Нет утвержденных на русском языке книг, которые используются в Церкви РПЦ на Богослужении и одобренные Высшей церковной властью, а значит, тот, кто поступает незаконно и презрев решения Высшей церковной власти, то он не православный христианин, а сектант
А назовёте ли Вы сектантом о.Даниила Сысоева?
«Сам будучи наполовину татарином (по матери), отец Даниил уделял особое внимание распространению и укреплению Православия среди татарского народа.
Он стал первым и, кажется, единственным священником, кто, по благословению священноначалия, начал регулярно служить молебны на татарском языке (частично) для православных татар, издал за свои деньги молитвослов на татарском. Вместе со своими помощниками он ходил с проповедью и на сабантуй (татарский национальный праздник), и в татарский культурный центр; в Египте он часами проповедовал своему гиду-мусульманину, на телевидении спорил о вере с муфтиями».
https://tverdyi-znak.livejournal.com/297520.html
«
Русская Церковь совершает богослужение кроме славянского, на украинском (на Западной Украине), татарском, чукотсокм, мордовском. чувашском, английском, французском, немецком, эстонском, осетинском, японском и китайском языках. Идет перевод богослужения на бурятский, чукотский и казахский языки. Поклон Сергею Головину. Он получил новый альманах?
...
Литургия на татарском служится уже две сотни лет. Сейчас полностью все богослужение на татарском совершается в кряшенских приходах Татарстана и Башкирии. У нас в Москве служится молебен на татарском языке каждый месяц уже три года. (Кстати ближайший будет 4 января в 18 часов на Крутицком Подворье). Но молимся мы Богу не на бытовом,а на священном языке, избавленном от вульгаризмов. Славянский язык - это священный диалект русского языка. Именно поэтому постоянно идет изменение богослужебных текстов. В том случае, если язык радикально именится, будет осуществлен перевод на церковно-русский язык.»
http://www.cirota.ru/forum/view.php?subj=49912&order=&pg=1
Уж в модернизме о.Даниила не упрекнуть, такого фундаменталиста ещё поискать.
Но у него нет проблемы с языком.
Для него, как видим, "священный язык" - это высокий стиль избавленный от вульгаризмов.
ЦСЯ для о.Даниила - диалект русского языка.
И как только он перестанет быть понятным («если язык радикально изменится») то, «будет осуществлен перевод на церковно-русский язык».
Просто и по деловому.
Но самое забавно, что о.Даниила, такого уж фундаменталиста, что его последователей теперь даже называют «сысоевцы», но и его было дело записывали в обновленцы.
«На днях узнал, что пополнил список известных обновленцев. И приходиться в связи с этим высказаться по поводу моего отношения к богослужебному языку. Подробнее и с обоснованием напишу об этом позднее, а сейчас отвечу пунктиром».
Ну послушаем, что же пишет о.Даниил.
«1. Я служил, служу и буду служить по тем книгам, которые благословило священноначалие. Убежден, что пресвитер не властен менять богослужение. Это привилегия епископа и Собора.
Язык богослужения — это не часть священного Предания, ибо не дан Богом в Откровении и «не предан всеми всегда и повсеместно». Это вопрос церковной икономии, а не догматики и не канонического строя Церкви, и потому решение его лежит полностью на плечах епископата.
2. Проблема понимания богослужения действительно существует и это не выдумка обновленцев. Если мы обратимся к Писанию, то увидим, что молится без участия ума — недопустимо. Богослужение действительно создано не для миссии, а для воцерковленных христиан. Но именно они и оказываются часто непонимающими. Мне известны десятки случаев, когда люди более 30 лет ходившие в храм, и даже имеющие семинарское образование не способны внятно объяснить огромные куски Псалтири и других богослужебных текстов.
Та же проблема есть и среди самих священников.
3. Совершенно недопустим для меня перевод на русский литературный язык, ибо он для этого не предназначен. Шестопсалмие в переводе Аверинцева звучит ужасно. Также нельзя вносить в богослужение тексты из Синодального перевода, т.к. Ветхий Завет там переведен с масоретского текста, а не с перевода 70. Введение этого текста оторвет нас от греческих Церквей, и введет в противоречие даже с текстом Нового Завета, где в основном цитируется текст 70-ти. Единственный извод русского языка, который теоретически мог бы быть использован в богослужении — это язык русского богословия и русских святых отцов. Примером этого могут быть молитва Оптинских старцев или св. прав. Иоанна Кронштадтского.
4. Лично я считаю гораздо предпочтительнее остаться при церковно-славянском языке богослужения, ибо он точнее передает букву Писания и учения Отцов,
но при этом язык должен быть изменем по образцу переводов Патр. Сергия. Это касается в первую очередь Псалтиря, Часослова и Праздничной Минеи, а также последования Требника (особенно Крещения). По словам свят. Афанасия Ковровского единственный официально одобренный текст Триоди и Октоиха именно тот, который был сделан Синодом до Революции. То, что митр. Питирим переиздал неисправленный текст этих книг — лишь акт его волюнтаризма. К слову говоря мысль, что переводы не закрепились в церковном сознании принадлежит лишь Б. Сове, а не реальности. Исправленные тексты разошлись в предреволюционные годы в три раза быстрее, чем тексты старой редакции. И
сейчас Патриарх читает канон преп. Андрея Критского не в старой, а новой редакции, и ни у кого это не вызывает вопросов.
5. Какое бы не было решение по вопросу языка со стороны священноначалия, я без колебания с ним соглашусь, единственно было бы крайне желательным, что если Собор сочтет возможным или необходимым ввести в богослужение русский язык, при этом не было бы насильственного навязывания его всем приходам, а вопрос о языке должен решаться в каждом конкретном приходе на общем собрании под председательством епископа.
6. Всякую же попытку решить вопрос языка используя петиции, митинги протеста, самовольные переводы в храмах и т.д. я считаю бунтом, ниспровергающим епископальную структуру Церкви. Это тяжкий грех, которого должно избегать, как избегать должно и взаимного обзывания сторонников и противников того или иного языка в ереси. Иначе мы впадем в грех суеверия (см. определение этого греха в Катехизисе.пар. 504).
При этом необходимо строго осуждать реальные ереси, разлагающие ныне некоторых людей в Церкви: ересь вохлебения (отрицания Пресуществления св. Даров), апокатастисис, хула на монашество и таинство Брака и т.п. вещи.
Это мои мысли по данному поводу, и если я в чем неправ, то прошу меня поправить».
священник Даниил Сысоев
https://pr-daniil.livejournal.com/12030.html
И раз уж о.Даниил просил критики, то замечу по 3-му пункту.
Синодальный перевод сделан не абы как и не абы кем.
В частности в своём труде «
О догматическом достоинстве и охранительном употреблении греческого семидесяти толковников и славенского переводов Священного Писания» свт.Филарет (Дроздов) говорит и об еврейском тексте следующее:
«
Впрочем уважение к тексту семидесяти толковников не должно быть такое исключительное, чтобы текст еврейский надлежало оставить совсем без внимания. Справедливость, польза и необходимость требует, чтобы и еврейский текст также в догматическом достоинстве принимаем был в соображении при истолковании Священного Писания. Изъяснение и доказательство сего дадут следующия соображения:....»
[
читать далее до конца главы]
Думаю, следует послушать святителя Филарета и не отвергать совсем еврейский текст.
Сам же я, как и отцы, - мне кажется это логично, - предпочитаю Септуагинту (более, кстати, Александрийский кодекс), но некоторые места, как и указывает свт.Филарет, следует читать по еврейскому тексту.
Ну вот.
На этом закончу с просьбой о.Даниила.
Теперь процитирую ещё одного фунтаменталиста - о.Алексея Шляпина.
«Многие традиционалисты держатся за форму языка, для них не так важен смысл священных текстов, который
для большинства верующих остается непонятен из-за церковнославянского языка.
Церковнославянский язык давно устарел, многие формы слов и окончаний не передают прекрасный смысл священных текстов, поэтому я за реформу церковнославянского языка. В современном богослужении поместной Русской церкви лучше использовать «церковнорусский» язык.
Церковнославянский язык — производный от греческого языка, его ценность заключается в том, что он является калькой с этого языка. Из церковнославянского языка нужно убрать славянскую архаику при максимальном сохранении греческой орфографии, чтобы сохранить точность перевода, например, слово «живот» заменить словом «жизнь».
С точки зрения реформирования церковнославянского языка переход части приходов на русское богослужение считаю положительным, но это не решит проблемы в целом. Потому что в тех приходах, где останется церковнославянский язык, и в тех, где введут русский язык, будут недовольные и тем, и другим, ведь храмы расположены не по языковому, а по территориальному признаку, поэтому поместная Русская церковь должна решить эту проблему глобально. Я считаю целесообразным переход на «церковнорусский» язык, но это дело небыстрое, хотя очень нужное, этим должны заниматься профессионалы.
В переводе богослужения на русский язык я не вижу никакого греха и нарушения традиции Церкви, а только потерю точности перевода. К тому же, если переводить Священное Писание и другие богослужебные тексты сразу на русский язык, могут быть вульгарные ассоциации с мирскими понятиями».
https://orthoview.ru/pravoslavnyj-vzglyad-na-pervod-bogosluzheniya/
Если уж такие фундаменталисты - обновленцы, то кто модернист, кто консерватор?
