Иису­сова молитва для мирян, с чего начать, как совер­шать

Оглав­ле­ние



И в Визан­тии, и на Руси Иису­со­вой молит­вой зани­ма­лись не только монахи-без­молв­ники, но и епи­скопы, и миряне. Нака­нуне празд­ну­ю­щейся 31 марта памяти тео­ре­тика и дела­теля умно-сер­деч­ной молитвы свт. Гри­го­рия Паламы, про­то­и­е­рей Геор­гий Бреев, духов­ник мос­ков­ского духо­вен­ства, насто­я­тель храма Рож­де­ства Бого­ро­дицы в Кры­лат­ском, рецен­зент четы­рех­том­ного сбор­ника аске­ти­че­ской лите­ра­туры «Молитва Иису­сова. Опыт двух тыся­че­ле­тий», рас­ска­зы­вает, как совер­шать ее среди сего­дняш­него город­ского шума.

«Гос­поди, Иисусе Христе, Сыне Божий, поми­луй меня греш­ного» — каза­лось бы, про­стая молитва. Но духов­ники при­зы­вают своих чад к боль­шой осто­рож­но­сти в ее исполь­зо­ва­нии. На каких же усло­виях воз­можно упо­треб­ле­ние Иису­со­вой молитвы миря­нами?

Необык­но­вен­ная сила^

Тра­ди­ция упо­треб­лять в молитве слова, обра­щен­ные к Гос­поду нашему и Спа­си­телю Иисусу Христу, начи­на­ется с еван­гель­ских времен, когда люди, встре­чав­шие Христа, обра­ща­лись к Нему со своими прось­бами. Бли­жай­шие уче­ники Христа — апо­столы видели и знали дей­ствен­ность такого обра­ще­ния. Таким обра­зом, первые хри­сти­ане начали при­зы­вать Имя Христа как в цер­ков­ной, так и в част­ной молитве, и эта тра­ди­ция нико­гда не ума­ля­лась. Молитва, кото­рую мы сейчас назы­ваем Иису­со­вой, офор­ми­лась в зна­ко­мые нам слова позже, когда осо­бенно рев­ност­ные подвиж­ники стали ухо­дить от мира в пустыню. При­зы­ва­ние Имени Божьего было для них живой потреб­но­стью. Опыт этих древ­них отцов запе­чат­лен в книгах «Доб­ро­то­лю­бия».

Суще­ствуют разные мнения о том, кто и как может совер­шать Иису­сову молитву. Неко­то­рые святые счи­тали, что она имеет необык­но­вен­ную силу пре­об­ра­жать чело­ве­че­ский ум и исце­лять душу. При усло­вии, конечно, разум­ного и ответ­ствен­ного к ней отно­ше­ния. Они сове­то­вали исполь­зо­вать эту молитву не только пустын­ни­кам, но и всем хри­сти­а­нам, живу­щим в мире, даже только начи­на­ю­щим свою духов­ную жизнь.

Счи­та­лось, что если эта молитва, отно­ся­ща­яся к роду пока­ян­ных, будет совер­шаться с сер­деч­ным вни­ма­нием и посто­янно, то при­не­сет пользу и очи­стит от многих грехов даже людей духовно не очень высо­ких. Другие отцы, наобо­рот, счи­тали, что далеко не каждый может поль­зо­ваться этой молит­вой.

Осо­бенно, если брать ее на воору­же­ние и упо­треб­лять посто­янно. Потому что как пламя, раз­го­ра­ясь, тре­бует все больше и больше топ­лива, так и совер­ша­е­мая посто­янно сер­деч­ная молитва, наби­рая силу, тре­бует от чело­века все более полной отдачи, все новых шагов, посвя­ще­ния всего себя молит­вен­ному дела­нию, назван­ному позже умным дела­нием. И к нему нужно быть особо под­го­тов­лен­ным — тре­бу­ются пост, воз­дер­жа­ние от посто­рон­них раз­вле­че­ний и стро­гое испол­не­ние запо­ве­дей Хри­сто­вых. Без такого фун­да­мента молитва может при­не­сти духов­ный вред.

Из «Доб­ро­то­лю­бия» мы знаем, что одна из высших сту­пе­ней умной молитвы — созер­ца­ние. Это такое особое состо­я­ние, о кото­ром святые отцы гово­рили как о пред­две­рии Цар­ствия Божия. Душа настолько воз­вы­шенна и очи­щена от стра­стей, что она, таин­ственно соеди­нен­ная со Хри­стом бла­го­даря молитве, ста­но­вится спо­собна видеть Его.

Но для нас это дела­ние слиш­ком высоко. Узна­вать об этих состо­я­ниях мы можем только из книг. Близ­кие к нам по вре­мени подвиж­ники гово­рят, что совре­мен­ный чело­век, утра­тив­ший цель­ность жизни, уже не может при­тя­зать на дела­ние таких сту­пе­ней умной молитвы. Поэтому, когда неко­то­рые люди — осо­бенно это бывает свой­ственно нео­фи­там — горячо берутся за при­зы­ва­ние в молитве Иису­со­вой Имени Гос­пода, они могут под­вер­гаться вся­кого рода опас­но­стям, кото­рые будут не готовы при­нять.

Пища души^

Каждый веру­ю­щий чело­век хочет молиться. Святой Гри­го­рий Палама гово­рит: сколько чело­ве­че­ских душ в мире, столько и уров­ней и обра­зов молитвы. Каждый вносит в молитву свой внут­рен­ний опыт, свои пере­жи­ва­ния. А пере­жи­ва­ния у всех разные. Один с дет­ства имеет дух молит­вен­ный, от при­роды, от бла­го­дати Божией — прямо сразу может молиться. Дру­гому нужно боль­шой жиз­нен­ный путь пройти, и только в сере­дине этого пути он поймет, что молиться надо. И начнет с трудом делать малень­кие шаги, пости­гать азы.

Молитва — это пища. Если чело­век жив, он нуж­да­ется в еде. Все-таки мы не раз в день под­креп­ляем себя пищей. Так же и духовно — душа тоже нуж­да­ется в пище. Но здесь нужно пони­ма­ние, живая потреб­ность напиться живой воды, а не фор­маль­ная сто­рона, не при­вычка, не обряд­ность. Живая вода — это слово Божие. Когда есть эта жажда, тогда и начи­на­ется пра­виль­ный строй молитвы. Его сам Бог выстра­и­вает. Потому что ска­зано, что без дей­ствия бла­го­дати мы не можем молиться, даже обра­титься к Богу «Авва Отче» мы не можем, по апо­столу Павлу, без Духа Свя­того. Дух Святой дает нам в сердце молитву — ставит и обра­щает к Богу Отцу Небес­ному, ко Христу.

У людей, любя­щих молитву, даже внеш­ность меня­ется, будь то миряне или мона­ше­ству­ю­щие. Конечно, внеш­ность — не очень убе­ди­тель­ный фактор, но все равно по чело­веку обычно видно, если он молит­вен­ник.

Молитва — это путь, кото­рый при­во­дит чело­века к Богу. И, если чело­век оста­но­вится на поло­вине пути, он может поте­рять и то, что уже при­об­рел. Молитва вос­пи­ты­вает высо­кое, тонкое бла­го­род­ство. Душа ста­но­вится разум­ной, отсту­пает от грубых стра­стей, про­зре­вает, укреп­ля­ется в вере. Дух Святой дей­ствует и в молитве, и в Свя­щен­ном Писа­нии. Чело­век начи­нает про­зре­вать дивную гар­мо­нию Боже­ствен­ного Слова, Писа­ния. Потому что молитва под­го­тав­ли­вает сердце чело­века, как сосуд, кото­рый потом вме­щает в себя все дары бла­го­дати Свя­того Духа. Без молитвы невоз­можно этого достичь.

Добрый плод молитвы — уми­ре­ние сердца, когда сердце ста­но­вится чистым. А чистым серд­цем чело­век узрит Бога. Чело­век начи­нает в себе видеть дей­ствие стра­стей и дей­ствие бла­го­дати Божией, начи­нает раз­ли­чать, что идет к нему от падших духов. Потом, если чело­век дей­стви­тельно тру­дится не вотще, он начи­нает про­зре­вать суть вещей. Если хри­сти­а­нин про­хо­дит молит­вен­ный путь с рев­но­стью и со сми­ре­нием, ему будут сопут­ство­вать духов­ные плоды.

Вдум­чиво и осто­рожно^

Я думаю, что миря­нам браться за Иису­сову молитву можно. Но делать это нужно по силам, немного и посто­янно. Свя­ти­тель Игна­тий Брян­ча­ни­нов и послед­ние оптин­ские старцы учили, что совре­мен­ный чело­век должен под­хо­дить к Иису­со­вой молитве очень вдум­чиво, очень осто­рожно и просто.

Не стре­миться сразу достичь каких-то состо­я­ний — про­све­ще­ния души, ума. Совер­шать молитву нужно в про­стоте сердца. За время моего пас­тыр­ского слу­же­ния было уже несколько слу­чаев, когда по реко­мен­да­ции моло­дого свя­щен­ника люди начи­нали совер­шать непре­стан­ную молитву и в резуль­тате при­хо­дили к крайне бед­ствен­ному поло­же­нию, к пси­хи­че­скому рас­строй­ству, к состо­я­нию, из кото­рого сами они уже не могли выйти. Были даже случаи, когда люди кон­чали собой только по при­чине того, что рев­ностно взя­лись за это умное дела­ние, к кото­рому не были готовы.

Для начала нужно обре­сти молит­вен­ный опыт вообще и только потом посте­пенно пере­хо­дить к Иису­со­вой молитве. Но ста­вить перед собой высо­кие цели крайне нера­зумно. Даже под­ра­жать в молит­вен­ном дела­нии святым будет пагубно для нас.

Еще в VI веке святой Иоанн Лествич­ник пре­ду­пре­ждал о том, что читать и нази­даться высо­ким духом святых нам необ­хо­димо, но под­ра­жать им в молитве — верх безу­мия. Потому что в чело­веке должно быть не свое личное жела­ние, а побуж­де­ние Духом Божиим. Поэтому я всегда предо­сте­ре­гаю: если есть жела­ние и рев­ность, то прежде нужно научиться тому, чего тре­бует молитва, — вни­ма­тель­но­сти, сосре­до­то­чен­но­сти, воз­дер­жан­но­сти и рас­су­ди­тель­но­сти.

Ведь мы не достойны тех слов, кото­рые читаем в молитве. Я не достоин даже обра­титься к Богу. Гос­поди, как я могу сейчас пред­стать перед Тобою? А это пред­сто­я­ние и есть молитва. На всяком месте вла­ды­че­ство Его, бла­го­слови душе моя Гос­пода. Место «вла­ды­че­ства Его» — это то место, где я молюсь.

Как не пре­сы­титься?^

Научиться сна­чала нужно искрен­ней, про­стой, чистой молитве. Потому что многие, начи­ная читать утрен­нее и вечер­нее пра­вило, быстро устают от него. Гово­рят, что уже при­елось, что ничего не чув­ствуют. Просят раз­ре­ше­ния молиться своими сло­вами. Ну, моли­тесь своими сло­вами. Но молит­вен­ное слово должно истин­ство­вать, должно сла­во­сло­вить.

Кто-то из святых гово­рил, что в молитве чело­век должен соеди­няться со словом так же, как душа соеди­ня­ется с телом. Видите, какой глу­бо­кий образ. Если этого един­ства нет, то молитва нам при­еда­ется. Она кажется фор­маль­ной, холод­ной, и слова не идут в душу.

И все только потому, что чело­век не выра­бо­тал пра­виль­ный подход к молитве. Не пере­жил, не почув­ство­вал молитвы в себе. Даже если ты и пере­жил когда-то какой-то молит­вен­ный образ, он забы­ва­ется. И очень легко уйти в меха­низм, совер­шать одну обря­до­вую сто­рону — про­из­но­сить, гово­рить, читать, но не молиться.

Для молитвы нужны инте­рес, вни­ма­ние, жажда молитвы и истин­ность. Молитва — это живая потреб­ность. Мне необ­хо­димо в данный день, в данный момент выра­зить себя в молитве, встать перед Богом и ска­зать: «Гос­поди, вот я перед Тобой стою, день у меня прошел в суете, я где-то поте­рял свою внут­рен­нюю сво­боду, где-то ненуж­ным помыс­лам, забо­там отдался, непри­ят­но­сти у меня были и так далее». Какие мы есть, такими мы и должны обра­щаться к Богу.

Сама жизнь нас учит молитве, Бог нас учит, Цер­ковь нас учит. Эти уроки не должны пройти мимо. Тогда только мы и начнем дей­стви­тельно пони­мать, что такое Иису­сова молитва. «Гос­поди, Иисусе Христе, Сыне Божий, поми­луй мя греш­ного» — это будет уже вопль. Это фак­ти­че­ски вся моя при­рода, скон­цен­три­ро­ван­ная в живом Гос­поде, это поток моих внут­рен­них энер­гий рвется наружу. Вот тогда, пожа­луй­ста, молись Иису­со­вой молит­вой хоть день и ночь. Тогда Иису­сова молитва начнет дей­ство­вать.

Иску­ше­ния^

Когда чело­век дей­стви­тельно полю­бит молитву, когда его дух воз­го­рится, тогда, по учению свя­ти­теля Игна­тия, Иису­сова молитва начнет пере­хо­дить из сло­вес­ной формы в сер­деч­ную. А сер­деч­ная молитва, если будет при­но­ситься со вни­ма­нием, начнет захва­ты­вать и умные сферы души. Таким только обра­зом умно-сер­деч­ная молитва может стать доступ­ной для совре­мен­ных хри­стиан, цели­ком посвя­тив­ших себя Богу. Свя­щен­ники, монахи, бла­го­че­сти­вые миряне, кото­рые уда­лены от повсе­днев­ных забот и печа­лей, могут взять этот Боже­ствен­ный дар и с поль­зой для души совер­шать умно-сер­деч­ную молитву.

Начать я реко­мен­дую так: отстра­ниться от обыч­ной суеты — от радио, теле­ви­зора, уеди­ниться в спо­кой­ном месте, где можно молит­венно настро­иться. Если со вре­ме­нем у вас нач­нется серьез­ное заня­тие Иису­со­вой молит­вой, необ­хо­димо искать тех людей, кото­рые опытно прошли этот путь, и с ними обсуж­дать все свои состо­я­ния.

Начи­на­ю­щему нужен помощ­ник. Потому что актив­ность духа воз­дей­ствует и на душу, и на пси­хи­че­ское состо­я­ние, и на нерв­ную систему. Она про­буж­дает в душе много таких дви­же­ний, кото­рых, может быть, и не было раньше. Когда чело­век посто­янно творит умную молитву, в нем начи­нает про­буж­даться сокро­вен­ное, с чем чело­век в своей прак­тике, воз­можно, и не стал­ки­вался.

Есть такой закон в физи­че­ском мире — чем мощнее и чем больше какое-то энер­ге­ти­че­ское дви­же­ние, тем больше в него вовле­ка­ются окру­жа­ю­щие сферы. Так же и молитва Иису­сова. Если делать ее с каким-то уси­лием, с каким-то напря­же­нием, то она может про­бу­дить очень много из чув­ствен­ного мира и из мира вооб­ра­же­ния, осо­бенно если мы не имеем пока­ян­ного чув­ства. Весь нега­тив, кото­рый пока сокрыт, придет в дви­же­ние и может пагубно повли­ять на душев­ное состо­я­ние чело­века.

Опре­де­лить, пра­виль­ным ли путем идет чело­век в своем молит­вен­ном дела­нии, можно по плодам. Плодом непра­виль­ной молитвы может стать гор­дыня ума. Чело­век начи­нает делать все напо­каз, ста­ра­ется всем пока­зать, что он долго молится, что он умеет тво­рить Иису­сову молитву.

В Еван­ге­лии ска­зано: если хочешь Богу при­не­сти сер­деч­ную молитву, «…вниди в клеть твою, и затво­рив двери твоя, помо­лись Отцу твоему, иже в тайне: и Отец твой, видяй в тайне, воз­даст тебе яве» (Мф. 6:6). Если чело­век не войдет в свою внут­рен­нюю клеть со сми­ре­нием, с глу­бо­кой верою, с пока­ян­ным чув­ством, со вни­ма­нием, то это заня­тие выльется у него или в фари­сей­ство, или в гордое само­утвер­жде­ние.

Часто в такой ситу­а­ции у людей начи­на­ется нерв­ное рас­строй­ство, замет­ное со сто­роны, — нерв­ные резкие дви­же­ния, воз­бу­ди­мость, жела­ние что-то дока­зать, поспо­рить. Это тоже пока­зы­вает, что чело­век непра­вильно творит молитву.

Нельзя всту­пать в духов­ный мир без рас­суж­де­ния. Каждый шаг должен быть про­ве­рен и духом Еван­ге­лия, и духом запо­ве­дей Гос­под­них, тра­ди­цией и уче­нием Церкви, мыс­лями святых отцов. У чело­века должно быть ясное состо­я­ние разума, чтобы он видел пра­виль­ные и ложные пути.

Само­движ­ное дела­ние^

В молитве про­ис­хо­дит еди­не­ние всех наших спо­соб­но­стей. Иногда у чело­века акти­ви­зи­ру­ется вооб­ра­же­ние, и ему кажется, что это духов­ное паре­ние. На самом деле оно может быть не духов­ное, а только меч­та­тель­ное. Духов­ники, дела­тели Иису­со­вой молитвы, всегда предо­сте­ре­гали от этого соблазна.

Я считаю, что в тво­ре­нии Иису­со­вой молитвы поль­зо­ваться чет­ками необ­хо­димо и очень важно. Когда пальцы держат четки и ты про­из­но­сишь молитву сло­весно — это помо­гает все силы напра­вить на молитву, не рас­се­и­ваться. Сер­деч­ное вни­ма­ние, сло­вес­ное про­из­но­ше­ние молитвы, пере­би­ра­ние четок — все это вместе помо­гает вовлечь в молит­вен­ное обра­ще­ние все силы души. Даже когда мысль готова отстра­ниться, ты чув­ству­ешь, что четочка тебе не дает. Ты ее крепко дер­жишь, и она через это ощу­ще­ние порядка сле­до­ва­ния молитвы помо­гает даже мысли не рас­се­и­ваться.

Если при чтении молитвы сли­ва­ются в сло­вес­ную массу и пере­ста­ешь ее пони­мать — такую молитву нужно пре­кра­щать. Как только при чтении молитвы воз­ни­кает раз­брод мысли, невни­ма­ние или какая-то апатия — вроде мне не хочется читать, не могу — все, надо тут же пре­кра­щать. Лучше про­чи­тать пять­де­сят молитв и успо­ко­иться, чем про­чи­тать триста на уровне меха­ни­че­ского дви­же­ния.

Иногда можно читать Иису­сову молитву на службе. Те, кто зани­ма­ется молит­вой, могут прийти на такой уро­вень — когда спишь, про­сы­па­ешься, а молитва про­дол­жа­ется. Ты даже не знаешь, закан­чи­ва­лась ли она или не пре­кра­ща­лась и идет сама. И вот когда чело­век дости­гает такого состо­я­ния, он может даже стоять за литур­гией, вни­ма­тельно слу­шать слова литур­ги­че­ских молитв, а в сердце сами звучат слова: «Гос­поди Иисусе Христе Сыне Божий, поми­луй мя греш­ного». Это само­движ­ная молитва. К ней при­хо­дят от вни­ма­тель­ного, бла­го­го­вей­ного при­зы­ва­ния Имени Божьего, когда молитва захва­ты­вает все уровни под­со­зна­ния.

Молиться — наша обя­зан­ность. Святые отцы гово­рят, если тебе дается бла­го­дать — молиться легко, ты прямо на кры­льях лета­ешь. Если бла­го­дать отни­ма­ется — молиться трудно. Даже может быть дух про­тив­ле­ния молитве. Ну что же, терпи. Говори: «Гос­поди, я недо­стоин молит­вен­ного обра­ще­ния. Я про­гне­вал Бла­гость Твою». Если дух про­тив­ле­ния сильно взой­дет на тебя — сми­ряйся, и он отсту­пит. Потому что глу­бо­кая молитва всегда вызы­вает иску­ше­ния. Как если свечу поста­вить — силь­ный ветер может ее задуть. Так и молит­вен­ные огоньки демоны сду­вают. Но нужно этот огонек в себе снова вос­пла­ме­нять. Хоть малень­кий, но он должен теп­литься в душе посто­янно. Лам­падка горит в глу­бине сердца — и этого довольно.

под­го­то­вила Ека­те­рина Сте­па­нова

“Нескуч­ный сад”

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки