профессор Николай Никанорович Глубоковский

II. Κοινή

1. История

В течение описанного развития выступил Александр Македонский (356 г. – 323 г. до р. Хр.). Он навсегда ниспроверг границы греческих областей, а с ними и греческих диалектов и вывел греческий язык на простор всего мира. В войске Александра Великого встречались все возможные греческие наречия. Если походы, в роде «Анавасиса» десяти тысяч с греками различных племен способствовали разложению греческих диалектов, то это происходило при Александре Великом еще в гораздо большей степени. Совершалось здесь тоже, что мы видели при «уравнении» аттического диалекта с ионийским,-только теперь Аттика более давала, чем брала22. Один диалект за другим вносил сюда свою лепту. Даже упорные дорийцы должны были поменяться своим диалектом с общегреческим языком. Кроме аттико-ионийского, никакой другой диалект не имел такой богатой внутренней истории, как дорийский с его «острым» и «мягким» периодами, и-наряду с аттико-ионийским-лишь он один выработал и свой «общий язык» ахейско-дорийский в качестве языка ахейского союза, объединив тут все дорийские говоры, в особенности же употреблявшиеся в Аркадии, и распространив за границы Пелопоннеса. Но после того, как дорийский общий язык уравнял путь для аттического, первый должен был уступить второму около рождества Христова. Выступившие при этом стремления искусственно оживить дорийский язык (как с другой стороны и ионийский в новоионийском) не имели ровно никакого успеха. Еще для I и II вв. по р. Хр. Светоний и Павзаний свидетельствуют о существовании древних диалектов на Родосе и в Мессении, но около 500 г. по р. Хр. вымерли все они кроме лишь лаконского (см. выше).

При образовании Κοινή играли значительную роль также и те области, где греческий противостоял другим языкам: это прежде всего Египет, Сирия и Малая Азия. Тут греки по противоположности чужим племенам скорее должны были сплотиться в замкнутое целое по языку, а с другой стороны и иноязычные народы, в особенности евреи, не склонны были усвоять какой-либо определенный диалект. Таким путем и сама Эллада чем дальше, тем сильнее должна была испытывать веяние таких внегреческих областей.

Высоковажным фактором этого процесса языкового выравнивания в пользу «общего языка» было и христианство в своем Новом Завете. Оно пользовалось «общим языком», как средством для своего распространения, и своими священными книгами, на языке коих совершалась проповедь, все более и более способствовало взаимному соглашению диалектов Помимо перевода LXX-ти, предназначавшегося для ограниченного круга и получившего более широкое применение только чрез христианство,-Новый Завет есть первый литературный труд на этом новом языке Как мы видели, для нехристианских кругов еще долго служил литературным языком искусственно возрожденный древнеаттический письменный язык, а Κοινή была разговорным языком повседневного обихода и взаимных сношений23.

2. Сущность Κοινή

По выражению Helbing’a24, Κοινή присуще «стремление к уравнению и упрощению». «Эта тенденция вполне заметна во многих частностях. Так, Κοινή старается устранить категорию двойства; желательное наклонение должно уступать место сослагательному, превосходная степень-сравнительной: аорист II страд. начинает возобладать над аористом I, а в действ. залоге-наоборот-сигматический аорист преодолевает так наз. сильный: там, где в ряде времен друг подле друга оказываются различные корни, стремится достигнуть господства один, напр., аор. νέμησα вместо νειμα, γάμησα вместо γημα: являющееся ненужным приращение отбрасывается: ὦσα ­­ ἕωσα; ср. наконец явления в роде δώκαμεν, δωκατε и многое другое. К принципу уравнения и упрощения в некоторых случаях привходит еще принцип ясности, который выступает в орфографии, где обособляются слова и элементы слов и посему обнаруживается нерасположение к элизии, кразису и ассимиляции». Такова меткая характеристика Гельбинга. Еще как свидетельство в пользу принципа упрощения можно-бы упомянуть стремление к устранению двойственного числа. Это началось уже у Гомера, а пред образованием Κοινή достигло завершения у ионийцев, между тем в аттическом этот процесс умирания шел очень долго (410–329 гг.). Далее, сюда-же принадлежит стремление к «уравнению» склонений. Уже в северо-западно-греческом и других мы находим γωνοις вместо γοιν, в кипрско-греческом, прежде всего в Едалионе и Тамасе (на Кипре)25, встречаются νδριανταν, ατ

σαν, μ έν (вм. μέ), равно изредка в фессалийском κίοναν и др., где заметно приравнение винит. пад. 3-го склонения к винит. п. 2-го склонения, каковой процесс достиг полной законченности в новогреческом. Предтечами этого «уравнения» являются и случаи метаплазма, многообразности, когда слово склоняемое по консонантному склонению в тоже время изменяется по форме слов на α или о. Также и аорист сильный, по крайней мере, должен был принять окончания аориста сигматического там, где последний не возобладал всецело, напр., επαμεν, επατε. πέσαντο26; равно и в 3 л. мн. ч. перфекта имеется окончание-αν вместо-ασι, Окончания сигматического аориста проторгаются даже в прошедшее несовершенное время, напр., λέγοσαν, что отсылает в влиянию беотийского.

3. Источники Κοινή

Но когда мы высказываем, что и новозаветный греческий язык принадлежит к Κοινή, то этим самым возбуждается вопрос: откуда же мы знаем эту Κοινή? Для сего существует собственно шесть источников: надписи, папирусные тексты, остраки, заимствованные слова, новогреческий язык и LXX.

а) Надписи суть вырезанные, вылитые и выгравированные, выцарапанные (чем-нибудь острым) памятники языка правительственного и частного происхождения. Последние больше приближаются к народно-греческому, чем первые, где, естественно, заметнее «классический» характер. Правительственные надписи содержат главным образом тексты законов, народные определения, податные тарифы и т. п., а частные по большей части являются надгробными. Уже гуманисты начали собирать надписи, но лишь ХIХ-й век, благодаря прежде всего Corpus inscriptionum Aug. Boeckh’a, стал веком эпиграфики. Они почерпаются из всех областей, окружающих Средиземное море, бывших прежде под влиянием греческой, собственно римской культуры. Много мы их имеем, но много сокрыто пока в земле и еще больше ушло в течении веков на строительный материал, отправлено в обжигательные печи или как-нибудь иначе уничтожено. Для нас ценны прежде всего малоазийские надписи, особенно из Ефеса, Пергама, Магнезии, Приэны, Милета и др.. потом из Греции, Сирии и Египта, а доступны они для широких кругов в разных ученых собраниях их (напр., Берлинской Академии Наук). Некоторые надписи, особенно из эпохи гонений, в высшей степени важны и для церковной истории.

б) Папирусы. Растение папирус (не считая Италии, особенно же Сицилии) росло собственно лишь в Египте, и именно здесь вырабатывался из него писчий материал, который употреблялся около 3 ½ тысячелетий: древнейший доселе известный папирус восходит по времени около 2600 г. до р. Хр., а самый младший относится к моменту много после 640 г. по р. Хр. Только под горячим солнцем Египет мог сохранить изумительное количество столь древиих документов и-как это ни удивительно-даже не в архивах, и в местах для свалок и отбросов. Первый папирусный документ от 191–2 г. по р. Хр.) получен в Европе из Египта в 1778 г., и с тех пор последовательно, особенно с 1877 г., благодаря систематическим разысканиям добыты оттуда в Европу целые массы папирусов. Они содержат тексты главным образом нелитературного характера: «Правовые (юридические) документы самого наиразнообразнейщего содержания, напр., арендные и наемные договоры, счета и квитанции, брачные документы, разводные письма и завещания, приказы чиновников, объявления и штрафы, судебные протоколы, множество податных актов, потом еще письма и записки, тетради школьников, магические тексты, гороскопы, дневники и т. д. Содержание этих нелитературных памятников столь-же разнообразно, как и сама жизнь. Греческих-многие тысячи, и эти папирусы обнимают период около 1000 лет. Древнейшие восходят к раннейшим временам Птоломеев, значитк III-му столетию до р. Хр., множество их простираются уже в византийскую эпоху»27.

Из всех их, особенно же из писем, мы можем вполне видеть, как мыслил и говорил народ. Впрочем, в папирусах есть и много греческих остатков литературного свойства, даже христианского происхождения. Другим обильным источником папирусов является Геркулан (или, правильнее, Геркуланей); здесь папирусы от жары потемнели, но все-же сохранили для нас богатые сокровища 28.

в) О с т р а к и. Всякий по изучению древней греческой истории знает, что Аристид был изгнан из Афин (в 483 г.) чрез остракизм, т. е. через приговор посредством черепков. Соответственно своему имени, это были глиняные черепки, которые часто применялись в качестве писчего материала в Афинах с VI в., но распространены были и вообще, прежде всего в областях, прилегавших к Средиземному Морю с востока. И опять преимущественно почва Египта сохранила нам тысячи черепков от времени первых Птоломеев до века VIII-го с иератическими, димотическими и коптскими, с греческими и латинскими, а также с арамейскими и арабскими текстами. «Они имеют самое разнообразное содержание, заключая письма, контракты, счеты, переписные ведомости (объявления), указы, даже иногда выписки из классических авторов. В общем, и на остраках мы находим те же тексты, что на папирусах, но только-по самой природе- острактные тексты большею частью короче, чем папирусные. Но подавляющее число остраков состоит из податных квитанций»29. Это был писчий материал прежде всего для бедняков, подбиравших то, что не имело ценности для других. Впрочем, на остраках в изрядном количестве сохранились и библейские тексты. Предполагают, что последние выписывались так для целей (богослужебного) чтения или в качестве экзаменских копий со стороны бедных христиан, искавших диаконства и ради испытания обязывавшихся списать для своего епископа евангельские тексты какого-либо рода30.

г) Заимствованные слова. Всякий знает, как много в русском языке иностранных слов, которые иногда не поддаются ни малейшей русификации. Тоже было и в греческом языке, где, напр., восприняты некоторые слова из финикийского, равно целый ряд речений от разных иноязычных народов. Это в особенности пошло с тех пор, как Александр В. подчинил греческому влиянию весь Восток, т. е. когда Κοινή достигла своего полного развития. И как мы видим это прежде всего на иудейско-новоеврейском, иудейско-арамейском, христианско-сирийском, мандейском, арабском, армянском, латинском и в особенности также на коптском,– они представляют в высшей степени обильный источник касательно состояния греческого языка в то время, когда восприняты эти заимствованные слова,– по преимуществу относительно звуков (произношения), уже меньше для форм и совсем мало и слабо для синтаксиса. Если взглянуть издание коптских текстов, то всякий увидит, что они кишат греческими, «иностранными» для них словами.

д) Высокую важность для исследования «общего языка», имеет и новогреческий народный язык, язык теперешних греческих крестьян31. В его подлинном виде, этот народный язык представляет органическое развитие из описанной нами античной народной Κοινή. Насчет полезной пригодности его для вопроса о занимающем нас языке в особенности ценны труды таких ученых, как Хатцидакис (Hatzidakis) и Тумб. И действительно, в новогреческом народном языке встречаются в полном развитии такие свойства, которые в исследуемой нами Κοινή были только в зародыше, напр., смешение форм первого и второго склонений с формами третьего склонения; некоторые глагольные формы, бывшие там в стадии начинающегося разложения, в новогреческом совершенно вымерли. Впрочем,-как это ни удивительно,-новогреческий народный язык сохраняет еще остатки древних греческих диалектов, в особенности доризмы.

е) Ценным источником для Κοινή является и греческий перевод В. 3. LXX-ти. Хотя грамматическое изучение языка этого перевода только еще начинается, но уже установлено Гельбингом32, что, будучи всецело переводом, LXX написаны на языке своего времени или Κοινή. К собственно переводным особенностям у LXX-ти теснейшим образом принадлежат семитизмы, которые по Тумбу33 выступают в качестве следов чуждого языкового гения в слово-значениях, во фразеологии, в способе (строе) выражения и конструкций или даже и в самой грамматике. Прежде во всех подобных оборотах подозревали семитизмы, но в новейшее время они оказались по надписям свойственными Κοινή: так, частое повторение в В. З. и (κα) возводилось фактически к еврейской конструкции, которая повсюду предпочитает «сочинение» предположений, поставляя их рядом (паратаксис), однако это явление встречается уже у Гомера34 и, конечно потому, что он был ближе к натуральной почве языка, чем аттический литературный язык, по искусственным основаниям предпочитающий «соподчинение» предложений. Народная речь любит такие отрывочные предложения, связанные одно с другим, а учителям хорошо известно пристрастие школьников к постоянным и -особенно в библейских и всемирно-исторических рассказах35. Таким путем и еще целый ряд мнимых семитизмов отыскан был в Κοινή напр., повторение указательного местоимения в относительных предложениях после соответствующего относительного местоимения, что встречается также у Геродота и Иперида. И, вообще, многие другие особенности языка LXX-ти выясняются из Κοινή, напр., и формула клятвы εμή.

Но при всем том нельзя отрицать, что у LXX-ти действительно есть семитизмы и именно даже в области грамматики. Однако исследователи согласны признать лишь так наз. «случайные» семитизмы, которые, будучи переводными, не относятся собственно к Κοινή, как таковой36. Впрочем, и сам Тумб замечает37: «Итак, пожалуй было бы можно отрицать грамматические влияния семитических языков в живом развитии греческого языка вообще, но это, конечно, будет преувеличением для Сирии и Египта. В этих странах, несомненно, была в народной Κοινή чуждая синтаксическая окраска, хотя она доселе едва-едва открывается в наших языковых текстах. Частью это потому, что собственное свободное развитие и чуждое воздействие различить трудно (или можно только лишь в отдельных случаях), почему в констатировании чуждых оборотов выражения нужно быть особенно осторожными». В качестве основного правила следует принять: как еврейский теперешний жаргон преобладает там, где много евреев живет вместе, подобно сему и иудейско-греческий язык был особенно в таких местах, как Александрия38, Киренаика и Кипр, где жило много тысяч евреев. Вообще же, никоим образом нельзя исключать, что в греческий язык проникали семитизмы, в лексикон и грамматику39.

* * *

22

Естественно, что и внеионийские диалекты со своей стороны привнесли нечто для образования Κοινή. Тем не менее воззрения P Kratzshmer’a, яко бы последняя представляет пеструю смесь всех диалектов, не кажется состоятельным в такой резкой форме, будто «диалекты были (лишь) субстратом, на котором отложилась Κοινή – не без того, чтобы по местам не воспринять на себя их влияние».

23

Нельзя принимать, будто была совершенно однородная Κοινή. По Страбону VIII, 1,2 в разных городах говорили различно. Среди ионян должна была ходить Κοινή с ионийскою окраской, у дорян островов и в Пелопоннесе -с дорийскою, и Аттике-с аттическою. Равно Малая Азия, Сирия, в особенности наиболее точно известный с этой стороны Египет, конечно, были самостоятельными окруами Κοινή со своими особенностями в ней.

24

Dr. Robert Helbing, Grammatik der Septuagintä Laut-und Wortlehre (Göttingen 1907), S. VII. Очень много материала в Neutestamentliche Grammatik dargestellt von Prof. Dr. Ludwig Radermacher (Tübingen 1911).

25

Примечательно здесь языковое соприкосновение с чуждыми по крови финикийцами.

26

Так в апокрифическом Евангелии Петра ст. 18.

27

Prof. Adolf Deissmann, Licht vom Osten: das Neue Testament und die neuentdeckten Texte der hellenistisch-römischen Welt (Tübingen 21909, S. 19). Даты греческих папирусов определяются временем с 361 г. до р. Хр. no IX в. по р. Хр. У Дейсмана приведены и характерные для народного письма образцы. Таково, напр., письмо Антона Лонга к своей матери, Нилусе, которую он просит о прощении за свое легкомыслие; оно от II в., из Файюма, теперь в Берлинском Музее и гласит следующее (Deissmann. S. 128 – 130; см. также у Prof. George Milligan; Selections from the Greek Papyri, Cambridge 1912, p. 93 –95, и The New Testament Documents, their Origin and Early History, London 1913, p. 259–260, равно Hans Lietzmann, Griechische Papyri, Bonn 21910, S. 5): «Антоний Лонг Нилусе, своей матери, (шлет) многие приветствия! Постоянно молюсь я, чтобы ты здравствовала, Молитвы за тебя я ежедневно возношу господу Серапису. Позволяю сообщить тебе, что я не надеялся, чтобы ты пошла в митрополию. Посему и я не приходил в этот город. А идти в Каранис мне было стыдно, потому что я брожу ободранным. Пишу тебе, что я наг. Умоляю тебя, маменька, пощади (прости) меня! Ведь я знаю, что все это я сам себе навлек. Наказан я во всех отношениях. Я знаю, что согрешил. Я слышал от Постума, который встретил тебя в Арсинойском округе и не кстати рассказал все тебе (обо мне). Знаешь ли ты, что я готов бы лучше сделаться калекой, чем знать, что я должен кому-либо еще хоть обол?., умоляю тебя... умоляю тебя...» Достопримечательно найденное в Оксиринхе, теперь в Бодлеевой библиотеке в Оксфорде, письмо мальчика Феона своему отцу Феону же от II-го или III века по р. Хр. (Deissman. S. 137 ff. H. Lietzmann, S. 213–14; G. Milligan, Selections from the Greek Papyri, p. 102 – 103): «Феон Феону, своему отцу, привет! Хорошо же ты поступил: не взял меня с собою в город! Если ты не хочешь брать меня с собою в Александрию, то и я не буду писать тебе ни единого письма, не буду говорить тебе или желать здоровья, И если ты (все-таки) пойдешь в Александрию,-я не прошу твоей руки и впредь совсем не буду приветствовать. Если ты не желаешь брать меня с собою; то так и будет. И моя мать говорила Архепаю: «Он сводит меня с ума! Черт с ним!» Как ты хорошо поступил со мной: ведь ты присылаешь мне большие подарки – (сладкие) стручки (аракии)!! Они прельстили нас здесь в 12-й день, как ты отплыл. Впрочем, посылай мне, прошу тебя. Если не пришлешь, я не буду ни есть, ни пить. Так! Желаю тебе здравствовать. Тиби 18-го». Письмо от 346 г. по р. Хр., ныне в Британском Музее, служившего в Эрмуполе, в Файюме, христианского священника Каора к начальнику лагеря в Дионисиаде Флавию Авиннею касается беглого солдата (см. G. Milligan, Selections from the Greek Papyri, p. 123– 124) и до некоторой степени параллельно Павлову посланию к Филимону: «Своего владыку и возлюбленного брага Авиннея, препозита, приветствует Каор, папа (поп) Эрмупольский. Приветствую я детей твоих многих. Позволяю сообщить тебе, господин, о солдате Павле, о его бегстве, чтоб на этот единый раз дать ему прощение; я совсем не имею времени сам идти к тебе сегодня. Если он не перестанет, то опять попадет в твои руки в другой раз. Желаю тебе благополучия на многие годы, господин мой брат». Это письмо, кажется, было вручено автором раскаявшемуся дезертиру для передачи его начальнику.

28

С грамматической стороны обследованы у Crönert’a, Memoria graeca Herculanensis (1903).

29

Ad. Deissmann, Licht vom Osten, S. 229.

30

Ad. Deissmann ibid., S. 234. Вот некоторые образцы остраков. От 63 г. по р. Хр. из Фив: «Псенамуний. сын Пекизия, жрец Изиды, арендатору Пибухию, сыну Патеезия, привет! Я получил от тебя 4 драхмы и 1 обол сборов Изиды, на общественные повинности. В 9-й год Нерона Владыки. 11-го Месори». От 32–3 г. по р. Хр. из Фив квитанция сбора с иностранцев: «Памарии, сын Ермодора, Абу. Я получил от тебя сбор с иностранцев за месяцы Тоут и Фаофи 2 драхмы. В 19-й год Тиверия Кесаря Августа». А вот (фрагментарная) записка насчет пшеницы от II в. по р. Хр. из Фив: «Крисп на На... Прикажи во имя... для западной части... Вестидие Секунде, представляемой заменяющею ее Поллией Марией Младшей, два, половину, треть и четырнадцатую часть артавов пшеницы». А как важны могут быть остраки и для текстуальной критики Н. З.,– показывают опубликованные Lefebure’oм (Fragments grecs des Évangiles sur Ostraca в «Bulletin de l'Institut français d'archéologie orientale» IV, Caire 1904: cp. Ad. Deissmann в «Die Christliche Welt» XX, 1906. Sp. 19 ff.) тексты, которые содержат, прежде всего, достаточно много отрывков из Евангелия Луки. Если они и произошли лишь в VII веке по р. Хр., то все-же ими с несомненною твёрдостью удостоверяется, какие тогда тексты авторитетно ходили в Верхнем Египте, а это мы, естественно, не можем установить с такою уверенностью посредством рукописей, ибо топографическая генеалогия их часто сомнительна. Вот некоторые примеры отсюда (см. Ad. Deissmann, Licht vom Osten, S. 232). Лк. ХХII, 70–71 выписано здесь почти пунктуально по textus receptus: «И сказали все: итак Ты Сын Божий? А Он сказал им: вы говорите, что Я. Они же сказали: какое нам еще нужно свидетельство? Мы ведь сами слышали это из уст...» Десять из этих остраков могут быть расположены последовательно и, значит, принадлежат к одной серии; здесь, по преимуществу, воспроизведена история страданий Христа Спасителя.

31

Его не нужно смешивать с искусственно архаизируемым письменным (литературным) языком, представляющим возобновление древнейшего византийского литературного языка, т. е. литературной Κοινή позднейшей древности, и искусственно удерживаемым в газетах, библейских переводах и прозаической литературе.

32

Grammatik der Septuaginta (Göttingen 1907), S. Ш.

33

Griechische Sprache im Zeitaltes des Hellenismus (Strassburg 1901), S. 120.

34

Prof. K. Brugmann, Griechische Grammatik. S. 3555 ff.

35

Для примера можно привести один файюмский фрагмент от 171 г. по р. Хр. (см. у Ad. Deissmann, Licht vom Osten, S. 391): «Вчера..., когда мы по- рану возвращались около деревни Феадельфии в Фемистовом округе, на нас между Полидсвкией и Феадельфией напали какие-то злодеи и связали нас вместе с башенным сторожем и много мучили нас побоями и поранили Пасиона и отняли у нас 1 поросенка и отобрали хитон Пасиона … и...».

36

А. Thumb, Griechische Sprache, S. 122.

37

Ibid., S. 132.

38

† Prof. E. Schürer, Geschichte des jüdischen Volkes 3III, S. 21.

39

Литературу по истории греческого языка и -специально о Κοινή см. в вышеназванном переводе Штокса грамматики Робертсона (стр. 271 слл.; см новое издание: А. T. Rоbertsоn, А Grammar of the Greek New Testament in the Light of Historica Prof. 1. Research, London, Hodder and Stoughton, 1915, a о нем см. y Rev. Prof. James Moffatt The Expositor“ 1915, II, p. 183         188, что «it is a remarkable achievement, from whatever it considered»), но к показанной там (на стр. 277) литературе о заимствованных словах нужно прибавить приведенную у † Prof. K. Krumbасhеr’a (Byzantinische Literaturgeschichte, München в 31897, S. 1135 ff.), для армянского А. Thumb в «Byzantinische Zeitschrift» IX, S. 183 ff., для арамейского вообще Th. No%:ldeke, Mandäische Grammatik (Halle 1875), S. XXIX f., для коптского К. Wessely, Griechische Lehnwörter der sahidischen und boheirischen Psalmenversion в «Denkschrifte der Wiener Akademie» LIV, Heft 3 (Wien 1910).


Источник: Из журнала "Гермес" 1915 г., № 2, стр. 36-40; № 3 стр. 61 - 67; № 4, стр. 78 - 83; №5, стр. 141-146; № 7-8, стр. 160-168.

Комментарии для сайта Cackle