протоиерей Николай Малиновский

II. Творение мира видимого

§ 18 Моисеево сказание о творении мира вещественного

В Откровении учение о происхождении мира вещественного содержится в священной истории мироздания, которою начинается Писание, т. е. в бытописании Моисеевом о происхождении мира видимого (Быт.1). Бытописание это – основа всего богооткровенного учения о происхождении видимого мира. Полнее и подробнее, чем в этом бытописании, не говорится о происхождении мира ни у одного из священных писателей не только ветхого, но и нового завета; восполнение этого сказания у позднейших священных писателей состоит только в более ясном, чем у Моисея, указании на участие в деле творения всех лиц св. Троицы. И в то же время, кто бы из священных писателей ни говорил о том же предмете, каждый говорит совершенно согласно с этим бытописанием. Это же бытописание лежит в основе и всех церковных изложений догмата о Боге, как Творце мира вещественного. Отсюда, при раскрытии учения о Боге-Творце мира видимого, требуется выяснение характера и смысла этого повествования. 117

§ 19. Исторический его характер

По сказанию Моисея вселенная со всем живущим на ней получила бытие не но единому мановению воли всемогущего Творца, а чрез неоднократные творческие действия Божии. Кроме чрезвычайного начала, миротворение, до окончательного своего совершения, имело шесть чрезвычайных творческих дней. Спрашивается: представляет ли собою повествование Моисея о такой постепенности миротворения действительную историю миротворения, или это есть иносказание, в котором свободно изображается свящ. писателем возможный, или боле или мене вероятный порядок мироздания для боле наглядного выражения той мысли, что Бог есть Творец мира? Вопрос, очевидно, существенной важности, – и не только по отношению к догмату о миротворении, но и по отношению к другим догматам православной веры. 118

Еще в древности был высказываем взгляд на повествование Моисея, как на иносказание 119. Но с особенною настойчивостью стали отвергать исторический характер этого повествования в новейшие времена, – со времени возникновения протестантского рационализма (в XVIII в.) и под влиянием начавшихся в XVI и XVII веках открытий в области естествознания. Так, но мнению одних из рационалистов, сказание Моисея есть лишь только умозрительная теория происхождения вселенной (философема), – плод его богословско-философской мысли и сведений о природе; по мнению других, оно есть поэтический вымысел (эпопея) священного писателя, свободно пользовавшегося для олицетворения мысли о Боге-Творце мира несовершенными сведениями своего времени о природе, а иные относят этот рассказ к области мифов, подобных или даже заимствованных из ложных, языческих сказаний о происхождении мира (космогоний). Этими минеями отвергается и богооткровенное происхождение Моисеева повествования. Но под влиянием будто бы непримиримых с Библией данных новейшего естествознания многие даже из признающих богооткровенное происхождение этого сказания склонны сближать изложенную в оном историю шестидневного творения с рядом такого же числа пророческих видений Бытописателя, вообще же усвояют оному не буквальный, а иносказательный (аллегорический) смысл.

Но все такие мнения должно признать неосновательными. Сказание Моисея содержит изображение действительно совершившейся истории миротворения, и происходившей именно с тою постепенностью и последовательностью, какая указывается священным бытописателем.

Нельзя смотреть на Моисеево повествование как на какую-либо теории (философему), придуманную самим Моисеем для объяснения происхождения мира. Священным писателям, руководимым Духом Божиим при написании своих, произведений, не свойственно вместо истины Божией предлагать в своих писаниях собственные богословско-философские умозрения или какие-либо научные теории своего времени. Помещение таковой теории в самом начале откровения было бы особенно в противоречии с духом Библии. В нем и нет ничего похожего на богословско-философское умозрение. При глубине и высоте сообщаемых умозрительных истин, рассказ бытописателя прост, как летопись, и чужд всяких отвлеченных умозрений; в нем совершенно просто, безыскусственно возвещается о творческих действиях Божиих, без всякой примеси личных воззрений и умозаключений повествователя.

Неосновательно и то мнение, будто рассказ Моисея о миротворении есть лишь поэтически вымысел свящ. писателя (эпопея). В самом рассказе нет оснований для такого его понимания. При поэтической возвышенности в описании творческих действий Божиих и образности языка (напр. усвоение Богу слова, изображение Его дающим повеление и пр.), библейский рассказ в то же время совершенно свободен от каких-либо вымыслов фантазии. В нем нет ничего искусственного, фантастического, как то видим в древних поэмах в роде Магабараты или в песнях Гомера. В последних рассказчик обращается к воображению, стараясь пленить его яркими красками, исчислениями, образами, описаниями, наконец, искусно придуманными завязками, разрешающимися непредвиденными событиями. Между тем в кн. Бытия о происхождении мира и жизни в нем излагается совершенно просто, ясно, спокойным тоном, без всяких украшений, – так, как свойственно излагать историку, рассказывавшему (в прозе, а не в стихах) то, что ему известно, – при полной уверенности в истине сообщаемых событий, как событий действительных или исторических.

Еще менее оснований сближать библейское сказание о миротворении с мифическими космогониями языческих религий. Ни по основной мысли своей, ни по выражению ее, оно не имеет с ними ничего общего. В то время, как космогонии языческие всегда говорят или о развитии мира из Божества, или об образовании его Богом из самосущей материи и, следовательно, являются пантеистическими или дуалистическими, библейское сказание учит о происхождении мира чрез творение. Отличается библейское повествование от языческих мифологий и по своей форм. В нем нет ничего, что напоминало бы такие баснословные предания, как пребывание Брамы в золотом яйце или обрабатывание создателем Кнефом на станке горшечника членов Озирисова тела; в нем все возвышенно, духовно. Правда, в языческих сказаниях есть и черты, хотя в весьма баснословной окраске, но имеющие некоторое сходство с библейским повествованием, напр. библейская мысль о первоначальном состоянии первовещества в безобразном или в бесформенном виде, о птице, насиживающей яйцо вселенной (извращение мысли библейского выражения: Дух Божий носился над водою), о шести днях или шести раздельных творениях, и в некоторых космогониях, – даже в той самой последовательности, как и в Библии, о человеке, как последнем творении Божием, в иных – о происхождении мужа от земли, а жены от мужа, о семидневной неделе и др… 120 Но причина этого сходства не в том, что библейское сказание заимствовало из этих космогоний, а в том, что различные предания о начале мира происходят от одного истинного предания, заключенного в свящ. книгах. Откровение о творение мира дано было, без сомнения, не только пророку Божию Моисею, но и первым людям и до писания сохранялось в человеческом роде чрез предание. Некоторые отрывки этого последнего могли сохраниться и у других народов – вот причина некоторых сходных черт, встречаемых в космогониях этих последних. Сходство это, следовательно, служит не возражением против исторического характера Моисеева повествования, а напротив, – подтверждением оного.

Наконец, нет оснований принимать сказание Моисея и за пророческое видение. В его рассказе нет обычных у пророков выражений, когда они излагали свои видения: «вот видение»..., или «я открыл глаза, и узрел». И сам рассказ о творении он передает не от лица Господня (без употребления выражений: это или так говорит или сказал Господь), а от своего лица и тоном богопросвещенного историка, а не пророка.

Несостоятельность высказанных взглядов на повествование Моисея отрицательным путем ведет к убеждению, что это сказание есть истинная и действительная история творческих божественных действий. Правильность такого понимания подтверждается взглядом самого Моисея на свой рассказ, принятием оного за историю последующими священными писателями, равно и древними истолкователями оного.

Моисей смотрел на свой рассказ, как на историю. Он поместил его в самом начале своей исторической книги 121. Если вся его книга – историческая, то, конечно, также должно смотреть и на повествование о миротворении. Моисей ничем и не подает повода смотреть на оное иначе, и, если бы он передавал не историю, а свои личные предположения и воззрения на мир или ходячие предания, не имевшие права на полную достоверность, то, конечно, упомянул бы об этом или дал бы чем-либо заметить. Главное же на этом повествовании основаны законы о субботнем покое (Исх.20:8–11; 31:12–17) и о юбилейных празднествах, каковые законы не могли бы иметь обязательной силы, если бы не основаны были на исторической истине.

Как на подлинную историю миротворения смотрели на повествование Моисея и позднейшие священные писатели ветхого завета, равно и новозаветные. Это можно видеть из многочисленных их свидетельств, подтверждающих достоверность Моисеева сказания о миротворении (см. напр. Пс.32:6, 9 ср. Быт.1:2; – 148:4; ср. Быт.1:7; – 103:19; ср. Быт.1:15; – 2Кор.4:6; ср. Быт.1:3; – Евр.4:3–4; ср. Быт.2:2 и др.). Сам Спаситель на повествовании о сотворении человека (Быт.1:27 и 2:24) утверждал нерасторжимость брака, как божественного установления и порицал развод (Мф.19:4–6), а ап. Павел отсюда же выводит правила, определяющие поведение и взаимное отношение в супружестве мужа и жены (1Кор.11:3–12; Еф.5:25–33 и др.).

За историю принимали повествование Моисея и иудейские толковники (за исключением Филона), не выражая сомнение в его божественном происхождении. Такое же понимание было господствующим и в древнеотеческом учении о миротворении. Только немногие из них смотрели на него, как на иносказание, в котором несомненна лишь мысль, что Бог есть Творец всех вещей (Климента алекс., Ориген и бл. Августин). Большинство же и притом наиболее авторитетнейших и известнейших отцов и учителей церкви (Василий В., Амвросий медиол., Григорий нис., Иоанн Златоуст, – также св. Епифаний, блаж. Феодорит, Ефрем Сирин, И. Дамаскин и мн. др.) понимали сказание Моисея в буквальном смысле и сообразно с этим истолковывали оное 122. „Никто не должен думать, говорит, напр св. Ефрем Сирин, что шестидневное творение есть иносказание» 123.

Новейшие защитники мнения об иносказательном характере Моисеева повествования о миротворении против принятия оного за подлинную историю миротворения указывают преимущественно на невозможность согласить это сказание с выводами естественных наук. Древность, говорят, не обладала столь широкими и точными сведениями о природе, почему и возможно было тогда смотреть на библейский рассказ, как на чистую истину. Но открытия новейшей науки разрушают этот взгляд, почему и в сказания Моисея должно признать богооткровенною только мысль, что Бог-Творец мира, а все остальное в нем плод человеческих соображений. Нельзя признать основательным такое рассуждение. «Если Библия и природа, говорит один ученый, суть два органа откровения, если чрез ту и другую Бог говорит к человеку, если обе они суть как бы книги, написанные рукою Бога, чтобы человек читал в них истину, то не может быть противоречия между тем, что сообщает Библия и тем, чему учит природа 124». История самого естествознания показывает, что чем более оно развивается, тем более совпадает в своих выводах с откровением, подтверждая тем, что Моисеев рассказ действительная и подлинная история. В том же случае, когда, по-видимому, не оказывается согласия между ними, должно признавать неправильным или изъяснение Библии, или выводы естествознания.

Необходимо однако же помнить, что сказание Моисея не есть обыкновенное историческое повествование. Так как свидетелем творения никто из людей быть не мог, то предмета его мог быть открыть только Самим Богом. Оно есть откровение Божие. Оно дано было, без сомнения, не только пророку Моисею, но и первым людям. Путем созерцания природы и собственных умозаключений и первобытный человек не мог дойти до познания, что мир был создан в шесть дней, что седьмой день был благословлен и освящен. Посему в основе изложенной Моисеем истории шестидневного творения были и откровение Божественное, и предание.

§ 20. История сотворения мира вещественного

Излагая историю миротворения, Моисей различает два главные вида творения: творение общее, первоначальное, состоявшее в создании самого вещества мира (т. н. creatio prima) и творение частное или образовательное (creatio secunda), последовавшее за общим и состоявшее в произведении из первозданного вещества силою и премудростью Творца же различных видов творений в течение шести чрезвычайных времен, названных в бытописании «днями». Все вообще создал Живущий во веки (Сир.18:1), говорит премудрый сын Сирахов, имея в виду этот первый вид творения, а о шестидневном образовании всего чувственного мира творчески-устроительною деятельностью Бога из этого первовещества другой мудрец ветхого завета говорит: всемогущая рука Твоя создала мир из необразного вещества (ἐξ ἀμόρφου ὕλης – Прем.11:18). Такое различение обоих видов творения делали и все древние учителя церкви в своих объяснениях священной истории мироздания.

Творение общее

Священная истории мироздание, изложенная Моисеем (Быт.1:1–25), начинается указанием на первоначальное действие Божие в создании вселенной – творение Богом мирового вещества, из которого она возникла, и изображением первоначального его состояния.

Бытописатель повествует: в начале сотворил (bara) Бог (Elohim) небо (schamaim, – множ. ч. небеса) и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою (1–2 ст.). Первым творческим действием Божиим в произведении вселенной было сотворение неба и земли. Но что должно разуметь под небом и землею в бытописании? Словами небо и земля, вместе взятыми, обыкновенно обозначается в ветхозаветном Писании понятие о мире, вселенной, т. е. земля и воздушные пространства со всеми видимыми и невидимыми небесными телами (напр. Быт.2:1; Втор.4:19, 30; Неем.9:6; Пс.101:26–27 и др.), для которого в еврейском языке не существует особого слова. Но так как видимое небо и все украшение его, равно и земля со всеми населяющими ее существами, по указанию бытописания, произошли позднее, то, следовательно, под небом и землею – начальными произведениями Творца, нельзя разуметь ни надземный, – звездный мир, ни земной шар, нашу планету. Дальнейшее описание первоначального состояние земли показывает, что под «землею» бытописатель разумел не землю в собственном смысле, а находившееся первоначально в состоянии смешанности и неустроенности вещество, из которого последовало дальнейшее мирообразование. Но что должно разуметь под небом? Слова «небо, небеса», кроме значение космического – (т. е. употребление оных в Писании для обозначения неба атмосферического и астрономического), имеют в ветхом завете еще значение символическое, переносное. Под небом нередко разумеется в Писании мир горний, вышечувственный (2Кор.12:2), место пребывания Бога (Пс.67:34; 113:24: 3Цар.8:27, 30; Мф.6:9; Ин.6:38; Деян.1:11; Евр.8:1; Откр.4:2 и др.), ангелов (Пс.148:1–2; Мф.18:10; 24:36; Еф.1:20 и др.), называемых воинством небесным (3Цар.22:19–21; Пс.148:2; Иов.25:3; 15:15; Лк.2:13; Откр.19:14 и др.) и святых Божиих (4Цар.2:11; Мф.6:20; 19:21, Евр.10:31; Флп.3:20; 1Пет.1:4 и др.). Есть мнение, что в переносном смысле употреблено слово «небо» и в начал кн. Бытия, именно, под небом разумеют здесь небо небес (3Цар.8:27, 30, 39), или мир невидимый, ангельский, созданный прежде мира видимого. При этом предполагается, что из безвидной и неустроенной земли, вследствие творческого действия Божия, произошла не только наша планета, со всеми своими существами, но и все прочие мировые тела. Но понимание под первозданным небом мира ангельского не имеет решительных оснований 125. Св. И. Златоуст, имея в виду таковое, говорил: «Моисей не говорит о силах невидимых, не говорит: в начале сотворил Бог ангелов или архангелов… Сперва Бог распростирает небо, а потом подстилает землю, прежде делает кровлю, а потом основание» 126. Точно также и другие знаменитые древние истолкователи Шестоднева разумели под первозданными небом и землей все видимое мироздание, небо и землю в буквальном смысле, а не понимали слово небо в несобственном, духовном смысле 127. Такому пониманию более соответствует вся последующая история мироздания, в которой говорится частнее об образовании и устройстве как земного шара, так и небесных светил, и заключительные слова о мироздании, где опять целое, но уже устроенное творение называется небом и землею (2:1). Равно при таком понимании с большею очевидностью утверждается библейское учение о творении всего существующего, не исключая и самой материи, единственно силою и действием всемогущества Божия. Наконец, употребление переносного выражения в таком важном месте, как начало кн. Бытия, книги исторической, при прямых упоминаниях бытописателя об ангелах в других местах своих писаний, представляется и непонятным. В виду всего этого, – в соответствие с первоначальным состоянием земли и под первозданным небом правильнее разуметь такое же состояние смешанности и неустроенности первовещества мира, из которого образованы позднее творчески-устроительною деятельности Божьею все небесные тела 128. Небеса и землю, т. е. общий состав всего мира видимого Бог сотворил (bara), – произвел из ничего, и, следовательно, не было ничего ни формального, ни материального, вошедшего в состав мира, что еще прежде этого божественного дела имело бы бытие независимо от Бога. Сотворил Бог небеса и землю в начале. Словом в начале не только отрицается безначальность мира или его вечность, но и указывается, что сотворение его есть начало всякого конечного бытия и времени.

Высказавши общее положение, что первооснова, причина мира вообще заключается в Боге, повествователь в подробностях описывает лишь первобытную форму и творческое образование земли; об образовании же неба сообщает столько, сколько это необходимо для уразумения его связи с землею. Это потому, что он пишет для обитателей земли и с религиозною целью, – не для удовлетворения любопытства, а для укрепление веры в Бога-Творца мира. – Первобытное состояние земли, по изображению бытописателя, было именно таково: земля же была безвидна и пуста (евр. Tohu vabohu), и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою (2 ст.).

Такое изображение первобытного состояния земли имеет отношение и к небу, ибо из того же первовещества, из которого возникла земля, постепенно образовалось и небо. «Писание, говорит Василий В., справедливо наименовало землю неустроенною. Но то же самое можем сказать и о небе. И оно не имело еще полного образования, не получило свойственного ему украшения, потому что не освещалось луною и солнцем, не венчалось сонмами звезд. Всего этого еще не было; а потому не погрешим против истины, если и небо назовем неустроенным» 129.

Возникшая первоначальная земля (собственно всемирное вещество) была – безвидна и пуста (евр. tohu vabohu), 130 т. е. была безобразною, пустою, безжизненною массою; слово: безвидна или необразована указывает на ее бесформенность, слово пуста на бессодержательность, на отсутствие в первозданном веществе каких-либо определенных предметов. Первоначальное вещество таким образом было едва возвышающимся над ничтожеством, чуждым всякого определенного устройства, не имело ни одного из тех признаков и качеств, с какими оно явилось впоследствии, по завершении творения. Такое первое состояние вещей именуется далее бездною (евр. tehom – пространство воды, изумляющее своею глубиною или обширностью) или как бы безграничным морем, а так же водами, чем показывается, что вещество всего мира, непосредственно после сотворения, представляло собою неупорядоченную, – рассеянную в необозримом, как океан, пространстве несплоченную или жидкую смесь тех элементов, из которых впоследствии были образованы определенные предметы, (по определению митр. Филарета в Зап. на кн. Бытия «из известных родов тел мировое первовещество наиболее приближалось к свойству жидких тел»). Вся эта неустроенная, пустая масса, эта бездна или изумляющая пустота находилась в совершенной тьме, так как света еще не существовало. Однако такое состояние первовещества – tohu vabohu – не означает того же, что и самобытный хаос языческих мифологий и космогоний, из которого сама собою происходит жизнь, или что первовещество находилось в хаотическом нестроении, беспорядке, в котором происходила беспорядочная борьба стихий 131. Первое состояние вещей лишь сравнительно с предстоявшим ему усовершением, и при том для человеческого созерцания, есть tohu vabohu, но оно было запечатленным от Духа Божия, следовательно, стройным: и Дух Божий (Ruach Elohim) – Божественный зиждительный Дух, начало всякой жизни (Пс.103:30; 32:6), третье лицо св. Троицы, 132 носился над водою, т. е. над безобразною, безжизненною массою. Слово носился (merachephet) в переводах с подлинного текста, по объяснению св. Василия Великого, употреблено вместо слова «согревал, оживотворял» по подобию птицы, насиживающей яйца и сообщающей нагреваемому живительную силу 133. Таким образом, Дух Божий носился над безобразною и безжизненною массою (парил над водами), чтобы вдохнуть в нее жизненные силы, предуготовить те формы жизни, которые имели быть вызваны к бытию последующим творческим словом. Воздействие Духа Божия на первобытное всемировое вещество могло также состоять в том, что Он влиял на оное разделяющим образом, подготовляя его к имевшему возникнуть из него разнообразию, отделяя в нем разнородное и объединяя однородное, и вообще способствовал деятельности тех естественных сил и законов, по которым должно было совершаться самое образование и развитие созидаемого Богом творения.

С этого времени творение не есть только мертвое вещество: оно наделено жизнью от Духа животворящего, в меру, угодную Творцу, стало природою, существом, жизнью (natura). 134 Посему-то Писание и указывает, что дальнейшее творчество Слова Божия изрекает и изводит жизнь, как бы сокрытую уже в самих небе и земле: да произрастит земля..., да произведет вода и т. д., хотя и дает понять, что первосотворенный зачаток вселенной не мог сам собою пройти все предназначенный ему ступени без творческого да будет.

Творение частное

Творение частное или образовательное состояло в произведении Богом из первозданного мирового вещества действием Его всемогущего слова, по предначертанному творческому плану и целям разнообразных частных видов творения, и вообще в устроении видимого мира в постепенности шести творческих дней.

Первый день. (3–5 ст.) – Начало творческой седмицы или первому дню мира положено созданием света. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет (евр. or), или, как говорит апостол, свет воссиял из тьмы бездны (2Кор.4:6). Под светом, первым произведением Божественного слова, разумеется световое вещество или материя, отличная от носителей света, светящих тел, созданных позднее. Свет первым был вызван из первозданного вещества и отделен от него, как первое обнаружение жизненных сил, вложенных в оное Божественным Духом. И это потому, что свет и соединенная с ним теплота (евр. or совмещает в себе именно два значения – света и теплоты) есть первое, главнейшее условие органической жизни в мире: без света и соединенной с ним теплоты не может развиваться ни растительная, ни животная жизнь, и для неорганических соединений влияние света в большинстве случаев необходимо. – Родство и связь между явлениями света и теплоты видит и естествознание. Естествознанием признается, что теплота и свет вызываются движением частей вещества и представляют собою, так сказать, вид движения. Вообще в науке установлено, что без движения не может быть ни теплоты, ни света. Конечно, теплота и свет могут возбуждаться еще химическими и другими процессами, но и тут дело сводится к особым формам движения же. Это может несколько уяснять для нас и сущность творчества Божия в первый день мира. Слова Творца: да будет свет можно понимать именно так, что Господь премудро-всемогущим словом Своим сперва привел в состояние движения первовещество, само по себе, без постороннего толчка, не способное прийти в движение, а за тем и чрез то возбудил в нем, вместе с теплотой и другими явлениями, свет. Таким образом, Бог является сначала Творцом инертной материи (которая сама по себе не способна выйти из состояние покоя), а затем и ее Перводвижителем. – То, о чем говорит наука и что предполагали многие философы, оказывается истиною с библейской точки зрения.

С созданием света и отделением его от тьмы, Творец установил твердый закон для постоянной смены света и тьмы, для разграничение между днем и ночью и вместе определил навсегда их значение и назначение в ряду других созданий мира.

Второй день. (6–8 ст.). – Во второй день по творческому повелению Божию явилась твердь – евр. rakia – посреди воды. 135 Евр. слово rakia (от глагола raka – растягивать, распространять) значит протяжение, растяжение воздушного пространства, которое, как атмосфера, окружает, подобно шатру (Пс.103:2) или прозрачному покрывалу (Ис.40:22), земной шар и отделяет его от прочих тел вселенной, – то же, что ныне обозначается неопределенным выражением небо, небесный свод. 136 Сотворением тверди положено разделение между водами, которые под твердью, и между водами, которые над твердью. «Можно думать, что Бытописатель водами здесь назвал то, что и прежде назвал тем же именем, и также бездною, т. е. первозданное неустроенное вещество, с тем различием, что сие неустроенное вещество, по сотворении света, сделалось частью прозрачным» (митр. Филарет). В таком случае дело творения во второй день можно представлять так: в неизмеримо громадной, не имевшей определенного очертания, массе первозданного вещества совершилось разделение на части, т. е. на тела неба и земли с положением или утверждением пределов или пространственных границ между частями разделенного целого вселенной или всемирного первовещества, – пределов, их же не прейдут (Пс.103:9 сн. 148:5–6), следовательно, положение пределов и самому делению мирового первовещества на тела неба и земли, равно и утверждению их путей, по слову: Ты указал звездам их путь; пространство, образовавшееся между частями разделенного целого, стало их твердью, твердью в том смысле, что в этом пространстве и, как бы вследствие присущего самой тверди свойства – давать твердость и прочность образованиям небесных и земных тел, начавшая образовываться мировые тела действительно получили по творческому действию Божию твердость и прочность на все время бытия своего, такое благоустроение хода своей жизни, что не могут ни столкнуться, ни мешать друг другу в своих движениях (в этом смысле небо или воздушное пространство для каждой части вод действительно есть στερέωμα или firmamentum). – С признанием, что, по творческому повелению да будет твердь посреде воды, стало совершаться образование мировых тел, должно думать, что во второй день получила отдельное существование в определенном очертании и объеме, с окружающею ее атмосферою и наша планета земля; но она все еще есть воды под небесами или под твердью, как и другие тела – воды над твердью (сн. 2Пет.3:5: Ср. 10 и 16 ст.).

Третий день (9–13 ст.). В третий день, по премудро-всемогущему слову Творца, произошло разделение или расчленение неопределенного доселе целого земного тела на воду и сушу (подробнее изъяснено в Пс.103:6–10) и возникла первая жизнь на суше – растительная. И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. Как произошло собрание в известные вместилища земных вод и возникновение суши, бытописание не сообщает нам, так как оно вообще не описывает процессов того, что совершалось. Можно представлять творческое действие третьего дня предположительно так. Над земным телом была уже очищенная от паров атмосфера, но сама земля все еще была водами. По творческому повелению, – сгустившееся и постепенно охлаждавшееся вещество в одних местах поднималось, в других опускалось; возвышенные места обнажались от воды, делались сушею, а углубление и впадины наполнялись сливавшеюся в них водою и образовывали из себя моря (Пс.23:2). Земля и море суть две составные части земного шара и с их разделением вполне было закончено его образование. Указывая на образование земли в третий день, Моисей умалчивает о том, совершалось ли совместно и одновременно с образованием нашей планеты и образование других мировых тел. Но в виду того, что в описании второго и четвертого дня является действие Творца в целом мироздании и что земля составляет малейшую часть сего целого, «можно полагать, что творческое действование в третей день не ограничивалось одною землею, но что и прочие однородные с нею тела небесного пространства подучили в этот день более определенное образование, им свойственное» (митр. Филарет).

С появлением суши стала возможною жизнь растений. Другие условия для существования растительного царства уже были (свет и теплота, воздух, влажность). Вторым творческим действием третьего дня и было создание растительного царства. Произвести растения Бог повелевает земле: да произрастит земля зелень (в ц.-слав. Библии – былие), траву, сеющую семя дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так. Не следует однако предполагает здесь явление т. н. самозарождения. Сама из себя, без всяких семян и своими естественными силами, почва не может производить никаких растений, даже самых несложных. Точные опыты разрушили предположения, поспешно сделанный некоторыми естествоведами на основании неверно понятых фактов, будто первоначальное происхождение растительной жизни совершилось из земли путем т. н. самозарождения. Между природой мертвой (минералы, камни) и между природой органической, живой и воспроизводящей – такая бездна, которую без творчества перешагнуть невозможно. Растение могли явиться и действительно произросли только по творческому велению Божию. Творец повелевает земле произвести растения, а не просто повелевает им быть потому, что начала происхождения их им же Самим были вложены в ее матернем недре (можно думать, действием Духа Божия, носившегося над первозданною бездною), а также потому, что земля предназначена была им местом произрастания и источником питания. Земля по творческому повелению Божию произрастила: зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерева, приносящие плод, в котором семя их по роду их. 137 Эти три класса обнимают все виды растительного царства. Замечательно при этом перечисление новосотворенных видов растительного царства – сначала простейших видов, а затем и более сложных и совершенных. Можно думать, что последовательность в описании указывает и на последовательность самого творения видов растительного царства, т.е., что появление простейших видов растительного царства предшествовало появлению более сложных и совершенных. Но несогласным с Библией было бы представлять дело так, что более сложные и совершенные виды растительного царства появились не сразу, но путем постепенного развития или перехода (в миллионы лет) простейших форм в более сложные. Растения сотворены были по роду их, т. е. в разнообразных определенных формах.

Четвертый день (14–19 ст.). После того, как земля оделась растениями и сделалась готовой для обитания на ней живых существ, в четвертый день были сотворены солнце, луна и звезды, – небесные тела, которые должны были воспринять первозданный свет и так упорядочить его влияние на землю, чтобы в силу его действия могли существовать и правильно развиваться живые создания в воде, воздухе и на суше. Творческое повеление о бытии этих тел изображается словами: да будут светила (евр. maor) на тверди небесной. Это выражение указывает не на первоначальное творение, т. е. из ничего, а как и выражения: да будет свет..., да соберется вода..., на творческое образование предметов. Основная материя не только для земли, но и для неба и небесных тел создана была в начале (небеса и воды над твердью); образование небесных тел, можно думать, совершалось одновременно с образованием земли и в том же последовательном порядке. В четвертый же день лишь закончено творческое образование этих тел, подобно тому, как в третий день закончено творческое образование нашей планеты. Вместе со своим полным образованием они стали с четвертого дня по особому творческому повелению светилами для земли – носителями первозданного света, его возбудителями или орудиями (таково именно значение евр. maor в отличие от or света первозданного), чем до этого времени они не были, – одни стали т. н. самосветящими телами (солнце и неподвижные звезды), другие – сияющими заимствованным светом (напр. луна и прочие планеты или – т. н. темные тела). «Действие, которым произведены светила, по всей вероятности, есть сосредоточение в определенных местах и совершеннейшее образование первозданного света, с утверждением для сих органов его постоянных законов и круга деятельности» (митр. Филарет) 138.

Явившись возбудителями света, светила небесные по отношению к земле получили следующее назначение. Они должны: 1) служить для отделение дня от ночи (ст. 14) или света от тьмы (18 ст.), т. е. определять на будущее время различие между днем и ночью, возникшее еще при сотворении света; 2) служить знамениями для земли отчасти в качестве провозвестников необыкновенных событий (напр. Мф.2:2; Лк.21:25) и судов Божиих (Ин.3:15–16; Иер.10:2; Мф.24:29), отчасти в качеств признаков для распознавания стран неба и предугадывания погоды; 3) определять постоянные времена года – естественные, гражданские и священные; 4) способствовать счислению дней и годов; 5) быть светильниками для земли, т. е. изливать на нее днем и ночью в потребной мере свет, столь необходимый для развития жизни земных созданий. Указывая на одно только назначение светил – именно служить для земли и ее обитателей, бытописание не отвергает, что небесные тела по своим взаимным отношениям во вселенной, как и каждое само по себе, имеют другие назначения в Божием творении. Умалчивается же об этом без сомнение потому, что сами по себе астрономические и физические познания не помогают человеку в деле богоугождения. В этом же, без сомнения, причина и того, что бытописатель с большею подробностью и раздельностью говорит о солнце и луне, светилах, имеющих ближайшее отношение к земле и ее обитателям, а все бесчисленное множество неизмеримо великих и отдаленных от нас прочих мировых тел обозначил общим наименованием звезд. Что касается наименования солнца и луны светилами великими, по сравнению с которыми звезды являются светилами малыми, то так оные названы не по их сравнительной со звездами величине, а по их видимой с земли величине и по степени влияния их на земные вещи.

Пятый день (20–23 ст.). В пятый день было положено начало творению царства животных: сначала были созданы обитатели вод, а потом в тот же день и обитатели воздуха.

При создании обитателей вод, Бог сказал: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую. Выражение: да произведет вода (евр. Ieschrezu – значить собственно: да закишат) не имеет такого смысла, чтобы животные, живущие в воде, были порождением этой стихии, хотя, конечно, они образованы из стихий земных (а не из одной воды). Оно значить только: да наполнится вода живыми существами, способными жить в ней, но не действием сообщенных веществу сил, а действием творческого повеление Божия 139. С образованием животных, в природу вводится новое, высшее начало жизни, являются одушевленные, произвольно движущиеся и чувствующие существа. А живое начало, душу животных (евр. nephesch), сама материя произвести не могла. И бытописатель прямо указывает, что происхождение обитателей вод (а также и обитателей воздуха) было делом творения Божия: и сотворил (bara, – глагол, употребляемый только там, где указывается на творение в собственною, смысле) Бог (прямое отрицание мысли о способности материи производить жизнь) рыб больших (евр. taninim – большие, морские чудовища, что применимо как к рыбам большего размера, так и к чудовищным ящерам, саврам и пр.) и всяку душу животных пресмыкающихся (евр. scherez – пресмыкающихся или многородящихся, от scharaz – ползать, копошиться, кишеть, обнимает собою всех водных животных, – от величайших до самых малых), которых произвела вода, по роду их. 140

К пятому дню относится творение и обитателей воздуха. Божие воззвание о бытии их выражено словами: и птицы да полетят над землею по тверди небесной. «По ближайшему же приложению слов Моисея, Божие воззвание, объясняет преосв. митр. Филарет, гласит так: и летающее (следовательно, не только птицы, но и насекомые) да летает по земли по тверди небесней». 141 Сотворил (bara) Бог обитателей воздуха по роду их. По одной паре каждого вида животных или по несколько было создано, бытописание не говорит; но слова, что вода должна быть переполнена живыми существами, дает понять, что были сотворены не только разнообразные роды и виды животных, но и великое множество животных каждой породы.

Новосозданных животных пятого дня благословил Бог, говоря; плодитесь и размножайтесь. Своим благословением Бог как бы обратил в собственность их ту силу, чрез которую они получили свое бытие, т. е. сообщил им способность продолжать род и увеличиваться в числе.

Шестой день (24 25 ст.). В шестой день получили бытие животные земные и человек – венец земных тварей. Как в предыдущей день творческое слово (зиждительно) обращалось к многородящим водам, так теперь оно обращается к земле, повелевая произвести животных живых по роду их: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. Выражение: да произведет земля не заключает в себе того смысла, что будто земля должна произвести живые существа при помощи присущих ей сил. «Когда сказал Бог: да произведет земля, – замечает св. Василий В., – это не значит, что земля износит уже находившееся в ней, но давший повеление даровал земле и силу извести». Творец животных есть Бог, Который образовал их из земли (2:19), как и людей (2:7). Созданных из земли (т. е. из земных стихий) земных животных бытописание разделяет на три класса: это, во первых, скот (евр. behema) – четвероногие животные, наиболее способные к приручению, которые, будучи приручены, называются домашними; во вторых, гады (евр. remes) земли – собственно ползающие – все малые животные, двигающиеся без ног или с помощью ног едва приметных (напр. черви, бескрылые насекомые); в третьих, звери земные (евр. haija haarez – звери скитающееся), т. е. дикие, на воле живущие животные. Этими классами обнимаются все виды земных животных. Созданы (евр. asah) они были по роду их и также получили благословение размножаться, хотя бытописатель о сем и умолчал.

Такова библейская история создания мира видимого. Из этой истории сами собою открываются следующие общие догматические положения.

I. Небо и земля и все воинство их, иначе – весь вещественный мир со всем живущим на нем обязан Творцу не только бытием своим, но и частным образованием и совершенством своим. Бог есть Творец основных стихий мира вещественного – первовещества мирового. Он же есть Создатель и Устроитель и величественного и благоукрашенного мира (космоса) из первозданной материи; переход первобытного вещества из состояния безвидного и пустого на степень благоустроенного и благоукрашенного мира не мог совершиться сам собою, путем т. н. естественного развития из зародыша, только в начале творчески положенного. Явился мир во всех своих частях величественным органом славы Божией вследствие премудрого действования творческой силы Божией. Самые силы и законы, целесообразно действующие в мире, дарованы миру творческою волею Премудрого Творца. Действием творчества же Божия получили бытие и совершенства природы все существа, живущие в воде, воздухе и на суше, каждое по роду своему.

II. Мир создан не мгновенно, не единократным творческим действием Божиим, но, кроме создания в начале небес и земли, полное образование его совершилось в течение шести дней. Какие это дни, обыкновенные ли или какие-либо особые времена, которых продолжительность только Богу известна, а от нас сокрыта, то и другое одинаково мыслимо при понятии о мироздании, как творческом действии Божием. Но «дни творения показывают истинный порядок непосредственных действий творческой силы, совершившихся в определенное время». 142 Следовательно, мир не вечен, а получил бытие и устройство во времени. С началом миротворения, получило начало и самое время, как нечто измеряемое.

III. Порядок миротворения состоял в постепенном восхождении от общего к более и более частному, от простейшего к более и более сложному, от низших степеней жизни к высшим, вообще – от Менее совершенного к более и более совершенному, причем каждое звено в цепи созданий Божиих является приготовлением к высшему и в высшем имеет ближайшую цель Свою. Во всей же истории мироздания нельзя не видеть приготовления к созданию такого существа на земле, которое могло бы понимать чудеса творения Божия и разумно пользоваться сотворенным, т. е. человека, поставленного царем природы, сотворением которого и завершилось творчество Божие.

Участие естественных сил природы в истории мирообразования, как орудий воли Божией. В библейском сказании о шестидневном творении ясно утверждается истина о многообразном творческом действовании Божием в истории происхождения мира. Но допускает или совершенно исключает Библия т. н. естественное развитие или участие естественных сил природы в образовании мира из зародыша, в начале творчески положенного? Правильнее отвечать на этот вопрос утвердительно, т. е. что в истории мирообразования принимали участие, как орудия воли Божией и естественные силы природы, Самим же Творцом созданные, хотя второстепенное, очень ограниченное и условное. Это можно выводить уже из самой постепенности миротворения. Бог, как существо всемогущее, мог сотворить мир в одно мгновение; однако Ему угодно было сотворить мир в пределах определенного времени. Ибо слово Божие говорит сначала о сотворении неба и земли (продолжительность времени от создания всемирового вещества до первого дня мира в Библии не определяется), а потом и о шести днях творения. Чем объяснить такую постепенность во времени творения? Для мысли человеческой вопрос всего понятнее разрешается тем, что, при действие творческой силы Божией, в образовании мира действовали и те силы, которые Бог вложил в материю при ее творении, конечно, управляемые Им в их действовании. Основания для такого предположения даются и в самом Бытописании. В начале сотворил Бог небо и землю – этим решительно указывается, что первое начало мира положено творчески; но, с другой стороны, дается разуметь, что раз положенное начало есть уже начало мира, начало природы, существо живущего и носящего в себе семена жизни. Библия ясно говорит, что, после творчески положенного зачатка мира и оживления его Духом Божиим, всемогущее слово Божие извлекает различные создания уже не из ничтожества, но из самих неба и земли. Такие выражения Писания, как: да будет свет – (что по изъяснение апостола значит, что свету было повелено воссиять из тьмы, т. е. из тьмы бездны, или из тьмы вод), да будет твердь посреди вод, да явится суша и особенно – да произрастит земля зелень, траву…, да пороизведет вода пресмыкающихся…, да произведет земля душу живую…, ясно предполагают мысль и о естественном развитии или раскрытии сокровенной жизни сговоренного по творческому глаголу. Что касается того, в каком отношении находились между собой творческий и естественный (или космогонический) деятели в истории мироздание, то, основываясь на откровении, следует представлять дело так. Было чрезвычайным делом Божественного творчества не только произведение первовещества, но и каждая из шести ступеней миротворения. Сама материя (mater) не могла произвести ничего из себя одной; каждой новой ступени развития предшествовало новое творческое да будет. С наступлением ее устанавливался процесс естественного развития (законы) для каждой области жизни мира по роду ее; природа с ее силами и устанавливающимися законами являлась орудием в исполнении творческих определений Божиих. Такому пониманию соответствует и образ выражений Моисеева сказания, напр: да произрастит земля…, и произвела земля зелень, траву…, или: да произведет земля душу живую…, и стало так и др.

Но в так называемом естественном ходе развитая, не управляемом высшею силою, нельзя полагать предала развитию одного и того же порядка жизни, а необходимо предполагать возможность слепого развития до бесконечности, появление без конца новых форм бытия, из которых последующие уничтожали бы предыдущие. Необходимо, стало быть, признание, что при творении каждая ступень его и заканчивалась творчески; иначе, что Бог творчески полагал и пределы развитию. 143 Дело творения для каждой ступени бытия и завершалось, по Библии, именно окончательным установлением дальнейшего естественного самодействования известной области жизни, что выражается в творческом определении к продолжению жизни уже чрез рождение. Плодитесь и размножайтесь и наполняйте воды, – воздух, – землю – вот завершение творения, полнота естественного развития. С установлением предела естественного развития, или законов дальнейшей жизни для одной ступени бытия, начиналось создание высшей ступени. Таким образом, творческая воля Божия начинала и оканчивала каждый день творения, а в средине образования участвовали силы и законы природы, управляемые однако промыслительною волею Божьею, – Подробного описания их действия в Библии нет. Очевидно, Библия представляет самим людям изучать книгу природы и выяснять и определять их действие в истории мирообразования, конечно, на почве библейской.

Итак, согласно слову и духу библейского сказания, можно утверждать, что история творения слагается из действий творчества Божия и действий естественных сил природы, исполнявших творческое слово Божие, иначе, – творение мира есть вместе с тем развитие мира, космогония. Заблуждение древнего и нового языческого миросозерцания заключается не в том, что то и другое, – одно в вымыслах фантазии, другое – на основании естественно-научного исследования, говорят о мироразвитии (космогонии), а в том, что и знают только развитие, не зная творения.

Дни творения. – Полное образование мира из первозданных неба и земли совершилось в течение шести дней. Что должно разуметь под днями творения, дни ли, равные нашим обыкновенным суткам (24 часа), иди же под этими днями можно разуметь какие-либо особые, боле продолжительным времена? Ни в символе нашей веры, ни в соборных вероопределениях, принятых всею церковью, вопрос о продолжительности дней творения не решен в догматическом смысле. Церковь благоговеет пред великою тайною шестидневного творения; ею допускается свобода частных богословских мнений по этому предмету. Посему еще в древней церкви были высказываемы неодинаковые мнения о днях творения. Преобладающим у отцов и учителей древней церкви было понимание этих дней в буквальном смысл, но некоторые (представители александрийской школы – Климент, Ориген, Афанасий В., также Августин, Прокопий Газский) принимали слово „день» в сказании Моисея за выражение иносказательное, метафорическое (однако не в смысле указания на геологические эпохи, ибо геология тогда вовсе не существовала). Весьма замечательно, что после IV века было много соборов, но и последнее мнение церковью не было осуждено. Неодинаково понимаются дни творения и в новейшее время. Одни разумеют под ними обыкновенные, астрономические дни, другие – дни особенные и единственные, дни всемировые, Господни или пророческие, вообще – более или мене продолжительные времена (века). Возможность понимание дней творения в смысле веков обосновывают на некоторых библейских данных; однако это понимание находится в некоторого связи и с утверждениями астрономии и геологии, что на образование мира требовались продолжительные времена. Но, конечно, раскрывается в богословии мысль о продолжительности творческих дней согласно со свидетельством откровения о постоянных проявлениях всемогущества Божия в истории мирообразования и, следовательно, является совершенно в ином виде, чем в геологических и астрономических теориях о самообразовании мира. Здравой вере в Бога, требующей исповедание Бога Творцом всяческих, в таком своем виде это мнение, очевидно, не противоречит, и догмат о творении не превращается в учение о самообразовании мира. А между тем, с точки зрения защитников этого мнения, чрез принятие дней творения за продолжительный времена для разума облегчается уразумение одной из тайн веры, а у вольномыслия отнимается один из поводов нападать на веру и таким образом достигается соглашение между верою и разумом, наукой и откровением. Осуждать или признавать за явную ересь это мнение, когда оно церковью не было осуждено, было бы, конечно, несправедливо, однако относиться к оному надлежит с осторожностью. Творение, как дело всемогущего Бога, есть глубокая тайна, которую только верою познаем (Евр.11:3), в особенности в условиях настоящей жизни, когда ходим верою, а не видением (2Кор.5:7). Относящиеся сюда подробности едва ли даже могут быть разъяснены. Посему едва ли возможно дать прямой и решительный ответ, что именно следует разуметь под днями творения – обыкновенные ли дни, или какие-либо особые, более продолжительный времена. 144 Если что и возможно в этом отношении, то лишь предположения и гадания. Утверждение, что дни творения – необычайно продолжительные времена, то же, что многомиллионные эпохи, воображаемые натуралистами, допускающими саморазвитие мира, конечно, должно быть отвергнуто. При чудодейственных проявлениях всемогущества Божия в истории мирообразования в короткое время легко могли совершаться такие события в природе, для которых ныне требуется весьма долгое время. Однако нет решительных и непререкаемо твердых оснований утверждать, что дни творения вполне соответствовали нашим суткам и обнимали именно 24 часа времени, не более и не менее. А потому достаточно согласиться, не вдаваясь в какие-либо соображения, с замечанием отечественного богослова (митр. Филарета), что „дни творения показывают истинный порядок непосредственных действий Творческой силы (следовательно, не суть только идеи творения), совершившихся в определенное время», а день творения принять „за некоторое известное время», «ибо день у евреев приемлется в пространнейшем знаменовании за некоторое известное время (Ис.2:12, 17, 20)», 145 продолжительность которого только Богу известна и Его волею была определена, от нас же совершенно сокрыта, однако за время более или менее краткое, а не за громадные периоды времени.

§ 21. Отношение священной истории мироздания к показаниям о происхождении мира наук естественных

К священной истории мироздания весьма близкое отношение имеют науки, занимающиеся исследованием устройства земли и тел небесных и того, что в них и на них находится (астрономия, геология, биология, палеонтология и др.). Со стороны этих наук делалось и делается на одну страницу Моисеева сказания множество самых разнообразных возражений; в нем усматривают и противоречия выводам опытной науки, и внутренние несообразности. С одной стороны важность учения о миротворении, с которым тесно связано и учение о Боге, и учение о всем домостроительства спасения, а с другой – то значение, какое приобрели своими исследованиями и открытиями в доступной им области эти науки, делают необходимым рассмотрение вопроса об отношении священной истории мироздания к показаниям о происхождении мира наук естественных. 146

Невозможность действительного противоречия между Библией и наукой. Согласие между ними в главном и существенном по вопросу о происхождении мира. – Мысль о возможности противоречия между Библией и естествознанием – мысль ложная в самой своей основе. Бог, будучи одинаково Виновником как откровения, так и природы, не мог противоречить Сам Себе и писать на страницах Библии противное тому, что Он написал в великой книге вселенной. Пользуясь светом разума, науки не могут достигнуть точных заключений, которые были бы противны учению откровения, а посему не может быть и действительного противоречия между Библией и естествознанием. В том же случае, когда они, по-видимому, противоречат друг другу, то это противоречие или несогласие между ними всегда оказывается мнимым, происходящим от того, что неправильно читают или Библию, или книгу природы, или обе эти книги. При чтении и понимании Библии утверждающее существование непримиримых разногласий между откровением и естествознанием большею частью упускают из виду следующее. 1) Хотя слово Божие ни в каком отношение не может говорить вопреки истине, но не имеет задачею и разъяснять нам естественно-научные вопросы, учить нас, напр. астрономии, теологии, физике, вообще естествознанию. Всякое такое познание есть дело ума и труда самих людей. Бог посылает Свой свет для людей только туда, куда, без Него глаз человека и труд его достигнуть не могут, а должны бы. Посему откровение сообщает только то, что необходимо для спасения; прочего касается настолько, насколько это связано с главным предметом его учения. Все это приложимо и к Моисееву сказанию о миротворении. Посему и при сопоставлениях оного с естественнонаучными теориями о происхождении мира необходимо иметь в виду, что это сказание представляет не более, как только общий и сжатый очерк, а не полную космогонию или геогонию; многое могло быть в нем опущено или недосказано, могли быть указаны только главные или первоначальные процессы в истории мирообразования и в тоже время могло быть умолчано относительно процессов подчиненных и низших, или только подготовительных. Отсюда, – если чего и можно требовать от него при сравнениях с выводами естественных наук, то лишь того, чтобы оно совпадало с ними в главном и существенном и не стояло в противоречии с частными заключениями тех же наук, отличающимися характером полной достоверности. 2) Забывают, далее, часто и то, что библейское бытописание, как и вообще священные писатели, когда говорит о предметах только соприкосновенных с главным предметом откровения – учением о спасении человека, говорит в подобных случаях языком своего времени и приспособительно к понятиям и воззрениям людей своего времени (если в оных нет собственно заблуждения, а есть только ограниченность), но не языком точных научных исследований, известных в настоящее время. 3) Наконец, при сопоставлениях библейского учения с научным за положительное учение откровения нередко выдают толкования Библии – свое или чужое, упуская из виду, что оно может иметь характер только вероятности, но никак не очевидности, исключающей всякое сомнение. С другой стороны, и по отношению к естествознанию забывают, что 1) суждения о согласии или несогласии естествознания с откровением должны быть основываемы на сравнении с учением Библии только достоверных и бесспорных положений науки, а не гадательных, вероятных предположений (гипотез), 2) что область исследованного наукою ничтожна сравнительно с областью неисследованного и даже совсем недоступного для исследований, почему наука далека еще от того, чтобы сказать свое последнее слово, и что, следовательно, решительные заключения об отношении Библии к естествознанию должны быть делаемы с особенною осторожностью, а по многим вопросам они были бы и преждевременными, – и наконец, 3) что область его исследований – наличная действительность мира и лишь в этой области возможны точные заключения, а первичные причины явлений – начало бытия, творение, – лежат вне и выше человеческого наблюдения. 147 Естествоиспытатель может иметь относительно их свои взгляды и убеждения, но он имеет их не как естествоиспытатель, а как философ или последователь той или другой религии, Если бы все эти столь естественные требования научного беспристрастия имелись в виду при сопоставлениях библейского учения о происхождении мира со свидетельствами опытных наук, то, без сомнения, усматривали бы более согласия, чем разногласия между Библией и наукой, да и самые эти разногласия не казались бы столь решительными и непримиримыми ни теперь, ни в будущем, В действительности в таком именно отношении и находятся между собою свидетельства Библии и естествознания о происхождении мира.

Что действительно в главном и существенном священная история мироздания не только не стоит в противоречии с учением естествознания, а, напротив, подтверждается и разъясняется им, это можно признать достаточно твердо установленным. Так, естествознанием признается, что мир не был от начала таким, каким видим его теперь, что образование его совершалось постепенно и имеет свою историю, откуда следует, что он существует не от вечности, а появился во времени. 148 Это же утверждает и Библия. Далее, по научным предположениям, ныне вообще принятым, все элементы вещества, входящие в состав мировых тел, первоначально были рассеяны в пространстве вселенной и не имели определенной формы, были в газообразном состоянии; химический состав тел небесных (как это доказывают особенно посредством т. н. спектрального анализа) и земных, образовавшихся из безобразной массы вещества, в сущности один и тот же, но только находится в различных сочетаниях и состояниях. Такое предположение, очевидно, находится также в полном согласии с библейским учением о сотворении в начале всемирового вещества, безобразном состоянии (tohu vabohu) и образовании из него небесных тел и земли. – Мир, по учении новейшей астрономии, представляет собою совокупность систем (бесчисленного множества их), частью подобных нашей солнечной системе, частью состоящих из двойных или же скученных звезд и туманностей (миллионов звезд или солнц и систем их), – систем, с математическою правильностью расположенных в пространстве и движущихся, по-видимому, около одного общего центра. 149 И это учение естествознания тоже не стоит ни в каком противоречии с библейским учением. Астрономии Библия и не учит, астрономические же открытия при посредстве усовершенствованных испытательных орудий неисчислимо великого множества небесных тел являются лишь разъяснением библейской мысли о неисчислимости звезд небесных (Быт.15:5; 22:17). 150 О способе образования небесных миров в астрономии нет столь твердо установившегося учета, которое бы не имело против себя весьма существенных возражений с естественнонаучной точки зрения. Это и понятно, ибо по отношению к этому вопросу возможны лишь гадания, изменяющиеся в зависимости от успехов самого естествознания. До последнего времени наиболее правдоподобно объясняющею образование небесных систем казалась т. н. канто-лапласова гипотеза. В настоящее время, в виду новых данных естествознания, эта гипотеза признается требующею дополнений и поправок. Однако существенно новой теории образования мировых тел доселе нет, а появившиеся новые опыты построения естественной космогонии (Фая, Лигонде и др.) имеют в основе канто-лапласову гипотезу. 151 При таком положении в естествознание вопроса о способе образования небесных систем, само собою понятно, что и по этому вопросу наука не дает достаточных оснований для заключений о каком-либо противоречии между откровенным и естествознательным учением. Канто-лапласова гипотеза, напротив, даже замечательно согласна с библейским учением. Основное положение этой гипотезы, что вся солнечная система в ее первоначальном состоянии представляла собою громадный газообразный шар, из которого образовались по законам движения, чрез отделение одного кольца за другим, все планеты солнечной системы, и что земля старше солнца, является как будто только повторением библейского сказания. Не достает этой гипотез лишь содержащегося в Библии прямого указания на Первого Двигателя всемирового вещества и Полагателя пределов дроблению бездны вод, но этого отвергать здравое научное мышление не может (Кант и Лаплас не отвергали). Не заключают противоречий с Библией по существу и новые опыты построения истории образования небесных тел, имущие в основе ту же гипотезу. Встречающиеся вообще по этому вопросу разности между Библией и естествознанием касаются не столько существа, сколько тех или иных подробностей, которые не имеют религиозного значения и относятся к области ученой любознательности. Так, напр. естественные истории мироздания вдаются в подробные описания предполагаемого ими действия разных естественных сил природы при образовании разных мировых тел (действий центробежной и центростремительной сил, силы сцепления притяжения, отталкивания, действия и развития теплоты и т. д.), занимаются гаданиями о разнообразных ступенях развитая материи, переходах ее из газообразного и огнежидкого состояния в твердое и пр. В Библии нет таких подробностей, но и Библией не отрицается безусловно действие естественных сил в истории мирообразования, как и здравое естествознание вынуждается к признанию, что действием одних механических сил природы, не управляемых премудро-всемогущею Силою, не мог образоваться целесообразно устроенный мир. То же можно сказать и об отношение библейского учения к естествознательному по вопросу об образовании нашей планеты. Библейское учение об этом кратко. Оно сообщает только о внутреннем расчленении целого состава земли или целого ее зародыша на воду и сушу и творческом приведении ее в такое состояние, что на ней могла явиться жизнь. Но, разумеется, этим вовсе не отрицаются гадания ученых естествоведов, что земля в истории постепенного своего образования соответственным ей образом могла проходить предполагаемые ими ступени, общие всем частям мира, начиная от первоначального огненно-жидкого безразличного состояния ее планетной массы до постепенного образования на ней твердой коры и различных ее слоев (геологических формаций), пока пришла, наконец, к последнему своему состоянию. 152 Библией отрицается прямо лишь то, что все это могло совершаться только действием естественных, механических сил природы, без участия всемогущества и премудрости Творца. Наконец, в главном и существенном согласно с библейским учение естествознание и о времени и последовательности происхождения растительной и животной жизни на земле. Появление на земле растительной и животиной жизни естествознание, согласно с Библией, относит ко времени совершенного образования нашей планеты, утверждая при этом и библейскую последовательность творения этих царств природы. Оно учит, что прежде всего и в особенном изобилии появилась на нашей планете жизнь растительная, а потом животное царство, и что как в царстве растительном появлению более сложных и совершенных пород предшествовало появление более простых и менее совершенных, так и в царстве животных сперва появились низшие организмы, – водяные животные и пресмыкающиеся, потом более развитые и сложные – птицы и четвероногие и, наконец, человек, – венец и завершение земного творения. Такой же порядок в общем целом изображается и в библейской истории миротворения. Согласуясь в главном, библейское повествование часто представляет поразительное согласие с естественнонаучными выводами и во многих подробностях. И чем более делает успехов естествознание, тем сближение его с Библией делается все теснее и теснее. По мере успехов естественных наук многое, что прежде казалось в библейской космогонии противоречащим естествознанию, теперь оказывается, напротив, весьма согласным с более точными и широкими исследованиями. Для подтверждения этого можно указать несколько примеров. Так, в прежнее время, когда в физике господствовала гипотеза об истечении света из самосветящихся тел, в Моисеевом сказании о творении многие находили ту несообразность, что в нем говорится о сотворении света в день первый, а солнца – в день четвертый и о существовании дней и ночей до появление солнца. В новейшее время явилось другое мнение о свете (теория волнение Гюйгенса), почти общепринятое теперь, по которому свет есть род тончайшей жидкости, разлитой в пространстве, называемой эфиром, а вовсе не истечение от солнца и других светил небесных. Волнистые движения этого эфира, которые могут быть вызываемы различными причинами, а не солнцем только, и производить в нас ощущение света. Чрез это само собой не только разрешилось казавшееся прежде неустранимым противоречие между Библией и наукою, но уяснилось и делаемое Моисеем тонкое различие между «светом» (or) первого дня и «светилами» (moor) четвертого дня. Вместе с сим разъяснилось и недоумение о существовании трех дней прежде сотворения солнца. Для того, чтобы до появление солнца мог быть день, т. е. светло, требовалось только, чтобы эфирная светоносная жидкость, тогда уже существовавшая, приведена была в колебательное движение. Неизвестно, конечно, чем именно приводилась она в такое движение – непосредственною ли силою Творца, или посредствующими какими-либо причинами, но нет оснований утверждать, что она ничем не могла приводиться в движение до появления солнца, а потому нельзя отрицать и того, что до появления солнца мог на земле распространяться свет, – мог быть день. Что касается до смены дня ночью, то эта смена обусловливается, как известно, обращением земли вокруг своей оси, которое должно было начаться с самого начала сотворения земли. 153 – Другой примерь. Некогда казалось несообразным со свидетельством науки и опыта утверждение Библии о появлении на земле растений прежде солнца, ибо растения обычно развиваются лишь при действий на них солнечных лучей. Но новейшие исследования показали, что и в этом библейское сказание предупредило открытия естествознания. Установлено, что возможна растительная жизнь и без действия солнечных лучей, но лишь при существование вообще света и теплоты (каковые и были до появление солнца), что электрический свет владеет всеми качествами, необходимыми для развития живых частей растения даже были опыты (Фаминцына с альгиями) выращивания растений лишь при сильном свете газовой лампы. Остатки же растений, находимые в каменноугольной формации (каменный уголь образовался от погребения первобытных лесов под осадочными слоями), удостоверяют, что первобытная растительность и развивалась при отсутствии разнообразия климатических влияний, а также прямого влияния лучей солнца (при действии лишь рассеянного света), ибо растительность эта однообразна во всех долготах и широтах, не отличается многочисленностью видов и блеском цветов, но имеет годовых колец на деревьях в древнейших угольных слоях, хотя и достигала при быстроте роста громадных размеров вследствие, как предполагают, влажности атмосферы, повсеместно тропического климата и изобилия столь необходимой для растений угольной кислоты. – Или еще пример. Не так давно было время, что считалось сомнительным, чтобы человек появился на свет в один период с вымершими допотопными животными, и более решительные последователи школы Кювье прямо отвергали существование человека до потопа. Ныне же считается установленным, что человек явился в один и тот же творческий период с высшими животными и существование человека допотопного признается бесспорным. По этим примерам можно судить, как преждевремены бывают уверения о непримиримых противоречиях между Библией и естествознанием по тому или другому вопросу.

Итак, естественно-научные представления о происхождении мира вовсе не так противоречат откровенному учению, как иные думают. Правда, в естественно-научных теориях отрицается или умалчивается о сверхъестественном участии Творца в истории мирообразования, но это основывается не на научных данных, а проистекает из предвзятых атеистических воззрений; по здравому же суждению никакая космогония невозможна без действия Творца.

Так смотрят на отношение между Библией и естествознанием многие из представителей и самого естествознания, и притом представители выдающиеся, приобретшие известность и авторитет своими учеными трудами. Среди них встречаем физиков, химиков, астрономов, геологов, минералогов, зоологов, ботаников и пр. 154 Многие из них открыто заявляют о согласии библейского повествования о творении с более точными выводами новейшего естествознания, нападки на это повествование признают плодом неведения, или как, например, покойный русский академик Бэр, «смешными анахронизмами, с которыми давно уже справилась новейшая естественная наука», о Моисеевом повествовании выражаются, что «когда бы кем бы ни была сделана попытка изобразить историю мироздания, попытка эта не может представить чего-нибудь более высокого и достойного, чем библейское повествование о творении» (признания американского ученого Дж. Даусона) 155, а о самом Моисее высказывают (как, напр. физик Био) такое суждение: «или Моисей имел такие же глубокие научные познания, какие мы имеем в настоящее время, или же он был вдохновлен свыше». 156

Обзор главнейших из выставляемых разностей между Библ ией и естествознанием в учении о происхождении мира. – Если между Библией и естествознанием, как разными видами откровения единого Творца мира, не может быть действительного противоречия, а согласие между ними в главном и существенном уже достаточно установлено, то понятно отсюда, как должно смотреть на те разности или противоречия между ними, какие указываются односторонними приверженцами опытной науки. Одни из них совершенно произвольны, ибо не основываются на точных данных науки, другие легко могут быть устранены, – если не теперь, то в будущем. Рассмотрим кратко главнейшие из них.

I. Одною из первых и наиболее видимых разностей выставляют следующую: по библейскому учению образование мира совершилось в шесть дней, тогда как по астрономическим и геологическим вычислениям это могло совершится в чрезвычайно продолжительное время. Ответом на это возражение могут служить следующие соображения. Ни астрономия, ни геология не могут дать, да и не дают бесспорных и точных выводов, первая – касательно того, сколько времени требовалось для образования разных небесных тел, последняя – для образования различных пластов земли с особого рода растениями и животными, соответствующими ее состоянию. В астрономии, как сказано выше, существуют только гипотезы о способе образования солнечной системы, почему и основанные на предположении их правдоподобности исчисления древности мира не могут иметь значения доказательств. Данные же геологии, на основании которых делаются заключения о многомиллионных эпохах в истории мирообразования, в действительности настолько отрывочны, что оказываются недостаточными для определения тех или других частных геологических находок, а также отдельных пластов земли. 157 Тем более они недостаточны для точного определения древности всего мира. Нет в геологи и твердо установившейся теории землеобразования. Посему то и видим в исчислениях древности мира у геологов, как и у астрономов, поразительные разногласия. Разногласия эти состоят в показании неодинакового числа не только годов, но целых и многих тысячелетий и даже миллионов лет. Главное же, заключения о многовековых эпохах в истории мирообразования делаются на основании наблюдений над существующим порядком вещей и действием одних естественных сил природы, ныне известных, при чем предполагается, что эти силы действовали и при первоначальном образования мира так же, как действуют в настоящее время, и что посему для известных образований, напр. той или иной геологической формации, требовалось и тогда столь же продолжительное время, какое необходимо ныне. Но такие предположения нельзя признать основательными. При первоначальном образовании мира могли действовать но только силы известные ныне, но и другие, еще не открытые физикой и химией, а самые известные ныне силы могли действовать с большей энергией и в короткое время производить то, на что при настоящих условиях, требуется очень продолжительное время. Ибо в дни творения состояние природы было совсем иное, чем каково оно теперь. Теперь все происходит в мире хотя под смотрением Божиим, но по начертанным Богом законам, и при действии установленных Им законов природы. Тогда же по преимуществу действовала творческая воля Божия, производившая и устанавливавшая самые силы и законы природы. При чудодейственных же проявлениях творчества Божия в короткое время легко могли совершаться такие события в природе, для которых ныне необходимо долгое время, подобно тому, как силою своею знание и искусства человек, напр. химик, в самое короткое время производит такого рода процессы, которые без ого участия могли бы произойти очень не скоро. 158

Но даже, бы если открылись неоспоримо убедительные доказательства большей продолжительности мирообразования, чем только шесть дней, то и тогда библейское и естествознательное учения явились бы непримиримо противоречивыми. Ибо допустимо понимание дней творения не в смысле астрономических дней, определяемых положением солнца, а дней особенных и единственных, продолжительность которых ведома только Богу. Дело изъяснения библейского текста есть дело далеко еще незаконченное.

II. Как на значительную разность между Библией и естествознанием указывают далее на ту, которая содержится в учении о т. н. произвольном зарождении организмов (generatio aequivoca, spontanea или originalia). Под произвольным зарождением в естествознание разумеется происхождение органической жизни растительной и животной не от семян или зародыша, вообще от подобных себе, а другим путем (отсюда наименование этого учения гетерогенизмом), именно из неорганических веществ при посредстве деятельности неорганических (физических и химических) сил. 159 Защитники этого учение утверждают, что произвольное зарождение существовало как в первобытные времена, так продолжается и в настоящее время. Способом произвольного зарождения они объясняют и происхождение первых организмов, из которых развились все растения и животные, существующие на земле. Если бы такое учение было верно, то противоречие между Библией, объясняющей происхождение жизни на земле действием творчества Божия и естествознанием явилось бы непримиримым. Но на самом деле это учение не более, как произвольное утверждение. В подтверждение этого учения указывают только на случаи внезапного появления инфузорий в неорганических веществах, на появление т. н. энтозоев-паризитов во внутренностях животных и на возможность произвести искусственно некоторый химико-органические соединения (напр. муравьиную кислоту, синерод. алкоголь). Но точные опыты над инфузориями, произведенные с целью поверки означенного учения (франц. химиком Пастером и англ. физиком Тиндалем), показали, что зарождения инфузорий не суть произвольные, а имеют причину для себя в наполненном организмами атмосферном воздухе, при удалении же из воздуха разными способами зародышей, никакое самозарождение невозможно. Установлено, что и происхождение энтозоев подчинено общему закону происхождения всех животных существ путем рождения (omne vivum ex ovo, или частные – omnis cellula e cellula). Возможность же искусственного произведения очень немногих органических веществ, однако не совершающих никаких жизненных отправлений, не может доказывать возможности произвольного зарождения, между этими веществами и живым организмом – непроходимая бездна. Явление в царстве органической природы столь резко отличны от явлений в природе неорганической, что объяснимы только при признание бытия особой причины или силы, которая совершенно отлична и невыводима из механических сил природы (по свойству производимых этою силою явлений называют ее жизненною силою – vis vitalis). В невозможности произвести жизнь из ныне действующих и известных сил неорганической природы, как из одной какой-либо, так и из их сочетаний, согласны все беспристрастные химики и физиологи. «Никто не видал самопроизвольного зарождения совершающимся на самом деле, – заявил на Мюнхенском съезде естествоиспытателей (1877 т.) знаменитый профессор Вирхов. – И кто предполагает, что это случилось, тот противоречит не только богословию, но и науке естествознания. Говоря откровенно, мы должны допустить, что натуралисты мало имеют сочувствия к самопроизвольному зарождении. Если бы это могло быть доказано, то, конечно, чего же еще лучше! Но мы должны признать, что оно не доказано.» 160 Не смотря на такую бездоказательность этого учения, гетерогенисты однако утверждают, что если теперь организмы не возникают сами собою, то могли возникнуть прямо из неорганической материи при первоначальном образовании нашей планеты, когда силы природы действовала с большею энергией, когда девственная земля обладала необыкновенною производительностью, которой она теперь уже не имеет. Но, очевидно, совершенно произвольно предполагать, будто в первобытные времена неорганическая материя могла иметь такие свойства, каких ныне не имеет, напр. свойство производить из себя органическую жизнь: материя не переменилась; вещества, из которых слагаются организмы (кислород, водород, различные соли, минеральные вещества и пр.) и в настоящее время находятся в природе в изобилии; свойства и качества их также не изменились. Равно неосновательно и предположение, будто при первоначальном состоянии земли могли быть особенно благоприятные условия для возникновения организмов прямо из материи: благоприятные для появления органической жизни на земле условия могут быть не иные, как те же самые, какие и теперь существуют для ее сохранения и продолжения. При изменении этих условий (напр. увеличении или уменьшении кислорода в воздухе, жара в солнце, плотности в земном шаре и т. п.) и органическая жизнь прекратилась бы. При том же, если при каком-либо необычайном сочетании сил природы в первобытные времена возможно было появление жизни прямо из материи, то почему же наука, при существовании всех неорганических материалов, входящих в состав организмов, и при всей возможности для нее увеличить и усилить действие нужных физических агентов искусственно, не в состоянии произвести ни одного, хотя бы даже и простейшего организма? Должно вообще сказать, что уверенность в самозарождении организмов держится не на каких-либо точных данных, а на живой связи с целым материалистическим миросозерцанием, Последователям этого мировоззрения нельзя не допускать самозарождения: если весь мир постепенно произошел и развился сам собою, без воли Творца, из механической деятельности своих собственных сил, присущих веществу, то отсюда следует, что сами собою, произвольно зародились и живые организмы. И наоборот, если неверно, что организмы могут зарождаться и зарождаются произвольно, тогда тем более неверно, что сам собою зачался и развился целый мир, тогда необходимо признать бытие Творца мира. 161

Итак, разность между Библией и естествознанием, указываемая теорией о самопроизвольном зарождении организмов, не может быть признаваема действительною разностью. Без творчества Божия происхождение жизни необъяснимо. Это должен был признать даже Ч. Дарвин.

III. Дальнейшею, противопоставляемою библейскому сказанию, разностью является та, которая содержится в новейшем учении о развитии органической жизни на земле, известном под именем теории трансформации, или эволюции, а также дарвинизма. 162

Основная мысль этой теории состоит в том, что все растительные и животные породы (существующие и вымершие), не исключая и человека, произошли через естественное, постепенное преобразование низших и более простых органических форм в высшая и более совершенные от немногих первобытных простых форм (по мнению Дарвина – от четырех или пяти или даже от одной какой-либо первобытной формы). Произошло все разнообразие существующих и вымерших видов в царствах растительном и животном из столь немногих простых форм путем т. н. (у Дарвина) естественного подбора или сохранения усовершенствованных пород в борьбе за существование и с чрезвычайною постепенностью и медленностью, – в весьма долгое время (в миллионы лет). Но и эта гипотеза сама по себе не дает оснований для отрицания Творца мира. Если и допустить согласно ее учению, что вся органическая жизнь, появившаяся на земле, развилась по естественным законам из одной первичной формы, то все же эта гипотеза не устраняет вопроса: откуда взялась первичная органическая форма? Признать происхождение ее естественным путем, через самопроизвольное зарождение из неорганической материи, было бы явным противоречием точным данным опытной науки. Необходимо, следовательно, допустить творческое действие Божие для объяснения происхождения первичных органических форм. 163 Tertium non datur (третьей возможности нет). Этого мало. Признавать создание Богом только одного или немногих простых организмов и не допускать создания многих, более совершенных, значит допускать логическую непоследовательность. Если могли быть созданы немногие органические формы, то почему не могли быть созданы и многие органические существа? Но такое изменение теории, – изменение, вызываемое самым существом дела, очевидно, разрушает эту теории в самых основных ее чертах. Далее, в этой теории изображается предполагаемый процесс постоянно возрастающего в природе преобладания духа над материей, – процесс строго рассчитанной, непрерывной и неизменно целесообразной деятельности мировых сил. Но это постоянное возрастание органической природы и постоянное приспособление ее к новым условиям для произведения высших форм жизни, – от растений до человека включительно, – не служит ли самым сильным доказательством творческого плана, наперед предположенного для целесообразного развитая организмов? Так гипотеза о перерождении видов ведет к признанию действий Премудрого Творца мира, обнимающего Своим разумом и силою весь мир, создающего бесконечные сочетания сил природы для произведения разнообразных существ и достигающего, наконец, того, что из неразумной животной жизни происходит разумное существо – человек...

Таким образом эта гипотеза, даже если бы признать ее верною с естественно-научной точки зрения, не настолько надежная и верная союзница материализма, как многие думают. В увлечение ею со стороны противников Библии заключается недоразумение.

Но учение о перерождении видов не может служить сильным возражением против Библии и с естествознательной точки зрение. Основное понятие этой теории о постепенном появлении на земле органических форм сначала простых, затем более сложных, не стоит ни в каком противоречии с указываемою в Библии последовательностью творения царств растительного и животного. Различие и существенное противоречие ее Библии состоит в следующем: Библия учит, что Бог в известной последовательности создал растения и животных по роду их т. е. создал не один какой-либо вид, а множество постоянных видов растительного и животного царства, и вместе определил навсегда постоянство вида. По утверждениям же дарвинистов последовательность появления разных родов и видов растений и животных указывает будто бы и на сам способ их происхождения, именно, что все разнообразие растительного и животного царства произошло путем превращения одних форм в другие, менее сложных и несовершенных в более сложные и совершенный из немногих первичных простых форм, и что возникновение новых родов существ непрерывно продолжается и будет продолжаться. Но такое рассуждение дарвинизма несостоятельно даже просто в логическом отношении: последовательность в появлении организмов не то же, что самообразование организмов или превращение одних в другие. Заключение последователей теории эволюции в этом случае подобно тому, как если бы на том основания, что в истории культуры появлению дворцов предшествовало появление просто дома, хижины, шалаша, сделали заключение, что хижина сама собою превратилась в дом, а этот последний во дворец. Не составляют непреложных истин основные положения дарвинизма и в самом естествознании. В основе всех рассуждений дарвинистов о происхождении разных форм растительной и животной жизни и условиях: этого происхождения (борьба за существование, естественный половой подбор, наследственность, атавизм и пр.) лежит принимаемое ими за бесспорную истину положение, что виды растений и животных изменяются, т. е. одни могут переходить в другие. Но в действительности, не смотря на общее и настойчивое утверждение изменчивости вида, эта изменчивость нигде не оказалась; еще не явился ни один новый вид за все то время, на какое могут простираться научные наблюдения. Наблюдались и наблюдаются изменения разновидностей в пределах данной породы, но не наблюдали преобразования или образования пород; доселе ни благоприятное стечение естественных условий, ни искусство человеческое не могли сделать ничего подобного. Постоянство видов, утверждаемое Библией, есть бесспорная истина точной науки, – истина, которая навсегда осталась бы таинственною для ума человеческого, если бы не откровение бытописания об установлении Богом на все время бытия мира того закона, что каждое существо, изошедшее из рук Творца, содержит в себе семя, зародыш, причину своего воспроизведения на земле, и что каждое увековечивает себя по роду своему. 164 Не оправдывается точными данными опытной пауки и то предположение дарвинизма, будто в начале существовали только самые простые, несложные и немногие организмы, от которых произошло все богатство и разнообразие растительной и животной жизни. Вопреки такому предположению, палеонтология уже в древнейших геологических пластах, где впервые встречается органическая жизнь, находит одновременное и параллельное существование не только главных отделов животного и растительного царства, но и разных видов в каждом из них. Большинство палеонтологов согласно и в том, что «роды и фамилии, находимые в древнейших слоях, хотя и различны от наших, но представляют то же совершенство форм в целом и частях, как и ныне живущие породы» (М. Серес). 165 Наконец, если бы действительно образование растительного и животного царства произошло через преобразование (трансформацию) пород, то в истории органического мира были бы следы такого преобразования в многочисленных посредствующих родах и видах растений и животных, были бы формы, составляющие постепенный переход, напр. от растений к животным, от червя к рыбе, от рыбы к птице, от инфузории к насекомому и пр., равно были бы переходные ступени от палеонтологических животных к современным. Но наука таких посредствующих пород не находит, а вместе с тем не дает и надежды найти генетическую связь органических форм между собою. Как на решительное доказательство того, что признаваемое дарвинистами преобразование пород в действительности не существует, можно указать еще на бесплодность и недолговечность т. н. «ублюдков» или помесей между двумя разными породами, при легкой, непрерывной плодовитости смешения между разновидностями в пределах одной породы. Многочисленные наблюдения вполне подтвердили это как по отношению к царству растительному, так и к царству животных. Это показывает, что в самой природе тварей положено Творцом непреодолимое препятствие к превращению одной породы в другую, что и при помощи искусственных средств возможно образование только разновидностей одного рода животных или растений, но не новых пород. Это всеобщий закон природы.

В виду подобных противоречий в самых основных чертах данным опыта и наблюдения, и вообще вследствие своей бездоказательности теория эволюции имеет многих противников из среды авторитетных ученых в области самого естествознания. Все наиболее видные естествоиспытатели не только отказываются принять, но и прямо отвергают гипотезу английского мыслителя, как гипотезу хотя и остроумную, но бездоказательную, как вымысел воображения, как несогласную с очевидными законами природы (таковы, напр. Кювье, Агассиц, Вирхов, Бэр, Катрфаж, Р. Вагнер, Миварт, Елам, Флоренс, Кл. Бернар и мн. др.). И количество данных, показывающих несостоятельность этой теории, с успехами естествознания все более и более увеличивается, так что она, по утверждению проф. Вирхова (еще в 1882 г.) и в будущем не имеет оснований рассчитывать на признание со стороны науки. А по свидетельству другого знаменитого натуралиста – Агассица (палеонтолога) «за весь период с момента первого появления жизни на земле и до наших дней нельзя указать ни одного факта и нельзя найти ни одного данного в подтверждение видоизменяемости животных типов и возможности происхождения одного вида от другого... Факты и научные наблюдения удаляют нас от гипотезы Дарвина и обращают нашу мысль к Всевышнему Разуму, Который одинаково проявляется как в неизмеримом разнообразии отдельных особей, так и в неизменной устойчивости типов животного существования». 166 Ясно отсюда, что если доселе теория Дарвина имеет убежденных защитников среди натуралистов известного направления, то не по причине своего согласия с точными данными науки, а потому, что она представляет теорию естественного мирообразования, такого образования, в котором устраняется всякое влияние верховной разумной Силы и все сводится к простому действию необходимых, естественных законов природы.

Итак, разность, указываемая гипотезой Дарвина, не может служить возражением против достоверности библейского сказания о миротворении.

IV. Более существенными разностями между Библией и естествознанием, чем предшествующие, являются разности, указываемый геологией и палеонтологией. Идущие со стороны этих наук возражения против библейской истории творения представляются, невидимому, имеющими и твердые основания в наблюдениях над земными наслоениями и ископаемыми остатками растений и животных. Помимо предположения о тысячелетних периодах, в продолжение которых могли будто бы образоваться наслоения внутри земли (геологические формации), в геологии признается твердо установленным, что жизнь животная явилась не после растительной, а – по крайней мере в некоторых представителях своих, одновременно с нею и что земные животные, хотя и немногие, появились почти одновременно с морскими. Данные этих наук наводят на мысль, что организмы появлялись целыми группами в известные геологические эпохи и продолжали жить в виде неизменных пород, пока эта эпоха продолжалась. С изменением физических условий жизни на земле, с наступлением новой эпохи, некоторые прежние породы, для которых эти перемены были гибельны, вымирали, а взамен их появлялись новые группы, приспособленные к новым условиям жизни на нашей планете. Отсюда следует, что животные произошли не в один только определенный период или день, как сказано в Библии, а появлялись во многие последовательные периоды. То же относится и к царству растительному. Как ни значительны однако все такие данные, но, во-первых, в виду невозможности действительного противоречия между Библией и наукой и установленного согласия между ними в главном, вполне противоречащими Библии назвать их нельзя. Здесь в особенности прежде решительных заключений должно иметь в виду, что Моисей и не имел прямой цели излагать космогонию или геологию, а его сказание представляет не более, как только самый общий и сжатый очерк истории происхождения мира. А во вторых, есть надежда и на соглашение указанных разностей с библейским сказанием. Над этим соглашением давно уже трудятся и геологи, и богословы и ими представлено несколько опытов такого соглашение. Таких опытов или, как принято называть их, гипотез – четыре: потопная, восстановления или реставрации (реститутивная), идеалистическая и гипотеза собственно соглашения (конкордистическая или гармонистическая) или иначе – гипотеза дней – эпох. По мнению сторонников потопной гипотезы (Ст. Куторга, абб. Соринье, Кейль, Бозицию), существующие разности между данными геологии и библейской историей миротворения объясняются бывшими после миротворения наводнениями и особенно всемирным потопом во времена Ноя. Защитники гипотезы восстановления (Букланд, Куртц, А. Вагнер, Генгстенберг и др.) примиряют те же разности тем, что образование земных формаций с их растительными и животными организмами относят не к шестидневному творению, а ко времени, предшествовавшему шестодневу: история шестидневного творения ими понимается как история восстановления пришедшего в расстройство мира, изначала создавшего благоустроенным. Основывают этот опыт соглашения преимущественно на своеобразном истолковании Быт.1:1–2. Гипотеза идеальной гармонии (развита особенно Михелисом и Шульцом) в тех же целях примирения Библии и науки признает существенно важным в библейском шестодневе только общие положения или идеи; шесть дней – это шесть творческих действии Божиих или истин о творении, открытых Моисею в пророческих видениях. Наконец сторонники гипотезы соглашения или гипотезы дней – эпох (Реим, Лянге, Эбрард и др. – из богословов, из натуралистов – Кювье, Марсель-де-Серес, Пфафф, Гуг Миллер и др.) принимают дни творения за периоды неопределенной продолжительности и стараются провести полную параллель, между днями творения и геологическими периодами и этим путем примирить данные геологии с историей шестидневного творения. 167 Ни одна из этих гипотез не дает достаточных, во всех отношениях разъяснений тем разностям, какие существуют между геологическими данными и библейским учением. Но не остались многолетние труды согласителей и совершенно напрасными. Нет, сам существование опытов соглашения показывает, что такое соглашение достижимо. Многое уже достигнуто для разъяснения этих разностей. Очень желательно, конечно, теперь же установить такое соглашение, но едва ли настало для того время. И геология, и палеонтология еще принадлежат относительно к наукам новым, равной изъяснение библейского текста есть дело далеко неоконченное. Лучше поэтому подождать, чем прибегать к таким соглашениям, от которых непременно страдает всегда или учение библейское или естественно-научное. Надеяться на такое соглашение – есть достаточно оснований. История открытий в области естествознания показывает, что чем более наука обогащается ими, тем сближение ее с Библией становится теснее и теснее; примеров этого рода не мало. Будет время, когда и те несущественные разности, какие находят ныне, устранятся, и Библия и природа явятся страницами одного и того же откровения Божия.

§ 22. Назначение видимого мира

Видимый мир, как произведение высочайше-премудрого Существа, создан, конечно, с какою-либо разумною целью. По ясному учению откровения высшая и последняя цель видимого мира, как и всего сотворенного бытия, состоит в служении славе Божией или в откровении совершенств Божиих. Небеса поведают славу Божию (Пс.18:2). Вся земля полна славы Господа Саваофа (Ис.6:3). Но, возвещая в своих красотах, и совершенствах славу Божию, сама видимая природа не сознает этого. Из всех земных тварей только один человек, как существо сознательное, разумное, может понимать ее хвалебные вещания и чрез его сознание и свободу может приноситься Творцу бессознательное славословие земных тварей. Таким образом высшего и последнего назначения вещественный мир может достигать чрез посредство человека. Отсюда следует, что кроме общего назначения природы – быть органом славы Божией, она имеет и особенное или частное назначение – служение человеку, и прежде всего служение богоподобному духу человеческому. Назначение ее в этом отношении состоит в том, чтобы чрез возвещение человеку славы Божией возводить его богоподобный дух к благоговейному созерцанию Первообраза и Виновника всех видимых ее красот и совершенств, вечная сила Его и Божество (Рим.1:20), и вообще способствовать своими влияниями раскрытию и образованию его познавательных и нравственных сил и укреплению в добре, а чрез то и достижению им самым своего высокого назначение.

Вместе с таким служением человеку (в особенности духу человеческому), видимая природа – собственно земля и земные твари – предназначены служить ему и в другом отношении. Земля создана, обильно наполнена, великолепно украшена в жилище человеку (Ис.45:18). Она и все живущие на ней твари отданы в полную власть и распоряжение человека, назначены удовлетворять все его нужды и потребности, доставлять ему различные удовольствия и наслаждения (Пс.103:15; Сир.31:31–32), В бытописании указывается, что Бог, благословляя первозданную чету, сказал: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт.1:28). Это же право владычества на земле за человеком Бог подтвердил при благословении Ноя и сынов его (Быт.9:1–3). Та же мысль о служебном по отношении к человеку назначении природы выражена и в других многих местах Писания. Так, пр. Давид исповедует: Небо – небо Господу, а землю Он дал сынам человеческим (Пс.113:24). Бог поставил его над делы руку Своею, все положил под ноги его (Пс.8:7 и сл.). То же исповедовали и другие священные писатели (Прем.9:1–3; Сир.17:1–4). Когда человек подвергся смерти, – та же земля назначена местом упокоения его бренному телу: прах ты и в прах возвратишься (Быт.3:19).

Таково указанное в откровении назначение видимого мира и в особенности земли и земных тварей. При назначении возвещать славу Божию, они созданы для человека, для служения ему. В этом одна из причин того, почему человек сотворен после всех видимых тварей. «Все прочие твари земные сотворены на службу его – человека, говорит знаменитый толкователь кн. Бытия, и потому он вводится в мир, как владыка – в дом, как священник – в храм, совершенно устроенный и украшенный.» 168 Поставлен же сам он в такое владычественное отношение к призванной на служение ему природе потому, что он один из всех земных тварей украшен образом и подобием Божиим, а образ Божии в человеке по отношению его к миру, как объясняли древние отцы церкви, есть полномочие человека на владычество над видимою тварью. 169 По изображениям Писания, в связи с таким назначением видимого мира и отношением земли и земных тварей к человеку находятся и все перемены во вселенной как бывшие, так и имеющие быть в будущем. Так, совершилось грехопадение прародителей – последовало расстройство и во всем видимом мире (Быт.3:17); последует восстановление человека и всеобщее воскресение мертвых – последует и восстановление или обновление твари (Рим.8:19–22). Откровение указывает и другие случаи изменения всего лица земли или частей ее ради человека, напр., когда все люди были наказаны всемирным потопом, жители Содома и Гоморры – истреблением городов их (образование долины Мертвого моря), Египет – казнями во времена Моисея и др. Во всех таких указаниях Писания можно видеть новое доказательство того, что видимый мир и особенно земля и земные твари созданы и назначены Богом для человека и на служение ему.

* * *

117

Из древних отцов церкви оставили объяснения библейского повествования о шестидневном Творении: в беседах на Шестоднев – Василий В. (1 ч. твор. в рус. пер.). Григорий нисский (1ч. твор. в рус. пер.), Амвросий медиол. (6 кн. на Шестоднев, – бол. частью перевод Шестоднева Василия В. с дополнениями из Оргиена и Ипполита) и в толкованиях на кн. Бытия – И. Зштоуст (IV т. 1 кн. твор. И. Златоуста в рус. перев. Спб. 1898 г. В VI т. 2 кн. того же издания приведены 6 бесед о творении мира, приписываемых Севериану, еп. гавальскому), Ефрем Сирин (VI ч. твор. в рус. пер.), Бл. Феодорит (1 ч. твор. в рус. пер.) и бл. Августин (о кн. Бытия, буквально 12 кн., – в 7 и 8 ч. его твор. в рус. пер.). – Краткий обзор древнеотеческих объяснений шестидневного творения можно находить в кн. Протопопова Н. Библ. ветхоз. факты по толкованию св. отцов и учителей церкви. Каз. 1897 г. и в ст. Павловича А. Библейская космогония по учению отцов и учителей церкви (Странник, 1898 г. №№ 4–9).

В русской литературе можно указать на следующие объяснения истории шестидневного творения: Филарета митр. записки на кн. Бытия (изд. 1816 г., 1819 г. и 1867 г.) – Феодора архим. О миротворении. Изъясн. 1 гл. кн. Бытия. Спб. 1862 г. – Сергиевского Н. прот. Творение мира и человека. Москва. 1883 г. – Властова Г. Священная летопись, 1 ч. Спб. 1879 г. Вл. Библия и наука 1 и 2 ч. Спб. 1870 г. – Н. Е. Сотворение мира. Оп. истолк. Быт. 1 гл. (чт. люб. дух. пр. 1872 г. № 2). – Меньяна. Мир и первобытный человек, Пер. с франц. Спб. 1872 г. – Вигуру Ф. Руков. к чтению и изучению Библии I т. пер. с франц. свящ. В. Воронцова. Москва. 1897 г. – Богородского Я. проф. Происхождение мира (Прав. Соб. 1901 г. 4, 10 и 11 кн,) – Банкальского. История происх. неба и земли по откровению св. Пис. и исслед. науки. 1889 г. – Архангельского А. Библейская космогония (Пр. соб. 1889 г. № 7: сн. ст. А. Гусева. в Пр. Об. 1889 г. июль-авг.). – Ловягина Е. Важность библейского сказания о сотворении видимого мира (Странник, 1763 г. июнь).

118

Вопрос этот подвергнуть особому обсуждению в ст. Капралова Е. Возражения против буквального смысла Моисеева сказания о творении мира и разбор их. (Ставр. Еп. Вед., 1893 г. №№ 12 и 13) и Песоцкого А. К вопросу об историч. характере Моисеева сказания о творении мира (Тр. Киев. Ак. 1898 г. 3 кн.).

119

Из иудейских толковников так объяснял сказание Моисея один Филон (De opificio mundi). Из христианских писателей такого же взгляда держались Климент алекс. (Строматы, VI, 16), Ориген (о началах, III, 5, IV 16). Позднее в аллегорическом смысле объяснял это сказание блаж. Августин (О кн. Бытия, букв. IV кн. 22 и 23 гл.; V, 3 и др.).

120

См. о сем у Меньяна Мир и первобытный человек 6–11 стр., – у Филарета арх. в Догм. Бог. § 84, – у проф. Лопухина в Библ. ист. I т. 1889 г. 89–92 стр., – у Вигуру в указ. выше книге 329–330 стр., в соч. еп. Хрисанфа Рел. др. мира, у Эбрарда, Апологетика, II т. и др...

121

Об историческом характере кн. Бытия свидетельствуют: 1) чисто исторические приемы изложения, как то: точные указания мест, лиц, времени событий, обозначение границ рая и т. п.; 2) историческая задача книги – изложить историю домостроительства спасения всего человечества чрез посредство избранного на время еврейского народа, начинающуюся обетованием о Семени жены и, наконец, 3) новейшие археологические открытия в области восточной древности.

122

Епифания, Прот. ер. 65 ер., – Феодорита, на кн. Быт. 22 вопр., – Дамаскина, Точн. изл. 6, II, 7, – См. прим. выше на стр. 155.

123

Ефрема Сир. На Быт.VI ч. 250 стр. в рус. пер.

124

Reusch, Bibel und Natur 17 стр.

125

В древности такое мнение высказывали Ориген (на кн. Быт. Бес. 1) и бл. Августин; хотя бл. Августин разумел ангелов и под первозданным светом (О граде Бож. XI, 9), но он не был и против понимания под небом и землею первозданного безобразного вещества (Прот. Маних. I кн. 5, 7). Ориген точно также разумел ангелов добрых и под водами над твердью, а под водами более низменными – князей тьмы (см. у Васил. В., на Шест. Бес. 3). В русской литературе указанное мнение имеет опору в записках на кн. Быт. митр. Филарета. Главным образом оно основывается на том, что небесам не приписывается здесь того нестроения, в каком представляется новосотворенная земля. Но это не решительное доказательство. Допустима мысль, что Моисей приписывает нестроение одной земле не потому, будто на небе, такого нестроения никогда не было, а потому, что, как житель земли, писавший для земных обитателей, он занимается по преимуществу землею. См. разбор этого мнения у проф. Глоргаитова в указ. ст. (Хр. Чт. 1861 г. I т.)

126

Златоуста. На кн. Быт. Бес. II, 2.

127

Так понимали выражение бытописателя о небе и земле напр. Василий В. – На Шестоднев. Бес. 1 и 2 (1 ч. 14 и 24 стр. в рус. пер. по изд. 1891 г.), Григорий нисский – О Шестодневе. (1 ч. 11–12, 20–21 стр. в рус. пер.), блаж. Феодорит – на Быт. 5 вопр., Ефрем Сирин – на Быт.1 гл. (6 ч. 296 стр. в рус, пер.), Дамаскин – 1 очн. изл. веры, II, 5–6.

128

Есть еще мнение, будто в начальных словах бытописания содержится только общее надпнсание ко всему повествованию о миротворении (подобно напр. 18, 1). Но такое понимание есть явное насилие тексту. Соединительное «же» (евр. вав) соединяет начало 2-го стиха с первым, как две части одной мысли. Кроме того, таким предположением дается как бы некоторое основание признавать материю не произведением творческой воли, а началом существующих независимо от нее и совечным Самому Творцу.

129

Василий В. На шестодн. Бес. 2 (1 ч. 22 стр. в рус. пер.).

130

Евр. слова: tohu vabohu, по их производству и употреблению (Ис.34:11; Иер.4:23) означают изумляющую пустоту или неопределенность. В переводе LXX толковников они передаются словами ἀόρατος καὶ ἀκατασκεύαστος – невидима и неустроена, у Акилы κενωμα καὶ οὐδὲν – пустота и ничто, у Феодотиона – κενόν και ουδέν – нечто пустое и ничтожное; у Симаха – ἀργόν καί άδιάκριτον нечто праздное и безразличное: в Зап. на кн. Бытия – необразована и пуста, в издав. Св. Синодом Библии в рус. пер. – безвидна и пуста.

131

Наименование «хаос», данное греками первовеществу видимого мира, по буквальному значению этого слова близко к библейскому tohu vabohu: хаос – χάω, χάινω – зияю, открываю рот от изумления, т. е. нечто, поражающее изумлением, как никогда не виданное и ни на что существующее не похожее.

Василий В. (На шест. Бес. 2) в этом случае следовал объяснению св. Ефрема Сир. На Быт.1. (VI ч. 301 стр.). Подобное же объяснена у св. И. Златоуста на Быт. Бес. III, 1.

132

Переводы слов Ruach Elohim вместо Дух Божий – ветер Божий, или буря Божия (т. е. свирепая буря), должны быть признаны односторонними. Соединенный с этим именем глагол rachaph (merachephet) значит парить, сидеть на яйцах, высиживать, следовательно, не может быть употреблен собственно о буре. По кн. деянии ап. (2:2–4) и тот, и другой перевод примиряются так, что общепринятый смысл по LXX является несомненно истинным. – У древних отцов церкви преобладало понимание под Духом Божиим животворящей силы Божьей иди Духа Св., хотя и некоторые разумели и ветер Божий, приводивший в движение воды (напр. бл. Феодорит, на Быт. 9 вопр.).

133

Василий В. (На шест. Бес. 2) в этом случае следовал объяснению св. Ефрема Сир. На Быт.1. (VI ч. 301 стр.). Подобное же объяснена у св. И. Златоуста на Быт. Бес. III, 1.

134

Достойно примечания, что в значении слова природа, и особенно латинского natura, есть тонкий оттенок будущего, дальнейшего бытия. Natura. т. е. не только рожденное, но и имеющее родиться.

135

Славянское слово твердь составляет буквальный перевод слова στερέωμα – твердость, основание, которым LXX передали евр. слово rakia в Вульгате – firmamentum.

136

В в. з. Писании есть места, в которых твердь представляется прозрачным сапфировым сводом (Исх.24:10), или литой зеркальной поверхностью (Иов.37:18), говорится о разверзающихся хлябях неба (Быт.7:11–12; 1Цар.7:2, 19), о вратах и окнах небесных (Пс.77:23; Ис.24:18) и т. п.. На основании таких выражений Писания противники веры, возражая против Моисеева сказания о миротворении, представляют, будто второй день был посвящен сооружению твердого свода, под которым Бог поместил океан вод. Но все указанные выражения Писания – не более, как чисто поэтические сравнения. Твердь в ветхом завете синоним неба (Быт.1:8; Пс.18:1), а небо никогда иудеи не понимали в смысле твердого свода; хрустального или металлического, а представляли как вещество легкое, прозрачное и блестящее, как такое воздушное пространство, где летают птицы (Быт.1:20; Притч.30:19).

137

Былие (евр. deschech) – собственно молодая, нежная зелень, которая вырастает после дождя (2Цар.23:4; Иов.38:27) и покрывает собою поля и луга (Иоил.2:22; Ис.22:2). У бытописателя это слово употреблено, как родовое понятие для трав и т. п. «тайнобрачных» растений, – вообще низших пород, (каковы мелкие водоросли, лишаи, мхи, папоротники и под.). – Травы сеющие семя (евр.eseb) – родовое понятие для кустарников, хлебных злаков и других растений, в которых развиваются семенные чашечки. – Деревья плодовые (евр. ijetz) – этим словом обозначены здесь не только плодовые, собственно деревья, но и все роды деревьев и древовидных кустарников, приносящих плоды, в которых семя по роду их, т. е. плоды заключающие в себе семянные зерна, – красота и венец растительного царства, самые сложные и совершенные произведения этого царства.

138

При таком понимании библейской истории мироздания само собою устраняется возражение против оного, будто в нем заключается та несообразность, что на создание солнца и всего звездного мира употреблен один день, тогда как для создания и образования земли пять дней. С четвертого дня солнце, луна и звезды стали только светилами или быть видимыми с земли, а независимо от такого устройства, вида и назначения своего, или просто как небесные тела, они образовывались прежде, совместно с образованием земли. Отсюда же разрешается и возражение, исходящее из мысли о невозможности появления земли прежде своего центрального тела-солнца. Сказание Моисея, напротив, замечательно предупредило утверждение новейших научных гипотез о происхождении и мира (напр. Фая), что земля старше солнца, что солнце есть образ того, чем была земля до геологических времен.

139

Творческое слово к водам в Зап. на кн. Бытия переводится: да породят воды. «Сим повелением не сообщается водам жизнодательная сила», но «указуется некое начало, или как бы семя, из коего, по слову творческому, должен был возникнуть сей род тварей, положенное в предопределенной для них части всеобщего естества действием Духа Божия, носившегося над водами» (17–18 стр. по изд. 1867 г.).

140

Словом bara, указывающим на творческие действия Божии в собственном смысле, Моисей обозначает только создание первовещества видимого мира (1 ст.), создание первых живых тварей (21 ст.) и создание человека (27 ст.) Все прочие действия Божии представляются созидательными, устроительными, и обозначаются глаголом asah – сделал, образовал. Смысл этих глаголов удержан в латинской Библии – creavit и fecit, и в русской – «сотворил» и «создал». В греческом тексте тот и другой глагол переведены одним словом – ἐπoίησε, а по сему и в славянском всюду стоит «сотвори». Так как у греков не было идеи творения, то можно думать, в их языке не оказалось и слова для выражения этой идеи и разницы понятий, обозначаемых еврейскими bara и asah.

141

В переводе LXX и в славянском повеление о бытии птиц стоит в связи с воззванием Божиим к водам о произведении животных, из чего следует, что как будто птицы образованы или созданы из воды. Но такой перевод не согласен с подлинником, по которому Творец и птицам повелевает полететь: да полетят, как водам – переполниться пресмыкающимися.

142

Филарета митр. Зап. на кн. Бытия 4 стр. по изд. 1867 г.

143

Если отвергнуть, напр., завершающий творческий момент в образовании планетных тел, то нельзя будет понять, почему дробление первозданного мирового веществ а, отделявшего, как предполагают, от себя кольцо за кольцом, планету за планетой, наконец остановилось. – То же приложимо и к другим ступеням мирообразования.

144

Как в пользу того, так и другого мнения представляются различные библейские доказательства. Защитники мнения о днях творения, как продолжительных временах, приводят преимущественно следующие доводы. 1) Первые три дня творения не могут быть обыкновенными днями, ибо астрономическое отношение земли к солнцу установлено в четвертый день творения. Следов., тоже можно думать и о последних трех днях творения. 2). Евр. слово «jom» значит и «день» и «эпоха» или «период»; в Библии оно употребляется часто в значении неопределенного периода времени (напр. Быт.2:4; Втор.9:24; 31:17; 32:7; Пс.2:7; Ис.34:8; 65:22; Иер.46:10; Иоил.2:31; Ам.3:14; Зах.14:9 и др.; ср. Мф.10:15; 12:36; Ин.8:56; Рим.2:5; 2Кор.6:2 и др.). Другого слова, кроме «jom», для обозначения идеи эпохи или периода в еврейском языке даже и нет. 3) «Днем» называется и седьмой день – день покоя Божия, под которым должно разуметь период неопределенной продолжительности. 4). Дни творения – дни дел Божиих, а не человеческих, а пред очима Божиими тысяща лет яко день вчерашний (Пс.89:5, – приписываемый Моисею; ср. 2Пет.3:8). 5). Бог не имел нужды в целом дне или 24 ч., напр. на сотворение света, растений, солнца и звезд и т. д. Посему в сказании о днях творения необходимо дни понимать в метафорическом, переносном значении. 6). Существенное в сказании Моисея о днях творения – шесть моментов творения, как основа закона о субботнем покое, а не продолжительность их. 7). В истории мирообразования принимала деятельное участие новосозданная природа, исполняя творческое слово Божие. По самому же свойству сотворенных вещей для сего было необходимо и время, более продолжительное, чем допускаемое буквальным пониманием дней творения. Наконец, 8) космогонические предания других народов (напр. индийцев, персов, этрусков, халдеев и др.) о днях мирообразования, как продолжительных временах, являющиеся отголоском истинного предания, хотя и в искаженном виде, располагают к пониманию дней творения в смысле продолжительных времен.

Защитники буквального понимания дней творения, не находя эти доводы достаточно убедительными, противополагают оным следующие. 1) Принятие дней творения за обыкновенные дни, определяемые утром и вечером, более соответствуют прямому смыслу библейского текста. 2) Если последние три дня творения без затруднения могут быть принимаемы за обыкновенные т. е. астрономические дни, то и первые три дня, определяемые также утром и вечером, таковы же. 3) Исторический характер кн. Бытия требует буквального понимания дней творения. 4) Того же требует закон о субботнем покое, основывающейся на истории шестидневного творения. 5) Представление о творении, как чрезмерно продолжительном процессе, не мирится с изображениями в Писании всемогущества Творца: Той рече, и быша: повеле, и той создашася (Пс.32 :9). 6.) Преимущественное у древних отцов и учителей церкви понимание дней творения в буквальном смысле должно склонять к такому же пониманию этих дней.

Обсуждение приведенных доводов за то и другое понимание дней творения см. у пр. Рождественского Н. Апологетика. II т. 209–216 стр. – Лопухина А. проф. Библ. ист. ветх. зав. 1896 г. 429–431 стр. – Светлова П. свящ. Оп. апол. излож. прав.-христ. вероучения. I ч. 223–230 стр. ср. Сергиевского Н. прот. Творение мира и человека. 86–89. 126–127 стр. Богородского Я. проф. Происхождение мира – Прав. Соб. 1901 г. Окт. 502–507 стр. Сергия архиеп. Беседы об основных истинах прав. веры. Владимир. 1893 г. 269–305 стр.

145

Филарета митр. Зап. на кн. Бытия, 4 и 35 стр. по изд. 1867 г.

146

Обсуждение этого вопроса, а также разбор возражений и противных Библии учений естествознания о происхождении мира можно находить отчасти в вышеуказанных (примеч. к § 18) сочинениях прот. Сергиевского, Меньяна, Властова, Вигуру, Банкальского, а также в курсах Апологетики проф. Рождественского, Геттингера, Эбрарда, прот. Петропавловского И. (В защиту христ. веры). Кроме этих можно указать еще на следующие: Попова В. Современное естествознательное учение о происхождении вселенной. Спб. 1872 г. – Успенского Е. Христ. умозрение и челов. разум, гл. III. Платонова И. проф. Опыт соглашения Моисеева сказания о сотворении мира с новейшими данными науки (Вера и Раз. 1886 г. I т. I ч.). – Библ. уч. о творении мира и естеств.-научная теории мировой эволюции по Дютоа-Галлеру (там же, 1897 г., 6 и 7). – Глаголева С. А. проф. Гадания ученых о происхождении мира (там же, 1897 г. 19 и 23 кн.). – Религия и наука в их взаимоотношении к наступающему XX столетию – в Бог. В. за 1899–1900 г. и в отд. изд. Голубинского Д. Ф. проф. По поводу вопросов о творении мира (там же, 1895 г. III т.). Замечания на уч. Геккеля о происхождении мира (Пр. Об. 1879 г. III т.) – Попеля Е. Современная наука и догмат творения (Чт. люб. дух. проев. 1880 г. II т.) – Матвеева Ф. Опыт приложения научных знаний к библейскому сказанию о миротворении. Москва. 1888 г. – Мозолевского Георг. свящ. Обсуждение современных научных гипотез о происхождении мира на основании библейского повествования о сотворении его (Вера и Раз. 1901 г. 15 и 16 кн.). Глориантова Н. проф. Взгляд на учение современной теологии о происхождении мира и будущей его судьбе, при свете божеств. откровения (Хр. Чт. 1861 г. I и II т.; 1892 г. II т.). – Шестоднев и потоп (там же, 1883 г., II т). Ловягина Е. Разбор суждений новейших естествоиспытателей о земном шаре сравнительно с учением слова Божия о видимом мире (там же, 1859 г. II т.). – Лебедева А. проф. Выводы материализма в вопросе о происхождении мира пред судом строго-научного естествознания (Приб. к твор. св. отц. 1872 г. XXV т.). – Тимаева Н. Сотворение мира и первобытные времена человечества. 1892 г.

Указание литературы более специальной, по разным частным сторонам того же вопроса см. ниже.

147

Что действительно область естествознания сравнительно весьма ограниченна, это признается и открыто высказывается и беспристрастными авторитетами естествознания. См., напр. Речь о пределах естествознания. Э. Дю-Буа Реймонда (Прав. Об. 1878 г. янв.). Ср. Цертелева. Границы религии, философии и естествознания (там же, 1879 г. авг.).

148

Подобное разъяснение мысли, что данными естествознания требуется признание временного начала мира, см. в труде архим. Бориса. О начале мира. 1891 г. Иначе думают лишь материалисты, утверждающе вечность материи, а некоторые (напр. Кцольбе) и вечность мира, но материализм не то же, что наука. Последовательно проведенный материализм даже ведет к отрицанию науки. Основании для себя в естествознании материализм не имеет, хотя обычно и выдает себя за научное мировоззрение. См. о семь в ст. Гусева А. Фиктивный союз материализма с естествознанием (Пр. Об. 1877 г., №№ 6 и 8).

149

Изложение в общедоступной форме выводов астрономии об устройстве неба можно читать в превосходном сочинении Бенера А. Космос, библия природы. Спб. 1870 г. 1 кн. См. также переведенные на русский язык очеркни и системы астрономии Дж. Гершеля, Фр. Араго, А. Гильемена, Фр. Шедлера, Щультца, Ньюкомба и Энгельмана, русского проф. Хандрикова и др.

150

Как на противоречие между Библией и астрономией, иногда указывают на то, что в XVII в. система Коперника, по которой видимые перемены положений солнца и других светил на своде небесном объяснялись движением земного шара около оси и вокруг солнца, подвергнута была гонениям на западе: Галилей за это учение был обвинен в ереси, а самое учение объявлено противным Писанию. Но в православной церкви система Коперника не подвергалась преследованиям. Да и на западе преследование этой системы, как еретической, исходило из неправильного понимания Писания, будто бы содержащего учение о неподвижности земли (Нав.10:12–14; Еккл.1:4), а отчасти и из других причин, с Библией ничего общего не имеющих.

151

Кант предложил свою гипотезу о происхождении небесных миров в сочинении «Общая естеств. история и теория небесных тел», изданном в 1755 г. Основные положения этой гипотезы, после астрономических открытий Гершеля, были наиболее подробно развиты французским астрономом и математиком Лапласом (в соч. «Система мира», изд. в 1796 г.; имеется и в русском переводе. Спб. 1861 г.), хотя и независимо от Канта (о гипотезах Канта и Лапласа см. «Астрономию» Ньюкомба и Энгельмана. Пер. Дрентельна. Вып. IV, 1896 г., у Ульрици. Бог и природа. I т. Каз. 1867 г. 256–271 стр., у Бориса архим. О начале мира. 105–124 стр. и у др.). Как весьма согласная с библейским учением о мирообразовании, эта гипотеза была встречена в богословии весьма сочувственно и оказала влияние на сами объяснения библейского шестоднева. В новейшее время, по требованию новых астрономических данных, она подверглась некоторым видоизменениям, дополнениям и поправкам. В 1884 г. это сделано было французскими астрономом Фаем (Faue), предложившим собственную гипотезу образования мировых тел (2-е изд. его книги «Происхождение мира» имеется и в рус. переводе, Спб. 1894 г., с приложением разбора его гипотезы. См. об этой гипотезе еще в ст. Глаголева С. Новая теория происхождения мира в Прав. Об. 1889 г. I т.). Последний более значительный опыт построения истории образования миров (появился в 1897 г.) принадлежит французскому ученому Лигонде, который в своих гаданиях по этому вопросу руководился Лапласом и Фаем (см. о его гипотезе в указ ст. Глаголева Гадания ученых о происх. мира.) Во всех гипотезах решается вопрос об образовании собственно солнечной системы, но всеми предполагается, что и другие миры образовывалась подобным же образом.

152

Изложение научных выводов о ступенях развития земли можно читать у Ульрици. Бог и природа. I т. 271–282 стр. См. также у Бенера. Космос. III кн. Иностранцева А. проф. Основы геологии. – Как именно совершилось землеобразование, твердо установившегося учения в геологии нет. Одни защищают теорию вулканическую, иначе теорию переворотов (катастроф), которою приписывается преобладающее значение в образовании земли огню, другие – нептуническую, иначе – теорию медленного развития земли, которою главное значение в землеобразовании усвояется воде.

153

Подтверждением возможности досолнечного света могут служить и такие явления, как северное сияние, от которого земля становится освещенною вне солнечного света, а также т.н. электромагнитная буря. Периодические появления северного сеяния могут служить и некоторым подобием появления дней и ночей в первые три дня мира. Вообще новейшими наблюдениями относительно теплоты, электричества и гальванизма вполне подтвердилась возможность независимых от солнца световых явлений.

154

Из натуралистов прежнего времени, открыто державшихся религиозных убеждений, можно указать, напр. на философа Лейбница, Кеплера, Коперника, Ньютона, Бакона, Паскаля и им подобных. Их религиозные убеждения общеизвестны. Из выдающихся естествоиспытателей новейшего времени, выразивших убеждение в истине Моисеева сказания о творении, можно указать на Эвлера, Шевреля, Био, Либиха, Гершеля, Медлера, Катрфажа, Жофруа, Сент Иллера, Агассиса, Клода Бернара, Марсель-де-Сереса, Шуберта, Букланда, Шранка, Виземана, Даусона, покойного русского академика К. Э. Бэра и многих других. А под сделанным в Англии в 1864г. воззванием к ученым естествоведам, под которым приглашались подписаться все те, которые убеждены, что не может существовать противоречия между Библией и естествознанием, подписалось более двухсот ученых, и между ними не мало авторитетов науки (в рус. перев. это воззвание напечатано в Прав. Об. 1865 г. № 1.) См. еще ст. Остроумова Ст. прот. Суждения замечательнейших естествоведов XIX в. в защиту христ. веры (Вера и Раз. 1901 г. 8–9 кн.).

155

См. у проф. Рождественекого. Апологетика. II ч. 208–209 стр.

156

См. в ст. Библ. уч. о творении мира по Дютоа-Галлеру. Вера и Раз, 1897 г. II т. I ч. 249 стр.

157

Более известные способы геологического определения древности различных формаций основываются: а) на измерении нарастания земляных пластов от наносов песку, илу и т. д. в известном определенном месте и в известный определенный промежуток времени; б) на измерении поднятия и понижения материков; в) на углублении рек и озер; г) на образовании т. н. сталактитов, известковых натеков и разных окаменелостей. О ненадежности этих средств для геологических вычислений см. у проф. Рождественского. Апологетика. II ч. гл. о степени древности мира.

158

Многим кажутся особенно несогласуемыми с буквальным понимаем дней творения и вообще с библейскою хронологией астрономические вычисления, основанные на законах распространения света. Эти вычисления будто бы твердо убеждают, что для достижения до земли света от некоторых отдаленных звезд, ныне видимых, требовалось громадное число лет, превышающее библейское исчисление времени от сотворения миря (5509 † 1902 г.). Но, во 1-х, скорость распространения света в отдаленных звездных пространствах неизвестна, вероятнее же, что она большая, чем в планетных пространствах. Во 2-х, наблюдаемая ныне скорость света установилась после создания светил, но свет новосозданных светил, правильнее думать, по творческому повелению распространился во все стороны немедленно – в самый день сотворения светил. Наконец, в 3-х и само утверждение, что некоторые светила столь удалены, что свет их доходит до земли в течение десятков тысячелетий, вовсе не есть, вывод из точных данных науки, ибо измерены доселе расстояния только тех звезд, от которых свет может доходить до земли в течение годов или же немногих десятилетий (см. о сем у проф. Д. Голубинского в ст. По поводу вопросов о творении мира).

159

Следы подобного учения встречаются еще в глубокой древности, в древних религиозных космогониях, у греческих философов, даже у Аристотеля, у средневековых ученых, у разных алхимиков, пытавшихся из разных химических соединений произвести живое существо-homunculus’a, но значение научной гипотезы учение о произвольном зарождении получило в текущем столетии. Изложение и разбор этой гипотезы можно находить в след, трудах: Тиндаля Дж. Произвольное зарождение. Лекция в Лонд. корол. общ. с критич. замечаниями И. Милославского. К вопросу о произв. зарождении. Москва, 1879 г. (То же в Прав. Об. за 1879 г.). Никанора арх. Позит. фил. и сверхчувств. бытие III т. 477–498 стр. Глаголева С. А. проф. Происхождение жизни (Хр. Чт. 1898 г. I–II т.). П. Жанэ. Произвольное зарождение и превращение видов. Перев. с франц. Спб. 1898 г. Денисова Л. (перев. с греч.). Вера и знание. VI. Жизнь (Хр. Чт. 1888 г. 2 ч.). Ульрици. Бог и природа. I ч. 282–294 стр.; сн. 146 стр. и след. Кудрявцева В. Д. Самостоятельность начала органической жизни (III т. 1 вып. соч.), О первоначальном происхождении на земле рода человеческого (III т. 2 вып. 199 стр. и след.) и в «Начальных основаниях философии», 298 стр. и след. – Попова. О самозарождении организмов (Прав. Соб, 1877 с. II ч). Эбрарда Апологетика. I т. 406–412 стр. – Прочны ли выводы естествознания о происхождении жизни и человека (Хр. Чт. 1880, I, 3).

160

См. о семь в указан, ст. Хр. Чт. 1880 г. I т. 13 стр. (излагается весьма поучительный спор натуралистов Геккеля и Вирхова о научной несостоятельности Дарвиновой теории развития). Еще более решительное заявление по вопросу о произвольном возникновении жизни сделал франц. ученый Флюранс от имени комиссии, назначенной французской академией наук для выяснения степени научной состоятельности теории гетерогенизма. «До сих пор (т. е. до опытов Пастера) в отношении теории автогенеза еще возможны были некоторые колебания, заявил он, но теперь всякие сомнения устранены... Самопроизвольного возникновения жизни в природе нет и по этому предмету никакие дальнейшие сомнения невозможны. Кто еще и теперь сомневается, тот только доказывает этим, что он не понимает ясно даже существа вопроса» (указ. ст. в Хр. чт. 1888 г. II т. 626 стр.).

161

Некоторые из новейших естествоведов (Томсон, Гелъмгольц, Эд. Кине и др.) думали разрешить загадку для пауки о первоначальном происхождении жизни на земле тем предположением, что первые жизненные зародыши могли упасть на землю вместе с метеорами, отделившимися от других небесных тел. Но, по принятой ныне гипотезе, все небесные тела сначала были так же в расплавленном состоянии, как и земля, почему органическая жизнь на них в то время так же была невозможна, как и на земле. Главное же, таким предположением вовсе не устраняется недоумение: как же на других телах появились живые существа?

162

Первые следы этой теории встречаются уже в древности (у греческих философов Анаксимандра и Емпедокла), но научную форму она получила в истекшем столетии, в учении французских натуралистов Ламарка и Э. Ж. Сен-Илера, позднее – у Уоллеса, преимущественно же у английского натуралиста Ч. Дарвина (в соч. «О происхождении видов путем естественного подбора», изданном в 1859 г.), по имени которого и называется часто « дарвинизмом».

В частностях теория Дарвина подверглась не малым изменениям у великого числа его последователей (выделяется между ними Геккель), но основное ее положение остается в силе и прилагается ко всем отраслям естествознания, так что учение об эволюции получило характер всеобъемлющей и всеобъясняющей теории.

Литература по вопросу о дарвинизме обширна. Разбор с разных сторон этого учения и вообще теории эволюции можно находить в следующих трудах: Данилевского Н. Я. Дарвинизм. Критич. исследование. Спб. 1885 г. Кудрявцева В. Д. Теория трансформации (III т. I вып. соч. Ср. Начал. основ, философии. 303–321 стр.). – Фрошаммера. Разбор уч. Дарвина о происхождении видов в царствах животном и растительном (Приб. к твор. свв. отцов, 1864. XXIII). – Идея творении и теория эволюции по Эламу (Хр. Чт. 1881 г. I ч.). – Ульрици. Бог и природа. I т. 294–329 стр. – Никанора архиеп. Позит. филос. и сверхъчувств. бытие. III т. – Румянцева Н. Дарвинизм (Вера и Раз. 1895–1896 г.). – Чемены М. прот. Дарвинизм. Критич. исслед. Одесса. 1892 г. – Эбрарда. Апологетика I т. §§ 159–168. – Истомина К. Е. Эволюционизм и эволюция (В. и Раз. 1887 г. II). Философская основа эволюции (Там же, 1898 г. II т. I ч.).

163

Не отрицал этого и сам Дарвин. По поводу гипотезы о «произвольном самозарождении» он высказался так: «что покажет будущее – еще неизвестно; на настоящей же своей точке наука не благоприятствует мнению, что живые существа в настоящее время происходят самопроизвольно». В виду этого он допускал, что «все органические существа, когда-либо жившие на земле, вероятно, произошли от одной первичной формы, в которую впервые вдохнул жизнь Творец» (О происх. видов. Пер. Рачинского, 382 стр.). В позднейших изданиях своего сочинения последние слова впрочем Дарвин выпустил

164

В подтверждение постоянства видов можно указать на следующие известные примеры. Пять или шесть тысяч лет прошло с тех пор, как изображены были в Египте животные или растительные виды, но они остались теми же и в наше время, как это показали тщательные исследования Кювье, Гумбольдта и др. В Америке находят ископаемые остатки слонов, носорогов, тигров и других животных нашей геологической эпохи, теперь там не живущих; эти остатки несравненно древнее египетских мумии, но и они не представляют никаких отличий от существующих пород тех же животных. Ту же неизменность находят и в тех породах животных, которые сохранились до настоящего времени от прежних геологических эпох.

165

См. у проф. Кудрявцева. Теория трансформации (III т. I вып. соч. 137 стр.).

166

Изложение мнения Агассица о гипотезе Дарвина см. в ст. «Вера и знание» (Хр. Чт. 1888 г. II ч. 14–15 стр.). Сн. ст. в Церк. Вест. 1900 г. № 35 – Взгляд немецкого апологета (Цеклера) на положение дарвинизма в конце истекающего XIX в.

167

Подробнее о сих гипотезах см. у прот. Сергиевского. Творение мира и человека. Здесь же раскрывается новый опыт примирения Библии и науки, названный автором «тео-космогоническим», приближающийся к гипотезе дней-эпох. – См. о том же у пр. Сильвестра. Догм. Бог. III т. § 17. Преосв. автор склоняется к признанию гипотезы восстановления, но с некоторыми ограничениями. – Проведение довольно подробной параллели между геологическими эпохами и днями творения см. у Вигуру. Руков. к чт. и изуч. Библии. I т. 331–355 стр. в рус. пер., так же у Меньяна. Мир и первобытный человек. Обзор тех же гипотез сделан в ст. Новорусского А. Разбор мнений о шестидневном творении (Пр. Об. 1886 г. III т.).

168

Митр. Филарета. Зап. на кн. Быт. 32 стр.

169

Особенно выразительно, согласно с пониманием древних отцов церкви (Златоуста, блаж. Феодорита) эта черта образа Божия в человек объяснена в Зап. на кн. Бытия: «Бог есть Владыка всего: и человек поставлен владыкою видимого мира. Человек украшается образом Божиим для того, что видимые твари созданы для него, а он – для Бога; ибо ничто не может быть так любезно Высочайшему Существу, как образ высочайшего совершенства Его; и не может быть большего полномочия для обладания тварями, как образ Творца» (36–37 стр.). В создании только человека по образу Божию находится разъяснение того, смущающего веру многих, недоумения: как можно допустить, что все было создано для человека, когда он так ничтожен по сравнению с беспредельностью вселенной и слаб в некоторых отношениях даже по сравнение с животными. По сравнению, с бесконечным величием Божиим и вся неизмеримая вселенная – ничто. Истинное величие не внешнее, а нравственное, духовное. Человек в сравнении с бессознательною, вещественною природою именно велик по своему богоподобному духу. Для спасения падшего человека воплотился Сам Сын Божий – Творец вселенной, что доказывает, сколь великую цену в очах Творца мира имеет человек, образ Его совершенств.



Источник: Малиновский Н. Православное догматическое богословие: В 4-х т. Сергиев Посад, 1910 (т. 2).

Вам может быть интересно:

1. Православное догматическое богословие. Том 2 – III. Творение рода человеческого протоиерей Николай Малиновский

2. Опыт православного догматического богословия. Том III – Учение частное святитель Сильвестр (Малеванский)

3. Исследования и статьи по естественному богословию профессор Виктор Дмитриевич Кудрявцев-Платонов

4. Православное Догматическое богословие. Том 1 – Часть вторая. Бог в явлении тварям святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

5. Пасхальная тайна: Статьи по богословию – СВЯТИТЕЛЬ ВАСИЛИЙ, МЕССАЛИАНСТВО И ВИЗАНТИЙСКОЕ ХРИСТИАНСТВО протоиерей Иоанн Мейендорф

6. Лекции по введению в круг богословских наук – III. О ТВОРЕНИИ МИРА епископ Михаил (Грибановский)

7. Замечания, поправки и дополнения к "Православному Догматическому Богословию" прот.Н.П.Малиновского (тт.III и IV) священномученик Иларион (Троицкий), архиепископ Верейский

8. Святитель Григорий Палама как святогорец – Глава XII. Опытное богосолвие митрополит Иерофей (Влахос)

9. Записки по дидактике – Конспекты уроков по Закону Божию и славянскому языку священномученик Фаддей (Успенский), архиепископ Тверской

10. Введение в православное богословие – ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ОБ ИСТОЧНИКАХ ПРАВОСЛАВНОГО БОГОСЛОВИЯ митрополит Макарий (Булгаков)

Комментарии для сайта Cackle