Что такое раз­дра­жи­тель­ность?

про­то­и­е­рей Игорь Прекуп

Иногда на испо­веди чело­век кается в том, что «понерв­ни­чал». Трудно ска­зать, чего тут больше: непо­ни­ма­ния, что такое таин­ство Пока­я­ния, или под­со­зна­тель­ного жела­ния если не скрыть, то хотя бы при­крыть грех; как бы и выска­зать его, но в то же время не выстав­лять наги­шом. Нервы нер­вами, но при чем тут испо­ведь? Это – к соот­вет­ству­ю­щему врачу-спе­ци­а­ли­сту.

На испо­веди мы гово­рим не о болез­нях нашей пси­хо­со­ма­тики, но только о грехах, пороч­ных стра­стях, словах и поступ­ках. И в данном случае «нерв­ни­ча­нием», кото­рое ней­трально в эти­че­ском смысле – ну, понерв­ни­чал чело­век, что ж тут поде­ла­ешь, все мы люди! – при­кры­ва­ется страсть раз­дра­жи­тель­но­сти[1], состо­я­ние раз­дра­же­ния, кото­рое чело­век не только невольно почув­ство­вал в себе, но кото­рому поз­во­лил себя захва­тить, а то и не огра­ни­чился одним лишь внут­рен­ним пере­жи­ва­нием…

«Понервничал(а)»… Нер­воз­ность, конечно же, спо­соб­ствует раз­дра­жи­тель­но­сти, как бы дает ей «зеле­ный свет». Чем у чело­века крепче нервы, тем легче ему с собой совла­дать, но страсть от этого не меньше. Просто он, бла­го­даря креп­кой нерв­ной системе, не так остро в себе эту страсть чув­ствует, она его не мучает, поскольку ему легче ее кон­тро­ли­ро­вать.

Поэтому, в самом деле, надо при­знать, что, если у чело­века нервы в хлам, его легче выве­сти из себя не потому, что он греш­нее, страст­нее, рас­пу­щен­нее других. Как и хоро­шее само­об­ла­да­ние вовсе не гово­рит о бес­стра­стии, тем более о пра­вед­но­сти.

Но, хоть бы и при рас­стро­ен­ных нервах, заме­чая в себе раз­дра­жи­тель­ность, нам надо видеть именно ее и в ней каяться как в симп­томе гор­до­сти и тще­сла­вия, не соблаз­ня­ясь пово­дом к само­оправ­да­нию.

А еще (обычно в связке с «нерв­ни­ча­нием») люди часто каются в «несдер­жан­но­сти». Это уже ближе к теме, но в чем тут грех? В том, что нам не хва­тает умения себя кон­тро­ли­ро­вать (что, опять же, скорее из обла­сти пси­хо­ло­гии, нежели аске­тики), или все-таки грех в том, что именно про­рва­лось, про­яви­лось, что именно не уда­лось в себе сдер­жать? Мы стра­даем раз­дра­жи­тель­но­стью? Давайте каяться в этом, а не в нер­воз­но­сти. А заодно в пита­ю­щих ее источ­ных стра­стях – гор­до­сти и тще­сла­вии.

В состо­я­нии раз­дра­же­ния нас про­рвало и наружу про­ли­лась злость, мы надер­зили и нагру­били кому-то, были резки, кого-то больно этим задели, сами того не желая, кого-то осу­дили, о ком-то позло­сло­вили, уни­чи­жили ближ­него? Так в этом и каяться надо в первую оче­редь, а потом уже в том, что были несдер­жанны, потому что несдер­жан­ность – это скорее немощь, а вот то, что не полу­ча­ется сдер­жать, – это гре­хов­ные стра­сти, кото­рым над­ле­жит уде­лять пер­во­оче­ред­ное вни­ма­ние.

Вспом­ним вновь слова Апо­стола: Всякое раз­дра­же­ние и ярость, и гнев, и крик, и зло­ре­чие со всякою злобою да будут уда­лены от вас (Еф.4:31). Тут пока­зана, если можно так ска­зать, эво­лю­ция кон­фликта, начало кото­рого в огор­че­нии.

Об опас­но­сти раз­дра­жи­тель­но­сти, кото­рая есть «внут­рен­няя испор­чен­ность, лукав­ство, под­го­товка к зло­де­я­нию»[2], срав­ни­вая ее с раз­ли­ва­ю­щейся желчью, пре­ду­пре­ждает свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст: «Как желчь веще­ствен­ная про­из­во­дит вос­па­ле­ние в телес­ном составе, так духов­ная – раз­жи­гает наши мысли и низ­во­дит того, кем овла­де­вает, в геен­скую про­пасть. <…> Всяка горесть, гово­рит, да возь­мется от вас, – так, чтобы ее уже нисколько в душе не оста­ва­лось. Иначе этот оста­ток, если будет воз­буж­ден, то, подобно искре, про­из­ве­дет внутри целый пла­мень»[3].

Вспом­ним, как пишет свя­ти­тель Феофан Затвор­ник: «…обыч­нее дело начи­на­ется из мело­чей, легким огор­че­нием, – горе­чью, – кото­рая, если тотчас не уни­что­жить ее, скоро пере­хо­дит в сер­ча­ние; не удержи сер­ча­ние, оно раз­го­рится в вспышку гнева, – в ярость; после этого тотчас начи­на­ются круп­ные слова, брань, а вместе с этим и хула, – укоры и поно­ше­ния друг друга. <…>

Есть два недоб­рых воз­буж­де­ния, сму­ща­ю­щих нас, – похоть и раз­дра­же­ние. Как в похоти дело начи­на­ется помыс­лом, так и в раз­дра­же­нии – огор­че­нием. <…> Огор­че­ние, –непро­гнан­ное, – тоже своим путем, чрез осер­ча­ние, гнев и ярость, крик, брань и вза­им­ные поно­ше­ния, и нако­нец – злость дохо­дит до раз­дора, непри­ми­ри­мой нена­ви­сти, драк и убий­ства. Как тот, кто про­го­няет помысл, пре­се­кает тем даль­ней­шее его дви­же­ние к созре­нию до дела, так и тот, кто про­го­няет первое огор­че­ние, пола­гает тем конец даль­ней­шему его дви­же­нию – до раз­дора, драк и убийств. Так да возь­мется от среды огор­чи­тель­ность, будучи про­го­ня­ема вза­им­ною уступ­чи­во­стью, и мирное согла­сие нико­гда нару­ша­емо не будет»[4].

Ну, а если не «возь­мется», тогда эта «под­го­товка к зло­де­я­нию» порож­дает, согласно ука­зан­ной Апо­сто­лом после­до­ва­тель­но­сти, ярость, кото­рая «есть начало гнева, как бы неко­то­рое вос­пла­ме­не­ние; гнев же – такое состо­я­ние, когда он пере­хо­дит в дей­ствие. А так как гнев, если не сопро­вож­да­ется криком, раз­жи­га­ю­щим его, быстро уга­сает, то (апо­стол) гово­рит: и крик да будет удален от вас, то есть пусть исчез­нет и не оста­нется ника­кого следа. Ибо крик – это конь, а гнев – всад­ник: задержи коня, и ты низ­верг всад­ника»[5].

Правда, толкуя Посла­ние к Колос­ся­нам, свя­ти­тель Феофан в после­до­ва­тель­но­сти гнев, ярость, злобу, зло­ре­чие, сквер­но­сло­вие уст ваших (Кол.3:8) пока­зы­вает раз­ви­тие раз­дра­жи­тель­но­сти в несколько ином порядке: «…гнев – первое дви­же­ние раз­дра­же­ния, неудо­воль­ствие, него­до­ва­ние, огор­че­ние, зарож­де­ние сер­ча­ния, – (ука­зы­вает. – И. П.) что все дер­жится в пре­де­лах кажу­ще­гося бла­го­ра­зу­мия и скры­ва­ется, хотя не всегда удачно.

Ярость – вспышка гнева, не удер­жан­ного в пре­де­лах и обна­ру­жи­ва­е­мого словом и делом. Но оба эти – гнев и ярость – про­ход­чивы.

Бывает, однако ж, что огор­че­ние глу­боко зася­дет в сердце и, оста­ва­ясь там, строит ковы и всякие спо­собы к отмще­нию, замыш­ляет сде­лать зло – злится»[6].

Раз­ница в этих тол­ко­ва­ниях заклю­ча­ется лишь в после­до­ва­тель­но­сти пере­чис­ле­ния стра­стей, при этом сохра­ня­ется полное смыс­ло­вое сов­па­де­ние опи­са­ния сущ­но­сти этих явле­ний.

Ярость – «пыла­ю­щий гнев, кото­рый горит и бушует, как пожар»[7], «сер­ди­тость, гнев­ли­вость, когда кто бывает как порох, за всякую малость вспышка гнева, брань и даже драка»[8]; «дви­же­ние духа, сопро­вож­да­ю­ще­еся стрем­ле­нием тра­вить и карать»[9]; «начи­на­ю­щийся гнев и раз­го­рев­ше­еся в душе него­до­ва­ние»[10]; «сер­ча­ния, вспышки гнева и раз­дра­же­ния, при столк­но­ве­ниях с дру­гими не в свою пользу, нахо­дя­щие и отхо­дя­щие, потому что слу­чай­ное раз­го­ря­че­ние само­лю­бия пре­по­беж­да­ется сим­па­ти­че­ским строем сердца, но есть опас­ность, что частые сер­ча­ния могут пре­вра­титься в посто­ян­ное, кото­рое есть злая нена­висть»[11]. Чем побеж­да­ется ярость? Любо­вью.

«Любовь укро­щает ярость, – гово­рит пре­по­доб­ный Максим Испо­вед­ник. –Ведь любовь обла­дает [спо­соб­но­стью] состра­дать и бла­го­де­тель­ство­вать ближ­нему, быть тер­пе­ли­вым к нему и пере­но­сить [все], что исхо­дит от него, – как о том неод­но­кратно гово­ри­лось нами. Обла­да­ю­щая подоб­ным [свой­ством] любовь укро­щает ярость того, кто стяжал ее»[12].

Что важно понять: ярость – есте­ствен­ное свой­ство чело­ве­че­ской при­роды, не порож­ден­ное, а извра­щен­ное грехом. В своей при­род­ной сути это, согласно свя­ти­телю Васи­лию Вели­кому, «нерв души», пере­да­ю­щий ей силу «для посте­пен­ного, но неослаб­ного утвер­жде­ния в добрых делах»[13].

Отцы отли­чают ярость в ее при­род­ном состо­я­нии, как дар Божий чув­ство­вать и раз­ли­чать добро и зло, «пере­жи­вая и обна­ру­жи­вая при этом несо­кру­ши­мое, вдох­но­вен­ное рвение к добру и пла­мен­ную нена­висть, отвра­ще­ние ко злу», в первую оче­редь к злу внут­рен­нему, к своей гре­хов­но­сти, – от ярости пороч­ной.

Про­све­щен­ная бла­го­да­тью Духа Свя­того, ярость руко­вод­ству­ется ею в своих про­яв­ле­ниях на основе доб­ро­де­тели сми­ре­ния ради осу­ществ­ле­ния высшей доб­ро­де­тели – любви.


При­ме­ча­ния:

[1] Словом «раз­дра­же­ние» в рус­ском тексте Нового Завета (Еф.4:31) пере­ве­дено гре­че­ское πικρία (пикрия), кото­рому в цер­ков­но­сла­вян­ском тексте соот­вет­ствует его «калька» – горесть. Бук­валь­ный пере­вод слова πικρία на рус­ский язык – горечь. В пере­нос­ном смысле – раз­дра­же­ние, гнев или суро­вость, стро­гость. Отсюда πικρός (пикрос) – горь­кий (во всех смыс­лах), острый, резкий, непри­ят­ный, а также раз­дра­жен­ный, сер­ди­тый, про­тив­ный, нена­вист­ный и т. п.
[2] Блж. Фео­фи­лакт Бол­гар­ский. Тол­ко­ва­ние на Посла­ние к Ефе­ся­нам свя­того апо­стола Павла // Блж. Фео­фи­лакт Бол­гар­ский. Тол­ко­ва­ние на Апо­стол: В 3 кн. Кн. 3: Тол­ко­ва­ние на посла­ния свя­того апо­стола Павла. М: Лепта-Пресс, 2004. Т. 2. С. 63.
[3] Цит. по: Свт. Феофан Затвор­ник. Тол­ко­ва­ния посла­ний св. апо­стола Павла. Посла­ние к Ефе­сеям. М.: Мос­ков­ский Сре­тен­ский мона­стырь, Палом­ник; Пра­вило веры, 1998. С. 361.
[4] Свт. Феофан Затвор­ник. Там же. С. 359–360.
[5] Блж. Фео­фи­лакт Бол­гар­ский. Тол­ко­ва­ние на Посла­ние к Ефе­ся­нам свя­того апо­стола Павла // Блж. Фео­фи­лакт Бол­гар­ский. Тол­ко­ва­ние на Апо­стол: В 3 кн. Кн. 3: Тол­ко­ва­ние на посла­ния свя­того апо­стола Павла. М: Лепта-Пресс, 2004. Т. 2. С. 63.
[6] Свт. Феофан Затвор­ник. Тол­ко­ва­ния посла­ний св. апо­стола Павла. Посла­ние к Колос­саем и Филип­пий­цам. М.: Мос­ков­ский Сре­тен­ский мона­стырь; Палом­ник; Пра­вило веры, 1998. С. 178–179.
[7] Клеон Л. Род­жерс-млад­ший, Клеон Л. Рожерс III. Новый линг­ви­сти­че­ский… С. 725.
[8] Свт. Феофан Затвор­ник. Тол­ко­ва­ния посла­ний св. апо­стола Павла. Посла­ние к Гала­там. М.: Мос­ков­ский Сре­тен­ский мона­стырь; Палом­ник; Пра­вило веры, 1996. С. 401.
[9] Марий Вик­то­рин. Ком­мен­та­рий на Посла­ние к Ефе­ся­нам. Цит. по: Биб­лей­ские ком­мен­та­рии отцов Церкви и других авто­ров IVIII веков / Пер. с англ., греч., лат., сир. Под ред. Марка Дж. Эдвардса / Рус­ское изда­ние под ред. К. К. Гав­рил­кина. Тверь: Гер­ме­нев­тика, 2005. Т. VIII: Посла­ния к Гала­там, Ефе­ся­нам, Филип­пий­цам. С. 204.
[10] Блж. Иеро­ним Стри­дон­ский. Ком­мен­та­рий на Посла­ние к Ефе­ся­нам. Цит. по: Указ соч.
[11] Свт. Феофан Затвор­ник. Тол­ко­ва­ния посла­ний св. апо­стола Павла. 2 Посла­ние к Корин­фя­нам. М.: Мос­ков­ский Сре­тен­ский мона­стырь; Палом­ник; Пра­вило веры, 1998. С. 429.
[12] Прп. Максим Испо­вед­ник. Слово о подвиж­ни­че­ской жизни // Прп. Максим Испо­вед­ник. Тво­ре­ния. М.: Мартис, 1993. Кн. I.: Бого­слов­ские и аске­ти­че­ские трак­таты. С. 82.
[13] Зарин С. М. Аске­тизм по пра­во­славно-хри­сти­ан­скому учению. М.: Пра­во­слав­ный палом­ник, 1996. С. 280.

Фраг­мент книги «Сквер­но­сло­вие» (стр. 178–188), М.: Никея, 2017. – 304 с. ISBN 978–5‑91761–712‑1

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки