Страшна ли приставка «бес»?

Лариса Мар­шева

85 лет назад, 23 декабря 1917 года (по ста­рому стилю), Народ­ный комис­са­риат про­све­ще­ния – орган новой совет­ской власти – издал декрет о вве­де­нии нового пра­во­пи­са­ния. Этот во всех отно­ше­ниях рево­лю­ци­он­ный доку­мент пона­чалу имел огра­ни­чен­ное дей­ствие и был обя­за­те­лен лишь для школы. Для того чтобы рас­ши­рить сферу при­ме­не­ния новой орфо­гра­фии, 10 октября 1918 года Сове­том народ­ных комис­са­ров утвер­жда­ется еще один декрет, согласно кото­рому пра­вила рас­про­стра­ня­ются и на печат­ные изда­ния, то есть при­об­ре­тают все­об­щий харак­тер.

Пере­чис­лен­ные доку­менты и свя­зан­ные с ними меро­при­я­тия (изъ­я­тие и уни­что­же­ние старых набор­ных шриф­тов, пер­тур­ба­ции обще­об­ра­зо­ва­тель­ных мето­дик и учеб­ной лите­ра­туры и проч.) при­нято счи­тать рефор­мой орфо­гра­фии 1917–1918 гг. Это была един­ствен­ная в ХХ сто­ле­тии насто­я­щая реформа рус­ского пра­во­пи­са­ния. Издан­ные в 1956 году «Пра­вила рус­ской орфо­гра­фии и пунк­ту­а­ции», кото­рые и доныне оста­ются в силе, были наце­лены только на упо­ря­до­че­ние и уни­фи­ка­цию ряда фор­му­ли­ро­вок и не затра­ги­вали основ пра­во­пи­са­ния. После­ду­ю­щие «Пред­ло­же­ния по усо­вер­шен­ство­ва­нию рус­ской орфо­гра­фии» (1964) вообще не нашли одоб­ре­ния у широ­кой обще­ствен­но­сти. Впро­чем, они так же, как и несо­сто­яв­ши­еся про­екты 90‑х гг., не пре­сле­до­вали рево­лю­ци­он­ных целей.

Кар­ди­наль­ные изме­не­ния, вве­ден­ные в рус­ское пра­во­пи­са­ние в 1917–1918 гг., были изданы как при­ло­же­ние ко вто­рому декрету. Это при­ло­же­ние вклю­чало в себя 11 пунк­тов, боль­шин­ство кото­рых и тогда, и сейчас вызы­вают горя­чие и непри­ми­ри­мые споры:

  1. исклю­че­ние буквы ять и замена ее на е;
  2. исклю­че­ние буквы и деся­те­рич­ная и замена ее на и (и вось­ме­рич­ная);
  3. исклю­че­ние буквы фита и замена ее на ф (ферт);
  4. исклю­че­ние буквы ъ (ер) на конце слов при ее сохра­не­нии в каче­стве раз­де­ли­тель­ного твер­дого знака;
  5. изби­ра­тель­ное напи­са­ние при­ста­вок из‑, воз‑, вз‑, раз‑, роз‑, низ‑, без‑, чрез‑, через- перед бук­вами звон­ких с з, а перед бук­вами глухих – с с;
  6. замена в Р. и В.п. при­ла­га­тель­ных, при­ча­стий и место­име­ний окон­ча­ния -аго (-яго) на -ого (-его);
  7. замена в И. и В.п. ж. и ср.р. мн.ч. при­ла­га­тель­ных, при­ча­стий и место­име­ний окон­ча­ния -ыя (-ия) на -ые (-ие);
  8. вве­де­ние единой формы они в И.п. мн.ч. для всех родов;
  9. вве­де­ние единых форм одни, одних, одними для всех родов;
  10. замена формы лич­ного место­име­ния Р.п. ед.ч. ж.р. ея на её;
  11. упро­ще­ние правил пере­носа.

В послед­нее время неожи­данно обост­ри­лась дис­кус­сия вокруг пятого поло­же­ния, а точнее, вокруг пре­фик­сов (при­ста­вок) без-/ бес-. Неко­то­рые пра­во­слав­ные веру­ю­щие наот­рез отка­зы­ва­ются сле­до­вать орфо­гра­фи­че­ским пра­ви­лам и во всех слу­чаях пишут только без-. Свой жест­кий и без­аль­тер­на­тив­ный выбор они объ­яс­няют созву­чием при­ставки бес- с обо­зна­че­нием самой темной, злой и враж­деб­ной хри­сти­а­нам силы. В дока­за­тель­ство своей правоты они при­во­дят цер­ков­но­сла­вян­ский язык, где есть лишь пре­фикс без-.

Сму­щен­ные и воз­му­щен­ные чув­ства веру­ю­щих можно понять. Зна­чи­тель­ный инте­рес пред­став­ляют также бого­слов­ские и фило­соф­ские аргу­менты. Однако пришло время спо­койно и трезво разо­браться в этой ситу­а­ции и дать ей сугубо линг­ви­сти­че­скую оценку.

Итак, в случае с отож­деств­ле­нием при­ставки бес- и суще­стви­тель­ного бес имеет место так назы­ва­е­мая народ­ная эти­мо­ло­гия. В ее основе лежит прин­цип семан­ти­че­ского при­тя­же­ния (аттрак­ции) созвуч­ных слов, неза­ви­симо от их реаль­ного эти­мо­ло­ги­че­ского род­ства и исход­ных зна­че­ний. В вос­при­я­тии многих носи­те­лей языка любые зву­ко­вые сход­ства сиг­на­ли­зи­руют о сход­ствах смыс­ло­вых. При этом слова вос­при­ни­ма­ются не в линг­ви­сти­че­ских и исто­ри­че­ских связях, а видятся как ассо­ци­а­тив­ный ком­плекс на основе паро­ни­мии (слу­чай­ной внеш­ней похо­же­сти). Это нередко рож­дает ошибки в упо­треб­ле­нии: двой­ной – двой­ствен­ный – дво­я­кий. На таком меха­низме может стро­иться игра слов: заму­же­ство – за муже­ство. Подоб­ными при­ме­рами пест­рит речь детей и сель­ских жите­лей. Так, песен­ная строчка «Трутся спиной мед­веди о земную ось» у пяти­лет­ней девочки звучит как «Трутся спиной мед­веди, а зимою – лось»; назва­ние села Тро­е­ку­рово, вос­хо­дя­щего к фами­лии Тро­е­ку­ров, объ­яс­ня­ется сле­ду­ю­щим обра­зом: трое сидели и курили, вот и Тро­е­ку­рово вышло.

Не вызы­вает сомне­ний, что лек­си­че­ские зна­че­ния пре­фикса и суще­стви­тель­ного не содер­жат ни одной общей семы, ни одной точки сопри­кос­но­ве­ния. Бес – это само­сто­я­тель­ная часть речи, имя суще­стви­тель­ное, назы­ва­ю­щее нечи­стую силу, злого духа. Это слово фор­ми­рует вокруг себя боль­шое сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ное гнездо, явля­ясь его вер­ши­ной: беситься, бес­но­ва­тый, бес­но­ва­ние и т.д.

Бес- – в рас­смат­ри­ва­е­мом случае при­ставка, аффик­саль­ная (некор­не­вая) мор­фема. Она в зна­че­нии «лишен­ный чего-нибудь, не име­ю­щий чего-нибудь» служит для обра­зо­ва­ния новых слов: бес­кры­лый, бес­пре­рыв­ный, бес­сты­жий. Кроме того, бес- в другом гра­фи­че­ском виде (без) может высту­пать как пред­лог, то есть как слу­жеб­ная часть речи с ана­ло­гич­ной семан­ти­кой: без вас, без ума, без семьи.

Многие объ­яс­няют свое неже­ла­ние упо­треб­лять на письме пре­фикс бес- тем, что его бук­вен­ный состав затем­няет семан­тику слова: «Тут после­до­ва­тельно фоне­ти­че­ский прин­цип очень гасит смысл слов, таких как изсе­кать, изска­кать, изспела…» (Рус­ский сло­варь язы­ко­вого рас­ши­ре­ния. Соста­вил А.И. Сол­же­ни­цын. М., 1990. С. 5). Данное мнение несколько поспешно и «нелинг­ви­стично». Ибо по пра­ви­лам рус­ского сло­во­об­ра­зо­ва­ния любая при­ставка всегда при­со­еди­ня­ется только к реально суще­ству­ю­щим в языке еди­ни­цам: за + ехать = заехать; без +денеж­ный = без­де­неж­ный; бес + тол­ко­вый = бес­тол­ко­вый. В про­тив­ном случае перед нами уже не при­ста­воч­ный способ обра­зо­ва­ния, а это, как гово­рится, совсем другая исто­рия, когда в игру, наряду с пре­фик­сом, всту­пает суф­фикс, кото­рый также при­вно­сит в новое обра­зо­ва­ние свое зна­че­ние: бес­стыд­ник – «тот, у кого нет стыда», сле­до­ва­тельно, бес + стыд + ник – при­ста­вочно-суф­фик­саль­ный способ обра­зо­ва­ния.

Таким обра­зом, если пойти по пути отож­деств­ле­ния совер­шенно разных по лек­си­че­скому, сло­во­об­ра­зо­ва­тель­ному и грам­ма­ти­че­скому зна­че­нию единиц, для иных носи­те­лей рус­ского языка может стать кате­го­ри­че­ски непри­ем­ле­мым упо­треб­ле­ние таких, напри­мер, слов, как асбест, небеса и неко­то­рые другие, ведь в них тоже есть букво- и зву­ко­со­че­та­ния бес-.

Обра­тив­шись к исто­рии рас­смат­ри­ва­е­мых слов, можно без осо­бого труда обна­ру­жить, что каждое из них прошло отдель­ный, обособ­лен­ный путь. Суще­стви­тель­ное бес писа­лось через букву ять, кото­рая в ста­ро­сла­вян­ском языке про­из­но­си­лась как очень широ­кий, откры­тый звук перед­него ряда ниж­него подъ­ема – сред­ний между [а] и [э]: [бяс]. В древ­не­рус­ском языке, напро­тив, этот звук был узким, закры­тым, перед­него ряда верхне-cред­него подъ­ема – сред­ний между [и] и [э]: [биес]. И только потом звук ять совпал со звуком [э]. Такое про­из­но­ше­ние отра­жают совре­мен­ные цер­ков­но­сла­вян­ский и рус­ский языки.

В при­ставке второй буквой издревле была есть. И про­из­но­си­лась она как звук перед­него ряда сред­него подъ­ема – [э].

Помимо этого, на конце ука­зан­ного суще­стви­тель­ного писа­лась буква еръ, кото­рая в ста­ро­сла­вян­ском языке обо­зна­чала особый очень крат­кий глас­ный звук непол­ного обра­зо­ва­ния. Впо­след­ствии ъ как звук исчез, однако буква веками сохра­ня­лась. Оста­лась она до сих пор и в цер­ков­но­сла­вян­ском языке как пока­за­тель того, что ни одно его слово не может закан­чи­ваться на соглас­ную.

При­ставка же бес- явля­ется зву­ко­вым вари­ан­том без-. И данный вари­ант возник уже очень давно – задолго до при­хода боль­ше­ви­ков к власти. Дело в том, что при­ставка без-, а также из- раз‑, въз- (первые две, как уже было ска­зано, могли высту­пать и в роли пред­ло­гов) исконно, еще в ста­ро­сла­вян­ском языке, писа­лась без буквы ер на конце. Это повлекло за собой раннее оглу­ше­ние звука  [з] и пре­вра­ще­ние его в  [с]. И в «Ста­ро­сла­вян­ском сло­варе», осно­ван­ном на руко­пи­сях XXI вв., можно найти 41 (!) слово с пре­фик­сом бес-: бес­конь­чьнъ, бес­пе­ча­ленъ, бес­хра­мь­никъ и др. (Ста­ро­сла­вян­ский сло­варь. М., 1999. С. 81–83).

Небезын­те­ресна в этом отно­ше­нии исто­рия слова беседа. Мало кто знает, что изна­чаль­ное зна­че­ние этого слова – «лавка с сиде­нием сна­ружи, то есть лавка без седа». Позже на основе мето­ни­ми­че­ского пере­носа («место» – «собы­тие, про­ис­хо­дя­щее на этом месте») появился новый лек­сико-семан­ти­че­ский вари­ант – «раз­го­вор», а старый – исчез. Парал­лельно с раз­ви­тием зна­че­ния шли и фоне­ти­че­ские про­цессы: сна­чала пред­лож­ный  [з] оглу­шился, а затем про­изо­шло полное стя­же­ние.

В цер­ков­но­сла­вян­ском языке пред­логи-при­ставки без‑, из- раз‑, вз-(воз-) в ряде слу­чаев пишутся со спе­ци­аль­ным диа­кри­ти­че­ским знаком – паер­ком (похо­жим на молнию), заме­ня­ю­щим букву ъ.

И здесь уместно настой­чиво под­черк­нуть мысль о необ­хо­ди­мо­сти чет­кого раз­гра­ни­че­ния пись­мен­ной и устной речи. Проще говоря, даже если отка­заться от напи­са­ния пре­фикса бес-, избе­жать этот зву­ко­ком­плекс в про­из­но­ше­нии все равно нельзя. По непре­лож­ным фоне­ти­че­ским зако­нам рус­ского языка перед глу­хими глас­ными и на конце слов звон­кие оглу­ша­ются: [бес­ка­неч­ный], [бесла­вес­ный], [бес­трас­ный].

Если пред­ва­ри­тельно обоб­щить все пере­чис­лен­ные факты, полу­чится такая кар­тина: до орфо­гра­фи­че­ской реформы рус­ские, оди­на­ково про­из­нося в опре­де­лен­ных фоне­ти­че­ских усло­виях пре­фикс и суще­стви­тель­ное – [бес], – писали их по-раз­ному: первое слово с бук­вами есть и земля, а второе – с бук­вами слово, ять, ер.

Из этого сле­дует, что до 1917–1918 гг. при напи­са­нии при­ста­вок без-, а также из‑, воз‑, вз‑, раз‑, роз‑, низ‑, чрез‑, через- исполь­зо­вался так назы­ва­е­мый мор­фем­ный кри­те­рий – одна мор­фема (часть слова) пишется еди­но­об­разно вопреки раз­ному зву­ко­вому составу. Напри­мер, садсадовник – высадить –садовод. Данный прин­цип явля­ется осно­во­по­ла­га­ю­щим для рус­ской орфо­гра­фии. Иными сло­вами, пере­чис­лен­ные пре­фиксы всегда имели конеч­ную з: без­глас­ный, без­слав­ный, без­вкус­ный. Ана­ло­гично – и в совре­мен­ном цер­ков­но­сла­вян­ском языке.

После того, как пра­вило изме­нили, выбор финаль­ной соглас­ной стал зави­сеть от после­ду­ю­щей соглас­ной – звон­кая она или глухая: безглас­ный, бесслав­ный. Вроде бы сра­ба­ты­вает фоне­ти­че­ский прин­цип пра­во­пи­са­ния. Однако почему пишется безвкус­ный, ведь далее идет глухой звук [ф]? А потому что, что данная орфо­грамма зави­сит не от звука, а от буквы: глав­ная функ­ция в – обо­зна­че­ние звон­кого звука. То есть к фоне­ти­че­скому кри­те­рию добав­ля­ется так назы­ва­е­мый тра­ди­ци­он­ный прин­цип (понятно, что тра­ди­ци­он­ным он назы­ва­ется в данном случае чисто условно, ибо век этой тра­ди­ции недо­лог).

Итак, ста­но­вится совер­шенно оче­вид­ным сле­ду­ю­щее: несмотря на декла­ри­ру­е­мую цель боль­ше­вист­ской реформы – упро­ще­ние рус­ской орфо­гра­фии, – пра­вило, свя­зан­ное с при­став­ками без‑, из‑, воз‑, вз‑, раз‑, роз‑, низ‑, чрез‑, через-, напро­тив, услож­ни­лось. И с этим нельзя поспо­рить.

Но данное обсто­я­тель­ство не дает ника­ких разум­ных и серьез­ных осно­ва­ний для того, чтобы ско­ро­па­ли­тельно заста­вить всех писать в соот­вет­ствии с доре­фор­мен­ной нормой. Почему?

Во-первых, пра­во­пи­са­ние – это руко­твор­ная вещь, плод чело­ве­че­ского ума. В опре­де­лен­ной сте­пени почти все пра­вила харак­те­ри­зу­ются искус­ствен­но­стью, хотя и опи­ра­ются на язы­ко­вые законы, живую речь и веко­вые тра­ди­ции. Орфо­гра­фия любого языка явля­ется боль­шой, сложно устро­ен­ной, фор­ма­ли­зо­ван­ной систе­мой, эле­менты кото­рой тесно свя­заны между собой. И если, строго следуя мор­фем­ному кри­те­рию, писать всегда только при­ставку без-, значит, нужно писать всегда только из‑, воз‑, чрез- и т.п. Значит, надо изба­виться от аль­тер­на­тив­но­сти в орфо­гра­фии пре-/при-, а также всех осталь­ных при­ста­вок. Пре­фиксы – это слу­жеб­ные мор­фемы так же, как и суф­фиксы. Сле­до­ва­тельно, послед­ние тоже должны писаться исклю­чи­тельно одно­об­разно и т.д. И конец этой цепной реак­ции придет нескоро.

Во-вторых, несмотря на то, что орфо­гра­фия отно­сится к наи­бо­лее ярким при­ме­там само­быт­ной куль­туры любого народа, еще одним ее свой­ством явля­ется зна­чи­тель­ная услов­ность. Так, напри­мер, после конеч­ных соглас­ных при­ста­вок в боль­шин­стве слу­чаев сле­дует писать ы, а после ино­языч­ных пре­фик­сов – и: безыдейный – контригра. Данное пра­вило было вве­дено только в 1956 году – до этого быто­вали вари­анты.

Нако­нец, в‑третьих, орфо­гра­фия – фено­мен исто­ри­че­ский, изме­ня­ю­щийся. И не исклю­чено, что со вре­ме­нем многие совре­мен­ные пред­пи­са­ния будут тем или иным обра­зом пере­смот­рены, как было не раз в исто­рии рус­ского языка (в ХХ веке – по край­ней мере дважды).

А пока не надо на словах и на деле раз­ру­шать и без того хруп­кое здание рус­ской орфо­гра­фии. Нужно просто (правда, это совсем не просто) гра­мотно писать на родном языке, не под­да­ва­ясь соблаз­нам слу­чай­ных зву­ко­вых и бук­вен­ных сов­па­де­ний.

Православие.ру 

***

1. Реформа языка нача­лась до боль­ше­ви­ков, ещё в 1904 году Орфо­гра­фи­че­ская под­ко­мис­сия при Импе­ра­тор­ской Ака­де­мии наук  издала поста­нов­ле­ние о начале работы над рефор­мой.  Но то, что было до боль­ше­ви­ков, появи­лось только в XIX веке, когда в России пыта­лись все при­ве­сти к еди­но­об­ра­зию, следуя той цели, чтобы все при­ставки и суф­фиксы должны писаться оди­на­ково, без учета про­цес­сов оглу­ше­ния и озвон­че­ния. Именно поэтому ста­рин­ное слово “бес­ко­неч­ный” пре­вра­ти­лось в “без­ко­неч­ный” — вопреки тра­ди­ции и вопреки тому, что слышит ухо. То есть нас сейчас при­зы­вают вер­нуться не к исто­кам, а к просто к преды­ду­щей реформе. Если взять руко­писи до XIX века, то там регу­лярно встре­ча­ются слова вроде: бес­пе­ча­ленъ” или “бес­конь­чьнъ”.
2. До рево­лю­ции слово бес писа­лось по-дру­гому — через ять: “БѢСЪ”. Спу­тать это слово на письме с при­став­кой “бес-” совер­шенно невоз­можно.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки