преп. Паисий Афонский
Рассуждение — венец добродетелей

Каково наше духов­ное состо­я­ние — таково рас­суж­де­ние

— Геронда, почему святые отцы гово­рят, что доб­ро­де­тель рас­суж­де­ния — “вели­чай­шая из всех доб­ро­де­те­лей”?

— Рас­суж­де­ние не просто доб­ро­де­тель, она — корона, венец доб­ро­де­те­лей.

Каково наше духов­ное состо­я­ние, каково у нас каче­ство доб­ро­де­те­лей, таково у нас рас­суж­де­ние. Если у нас бумаж­ные доб­ро­де­тели, то бумаж­ным будет и венец доб­ро­де­те­лей, то есть рас­суж­де­ние. Если доб­ро­де­тели брон­зо­вые, брон­зо­вым будет и венец. Если они золо­тые, то и венец у них золо­той. Если в наших доб­ро­де­те­лях есть алмазы, то алмазы будут и на венце доб­ро­де­те­лей — рас­суж­де­нии.

— Геронда, что такое рас­суж­де­ние?

— Рас­суж­де­ние — это духов­ное зрение. А духов­ным зре­нием обла­дает тот, кто имеет очи­щен­ный ум, тако­вой имеет ясность духа и про­све­ще­ние от Бога.

— Святой Иоанн Лествич­ник гово­рит: “Двумя очами мы видим телес­ное, а рас­суж­де­нием видим духов­ное”.

— Так и есть. Видишь, если наши глаза здо­ровы, то мы видим хорошо, а если они пора­жены болез­нью, то видим плохо. Острота нашего зрения зави­сит от здо­ро­вья глаз. То же самое про­ис­хо­дит и в духов­ной жизни. От того, насколько мы здо­ровы духовно, зави­сит и наше духов­ное зрение, рас­суж­де­ние.

— Геронда, как откры­ва­ются духов­ные очи?

— Разве Хри­стос не бре­нием отверз очи сле­пому (См. Ин.9:6)? Но, чтобы откры­лись очи нашей души, мы должны сбро­сить с себя брение, грязь, скверну греха. Не ска­зано ли: “Тину бо отряс очесе умнаго”? Если мы не отре­чёмся своего “я” и не осво­бо­димся от своего вет­хого чело­века, но будет в нас про­дол­жать оста­ваться себя­лю­бие, эгоизм, чело­ве­ко­уго­дие, то не будет у нас ясного духов­ного взора. 

Чем больше чело­век пре­успе­вает в духов­ной жизни, тем шире рас­кры­ва­ются очи его души. Ум очи­ща­ется, чело­век начи­нает лучше рас­по­зна­вать соб­ствен­ные недо­статки и видеть многие бла­го­де­я­ния Божии, сми­ря­ется, внут­ренно сокру­ша­ется — и при­хо­дит есте­ствен­ным обра­зом Бла­го­дать Божия, Боже­ствен­ное про­све­ще­ние, и он при­об­ре­тает рас­суж­де­ние. Тогда он в каждом случае ясно видит, какова воля Божия, и не пре­ты­ка­ется на своём духов­ном пути. Потому что рас­суж­де­ние — это руль, кото­рый ведёт его без­опасно, не поз­во­ляя укло­няться с пря­мого пути ни направо, ни налево.

— Геронда когда чело­век начи­нает по бла­гому про­из­во­ле­нию делать что-то хоро­шее, а потом дохо­дит до край­но­сти и полу­ча­ется зло, это значит, что нет рас­суж­де­ния?

— Начало может быть хоро­шим, но если чело­век невни­ма­те­лен, то к делу при­ме­ши­ва­ется эгоизм и он сби­ва­ется с нуж­ного курса. Когда к тому, что мы делаем при­ме­ши­ва­ется наше “я”, наше эго, тогда воз­ни­кают при­стра­стия, и диавол пожи­нает плоды. Потому ста­рай­тесь жить внут­ренне вни­ма­тельно, сми­ренно, тру­диться неза­метно, чтобы иметь Боже­ствен­ное про­све­ще­ние. Живу­щий внут­рен­ней жизнью, сми­ренно пре­одо­ле­вает чело­ве­че­скую мелоч­ность, фана­тизм и т. д., ста­но­вясь зило­том, рев­ни­те­лем, в хоро­шем смысле этого слова. 

— Геронда, мне трудно рас­по­зна­вать, что пра­вильно в каждом кон­крет­ном случае.

— Тебе необ­хо­димо очи­ще­ние, чтобы появи­лась ясность духов­ного вос­при­я­тия. Читай “Лав­саик”, “Лимо­на­рий”, “Досто­па­мят­ные ска­за­ния”, авву Вар­со­но­фия, читай при­ме­ни­тельно к себе, чтобы раз­вить духов­ную в инту­и­цию. Тогда смо­жешь раз­ли­чать, где золото, а где медь, и ста­нешь насто­я­щим юве­ли­ром в духов­ных делах.

В каждой доб­ро­де­тели необ­хо­димо рас­суж­де­ние

— Геронда, авва Исаак пишет “Бог вме­няет доб­ро­де­тель по рас­су­ди­тель­но­сти”.

— Так и есть. Любое наше дело, чтобы оно было угодно Богу, и любая доб­ро­де­тель, чтобы она на самом деле была доб­ро­де­те­лью, имеют нужду в рас­суж­де­нии. Рас­суж­де­ние — это соль доб­ро­де­те­лей. Поэтому Хри­стос и гово­рит в Еван­ге­лии: “Всяка жертва солию осо­лится” (Мк.9:49). К при­меру, в вопросе подвига сколько тре­бу­ется рас­суж­де­ния! Чело­век должен учи­ты­вать свои силы, своё духов­ное состо­я­ние и т. д. Если он пере­гнёт палку, то ока­жется неспо­соб­ным вообще что-либо делать, а это будет в ущерб всей его духов­ной жизни. Потому отцы гово­рят: “Что сверх меры, то от диа­вола”. Для Паисия Вели­кого, напри­мер, кото­рый мог два­дцать дней оста­ваться без еды, не было бы край­но­стью посто­янно дер­жать трёх­днев­ные посты. Но для чело­века, у кото­рого ноги дрожат от сла­бо­сти и кото­рый с трудом раз в год выдер­жи­вает трёх­днев­ный пост, нала­гать на себя посто­янно такие посты было бы край­но­стью, а край­ность, как мы ска­зали, от диа­вола.

— Геронда, я пони­маю, что в подвиге нужно рас­суж­де­ние, но зачем оно нужно в других доб­ро­де­те­лях, мне трудно понять. Не могли бы Вы при­ве­сти нам какой-нибудь пример?

— Возь­мём, к при­меру, тебя. У тебя сердце матери, а.. Гово­рить дальше?

— Гово­рите, геронда. 

— А манеры… злой мачехи. В тебе столько жерт­вен­но­сти, столько само­от­ре­че­ния, столько доб­роты, но нет рас­суж­де­ния. Ты не обра­ща­ешь вни­ма­ния, что за чело­век с тобой гово­рит и чего он хочет, не дума­ешь, как нужно себя с ним вести, а начи­на­ешь кру­житься вокруг него волч­ком Но чело­век, кото­рый не видит твоего сердца а только твоё внеш­нее пове­де­ние, рас­стра­и­ва­ется.

— Что же мне делать, геронда?

— Проси у Бога про­све­ще­ния, чтобы ко всему отно­ситься с рас­суж­де­нием Воору­жись тер­пе­нием и молит­вой и посте­пенно при­об­ре­тёшь рас­суж­де­ние.

И в любви тре­бу­ется рас­суж­де­ние

— Авва Пимен гово­рит “Узнай, чего хочет брат и упокой его”. Что именно он хочет этим ска­зать?

— Он имеет в виду, что нужно узнать нужду брата, ближ­него, и соот­вет­ству­ю­щим обра­зом его упо­ко­ить, в хоро­шем смысле. Потому что и в любви тре­бу­ется рас­суж­де­ние. Если, напри­мер, чело­век чре­во­угод­ник, то его не нужно всё время кор­мить вкус­ными блю­дами, потому что это ему повре­дит. Вкус­ную еду нужно при­го­то­вить тому, кто стра­дает отсут­ствием аппе­тита Если у чело­века сахар­ный диабет, а ты ему даёшь слад­кое, это разве любовь?

— Геронда, как чело­век может любить всех людей оди­на­ково и при этом любить с рас­суж­де­нием?

— Он всех любит оди­на­ково, но про­яв­ляет свою любовь по-раз­ному. Одного любит на рас­сто­я­нии, потому что этого чело­века нужно дер­жать на рас­сто­я­нии, дру­гого вблизи: кому как полезно. С кем-то ему не нужно совсем гово­рить, дру­гому нужно ска­зать пару слов, с тре­тьим пого­во­рить подольше.

— Можно ли, про­яв­ляя любовь, повре­дить дру­гому?

— Если в чело­веке есть любо­че­стие и ты про­явишь к нему боль­шую любовь, то он изме­ня­ется в хоро­шем смысле и ста­ра­ется вся­че­ски тебя отбла­го­да­рить. А чело­век наглый, если ты ока­жешь ему боль­шую любовь, дела­ется ещё наглее, потому что боль­шая любовь любо­чест­ных делает ещё любо­чест­нее, а наглых наглее. Так что, когда ты видишь, что твоя любовь не при­но­сит пользы, ты её умень­ша­ешь с рас­суж­де­нием, но и это дела­ешь по любви.

— Геронда, может про­изойти так, что я пожерт­вую из чистых побуж­де­ний и в резуль­тате приду в воз­му­ще­ние?

— Да, потому жерт­вен­ность должна быть с рас­суж­де­нием. Смотри не выходи за рамки своих воз­мож­но­стей, потому что физи­че­ские силы тоже имеют предел. Когда ты выхо­дишь за пре­делы своих физи­че­ских воз­мож­но­стей, то, если кто-нибудь тебе скажет. “Ты с утра ничего не сде­лала”, ты можешь поду­мать: “Вот небла­го­дар­ный! С утра рабо­таю не раз­ги­ба­ясь, а он гово­рит, ничего не сде­лала!” И так весь труд про­па­дёт даром. 

— Если я на какое-то мгно­ве­ние внутри воз­не­го­дую, а потом сразу поду­маю, что это слу­чи­лось оттого, что я дей­ство­вала не из чистых побуж­де­ний, то и в этом случае теряю всё?

— В этом случае тан­га­лашка тебя тол­кает, а ты ему отве­ча­ешь пощё­чи­ной. Так что тан­га­лашка полу­чает свою пощё­чину и убе­гает.

В рас­суж­де­нии нет пре­де­лов и правил

— Геронда, в рас­суж­де­нии есть какая-то опре­де­лён­ная мера?

— Нет, в рас­суж­де­нии нет опре­де­лён­ной меры, нет пре­де­лов и правил. Есть и “да”, есть и “нет”, есть и много, есть и мало. Сестре, у кото­рой есть рас­суж­де­ние, не нужно ука­зы­вать, что ей делать и что гово­рить. Она всегда дей­ствует пра­вильно, потому что всегда рас­суж­дает духовно. Она про­све­ща­ется Боже­ствен­ным про­све­ще­нием и обла­дает духов­ной инту­и­цией.

— Геронда, Вы мне как-то ска­зали, что у меня есть узко­ло­бость. Что Вы имели в виду?

— Ты смот­ришь на вещи узко: тебя вол­нует только поря­док и не инте­ре­сует сам чело­век. На службе, к при­меру, ты гово­ришь: “Такая-то сестра должна стоять там-то и петь то-то”. Ты не смот­ришь, есть ли у неё силы стоять и может ли она это петь. Сна­чала нужно смот­реть, где и как при­ме­нить на прак­тике это “должен” или “должна”, а потом уже тре­бо­вать испол­не­ния. У тебя нет рас­суж­де­ния, поэтому-то ты и отно­сишься ко всему сухо, фор­мально.

Чтобы чело­век пра­вильно при­ме­нял цер­ков­ные каноны с поль­зой для людей, он должен быть духов­ным и иметь духов­ное рас­суж­де­ние. Потому что иначе он оста­ётся на букве закона, а буква закона “уби­вает”. Чело­век тебе гово­рит. “В Корм­чей так напи­сано”, и как видит в книжке, так бук­вально и при­ме­няет, а должен бы каждый случай ана­ли­зи­ро­вать отдельно. Как я видел на прак­тике, в одном случае могут скры­ваться тысячи других слу­чаев. Епи­ти­мия, напри­мер, должна соот­вет­ство­вать чело­веку, его состо­я­нию, про­ступку, кото­рый он совер­шил, пока­я­нию, кото­рое пока­зал, и учи­ты­вать многое-многое другое. Здесь нет одного рецепта, одного еди­ного пра­вила на все случаи жизни.

Во всех слу­чаях глав­ное — это рас­суж­де­ние, Боже­ствен­ное про­све­ще­ние. Поэтому я всегда молюсь, чтобы Бог людям послал про­све­ще­ние “Христе мой, — говорю я, — мы поте­ряли свой дом и путь, веду­щий к нему. Про­свети нас, дабы найти нам свой дом, своего Отца. Подай нам Боже­ствен­ное веде­ние”. 

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки