Размышления после праздника: дни Крещения Руси
Часть 1: Идея Никодима…
Для меня, как и для огромного количества других россиян, поворотным пунктом в отношении моей личной веры стало празднование 1000-летия Крещения Руси, отмечавшееся в 1988 году. Как сейчас помню эти еще недавно казавшиеся невероятными телетрансляции, передававшие человеческое воодушевление: церковные иерархи на приеме у членов советского правительства, службы под открытым небом, крестные ходы, встающие из руин храмы... Поистине этот год – 1988-й – стал годом Нового Крещения Руси. При храмах спешно возводили крестильные помещения, потому что крестилось ежедневно по 100–200 человек.
Я, и не думавший тогда поступать в Духовную семинарию, был захвачен происходящим. Именно в этот год я стал периодически ходить на службы, вырезал и складывал в папку публикации о торжествах Крещения Руси, начал поститься, впервые исповедался и причастился.
Через какое-то время я задался вопросом: как странно, что Русская Православная Церковь оказалась подготовлена к этому событию. Униженная в советские годы и лишенная голоса, на что она надеялась? На то, что ей в год Тысячелетия Крещения Руси дадут право голоса? Смешные надежды, но Промыслом Божиим так совпало, что год Тысячелетия пришелся на самую горячую перестроечную пору. И Церковь, как мы знаем теперь, уже более десяти лет готовившаяся к этому событию, оказалась к нему готова. Празднование это явилось бомбой, взорвавшей прежнее положение дел. Весь мир увидел, что Церковь в России жива и готова к пробуждению.
Именно это празднование сделало невозможным возвращение к прошлому, к тому положению, которое Церковь занимала при богоборческой власти. Это празднование вывело церковный корабль из той изоляции от общества, в которой Церковь пребывала по воле большевиков.
А теперь перенесусь на год вперед.
В 1989 году произошло мое знакомство с человеком, ставшим моим духовником. Он меня и направил с Духовную семинарию.
Мой духовник, протоиерей Виктор Норин, учился в 1970-е в Ленинградской Духовной семинарии и был глубоким почитателем ленинградского митрополита Никодима (Ротова), скончавшегося в 1978 году. Отец Виктор рассказывал об удивительных человеческих качествах почившего иерарха, о том, как тот помогал студентам деньгами и лично ему, покинувшему Семинарию потому, что умер отец и надо было возвращаться домой – кормить мать и сестер, дал денег на свадьбу и на обустройство.
И вот, когда я ехал в Семинарию, отец Виктор дал мне денег (достаточно много) вот для какой цели: «Купи на все деньги белых роз, положи на могилу митрополита Никодима и мысленно поблагодари его за все, что он для нас сделал».
Я исполнил поручение моего духовника. Я обрушил рынок торговцев цветами, скупив все розы продававшиеся у метро. И возложил эти цветы на могилу митрополита.
А потом стал регулярно приходить на кладбище Александро-Невской Лавры, где похоронен владыка Никодим, и молиться на его могиле. Вместе со мной приходили и другие студенты и преподаватели, в свое время знавшие и любившие владыку Никодима.
В этом был некоторый парадокс: мы (я имею в виду студентов) молились на могиле человека, который не был прославлен в лице святых, которого лично мы не знали, который умер за десять лет до нашего прихода к вере…
Конечно, то тут, то там в нашей жизни студентов Духовной семинарии открывались следы деятельности покойного митрополита, которые не изгладили даже годы, и, между прочим, те годы, когда память о нем вообще пытались истребить из истории Семинарии и Академии. А это – и сонм прекрасных преподавателей, любовно выпестованных митрополитом Никодимом и его учеником владыкой Кириллом (Гундяевым), и особый дух наших духовных школ, широкий, терпимый, и многие другие детали…
Но однажды наш профессор, архимандрит Августин (Никитин), рассказал и вот какую историю, которая явилась для меня открытием и в некотором смысле даже потрясением.
Отец Августин рассказывает:
«В первые годы преподавания церковной истории у меня стал складываться профессиональный подход к датам, именам, событиям. Скажем, приближается100-летие со дня кончины какого-либо видного церковного деятеля – значит, смело можно писать статью, и в редакции "Журнала Московской Патриархии" ее с благодарностью примут и напечатают. Таким же наметанным взглядом как-то скользнул по дате Крещения Руси: 988 год. Значит, не за горами – тысячелетие! И при ближайшей встрече упомянул об этом в разговоре с владыкой.
Ловлю на себе его внимательный взгляд и слышу задумчивое: "А ведь и правда!" И вскоре на заседании Священного Синода был поставлен вопрос об учреждении комиссии по подготовке к празднованию 1000-летия Крещения Руси. Мог ли предполагать святитель, что его жизнь оборвется за десять лет до этого эпохального торжества?»
(Архимандрит Августин (Никитин). Церковь плененная: Митрополит Никодим (1929–1978) и его эпоха (в воспоминаниях современников). СПб: Изд-во СПбГУ. 2008. С.490–]491)
+++
…Можно построить храм, школу, открыть учебное заведение, больницу, и многие десятилетия сотни и даже тысячи людей будут благодарны тебе. Но митрополит Никодим, всегда желавший максимально полно послужить Святой Церкви, сподобился стать инициатором, по сути, Второго Крещении Руси. Более чем за десять лет узреть перспективы, которые для Церкви открывает это событие, дальновидно запустить механизм подготовки к этому грандиозному празднику…
Его не было уже на нашей земле 10 лет, когда десятки миллионов граждан Советского Союза открыли для себя Православие.
Проект, осуществившийся спустя десять лет после смерти… Какое это благословение – быть инструментом в Руках Божиих, осуществлять Его замыслы и волю!
А что для этого нужно? Может быть, кроме горячности в своем служении, на том месте, куда тебя поставил Бог, еще учиться видеть и думать?..
Мой читатель, мой друг! Не обращается ли к тебе Господь на твоем уровне жизни? И помнишь ли ты, что Бог обращается к любому человеку: любой Ему дорог и ценен, о каждом из нас Он имеет Свою волю и от каждого ждет действий!
Подумай: не можешь ли как-то послужить делу Божию? Может быть, ты, сам того не подозревая, призван Богом для осуществления великой и прекрасной миссии? А, может быть, твоя миссия скромна, но все же и твой вклад в дело Божие ценен и важен…
Часть 1: Идея Никодима…
Для меня, как и для огромного количества других россиян, поворотным пунктом в отношении моей личной веры стало празднование 1000-летия Крещения Руси, отмечавшееся в 1988 году. Как сейчас помню эти еще недавно казавшиеся невероятными телетрансляции, передававшие человеческое воодушевление: церковные иерархи на приеме у членов советского правительства, службы под открытым небом, крестные ходы, встающие из руин храмы... Поистине этот год – 1988-й – стал годом Нового Крещения Руси. При храмах спешно возводили крестильные помещения, потому что крестилось ежедневно по 100–200 человек.
Я, и не думавший тогда поступать в Духовную семинарию, был захвачен происходящим. Именно в этот год я стал периодически ходить на службы, вырезал и складывал в папку публикации о торжествах Крещения Руси, начал поститься, впервые исповедался и причастился.
Через какое-то время я задался вопросом: как странно, что Русская Православная Церковь оказалась подготовлена к этому событию. Униженная в советские годы и лишенная голоса, на что она надеялась? На то, что ей в год Тысячелетия Крещения Руси дадут право голоса? Смешные надежды, но Промыслом Божиим так совпало, что год Тысячелетия пришелся на самую горячую перестроечную пору. И Церковь, как мы знаем теперь, уже более десяти лет готовившаяся к этому событию, оказалась к нему готова. Празднование это явилось бомбой, взорвавшей прежнее положение дел. Весь мир увидел, что Церковь в России жива и готова к пробуждению.
Именно это празднование сделало невозможным возвращение к прошлому, к тому положению, которое Церковь занимала при богоборческой власти. Это празднование вывело церковный корабль из той изоляции от общества, в которой Церковь пребывала по воле большевиков.
А теперь перенесусь на год вперед.
В 1989 году произошло мое знакомство с человеком, ставшим моим духовником. Он меня и направил с Духовную семинарию.
Мой духовник, протоиерей Виктор Норин, учился в 1970-е в Ленинградской Духовной семинарии и был глубоким почитателем ленинградского митрополита Никодима (Ротова), скончавшегося в 1978 году. Отец Виктор рассказывал об удивительных человеческих качествах почившего иерарха, о том, как тот помогал студентам деньгами и лично ему, покинувшему Семинарию потому, что умер отец и надо было возвращаться домой – кормить мать и сестер, дал денег на свадьбу и на обустройство.
И вот, когда я ехал в Семинарию, отец Виктор дал мне денег (достаточно много) вот для какой цели: «Купи на все деньги белых роз, положи на могилу митрополита Никодима и мысленно поблагодари его за все, что он для нас сделал».
Я исполнил поручение моего духовника. Я обрушил рынок торговцев цветами, скупив все розы продававшиеся у метро. И возложил эти цветы на могилу митрополита.
А потом стал регулярно приходить на кладбище Александро-Невской Лавры, где похоронен владыка Никодим, и молиться на его могиле. Вместе со мной приходили и другие студенты и преподаватели, в свое время знавшие и любившие владыку Никодима.
В этом был некоторый парадокс: мы (я имею в виду студентов) молились на могиле человека, который не был прославлен в лице святых, которого лично мы не знали, который умер за десять лет до нашего прихода к вере…
Конечно, то тут, то там в нашей жизни студентов Духовной семинарии открывались следы деятельности покойного митрополита, которые не изгладили даже годы, и, между прочим, те годы, когда память о нем вообще пытались истребить из истории Семинарии и Академии. А это – и сонм прекрасных преподавателей, любовно выпестованных митрополитом Никодимом и его учеником владыкой Кириллом (Гундяевым), и особый дух наших духовных школ, широкий, терпимый, и многие другие детали…
Но однажды наш профессор, архимандрит Августин (Никитин), рассказал и вот какую историю, которая явилась для меня открытием и в некотором смысле даже потрясением.
Отец Августин рассказывает:
«В первые годы преподавания церковной истории у меня стал складываться профессиональный подход к датам, именам, событиям. Скажем, приближается100-летие со дня кончины какого-либо видного церковного деятеля – значит, смело можно писать статью, и в редакции "Журнала Московской Патриархии" ее с благодарностью примут и напечатают. Таким же наметанным взглядом как-то скользнул по дате Крещения Руси: 988 год. Значит, не за горами – тысячелетие! И при ближайшей встрече упомянул об этом в разговоре с владыкой.
Ловлю на себе его внимательный взгляд и слышу задумчивое: "А ведь и правда!" И вскоре на заседании Священного Синода был поставлен вопрос об учреждении комиссии по подготовке к празднованию 1000-летия Крещения Руси. Мог ли предполагать святитель, что его жизнь оборвется за десять лет до этого эпохального торжества?»
(Архимандрит Августин (Никитин). Церковь плененная: Митрополит Никодим (1929–1978) и его эпоха (в воспоминаниях современников). СПб: Изд-во СПбГУ. 2008. С.490–]491)
+++
…Можно построить храм, школу, открыть учебное заведение, больницу, и многие десятилетия сотни и даже тысячи людей будут благодарны тебе. Но митрополит Никодим, всегда желавший максимально полно послужить Святой Церкви, сподобился стать инициатором, по сути, Второго Крещении Руси. Более чем за десять лет узреть перспективы, которые для Церкви открывает это событие, дальновидно запустить механизм подготовки к этому грандиозному празднику…
Его не было уже на нашей земле 10 лет, когда десятки миллионов граждан Советского Союза открыли для себя Православие.
Проект, осуществившийся спустя десять лет после смерти… Какое это благословение – быть инструментом в Руках Божиих, осуществлять Его замыслы и волю!
А что для этого нужно? Может быть, кроме горячности в своем служении, на том месте, куда тебя поставил Бог, еще учиться видеть и думать?..
Мой читатель, мой друг! Не обращается ли к тебе Господь на твоем уровне жизни? И помнишь ли ты, что Бог обращается к любому человеку: любой Ему дорог и ценен, о каждом из нас Он имеет Свою волю и от каждого ждет действий!
Подумай: не можешь ли как-то послужить делу Божию? Может быть, ты, сам того не подозревая, призван Богом для осуществления великой и прекрасной миссии? А, может быть, твоя миссия скромна, но все же и твой вклад в дело Божие ценен и важен…
- Перейти к следующей записи Размышления после праздника: 2
