Герои нашего времени и бог безбожной благотворительности

А.Л. Двор­кин

По словам мит­ро­по­лита Анто­ния Сурож­ского, насто­я­щая бла­го­тво­ри­тель­ность воз­можна лишь тогда, когда в чело­веке, кото­рому ока­зы­ва­ешь помощь, видишь Самого Христа. А кто-то из ост­ро­сло­вов-про­све­ти­те­лей XVIII века сказал: «Тво­рите благо, но ради всего свя­того, не зани­май­тесь бла­го­тво­ри­тель­но­стью!» В кон­тек­сте «про­све­ти­тель­ского» без­бож­ного мыш­ле­ния это пре­ду­пре­жде­ние звучит весьма акту­ально. Заня­тие бла­го­тво­ри­тель­но­стью без Христа и вне Его очень быстро пре­вра­ща­ется в свою про­ти­во­по­лож­ность. Наш век забыл об этом пре­ду­пре­жде­нии. Сего­дня бла­го­тво­ри­тель­ность стала самым почет­ным заня­тием, а любой чело­век, пере­чис­ля­ю­щий спи­сан­ные с нало­гов суммы на помощь бедным, боль­ным, сту­ден­там, пра­во­за­щит­ни­кам, эко­ло­гам, живот­ным, птицам, рыбам, дев­ствен­ным лесам, меж­га­лак­ти­че­ским феде­ра­циям и т.п., вос­при­ни­ма­ется как вели­чай­ший герой нашего вре­мени. Никто не спра­ши­вает, откуда взя­лись эти деньги и сколько тысяч сирот огра­бил иной бла­го­тво­ри­тель, пере­да­ю­щий малую толику своих средств на, скажем, про­грамму «Про­све­ще­ние против СПИДа». Это не важно. В мас­со­вом созна­нии наших совре­мен­ни­ков бла­го­тво­ри­тель­ность оправ­ды­вает все. А свя­тость в конце XX века напря­мую зави­сит от уча­стия в бла­го­тво­ри­тель­ной дея­тель­но­сти. Вера в Бога и стрем­ле­ние к жизни во Христе уже давно не учи­ты­ва­ются в тех тре­бо­ва­ниях, кото­рые масс-куль­тура предъ­яв­ляет к тем, кого она про­воз­гла­шает своими свя­тыми, бес­среб­ре­ни­ками и бла­го­тво­ри­те­лями. Глав­ной ново­стью послед­них дней лета и начала осени этого года стали две смерти — прин­цессы Дианы и мона­хини Терезы из Каль­кутты. Две скон­чав­ши­еся жен­щины были вели­чай­шими геро­и­нями, куми­рами нашего вре­мени, образ­цами для под­ра­жа­ния. Отсюда такая поис­тине все­мир­ная скорбь (и все­мир­ная исте­рика) от их потери. Каждое время имеет своих героев. Сам факт избра­ния на эту роль тех или иных людей их совре­мен­ни­ками очень много гово­рит о духе вре­мени. Кому же хочет под­ра­жать сего­дняш­ний мир?

Хри­сти­ан­ская нрав­ствен­ность сего­дня — скорее, руга­тель­ный термин. Его сино­ним для совре­мен­ного чело­века — это хан­же­ство, скука и зануд­ство. Недавно нам круп­ным планом было пока­зано, как на похо­ро­нах одного из про­слав­лен­ных героев нашего вре­мени — уби­того своим любов­ни­ком раз­врат­ника и извра­щенца — все­мирно извест­ного порт­ного, прин­цесса Диана, обняв, тро­га­тельно уте­шала дру­гого извра­щенца — все­мирно зна­ме­ни­того эст­рад­ного певца. Именно он через несколько меся­цев был удо­стоен чести спеть песенку под сво­дами древ­него Вест­мин­стер­ского аббат­ства на отпе­ва­нии самой Дианы. А ведь еще в начале века в Англии чело­века, одер­жи­мого тем же грехом, что и друг прин­цессы, до рас­ка­я­ния не пустили бы даже на порог дере­вен­ского храма, не говоря уж об одной из глав­ных свя­тынь страны. В начале века были другие герои и другие образцы для под­ра­жа­ния. Вели­кая кня­гиня рос­сий­ская Ели­за­вета Федо­ровна, искренне и из глу­бины сердца всю жизнь тво­рив­шая благо, была при­ме­ром тогда еще попу­ляр­ной хри­сти­ан­ской нрав­ствен­но­сти и доб­ро­де­тели. Как вроде бы близка она к совре­мен­ным геро­и­ням и как далека от них! Как и Диана, св. Ели­за­вета была заме­ча­тель­ной кра­са­ви­цей. Как и прин­цесса Уэль­ская, она стра­дала от холод­но­сти импе­ра­тор­ского двора, не успела в полной мере вку­сить сча­стья в семей­ной жизни, рано оста­лась без мужа и тра­ги­че­ски без­вре­менно погибла. Как и мать Тереза, она осно­вала мона­ше­скую общину, глав­ной зада­чей кото­рой была помощь бедным и обез­до­лен­ным. Но это лишь внеш­нее сход­ство. За ним лежат глу­бо­кие, прин­ци­пи­аль­ные раз­ли­чия. Пре­по­доб­но­му­че­ница вели­кая кня­гиня Ели­за­вета была, прежде всего, хри­сти­ан­кой и в своем слу­же­нии любви она, прежде всего, реа­ли­зо­вы­вала любовь Хри­стову. Без послед­ней любая бла­го­тво­ри­тель­ная дея­тель­ность в конеч­ном итоге пре­вра­ща­ется в паро­дию на саму себя. Прин­цесса Диана, кото­рую сейчас назы­вают самой лучшей и самой свет­лой жен­щи­ной совре­мен­но­сти, была членом монар­шьего дома все еще (хотя бы фор­мально) хри­сти­ан­ской страны. Насколько она вопло­щала в себе хри­сти­ан­ские доб­ро­де­тели? Невер­ная жена, несчаст­ная жен­щина, отча­янно пытав­ша­яся полу­чить свою толику земных радо­стей и в погоне за ними бро­сав­ша­яся из одного романа в другой и в конце концов нелепо, тра­ги­че­ски погиб­шая после сыт­ного ужина, в объ­я­тиях оче­ред­ного плей­боя, сев­шего вместе с ней в машину, за рулем кото­рой был пьяный води­тель. Жен­щина, интри­го­вав­шая против холодно ее при­няв­шего коро­лев­ского дома и исполь­зо­вав­шая для этого всю мощь алчных до скан­да­лов СМИ. Жен­щина, кото­рой больше чем кому-либо уда­лось дис­кре­ди­ти­ро­вать пра­вя­щий дом и саму идею монар­хии в Вели­ко­бри­та­нии. Жен­щина, за чьими любов­ными похож­де­ни­ями жадно следил весь мир и кото­рая созна­тельно делала их досто­я­нием глас­но­сти через дру­же­ствен­ную ей прессу. Жен­щина, пози­ро­вав­шая всю жизнь и всю жизнь играв­шая роль «для внеш­них», ибо это было необ­хо­димо ей, чтобы дер­жаться «на плаву». Игра про­дол­жа­лась до послед­него, до самого момента гибели. Бла­го­тво­ри­тель­ность была неотъ­ем­ле­мой частью этой роли. Как кине­ма­то­гра­фично: высо­кая, строй­ная, длин­но­но­гая блон­динка, осле­пи­тель­ная кра­са­вица, прин­цесса при­ле­тела в дале­кую Африку и держит на руках бед­ного чер­но­ко­жего малыша (обра­тите вни­ма­ние на без­упреч­ную укладку ее волос). Она не побо­я­лась выйти из своего деся­ти­звез­доч­ного «Хил­тона» и пройти не по ковру, а по нашей греш­ной земле! Она не побрез­го­вала вдох­нуть дере­вен­ский, а не кон­ди­ци­о­ни­ро­ван­ный воздух! Какой подвиг чело­ве­ко­лю­бия! Посмот­рите, как отважно она идет в кли­нику для жертв СПИДа! Прин­цесса спус­ка­ется со своих горних высот в самую бездну чело­ве­че­ского стра­да­ния и — о чудо! Она отва­жи­ва­ется пожать руку боль­ному! Какой вели­кий посту­пок состра­да­ния! Что же, попо­зи­ро­вав нужное время перед теле- и фото­ка­ме­рами на фоне чело­ве­че­ской нищеты и горя, прин­цесса уез­жала в свой лон­дон­ский дворец, в свой париж­ский дом, на свою сре­ди­зем­но­мор­скую яхту, и все воз­вра­ща­лось на круги своя: чер­но­ко­жие детишки по-преж­нему пухли от голода, а боль­ные по-преж­нему уми­рали от своих болез­ней. Един­ствен­ное чудо, кото­рое при этом про­ис­хо­дило, — это рас­ту­щая попу­ляр­ность объ­явив­шей всему миру о своем вели­ком чело­ве­ко­лю­бии («Я ничего не могу с этим поде­лать! Люблю людей, и все!») прин­цессы Дианы. И народ, вопреки реаль­но­сти, вопреки жиз­нен­ным фактам, пове­рил в этот миф. «Народ­ная прин­цесса» Диана стала его идолом и куми­ром. Каким-то обра­зом это все­мир­ное пре­кло­не­ние соче­та­лось со все­мир­ным же инте­ре­сом к ее любов­ным похож­де­ниям. Но ее смерть (все чаще в сооб­ще­ниях теле­жур­на­ли­стов про­ска­ки­вают намеки на «иску­пи­тель­ную жертву») покрыла все. Когда гово­рят о Диане как о вели­кой бла­го­тво­ри­тель­нице, мне вспо­ми­на­ется один совсем недав­ний эпизод. В начале лета она при­е­хала в Боснию с бла­го­тво­ри­тель­ной акцией помощи постра­дав­шим от войны детям. Как сооб­щило НТВ, пла­ни­руя поездку, Диана заявила, что ноги ее не будет в серб­ской части Боснии: она поедет только в мусуль­ман­ско-хор­ват­скую феде­ра­цию и будет ока­зы­вать помощь детям только там. Что же, можно вполне пред­ста­вить себе, что наив­ная англий­ская прин­цесса пове­рила всему тому потоку кле­веты, кото­рый изли­вался на сербов и Сербию в миро­вой прессе. Но при чем же тут дети? Даже если бы серб­ское пра­ви­тель­ство и армия несли всю пол­ноту ответ­ствен­но­сти за раз­вя­зы­ва­ние граж­дан­ской войны, то разве дети Рес­пуб­лики Серб­ской постра­дали от нее меньше? Чем же так про­ви­ни­лись перед прин­цес­сой серб­ские дети, что они ока­за­лись недо­стой­ными ее бла­го­тво­ри­тель­ного вни­ма­ния? Вряд ли прин­цесса Диана до такой сте­пени не пони­мала, что она творит. А коль скоро пони­мала, значит, выпол­няла опре­де­лен­ный заказ и пред­при­ни­мала про­ду­ман­ные поли­ти­че­ские акции. Но тогда при чем тут бла­го­тво­ри­тель­ность? Каждая эпоха творит своих героев и своих святых. Прин­цесса Диана была воз­не­сена на верх­нюю сту­пеньку пье­де­стала нашего вре­мени. Она стре­ми­лась к тому, чтобы быть там, наверху, у всех на виду. В конце концов это ее и убило. Мне очень жаль тра­ги­че­ски погиб­шую моло­дую жен­щину с несчаст­ной, иско­вер­кан­ной судь­бой. Но я не могу не при­ве­сти слов мудрой рус­ской жен­щины из Адыгеи, кото­рые она про­из­несла, отве­чая на вопрос кор­ре­спон­дента извест­ной теле­ком­па­нии: «Жаль ее, конечно. Но сидела бы она с мужем, никуда бы не ездила, не ката­лась бы по разным местам, так и сейчас была бы жива».

Смерть прин­цессы несколько затмила после­до­вав­шую на сле­ду­ю­щий день на другом конце света смерть другой все­мирно зна­ме­ни­той жен­щины. В отли­чие от первой это была есте­ствен­ная и совсем не неожи­дан­ная смерть. Скон­чав­ша­яся была очень пожи­лым чело­ве­ком, тихо угас­шим после долгой и пло­до­твор­ной жизни. Она была хри­сти­ан­ской мона­хи­ней, осно­ва­тель­ни­цей про­сла­вив­ше­гося на весь мир ордена, посвя­тив­шего себя слу­же­нию ближ­нему. Это была насто­я­щая, непо­каз­ная бла­го­тво­ри­тель­ность: мать Тереза и ее мона­хини не для теле­ка­мер, не для виду, а дей­стви­тельно помо­гали обез­до­лен­ным, служа им всей своей жизнью и не раз­би­рая их рели­гии или наци­о­наль­но­сти. И мир оценил эту дея­тель­ность: мать Тереза стала лау­ре­а­том Нобе­лев­ской премии мира, встречи с ней, про­стой албан­ской кре­стьян­кой, доби­ва­лись самые вли­я­тель­ные люди нашей пла­неты, при­нять ее и сфо­то­гра­фи­ро­ваться с ней стре­ми­лись самые извест­ные поли­ти­че­ские, рели­ги­оз­ные и куль­тур­ные дея­тели. Воис­тину ее само­от­вер­жен­ная дея­тель­ность была в высшей сте­пени бла­го­род­ной и достой­ной самого искрен­него вос­хи­ще­ния. Но все же можно ли назвать ее спе­ци­фи­че­ски хри­сти­ан­ской? гуман­ной? Да! Чело­ве­ко­лю­би­вой? Да! Жерт­вен­ной? Да! Но не то же самое ли делают нере­ли­ги­оз­ные бла­го­тво­ри­тель­ные орга­ни­за­ции «Врачи без границ», «Крас­ный Крест», моло­дые доб­ро­вольцы из «Кор­пуса мира»? Я не пыта­юсь пре­умень­шить подвиг матери Терезы или очер­нить ее саму. Девят­на­дца­ти­лет­ней девоч­кой она при­е­хала из родной Алба­нии в нищую язы­че­скую Индию и стала делать то, что умела и что велело ей сердце. Она руко­вод­ство­ва­лась вроде бы благим прин­ци­пом: вна­чале нужно накор­мить людей, а потом гово­рить им о Христе. Что же, пред­ста­вим себе, что апо­столы, придя в Лидду или Филиппы, начали бы там орга­ни­зо­вы­вать для обез­до­лен­ных языч­ни­ков (а их было там не меньше, чем в сего­дняш­ней Индии) бла­го­тво­ри­тель­ные сто­ло­вые и боль­ницы, чтобы лишь потом начать про­по­ведь. Тогда, навер­ное, и сего­дня их после­до­ва­тели зани­ма­лись бы только бла­го­тво­ри­тель­но­стью, потому что число голод­ных в мире не умень­ши­лось и людей по-преж­нему нужно кор­мить, а значит, и по-преж­нему рано гово­рить им о Христе. Мир, на радость князю мира сего, так и не услы­шал бы Благой вести, а хри­сти­ан­ство пре­вра­ти­лось бы в филан­тро­пи­че­ское бла­го­тво­ри­тель­ное дви­же­ние, члены кото­рого тайно прак­ти­ко­вали бы некие эзо­те­ри­че­ские обряды.

Но мы знаем, что апо­столы все-таки иначе поняли послед­нюю запо­ведь, данную им Спа­си­те­лем: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа…» (Мф. 28:19). Но именно такую, «бла­го­тво­ри­тель­ную», версию хри­сти­ан­ства с радо­стью готов при­нять наш мир: хри­сти­ан­ство, мол­ча­щее о Христе, хри­сти­ан­ство, све­ден­ное до своей соци­аль­ной док­трины и не выхо­дя­щее за ее пре­делы. Мир готов пойти и дальше. Сего­дня, в век все­об­щей тер­пи­мо­сти, тоталь­ного вза­и­мо­по­ни­ма­ния и ува­же­ния ко всем цен­но­стям сразу, он готов при­нять и хри­сти­ан­ство с раз­мы­тыми гра­ни­цами. Иллю­стра­цией такого хри­сти­ан­ства, увы, также явля­ется община матери Терезы. Като­ли­че­ская цер­ковь уже давно руко­вод­ству­ется прин­ци­пом, что для успеш­ной миссии необ­хо­димо мас­ки­ро­ваться под мест­ную спе­ци­фику и лишь потом, испод­воль, обра­щать людей в свою веру. Об этом «мас­ка­раде» писали многие пра­во­слав­ные духов­ные писа­тели. На нем, кстати ска­зать, построен и фено­мен уни­ат­ства.

Не избе­жали его и сестры матери Терезы. Но Восток, как известно, — дело тонкое, и с восточ­ными рели­ги­ями часто про­ис­хо­дит обрат­ный фено­мен. Чем больше хри­сти­ан­ство мас­ки­ру­ется под них, тем больше оно раз­бав­ля­ется несов­ме­сти­мыми с ним идеями и кон­цеп­ци­ями. Они не только надели сари, не только вос­ку­ряли индий­ские бла­го­во­ния и сти­ли­зо­вали свое бого­слу­же­ние под инду­ист­ский образ­ный ряд, но и вос­при­няли многие инду­ист­ские тех­ники духов­ных упраж­не­ний и меди­та­ций.

И, навер­ное, не слу­чайно, что мать Тереза явля­лась одним из лиде­ров дви­же­ния, тре­бу­ю­щего от Рим­ской церкви офи­ци­ально про­воз­гла­сить Деву Марию соис­ку­пи­тель­ни­цей и соспа­си­тель­ни­цей (наряду с Ее Сыном) всего чело­ве­че­ства. И, по всей види­мо­сти, тоже не слу­чайно, что мать Тереза ока­зы­вала под­держку лидеру одной из самых деструк­тив­ных сект нашего вре­мени — Шри Чинмою. Правда, этот бла­го­об­раз­ный индус так кра­сиво и так обте­ка­емо гово­рит о мире, любви и согла­сии. И он всегда готов «пожерт­во­вать» круг­лень­кую сумму на бла­го­тво­ри­тель­ность. И кого инте­ре­сует, что деньги, кото­рые дает Шри Чинмой, при­хо­дят к нему от обо­бран­ных им уче­ни­ков? Кого инте­ре­сует то, что он про­по­ве­дует на улицах хри­сти­ан­ских горо­дов и там уводит людей от Христа и от вечной жизни? Кого инте­ре­сует, что за его сектой тянется длин­ный шлейф чело­ве­че­ских слез, разо­рван­ных семей, раз­ру­шен­ных судеб, утра­чен­ных жизней? И кого инте­ре­сует то, что при помощи удачно опуб­ли­ко­ван­ной соб­ствен­ной фото­гра­фии рядом с почи­тав­шейся уже при жизни мате­рью Тере­зой он сможет завер­бо­вать тысячи новых жертв?

Не будем узко­ло­быми фана­ти­ками! Как же можно отка­зы­ваться от встреч с таким чело­ве­ком, если они служат успеху бла­го­тво­ри­тель­но­сти? Бла­го­тво­ри­тель­ность дела­ется само­до­вле­ю­щей высшей цен­но­стью и тре­бует от своих слу­жи­те­лей все новых и новых жертв. И поэтому необ­хо­димо устра­нять из нашей жизни все то, что мешает нам слу­жить богу без­бож­ной бла­го­тво­ри­тель­но­сти! Ведь он — бог рев­ни­вый и не терпит слу­же­ния другим богам.

Бог без­бож­ной бла­го­тво­ри­тель­но­сти овла­дел нашими умами и душами. Заня­тие бла­го­тво­ри­тель­но­стью оправ­ды­вает все и дает индуль­ген­цию на все. О своих заня­тиях бла­го­тво­ри­тель­но­стью трубят во все трубы самые изу­вер­ские секты. Бла­го­тво­ри­тель­но­стью зани­ма­лась «Аум Син­рике» в про­ме­жутке между сес­си­ями по изго­тов­ле­нию зарина, пару раз жерт­во­вав­шая на дет­ские дома. Бла­го­тво­ри­тель­но­стью зани­ма­ется Мун: таким обра­зом он поку­пает респек­та­бель­ность своему дви­же­нию, еже­дневно посы­ла­ю­щему поби­раться на улицах тысячи голод­ных и смер­тельно уста­лых моло­дых людей и деву­шек. От при­но­си­мых ими дохо­дов (мил­ли­оны дол­ла­ров в день) он готов отстег­нуть сотню тысяч на бла­го­тво­ри­тель­ную помощь, напри­мер, «Мос­ков­ским ново­стям», кото­рые после этого будут по гроб жизни ему бла­го­дарны. Рас­тле­ва­ю­щая мало­лет­них детей пор­но­цен­трич­ная секта «Семья» сла­вится своими бла­го­тво­ри­тель­ными кон­цер­тами. Бла­го­тво­ри­тель­но­стью зани­ма­ется даже самая жадная до денег секта — сай­ен­то­ло­ги­че­ская (правда, сред­ства на это она взи­мает со своих после­до­ва­те­лей — я не знаю ни одного случая, когда деньги на такие цели посту­пали бы из казны секты).

Ну а «Обще­ство созна­ния Кришны»! Эти ребята поста­вили бла­го­тво­ри­тель­ную дея­тель­ность на самую широ­кую ногу. Они уж никуда не поедут раз­да­вать свою «Пищу жизни», не поза­бо­тив­шись пред­ва­ри­тельно, чтобы их там ждали теле­ка­меры и целые толпы жур­на­лист­ской братии, гото­вой вза­хлеб писать о том, как сим­па­тич­ные веге­та­ри­анцы с хво­сти­ками на бритых затыл­ках накор­мили голод­ных и обез­до­лен­ных. И никого не инте­ре­сует то, что на Западе «Пища жизни» зача­стую финан­си­ро­ва­лась из самых кри­ми­наль­ных дохо­дов: от криш­на­ит­ской тор­говли нар­ко­ти­ками и ору­жием, от вымо­га­тель­ства и гра­бе­жей. А у нас в стране они нередко умуд­ря­ются полу­чать на это госу­дар­ствен­ные сред­ства, то есть деньги, запла­чен­ные по боль­шей части пра­во­слав­ными нало­го­пла­тель­щи­ками. То есть за наши деньги нас же еще и кормят пищей, посвя­щен­ной Кришне, то есть тем самым идо­ло­жерт­вен­ным, вку­ше­ние кото­рого строго запре­щено кано­нами нашей Церкви (о том, что «Пища жизни» — идоло-жерт­вен­ная, криш­на­иты никого не пре­ду­пре­ждают). Недавно по теле­ви­де­нию прошло два сооб­ще­ния. В одном из них гово­ри­лось о том, что к юбилею Москвы оте­че­ствен­ные криш­на­иты в пода­рок моск­ви­чам изго­то­вили 850-кило­грам­мо­вый торт, кото­рым бес­платно кор­мили всех жела­ю­щих. А второй репор­таж был о маль­чике Саше, кото­рого мать-криш­на­итка насильно отвезла в гуру­кулу в Индию, кото­рого изби­вали, над кото­рым изде­ва­лись и кото­рому чудом уда­лось бежать и добраться в Москву, к бабушке. Знали ли моск­вичи, с аппе­ти­том — ведь халява! — поеда­ю­щие полу­жид­кую липкую массу, кото­рую лопат­ками для них чер­пали криш­на­иты, что их предки пред­по­чи­тали уме­реть, но не осквер­нить себя вку­ше­нием идо­ло­жерт­вен­ного? Знали ли они, что эта «халява» была опла­чена либо их соб­ствен­ными нало­гами, либо бес­плат­ным раб­ским трудом их детей? Им гово­рили, что этот чудо-торт был изго­тов­лен без еди­ного яйца. Яиц там дей­стви­тельно не было — торт был заме­шен на слезах маль­чика Саши и тысяч его сверст­ни­ков, над кото­рыми звер­ски измы­ва­ются в криш­на­ит­ских гуру­ку­лах по всему миру.

Нам не до этого — мы с про­тя­ну­тыми руками отпи­хи­ваем друг друга, чтобы поско­рей полу­чить кусо­чек «пищи смерти», чтобы отдать свою бес­смерт­ную душу за бес­плат­ный, такой соблаз­ни­тельно слад­кий и такой липко-пита­тель­ный пода­рок. И мы не хотим слы­шать, как за нашим левым плечом зло­радно хохо­чет бог без­бож­ной бла­го­тво­ри­тель­но­сти.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки