Азбука веры Православная библиотека протоиерей Василий Рождественский Руководство к истолковательному чтению книг Нового Завета: I. Соборные послания, II и III. Послания св. ап. Павла и Апокалипсис
Распечатать

протоиерей Василий Рождественский

Руководство к истолковательному чтению книг Нового Завета: I. Соборные послания, II и III. Послания св. ап. Павла и Апокалипсис

Библиографические заметки

Предмет, которому посвящены названные нами в заглавии книги и еще более цель, для которой они предназначены автором (а они предназначены служить учебным руководством при изучении книг нового завета в VI-м классе духовных семинарий), делают их явлением в нашей духовной литературе, заслуживающим внимания. К сожалению, рассмотрев их, мы не можем приветствовать их, как особенно дорогое и полезное приобретение для нашей учебной литературы. Не отрицаем некоторых достоинств труда г. Иванова. Уже одна попытка – представить в руководстве, вместе с историческим обозрением книг апостольских, объяснение самого текста их – сама по себе заслуживает полного одобрения. Затем, и в той и в другой части своего труда, автор во многих случаях воспользовался довольно удачно существующими в иностранной литературе историческими экзегетическими исследованиями и старался дать посильный ответ, и разъяснение на все представлявшиеся в том и другом случае более или менее важные вопросы и затруднения. Но, эти немногие светлые стороны руководства сильно заслоняются многочисленными и нередко столь крупными недостатками его, что только в виду крайней скудости у нас учебных пособий по св. писанию можно рекомендовать его, как учебное руководство для наших семинарий. По всему видно, что автор отнесся очень легко к своему делу и поспешил выпустить в свет свой труд, совершенно в необработанном, можно сказать – черновом виде.

Посмотрим, прежде всего, на историческую часть руководства, излагающую сведения о лице писателя той или другой книги, а также о времени, месте, поводе и других обстоятельствах написания каждой из них. Удовлетворительное составление этой части, нужно заметить, при существующих многочисленных и прекрасных пособиях в иностранной, а отчасти и в нашей литературе, не представляет особенной трудности; необходимо только приложить старание о том, чтобы воспользоваться готовым и разработанным материалом с требуемой, от всякого учебного руководства, точностью и верностью в передаче исторических фактов, равно, как ясностью и отчетливостью при их изложении. Требования, очевидно, очень нетяжелые и удобоисполнимые; но о выполнении и этих элементарных требований А. Иванов позаботился, – справедливость требует сказать, – очень мало при составлении своего руководства. Самые общеизвестные исторические факты автор нередко передает неверно в своем изложении или опутывает их, примешивает, при этом к чужим неосновательным мнениям, свои неясные произвольные, впадает очень часто в противоречие с самим собой, вещи только предположительные представляет, как несомненные и т. под.; многие погрешности представляются при этом тем более странными, что у автора были под руками, хотя он не указывает, такие дельные иностранные пособия, как сочинение Рейтмайра (Einleitung in die canonischen Bücher des N. Bundes) или Бишпинга (Exegetisches Handbuch zum N. Testament), которыми он и пользуется, по местам переводя их буквально, большей же частью, переделывая их на свой лад. Мы не беремся указывать здесь, все допущенные автором, неверности исторического изложения, неточности, противоречия и пр.; это повело бы слишком далеко. Чтобы не быть, однако, голословным в своих суждениях, мы представим несколько выписок из его руководства, как образчик того, как ведется у автора дело.

Открываем третий выпуск его руководства, на стр. 141-й, где автор, излагая сведения об апостоле Тимофее, касается по необходимости и разных обстоятельств из жизни ап. Павла, и таким образом, дает возможность наблюдать за верностью и основательностью его исторического изложения на более или менее, обширном поле фактов. Изложив сведения о происхождении св. Тимофея, его воспитании и обращении в христианство, и переходя за тем к описанию его благовестнической деятельности при ап. Павле, автор говорит: «из Листры ап. Павел с своими спутниками. Силой и Тимофеем, отправился чрез Троаду в Македонию, где на пути присоединился к ним еще Лука. Подвергшись в Филиппах темничному заключению и освободившись от него по праву римского гражданства, Павел и Сила удалились в Фессалонику. За ними следовал и Тимофей ( Деян. 16 гл.?). Но, когда иудеи не оставили проповедников (?) и в Фессалонике, и потом преследовали их и по выходе из этого города, то Павел, оставив Силу и Тимофея в Берии (Деян.17:44), удалился в Афины, куда впрочем, по его зову вскоре прибыли и его спутники. Из Афин Павел посылал Тимофея в Фессалонику для утверждения тамошних христиан в вере и сам ожидал его уже в Коринфе, где Павел оставался полтора года». Остановимся доколе на этих строках, из которых, почти на каждой, мы встречаемся с той или другой неверностью или неточностью исторического изложения. И прежде всего, путь апостола из Листры, во время второго его апостольского путешествия, лежал отнюдь не прямо чрез Троаду в Македонию; он проходил еще с новыми спутниками своими Фригию и Галатию, – и в последней оставался для проповеди довольно долгое время; хотел идти в Асию, но не был допущен Духом Св.; дошел до Мисии, покушался идти в Вифинию, но и на это также не было изволения Духа Божия; миновав же Мисию, благовестники Христовы пришли, наконец, в Троаду, где (а не в Галатии, как говорит автор во ІІ-м вып. на стр. 6) и последовало апостолу высшее указание о перенесении своей апостольской деятельности в Македонию (Деян.16:6–9). – Далее по словам автора выходит, что Лука присоединился к апостолу на пути в Македонию; но не сам ли же автор, во ІІ-м вып., стр. 6, указал именно Троаду, как место первой встречи Луки с ап. Павлом? Или в самом деле автор, вопреки общепринятому мнению, считает не Троаду, а какой-либо город Македонии, местом встречи их? Тогда это нужно бы было сем-либо подтвердить. – Из темничного заключения в Филиппах, апостол с Силой освободился также вовсе не по праву римского гражданства, а чудесным образом; этим правом и не думал пользоваться апостол, допустивший бить себя палками; и если потом указал на него филиппийским воеводам, уже освободившим его, то указал для того, чтобы заставить их – также публично засвидетельствовать невинность свою и своего спутника, как публично они ввергли их в темницу. Переходя к следующим за сим строкам, заметим наперед, что во ІІ-м выпуске, на стр. 6, автор говорит, будто-бы апостол Павел оставил в Филиппах своих спутников – Силу и Тимофея, а сам и следовательно один, отправился в Фессалонику и далее, чрез Берию в Афины; в рассматриваемом нами месте, он хотя и поправляется от этой ошибки, но и здесь опять изложение фактов является не менее неточным и странным. И во-первых, мы решительно не понимаем того выражения автора, будто бы иудеи города Фессалоники преследовали апостола с его спутниками и по выходе из этого города. В книге Деяний Апостольских говорится, напротив, что Павел и Сила были отправлены братьями Солунскими ночью, следовательно, тайно, без всяких преследований (Деян.17:10). Затем, в Берии апостол был не мимоходом только, чтобы оставить там Силу и Тимофея, а самому удалиться в Афины; но найдя и здесь, как и в Фессалониках, иудейскую синагогу, он проповедовал в этом городе некоторое время и с большим успехом. Когда же фессалоникийские иудеи узнали, что и в Берии проповедано Павлом слово Божие, то пришли и туда, возбуждая и возмущая народ, после чего апостол, действительно и удалился, и опять тайно, в Афины; Сила же и Тимофей остались в Берии. Наконец, на каком основании, автор с такой решительностью утверждает, что оставленные апостолом в Берии, Сила и Тимофей прибыли по его зову в Афины и при том – вскоре, и что именно из Афин Павел посылал Тимофея в Фессалонику для утверждения тамошних христиан в вере? Справляясь с изложением этих обстоятельств у автора и в других местах его руководства, оказывается, что он сам не имеет ясного, определенного представления об этом и говорит под влиянием бывших у него под руками книжек (Рейтмайр и Бишпинг, относительно этого пункта действительно несогласны в мнениях) в одном месте так, а в другом – иначе, не замечая или забывая, что противоречит сам себе. Так, на стр. 6, вып. ІІ-го, читаем у автора: «оставаясь здесь (в Афинах) несколько времени для проповеди о неведомом Боге, апостол, для утверждения в вере церкви солунской, отправил Тимофея (1Солун.3:1–2), а сам основал свое местопребывание в Коринфе, где и пробыл полтора года». На стр. 94, III-го вып. (ср. 96 стр.), автор, говоря о поводе к написанию и цели 1-го послания к Солунянам, и заимствуя рассуждение об этом у Рейтмайра, пишет, напротив, следующее: «оставив в Берии Силу и Тимофея с целью распространения проповеди и отправляясь (прибыв?) в Афины, апостол, чрез сопровождавших его македонян (?), поручил Тимофею посетить Фессалонику, для утверждения и утешения верующих (1Солун.3:77) и доставить ему в Афины сведения о состоянии церквей македонских (Деян.27:15); сам же вскоре перешел в Коринф, где и ожидал прибытия Тимофея» (Деян.18:1). Таким образом, автор здесь с несомненностью утверждает, что Тимофей ходил, по поручению апостола, в Фессалонику из Берии, а не из Афин. В том же І-м выпуске, чрез несколько листков ниже, г. Иванов опять, как видим, из выписанных нами выше строк, возвращается к противоположному мнению об этом, высказанному во II-м выпуске. И таких странных противоречий встречается в руководстве г. Иванова не мало.

Последуем за изложением автора далее. Упомянув о написании ап. Павлом из Коринфа двух посланий к Фессалоникийцам и о том, что Тимофей оставался при ап. Павле в Коринфе и вместе с ним трудился здесь в проповеди слова Божия, автор так продолжает свое повествование: «кажется, что там же (т. е. в Коринфе) Тимофей оставался и во все то время, когда Павел предпринимал свое путешествие в Иерусалим и потом, пройдя Сирию и малоазийские области, основал свою деятельность в Ефесе (Деян.19:1). Тут опять сошлись ученик и учитель, но только для того, чтобы снова разойтись. В 56 году, апостол послал Тимофея с Ерастом в Македонию и Ахайю для сбора милостыни, которую он готовился отправить в Иерусалим для палестинских христиан (Деян.19:21; 1Кор.16:10). Тимофей вскоре воротился и нашел апостола еще в Ефесе, но возмущение Димитрия принудило их удалиться из Ефеса. Проповедники вместе отправились в Македонию (Деян.20:1). Здесь на пути (?) Павел писал свое второе послание к Коринфянам (2Кор.1:1??), а вслед за тем и сам прибыл в Коринф. Тимофей был с ним, как видно из отправленного из Коринфа послания к Римлянам (XVI, 21). Во время великого (?) путешествия Павлова в Иерусалим, кончившегося, как известно, заключением апостола под стражу, Тимофей с другими спутниками, сопровождал его до Асии (Деян.20:4). Догадываются, что он продолжал это путешествие и дальше до Мплита, где апостол простился с ефесскими пресвитерами (Деян.20:16–17) и может быть, оставил им Тимофея, приготовляя в нем для ЕФеса будущего епископа». Прервем, доколе опять, повествование автора, – и спросим, прежде всего, на каком основании автору кажется, что Тимофей оставался в Коринфе во все то время, когда Павел совершал свое путешествие в Иерусалим и потом, пройдя Сирию и малоазийские области, основал свою деятельность в Ефесе, и что именно в Ефесе, а не где-либо ранее, сошлись ученик и учитель? Оснований для этого не приводится никаких у автора, – да их и нет вовсе. Почему бы не сказать прямо, – и это было бы точно, – что неизвестно из книги Деяний Апостольских, где был Тимофей во время этого путешествия Павла в Иерусалим, – оставался ли в Коринфе или же сопровождал апостола не только до Ефеса, как Акила и Прискилла, но и далее? – Следующее за сим выражение автора: «тут опять сошлись ученик и учитель, но только для того, чтобы снова разойтись», – сколько странно, столько же опять и исторически не верно. Действуя вместе с апостолом в Ефесе, Тимофей является также постоянным и деятельнейшим сотрудником его и далее – в Македонии и Ахайи, и на обратном пути из этой последней в Асию; следовательно ученик и учитель сошлись не для того только, чтобы снова разойтись. Указываемое при этом автором посольство Тимофея с Эрастом в Македонию и Ахайю для сбора милостыни, которое, как кажется и вызвало у автора эту странную фразу, как-будто бы это посольство последовало тотчас после встречи Тимофея с Павлом в Ефесе, на самом деле последовало уже в конце почти трехлетнего пребывания апостола в этом городе вместе с Тимофеем, когда Павел, видя с утешением, как крепко возрастало и возмогало слово Господне в Асии и в частности в Ефесе, положил – говорится в Деяниях Апостольских (Деян.19:21–22), – в духе, прошедши Македонию и Ахайю, идти в Иерусалим, сказав: побывав там, я должен видеть и Рим; и послав в Македонию двоих из служивших ему, Тимофея и Эраста, сам остался на время в Асии. Посольство это было, следовательно, в конце уже 56-го или даже в начале 57-го года, незадолго до отправления 1-го послания к Коринфянам. – На каком опять основании автор не колеблясь утверждает, что Тимофей вскоре воротился из путешествия и нашел апостола еще в Ефесе, и что проповедники вместе отправились в Македонию, – не знаем; и в этом случае, он также выдает, как известное то, что на самом деле совершенно неизвестно и о чем можно говорить только предположительно. Наконец и то выражение автора, что во время последнего путешествия апостола в Иерусалим, Тимофей сопровождал его вместе с другими спутниками до Асии – не точно, а вследствие этого и выставляемая, как что-то особенное, догадка, что Тимофей продолжал это путешествие и дальше до Милита – совершенно излишня. Из Деяний Апостольских ясно видно, что как Тимофей, так и другие шесть спутников апостола, поименовываемых дееписателем, сопровождали его не до Асии только, но и по Асии, и по всей вероятности все также продолжали с ним это путешествие до Милита, где вместе с пресвитерами ефесскими и простились с апостолом, за исключением Трофима, которого видим при нем и в Иерусалиме (Деян.21:29). Вот, таким образом, новый образчик того, как мало наблюдает автор за точностью и отчетливостью своего исторического повествования.

Не делая дальнейшей выписки из рассматриваемого нами отдела в руководстве, отметим прямо встречаемые и далее еще более поразительные странности, неточности, противоречия в передаче исторических событий. Так, на стр. 143-й автор говорит, что «апостол, по освобождении из римской темницы, прибыл на восток, посетил многие малоазийские церкви, был в Милите (2Тим.4:20) и тут же, вероятно рукоположил Тимофея во епископа ефесской церкви, не смотря на относительную его молодость (30–35 лет)». Само по себе это место не представляет ничего особенного, хотя упоминание о темнице, в которой апостол был будто-бы заключен во время первых своих уз в Риме (на стр. 38 автор называет даже положение апостола в римской темнице тяжелым), заставляет уже относиться подозрительно к словам автора, так как он сам же, во II вып., на стр. 8, весьма ясно и правильно сказал, что в Риме, во время первых уз, Павел пользовался большим снисхождением, так что мог жить с воином, стерегшим его, в особой квартире и в продолжении двух лет свободно принимал приходивших к нему. И действительно, сличая это место с другими, касающимися того же предмета, мы открываем опять у автора непостижимое разногласие с самим собой. На стр. 6, того же III выпуска, у автора говорится диаметрально противоположное вышеприведенному месту, – именно, что апостол, после содержания в узах в Кесарии приморской, был отправлен в Рим, – и что в Риме (Деян.28:16??) он находился, вероятно, до самой смерти, определяя время написания послания к ефесеям (стр. 7), автор говорит также, что оно написано «в тот период, когда ап. Павел находился еще на свободе, хотя и под стражей, и мог быть посещаем и окружаем разными лицами, – что, конечно трудно предположить во время строгого заключения его пред самой смертью», т. е. говорит опять об этом так, как говорят именно те ученые, которые отрицают вторые узы Павла в Риме, а вместе то, что Павел, по освобождении из первых уз, путешествовал на восток – в церкви малоазийские и на запад – в Испанию, утверждая, что то благоприятное положение апостола, описанием которого заканчивается книга Деяний Апостольских, скоро изменилось к худшему, что за этой переменой не замедлило последовать и осуждение апостола насмерть. Рядом с этим странным противоречием открываем и другое; относительно рукоположения Тимофея во епископа ефесской церкви, автор во II-м вып., на стр. 9, уже сказал весьма определенно, что апостол совершил это рукоположение в Ефесе (и по всей вероятности, здесь), а не в Милите, хотя и там у автора дело не обходится без странности. Это указание на Ефес, как место рукоположения ап. Павлом Тимофея во епископа, делается у автора в связи с таким предварительным замечанием: «проходил-ли, – говорится, – ап. Павел чрез Ефес, – неизвестно, так как он предсказывал, что пресвитеры ефесские уже не увидят его лица (Деян.20:22). Но он, вероятно, теперь рукоположил в Ефесе Тимофея во епископа». Таким образом, ап. Павел посвятил Тимофея во епископа в Ефесе, не бывши на самом деле в Ефесе!…

Достойны замечания и следующие, на той же странице 143-й, строки у автора: «продолжая свой путь на запад, апостол прибыл в Македонию (1Тим.1:3), где он узнал о появлении лжеучителей в Ефесе и Асии, и решился отправиться к своему ученику на помощь; но македонские и ионийские церкви, не менее ефесской, нуждались в личном присутствии апостола, и потому удерживали его». Таким образом, церковь ефесская является у автора отличной от церквей ионийских. Интересно бы знать, какие же именно церкви апостольские автор считает ионийскими и где, по его мнению, лежала древняя Иония?

Можно подумать, что взятый нами для образца отдел из руководства г. Иванова составляет какое-либо исключение, где случайно и не случайно, могли быть допущены автором разного рода погрешности. Отнюдь нет; и другие исторические отделы представляют также очень много подобных же погрешностей, весьма важных нередко в особенности, потому что они лежат у автора в основании для разрешения тех или других исторических вопросов о книгах апостольских. Так, например, определяя время написания 1-го послания ап. Петра (см. вып. I, стр. 36), автор говорит, что о времени написания его можно заключать из того, что Силуан, спутник ап. Павла, находится при Петре, а он мог отделиться от Павла не прежде отправления его в Рим, т. е. не раньше 60-го года. Спрашивается: на каком основании автор утверждает, что Силуан мог отделиться от Павла не прежде отправления его в Рим, т. е. не раньше 60-го года? Правда, автор, говоря выше о поводе к написанию того же послания, называет Силуана постоянным спутником ап. Павла и в доказательство этого цитирует надписания 1-го и 2-го послания к Солунянам (1 и 2Сол.1:1), в которых стоит имя Силуана; но чрез это для нас только яснее открывается произвол автора в том и другом случае. В числе спутников ап. Павла, мы не видим имени Силуана, по книге Деяний Апостольских, уже с конца второго апостольского путешествия его, – со времени именно первого пребывания апостола в Коринфе в 52 и 53 году; и в виду того обстоятельства, что дееписатель в числе лиц, сопровождавших ап. Павла, во время третьего его путешествия, на обратном пути из Коринфа чрез Македонию и Асию в Иерусалим, не поименовывает Силуана, мы можем с достоверностью заключать, что в это уже время Силуана не было при ап. Павле. Держась, следовательно, строго исторических указаний, можно сказать только на этом основании, что послание ап. Петра могло быть написано лишь после второго апостольского путешествия Павла, потому что до этого времени Силуан был действительно неотлучно с Павлом; а, следовательно, также и то положение автора, что ближайшим поводом к написанию послания ап. Петра было прибытие к нему в Вавилон Силуана с известием о заключении Павла в узы, сначала в Кесарии, потом в Риме, является совершенно бездоказательным. Заметим также, кстати, что и из двух других оснований, приводимых автором для определения времени написания указанного послания, – одно, что ап. Петру были известны послания к Римлянам и к Ефесеям, ни здесь, ни выше (стр. 34–35), ничем не подтверждается, а силу другого, что 1-е послание Петра по времени не должно далеко отстоять от второго, автор сам же, в следующем за сим примечании (стр. 37), неожиданным образом ослабляет, так что, в конце концов, мнение автора, что послание могло быть написано в 63—65—м годах, оказывается нисколько недосказанным. И таких вещей, нужно сказать, которые в руководстве г. Иванова остаются или совершенно недоказанным, или неразъясненными точно и определенно, можно бы указать не мало. Приведенный сейчас пример может также отчасти служить образчиком того, насколько отчетливо и основательно ведется у автора рассмотрение разных исторических вопросов о происхождении апостольских книг.

Нельзя сказать также, чтобы указанные недостатки, по отношению к содержанию, искупались в руководстве г. Иванова, по крайней мере, безукоризненным повсюду изложением дела. Автор владеет, правда, вообще довольно бойкой и легкой фразой; тем не менее во многих местах изложение у него представляется крайне запутанным или по крайней мере неотчетливым и растянутым; это замечается особенно в тех местах, где автор не переводит, буквально находившихся у него под руками, иностранных пособий, но переделывает их, и переделывает не всегда удачно. Встречается в руководстве не мало повторений одного и того же. Но, особенно неудачным, мы находим изложение в руководстве вопроса о подлинности каждого послания. Странным представляется уже то, что автор, то рассматривает этот вопрос наряду с другими историческими вопросами, то помещает его в виде примечания и иногда весьма краткого; главное же неудобство состоит в том, что предлагаемые при этом автором доказательства подлинности по отношению к каждому посланию сводятся обыкновенно к одной номенклатуре отцов и учителей церкви и цитатам разнообразных сочинений их, с указанием частных отделов их, в которых встречаются выдержки или указания на то или другое послание. Запомнить эту сложную и дробную аргументацию не в состоянии, конечно, самая счастливая память, а, следовательно, и цель руководства в этом случае не достигается, Поэтому было бы гораздо рациональнее и практичнее – рассмотреть этот вопрос в одном отдельном параграфе по отношению ко всем вообще посланиям апостольским и не прибегая к механическому перечню имен отцов и учителей церкви и их сочинений, указать доказательства их подлинности из общего предания и практики древней вселенской церкви в отношении к ним; а такие доказательства указать можно и они весьма убедительны.

Многое еще в исторической части руководства даст повод для разных замечаний; но мы должны сказать также, хоть несколько слов, о другой, обширнейшей части руководства, заключающей истолковательные примечания к тексту, рассматриваемых посланий.

На эту часть руководства было, как кажется, обращено особенное внимание автора. «Так как при последовательном чтении св. писания, – говорит он в предисловии к первому выпуску, – для изъяснения многих мест и установления истинного понимания того или другого текста, в духе учения православной церкви, необходимо обращаться к мнениям отеческим и к современным исследованиям библейской экзегетики; то, кроме подробных (?) библиологических сведений о каждой книге и обстоятельного изложения общего содержания главы или отдела послания, в книгу внесены многие примечания, в которых славянский текст сносится с греческим, а нередко и с латинским, и предлагаются святоотеческие и учительские мнения, филологические и исторические объяснения трудных мест и разборы возражений отрицательной критики, на сколько то было необходимо для напоминания ученикам сказанного в классе». Уместности и руководственной важности подобных примечаний отрицать нельзя, особенно в виду того, что автор и желал сделать свое руководство руководством именно к истолковательному чтению книг нового завета; но дело в том, как составлены эти примечания. Справедливость требует сказать, что они составлены не со всем так, как читатель может подумать на основании вышеприведенного объяснения характера их и состава со стороны самого автора.

Прочитывая эти примечания, не доумеваешь, прежде всего, чем вообще руководился автор в выборе и характере их. Определенной задачи, методически преследуемой при этом, не видно никакой. Ближайшим образом, следовало бы, конечно ожидать, что автор обратит особенное внимание на отделы руководственные в каждом послании, существенно важные по своему вероучительному или нравоучительному содержанию и постарается представить в своих примечаниях возможно-основательное объяснение этих отделов в особенности. Этого он не делает; подобного рода отделы ни сем не отличаются в его примечаниях. Нельзя сказать также, чтобы автор останавливался вообще на местах почему-либо трудных для понимания, – и их хотя кратко, но толково и основательно объяснял. Примечания его, начинаясь обыкновенно ex abrupto, т. е. без всяких объяснений, что собственно важного или затруднительного заключает известный отдел того или другого послания апостольского, представляют собой просто ряд отрывочных, бессвязных, как бы случайных заметок на разные места известного обозреваемого послания, нередко даже на одно слово или выражение, – заметок, составленных, очевидно на скорую руку, которые, может быть, для слушателей самого г. Иванова служили напоминанием сказанного им в классе; для постороннего же читателя, ничего не напоминая, составляют большей частью плохое пособие для истолковательного чтения текста посланий апостольских. Плохое – во-первых, потому что читая эти объяснительные заметки, встречаешь на каждом шагу – с одной стороны множество пробелов, т. е. мест, оставленных без всякого объяснения, хотя и не всегда удобовразумительных, а с другой – множество таких кратких и бессодержательных замечаний, что надобно обладать искусством читать между строк, чтобы понять смысл и цель подобных замечаний. Затем, вследствие отрывочности и раздробленности объяснений в примечаниях, ученик не только не может получить, разумеется, ни малейшего понятия о тех, напр. замечательных особенностях послания ап. Павла со стороны изложения, какие так красноречиво описывает сам же автор (вып. II, стр. 19), но и в самом тексте того или другого, объясняемого в примечаниях отдела послания, для него делаются понятными (и то не всегда, по крайней мере не всегда правильно) только отдельные слова и выражения, но отнюдь не весь вообще последовательный ход рассуждения апостольского о том или другом предмете, со всеми особенностями учения и воззрений в известном случае; а в этом-то весьма часто, особенно в посланиях ап. Павла и состоит, как известно, вся суть толкования, равно как и главнейший интерес изучения их. Мы не говорим уже о том, как скучны и безжизненны должны являться, вследствие того, эти объяснительные заметки для ученика; для преподавателя же, которому придется иметь дело с учебным руководством г. Иванова, эти примечания его должны представить под-час только лишний труд, чтобы привести в порядок набросанный в них экзегетический материал, отделить в этом материале нужное от ненужного, верное от ложного и пр. Что мы не преувеличиваем дела, – подтвердим также примером. Выписываем первые же строки объяснительных примечаний автора на соборное послание Иакова, гл. 1 (вып. I, стр. 14–15).

«Ст. 1. Желание радоваться (χαίρειν), обычное древним народам (1Мак.10:18–25; Деян.23:26) и принятое апостолами (Деян.15:23; ср. приветствия ап. Павла), особенно прилично было христианам, подвергшимся различным искушениям. Ст. 2. Между различными искушениями (πειρασμοῖς) апостол, далее строго различает искушения от Бога, испытания и искушения от собственной похоти. Если при первых прилично радоваться, то о вторых надобно скорбеть. Впрочем, и те и другие, служат к укреплению веры и к упражнению в добродетели или как говорит апостол: ст. 3: Искушение ваше веры соделовает терпение. У ап. Павла (Рим.5:4), по видимому, наоборот: терпение соделовает искусство: ἡ ὑπομονὴ κατεργάζεται δοκιμὴν (τὸ δοκίμιον ап. Иакова). Но вникая ближе, узнаем, что ап. Павел учит, что терпение, т. е. перенесение страданий, делает нас искусными; а ап. Иаков утверждает, что перенесение бедствий, искушений, делает нас терпеливыми».

Вот, повторяем, первые же строки объяснительных примечаний в руководстве г. Иванова, – строки, отлично характеризующие, по нашему мнению, вообще достоинство экзегетических приемов автора. Примечание на 1-й стих, составляющий надписание в послании Иакова, представляет, как видим, образец неточного, спутанного выражения, говорящего вовсе не то, что хотел, без сомнения, сказать автор; так как, по словам автора, выходит, что будто бы ап. Иаков приветствием χαίρειν радоваться желаю или радуйтесь – хочет сказать, что христианам-читателям послания, находившимся в различных искушениях, желание радоваться было особенно прилично. Не понимаем также, что значит ссылка автора на приветствия ап. Павла, у которого это обычное действительно в древности письменное приветствие – χαίρειν – совершенно не употребляется и заменяется другим, исключительно христианским приветствием? – Далее, в примечании на второй стих, автор совершенно неверно, вопреки учению самого апостола, утверждает, что будто-бы как искушения от Бога, так и искушения от собственной похоти, одинаково служат к укреплению веры и к упражнению в добродетели, и приводит при этом еще слова апостола: искушение вашей веры соделовает терпение – слова, исключительно относящиеся к первому роду искушений. Напротив, апостол, раскрыв пред читателями послания великое нравственное значение внешних искушений или страданий, посылаемых Богом, для того и входит потом в рассуждение об искушениях от собственной похоти, чтобы показать существенную противоположность между этими двумя родами искушений и по их источнику, и по их действиям, и по развивающимся из них конечным последствиям. Наконец, в примечании на 3-й ст. автор, как видим, соглашает таким удивительным образом слова двух апостолов (вникая в них ближе), что скорее это само соглашение, чем слова апостольские, должно составлять загадку для ученика. Примечание это показывает также, между прочим, как автор пользуется греческим текстом для уяснения славянского; как здесь, так и всюду, текст этот является более украшением его книги, чем действительным филологическим аппаратом для уяснения смысла того или другого трудного для понимания места.

Еще пример: на стр. 18-й, того же выпуска, читаем следующее объяснение слов ап. Иакова – Иак.2:13: «и хвалится милость на судеἔλεος κρίσεως. Лучшим проявлением любви к ближнему апостол, следуя указанию Спасителя (Лук.10:37), считает милость и потому в ней полагает исполнение закона и, следовательно, средство к достижению оправдания на суде. Русск. перев.: милость превозносится над судом = над милостивыми нет суда. Можно это выражение понимать и в том смысле, что суд славится милостью к подсудимым, но это не вытекает из связи с предыдущими мыслями». Выше, в общем изложении содержания ІІ-й гл. послания Иакова (стр. 17), этим словам дан такой смысл: «милостивый устоит (κατακαυχᾶται) на суде». В примечании этом, как согласится всякий, есть все для того, чтобы сбить с толку мысль ученика при чтении вышеприведенных слов апостола и нет ничего, что давало бы какую-нибудь руководственную нить к точнейшему уяснению их.

Не приводим более примеров из объяснительных примечаний руководства, чтобы не увеличивать и без того уже довольно пространной заметки нашей. Повторим только еще раз то замечание, что напрасно автор не ограничился в своих примечаниях избраннейшими местами посланий; это дало бы, без сомнения, возможность ему остановиться на изъясняемых местах с большим вниманием и сделать свои примечания более содержательными, чем как теперь видим их. Лучше пять словес умом глаголати, нежели тьма словес языком!

Несмотря на весьма существенные недостатки, указанные теперь в разобранных нами книжках, автор их имел удовольствие читать такой лестный отзыв о своем сочинении в листке дух. библиографии и журналистики, издаваемом при «Воскр. Чтении» (№ 1, 1873 г.), как-будто бы оно в самом деле представляло собой труд «в высшей степени серьезный, с которым, при других условиях (при условиях, вероятно, совершенной переработки его), автор мог бы явиться на соискание степени доктора богословия». Вот наши ценители и судьи! Искренно желаем автору довести свой труд в последующих изданиях до большего совершенства

В. Р.


Источник: Прот. В.Г. Рождественский, А. Иванов. Руководство к истолковательному чтению книг Нового Завета: I. Соборные послания, II и III. Послания св. ап. Павла и Апокалипсис // Христианское чтение. 1873. No 12. С. 703-725.

Комментарии для сайта Cackle