагом и его искушениями. Но молитва бессильна, если она не основана на посте. Молитва борется с душевными страстями, а пост отрешает человека от плотских страстей. При этом нужно так определить размеры поста, чтобы тело получало свое, и дух возрастал, находясь в равновесии, в мире.
   Всем приходящим к нему о. Исмаил говорил, что спасение есть постепенный и длительный процесс прохождения через горнило испытаний и искушений. Чтобы достичь спасения, нужно, главным образом, очиститься от страстей. Причиной и поводом к совершению грехов являются скрытые в человеке страсти, с которыми нужно вести борьбу, избегать и не допускать их.
   Все в обители уважали о. Исмаила. Настоятель архимандрит Феоген писал, что он «примерный, скромный, исполнительный и смиренный» иеромонах1337 .
   26 февраля 1961 г. о. Исмаил по прошению был пострижен в схиму с именем Исихий. Перед закрытием Глинской пустыни 4 июля 1961 г. вместе с о. Макарием (Петренко) и о. Иосифом (Ходыревским) он был помещен в Глуховскую районную больницу1338 .
   Время и место его кончины неизвестны1339 .

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1910 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 112.
   Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // Там же, д. 3, л. 64.
   Сводный послужной список и ведомость о настоятеле, монашествующих и послушниках Глинской Рождество-Богородицкой общежительной пустыни за 1911 г. // ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 3.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 25, 58.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОМОНАХ ПАВЕЛ

    Иеромонах Павел (в миру Петр Антипович Васильев) родился 29 июня 1884 г. в с. Большая Грибановка Воронежской губернии1340 в простой крестьянской семье. До 21 года он жил в семье родителей и занимался сельским хозяйством, затем три года был на военной службе. В 1908 г. он переехал в г. Тбилиси, где в течение почти 27 лет работал в Управлении железной дороги. Здесь Петр поступил в гимназию, после окончания которой в 1915 г. был назначен инструктором по тарифам в том же Управлении. С 1935 по 1952 г. он работал на авторемонтном заводе г. Тбилиси. Затем ушел на пенсию. Петр был женат, у него было два сына и дочь.
   За этой внешне обычной для многих людей того времени жизнью была скрыта особая напряженная внутренняя жизнь. Воспитанный в религиозной семье, Петр всегда хранил веру Христову. Его семейная жизнь была строго благочестивой, заполненной трудом и молитвой. В его доме всегда неопустительно соблюдались посты, установленные Православной Церковью.
   Чтобы научиться познавать Бога и Его святую волю, он с благоговением и вниманием читал Священное Писание; детям же разъяснял, что Слово Божие своей благодатной силой проникает во все тайники души человека и показывает ей ту греховную нечистоту, которой она помрачилась и осквернилась.
   Во время гонений на Церковь он вынужден был скрывать от других уклад своей домашней жизни, но не изменял его. В 1938 г. жена его умерла, и после ее смерти Петр особенно часто размышлял о том, что именно вечность является уделом человеческой души и цель жизни на земле состоит в том, чтобы человек, постепенно развивая свои духовные способности, заложенные Творцом, смог соединиться с Ним в вечности и наслаждаться Его лицезрением.
   Но он понимал, что для достижения этого от христианина требуется сохранять свою душу и тело от греховных влечений. Руководство к благочестивой и добродетельной жизни Петр нашел в святоотеческих творениях, небольшую библиотеку которых он собрал еще в молодости. Святые отцы и подвижники опытом познали человеческую природу, все ее немощи, страсти, пороки, причины грехов, все хитрости и наветы духов злобы и средства побеждать их, глубоко постигли путь благочестия и спасения и этот свой богатый опыт духовной благодатной жизни оставили в своих писаниях.
   В их книгах глубоко запечатлелся дух истинного христианства. К этим спасительным истинам тяготела душа Петра и в них обретала соответствующую его состоянию духовную пищу.
   Проводя жизнь внимательную, Петр знал, что сердце человека никогда праздным не бывает, и он всегда стремился заполнить свое сердце молитвой и чтением Слова Божия, чтобы диавол не заполнил его своими скверными мыслями и пожеланиями. Так со временем он стяжал сокрушение сердца, которое в том и состоит, чтобы всегда хранить ум и сердце и не увлекаться неполезными помышлениями. Остро ощущая свою греховность и виновность перед Богом, он приобрел духовную собранность и ту печаль го Богу, которая рождает истинное покаяние. Стремясь самоотверженно послужить Господу и принести Ему глубокое раскаяние, в конце 1954 г. он поступил в Глинскую пустынь1341 . В обители он отличался аккуратностью, исполнительностью, послушанием, смирением1342 , но главное, — сокрушением и плачем о своих грехах.
   Уже в 1955 г. он был пострижен в рясофор, а в 1957 г. — в мантию с именем Павел1343 . В том же 1957 г. епископом Сумским и Ахтырским Евстратием он был рукоположен в иеродиакона, а затем — во иеромонаха и назначен секретарем канделярии монастыря. Послушанием его также было чтение акафистов.
   Приняв священный сан о. Павел все более и более укоренялся в атмосфере молитвенности и священнодействия, при этом он постоянно укорял, порицал и обвинял себя во всем. Никаких своих добрых дел не видел, а только слабости сознавал. Молодым инокам, которые спрашивали, как достичь глубокой покаянной настроенности, о. Павел отвечал, что, по учению святых отцов, плач приобретается большим трудом, через поучение в Писании, терпение, размышления о Страшном Суде и стыде вечном и через самоотвержение, которое состоит в том, чтобы отсекать во всем свою волю и почитать себя за ничто.
   Чтобы восстать от сна греховного, т.е. нерадения и беспечности, говорил о. Павел священнослужителям, пастырю прежде всего нужно принести истинное раскаяние во всех своих грехах и стараться с помощью Божией больше не оскорблять Создателя, который ищет служителей Церкви чистых сердцем и ревностных в доброделании. Чувство своего недостоинства, сознание того, что он не имеет права учить тому, чего сам не исполняет, но по долгу пастырскому обязан это делать, именно это чувство благоприятствует покаянной настроенности пастыря и его горячей молитве о ниспослании благодатной помощи свыше.
   В 1959 г. епископом Сумским и Ахтырским Иоасафом о. Павел был награжден набедренником1344 . Отец Павел подвизался в Глинской пустыни до самого ее закрытия. Затем он уехал к сыну в г. Тбилиси1345 , где и скончался.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 9.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 3 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 24,29,69.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

МОНАХ ВАЛЕРИАН

    Монах Валериан (в миру Василий Игнатьевич Опенько) родился 27 декабря 1898 г. в г. Глухове Черниговской губернии1346 . Родители его были простые украинские крестьяне. В 1910 г. он окончил начальную школу. С детских лет Василий часто ходил в церковь, вставал у клироса и внимательно слушал, что поют и читают в храме. Если человек увлечен мирской суетой до забвения о духовных предметах, то, хотя он и слышит или читает слово Божие, но не может вместить его (в таком случае сердце бывает подобно наполненному сосуду, который, пока не освободится от того, что содержит в себе, не может вместить ничего нового), а поэтому и остается без плода. Наоборот, ищущий спасения всегда стремится внимать слову Божию и сделать его неотъемлемым достоянием своей души. Так и Василий стремился не пропустить ни одного слова во время богослужения.
   Особенно он любил бывать в Глинской пустыни, где величественные и благоговейные богослужения совершались строго по уставу, без пропусков, с канонархом, неспешно, отчетливо и ясно, так что церковные песнопения, поучения, псалмы с их благодатной красотой и глубоким смыслом воспринимались и сердцем и умом предстоящих и духовно воспитывали их. В душе Василия рано созрела решимость поступить в эту обитель, но революция и начавшаяся гражданская война помешали осуществлению этого желания.
   С 1919 по 1923 г. Василий служил в армии, когда же он вернулся домой, Глинская пустынь была уже закрыта. Научившись сапожному ремеслу, он в течение почти 20 лет работал сапожником в г. Глухове. Воздержанный, трезвый и трудолюбивый, Василий отличался крайней нестяжательностью, искренней простотой и христианской кротостью. Часто он шил и ремонтировал обувь бесплатно или за такую плату, какую ему давали, сам же не назначал цену. Жизнь его, внешне ничем не привлекавшая внимания, была наполнена подвигами благочестия. Самоуглубление, продолжительные молитвы, пост, коленопреклонения укрепляли волю Василия, и пол покровом глубокого смирения возрастал его внутренний человек. Василий часто ходил на братское кладбище Глинской пустыни, где со слезами молил покоившихся там святых о помощи в деле спасения души.
   В 1943 г. он был направлен на службу в пожарную команду г. Харькова и лишь в 1946 г. вернулся на родину.
   В 1948 г. Василий поступил в Глинскую пустынь. «Молчаливый, трудолюбивый, тихий, смиренный и послушный1347 , он был любим всей братией. Сначала Василий плел всем лапти, а затем, когда благосостояние обители улучшилось, шил и ремонтировал обувь братии. Исполняя свое послушание тщательно, со страхом Божиим, усердием и терпением, он очистил душу и сделал свою жизнь угодной Богу. В 1951 г. он был пострижен в рясофор, а в 1956 г. — в мантию с именем Валериан1348 .
   Отец Валериан всегда старался хранить молчание, хотя в сапожную мастерскую, где он трудился, приходили не только иноки, но и словоохотливые богомольцы, которым он также всегда помогал. Если настоятель назначал послушников в помощь ему самому, то он никогда не делал им замечаний, но обязывал всех к исполнению долга своим постоянным усердием к послушанию. Не имея ни с кем особенной дружбы, он не бывал ни у кого в келлии. Молитва была единственной потребностью его души и наполняла его сердце таким миром, что все земное, житейское было ему чуждо.
   Отец Валериан, трудясь на послушании, не мог бывать в простые дни на литургии, но он никогда не пропускал утрени и вечером, при первом ударе колокола, оставив свои инструменты, спешил к вечерне. В храме за богослужением он всем сердцем ощущал Божие присутствие, а для христианина нет большего утешения, как ощущать близость Небесного Отца и беседовать с Ним в своей молитве. Отец Валериан раскрывал всю свою душу перед Богом, благодарил Его за все, что Он дает ему, прославлял Его благословенное Имя и воздыхал к Нему, прося Его помощи в своих нуждах и печалях. Отец Валериан непоколебимо верил, что истинный христианин не только в земной жизни не разлучается с Богом, но и не лишится общения с Ним в вечности.
   После закрытия обители о. Валериана ждали новые испытания. Родственников у него не было, жить было негде, и уполномоченный хотел отправить его в Черкасский дом престарелых1349 . Но о. Валериана согласилась принять в свой дом прихожанка обители больная старушка — Мария Степановна Кудрявцева1350 , которая из Москвы переехала в село Сосновку. Здесь о. Валериан претерпел много горя. Старушка была одинокая, бедная, небольшой дом ее разваливался, средств к существованию не было. По слабости своих сил о. Валериан уже с трудом ухаживал за больной и не мог заработать даже на еду, так что часто голодал. Но, всецело предав себя воле Божией, он благодушно переносил все случающееся. Терпеливое и смиренное отношение к испытаниям свидетельствовало о высоте его духовной жизни. До конца своих дней он прожил в селе Сосновка. Точная дата его кончины неизвестна.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 2 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 29,51,63.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

МОНАХ ИОВ

    Монах Иов (в миру Илья Григорьевич Такшин) родился 20 июля 1886 г. на хуторе Зачатеевка Белгородского уезда Курской губернии в крестьянской семье1351 . В своей повседневной жизни его родители стремились к исполнению всех заповедей Божиих, почитали церковные праздники, а главное, — имели ту живую веру, которая приближала их к Богу и делала явным для них Его вездесущие. Илья с детства любил церковные службы, отличался тихостью нрава, безропотностью, был очень трудолюбив. К родителям он относился с искренним почтением, без их благословения даже не выходил со двора. Еще в молодости Илья хотел уйти в монастырь, но, исполняя волю родителей, женился. Однако мирская жизнь не заглушила в его душе жизни религиозной. В простоте своего сердца он все более возрастал в смирении, кротости, других христианских добродетелях и верил, что хотя бы в конце его жизни Господь исполнит его сердечное желание о поступлении в монастырь. На родине в доме родителей Илья жил с семьей (у него было 2 сына) до 1935 г. В 1934 г. его жена умерла, и вскоре после этого он переехал в Иркутск, где работал до 1940 г., затем вернулся на родной хутор и трудился в колхозе1352 .
   Никакие события внешней жизни не могли изменить тихого, глубоко религиозного устроения его души. Он хранил веру православную и через всю жизнь пронес любовь к Богу и верность Его Святой Церкви.
   В 1954 г. Илья приехал в Глинскую пустынь и в конце того же года был зачислен в братство обители1353 .
   В монастыре он всегда трудился. Сначала его назначили кухонным рабочим, затем поваром1354 . Это трудное послушание было принято им с радостным чувством, что он потрудится на благо обители. Три года готовил Илья пищу на монастырской кухне, носил воду, рубил дрова, чистил и мыл посуду, работая всегда самоотверженно.
   В 1955 г. он был пострижен в рясофор, а в 1957 г. — в мантию с именем Иов1355 . Еще через год ему дали послушание на скотном дворе. С любовью и тщательностью ухаживал он за скотом и даже называл животных ласково: «волики, скотинка», следил, чтобы их не перегружали работой, старался всегда хорошо накормить, на ночь постилал солому. Во всех его словах и действиях чувствовалось смиренное, кроткое, любвеобильное ко всему Божьему созданию отношение.
   Отец Иов очень любил монастырь. О чем бы ни заговорили с ним, всегда в его ответах звучало чувство беспредельной благодарности Богу и Царице Небесной за то, что его приняли в Глинскую пустынь, благодатную атмосферу которой он постоянно ощущал. На богослужениях в храме, стоя позади всех, он часто тихо плакал, благодаря Бога за неизреченную милость к нему, недостойному, каким искренно считал себя.
   Все в монастыре было для него свято, и чувство величайшего благоговения к этому богоизбранному месту переполняло его душу.
   Именно поэтому известие о закрытии Глинской пустыни было воспринято им с особой душевной болью. Отец Иов сильно сокрушался, что лишается милости окончить свои дни в Глинской пустыни, не мог представить себе жизни вне святой обители, где душа его получала столько сокровенных благодатных утешений. Он даже кротко, со слезами умолял братию не расходиться, но оставаться в обители по-прежнему. За такие слова в июне 1961 г. управляющий Сумской епархией архиепископ Черниговский и Нежинский Андрей исключил его из монастыря1356 , но он оставался в обители до самого закрытия, затем переехал к сыновьям на родину1357 , где вскоре скончался так же тихо, как и жил.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 2 об,— 3 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22 — 23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 30,51,71,76.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

МОНАХ КЛИМЕНТ

    Монах Климент (в миру Карп Романович Григораш) родился 26 мая 1886 г. в селе Вершины Черкасского уезда Киевской губернии в крестьянской семье1358 . В 1896 г. он окончил трехклассную начальную школу и до сорока двух лет жил на родине, занимаясь сельским хозяйством. Карп был женат, но в 1926 г. жена его умерла, оставив на его попечении сына. В 1929 г. он переехал в Донбасс, где работал в кооперативной артели, с 1933 по 1937 г. — бондарем в колхозе города Майкоп, а с 1937 по 1950 г — весовым мастером в городе Вольске. Затем он переехал к сыну в Саратов. Здесь произошел полный переворот во всем строе его внутренней жизни. Карп начал усердно посещать храм Божий, все чаще думал о смерти и неизбежном суде Божием, стал бояться умереть без покаяния. Он глубоко осознал, что приготовление к вечности в единении с Богом — вот цель земной жизни человека. Наконец, он решился совершенно оставить мир и провести оставшуюся жизнь в покаянии в монастыре. Карп много слышал о высокой духовной жизни Глинских иноков и в 1954 г. приехал в Глинскую пустынь, где начал трудиться на благо монастыря. В том же году он был принят в число насельников пустыни «как проверенный и нужный обители работник»1359 .
   В монастыре он проходил послушание бондаря. В высшей степени трудолюбивый и степенный, он неспешно, но споро исполнял порученное ему послушание. Старцы учили его при исполнении внешнего послушания умом упражняться во внутреннем делании: творить молитву, хранить молчание, стяжать смирение.
   В 1955 г. он уже был пострижен в рясофор1360 и с этого времени особенно ревностно начал подвизаться против страстей и невидимых врагов. Более всего Карп заботился об очищении сердца вниманием ко всем его движениям и удалением от земных пристрастий. Высоконравственная жизнь требовала напряжения всех его духовных сил, укреплению этих сил на пути нравственного совершенствования способствовала усиленная молитва. В храме Карп стоял с таким благоговением, вниманием и углублением в молитву, что, казалось, никого не видел.
   В 1958 г. он был пострижен в мантию с именем Климент1361 .
   Отец Климент был строгий постник. Укрощенное постом тело доставляло его духу свободу, силу, трезвенность, чистоту, тонкость. Отличался о. Климент и редким воздержанием языка. Автор этих строк вместе с ним делал бочки, но крайне редко слышал его речь, смеха же он не допускал никогда. Как строгий блюститель всех иноческих обетов, постепенно он достиг высокого нравственного преуспеяния. В душе его не только укоренились благочестивые чувства и стремления, но и родилась духовная мудрость.
   В 1959 г. по старости и слабости он был переведен на более легкое послушание переплетчика1362 , которое исполнял до закрытия обители. После закрытия Глинской пустыни в возрасте 75-ти лет он переехал к сыну в Саратов1363 . Дальнейшая судьба о. Климента неизвестна.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 2 об. — 3 об.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 22—23.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 30, 70, 76.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОМОНАХ ВЛАСИЙ (†1989)

    Отец Власий (в миру Василий Михайлович Сумин) родился 1 января 1897`г. в селе Городьково Канышевского уезда Курской губернии. Он вырос в простой крестьянской семье. В 1908 г. окончил четыре класса начальной школы и жил с родителями, занимаясь сельским хозяйством1364 . В 1933 г. он был арестован и сослан в Челябинские лагеря. Вернувшись в 1953 г., жил в селе Вабля Канышевского района и работал плотником1365 . Долгим был его путь к монашеству. Лишь в возрасте 56-ти лет сердце его исполнилось непреклонней решимости всецело служить Богу в иноческом чине, и в апреле 1953 г. он поступил в Глинскую пустынь1366 . С первых же дней Василий проявил такое самоотвержение, послушание и терпение, что старцы убедились в его готовности вести строгую монашескую жизнь1367 .
   27 декабря 1953 г. он был пострижен в монашество, 6 февраля 1954 г. — рукоположен во иеродиакона и 9 февраля того же года — во иеромонаха1368 .
   Отец Власий был большим тружеником. Он совершал чредное богослужение, исполнял клиросное послушание, исповедовал богомольцев и, как хороший плотник, строил многие здания в обители.
   Имя иеромонаха Власия хорошо было известно многим верующим. Он не только исповедовал богомольцев, но и отчитывал бесноватых. Столь тяжелый подвиг о. Власий взял на себя по глубокому чувству сострадания и любви к страждущие людям и только после того, как получил разрешение старцев. Любовь к людям есть неодолимая сила, неотразимое оружие в руках пастыря Церкви при отправлении им святого служения, она является в нем источником тех самых сил и свойств, которые необходимы ему для того, чтобы деятельность его возможно более уподоблялась пастырской деятельности Христа Спасителя и Его святых апостолов. Способность к любви как особый дар дается пастырю в хиротонии, однако усвоение и поддержание его в себе зависит от стремлений человеческого духа. Эта благодатная любовь, данная пастырю в хиротонии, в процессе истинно пастырской деятельности все более и более развивается. К о. Власию приезжало много больных и бесноватых, даже в документах уполномоченного по делам Русской Православной Церкви Сумской области было отмечено: «Власий ... принимает и исцеляет психбольных»1369 .
   В заботах о спасении душ ближних, он, как ревностный монах, не оставлял попечения и о своей душе, однако его внутреннее делание было глубоко сокровенным. В 1957 г. епископом Евстратием, Сумским и Ахтырским, он был награжден набедренником, а в 1960 г. — наперсным крестом1370 . По распоряжению уполномоченного по делам Русской Православной Церкви и соответствующему распоряжению управляющего Сумской епархией архиепископа Андрея (Сухенко), о. Власий был уволен из Глинской пустыни еще до ее закрытия в начале апреля 1961 г.1371 , но он продолжал свое служение ближним в Грузии в Тбилиси, где служил в Варваринской церкви. В 1974 г. он был возведен в сан архимандрита. На некоторое время о. Власий уезжал в Одессу, в монастырь, но затем опять вернулся в Тбилиси, где и скончался в 1989 г.

Литература

    Иоанн (Маслов), архимандрит. Схиархимандрит Андроник // ЖМП. 1974. № 8. С. 46.

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 10.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // Там же, д. 53, л. 10.
   Материалы по закрытию монастыря Глинская пустынь // Там же, д. 55, л. 13,21.
   Материалы по религиозным культам за 1959 г. // Там же, ф. Р1815, оп.. 3, д. 235, л. 22.
   Документы АСЕУ, АУПЦ.

ИЕРОМОНАХ СИМЕОН

    Большим уважением как духовник пользовался у богомольцев иеромонах Симеон (в миру Семен Матвеевич Нестеренко). Родился он 1`сентября 1920 г. в селе Береза Глуховского района Сумской области, в бедной крестьянской семье1372 . Окончил начальную школу. Он очень рано начал трудиться, уже с семи лет пас скот, чтобы помочь семье. В шестнадцатилетнем возрасте Семен тяжело заболел. Но в этом испытании он всем сердцем обратился к Богу и, немного поправившись, в начале 1943 г. поступил в Глинскую пустынь. Здесь он сподобился подвизаться под руководством великих Глинских старцев, жил в одной келлии с иеросхимонахом Никодимом (Калиушем) и получал назидание от самого образа жизни этого святого старца.
   Семен имел не только беспрекословное послушание, но и стремился узнать мнение старцев по различным вопросам, чтобы, помня их спасительные наставления, знать, как следует поступить в той или иной жизненной ситуации. Ответами старцев он руководствовался потом всю жизнь.
   Несмотря на болезненное состояние, Семен много трудился в обители. Сначала он исполнял послушание помощника повара. Затем, когда в 1946 г. епископ Сумской и Ахтырский Иларион посвятил его в иподиакона1373 , одновременно начал проходить клиросное послушание. Благодаря хорошему голосу, он стал канонархом обители и подробно изучил устав. В 1951 г. Семен был пострижен в монашество с именем Симеон, 21 мая 1951 г. рукоположен во иеродиакона, а 7`февраля 1954 г. — во иеромонаха1374 . С этого времени1375 и до конца 1955 г.1376 о. Симеон служил на приходе. Вернувшись в обитель, о. Симеон совершал богослужения и был назначен духовником богомольцев.
   В этом своем служении он всемерно старался передать всем, кто к нему обращался, то верное духовное направление, которое сам получил от Глинских старцев. Очистив душу покаянием, отсечением своей воли и терпением болезней, он так ясно видел внутреннее состояние людей, что многие его считали прозорливым.
   В 1957 г. епископ Евстратий наградил о. Симеона набедренником1377 . Стараясь пробудить души пасомых от греховного сна, о. Симеон не только проповедовал устно, но и перепечатывал на пишущей машинке, а затем рассылал душеполезные поучения из листков, изданных Русским Свято-Пантелеимоновым монастырем на Афоне. Духовные книги в те годы достать было трудно, и такая деятельность о. Симеона была делом духовного милосердия по отношению к ближним.
   Письма о. Симеона часто содержали наставления о неизбежности и необходимости несчастий в жизни человека.
   Когда человек помрачится умом и начинает проводить свою жизнь в лености и беспечности, тогда попущением Божиим, но промыслительно он подвергается скорбям, как внутренним, так и внешним, которые напоминают ему о исправлении и необходимости заботиться о своем спасении.
   Скорби посылаются и тем, кто усердно занимается внутренним подвигом, но опять же единственно для духовной пользы последних. Только в этом случае нужна усиленная надежда на Бога, и тогда подвиг увенчивается большими духовными успехами. Считая посылаемые Господом земные скорби залогом вечного спасения, о. Симеон отечески призывал переносить скорби с терпением. Терпение же должно быть с благодарением и славословием Спасителя. От благодарения во время постигшей скорби воспитываются не только смирение, необходимое для спасения, но рождается и живая вера и подается благодатное утешение.
   Одно из писем о. Симеона полностью приведено ниже. В конце марта 1958 г. во время проверки милицией паспортного режима в Глинской пустыни пишущая машинка у о. Симеона была обнаружена, и сотрудники милиции конфисковали ее1378 .
   На запрос архиепископа Черниговского и Нежинского Андрея епископ Сумской и Ахтырский Евстратий отвечал, что «иеромонах Симеон Нестеренко опытный уставщик, хороший чтец и певец, усердный посетитель храма Божия, несет неленостно положенную ему седмицу, совершая богослужения. Скромный, исполняет все возлагаемые на него послушания. Старцы отзываются о нем хорошо»1379 .
   После закрытия Глинской пустыни о. Симеон переехал в Абхазию. В настоящее время он служит в городе Гудаута в сане архимандрита. (Сведения приведены автором на год написания жития о. Симеона — Примеч. издат.).

Архивные документы

    Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1954 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 9.
   Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1955 г. // Там же, д. 37, л. 3.
   Документы АУПЦ, АСЕУ, личного архива автора.

МОНАХ ЗИНОВИЙ, ВПОСЛЕДСТВИИ МИТРОПОЛИТ ГРУЗИНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ (В СХИМЕ СЕРАФИМ) (†1985)

(Память 23 февраля ст. ст. / 8 марта нов. ст.)

    После закрытия Глинской пустыни в 1961 г. как старцам, так и молодым Глинским инокам много помогал митрополит Тетрицкаройский Зиновий (в миру Захарий Иоакимович Мажуга, в схиме Серафим). Он сам начинал свой иноческий подвиг в Глинской пустыни и всю жизнь был верным последователем ее духовных традиций.
   Митрополит Зиновий родился 14 сентября 1896 г. в городе Глухове1380 . В 1914 г. он поступил в Глинскую пустынь1381 , где проходил послушание сначала при кучерской1382 , затем при портной1383 . В июне 1920 г. был пострижен в рясофор, а в марте 1921 г. — в монашество1384 . После закрытия Глинской пустыни в 1922 г. о. Зиновий поступил в Драндский Успенский монастырь Сухумской епархии, где в 1924 г. епископом Пятигорским Никоном был рукоположен во иеродиакона, а в 1926 г. — во иеромонаха1385 .
   С 1925 по 1930 г. о. Зиновий служил в г. Сухуми, затем в Ростове-на-Дону, где был арестован. В заключении он встретился с о. Серафимом (Романцовым), о чем писал: «... Я батюшку Серафима больше... знал по ссылке, когда вместе коротали этот курорт»1386 .
   С 1942 по 1945 г. о. Зиновий служил с Тбилисском Сионском Успенском соборе и был духовником скита святой Ольги в Мцхета. В 1943 г. он был награжден наперсным крестом, в 1945 г. — возведен в сан игумена. С 1945 по 1947 г. служил в селе Кирово (в Армении), в 1947— 1950 гг. в Батуми. В 1950 г. о. Зиновий был назначен настоятелем храма во имя святого князя Александра Невского в Тбилиси и возведен в сан архимандрита, а в 1952 г. назначен членом Святейшего Синода Грузинской Православной Церкви.
   Этот подвижник духа был столь уважаем иерархами Грузинской Православной Церкви, что в 1956 г. он, русский, был рукоположен во епископа1387 , а в 1972 г. возведен в сан митрополита Грузинской Православной Церкви. Владыка Зиновий духовно окормлял русские православные приходы в Грузии1388 и Армении.
   Своей богоугодной жизнью он показал высокий пример ревностного служения Церкви и самоотверженной любви к ближним. Владыка Зиновий получил все высшие награды Грузинской Православной Церкви, в том числе и право ношения креста на скуфии. Это был старец высокой духовности, его душа была озарена божественной благодатью, обильно изливающейся на всех, притекающих к его духовному окормлению. Имея во всей полноте дар прозрения, митрополит Зиновий вопрошавшим его открывал волю Божию. Богослужения он совершал с таким благоговением, что схиархимандрит Андроник (Лукаш) писал: «Сколько мне радости, что Господь сподобляет меня помолиться в церкви со святителем нашим»1389 .
    Неразрывно духовно связанный с братией Глинской пустыни, владыка Зиновий писал, что «всегда молится и призывает благословение на всех Глинских»1390 , и сам просил их молитв.
   В последние годы жизни митрополит Зиновий много болел и, завершая свой земной путь, принял схиму с именем Серафим (в честь преподобного Серафима Саровского).
   Скончался схимитрополит Серафим 8 марта 1985 г. на восемьдесят девятом году жизни. Перед отпеванием Святейший и Блаженнейший Илия II, Католикос-Патриарх всея Грузии произнес прочувственное слово. Он сказал: «Жизнь митрополита Тетрицкаройского Зиновия была полностью посвящена служению Святой Православной Церкви и ближнему. Бывают люди, имена которых надолго остаются в сердцах и молитвах верующих людей. Таким облагодатствованным человеком, человеком, который стяжал благодать Святого Духа, был высокопреосвященнейший митрополит Зиновий... Мы все его знаем как великого старца, как человека высокой духовной жизни, который явил пример высокого христианского служения, аскетического подвига. Все те, кто знали высокопреосвященного митрополита Зиновия, когда-либо имели счастье приходить к нему за благословением, всегда уходили от него внутренне умиротворенными, всегда получали от него духовное утешение. Я — один из тех, кто имел многое духовное утешение от митрополита Зиновия. В 1957 году... владыка Зиновий постриг меня в монашество. Митрополит Зиновий принимал участие и в моей хиротонии во епископа и в моей интронизации на престол Патриарший... Он всегда с особой любовью принимал каждого приходящего к нему верующего, независимо от того, был ли он русский, грузин или грек. Для него было главным то, что человек нуждался в поддержке и что этот человек был верующий.
   И вот сегодня, братия и сестры, мы провожаем владыку Зиновия в Жизнь Вечную, но я верю, что он не оставит всех нас в своих молитвах.
   Мы приняли решение, чтобы погребение высокопреосвященного митрополита Зиновия состоялось здесь же, в храме, чтобы он не только молитвенно был вместе с нами, но и телесно не покидал нас.
   Высокопреосвященного митрополита Зиновия знали очень многие, и о том, как его почитали, свидетельствует то множество духовенства, которое прибыло на его погребение... Мы надеемся, что духовное общение, которое было между нами и митрополитом Зиновием, еще более возрастет, потому что его душа предстала пред Престолом Всевышнего и он, мы верим, имеет высокое, великое дерзновение молиться о всех нас»1391 . Митрополит Зиновий погребен в храме во имя святого благоверного князя Александра Невского в Тбилиси, в котором в течение тридцати пяти лет старец духовно окормлял свою паству.

Литература

    У святынь Грузии // ЖМП. 1957. № 10. С. 73—74.
   Торжества в Богоявленском патриаршем соборе // Там же. 1960. № 8. С. 8.
   Визит Святейшего Патриарха Пимена Предстоятелям Грузинской и Армянской Церквей // Там же. 1973. № 2 С. 21.
   Схиархимандрит Андроник // Там же. 1974. № 8. С. 45—46.
   Братский визит Предстоятеля Грузинской Церкви... // Там же. 1978. № 1. С. 12.
   На погребение Предстоятеля Грузинской Православной Церкви // ЖМП, 1978, № 3, С. 43—45.
   Избрание и интронизация Святейшего и Блаженнейшего Католикоса-Патриарха всея Грузии Илии II // Там же. 1978. № 3. С. 47—50.
   Православный церковный календарь. 1980. 1979. С. 150.
   Мануил, архиепископ . Каталог русских архиереев за последние 60 лет (1897— 1957). Чебоксары, 1959. Ч. III. С. 68.
   Высокопреосвященный Зиновий, митрополит Тетрицкаройский // ЖМП. 1985. № 6. С. 58—59.
   Памяти митрополита Зиновия // Там же. 1985. № 6. С. 60—62.
   Годовщина преставления высокопреосвященного митрополита Зиновия // Там же. 1986. № 6. С. 54.

Архивные документы

    Послужные списки настоятеля с братией Глинской Рождество-Богородицкой пустыни за 1918 г. // ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 75 об. — 76. Дело о проведении обряда посвящения в монашеский сан послушников Глинской пустыни 16—17 марта 1921 г. // ГАКО, ф. 750, оп. 1, д. 266, л. 4. Материалы по монастырю Глинская пустынь за 1960 г. // ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 24.
   Документы АСЕУ, АУПЦ и личного архива автора.

Н.В.Маслов

ОБ АВТОРЕ «ГЛИНСКОГО ПАТЕРИКА»

    Схиархимандрит Иоанн (в миру Иван Сергеевич Маслов, в монашестве Иоанн) принадлежал к тем редким исключительным людям, которые соединяли в себе широкие познания, огромное трудолюбие и ясновидящую мудрость, основанную на глубокой- вере. Магистр богословия, автор множества богословских работ, он являет собой образ духовника, к которому люди обращались и обращаются, как к источнику спасения. Это был пастырь с адамантовой душой, он брал каждого из своих духовных чад за руку и вел узким спасительным путем ко Христу.
   Родился Иван Сергеевич Маслов 6 января 1932 года в деревне Потаповка Сумской области в крестьянской семье — в одной из тех державшихся строгих христианских обычаев и нравов семей, в которых вырастали на Русской земле великие праведники — столпы православной веры и благочестия.
   Промыслительно было само рождение будущего старца в великий день навечерия Рождества Христова. Крещен младенец был 9 января в селе Сопич в храме во имя св. Николая Мирликийского1392 и наречен Иоанном.
   Его родители Сергей Феодотович и Ольга Савельевна были людьми глубоко религиозными и благочестивыми, что отражалось на укладе семейной жизни (о матери своей старец впоследствии говорил, что она свято прожила жизнь). Работали они в колхозе. Отец был бригадиром.
   Детей у них было 9 человек, но 4 умерли в младенчестве. Сергей Феодотович очень любил Ивана и выделял его среди других своих детей (у Ивана было 2 старших сестры и 2 младших брата).
   Уже в детские годы Иван обладал высокой духовной зрелостью. Друзей у него было много, однако он избегал детских игр. Часто ходил в храм Божий, куда детей приучала ходить мать. Старшая сестра его рассказывала: «Иван рос добрым, тихим, спокойным. Родители никогда его не наказывали. От матери попадало всем, а ему никогда. Всегда он был смиренный, никого не обижал».
   Все, кто знали его в эти годы, говорили, что Иван отличался от других детей: «Его сразу было видно». Он обладал редкой рассудительностью, отзывчивостью и стремлением помочь ближним. В его душе смирение сочеталось с той силой духа и воли, которой подчинялись все его друзья. Ивана все слушались, даже те, кто был старше по возрасту. В драки он никогда не вступал, а, наоборот, останавливал драчунов, говоря: «Зачем ты бьешь его? Ему же больно».
   В роду Масловых было четыре родных брата, один из которых — Григорий Александрович — известный своей прозорливостью иеромонах Гавриил, подвизавшийся в Глинской пустыни с 1893 года. Другой брат — Феодот Александрович — был родным дедом Ивана.
   После закрытия Глинской пустыни в 1922 году о. Гавриил вернулся в деревню Потаповка. Он предсказывал родственникам: «Поверьте, я умру, а в нашем роду будет еше монах», и они невольно размышляли о том, кто же из родных станет монахом. Одна из родственниц Ивана, наблюдая за детьми, говорила: «Уже если не Сергиев Иван будет монахом, тогда не знаю, кто и будет».
   В 1941 году Иван остался в семье за старшего, т.к. отца забрали на фронт, откуда он не вернулся. Его мать говорила, что еще мальчиком он стал настоящей опорой семьи, руководителем и воспитателем братьев и сестер. Все дети называли его «батькой» и слушались. Уже тогда проявилось одно из основных свойств его души — все самое трудное брать на себя, полагать душу свою за ближнего. Ольга Савельевна (впоследствии монахиня Нина) говорила: «Он один умел так хорошо утешить мать, а ведь это дорогого стоит».
   Во время Великой Отечественной войны в Потаповке стоял немецкий отряд. Немцы все отбирали, в том числе и продукты. Отец Ивана загодя закопал большие бочки с зерном и бочонок с медом. Немцы везде искали продукты, протыкали землю штыками, но бочонки не нашли, потому что сметливый отец Ивана закопал их под порогом сарая.
   Сам старец впоследствии рассказывал: «Один раз зашел к нам немец со штыком. Мы, все дети сидели у стенки. Он к каждому штык подносил, думали заколет, но он заглянул под кровать и ушел, нас не тронул».
   Немцы давали лошадей пахать землю, но к определенному часу лошадей надо было вернуть. Батюшка рассказывал: «Я пахал (ему было тогда 10 лет. — Примеч. издат.), а коня чуть дернешь, он вскачь, еле удерживал, и конь взмок. За это меня и маму немец гонял».
   Так, с самого детства Иван очень много трудился. Он сам говорил, что все умел делать: и шить, и прясть, и ткать, и вязать, и готовить, и исполнять все сельскохозяйственные работы. Любил работу. За что ни брался, все очень хорошо получалось. Много работал по ночам. Гулять никуда не ходил, но сестру отпускал, а сам вместо нее ночами вышивал. Сам сшил себе и братьям брюки и учил их быть аккуратными. Если дети небрежно бросали свою одежду, то Иван крепко-накрепко скручивал ее и бросал под кровать в дальний угол. Такой урок запоминался надолго, и дети приучались к порядку.
   Жили бедно, обуви и ткани почти не было. Сами пряли, сами ткали полотно, летом отбеливали его. Ходили в лаптях. Батюшка рассказывал, как сам плел на всю семью лапти и чуни — лапти из лыка, а чуни из тонких веревочек.
   После войны был сильный голод. Утомленная войной и отсутствием рабочих рук земля рождала тогда только крапиву, которую ждали с нетерпением. Иван придумал делать рамочки для фотографий и украшал их соломкой. Он как-то по-особому разрезал соломку, красил ее разными красками и делал на рамке розочки, колоски очень аккуратно, красиво и изящно. Многие тогда заказывали ему такие рамочки. Ведь почти в каждой семье были погибшие на войне, и людям хотелось, чтобы дорогие для них фотографии были в красивой рамке. За работу Ивану платили продуктами. Вскоре он научился крыть крыши соломой (это считалось самым трудным в хозяйстве делом) и стал крыть лучше всех в деревне. У него это получалось быстро и аккуратно. Крышу крыл за 3—5 дней.
   Мать ему помогала: подавала снопы соломы. Люди видели как хорошо у Ивана получается крыть крыши, и многие его приглашали для этого, платили ему или давали продукты, одежду.
   Так Иван кормил всю семью. Сестра его говорила, что если бы не он, то не выжили бы. Он был настоящим хозяином в семье. С 12 лет Иван начал работать в колхозе. Пас коров, пахал, сеял, косил, собирал плуги, научился делать повозки. В школу ходил за 6 километров в село Сопич. Благодаря природной одаренности Иван учился очень хорошо. Учителя всегда его хвалили.
   С детских лет отзывчивая душа Ивана горячо воспринимала всякую людскую беду: и болезни, и нищету, и всякую неправду. Сам необыкновенно добрый, умевший всем помочь, он ценил и проявления добра к нему. Много лет спустя о. Иоанн со слезами благодарности рассказывал, как в детстве старушка подарила ему большое яблоко за то, что он «коровку ей пригнал». «Так я то сих пор за нее Богу молюсь, за ее доброе дело. — говорил батюшка, — Это же надо — такое яблоко мне дала».
   В 1951 году Ивана призвали в армию. Служил он отлично, начальство его любило. Впоследствии батюшка говорил, что сначала хотел быть военным: «Я не думал быть монахом, хотел быть военным, да вот Бог привел». Он рассказывал, что и в армии не скрывал своей веры. Над койкой повесил икону, и никто его не ругал, наоборот, все уважали. Иван очень метко стрелял. Если были соревнования по стрельбе, то начальство назначало его, и он всегда побеждал.
   Но при исполнении воинского долга Иван жестоко простудился и с тех пор до самой кончины нес бремя неисцелимой и опасной болезни сердца1393 . По болезни Иван в 1952 году был уволен из армии и вернулся домой.
   Чистейшая душа его стремилась к духовному совершенству, к единению со Христом. Ничто земное не могло его удовлетворить. В то время он сподобился Божественного откровения, приоткрывая тайну которого впоследствии говорил: «Такой свет увидишь — все забудешь».
   И вот вместе с еще с одним молодым человеком Иван поехал помолиться в Глинскую пустынь, которая располагалась недалеко от их деревни. Когда они только вошли в монастырь, матушка Марфа (Марфуша, как звали ее в народе), прозорливая монахиня, дала Ивану бублик, а его спутнику ничего не дала, тот и не остался потом в Глинской пустыни.
   После этого Иван еще несколько раз ездил на велосипеде в Глинскую пустынь. Желая всецело посвятить свою жизнь Богу, в 1954 году он оставил дом и устремился в святую обитель. Его мать впоследствии рассказывала: «Я не хотела его отпускать. Опора-то он какая мне был. Я за ним несколько километров бежала, все кричала: «Вернись!».
   Сначала Иван несколько месяцев нес в монастыре общие послушания. Затем ему дали подрясник и в 1955 году зачислили в обитель по указу.
   Впоследствии, когда старца спрашивали, почему он ушел в монастырь, он отвечал: «Это Бог призывает. Не от человека зависит, влечет такая сила, что не удержишься — она и влекла меня. Великая сила». И еще говорил: «Я в монастырь пошел не просто. Мне было особое призвание Божие». Такими были уход от мира и начало иноческого пути схиархимандрита Иоанна.
   Глинская пустынь пребывала в ту пору в расцвете и давала обильные духовные плоды. В обители подвизались такие великие старцы, как схиархимандрит Андроник (Лукаш), схиархимандрит Серафим (Амелин), схиархимандрит Серафим (Романцов). Именно с ними сразу духовно сблизился молодой подвижник.
   Старца-настоятеля схиархимандрита Серафима (Амелина) Иван впервые увидел, когда тот выходил из храма. Ивана подвели к нему. Отец Серафим благословил молодого подвижника и сказал: «Пусть, пусть поживет», а потом принял Ивана в братство и всегда с любовью и вниманием относился к нему.
   Как протекала жизнь молодого послушника в Глинской обители? Подробности всех его испытаний и духовной брани известны одному Богу. До нас дошли лишь отдельные эпизоды этой жизни, свидетельствующие о тяжести испытаний и жесточайшей духовной брани подвижника с силами ада, — испытаний, которые попускаются Богом только сильным духом. Вот некоторые из них.
   В обители Ивана поселили в маленькой комнате, где уже жили четыре человека. Место дали на лежанке, на печке, а там в сосновых чурках было множество клопов. Иван обсыпал себя дустом, тогда они на голову нападали. Впоследствии о. Иоанна спрашивали:
   — Батюшка, как же Вы дустом не отравились?
   — Господь сохранил.
   — Да как же Вы этих клопов терпели?
   — Я как на смерть шел. Ни клопы не страшны, ничто!
   Однажды настоятель вызвал Ивана к себе. Был Петров пост. Иван очень похудел, так как строго постился. Отец Серафим дал ему полный стакан кефира и велел выпить. Иван ради послушания выпил, хотя никогда не нарушал пост. Тогда настоятель сказал: «Вот так, и не перегибай палку!»
   Основным послушанием для иноков Глинской пустыни был разнообразный физический труд. Ивану выпала работа в столярной мастерской, где приходилось колоть дубовые колоды, делать бочки. Работа была настолько тяжелой, что от непомерного труда опухали мышцы. Безропотно нес это послушание молодой подвижник, несмотря на то, что тяжелый физический труд был ему противопоказан: из армии он был уволен инвалидом.
   Следующий эпизод — из области духовной борьбы. Нередко, как впоследствии рассказывал старец, ночному отдыху мешали бесы, которые являлись ему. Они истязали тело подвижника: по утрам он видел свои руки в синяках. Испытаниям Иван противопоставил терпение и мужество, ревность о Боге. Он усиливал пост, с его уст не сходила Иисусова молитва, и явные бесовские приражения постепенно оставили его.
   Это был избранник Божий, от рождения наделенный многими благодатными дарованиями. Старчество, как способность открывать людям волю Божию, провидеть их сокровенные мысли и чувства и вести истинным, единственно верным спасительным путем ко Христу было даровано о. Иоанну еще в молодости. Именно поэтому духовноопытные Глинские подвижники с первых дней поступления его в обитель стали посылать к двадцатидвухлетнему послушнику богомольцев за советом, а настоятель обители схиархимандрит Серафим (Амелин), пользовавшийся огромным духовным авторитетом, против обыкновения (обычно новоначальные проходили длительный искус) сразу благословил его отвечать на многочисленные письма, поступавшие в обитель от тех, кто просил совета, духовного наставления и помощи. Сколько же человеческого горя, скорбей и недоумений принял уже тогда в свое горящее любовью к Богу и людям сердце молодой послушник! Ответы его, наполненные благодатью Святого Духа, всегда были душеспасительны. Подписывая их, настоятель дивился его духовной мудрости, читал тем, кто был в его келлии, и восклицал: «Так и надо наставлять!» Впоследствии, когда о. Иоанна спрашивали, кто говорил ему, что писать богомольцам, он отвечал: «Бог». Иван не только отвечал на письма, но полностью исполнял послушание письмоводителя. Отвечал тем, от кого обитель получала посылки, денежные переводы, записки на поминовение и т.п.
   Так Иван начал свое самоотверженное служение Богу и ближним, ведя жизнь самую скромную, строгую и смиренную. Нес послушание письмописца, трудился в столярной мастерской, делал свечи, затем был заведующим аптекой и одновременно клиросным. Впоследствии батюшка говорил: «Я на лошади в аптеку ездил в Шалыгино. Лошадь такая хорошая была». Все в монастыре его любили, никто не ругал.
   Особенно близок был Иван схиархимандриту Андронику, который, впервые встретившись с ним, сказал: «Вот никогда раньше его не видел, а стал мне он самым родным мне человеком». Однажды в Глинской пустыни Иван тяжело заболел. Старец Андроник 2 ночи не отходил от его постели — так Ивану было плохо.
   8 октября 1957 г. в день празднования преставления преп. Сергия Радонежского (как батюшка говорил, «под Иоанна Богослова») он был пострижен в монашество с именем Иоанн в честь св. апостола Иоанна Богослова. Случай для Глинской пустыни, где постригали только после многих лет искуса, необыкновенный. Батюшка впоследствии рассказывал, что его и будущего иеромонаха Зосиму келейно постригал старец Андроник (уведомление епископу было послано уже после пострига).
   Узы дружбы тесно связывали о. Иоанна и о. Андроника до самой кончины о. Андроника, а духовно-молитвенное общение их никогда не прекращалось. Письма схиархимандрита Андроника к о. Иоанну переполнены такой горячей любовью, заботой, задушевностью и уважением, что никого не могут оставить равнодушным. Вот как он обращается к о. Иоанну: «Дорогой мой, родненький духовный сыночек», «Дорогое и родное мое чадо о Господе» и пишет: «Я часто спрашиваю своих окружающих о Вас, ибо мне хочется лицом к лицу поговорить с Вами и насладиться нашей родственной встречей».
   Старец схиархимандрит Андроник, характеризуя начальный период иноческой жизни своего духовного сына, говорил: «Он всех прошел», то есть был первым среди Глинских иноков.
   В послужном списке тех лет сказано: «Монах Иоанн Маслов отличается исключительным смирением и кротостью; несмотря на свою болезненность, он исполнителен в послушаниях». Так всю жизнь старец ставил во главу угла смирение, всегда во всем обвинял и укорял себя.
   Впоследствии, когда о. Иоанна спрашивали: «Батюшка, кто был самый великий в Глинской пустыни?» Он отвечал: «Великого знает Бог».
   Уже в те годы проявилась тесная связь о. Иоанна с духовным миром. Настоятель схиархимандрит Серафим (Амелин) после своей блаженной кончины не раз являлся ему во сне в полном облачении и наставлял его.
   В 1961 году Глинская пустынь была закрыта. Батюшка рассказывал: «Когда мы уходили из монастыря, старцы нам сказали: «На фундаменте стойте, который вам дан, иначе собьетесь!»
   В том же году о. Иоанн по благословению старца Андроника поступил в Московскую Духовную Семинарию. В 1962 году, в Великий Четверг он был рукоположен в Патриаршем Богоявленском соборе в сан иеродиакона, а в 1963 году — в сан иеромонаха.
   Учился батюшка очень хорошо. Его любил и уважал ректор Московской Духовной Академии и Семинарии профессор-протоиерей Константин Иванович Ружицкий. Узнав о. Иоанна ближе, он стал относиться к нему, как к самому родному и близкому человеку. Кончину о. Константина в 1964 году о. Иоанн перенес очень тяжело. После окончания семинарии он продолжил обучение в Духовной Академии. И в семинарии, и в академии о. Иоанн был душой курса. Сам всегда бодрый, он умел поднять настроение и у тех, кто его окружал. Все любили и уважали его. Необыкновенно добрый, он привлекал сердца всех, кто с ним общался, высотой своей духовной жизни, глубиной религиозного чувства.
   Сокурсники часто просили, чтобы о. Иоанн поисповедовал их. Они рассказывали, что будучи простым, смиренным и общительным (часто мог пошутить) в повседневной жизни, о. Иоанн как бы преображался, когда исповедовал. Становился строг, проникал в самые потаенные глубины души исповедуемого, так что студенты поверяли ему всю свою душу. Они чувствовали, что не могут относиться к своему сокурснику иначе как к старцу, духовному отцу, многоопытному наставнику.
   Полностью отдал себя в послушание о. Иоанну его соученик из Болгарии Иоанникий, впоследствии епископ Болгарской Православной Церкви. Он очень любил батюшку и трепетал перед ним. Однажды, совершив какой-то проступок, от страха перед о. Иоанном он залез под кровать и спрятался там (они жили в одной келлии).
   Батюшка очень строго его вел: так в наказание за что-то на Пасху батюшка разрешил ему съесть при разговении только кусок ржаного хлеба и выпить стакан воды. Иоанникий очень долго упрашивал батюшку отменить этот «приговор», т.к. он был приглашен на прием в посольство, и ему стыдно было за праздничным столом только есть хлеб и пить воду, но батюшка остался непреклонен. Вернувшись с приема, Иоанникий рассказывал, что все хорошо обошлось, никто и не заметил, что он ел. Этот случай еще больше укрепил его любовь к батюшке. Впоследствии о. Иоанн получил письмо от духовного наставника о. Иоанникия, который в самых теплых словах выражал свою благодарность батюшке за мудрое духовное окормление своего чада и писал: «Спасибо тебе за сынку».
   Но самым близким Батюшке из окормляемых им студентов и преподавателей был о. Марк (Лозинский). Профессор Московской Духовной Академии, магистр богословия, заместитель заведующего Церковно-архологическим кабинетом игумен Марк был, по отзывам многих видных иерархов, человеком редким и исключительным, который весь принадлежал Церкви Божией. «Христианская жизнь его являлась примером подражания для многих»1394 . Отец Марк посвятил свою магистерскую диссертацию творениям святителя Игнатия Брянчанинова, впоследствии собрал огромный архив из наследия святителя, а также составил учебное пособие по гомилетике.
   Игумен Марк был беззаветно предан о. Иоанну. Во всем спрашивал его советов и следовал им неуклонно. Отец Иоанн говорил о нем: «Это ангел был послан мне от Бога». А о духовной дружбе, связывавшей их, отзывался так: «Два тела — одна душа». Они оба трудились над составлением Патериков. В то время о. Иоанн составил «Глинский Патерик» (в первой редакции), а игумен Марк — «Отечник проповедника», в который вошли около 20 примеров из Глинского Патерика.
   Вместе с отцом Марком отец Иоанн ездил в Тбилиси к старцу Андронику, который также очень полюбил о. Марка. Но последний был уже тяжело болен и скончался в 1973 г. на 34-м году жизни. Отец Иоанн очень тяжело пережил его кончину.
   Во время учебы в академии о. Иоанн, как отличающийся высотой своей духовной жизни, был назначен ризничим академического храма. Ему было вверено духовное окормление преподавателей, студентов и исповедь богомольцев1395 .
   Именно здесь в полной мере раскрылись способности и пастырские дарования о. Иоанна, который с первых дней проявил себя опытнейшим духовником. К нему стал стекаться народ — все, кто хотел узнать волю Божию в том или ином случае жизни, кому необходимы были добрый совет и наставление, кто жаждал утешения в скорби и печали. Помещение перед ризницей, где он трудился, никогда не бывало пустым: утром, днем и вечером здесь можно было видеть преподавателей и учащихся духовных школ, прихожан храма, москвичей, жителей других городов, приезжавших к о. Иоанну на исповедь или для душеспасительной беседы. Его отличало живое, опытное познание Бога. Рядом со старцем каждый чувствовал, что мир иной, «жизнь будущего века» реально существуют. И вот это чувство, что о. Иоанну открыт мир духовный, что сам он соотносится с этим миром, и было самым сильным в общении со старцем.
   Этот мир для нас, грешных, сокровенен; в нем действуют свои законы, которые не укладываются в обычные мерки нашего ограниченного разумения. Мы можем лишь изредка наблюдать внешние проявления этого небесного мира, которые выражаются в поступках и словах святых Божиих избранников. Проникая в наше отягощенное страстями сердце тихой благодатью, эти слова и поступки поражают и смиряют наш ум необычным для него сиянием иного высшего порядка вещей и влекут наши души к таким дивным избранникам, как отец Иоанн.
   Он был не только великим проповедником Царства Христова, но и живым носителем этого Царства. Благодатная красота и величие о. Иоанна, сила его духа, ощутимая связь с вечной жизнью вызывали у приходивших к нему трепет и благоговение, искреннее стремление ко спасению. Под влиянием только одного его слова или взгляда в людях совершались глубокое нравственное обновление и возрождение. Здесь на земле в нем светился отблеск небесной славы, светился в тех благодатных дарованиях, которыми старец особо был наделен от Господа.
   Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, что духовные люди «по действию в них Божественной благодати получают такие свойства и способности, которых чужд человек в своем естественном состоянии». Так и о. Иоанн имел дары Святого Духа, среди которых были непрестанная молитва Иисусова, духовное рассуждение, прозорливость, проникновение в тайны человеческих душ, исцеление болезней душевных и телесных. Но, главное, старец стяжал величайший дар благодати Божией — безграничную, самоотверженную, деятельную христианскую любовь.
   Эта любовь в старце достигла высоты евангельского совершенства. Всего себя, все свои силы, разум, сердце и волю принес о. Иоанн Богу и людям. И как часто он освобождал других от болезней, скорбей, душевных печалей, принимая их на себя! Так он душу свою полагал за ближних. Самоотверженная любовь, горевшая желанием всем помочь, всех утешить, всем спастись — характерная черта о. Иоанна. Подвиг его любви к ближнему изумляет знавших старца и волнует души людей, узнавших о нем уже после его преставления.
   Он имел доступ к сердцу каждого и говорил: «Только любовью можно постигнуть внутреннюю жизнь других людей и войти с ними в тесное духовное общение». — «Реальная любовь — носить немощи друг друга». — «Любовь сильнее смерти». — «В любви сокрыт ключ и истинного боговедения, и истинной христианской жизни». Он возвращал падшим людям образ Божий, умел заставлять их плакать слезами покаяния, слезами возрождения к новой духовной жизни.
   Отец Иоанн был настоящим отцом для всех обращавшихся к нему с верой. Старец «брал на себя» всего человека со всеми его немощами и скорбями. Для него не было мелочей, он все принимал близко к своему любвеобильному сердцу. Иногда люди только по прошествии нескольких лет, когда жизнь их по молитвам батюшки устраивалась, осознавали, какой великий дар и какую великую помощь они получали.
   По отзывам знавших старца, он не только твердо нес свой крест, но и имел огромную нравственную силу поддерживать тысячи других людей и помогать им нести жизненный крест. Умел утирать любые слезы, утешать во всяких невзгодах; от него передавалась благодать мира и глубокого успокоения. Он обладал редким даром духовно воскрешать людей после нравственного омерщвления. Сам вид, одно только присутствие этого духовно великого человека спасительно действовали на других, врачуя страсти и болезни, побуждая к добру, вызывая молитвенное состояние и слезы. Старец был настолько красив, что при нем даже вслух говорили с благоговением: «Какой красивый!» Высокий, статный, широкоплечий, с правильными, мужественными одухотворенными чертами лица, с длинными густыми волосами и бородой. Величественность удивительно сочеталась в нем с быстротой действий и внутренней энергией. В замечательных глазах старца всегда отражалось сияние неба, которое проникало в самую глубь души собеседника и озаряло беспросветный мрак многих и многих жизней. Недаром говорили, что у старца глаза как у ангела.
   У старца была высшая черта христианского подвижничества: живя вне мира, он умел служить миру.
   Множество людей тянулось к отцу Иоанну благодаря особому дару Святого Духа, который он имел, — старчеству. Этот талант апостол Павел называет «даром рассуждения» (1Кор.12:10). По словам самого о. Иоанна, «старчество выражается в особенном водительстве пасомых на пути спасения и требует от носителя этого дара мудрого и любвеобильного попечения о вверившихся ему душах». Ни одного своего решения старец не принимал без ясного указания Божия. Прежде чем дать ответ на тот или иной вопрос, о. Иоанн молился, углублялся в себя (часто он поднимал при этом глаза и смотрел ввысь) и только потом отвечал (иногда ответ давался сразу). Батюшка говорил своему духовному сыну: «Прежде чем ответить, обращаешься к Богу, как же надо поступить». Господь открывал старцу Свою волю, и вопрошавшие батюшку могли узнать эту Божественную волю из его ответов.
   Батюшка отвечал на тысячи всевозможных вопросов: «Куда мне благословите: замуж или в монастырь?»; «Как мне жить, муж меня оставил?»; «Что делать с работой — очень маленькая зарплата, не могу прокормить семью?»; «Мне негде жить, как быть с жильем?»; «Я потеряла все, что мне было дорого в жизни. Мне незачем жить»; «Неизлечимая болезнь меня терзает. Я не могу не роптать»; «Мои дети, в которых я вложил жизнь и душу, стали мне врагами»; «Я потерял веру» и т.п.
   Все эти и подобные вопросы обрушивались на старца ежедневно. И он имел великую силу, духовную мощь не только все внимательно выслушать, но делом и советом реально помочь людям. Сколько раз самые сложные, отчаянные и запутанные житейские вопросы он решал двумя-тремя полными сердечного участия советами. И всегда по благословению благодатного старца выходило хорошо, и решение оказывалось мудрым и правильным.
   У тех, кто слушался батюшку, вся жизнь вскоре выравнивалась и устраивалась. Монахиня Серафима (Русанова) говорила: «От батюшки никто не уходит тощим». Все получали помощь. Но каких сил, какого труда все это требовало от самого старца! Он выдерживал столь тяжелые нравственные труды, что казалось, и одна десятая их часть была бы невыносима для обыкновенного человека.
   Однажды батюшка сказал одной монахине, которой по его молитвам удалось из архиерейского дома, где она проходила послушание, вернуться в монастырь, и вся жизнь ее устроилась: «Это многого стоило».
   Другая духовная дочь по его благословению поступила в очную аспирантуру, а потом ей предложили высокооплачиваемую и интересную работу. Когда она спросила батюшку, стоит ли переходить на работу он ответил, что жалко оставлять аспирантуру, ведь с таким большим трудом она туда поступила.
   Девушка очень удивилась, она с такой легкостью отлично сдала экзамены (все экзамены кандидатского минимума сдала за один год, тогда как другие сдавали за несколько лет), без трудностей подготовила все необходимые документы и только после батюшкиных слов вполне осознала, сколько молитвенного труда принял на себя за нее старец. Еще одной духовной дочери батюшка говорил: «Если бы ты знала, сколько в тебя вложено». Батюшка обладал необыкновенным чувством сопереживания: он чувствовал чужую боль и переживал скорбь другого более остро, чем сам человек. Даже заболевал, переживая за своих чад.
   Однажды одна молоденькая девушка познакомилась с верующими молодыми людьми. Ей понравилась их общительность, начитанность, то, как они все вместе собираются, читают и обсуждают Евангелие. Она поехала к батюшке и подробно все рассказала. Батюшка отнесся к этому очень серьезно, сказал, что все это у них от баптизма, что «спасение их призрачно» и строго-настрого запретил видеться с ними. Ей же было интересно с этими людьми (враг затягивал), она написала батюшке письмо, а потом и сама еще раз поехала сказать, что колеблется. Батюшка принял ее и с грустью сказал, что так переживал из-за того, что она не отошла от тех людей, что даже заболел. Девушку это потрясло, она заплакала. Никогда больше к этим людям не подходила. Они впоследствии стали сектантами, и эта девушка со слезами благодарила батюшку: «Если бы не Вы, где бы я была! Я бы погибла».
   Многие родители спрашивали батюшку, куда отдать детей учиться после окончания школы. У тех, кто слушался батюшку, всегда все хорошо складывалось и с учебой, и с работой. Главное же, человек оказывался на своем месте. Батюшка всегда точно видел, в чем призвание человека, к чему он больше способен, что ему полезно — туда и направлял его.
   Одна девушка не послушалась батюшку и поступила не в тот институт, в который он благословил. И что же? Через 8 лет она стала работать именно по той специальности, которую ей предлагал батюшка, но у нее не было высшего образования по этой специальности, и поэтому возникали трудности.
   Очень многие люди бесконечно благодарны батюшке за решение такого жизненно важного вопроса как вопрос дома, жилья. Если человек становился батюшкиным духовным чадом, то этот вопрос со временем всегда решался положительно. Батюшка одному советовал, к кому на работе обратиться с тем, чтобы поставили на очередь, другому неожиданно по молитвам старца давали квартиру, третьему подсказывал, как сделать родственный обмен. И по молитвам батюшки все имели свое жилье, хотя многие получали его с трудом, после долгого ожидания.
   При этом старец говорил, что надо думать: «Как батюшка скажет, так и сделаю», а не жить по своей воле, по своим мыслям. Он рассказывал: «Вот бывает приходит человек, просит благословение на что-либо. Начинаешь о нем молиться. Молишься-молишься, а небо молчит. Уже просто не знаешь, в чем дело. А потом недели через две видишь, что человек-то этот был как в железе: уже принял решение в сердце, а благословение так, для прикрытия пришел просить. Поэтому небо и молчит».
   От духовных детей о. Иоанн требовал полного и безусловного послушания. Все вокруг старца совершалось только по его благословению. Он говорил: «Все дает послушание». Батюшка писал, что послушание должно лежать в основе всех добродетелей, ибо послушание было первой заповедью, данной человеку по его сотворении. Если батюшка давал ответ на какой-либо вопрос, а его потом переспрашивали, он говорил: «Сказал раз — и на всю жизнь. Что было запрещено — то грех, через сколько бы лет ни случилось». Старец советовал отсекать свою волю. Он говорил, что многие сейчас хотят спастись, желание имеют, а дел не делают и ходят, как овцы без пастыря, а враг легко берет сначала одну, потом другую без всякого труда, потому что волю свою творят. «Трудно дело спасения!» — заканчивал старец.
   Девушке, просившей взять ее на работу уборщицей академического храма, батюшка сказал, что это трудно [в храме трудиться]. «Надо всю жизнь переменить. Это как лестница. Каждый день, хоть понемножку надо исправляться, подниматься на ступеньку, а если думаем стоять на месте, то это враг обманывает нас — обязательно вниз стащит, а надо вверх. Здесь трудно не столько физически, сколько духовно. Нужно свою волю отсекать каждую минуту, а это очень тяжело человеку. То заставят пол мыть, то стирать, то еще куда-нибудь пошлют. Делай все, что не хочется. Когда человек в миру живет, там враг не мучает — он и так его волю творит, а как сюда приходит, то не разрешают человеку жить по своей воле, вот против человека и борются плоть и враг. И очень это тяжело бывает вынести. Так надо все взвесить, не подумав — не соглашаться, потому что обратной дороги нет».
   В то же время батюшка говорил, что Господь очень милостив. Он рассказывал: «Вспоминается такой удивительный случай милосердия Божия, мне его схимник Глинской пустыни Никодим рассказывал. Когда пустынь разогнали, он жил у моих родственников, а голод был, и как-то он сказал: «Господи! Как же пирожка хочется», и тут же стук в дверь: «Батюшка, откройте, я пирожков Вам принесла». Вот так любит и слышит Господь тех, кто Его волю творит».
   Что бы ни случалось в жизни духовных детей о. Иоанна, они стремились связать с батюшкой каждое движение своего сердца. У них была только одна забота — сообщить обо всем батюшке, и вера их не посрамлялась: молитвами батюшки всегда все устраивалось во спасение. А если не было возможности увидеть о. Иоанна или написать ему, то обращались к батюшке внутренне, просили его помощи и молитв, так как тем, кто жил далеко и не мог часто приезжать, о. Иоанн говорил: «И мысли доходят». И добавлял: «Все передается — и скорбь и радость. Все чувствуется».
   Иногда казалось, что он составлял со своими духовными детьми как бы одно существо. Такой духовный союз укреплялся между ними главным образом через молитву и через любовь к Богу и к людям. Старец жил свято, Дух Господень обитал в его сердце, и поэтому из его души так щедро изливалась на людей благодатная чудодейственная сила.
   Вот лишь некоторые отзывы самых разных по характеру людей о беседе со старцем: «Когда старец слушает вас, то вы чувствуете, что в эту минуту он весь вами живет, и что вы ему ближе, чем сами себе»; «Сто пудов свалилось — вот жизнь!»; «Батюшка все понимает без слов и гораздо глубже и лучше, чем я сам мог бы рассказать»; «Вся душа моя в его руках»; «Так радостно, уютно, тепло, как будто под крылышком сидишь, со всех сторон огражден». Одна из жительниц Сергиева Посада рассказывала священнослужителю в храме академии: «Я несколько раз исповедовалась у о. Иоанна, исповедовались и мои знакомые. Идешь к нему на исповедь разбитой духовно, подавленной, а уходишь окрыленной, радостной. Я заметила, что после исповеди у о. Иоанна люди преображались даже внешне. От него все уходили святыми. Таких духовников, как о. Иоанн, я еще не встречала. К каждому у него был свой подход, каждому он давал свою, именно ему необходимую духовную пищу. Такой старец — это чудо нашего времени»1396.
   Все знавшие батюшку единогласно говорят о свойственном ему даре прозорливости. Силой любви он прозревал душу человека, открывал потаенные помыслы, забытые грехи, предсказывал будущее. Для него не существовало тайн.
   Часто старец отвечал не на тот вопрос, который задавал человек, а на ту мысль, которая была главной в душе вопрошавшего (при этом говорил: «У тебя все как на чистом листе видно»); точно определял внутреннее состояние даже тех людей, которых никогда не видел, знал загробную участь усопших. Видя человека впервые, старец рассказывал всю его жизнь или называл самые сокровенные грехи. Дар проникновения в тайники человеческих сердец удивлял многих и побуждал всецело отдаваться его руководству. У людей появлялась уверенность, что старец лучше их знает, в чем они нуждаются и что им полезно.
   Схиархимандрит Иоанн обладал даром предвидения, он прозревал будущее, как настоящее. Предсказания его продолжают сбываться.
   Отец Иоанн имел дар чудотворений, мог изгонять демонов, исцелять тело от неизлечимых болезней, а душу от гнездившихся в ней страстей. С полной уверенностью можно сказать, что нет ни одного духовного чада о. Иоанна, кто бы по опыту не знал, что батюшка может исцелить от телесных и душевных болезней.
   Примеров прозорливости старца было множество. Приведем лишь некоторые из них, засвидетельствованные его духовными чадами.

* * *

    Одна женщина очень хотела попасть к старцу. Когда ей сказали, что батюшка примет ее, она, чтобы ничего не забыть, записала все свои вопросы. Однако, когда она вошла к о. Иоанну, то совершенно забыла про свою записку. Получив наставления, она вышла и тогда вспомнила про свой листочек. Когда же стала читать, то была потрясена, так как увидела, что старец по очереди ответил на все ее вопросы, хотя она их ему не задавала.
    Однажды батюшка сидел в ризнице за столом, разбирал бумаги и вслух повторял Иисусову молитву. Рядом находился некий человек N. Он мысленно обратился к о. Иоанну: «И за меня тоже помолитесь». В следующий раз батюшка произнес: «Господи Иисусе во Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного и N. (имя рек) тоже».
    Одна женщина во время разговора со старцем вдруг подумала: «Сколько детей болеет, сколько умирает, выживет ли мой ребенок?» А вслух сказала: «Батюшка, помолитесь, я волнуюсь, как дома няня справится с моим сыном». Батюшка ответил сразу на ее мысли: «Да не умрет твой (имя рек), вырастет».
    Один человек попросил: «Батюшка, благословите мне читать какую-нибудь молитву, когда помыслы одолевают» (ему очень хотелось читать одну из утренних молитв). Батюшка сразу же сказал молиться именно этой молитвой.
    «Однажды на пасхальной заутрене, — рассказывала одна женщина, — напали на меня унылые мысли: «Никому я не нужна, зачем живу и т.д.» Я понимала, что эти мысли от врага, но сама не могла эти мысли прогнать и проплакала из-за них весь день. После вечерней пасхальной службы хотела подойти сказать батюшке, а он всех от ризницы гонит: «Что вы здесь стоите — уходите». Время было тяжелое, батюшку преследовали за то, что к нему приезжало много народа. Потом он подошел ко мне и строго спросил: «Ну, что ты хотела? Быстро говори!» Я ничего не могу сказать. Все слова вылетели из головы. Тогда, внимательно глядя на меня, батюшка начал говорить: «Не слушай ты его, это враг все. Ему сейчас такое время тяжелое, он всех бы рад смутить. Не слушай этого». Батюшкины огромные сияющие глаза всю меня, как рентгеном, просветили. Чувствую, что он полностью видит и понимает, что во мне происходит, хотя я ни слова не сказала ему об этом. Начала что-то бормотать, но батюшка, не слушая меня, серьезно продолжает свое: «Не обращай на него внимания». Благословил меня, крепко стукнув по голове, и ушел. У меня вдруг полились слезы, но это уже были слезы облегчения. Я быстро успокоилась, на душе стало так тихо, мирно, светло — и только благодарность Господу и святым Его. За одну минуту батюшка очистил мою душу, и я тогда только встретила в душе великий праздник Пасхи».
    Один человек пережил сильнейшую скорбь, которая потрясла его, и он заболел. Батюшка в то время находился в Жировицком Успенском монастыре, а он не мог поехать туда и обратиться к старцу. Однажды вечером этот человек находился в сильном унынии, даже отчаянии. Вдруг зазвонил телефон, он поднял трубку и услышал батюшкин голос: «Ну, что ты там?» Рассказав все батюшке, он понял, что уныние исчезло, боль прошла, душа успокоилась. Так батюшка чувствовал и знал душу каждого из своих чад и всегда приходил на помощь.
    «Перед тем как батюшка уехал в Жировицкий монастырь, — рассказывала его духовная дочь, — многим в благословение он дал иконы. В то время я почему-то особенно часто в храме молилась перед Тихвинской иконой Божией Матери, испытывая именно к этой иконе особое благоговение. Какова же была моя радость, что старец видит и чувствует мою душу, когда батюшка благословил мне именно Тихвинскую икону Божией Матери».
    «Однажды, — рассказывала его духовная дочь, — я ехала к старцу и хотела спросить, можно ли мне читать «Лествицу». Подруга предложила мне ее почитать, мне очень хотелось, но я не могла без разрешения (до этого батюшка запретил мне читать эту книгу). Но приехав к батюшке, я боялась его спросить, тогда он сам сказал: «Тебе надо Иоанна Лествичника почитать».
    Одной своей духовной дочери о. Иоанн почти за 10 лет предсказал, что ее сестра будет замужем за священнослужителем, что и произошло.
    Другой духовной дочери, спрашивающей, можно ли помочь знакомому устроиться на работу, ответил: «Смотри, ведь он заграницу уедет». Той это показалось невероятным. Но слова старца исполнились спустя 8 лет, уже после его праведной кончины.
    «Однажды, — рассказывал один человек, — мы попросили у батюшки благословения поехать отдыхать в Новый Афон. Батюшка ответил: «Поезжайте, Вы еще успеете». Отдыхали хорошо, и только когда благополучно вернулись в Москву, стал понятен смысл слов слов батюшки: на следующий день после возвращения объявили карантин из-за холеры, поезда в Москву не пропускали, а останавливали на несколько суток вдали от населенных мест, и люди жили в вагонах в очень трудных условиях».
    «Батюшка, — вспоминает духовная дочь старца, — разрешил мне поехать на юг. Перед отъездом я приехала взять благословение в дорогу и сказала, что еду в Хосту (там уже, как мне сообщили, сняли квартиру). Батюшка ответил: «Хорошо, поезжай в Адлер». Я поправила: «В Хосту». — «В Адлер», — ответил батюшка. Когда мы приехали в Сочи, встречающий меня там брат сказал, что в Хосте с квартирой не получилось, и он снял ее в Адлере».
    Одна духовная дочь о. Иоанна уезжала отдыхать. По возвращении она должна была выйти на новую работу, которую нашла рядом с домом. Место ей было оставлено, была полная договоренность обо всем. Во время ее отдыха батюшка велел ей передать: «Пусть на день раньше приедет и утрясет вопрос с работой, а то займут место и возьмут другого человека. Где такую работу найдешь, чтоб возле дома, — трудно». Ей передали, но она возвращаться раньше отказалась, так как была уверена, что ее будут ждать. Но в результате место ее заняли, и она целый год ездила на работу через весь город.
    Как-то раз батюшка передал одной монахине много маленьких икон преподобного Сергия. Сначала было непонятно, зачем ей так много икон. Но через 3 недели матушка умерла, к ней пришло прощаться очень много людей, и каждому на благословение давали образ, переданный батюшкой. А иначе и нечего было дать. Тогда стало ясно, что батюшка провидел ее близкую кончину.
    «Моя мама, — вспоминает духовная дочь о. Иоанна, — умерла ночью. С первой электричкой я поехала в Загорск, чтобы сообщить батюшке о случившемся и попросить его святых молитв за маму и за себя. Я успела до начала службы, но батюшка был уже в алтаре, так как он в этот день служил. Я рассказала в ризнице о своем горе, но мне ответили: «Зачем ты приехала? От вас уже были. Батюшка пришел утром и сказал, что (имя моей мамы) умерла». Я поняла, что батюшке это открыл Бог, так как, кроме меня, никто из нас к нему не приезжал и сообщить о кончине мамы не мог».
    Однажды в храме батюшка вдруг сказал одной девушке: «А у тебя отец умер». Позже на ее имя пришла телеграмма с извещением о смерти отца.
    «Одно время, — вспоминает другая духовная дочь о. Иоанна, — я исполняла послушание в Загорске и жила там, а на работу ездила в Москву. Однажды батюшка сказал мне: «Сегодня ты не приезжай». (То есть после работы оставайся в Москве). Я так и сделала. И только поздно вечером мне стали понятны батюшкины слова. Во второй половине дня был очень сильный дождь, размыло пути, поезда не ходили. В метро поезда, платформы и переходы были переполнены народом, в переходах стояли люди, так как из метро выйти было невозможно — мешали потоки воды с улицы. Мысленно я благодарила батюшку, что в это время не была в дороге. На следующий день, когда я увидела батюшку, он сказал: «Да кто же тебя пустит», имея в виду наводнение.
    Батюшка не благословил одного молодого монаха ехать к старцам в горы. Он не послушался и на обратном пути, когда переправлялся через горную речку, сорвался и разбился насмерть. Его нашли охотники через несколько дней.
    Одна девушка очень скорбела, что ее уволили с работы, которая ей очень нравилась. Но батюшка сказал ей: «Ничего, ты будешь там работать». — «Это Вы просто утешаете меня, батюшка », — сказала она. Но старец повторил: «Ты будешь, будешь там работать». Слова его сбылись через 10 лет, спустя 4 года после его праведной кончины.
    «В детстве, еще до того, как Господь привел меня в батюшке, — вспоминает духовная дочь старца, — я ходила к матушке строгой жизни монахине А. Потом я рассказала батюшке о ней. Однажды батюшка дал мне красивую икону «Вознесение» и сказал, чтобы я отвезла ее матушке. Я тотчас же поехала. Оказалось, что в тот день ей исполнилось 100 лет (о чем я не знала), и ее многие приходили поздравлять. Когда я отдала ей батюшкину икону, она очень обрадовалась, все прикладывалась к образу и говорила: «Это самый дорогой подарок, самый дорогой подарок». Так батюшка поздравил старицу с ее столетием, хотя он никогда ее не видел и тем более ему никто не говорил о дне ее рождения».
    «Однажды, уже вечером (около 17 часов), — рассказывает одна женщина, — я решилась ехать к батюшке. Еду и думаю: «Меня, наверное, батюшка будет ругать, что я так поздно без разрешения приеду». Но в Сергиевом Посаде меня встретила духовная дочь старца и строго сказала, что она уже полчаса меня ждет. Я удивилась и спросила, почему она ждет меня. Оказалось, что батюшка послал ее встречать меня, хотя никто не мог знать, что я приеду».
    Один человек совершил греховный поступок и поехал каяться к батюшке. Батюшка, как только ему сказали о приехавшем, стал говорить: «Ай-ай-ай, ай-ай-ай». И повторял так до тех пор, пока тот человек не вошел к батюшке.
    «Однажды, — вспоминает другая духовная дочь старца, — одна монахиня подошла ко мне и подавая раскрытую духовную книгу сказала: «Почитайте, очень хорошая книга». Я прочла раскрытую страницу и нашла прямое обличение своего греха. Вскоре меня позвал батюшка. Когда я вошла, он с улыбкой мне сказал: «Вот книгу тебе дали!» Мне было стыдно. Я сказала: «Батюшка, это Вы ей сказали дать? Зачем Вы ей мой грех сказали?» Батюшка ответил: «Нет. Я не говорил». Так старец видел через стены.
    Таких случаев было множество в жизни каждого из духовных чад батюшки. И они удивительным образом укрепляли внутреннюю духовную связь со старцем. Здесь вспоминаются слова св. Игнатия Брянчанинова: «Только перед духоносцем может явлена душа ученика; только он может усмотреть, откуда и куда направляются душевные движения наставляемого им».
   А вот примеры исцеления старцем многих болезней.

* * *

    Умирала молодая женщина. Состояние ее было безнадежное. С ней уже попрощались близкие. Об этом рассказали батюшке. Он тогда сказал своей духовной дочери (монахине Серафиме): «Что будем делать? N. умирает». Та ответила: «Жалко, ведь сироты останутся». Батюшка сказал, что если брать это на себя, то будет очень трудно. Он стал молиться о больной, и сам, и матушка Серафима очень тяжело и надолго заболели, а умирающая начала поправляться, выздоровела и жила после этого многие десятилетия.
    Одна духовная дочь о. Иоанна рассказывала: «У меня умирал в больнице дедушка, врачи сказали, что у него рак желудка и предлагали делать операцию. Я очень переживала еще и из-за того, что дедушка, хотя и был человеком верующим, но в храм не ходил, не исповедовался, не причащался. Со своим горем поехала к батюшке. Старец сказал, что в эти годы операция бессмысленна. После операции быстро умрет, если только не «под ножом». А надо домой его взять, да поговорить с ним: «Вот смерть, душа от тела уйдет — что будешь говорить, как от бесов спасешься?» А когда страдание начнется, тогда он реально и почувствует приближение смерти, скорее раскается, тогда и причастить можно. И душа спасется, хотя и из мук. Но батюшка подчеркнул, что причащать можно только, если раскается, без понимания нельзя причащать. Я просила батюшку молиться. Но очень боялась, как сказать дедушке о причастии. Согласится ли он? Пришла к нему в больницу, а он как только увидел меня, сразу сказал: «Миленькая, возьми меня отсюда, возьми домой. Ведь я с шести лет не исповедовался и не причащался». Так душа его сразу откликнулась яа великую силу батюшкиной молитвы. Мы взяли дедушку домой, он искренне раскаялся, причастился дома, так как был очень слаб. Но потом стал ходить в храм. Когда через 4 месяца ему сделали рентген, то врачи не обнаружили никакого заболевания и не могли в это поверить. Он прожил еще более 5 лет и скончался совсем от другой болезни».
    Батюшка очень точно ставил диагноз больным, так что и опытные врачи удивлялись. Одна его духовная дочь — врач рассказывала: «У меня заболела маленькая дочка, поднялась высокая температура, врачи сказали, что у нее воспаление легких и ложный круп. Ночью ее отвезли в больницу, а утром я поехала в Загорск к батюшке, чтобы попросить его молитв. Когда я рассказала ему о болезни дочки, он вдруг сказал, что у нее аппендицит, но ничего, это бывает. Я повторяла, что воспаление легких. Вернувшись домой, я узнала, что девочку перевели в хирургическое отделение, так как у нее аппендицит. По молитвам батюшки она скоро поправилась». У другой духовной дочери сильно опухали и болели руки. Врачи никак не могли поставить ей диагноз. Батюшка сразу сказал, что у нее ревматизм, хотя ревматические пробы были отрицательные. Впоследствии этот диагноз оправдался. Еще одному больному человеку, которого врачи не знали как лечить, батюшка сказал, что у него больна печень. Впоследствии врачи поставили диагноз — цирроз печени и почти не оставили больному надежды. Но о. Иоанн исцелил этого человека и врачи с удивлением не находили потом этого заболевания.
    Один человек упал и сильно ушиб ногу. Постепенно боль усилилась так, что не помогали даже сильные обезболивающие средства. На ногу нельзя было наступить. Когда об этом узнал батюшка, он помолился, и боль сразу начала утихать, а через 2—3 минуты не было уже никакой боли. Оставалось только благодарить Бога и батюшку за исцеление.
    Одна духовная дочь батюшки рассказывала: «Когда говоришь с батюшкой, то всегда чувствуешь, что он не только духовное состояние, но и физическую боль твою видит, чувствует, знает. Это было ясно из того, с каким состраданием он говорил о твоей болезни, расспрашивал о боли именно так, как и болело. В другой раз я стояла после богослужения около ризницы, а рядом со мной еще одна девушка, только что приехавшая из Москвы. Батюшка проходил из алтаря в ризницу и строго сказал мне, чтобы я срочно и получше покормила эту девушку. Я удивилась, что батюшка не принял ее сначала на беседу, и тут выяснилось, что она чуть не падала от голода и у нее сильно болел желудок. Батюшка, лишь мельком взглянув на нее, почувствовал ее боль. Таких случаев было множество».
    Как то раз одна духовная дочь сказала батюшке, что у нее сильно болит горло. Батюшка с улыбкой ответил: «Нет, это у меня болит», и у нее тут же все прошло.
    У одного старика очень долго болела нога — на стопе была твердая опухоль. Врач хотел дать ему лекарство, попросил у батюшки благословения на это и святых молитв о выздоровлении старика. Батюшка помолился о больном, лекарство передали. Старик поправился — опухоль нагноилась и прорвалась. Нога зажила, не осталось следа от болезни. Но самое удивительное, что он выздоровел до того, как ему передали лекарство.
    По своему смирению о. Иоанн скрывал отпущенный ему дар исцелений и, чтобы люди о нем не догадывались, советовал больным принимать, например, какие-нибудь лекарственные травы, которые часто сам же и давал. Исцелившись от болезней, люди понимали, что не трава помогла, а сила молитв старца. Одной часто болевшей духовной дочери он дал бутылочку с каплями, на этикетке которой написал: «От болезней (далее следовало имя рек)». В действительности же не капли, а молитвы старца помогали ей от самых разных болезней: от головной боли, от тошноты, от простуды, болезней желудка и печени, отеков ног.
    Чудодейственной была сила прикосновения старца. Близкий духовный сын батюшки показал ему уплотнение на кисти своей руки. Старец, как бы желая понять, что там, потрогал больное место. Увлекшись беседой с батюшкой, духовный сын забыл о своей болячке. Проснувшись на следующее утро, он с удивлением обнаружил, что рука его совершенно здорова.
    Интересно, что после преставления старца об этом случае исцеления прочитала в жизнеописании старца одна духовная дочь о. Иоанна. Глядя на фотографию старца, она внутренне с грустью помолилась батюшке: «Батюшка, вот Вы его исцелили, а у меня такой же «костный нарост» на руке, и Вы сказали к врачу идти. А врачи не знают, что делать, как лечить. Что же, так теперь я и останусь? Если можно, помогите мне» и приложила больную руку к фотографии. Потом она совсем забыла об этом. Но через несколько дней, когда вспомнила и посмотрела на руку, обнаружила, что нароста не было. Рука была совершенно здорова.
    Ректор академии должен был служить в академическом храме, но не мог из-за сильной головной боли. Батюшка зашел его навестить, расспросил о болезни, и сказал: «Владыка, нет ли температуры у Вас?» И как бы проверяя, положил свою руку на лоб больного. Ректор говорил потом: «Что за человек? Как положил руку на голову, так сразу боль прошла. Я встал и служил».
   Помогая людям в болезнях, о. Иоанн всегда напоминал о том, что они нужны христианину. Он писал своей духовной дочери: «Безусловно, трудно переносить болезнь, но, по-видимому, таков удел человека, то есть в болезнях, в скорбях проходить свое земное поприще. Болезней нет только в вечности для тех, кто своими делами угодит Богу, а здесь они необходимы. Надо их нести с терпением и без ропота, тогда они приносят большую пользу для души. Лечить их у врачей тоже можно, это не грешно». И еще: «От болезней все стараются избавиться, потому что они иногда очень жестоко терзают наше греховное тело. Однако нам нужно помнить, что без них мы, пожалуй, спастись не можем. Скорби и болезни являются для нас наилучшими духовными врачами. Посредством скорбей я болезней мы очищаемся от грехов и делаемся благодарны Богу».
   По учению отцов Церкви, у святых, получивших благодать от Бога, освящается не только ум и душа, но и тело и вещи, близкие к ним1397 .
   Многие, получая от о. Иоанна частицу от хлеба, который он перед этим вкушал, чувствовали исцеление. Одну больную девочку на ночь укрыли платком батюшки. Утром она была здорова. Это произошло уже после кончины старца.
   В доме старца и продукты обладали необычными свойствами — они долго не портились. Вот один из примеров. Однажды летом к батюшке привезли три свежие рыбы. Батюшка положил их на стол на веранде, где было очень жарко. В течение нескольких дней батюшка от них понемногу отрезал и жарил, когда к нему кто-нибудь приезжал. Рыбы лежали в жарком душном помещении на солнцепеке и, несмотря на это, даже через несколько дней были свежими, будто их только что поймали. В другой раз летом батюшке привезли несколько небольших коробочек со свежемороженной рыбой. Батюшка положил их на кухонный стол на террасе и уехал недели на три. Когда он вернулся, к нему опять приехал тот человек, который привозил рыбу. Батюшка сказал: «Вот вещь у меня есть. Замечательная рыба. Я тебе дам с собой». И дал ту самую рыбу, которая пролежала так долго в кастрюле на столе. Батюшке сказали, что она наверное давно пропала. Батюшка ответил: «Бери, она свежая». Человек взял рыбу и уже у себя дома увидел, что рыба действительно очень свежая.
   Отец Иоанн был великим молитвенником. Он имел дар непрестанной умно-сердечной молитвы Иисусовой. Близкие люди знали, что он не перестает молиться и во сне. Схиархимандрит Андроник говорил, что «Иоанн день и ночь вопиет». Велика была сила его молитв, ограждавших его чад от козней диавольских. Сокурсник о. Иоанна протоиерей Владимир Кучерявый писал, что молитва была дыханием его сердца1398 .
   Многие и многие люди благодарны батюшке за молитвенную помощь. Одна его духовная дочь рассказывала: «Когда я училась на втором курсе института (на вечернем отделении), батюшка вдруг сказал мне, что надо переходить на дневное отделение. Я ответила, что у нас в институте это невозможно даже для «круглых» отличников, многие уже пытались, да ректор не разрешает. Но батюшка повторил свое благословение. Я даже не знала, как к этому делу подступиться, но через несколько дней ко мне вдруг сам подошел наш преподаватель математики (я училась у него хорошо) и предложил перейти на дневное отделение, причем не на мой факультет, а на гораздо более престижный, куда очень трудно было поступить. Он сам похлопотал у ректора, и через неделю меня привели на дневное отделение. Так велика сила молитв батюшки».
   Одному человеку по роду работы приходилось составлять много документов, которые имели юридическую силу. Но ему было это очень трудно, и писал он с ошибками. Тогда он сказал батюшке: «Пишу с ошибками», — и попросил молитв. После этого стал писать всегда грамотно и хорошим слогом.
   Однажды осенью в конце сентября к батюшке попала молодая девушка, которая нигде не работала и не училась. Батюшка сказал своей духовной дочери — врачу, чтобы она узнала, нельзя ли в этом же году устроить эту девушку в медицинское училище. Однако все, у кого она спрашивала, отвечали, что занятия уже начались и в этом году зачисление невозможно. Батюшка, несмотря на это, опять повторил свою просьбу. «Я уже не знала, к кому мне обратиться. — рассказывала врач, — Думала, думала, наконец, открыла телефонный справочник и позвонила в первое по списку медицинское училище, попросила подсказать, можно ли в этом году начать учиться. Мне ответили: «Вы попали на того, кто Вам и нужен. Я директор училища, приезжайте с девочкой в понедельник утром. Вы должны иметь заверенную медицинскую справку о состоянии ее здоровья». Разговор происходил в пятницу, ближе к вечеру. Но нам удалось оформить медицинскую справку за 2 часа, и в понедельник утром девочку приняли в медицинское училище. Батюшка сказал: «Как я рад, что удалось ее устроить». Девушка окончила училище с отличием и по благословению старца поступила в медицинский институт, стала врачом и помогает многим людям. Приведенные случаи, в которых проявлялись дары благодати старца, составляют лишь малую часть, потому что в продолжение почти сорокалетнего его старчествования подобные случаи повторялись каждый день.
   Имея сам необыкновенное смирение, ради которого старец скрыл, что им была принята схима (сущность этого высшего духовного подвига, воспринятого старцем ради любви ко Христу, недоступна нашему пониманию, мы можем лишь упомянуть об этом подвиге, не дерзая проникнуть в его духовное содержание), батюшка и духовных чад прежде всего приводил к смирению. Их жизнь под его руководством была всегда направлена на борьбу человека со своими страстями и, главное, с гордостью.
   Старец писал: «Злой дух со своими полчищами предлагает нам свои злочестивые планы, мы же, в свою очередь принявшие их, уходим на «страну далече». Единственными средствами освобождения от тиранства диавола и распознания его злого умысла являются смирение, то есть осознание своего ничтожества, и молитва. Это — два крыла, могущие вознести на небо каждого христианина. Кто упражняется в этих двух добродетелях, тому нетрудно бывает возлететь, возвыситься и соединиться с Богом в любую минуту своей жизни. И даже тогда, когда нам кажется, что мы оставлены и людьми, и Богом и что ад вот-вот готов поглотить нас, — то и тогда эти две добродетели, подобно обоюдоострому мечу, невидимо для нашего взора поразят и удалят от нашей души все супротивные силы. Дай Бог, чтобы Христово смирение и молитва постоянно пребывали в нашем сердце; только в таком состоянии мы будем распознавать внушения злого духа и подвизаться против него». Когда в жизни человека что-нибудь не ладилось, батюшка говорил ему: «Смиряйся побольше, и все устроится».
   Одного семинариста, которому трудно было жить в комнате с другими студентами, батюшка спросил после летних каникул:
   — Что это ты, два дня как приехал, а ходишь как мертвый? С кем хоть живешь-то?
   — Нас четверо в комнате.
   — Помни: «Все как ангелы, я хуже всех». Будешь так думать, все мило сердцу будет. Когда пришли твои соседи, что делают — не твое дело. Иначе и в доме Божием будешь жить, а Бога не увидишь. И еще помни: тело в землю пойдет, главное — дух бодрым держать!
   Всеми способами стремился старец привести души пасомых к искреннему покаянию и самоукорению. Радовался, когда в ответ на обличение слышал искренние слова: «Виноват, батюшка, простите». «Вот вот, это — начало», — говорил тогда старец. «Всегда себя надо обвинять». Приучал в общении с людьми постоянно думать так: «Все как ангелы, я хуже всех». Еще говорил: «Самое верное — считай себя хуже всех». Часто батюшка напоминал: «Главное — осознать грех». Тех же, кто раскаивался, он направлял на путь добродетели, призывая: «Начинай с сегодняшнего дня исправляться» или просто: «Начинай!» Однажды старца спросили: «Батюшка, вот в «Отечнике» сказано: «...если нет в душе смирения, смиряйся телесно», как это?» — «Когда ругают — не противоречь. Надо сеять каждый день». — «Да что же я могу посеять?» — «Терпи, когда ругают».
   Речь старца изобиловала духовной силой Священного Писания и отличалась яркой выразительностью народного языка. Благодатное слово о. Иоанна было так внушительно и назидательно, что вместе со словами его проникала в душу и сама истина. Всем он говорил лишь о духовном. Если иногда казалось, что им сказано что-либо житейское, то впоследствии всегда выявлялся духовный смысл старческих слов.
   Из наставлений святых отцов о. Иоанн особенно часто любил повторять слова глубоко чтимого им преподобного Амвросия Оптинского: «Никого не осуждать, никому не досаждать, и всем — мое почтеньице!» Эти слова он повторял своим духовным детям в свой последний в земной жизни день ангела, когда был тяжело болен, лежал, почти не мог говорить и добавил: «Так и живите. Нет сил сейчас говорить».
   Поучая о взаимоотношениях в семье, батюшка говорил: «Дома со своими родными живи в мире и любви. Будь им не в тягость, а в радость. Это угодно Богу и спасительно для души».
   Отношение старца к детям всегда было отечески-ласковое. Но он не баловал их, а избавлял от пагубных и дурных привычек, давал им серьезные наставления. Одной благочестивой семье, где было пятеро детей, он сказал: «Между вами любовь должна быть, уступать должны друг другу. Старшие о младших заботиться. А в первую очередь послушание матери должно быть безукоризненное. Слово матери для вас — святыня, как икона. Права мать или нет, ваше дело: «Прости, мама» и слушаться. Благословение у нее брать обязательно на все дела: в школу ли идете, просто на улицу — обязательно брать благословение. Тогда все вам Господь подаст и все у вас будет хорошо».
   Когда дети жаловались батюшке, что их дразнят в школе, старец отвечал: «Это враг искушает специально, а если смиришься, не рассердишься — отступит».
   Говоря о духовном омрачении человека, старец подчеркивал, что человек слаб, слушает внушения врага, принимает их за свои мысли. Поэтому часто повторял: «Не слушай врага, не соглашайся с ним!».
   Батюшка каждого приучал открывать свои мысли духовнику. «Надо все помыслы говорить, даже если сном смутился». «Все надо обязательно говорить, нет никаких пустяков». «Мысли все равно, что дела». «Мысли, как пыль; скажешь — сотрешь ее». «Пустота в душе, когда плохую мысль принимаешь». Часто повторял: «Будь внимателен!» или «Исправляйся! Смотри за собой!»
   Батюшка учил внутренней собранности, часто напоминал, что нужно ограждать глаза, уши, язык. Однажды одна девушка спрашивала у батюшки разрешения поехать на Рождество в деревню.
   — Зачем тебе?
   — Батюшка, там тихо.
   Старец внимательно посмотрел на нее и сказал, что надо внутрь себя углубляться, там великая тишина. И как бы передал ей это внутреннее состояние. Девушка не смогла его надолго сохранить, но поняла, о чем говорил старец и к чему надо прислушиваться.
   Батюшка учил простоте. «Будешь жить просто — будет ангелов со сто». «Будь простой, а это значит постоянно думать: «Я хуже всех, всем должна добро делать». «Всегда помни: «Я хуже всех», и простота придет». Сам он отличался простотой во всем.
   Вот некоторые его наставления.
   «Тело, деточка, это только одежда души. Живет-то душа, вот и необходимо ее питать».
   Если батюшке говорили об унынии, тоске, он отвечал, что «это бывает, когда дверь [души] открыта, т.е. впускаешь лукавые помыслы, они понемногу расхищают все, что накопилось в душе, все дары молитвы. Нужно дверь закрыть, помыслы гнать, богатства копить. Тогда в душе будет теплота, сокровища и благодать».
   «Унижение — это хорошо».
   Батюшка говорил, что всегда надо помнить цель — спасение. «Это дело всей жизни. Здесь скоро ничего не добудешь. Надо по шажкам, как слепой. Потерял дорогу — стучит палкой вокруг, никак не найдет, вдруг нашел — и снова с радостью вперед. Палка для нас — молитва. А потом как молния сверкнет — озарит все, и видно, куда и как идти. Но это редко, а обычно — молись. Ничто скоро не дается. И при жизни может, и в конце не дастся, а после смерти добродетели оживут и вознесут».
   На слова духовного чада, что душа болит, батюшка отвечал: «Надо каяться и устремляться ввысь. Как на небе набегают тучки — так и жизнь христианина. Без этого нельзя. Молись».
   «Борись с грехом — знай свое дело».
   «Надо всех любить и всех убегать, а то все разоришь».
   «Всегда себя нужно обвинять».
   «Ни к кому и ни к чему не должно быть привязанности, только к Богу».
   «Надо к Богу стремиться, Божественного искать, что к человеку привязывается».
   «Здоровая душа борется с мыслями, желаниями».
   Часто батюшка говорил: «Мы на земле гости. Наш дом не здесь». «Мы здесь как в ссылке, истинная наша жизнь там. Но здесь надо и потрудиться. Наша жизнь здесь — сеять, только сеять, собирать потом будем. Плод Господь потом даст».
   Батюшка особенно наставлял никого не осуждать. Он говорил, что за это больше всего страдают на мытарствах. Старец учил как надо поступать: «Стали плохо о ком-то говорить, а ты скажи: «Я сама так делаю, я хуже». — вот уже и отсекла».
   Одна духовная дочь спрашивала его: «Если люди, с которыми я нахожусь начинают осуждать, а я не могу удержаться и тоже осуждаю?» — «Уходи, тогда лучше уходи», — отвечал батюшка.
   О тех, кто был очень пристрастен к музыке, часто ее слушал, батюшка говорил, что такой человек хуже алкоголика, не может уже без того, чтобы музыку не слушать. А, слушая, весь в нее уходит, Бога забывает, живет своим чувством и вместо Бога вселяется в него — с рогами. И даже во сне не оставляет это человека. Человек спит, а в его сердце это все продолжается, вместо того, чтобы и во сне молиться, чтобы и во сне сердце трезвенно было и очищалось.
   Старцу была присуща необыкновенная бодрость духа, которую он не терял даже в самых тяжелых страданиях. Душа его была преисполнена мира Христова. Неоценим дар батюшки передавать это духовное сокровище ближним, умирять и умиротворять их души.
   Отец Иоанн обладал исключительной памятью, а когда духовные дети жаловались ему на забывчивость, он говорил: «Память засоряется от грехов».
   Удивительна была связь старца с миром иным. О загробной участи своей духовной дочери он говорил, что она все мытарства прошла без остановки, на одном только была задержана. О любимом духовном сыне сказал: «Я знаю... — отец Н. в раю».
   Еще батюшка рассказывал: «Вот мне являлся один наш преподаватель. Все просил меня: «Да ведь ты же можешь, ну ты же можешь!» Хороший был человек, да вот не покаялся перед смертью. Я за него в монастырь подавал, сам молился. Потом перестал приходить. А другой являлся, так тот темный весь. Верующий, простой был человек, но грубый. Я говорил митрополиту: «Давайте, владыка, епитрахиль, поисповедуем его — и все», а владыка сказал: «Нет, время вышло. Уже все. Надо было при жизни исповедаться». Продолжая, батюшка сказал, что «очень трудно спастись, очень сложно. Потому, что злой дух развязан здесь и мучает человека, а человек слабый — поддается. Но есть покаяние, если бы не было покаяния, — никто бы не мог спастись. Если искренно кается человек, то Господь заглаживает грехи. Великое дело, если сознает человек».
   Среди многочисленных духовных чад о. Иоанна были люди самых разных профессий. Поразительно при этом было искусство батюшки давать исчерпывающие квалифицированные ответы во всех областях человеческой деятельности, будь то медицины, экономика, живопись, математика, строительство, искусствоведение или просто домашнее хозяйство. Под руководством батюшки многие защищали кандидатские и докторские диссертации, причем старец часто сам выбирал им тему, писал план, объяснял, как провести исследование, а, главное, определял основное направление работы и то, зачем она нужна людям.
   Воплощая в своей жизни святое старческое слово, духовные дети о. Иоанна несли в мирскую жизнь то истинное духовное начало, которое преображает мир. Батюшка сам, каждым своим поступком нес добро и мир и учил этому духовных детей. Он говорил: «Людям надо помогать, очень они сейчас нуждаются в теплоте, в помощи. Быть свечой горящей, чтобы хоть кто-нибудь мог погреться у нее, а свеча сгорает до тла».
   Многоплодной деятельность батюшки была не только на ниве духовничества. Почти 25 лет провел о. Иоанн в Московских духовных школах, и труды его, направленные на их процветание, неоценимы.
   В 1969 году он окончил Московскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия, присвоенной ему за сочинение «Оптинский старец иеросхимонах Амвросий (Гренков) и его эпистолярное наследие». Этот труд опубликован дважды1399 и является выдающимся исследованием о преподобном Амвросии. Отец Иоанн был оставлен профессорским стипендиатом в Московских духовных школах, преподавал пастырское богословие и практическое руководство для пастырей, а с 1974 года — литургику. Лекции о. Иоанна по пастырскому богословию — плод трудов не только выдающегося ученого-богослова, но и духоносного пастыря. Раскрывая сущность пастырства и излагая его историю, о. Иоанн созидал в душах учащихся благодатную настроенность и любовь к Богу, Церкви, пасомым, которые должен иметь пастырь при совершении своего служения. Заключительная глава его лекций названа «Духовное и душевное пастырство». В ней ярко показано, что «истинное пастырство есть сочетание Божественной благодати, особого призвания, большого личного труда, непрестанного контроля над собой, духовного бодрствования и молитвенного подвига». Здесь же раскрыта губительная опасность подмены благодатного духовного пастырства естественным и душевным.
   Лекции архимандрита Иоанна, обладая неотразимой внутренней благодатной силой, содержат и много конкретных практических советов, касающихся всех сторон жизни пастыря. Они служат и будут служить для студентов духовных школ и для всех будущих пастырей верным руководством на избранном пути. Святейший Патриарх Пимен, посетив 30 ноября 1977 года лекции и занятия доцента архимандрита Иоанна (Маслова) сказал: «Если так много знают его ученики, то сколько же знает он сам!» В деле воспитания будущих клириков в Московских духовных школах особенно ценным был пример их наставника — о. Иоанна, жизнь которого представляла непрерывную цепь высоких и назидательных проявлений пастырского мужества, самоотречения и евангельской любви к ближнему; под их влиянием и воспитывались его ученики, а затем распространяли по всей стране свет Евангельского учения, дух христианской бодрости и мужества.
   В Московских духовных школах вспоминают о полном любви отношении о. Иоанна к ученикам и отеческой заботе об их духовном и материальном благополучии. По отзыву инспектора семинарии, «отец Иоанн — образец для пастырей. Заповедь апостола «Образ буди верным» он исполнил, и все, кто знал его, были свидетелями тому. Это очень важно для духовных школ — видеть образец христианской жизни». Многие и многие пастыри со всех концов страны обращались к о. Иоанну за советами, рекомендациями в их пастырском служении. Некоторые из них приезжали с толстыми тетрадями, в которых были записаны вопросы к батюшке. Старец часами отвечал на эти вопросы.
   Особо следует подчеркнуть необыкновенно глубокое чувство любви к Родине, присущее о. Иоанну. Через своих учеников, духовных детей, он занимался общественной деятельностью, и не было такого положительного общественного явления, которое бы его одухотворенный и просвещенный ум упустил из виду и не поддержал бы своей отзывчивостью.
   Отец Иоанн был истинным патриотом. Он называл чувство любви к Родине священным и писал, что патриотизм — это христианский долг1400 . «Христово учение требует от каждого последователя беззаветной любви к своим братьям. И эта любовь верующих русских людей находит яркое проявление в защите родного Отечества... Если в сердце христианина горит огонь истинной любви, завещанной Христом, то сердце не требует указаний, в чем проявить свою любовь: оно само и голодного накормит, и плачущего утешит. То же можно сказать и о священном чувстве любви к Родине. Если в душе и сердце христианина ярко горит пламя патриотизма, он сам найдет пути для проявления своей любви к Отечеству»1401 . Особенно же напоминает старец об этом клирикам. «Священнослужитель должен быть искренним патриотом своей Родины... и в этом же духе воспитывать своих прихожан»1402 .
   Богослужения, совершаемые о. Иоанном, своей благоговейностью, красотой, духовностью и величием потрясали человеческую душу, влекли ее к небу. Отношение к священнодействию было у него духовное, благоговейное, святое. По отзывам сослуживших старцу, в священнодействии он являлся в ореоле всеобщего ходатая и предстоятеля перед Богом. Сам о. Иоанн учил, что «душевность и духовность пастыря паства узнает по дару молитвенности. Когда говорят о священнике, то первый отзыв о нем касается того, хорошо или плохо он служит. Под хорошим служением разумеется не музыкальность голоса или его громкость, а то, что в нем слышится, дух искренней молитвы». «Деятельность пастыря, — писал старец, — является наиболее... таинственной и ответственной частью его служения».
   Живой пример молитвенного церковного духа о. Иоанна заставлял людей ценить богослужение, прививал усердие к посещению его, внушительнее слов увлекал пасомых на добрый, спасительный путь. Дней, когда служил о. Иоанн, всегда особенно ждали.
   Отец Иоанн пользовался огромным авторитетом у священнослужителей, монахов, мирян и вообще у всех, кто когда-либо к нему обращался. Многие иерархи Русской Православной Церкви (и не только Русской) понимали, какое большое духовное влияние оказывал о. Иоанн на воспитанников Московских духовных школ. Митрополит Тетрицкаройский Зиновий (Мажуга) (в схиме Серафим), например, писал батюшке: «Берегите себя, берегите для будущих пастырей». Святейшие Патриархи Алексий I и Пимен высоко ценили его заслуги. В 1967 году о. Иоанн был возведен в сан игумена, а в 1972 году — в сан архимандрита. Он был награжден двумя орденами преподобного Сергия, удостоился права служения литургии с открытыми Царскими вратами до молитвы «Отче наш»1403 , имел два креста с украшениями и высшую церковную награду — Патриарший крест1404 . Святейший Патриарх Алексий II назвал о. Иоанна выдающимся подвижником XX века1405 .
   Всем было известно огромное трудолюбие старца, но то, сколько он успевал сделать, было поистине удивительно. Он совершал богослужения, преподавал, обновлял ризницу, заботился о благолепии храма, окормлял многочисленную паству, отвечал на множество писем. Непостижимо, когда он успевал обдумывать и писать духовные сочинения, которые теперь питают Церковь Божию.
   Его статьи и проповеди публиковались в ЖМП, в журналах «Голос православия» (Среднеевропейский Экзархат), «Православный вестник (Украинская Православная Церковь), «Церковный вестник», «Единая церковь», «Тугодник Полаский» (Польша), в сборнике «Богословские труды»1406 . С 1974 года в различных изданиях опубликовано более ста работ о. Иоанна. Венцом его научно-богословской деятельности в Московских духовных школах является магистерская диссертация «Святитель Тихон Задонский и его учение о спасении». По отзывам оппонентов, это богословское сочинение «представляет собой труд опытного исследователя, отображающий глубины православного церковного сознания. Это результат работы не только зрелого богослова, но и человека-христианина, глубоко воспринявшего и внутренне пережившего творческое наследие святого отца»1407 . Этот труд, опубликованный дважды (М., 1993 и 1996), получил высочайшую оценку и признание. Отца Иоанна стали называть светильником праведности, русским Златоустом1408 , крупнейшим богословом XX века.
   Кроме жизнеописания и исследования трудов святителя Тихона, о. Иоанном в те годы впервые была составлена «Симфония по творениям святителя Тихона Задонского» (издана в Москве в 1996 году). Огромное значение этого труда в том, что он сочетает библиографический предметный указатель с цитатами из творений святого отца и представляет большой интерес не только для богословов, пастырей, но и для каждого христианина. Этот труд можно назвать энциклопедией христианской жизни, так как он содержит четкое ясное толкование всех основных понятий, связанных с духовной жизнью православного человека.
   В 1991 г. старец закончил уникальный труд — докторскую диссертацию «Глинская пустынь. История обители и ее духовно-просветительная деятельность в XVI—XX веках» (издана в Москве в 1994 г.). Это книга о старчестве. Однако произведение выходит далеко за рамки какого-то одного частного вопроса и представляет читателям широкую панораму событий отечественной истории и многих явлений русской духовной жизни XVI—XX вв., которым дана точная богословская оценка.
   Без преувеличения можно сказать, что в русской церковноисторической литературе до сих пор не было описания ни одного монастыря, где бы со столь всеобъемлющей полнотой и духовной целенаправленностью раскрывались вся многогранная жизнь обители, влияние ее на историю нашей страны, на духовно-нравственное воспитание народа и в целом на русскую культуру. Собранный о. Иоанном архив Глинской пустыни (приложение к диссертации) — труд, не имеющий аналогов в российской исторической науке1409 . В 1991 г. о. Иоанном был закончен и публикуемый «Глинский Патерик».
   После перехода старца в вечную жизнь его труды приобрели особое значение. Ныне многие христиане, пастыри черпают душеполезные наставления из произведений о. Иоанна, поучаются ими и с благоговением преклоняются перед величием пастырского духа старца. Вечны его мысли, и действенны его слова, отображающие высоту его богомудрого разума и богопросвещенной души. И по преставлении старца его труды продолжают великое дело, которому он посвятил земную жизнь, — дело спасения людей.
   Богомудрые отцы Русской Православной Церкви оставили нам труды, изучая которые человек может понять смысл своего существования, понять, что ему нужно делать в земной жизни, чтобы не быть осужденным на Страшном суде Христовом «каждому в своем чине». Таковы и сочинения схиархимандрита Иоанна (Маслова)1410 , которые называют «учебниками жизни, духовного роста и прозрения»1411 .
   Однако «все желающие жить благочестиво во Христе Иисусе будут гонимы» (2Тим.3:12). Не избежал этой участи и о. Иоанн. В 1985 году магистр богословия, один из лучших наставников духовных школ был направлен из Троице-Сергиевой Лавры духовником в Жировицкий Свято-Успенский монастырь. Сырой климат Белоруссии был ему категорически противопоказан и представлял большую опасность для здоровья. Однако чашу скорбей праведнику пришлось испить до конца.
   Для насельников Жировицкого монастыря старец явился подлинным духовным сокровищем. Об этом еще до приезда батюшки писал инокиням обители митрополит Ленинградский и Новгородский Антоний (Мельников, †1986). Владыка советовал им плодотворнее использовать духоносные наставления о. Иоанна, т.к. он пробудет у них недолго.
   Сразу же после появления о. Иоанна в монастыре к нему стали стекаться все ищущие спасения и жизни во Христе. Началось устроение внутренней духовной жизни обители, за которым последовало преображение и внешнего уклада жизни монастыря. Во всем стала наблюдаться чинность, благопристойность. Широта деятельной натуры старца проявилась в благоустройстве хозяйственной жизни обители: наладилось садовое хозяйство, огородничество, появилась пасека.
   Когда батюшка только приехал в Жировицкий монастырь, там жили очень бедно. Выращивали лишь небольшое количество овощей (в Жировицах тогда временно находились два монастыря — мужской и женский).
   Один из жировицких иноков о. Петр вспоминает: «С приездом к нам о. Иоанна в жизни обители началась новая, можно сказать, эпоха. Он возродил духовно-нравственную жизнь, наладил хозяйство монастыря... В нашем монастыре был обычай на Пасху не готовить общую трапезу, а выдавать каждому сухим пайком, после чего все расходились по своим келлиям. Отец Иоанн предложил совершать общую трапезу в этот торжественный день. Помню, приготовили обед: сварили суп с крапивой и яйцом, все были довольны, а отец Иоанн неоднократно похваливал: «Вот хорош суп...»
   В первую же весну после приезда о. Иоанна дополнительно вскопали много земли. Из Москвы духовные чада о. Иоанна привезли много саженцев черной смородины, кусты клубники (очень хороших урожайных сортов). Сажали все вместе: и монашествующие и приехавшие московские духовные чада батюшки. Сколько же было радости, когда летом на столах появились первые вкусные ягоды, выращенные в своем саду.
   Старец стал учить инокинь шить церковные облачения, вышивать и делать митры. И вскоре в обители появились свои искусные мастерицы.
   Одна монахиня рассказывала как батюшка научил ее шить облачения. Однажды он достал очень красивую зеленую греческую парчу. Ткани было мало, и кроил ее сам батюшка, а шить велел этой монахине. Она отказывалась, говорила, что не сможет, все испортит, т.к. только начинала еще учиться в швейной мастерской, ей поручали лишь сметать что-нибудь или распороть. Она боялась появиться в мастерской с такой красивой парчой, которую не держали в руках и лучшие мастерицы.
   Но батюшка сказал, чтоб она шила: «Сошьешь, потом все будешь шить», и подробно рассказал как надо шить. Когда она пришла в мастерскую, все очень удивились тому, что она впервые будет шить облачения из такой дорогой парчи. Но она сшила и теперь умеет все шить. Закончила она свой рассказ словами: «Для батюшки нет невозможного».
   Но, конечно, главное внимание уделял старец духовной жизни обители. Часто проводил общие исповеди отдельно для иноков и инокинь. Его вдохновенное слово перед исповедью подвигало к покаянию, сокрушению о грехах. Он учил монашествующих чистосердечному откровению помыслов, послушанию, смирению. Отец Петр вспоминает: «На всю жизнь запомнилось общение с о. Иоанном на исповеди, его теплое отеческое обращение: «Друг мой...», — говорил он».
   Один диакон считал, что это формальность — часто ходить на исповедь («что одно и то же повторять»), но, поисповедовавшись у батюшки, он изменил свое мнение, и спускаясь из его келлии по лестнице вслух говорил: «Ух, как полегчало». Многие быстро почувствовали великую пользу откровения помыслов и жизни, в которой каждый шаг освящен благословением старца. Они часто приходили к нему за наставлением, а когда батюшка выходил на улицу, шел в храм или в сад, всегда к нему по очереди подходило много человек: разрешить какие-либо вопросы, получить благословение, поисповедовать грех.
   Богомольцы, узнав о благодатном старце, съезжались в монастырь. И прежние духовные чада о. Иоанна ехали сюда со всех концов страны. Часто в один день приезжали люди из самых разных городов Союза. Но время было трудное, старались все-таки ездить по одному, чтобы не так был заметен приток богомольцев в монастырь. Когда у батюшки спрашивали разрешение приехать к нему, он иногда отвечал: «Меня на казнь поведут, а вам все дай», т.к. местные власти знали, что в монастырь стало ездить столько людей именно к батюшке. Еще говорил: «Это тебе не семнадцатый век».
   Заботясь о высоте нравственно-подвижнической жизни братии, батюшка решил другую, не менее важную задачу, связанную с улучшением чина богослужения, церковного чтения и пения.
   Конечно, пение в Жировицах сильно отличалось от стройного строгого пения в храме Московской Духовной Академии. Но старец поправил и это. Через некоторое время он подготовил новых регентов, снабдил их нужными нотами, и на богослужениях в Жировицах петь стали как в академии.
   Постепенно все в монастыре стали делать по благословению старца. Настоятель несколько раз в день приходил в келлию старца, долго беседовал с ним и ничего не предпринимал без его совета. Игуменья женского монастыря особо благоговела перед старцем, очень его почитала и по всем вопросам, даже мельчайшим, советовалась. Батюшка очень много помог ей в руководстве сестрами. Фактически он управлял монастырем, его духовной и хозяйственной жизнью. Игуменья радовалась как дитя, когда батюшка давал ей какой-нибудь гостинчик. Например, говорила близким: «Вот батюшка дал мне какую бочечку», — и показывала огромный грейпфрут, который батюшке прислали из Москвы. Батюшка же часто просил ее молитв.
   Однако не все в монастыре с такой любовью и преданностью относились к старцу. Были люди, вставшие против правильного духовного руководства, вводимого им по примеру Глинской пустыни.
   Батюшка сам говорил: «Не все тут меня любят». Были люди, восстанавливающие против него сестер, огорчавшие его своим непослушанием, не понимавшие, что такое истинное духовное окормление и старческое руководство. Обиды от таких людей батюшка терпел до конца своего пребывания в Жировицах.
   Очень тяжело было батюшке в Жировицах и из-за сырого болотистого климата, что отрицательно сказывалось на состоянии его больного сердца. Служить батюшка часто там не мог, так как в каменном большом соборе было тоже сыро и холодно. После службы он почти всегда простужался и заболевал, у него часто была повышенная температура.
   Но, несмотря на все это, он ревностно продолжал свое самоотверженное служение Богу и ближним. Какие бы волны искушений житейское море не воздвигало на него, он никогда не колебался, так как всегда умом и сердцем предстоял Богу.
   Жировицкая инокиня рассказывала как на Пасху в 1990 году батюшка служил ночью утреню и литургию. Когда он кадил на амвоне перед Царскими вратами и иконостасом, то ходил так быстро и легко, что, казалось, не касался пола ногами и все время бодро говорил: «Христос воскресе!» и тихо добавлял: «А мы Христовы». И опять: «Христос воскресе!» — «А мы Христовы». Она слышала, т.к. стояла на клиросе.
   Это была его последняя Пасха в храме. На следующий год тяжело больной батюшка служил пасхальную утреню в келлии.
   Недолго пришлось ему трудиться на новой ниве пастырского делания. В июне 1990 года он приехал в отпуск в Сергиев Посад, а в августе, перед очередным отъездом в Белоруссию, недуг окончательно приковал его к постели. Страдания то усиливались, доходя до критических состояний, то ослабевали. Постоянные сердечные приступы не оставляли его уже до самого исхода из этой жизни. Таким было завершение жизненного крестоношения о. Иоанна, его восхождение на свою Голгофу. Истаивало, иссыхало в страданиях тело верного служителя Христова, но дух его по-прежнему был бодр и деятелен. При малейшем облегчении он сразу принимался за труд: работал над докторской диссертацией о Глинской пустыни, над Глинским Патериком и статьями.
   В это трудное время особенно проявилась жертвенная любовь батюшки к людям. До последнего дня он жил не для себя, а для людей. Батюшка не переставал принимать духовных чад даже тогда, когда после очередной беседы терял сознание (так было не раз). Те, кто служили ему в эти дни, сетовали на посетителей, пытались оградить от них старца. Но однажды он сказал: «Не препятствуйте людям приходить ко мне. Я для того родился». Так до последнего вздоха этот адамантовой души пастырь нес на себе наши грехи и скорби, наши немощи и недостатки. Величие и красоту духа батюшки можно передать только его же словами: «Любить добро, плакать с плачущими, радоваться с радующимися, стремиться к жизни вечной — вот наша цель и духовная красота»1412 .
   Лучшей наградой для батюшки была братская любовь среди окружавших его чад, и, напротив, ничем так не огорчался старец, ни о чем так не скорбел, как о несогласии или ссорах людей между собой.
   В последние дни жизни батюшка часто повторял: «Вы дети одного отца, Вы должны жить, как дети одного отца, я ваш отец. Любите друг друга». В одном из писем он писал: «Хочется, чтобы все вы жили одной духовной семьей. Ведь это очень похвально от Бога и спасительно для души».
   Батюшка неоднократно предсказывал свою кончину. Примерно за месяц он попросил, чтобы его отвезли на могилу матери и монахини Серафимы, его духовной дочери (они похоронены вместе). Здесь батюшка показал сопровождавшим его, как перенести ограду и приготовить место для третьей могилы. Чувствовал он себя плохо, но оставался на кладбище (сидел около могилы в раскладном кресле), пока все не было выполнено по его указанию. Потом сказал: «Вот место, где скоро меня положат». За несколько дней до кончины сказал духовному сыну: «Мне осталось жить совсем немного». За два дня велел все убрать во дворе дома, разобрать вещи на террасе, чтобы был свободный проход, укрепить крыльцо, перила. Одна духовная дочь батюшки очень просила принять ее, несмотря на тяжелое состояние старца. Он по телефону ответил ей за несколько дней до кончины: «Ты приедешь в понедельник или во вторник». Слова его как всегда сбылись. В понедельник она узнала о преставлении старца и тут же приехала.
   27 и 28 июля 1991 года о. Иоанн чувствовал себя особенно плохо. 29 июля в понедельник в 9 часов утра старец причастился, а в 9.30 мирно отошел ко Господу в полном Сознании. Сразу же священноиноки начали непрерывное чтение Евангелия, служили панихиды. На следующий день после преставления о. Иоанна две его духовные дочери, подойдя к дому, где была келлия старца, ясно услышали прекрасное стройное пение. Одна из них со слезами сказала: «Ну вот, и на отпевание мы опоздали». Но когда они вошли в дом, то выяснилось, что в тот момент никто не пел, лишь священник читал Евангелие. 30 июля гроб с телом почившего схиархимандрита Иоанна был поставлен в Духовсхой церкви Свято-Троицкой Лавры, где вечером собором священнослужителей был отслужен парастас, а ночью продолжалось чтение Евангелия и совершались панихиды. Тела избранников Божиих противятся тлению, будучи проникнутыми особой благодатью Божией. Так и тело схиархимандрита Иоанна после кончины не подверглось тлению. До самого погребения лик его оставался просветленным и одухотворенным, руки гибкими, мягкими и теплыми.
   Утром 31 июля собором клириков была совершена заупокойная литургия, которую возглавил наместник Киево-Печерской Лавры, духовный сын батюшки архимандрит Елевфтерий (Диденко)1413 .
   В 12 часов дня гроб был вынесен на площадь перед Троицким собором, где при стечении богомольцев была отслужена лития, после чего прощальная процессия направилась к месту погребения на Старое кладбище в Сергиевом посаде. По совершении на могиле литии гроб с телом верного служителя Церкви Христовой при пении «Вечной памяти» был опущен в могилу1414 .
   В своей жизни о. Иоанн совершил множество чудес. Но, может быть, наибольшее чудо проявлялось в его самоотверженной, преодолевающей все преграды христианской любви к людям. И эта любовь старца преодолела даже такую преграду, как смерть. Духовная связь старца с его чадами не разрывается.
   Жив в Боге отец Иоанн и по-прежнему близок к земной Церкви Христовой, к своей пастве, к своему Отечеству, к своему родному народу.
   Его духоносность, так же как и раньше, привлекает к старцу многих людей, которые всегда будут тянуться к этой величайшей личности. Каждый из обращающихся сейчас к старцу за помощью чувствует его великое молитвенное предстательство за них перед Богом. Одно лишь имя о. Иоанна, мысленно призываемое, действует и подает помощь призывающим.
   Вот лишь несколько примеров помощи старца, оказанной им людям уже после его перехода в жизнь вечную.

* * *

    Один молодой человек получил тяжелую травму. Его отвезли в больницу и сделали переливание крови. Однако по ошибке перелили кровь не той группы. Состояние больного было критическое. Его близкие молитвенно просили о. Иоанна о помощи, отслужили панихиду об его упокоении. Через несколько дней, ко всеобщему удивлению и радости, больной поправился. Из больницы он поехал прямо на могилу старца, чтобы поблагодарить за исцеление.
    В конце 1995 года одна медсестра, узнавшая о старце уже после его кончины, поехала в Сергиев Посад, чтобы помолиться на его могиле. В электричке она встретила двух старушек. Одна из них — монахиня, изможденная тяжелой болезнью, была очень худа и как-то скрючившись сидела на носилках. С ней была старушка, которая за ней ухаживала. Медсестра помогла донести больную. Дома выяснилось, что у нее много пролежней, некоторые участки тела гноятся. Медсестра промыла раны, пообещала приехать через несколько дней, привезти лекарства. Она рассказала старушкам, что едет к старцу схиархимандриту Иоанну (Маслову), который неоднократно помогал ей в трудные периоды жизни, обещала помолиться на его могиле и им посоветовала поусерднее попросить батюшку о помощи, что они и сделали. Когда через 3 дня медсестра приехала с лекарствами к старушкам, то узнала, что пролежни у больной прошли, гноя нигде нет, и полностью прекратились боли.
   / 31 июля 1991 года перед отпеванием о. Иоанна одна его духовная дочь хотела подойти к находящемуся в храме врачу и попросить лекарства от мучившей ее болезни, но поняла, что в такой момент врач не сможет ей помочь. Тогда она стала просить о помощи самого батюшку. Велика была ее благодарность, когда она почувствовала, что боль прошла. По приезде домой она осознала, что совершенно исцелена.
    Одна монахиня, исполняя послушание, собирала в Москве в метро пожертвования на монастырь в г. Ташкенте. В сентябре 1995 года она узнала об о. Иоанне по его книгам. Однажды к ней подошла женщина и попросила помолиться за умирающего больного, который находился в реанимации. Монахиня ответила, что сама не имеет такой силы, чтобы помочь больному, и посоветовала молитвенно обратиться за помощью к о. Иоанну (Маслову) и подать в храме записку о его упокоении. Женщина все исполнила. На следующий день она подошла к монахине и сказала: «Куда теперь ехать благодарить? Больной исцелился».
    Женщина одна растила сына, заработная плата у нее была очень низкая, и жить им было крайне трудно. Однако ее духовник не разрешал переходить ей на другую работу. Узнав о том, как отец Иоанн помогает людям, она поехала к нему на могилу и молитвенно высказала старцу свое горе. В тот же день вечером, когда она вернулась домой, ей позвонили и предложили высокооплачиваемую работу. А самое удивительное, что утром, как только она подошла к духовнику, он сам первый сказал: «Тебе надо найти другую работу».
    Одна духовная дочь батюшки сильно болела и отчаивалась, что болезнь ее неизлечима. Однажды в тонком сне она увидела старца. Он подошел к ней и так сильно надавил на больное место, что она вскрикнула. Когда очнулась, то боль совершенно прошла и больше уже не возвращалась.
    Одна тяжело больная женщина на Крещение была в храме. После окончания богослужения собралось очень много людей, стоящих в очереди за водой, и у нее не хватало сил пробраться к выходу. Тогда эта женщина мысленно стала просить батюшку о помощи, т.к. совсем уже не могла стоять. Тут же из алтаря вышел священник и, глядя прямо на нее, хотя она со всех сторон была окружена людьми, спросил: «Какие трудности?» Эта женщина сказала, что очень плохо себя чувствует и не может выйти из храма. Священник попросил людей расступиться и выпустил ее через служебный вход.
    Девушка из старообрядческой семьи после поездки на могилу батюшки перешла в православие.
    В 1993 году в Сергиевом Посаде умерла девушка, которая знала старца. Оказалось, что у ее родных нет денег на похороны, и даже не у кого их занять. В таком безысходном положении ее родные пошли на могилу к о. Иоанну и стали служить панихиду (один из них был священником). Во время панихиды на кладбище приехал духовный сын батюшки, который и не собирался в этот вечер ехать на кладбище, но неожиданно для себя оставил свои дела и поспешил туда. Когда он узнал причину скорби и слез молящихся, то тут же дал нужную сумму денег, которые «случайно» были у него с собой. После похорон эти люди поехали благодарить батюшку.
    Одна женщина 40 дней подряд ходила на могилу о. Иоанна и просила послать ей сына — через год у нее родился мальчик.
    У одной женщины поднялось высокое давление, начался сердечный приступ. Состояние было тяжелое, и лекарства не помогали. У нее дома было немного земли с могилы о. Иоанна (не больше чайной ложки). Она взяла землю в ладони и стала просить батюшку о помощи. Через несколько минут все прошло, и она почувствовала себя здоровой.
    Отец Иоанн писал, что святые как во время земной жизни, так и после своей блаженной кончины не прерывают своего духовного общения с верующими, но всегда своими молитвами помогают им и утешают их.
   Земная жизнь о. Иоанна освещала мир светом праведности, молитвы и любви, а небесная сейчас возрождает человеческие души, приводит их к Богу, к познанию благодати и истины.
   Схиархимандрит Иоанн (Маслов) навсегда вошел в историю Церкви. Его светлую память благоговейно чтут и в России, и далеко за ее пределами — в Америке, во Франции, в Австрии, в Германии; знает его и Афон, и Святой Иерусалим — весь православный Восток.
   Вот уже 6 лет на месте погребения схиархимандрита Иоанна, всегда украшенном живыми цветами, не только в праздничные и воскресные дни, но и в будние совершаются панихиды и литии. За помощью к старцу едут не только со всех концов России, но и из-за рубежа. Люди высказывают старцу все свои беды и радости, помыслы, сомнения и, укрепляясь его молитвами, получают исцеление, вразумление, разрешение своих недоумений, а затем приходят к старцу с благодарностью. Часто здесь слышится обращение: «Батюшка, родненький!»
   Однажды в своей проповеди в день памяти св. Серафима Саровского батюшка привел слова преподобного, которые тот говорил своим почитателям: «Когда меня не станет, вы ко мне на могилку ходите... Все, что есть у Вас на душе, чтобы ни случилось с Вами, придите ко мне, да все горе с собой принесите... Как Вы с живым всегда говорили, так и тут для вас я живой есть и буду во веки. И услышу я Вас, грешных, и скорбь Ваша пройдет». Сейчас эти слова особенно утешительны для всех знавших о. Иоанна.
    Многим с течением времени все больше открывается святость старца и его великое дерзновение перед Господом, которые он по своему исключительному смирению скрывал, как скрыл, что принял схиму.
   На могилу о. Иоанна часто приходят студенты и школьники с просьбой о помощи в учебе и на экзаменах. Учащиеся духовных школ иногда приходят целыми классами молитвенно испросить у батюшки благословение. Люди берут землю и цветы с могилы старца, пишут записки с просьбой о помощи, оставляют их с верой на могиле и получают просимое. Врачи, перед тем как дать лекарства больным, прикладывают их к могиле старца. Монахини, которые не могут приехать, присылают свои четки, чтобы их во время панихиды положили на могилу, а потом привезли им.
   Народная тропа к могиле старца ширится. Искренняя вера в него, как небесного покровителя и помощника, не только не ослабевает в народе, но крепнет. По словам одного священнослужителя, к тому, кто помнит, свято хранит и исполняет советы старца, живет по его заветам, он так же близок, как при своей земной жизни. Будем бережно хранить в целости и чистоте духовной образ старца, надеясь, что это ему угодно, а нам полезно.
   Со временем будет составлено полное жизнеописание старца, будут изданы его письма, содержащие обилие духовной мудрости. Мы попытались хотя бы отчасти передать величие его нравственного подвига, его близость к Богу.
   Все, кто искренне обратится к о. Иоанну, прося его предстательства и молитв, смогут сами убедиться в непреложной справедливости сказанного о благодатном старце...
   Верим, что эта книга укрепит духовную связь чад старца с их наставником и приведет к нему сердца тех, кто не имел утешения знать его лично.
   Земное служение старца Богу и людям, молитвенно продолжается в ином, невидимом для нас мире, в тех селениях, где за русскую землю предстательствуют святые и своей благодатной помощью не оставляют нуждающихся в ней.

ГЛИНСКИЙ ПОМЯННИК

(Составлен издателями1415 )

   30 января ст. ст. / 12 февраля нов. ст.
    Послушник Василий кающийся (1859).
   5 февраля ст. ст. / 18 февраля нов. ст.
    Схимонах Артемий (1885).
   7 февраля ст. ст. / 20 февраля нов. ст.
    Схимонах Евфимий (1866) и послушник Максим (1900).
   21 февраля ст. ст. / 6 марта нов ст.
    Иеросхимонах Макарий (1864).
   23 февраля ст. ст. / 8 марта нов. ст.
    Глинский воспитанник, схимитрополит Тетрицкаройский Серафим (1985).
   26 февраля ст. ст. / 11 марта нов. ст.
    Иеросхимонах Пантелеймон отшельник (1831).
   4 марта ст. ст. / 17 марта нов. ст.
    Схимонах Марк (1893).
   8 марта ст. ст. / 21 марта нов. ст.
    Схиархимандрит Андроник (1974).
   23 марта ст. ст. / 5 апреля нов. ст.
    Иеромонах Порфирий (1868).
   28 марта ст. ст. / 10 апреля нов. ст.
    Монах Димитрий (1891).
   31 марта ст. ст. / 13 апреля нов. ст.
    Игумен ФИЛАРЕТ, настоятель Глинской пустыни в 1817—1841 гг. (1841)
   1 апреля ст. ст. / 14 апреля нов. ст.

ПАМЯТЬ ГЛИНСКИХ ПОДВИЖНИКОВ:

   игумена Филарета (1841), иеросхимонаха Макария (1864), монаха Досифея благоговейного (1874), монаха Феодота (1859), монаха Иоанна терпеливого (1891), монаха Игнатия трудолюбивого (1883), схимонаха Иоанна (1890), схимонаха Лаврентия (1881), схимонаха Артемия (1885), монаха Евфимия (1866), монаха Евгения (1894), схиархимандрита Илиодора (1879), монаха Пимена (1895), послушника Николая (1896), монаха Петра (1898), схимонаха Кирилла (1900), схимонаха Луки (1898), послушников Андрея смиренного (1898) и Максима (1900). Преставление монаха Пимена (1895) и схимонаха Кирилла (1900).
   5 апреля ст. ст. / 18 апреля нов. ст. Монах Мартирий (1865).
   7 апреля ст. ст. / 20 апреля нов. ст.
    Монах Анания, лекарь (1860).
   9 апреля ст. ст. / 22 апреля нов. ст.
    Иеросхимонах Илиодор (1895).
   12 апреля ст. ст. / 25 апреля нов. ст.
    Игумен ЮВЕНАЛИЙ, настоятель Глинской пустыни в 1861—1862 гг. (1904)
   13 апреля ст. ст. / 26 апреля нов. ст.
    Архимандрит Герман (1890).
   14 апреля ст. ст. / 27 апреля нов. ст.
    Монах Николаи скорбящий (1870) и монах Петр (1898).
   16 апреля ст. ст. / 29 апреля нов. ст.
    Иеросхимонах Серафим любомудрый (1856).
   20 апреля ст. ст. / 3 мая нов. ст.
    Монах Александр нестяжатель (1869).
   23 апреля ст. ст. / 6 мая нов. ст.
    Схииеродиакон Евстратий (1961).
   27 апреля ст. ст. / 10 мая нов. ст.
    Иеромонах Василий (1831).
   1 мая ст. ст. / 14 мая нов. ст.
    Схимонах Лука (1898).
   2 мая ст. ст. / 15 мая нов. ст.
    Иеромонах Паисий (1841).
   9 мая ст. ст. / 22 мая нов. ст.
    Схиигумен Кириак (1961).
   12 мая ст. ст. / 25 мая нов. ст.
    Монах Евгений (1894).
   24 мая ст. ст. / 6 июня нов. ст.
    Послушник Прохор юродивый (1863).
   28 мая ст. ст. / 10 июня нов. ст.
    Инок Самуил (1957).
   12 июня ст. ст. / 25 июня нов. ст.
    Иеромонах Евграф (1848).
   14 июня ст. ст. / 27 июня нов. ст. Послушник Сергий юродивый (1897).
   17 июня ст. ст. / 30 июня нов. ст.
    Послушник Николай (1896).
   25 июня ст. ст. / 8 июля нов. ст.
    Иеродиакон Серапион (1859).
   28 июня ст. ст. / 11 июля нов. ст.
    Схиархимандрит Илиодор (1879).
   16 июля ст. ст. / 29 июля нов. ст.
    Монах Феодот (1859); Глинский подвижник, схиархимандрит Иоанн (Маслов) (1991).
   19 июля ст. ст. / 1 августа нов. ст.
    Иеромонах Паисий (1869).
   7 июля ст. ст. / 9 августа нов. ст.
    Архимандрит Макарий, Глинский воспитанник, основатель Алтайской духовной миссии (1847).
   6 августа ст. ст. / 19 августа нов. ст.
    Иеросхимонах Василий (1960).
   11 августа ст. ст. / 24 августа нов. ст.
    Иеросхимонах Иоанн (1867).
   22 августа ст. ст. / 4 сентября нов. ст.
    Архимандрит Вениамин (1890).
   24 августа ст. ст. / 6 сентября нов. ст.
    Схимонах Лаврентий (1881), монах Игнатий трудолюбивый (1883).
   3 сентября ст. ст. / 16 сентября нов. ст.
    Монах Кирилл юродивый (1891).
   11 сентября ст. ст. / 24 сентября нов. ст.
    Монах Иосиф (1960).
   17 сентября ст. ст. / 30 сентября нов. ст.
    Архимандрит ИННОКЕНТИЙ, настоятель Глинской пустыни в 1862—1888 гг. (1888)
   18 сентября ст. ст. / 1 октября нов. ст.
    Иеросхимонах Гавриил (1956).
   27 сентября ст. ст. / 10 октября нов. ст.
    Схимонах Архипп (1896).
   28 сентября ст. ст. / 11 октября нов. ст.
    Иеросхимонах Иоанн (1957).
   1 октября ст. ст. / 14 октября нов. ст.
    Схимонах Иоанн (1890).
   5 октября ст. ст. / 18 октября нов. ст.
    Схиархимандрит СЕРАФИМ, настоятель Глинской пустыни в 1943—1958 гг. (1958).
   6 октября ст. ст. / 19 октября нов. ст.
    Игумен Серафим (1956).
   11 октября ст. ст. / 24 октября нов. ст.
    Архимандрит Аполлинарий (1864) и схимонах Никита (1960).
   12 октября ст. ст. / 25 октября нов. ст.
    Иеромонах Арсений (1859) и монах Иоанн терпеливый (1891).
   20 октября ст. ст. / 2 ноября нов. ст.
    Иеромонах Феодосий (1850).
   22 октября ст. ст. / 4 ноября нов. ст.
    Послушник Андрей смиренный (1898).
   5 ноября ст. ст. / 18 ноября нов. ст.
    Монах Досифей благоговейный (1874).
   9 ноября ст. ст. / 22 ноября нов. ст.
    Иеросхимонах Иона (1960).
   30 ноября ст. ст. / 13 декабря нов. ст.
    Иеросхимонах Анатолий благоговейный (1860).
   1 декабря ст. ст. / 14 декабря нов. ст.
    Иеросхимонах Иларион (1957).
   13декабря ст. ст. / 26 декабря нов. ст.
    Схимонах Пантелеймон (1895).
   19 декабря ст. ст. / 1 января нов. ст.
    Схиархимандрит Серафим (1976).
   26 декабря ст. ст. / 8 января нов. ст.
    Схимонах Симон (1958).

ПРИМЕЧАНИЯ ИЗДАТЕЛЕЙ

    1.Принятые сокращения.
   АГР — архив Глуховского райисполкома.
   АУПЦ — архив уполномоченного по делам Православной церкви.
   АСЕУ — архив Сумского епархиального управления.
   АШР — архив Шалыгинского райисполкома.
   ГАБО — Государственный архив Брянской области.
   ГАКО — Государственный архив Костромской области.
   ГАСО — Государственный архив Сумской области.
   ЖМП — Журнал Московской Патриархии.
   ИСТОРИКО-СТАТИСТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ МОЛЧЕНСКОЙ... ПУСТЫНИ... — Историко-статистическое описание Молченской Рождество-Богородицкой Печерской мужской общежительной Софрониевой пустыни и состоящего при ней скита во имя пророка Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, находящихся в Курской епархии, составленное игуменом Палладием по благословению преосвященного Ювеналия, епископа Курского и Белоградского. М., 1895.
   ИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ ГЛИНСКОЙ... ПУСТЫНИ... — Историческое описание Глинской Богородицкой пустыни, состоящей Курской епархии и губернии в Путивльском уезде, составленное Николаем Самойловым, состоящего под Высочайшим покровительством общества истории и древностей российских соревнователем. СПб., 1836.
   МДА — Московская Духовная Академия.
   ОР ГБЛ — отдел рукописей Государственной библиотеки им. В.И. Ленина. Ныне Российская Государственная библиотека (РГБ).
   СПАСО-ИЛИОДОРОВСКИЙ СКИТ... — Спасо-Илиодоровский скит Глинской Рождество-Богородицкой пустыни, основанный на месте пустынных подвигов схиархимандрита Илиодора. В память избавления государя императора Николая Александровича от опасности в Японии в 1891 году. С кратким очерком жизни старца Илиодора и одного из учеников его схимонаха Артемия. Одесса, 1899.
   ЦГАДА — Центральный Государственный архив древних актов СССР. Ныне Российский Государственный архив древних актов (РГАДА).
   ЦГИА — Центральный Государственный исторический архив СССР. Ныне Российский Государственный исторический архив (РГИА).
   ЧОИДР — Чтения в обществе истории и древностей российских.
    2. В соответствии с авторским текстом названия архивов и древлехранилищ употребляются по состоянию до 1991 года.
   Новые названия архивов указывались нами в авторском тексте тлишь при первом упоминании соответствующего архива.
    3. Тексты из дореволюционных изданий и названия этих изданий приведены в современной орфографии. В старой орфографии приведен Тропарь Глинской Богоматери перед авторским предисловием данной книги и имя Иассон (в современной орфографии — Иасон). Не менялись орфография и стилистика писем и высказываний Глинских старцев, приводимых в жизнеописаниях.
    4. «Глинский Патерик» был сброшюрован автором в трех томах машинописного текста, поэтому публикуемый текст также поделен на три тома в соответствии с авторским замыслом.
    5. В соответствии с авторским текстом сокращение имени автора дано в виде букв «А.И.» — архимандрит Иоанн. О том, что автор был схимником, стало известно после его кончины.

976   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 32.
977   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 109, л. 52.
978   Там же, д. 89.
979   Там же, д. 109, л. 52.
980   Личный архив автора. Беседы схиархимандрита Андроника (Лукаша) с архимандритом Иоанном (Масловым). Магнитофонная запись (1966).
981   Глинская... общежительная пустынь. С 92.
982   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 32.
983   Там же, д. 3, л. 2.
984   ЦГИА, ф. 796, оп. 194, л. 1399.
985   Подробнее о патриотической, благотворительной и просветительной деятельности Глинской пустыни в 1912—1922 гг. см. в докторской диссертации: Иоанн (Маслов), архимандрит. «Глинская пустынь: История обители и ее духовнопросветительная деятельность в XVI—XX веках». (Издана в Москве, в 1994 г. — Примеч. издат.).
986   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 499; ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 2.
987   Личный архив автора. Воспоминания игумена Глинской пустыни Афанасия (Александра Степановича Кошелева).
988   Там же.
989   Точное время открытия обители по архивным данным восстановить сложно. По одним источникам это было в мае—августе 1942 г. (АСЕУ. Прошение епископу Сумскому и Ахтырскому Евстратию послушника Глинской пустыни Александра (Харина) от 12 ноября 1956 г.). По другим — в сентябре 1942 г. (АУПЦ. Сведения о Глинской пустыни, переданные уполномоченному при Сумском облисполкоме по делам Русской Православной Церкви 6 мая 1944 г.). По воспоминаниям игумена Глинской пустыни Афанасия (Кошелева), первую литургию архимандрит Нектарий служил в обители в неделю святых жен-мироносиц. В списке регистрации церквей Сумской епархии за 1945 г. указан лишь год открытия пустыни — 1942 (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 4).
990   АУПЦ. Сведения о Глинской пустыни, переданные уполномоченному при Сумском облисполкоме по делам Русской Православной Церкви 6 мая 1944 г.
991   В мае—августе 1942 г. из Путивля от отца Нектария в Глинскую пустынь было перевезено «6 возов имущества пустыни , в том числе целый воз духовных книг» (АСЕУ. Прошение епископу Сумскому и Ахтырскому Евстратию послушника Глинской пустыни Александра (Харина) от 12 ноября 1956 г.)
992   Благочинный Глуховского района протоиерей Константин Лысенко писал, что архимандрит Нектарий умер в 1944 г. (Рапорт о перезахоронении почивших настоятелей Глинской пустыни с территории монастыря на братское кладбище от 11 октября 1951 г. (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 105). Однако, по воспоминаниям богомольцев, помогавших восстанавливать обитель, в том числе монахини Золотоношского Красногорского монастыря Мартирии (Гудимовой), кончина его последовала в день памяти прец. Антония Великого 17 января 1943 г. (Личный архив автора ).
993   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 6.
994   Там же, Д.55, л. 105.
995   АСЕУ. Послужной список архимандрита Серафима (Амелина).
996   Тихон Дмитриевич Амелин поступил в Глинскую пустынь в 1950 г. (АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1957 г.)
997   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 49.
998   Личный архив автора. Воспоминания Тихона Дмитриевича Амелина.
999   Брянчанинов Игнатий, епископ. Соч. Приношение современному монашеству. 3-е изд. СПб., 1905. Т. 5. С. 265.
1000   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 90; Там же, д. 2, л. 49.
1001   Там же.
1002   Там же, д. 3, л. 20.
1003   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 256, л. 1.
1004   Там же, ф. 750, оп. 2л, д. 6, л. 40.
1005   АСЕУ. Послужной список архимандрита Серафима (Амелина).
1006   Там же. В начале 30-х годов о. Серафима, как и других Глинских подвижников, хотели арестовать и сослать, но почитавшие его крестьяне в корзине вывезли отца Серафима в лес и тем спасли его. (Личный архив автора).
1007   Там же.
1008   Там же.
1009   Там же.
1010   Послание еп. Владимирского, преп. Симона к Поликарпу, печерскому черноризцу (Киево-Печерский Патерик по древним рукописям). Киев, 1911. С. 22.
1011   Записка о. Серафима хранится в личном архиве автора.
1012   АСЕУ. Послужной список архимандрита Серафима (Амелина).
1013   Там же. Наградные списки монахов Глинской пустыниза 1946 г.
1014   Там же. Послужной список архимандрита Серафима (Амелина).
1015   Там же. Донесение епископа Сумского и Ахтырского Евстратия Его Святейшеству Патриарху Московскому и всея Руси Алексию от 3 мая 1952 г.
1016   Там же. Донесение епископа Сумского и Ахтырского Евстратия Его Святейшеству Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию от 9 февраля 1957 г.
1017   Налог за земельный участок, например, составил более 1200 руб. (АУПЦ. Справка о монастыре Глинская пустынь от 22 февраля 1945 г.).
1018   АУПЦ. Список монахов Глинской пустыни на 6 мая 1944 г.; АСЕУ. Список монахов Глинской пустыни на 5 мая 1952 г.
1019   АСЕУ. Донесение епископа Сумского и Ахтырского Евстратия Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию от 3 мая 1952 г.
1020   Там же. Послужной список архимандрита Серафима (Амелина).
1021   АСЕУ. Письмо епископа Астраханского и Сталинградского Сергия епископу Сумскому и Ахтырскому Иоасафу от 12 марта 1959 г.
1022   Там же. Письмо архиепископа Днепропетровского Гурия епископу Сумскому и Ахтырскому Евстратию от 25 ноября 1955 г.; письмо епископа Сумского и Ахтырского Евстратия настоятелю Глинской пустыни архимандриту Тавриону от 15 октября 1957 г.
1023   Там же. Письмо епископа Сумского и Ахтырского Евстратия архимандриту Тавриону (Батозскому) от 21 августа 1957 г.
1024   За первое полугодие 1954 г. только «по гостинице Глинской пустыни прошло 720 человек». (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 9 об.)
1025   АСЕУ. Прошение настоятеля Глинской пустыни архимандрита Серафима (Амелина) от 5 февраля 1957 г.
1026   Там же. Автобиография архимандрита Тавриона (Батозского), написанная им 27 мая 1956 г.
1027   Там же. Распоряжение Святейшего Патриарха Алексия от 14 марта 1957 г.
1028   Там же. Инвентарная опись имущества, находящегося в ведении монастыря Глинская Рождество-Богородицкая общежительная пустынь Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 25 апреля 1957 г.
1029   Там же. Протокол объединенного собрания Сумского епархиального совета и собора старцев Глинской пустыни от 18 ноября 1957 г.
1030   Там же. Письмо Евстратия, епископа Сумского и Ахтырского, архимандриту Тавриону (Батозскому) от 16 октября 1957 г.
1031   Там же. Указ Святейшего Патриарха Алексия от 13 января 1958 г.
1032   Там же. Рапорт игумена Феогена (Тарана) епископу Сумскому и Ахтырскому от 20 октября 1958 г.
1033   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 105.
1034   Точная дата рождения схиигумена Антония неизвестна. В послужных списках монахов Глинской пустыни за 1899 г. и 1910`г. указан 1868 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 82; Там же, д. 2, л. 11); в списках за 1918 г. (Там же, д. 3, л. 5) и 1944 г., а также в наградных списках за 1946 г. указан 1870 г. в списках за 1945 г. (АУПЦ. Список монахов Глинской пустыни Шалыгинского района на 22 февраля 1945 г.) — 1861 г.
1035   АСЕУ. Наградные списки монашествующих Глинской пустыни за 1946 г.
1036   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 82.
1037   Там же, д. 2, л. 11.
1038   Там же.
1039   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 13об.—14.
1040   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 82; Там же, д. 2, л. 11; Там же, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 14.
1041   Преподобных отцов Варсонофия Великого и Иоанна. Руководство к духовной жизни, в ответах на вопрошения учеников. М., 1883. С. 180.
1042   ЦГИА, ф. 796, оп. 194, д. 1164, л. 3.
1043   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 5.
1044   ЦГИА, ф. 796, оп. 442, д. 2716.
1045   Там же, д. 2654.
1046   Там же, д. 2716.
1047   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 6.
1048   ЦГИА, ф. 796, оп. 204, д. 271, л. 1.
1049   Там же.
1050   Там же, л. 2
1051   ГАСО, ф. Р3131, оп. 3, д. 132, л. 6.
1052   АСЕУ. Наградные списки монашествующих Глинской пустыни за 1946 г.
1053   АШР. Докладная записка секретаря исполкома Шалыгинского райсовета депутатов трудящихся о проверке проживающей в монастыре Глинская пустынь молодежи от 20 февраля 1951 г.
1054   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 65.
1055   Там же.
1056   Там же.
1057   Там же.
1058   АСЕУ. Список монахов Глинской пустыни, представленных к наградам в 1946 г.
1059   Там же.
1060   ЦГАДА, ф. 1183, оп. 1, д. 172, л. 3.
1061   Там же, л. 2.
1062   Там же.
1063   Там же, д. 88, л. 2 об.
1064   Там же, д. 172, л. 1.
1065   Там же, л. 4.
1066   Там же, л. 1.
1067   Там же, д. 88, л. 6.
1068   АСЕУ. Послужной список архимандрита Антония (Проходы). Далее сведения о жизни архимандрита Антония приводятся в соответствии с этим документом.
1069   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Никодима (Калиуша).
1070   Там же. В послужных списках братии Глинской пустыни за 1899 г. сказано, что Иван Калиуш поступил в обитель в 1893 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 97). Благочестивое стремление к иночеству Ивана было столь пламенным, что оказало сильное влияние на его 17-летнего брата Михаила, который в 1894 г. также поступил в Глинскую пустынь (Там же, л. 100).
1071   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 97.
1072   Там же, д. 2, л. 19.
1073   Там же.
1074   Там же, д. 3, л. 8.
1075   Там же.
1076   Там же, д. 2, л. 19.
1077   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 18.
1078   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Никодима (Калиуша).
1079   Там же.
1080   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 8.
1081   Там же.
1082   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Никодима (Калиуша).
1083   АСЕУ. Письмо епископа Сумского и Ахтырского Евстратия архимандриту Тавриону (Батозскому) от 21 августа 1957 г.
1084   Там же. Послужной список иеромонаха Гордия (Тюшина).
1085   АСЕУ. Список монахов Глинской пустыни Шалыгинского района на 6 мая 1944 г.
1086   Там же. Послужной список иеромонаха Гордия (Тюшина).
1087   Преподобных отцов Варсонофия Великого и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников. М., 1883. С. 105.
1088   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Гордия (Тюшина).
1089   АСЕУ. Послужной список игумена Серафима (Кондратенко). Данные биографии о. Серафима изложены в соответствии с этим списком.
1090   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области на 1 мая 1953 г.
1091   Там же. Послужной список игумена Серафима (Кондратенко).
1092   Там же. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района на 1 января 1956 г.
1093   ГАКО. ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 107 об.
1094   Там же.
1095   Там же.
1096   Феофан, епископ. Письма о христианской жизни. М.,1891. С. 3.
1097   Феофан, епископ. Напоминание всечестным инокам о том, что требует от них иночество. М. ,1892 С. 5.
1098   Феофан, епископ. Письма о христианской жизни. С. 3
1099   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 62.
1100   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни на 12 марта 1952 г. (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. Юоб.; Там же, д. 37, л. 2об.) '
1101   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни на 1 января 1957 г.
1102   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Зосимы (Примакова). Далее сведения о жизни о. Зосимы приводятся в соответствии с этим списком.
1103   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Зосимы (Примакова).
1104   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района на 1 января 1957 г.
1105   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Игнатия (Щастного).
1106   Там же.
1107   Там же. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района на 1 января 1956 г. В списке монахов Глинской пустыни на 6 мая 1944 г. указано, что Игнатий (Щастный) пострижен в монашество в 1904 г. (АУПЦ).
1108   Там же. Послужной список иеромонаха Игнатия (Щастного).
1109   В послужном списке иеромонаха Игнатия (Щастного) сказано, что он рукоположен во иеромонаха в 1943 г. (АСЕУ), но в списках монахов Глинской пустыни на 6 мая 1944 г. (АУПЦ) и 6 апреля 1944 г. (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 6) он значится еще иеродиаконом и лишь в списке на 22 февраля 1945 г. иеромонахом (АУПЦ).
1110   АСЕУ. Список монахов Глинской пустыни Шалыгинского района на 12 марта 1952 г.
1111   Там же. Список монахов Глинской пустыни Шалыгинского района на 1 января 1957 г.
1112   АУПЦ. Анкета служителя культа Хондошко С.Г.
1113   Там же.
1114   Там же.
1115   Там же.
1116   Там же.
1117   АСЕУ. Рапорт архимандрита Тавриона (Батозского) в Сумское епархиальное управление от 8 января 1958 г.
1118   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Феогена (Тарана). В АСЕУ сохранилось 3 послужных списка о. Феогена за разные периоды его жизни: иеромонаха, игумена и архимандрита Феогена. Поскольку ни один из них не объединяет всех сведений, содержащихся в других списках, использованы все эти документы.
1119   Там же. Послужной список архимандрита Феогена (Тарана).
1120   В послужном списке настоятеля и братии Глинской Рождество-Богородицко пустыни за 1910 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 81) и за 1918 г. (Там же, д. 3, л. 55.) указано, что о. Феоген поступил в Глинскую пустынь в 1902 г., а в послужном списке архимандрита Феогена от 20 октября 1959 г. (АСЕУ) — в 1903 г.
1121   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 81.
1122   Там же.
1123   Там же, д. 3, л. 55.
1124   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 89 об.
1125   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Феогена (Тарана).
1126   Там же.
1127   Там же.
1128   Там же.
1129   Там же.
1130   Там же.
1131   АСЕУ. Свидетельство о награждении иеромонаха Феогена (Тарана) саном игумена.
1132   Рапорт благочинного Глуховского района Александра Дворецкого от 23 марта 1953 г.
1133   АСЕУ. Рапорт архимандрита Тавриона (Батозского) от 24 августа 1957 г.
1134   Там же. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) от 18 июня 1958 г.
1135   Там же. Послужной список игумена Феогена (Тарана).
1136   Там же.
1137   Там же. ,
1138   АСЕУ. Указы епископа Сумского и Ахтырского от 3 ноября 1958 г.; от 21 февраля 1959 г.
1139   Там же. Послужной список игумена Феогена (Тарана).
1140   Там же.
1141   ГАСО, ф. Р1815, оп. 3, д. 235, л. 16.
1142   АСЕУ. Письмо члена Хозяйственного управления Московской Патриархии П. Корнилова игумену Феогену (Тарану) от 7 февраля 1959 г.
1143   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 86—87.
1144   Там же, л. 88—91.
1145   АСЕУ. Послужной список архимандрита Феогена (Тарана).
1146   Там же. Распоряжение Иоасафа, епископа Сумского и Ахтырского от 20 декабря 1958 г.
1147   ГАСО, ф. Р1815, оп. 3, д. 235, л. 12, 18.
1148   Там же.
1149   Там же, л. 17.
1150   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 10—10об.
1151   АСЕУ. Указ управляющего Сумской епархией от 29 июля 1960 г.
1152   Там же. Послужной список игумена Модеста (Гамова).
1153   Там же. Указ управляющего Сумской епархией от 10 марта 1961 года.
1154   АСЕУ. Распоряжение архиепископа Черниговского и Нежинского Андрея от 11 апреля 1961 года.
1155   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л, 67—68.
1156   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Василия (Морина).
1157   Там же.
1158   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 27.
1159   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Василия (Морина). В послужных списках настоятели с братией Глинской пустыни за 1918 г. указано, что иеродиакон Вонифатий был перемещен в Глинскую пустынь 19 января 1916 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 27.).
1160   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 27.
1161   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Василия (Морина).
1162   Там же.
1163   Там же.
1164   Там же. В списках насельников Глинской пустыни по состоянию на 12 марта 1952 г. сказано, что о. Вонифатий поступил в обитель в 1952 г.
1165   Там же.
1166   АСЕУ. Список монахов Глинской пустыни по состоянию на 20 октября 1959 г.
1167   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 21.
1168   АСЕУ. Послужной список монаха Иоасафа (Дегтяренко).
1169   Там же. Список насельников Глинской пустыни по состоянию на 1 июля 1954 г.
1170   «Монах Иоасаф Дегтяренко строгой жизни, справедливый, трудолюбивый, смиренный и терпеливый; несет послушание хлебопека» (АСЕУ. Послужной список монаха Иоасафа (Дегтяренко)).
1171   Там же.
1172   ГАСО, ф. Р2196, оп.12, д. 53, л. 21.
1173   АСЕУ. Послужной список монаха Никандра (Шапошника).
1174   Там же.
1175   АСЕУ. Рапорт игумена Модеста (Гамова) в Сумское епархиальное управление от 16 октября 1960 г.
1176   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 21.
1177   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Иннокентия.
1178   Там же. Далее сведения о жизни о. Ионы (Шиховцова) приведены в соответствии с его послужным списком.
1179   Иван Дмитриевич был женат, но в его послужном списке не указано, когда он женился и когда овдовел.
1180   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 3 об.
1181   Там же, л.2 об.
1182   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни по состоянию на 1.1.1956 г.
1183   Там же. Послужной список иеромонаха Иннокентия (Шиховцова).
1184   Там же.
1185   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Иннокентия (Шиховцова).
1186   Там же.
1187   Там же.
1188   АСЕУ. Послужной список монаха Мелетия (Кириченко). Далее сведения о его биографии приведены в соответствии с этим списком.
1189   Там же. Списки монахов Глинской пустыни по состоянию на 15 декабря 1948 г., на 1 января 1952 г.
1190   Там же. Послужной список монаха Мелетия (Кириченко).
1191   Там же. Список насельников Глинской пустыни на 12марта 1952 г.
1192   Там же. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление от 28 декабря 1953 г. В послужном списке монаха Мелетия ошибочно год пострига указан 1954.
1193   Игнатий (Брянчанинов), епископ Соч. СПб., 1915. Т. 1. С. 109.
1194   Там же. С. 113.
1195   Там же. С. 109.
1196   ГАСО. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 21; АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни на 1 января 1961 г.
1197   АСЕУ. Послужной список схииеродиакона Евстратия (Урети). В документах Глинской пустыни за 1947—1961 гг. фамилия о. Евстратия указана «Урети», однако сам он подписывался «Уретий», фамилия «Уретий» указана и в послужных списках монашествующих Глинской пустыни за 1910 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2) 1911 г. (ГАКО. ф. 20, оп. Зл, д. 174) и 1918 г. (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3).
1198   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 100 об.
1199   Там же.
1200   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 101.
1201   АСЕУ. Анкета служителя культа Урети Евдокима Ивановича.
1202   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 79.
1203   АСЕУ. Анкета служителя культа Урети Евдокима Ивановича.
1204   Там же.
1205   Там же. Послужной список схииеродиакона Евстратия (Урети). Однако в анкете служителя культа Урети Е.И. и в списках насельников Глинской пустыни на 1 января 1956 г., 1 января 1958 г., 1 декабря 1959 г. указано, что о. Евфимий вернулся в Глинскую пустынь в 1945 г.
1206   Там же.
1207   Там же.
1208   Там же. Список насельников Глинской пустыни по состоянию на 1 декабря 1959 г.
1209   Там же. Рапорт временно исполняющего обязанности настоятеля Глинской пустыни иеромонаха Даниила (Новикова) в Сумское епархиальное управление от 8 мая 1961 г.
1210   АСЕУ. Послужной список тумена Корнилия (Оробцова).
1211   Там же
1212   Там же.
1213   Там же
1214   Там же.
1215   Там же.
1216   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 36.
1217   АСЕУ. Послужной список игумена Никона (Хондарева).
1218   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 108. Иеромонах Гавриил, известный своей прозорливостью, был близким родственником схиархимандрита Иоанна (Маслова). Предсказывая будущее о. Иоанна, он говорил родным: «Поверьте, я умру, а в нашем роду будет еще монах». — Примеч. издат.
1219   АСЕУ. Послужной список игумена Никона (Хондарева).
1220   Личный архив автора. Воспоминания схиигумена Николая (Хондарева).
1221   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 1, л. 107.
1222   АСЕУ. Послужной список игумена Никона (Хондарева).
1223   Там же.
1224   Там же.
1225   Личный архив автора. Воспоминания схиигумена Николая (Хондарева).
1226   АСЕУ. Послужной список игумена Никона (Хондарева).
1227   Там же. Список священнослужителей с указанием наград, декабрь 1917 г.
1228   Там же. Послужной список игумена Никона Хондарева).
1229   Там же.
1230   АСЕУ. Рапорт настоятеля Глинской пустыни игумена Феогена (Тарана) епископу Сумскому и Ахтырскому Иоасафу от 13 апреля 1959 г.
1231   Там же. Послужной список схиигумена Николая (Хондарева).
1232   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 16.
1233   Там же.
1234   Четвериков Сергий, прот. Оптина пустынь. Исторический очерк и личные воспоминания. 1926. С. 100.
1235   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 16 (Анкета служителя культа Гришкина П.Д.). Данные этой анкеты не совпадают с данными послужного списка о. Паисия, где сказано, что он поступил в Оптину пустынь в 1890 г. (АСЕУ).
1236   ГБЛ, ф. 213, к. 2, ед. хр. 3, л. 5.
1237   Там же, к. 4, ед. хр. 4, л. 105.
1238   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1956 г.
1239   В декабре 1918 г. Уездной Продовольственный Комитет приказал казначею Оптиной пустыни выдавать братиям монастыря, занимающимся физическим трудом, по одному фунту хлеба в сутки, а остальным только полфунта. (ГБЛ, ф. 213, к. 4, ед. хр. 4, л. 14). В Оптиной пустыни числилось тогда 350 человек, не считая беженцев и богомольцев, всего же — 500 человек (Там же, л. 12, 13).
1240   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Паисия (Гришкина).
1241   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 16 об.
1242   АСЕУ. Письмо митрополита Ростовского и Каменского Вениамина епископу Сумскому и Ахтырскому Евстратию от 5 мая 1955 г.
1243   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 16 об — 17.
1244   АСЕУ. Рапорт настоятеля Глинской пустыни архимандрита Серафима (Амелина) от 30 июня 1955 г.
1245   Там же. Список священнослужителей с указанием наград. Декабрь 1957 г.
1246   АСЕУ. Послужной список монаха Виталия (Середы). Далее сведения о его жизни приводятся в соответствии с этим списком. В списках насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1948 г. и 1 декабря 1958 г. (АСЕУ) указано, что монах Виталий (Середа) родился в 1868 г.
1247   АСЕУ. Указ Сумского епархиального управления от 9 июля 1957 г. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1958 г.
1248   Там же. Послужной список монаха Виталия (Середы).
1249   Там же.
1250   Игнатий (Брянчанинов), епископ. Соч. СПб., 1915. Т. 1. С. 141.
1251   Феофан, епископ. Напоминание всечестным инокам о том, что требует от них иночество. М.,1892. С. 31.
1252   В списке насельников Глинской пустыни Глуховского района Сумской области по состоянию на 1 января 1961 г. (АСЕУ) значится еще монах Виталий (Середа), а в списке насельников на 15 апреля 1961 г. (ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 51) — уже схимонах Варсонофий (Середа).
1253   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Михаила (Петренко).
1254   АУПЦ. Список братии Глинской Рождество-Богородицкой пустыни по состоянию на 1 января 1947 г.
1255   АСЕУ. Распоряжение епископа Сумского и Ахтырского Евстратия от 27 марта 1953 г.
1256   Там же. Список священнослужителей с указанием наград. Декабрь 1957 г.
1257   Там же. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на I января 1956 г.
1258   Там же. Послужной список иеромонаха Михаила (Петренко).
1259   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 59.
1260   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3. л. 75; ГАКО, ф. 750, оп. 1, д. 144, л. 3 об.
1261   АСЕУ. Послужной список схиархимандрита Андроника (Лукаша).
1262   Личный архив автора. Беседы схиархимандрита Андроника (Лукаша) с архимандритом Иоанном (Масловым). Магнитофонная запись. 1966 г.
1263   Вместе с о. Андроником в плен попали еще пять монахов, служивших с ним в одном взводе. (Там же).
1264   Там же.
1265   Там же.
1266   Там же.
1267   ГАКО, ф. 750, оп. 1, д. 144, л. 3 об.
1268   Личный архив автора. Письма схиархимандрита Андроника (Лукаша).
1269   Там же. Беседы схиархимандрита Андроника (Лукаша) с архимандритом Иоанном (Масловым). Магнитофонная запись, 1966.
1270   Там же.
1271   Там же.
1272   Там же.
1273   Там же.
1274   Там же.
1275   Там же.
1276   Там же.
1277   Там же.
1278   Там же.
1279   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Андроника (Лукаша).
1280   Там же.
1281   Там же.
1282   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 3.
1283   АСЕУ. Список монахов, представленных к наградам в 1954 г.
1284   Личный архив автора. Письма схиархимандрита Андроника (Лукаша).
1285   Там же. Наставления схиархимандрита Андроника (Лукаша).
1286   АСЕУ. Письмо епископа Сумского и Ахтырского Евстратия схиигумену Андронику (Лукашу) от 21 сентября 1957 г.
1287   Там же. Рапорт архимандрита Тавриона (Батозского) Преосвященнейшему Евстратию. епископу Сумскому и Ахтырскому от 24 августа 1957 г.
1288   Личный архив автора. Письма схиархимандрита Андроника (Лукаша).
1289   Там же. Беседы схиархимандрита Андроника (Лукаша) с архимандритом Иоанном (Масловым). Магнитофонная запись, 1966.
1290   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Серафима (Романцова).
1291   Личный архив автора. Письма митрополита Зиновия (Мажуги).
1292   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 116.
1293   Там же.
1294   ГАКО, ф. 20, оп. Зл, д. 174, л. 109.
1295   Личный архив автора. Письма игумена Исаии (Коровая).
1296   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Серафима (Романцова).
1297   Там же.
1298   Там же. По воспоминаниям духовных чад о. Серафима, после закрытия Драндского монастыря он некоторое время жил в пустыни на Сухой речке, недалеко от Сухуми, под руководством иеромонаха Савватия (Личный архив автора. Письма игумена Исаии (Коровая).
1299   АСЕУ. Послужной список иеросхимонаха Серафима (Романцова).
1300   Там же.
1301   Там же.
1302   Личный архив автора. Письма схиархимандрита Серафима (Романцова).
1303   Там же.
1304   Там же.
1305   Там же.
1306   Там же.
1307   Личный архив автора. Духовное завещание схиархимандрита Серафима (Романцова).
1308   АСЕУ. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) преосвященнейшему Евстратию, епископу Сумскому и Ахтырскому.
1309   Личный архив автора. Свидетельство духовника о. Серафима (Романцова) о возведении его в сан игумена. Сумы, 1960.
1310   АСЕУ. Послужной список монаха Иакинфа (Резника).
1311   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 111.
1312   АСЕУ. Послужной список монаха Иакинфа (Резника).
1313   Там же.
1314   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 61.
1315   АСЕУ. Послужной список иеродиакона Георгия (Ефименко).
1316   Там же.
1317   Там же.
1318   Там же.
1319   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Иосифа (Ходыревского).
1320   Там же. Анкета служителя культа Ходыревского И.В.
1321   Там же. Послужной список иеромонаха Иосифа Ходыревского).
1322   Там же. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление от 31 августа 1953 г.
1323   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37. л. 2 об.; АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1956 г.
1324   Там же. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление от 31 августа 1953 г.
1325   Там же. Послужной список иеромонаха Иосифа (Ходыревского).
1326   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 59.
1327   Там же, л. 63, 76 об.
1328   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Исмаила (Невдачина). В послужном списке о. Исмаила и в списках насельников Глинской пустыни на 1 января 1956 г., 1  января 1957 г. и 1  декабря 1959  г. его отчество указано, как «Григорьевич», но в списках насельников Глинской пустыни на 1 января 1954 г., 1 января 1955 г., 1 января 1960 г., 1 января 1961 г. — «Георгиевич».
1329   АСЕУ. Анкета служителя культа Невдачина И.Г.
1330   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 2, л. 112.
1331   Там же.
1332   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Исмаила (Невдачина).
1333   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 64.
1334   Там же.
1335   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни на 1 января 1956 г.
1336   Там же. Послужной список иеромонаха Исмаила (Невдачина). Далее сведения о его жизни приводятся в соответствии с этим списком.
1337   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Исмаила (Невдачина).
1338   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 58.
1339   Документы Сумского епархиального управления позволяют утверждать, что в 1962 г. о. Исихий жил в Сумской епархии. Ему была назначена пенсия 20 рублей в месяц. (АСЕУ. Выписка из журнала № 20 заседания пенсионного Комитета при Священном Синоде от 3 декабря 1962 г.).
1340   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Павла (Васильева). В списках насельников Глинской пустыни на 1 января 1956 г., 1 января 1957 г., 1`января 1958 г. указано, что о. Павел родился в Тамбовской губернии.
1341   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 2 об.; Там же, д. 34, л. 9.
1342   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Павла (Васильева).
1343   Там же. Список насельников Глинской пустыни по состоянию на 1 января 1958 г.
1344   Там же. Послужной список иеромонаха Павла (Васильева).
1345   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 69.
1346   АСЕУ. Послужной список монаха Валериана (Опенько). Далее сведения о его жизни приводятся в соответствии с этим списком.
1347   АСЕУ. Послужной список монаха Валериана (Опенько).
1348   Там же.
1349   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 63.
1350   Там же, л. 71
1351   АСЕУ. Послужной список монаха Иова (Такшина).
1352   Там же.
1353   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 3 об.
1354   АСЕУ. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление. 1954 г.
1355   Там же. Список монахов Глинской пустыни по состоянию на 1 января 1958 г.
1356   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 71.
1357   Там же, л. 76.
1358   АСЕУ. Послужной список монаха Климента (Григораша).
1359   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 37, л. 3 об.; АСЕУ. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление (без даты).
1360   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни на 1 января 1956 г.
1361   Там же. Список насельников Глинской пустыни на 1 декабря 1958 г.
1362   Там же. Список насельников Глинской пустыни на 1 января 1959 г.
1363   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 70, 76.
1364   АСЕУ. Послужной список иеромонаха Власия (Сумина).
1365   Там же.
1366   Там же.
1367   Там же. Рапорт архимандрита Серафима (Амелина) в Сумское епархиальное управление от 28 декабря 1953 г.
1368   Там же. Послужной список иеромонаха Власия (Сумина).
1369   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 53, л. 10; Там же, д. 55, л. 21.
1370   Там же. Послужной список иеромонаха Власия (Сумина).
1371   Там же, ф. Р2196, оп. 12, д. 55, л. 13.
1372   АСЕУ. Послужной список иподиакона Симеона (Нестеренко).
1373   Там же.
1374   Там же. Список монахов Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1954 г.
1375   ГАСО, ф. Р2196, оп. 12, д. 34, л. 9.
1376   АСЕУ. Список насельников Глинской пустыни Шалыгинского района Сумской области по состоянию на 1 января 1956  г.
1377   Там же. Список священнослужителей с указанием наград. Декабрь 1957 г.
1378   АСЕУ. Дело иеромонаха Симеона (Нестеренко).
1379   Там же. Письмо епископа Сумского и Ахтырского Евстратия архиепископу Черниговскому и Нежинскому Андрею от 23 апреля 1958 г.
1380   Высокопреосвященный Зиновий, митрополит Терицкаройский // ЖМП. 1985. № 6. С. 58. По данным послужных списков Глинской пустыни за 1918 г. митрополит Зиновий родился в 1895 г. в семье мещанина (ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 76).
1381   ГАСО, ф. 454. оп. 1, д. 3, л. 76; ГАКО, ф. 750, оп. 1. д.266, л. 3 об.
1382   ГАСО, ф. 454, оп. 1, д. 3, л. 75 об. — 76.
1383   ГАКО, ф. 750, оп. 1, д. 266, л. 4. (Дело о проведении обряда посвящения в монашеский сан послушников Глинской пустыни 16—17 марта 1921 г.).
1384   Там же, л. 6. В книге архиепископа Мануила «Каталог русских архиереев за последние 60 лет (1897—1957)». Чебоксары, 1959. Ч.Ш на с. 68 ошибочно указано, что митрополит Зиновий принял постриг в монашество в 1917 г.
1385   Личный архив автора. Письмо игумена Исаии (Коровая).
1386   Там же. Письма митрополита Зиновия архимандриту Иоанну (Маслову).
1387   До 1960 г. Владыка Зиновий был епископом Степанаванским, затем Тетрицкаройским.
1388   Православный церковный календарь, 1980. Издание Московской Патриархии, 1979. С. 150.
1389   Личный архив автора. Письма схиархимандрита Андроника (Лукаша) архимандриту Иоанну (Маслову).
1390   Там же. Письма митрополита Зиновия (Мажуги) архимандриту Иоанну (Маслову).
1391   Высокопреосвященный Зиновий, митрополит Тетрицкаройский // ЖМП, 1985, № 6. С. 59.
1392   В архиве Сумского епархиального управления сохранилась справка о крещении Ивана Сергеевича Маслова. Его крестным отцом был Симеон Котляров, а крестной матерью — Евфросиния Никифорова.
1393   Отец Иоанн с детства был очень болезненным, а в армии болезненность сильно обострилась. Он девять месяцев лежал в больнице с диагнозом ревматизм.
1394   Махно Лев, прот. Светлой памяти моего друга игумена Марка (Лозинского). Машинописный текст. Книга игумена Марка (Лозинского) «Отечник проповедника» издана в Москве в 1996 г.
1395   В то время схиархимандрит Андроник писал своему духовному сыну: «Дорогой мой о. Иоанн! Прошу, Вы себе давайте хоть маленький отдых. Вы очень устаете в своей учебе и в послушании, но Вам Господь поможет понести свой крест».
1396   Подвижники благочестия — наши современники // Русский вестник. № 8. 1992. С. 13.
1397   Преподобных отцов Варсонофия Великого и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников. М., 1883. С. XIII.
1398   Феодосий (Бильченко), игумен, Кучерявый Владимир, прот. Схиархимандрит Иоанн (Маслов) //ЖМП. 1992. № 11/ 12. С. 76.
1399   «Богословские труды». М., № 30. С. 117—151. См. также: «Преподобный Амвросий Оптинский и его эпистолярное наследие». М., 1993.
1400   Иоанн (Маслов), архимандрит. Вклад Русской Православной Церкви в победу над фашизмом // ЖМП. 1975, № 5. С. 40.
1401   Там же.
1402   Иоанн (Маслов), архимандрит. Миротворческие служение пастыря // ЖМП, 1984, № 9. С. 47.
1403   Феодосий (Бильченко), игумен, Кучерявый Владимир, прот. Схиархимандрит Иоанн (Маслов) //ЖМП. 1992. № 11/ 12. С. 76.
1404   Визжилин Н.Н. Великий пример служения Отечеству // «Мегаполис Континент». 1995. № 29. С. 12.
1405   Православный церковный Глинский календарь. М., 1997. С. 1.
1406   Феодосий (Бильченко), игумен, Кучерявый Владимир, прот. Схиархимандрит Иоанн (Маслов) //ЖМП. 1992. № 11/ 12. С. 76.
1407   Магистерский диспут в Московской Духовной Академии // ЖМП. 1983. № 6. С. 20—21.
1408   Крупин В.Н. Русские Златоусты // «Москва». 1994. № 11. С. 140—141.
1409   Визжилин Н.Н. Благодатные способности // «Благовест». 1995. № 9 (21). С. 6.
1410   Визжилин Н.Н., академик. Путь во спасение // «Мегаполис Континент». 1996. № 30. С. 11.
1411   Крупин В.Н. Русские златоусты // «Москва». 1994. № 11. С. 140—141.
1412   Феодосий '(Бильченко), игумен, Кучерявый Владимир, прот. Схиархимандрит Иоанн (Маслов) // ЖМП. 1992. № 11/ 12. С. 77.
1413   Там же.
1414   Там же. До сорокового дня со времени преставления старца его почитатели ежечасно (и днем, и ночью) читали Евангелие об упокоении его души. У каждого был 1 час в сутки, когда он читал определенные главы. Но т.к. желающих читать было очень много, то каждый час Евангелие об упокоении батюшки читали несколько человек. Те, кому доставались дневные часы, как-то договаривались на работе, освобождались от всех дел, только бы читать. Этот час для них был свят.
1415   В Помянник включены имена лишь тех подвижников, даты кончины которых известны. В скобках указан год их преставления. Имена настоятелей Глинской пустыни выделены прописью. Ни один из Глинских подвижников не канонизирован. Ни по одному из них службы нет.

Том 2 Том 3

Помощь в распознавании текстов