Мир утопий, или еще раз о церкви и государстве

Вла­ди­мир Легойда

Оглав­ле­ние


Зву­ча­щие сего­дня в адрес Церкви мно­го­чис­лен­ные обви­не­ния грешат поверх­ност­но­стью и иска­же­ни­ями фактов. Цер­ковь просто зани­ма­ется тем, чем и должна, счи­тает пред­се­да­тель Сино­даль­ного инфор­ма­ци­он­ного отдела Вла­ди­мир Легойда.

Цер­ковь и госу­дар­ство срос­лись, кле­ри­ка­лизм на марше, шагаем в Сред­не­ве­ко­вье… Так или при­мерно так сего­дня нередко харак­те­ри­зуют отно­ше­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви и рос­сий­ского госу­дар­ства. Нет чтобы вспом­нить о здра­вом смысле и оста­но­виться в шаге от обоб­ще­ний. Не можем. Бежим вперед (как многим кажется), на самом деле — стоим на месте. Это в лучшем случае. Я сейчас даже не о том, что люди, боя­щи­еся воз­врата в Сред­не­ве­ко­вье, нередко очень плохо себе его пред­став­ляют. Я про другое. Давайте опе­ри­ро­вать фак­тами и здра­вым смыс­лом, а не эмо­ци­ями и сим­па­ти­ями.

Неоправ­дан­ные пре­тен­зии

Когда гово­рят, что Цер­ковь сли­лась с госу­дар­ством, что кон­кретно имеют в виду? Какие воз­можны вари­анты?

Первый. Госу­дар­ство под­чи­нило себе Цер­ковь, и «цер­ков­ная вер­хушка» делает то, что гово­рят кук­ло­воды со Старой пло­щади. В общем, привет от Петра Вели­кого. Но, поми­луйте, госу­дар­ство сего­дня никак, повто­ряю, никак совер­шенно не вме­ши­ва­ется во внут­рен­ние дела Церкви. Откры­вать или не откры­вать епар­хии, каких и куда назна­чать свя­щен­ни­ков, с какими выступ­ле­ни­ями выхо­дить в медий­ное про­стран­ство, где и когда про­во­дить молебны — эти и другие вопросы устро­е­ния цер­ков­ной жизни, а также отно­ше­ний церкви и обще­ства Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь решает само­сто­я­тельно. Ответ­ственно заяв­ляю это как непо­сред­ствен­ный участ­ник вза­и­мо­дей­ствия с госу­дар­ством в послед­ние три года.

Есть в этом, первом, вари­анте и два «мягких» под­ва­ри­анта: а) госу­дар­ство исполь­зует Цер­ковь в каче­стве идео­ло­ги­че­ской скрепы обще­ства; б) Цер­ковь под­дер­жи­вает только чинов­ни­ков и пра­вя­щую партию. Во втором случае сразу могу ска­зать, что это не так. И если бы Цер­ковь отда­вала пред­по­чте­ние пра­вя­щей партии, она нико­гда не всту­пала бы в диалог с дру­гими, не кри­ти­ко­вала бы зако­но­про­екты, кото­рые ини­ци­и­рует «Единая Россия». Более того, храм — един­ствен­ное место, где мирно встре­ча­ются пред­ста­ви­тели разных поли­ти­че­ских взгля­дов и пар­тий­ных пред­по­чте­ний, потому что у Чаши Хри­сто­вой эти цен­но­сти отхо­дят на второй план. Отсту­пают перед глав­ной цен­но­стью жизни чело­века. По поводу идео­ло­ги­че­ской скрепы: да, госу­дар­ствен­ные мужи сего­дня нередко апел­ли­руют к пра­во­слав­ным и вообще рели­ги­оз­ным цен­но­стям. И что? Не нра­вится? Пусть лучше ругают? Так мы это про­хо­дили в XX веке. Довольно, мне кажется.

Второй вари­ант. Цер­ковь нара­щи­вает свое вли­я­ние, кле­ри­ка­ли­за­ция вышла из бере­гов и гро­зится зато­пить все «здо­ро­вые силы». Сам термин «кле­ри­ка­ли­за­ция» настолько размыт в наше время, что его исполь­зуют для осуж­де­ния любых попы­ток Церкви выйти за рамки гетто, в кото­ром она суще­ство­вала весь совет­ский период. Тогда как исто­ри­че­ски им опи­сы­вали стрем­ле­ние рели­гии полу­чить поли­ти­че­скую власть, то есть заме­нить или под­чи­нить свет­ский госу­дар­ствен­ный аппа­рат. Для Церкви такая «кле­ри­ка­ли­за­ция» само­убий­ственна. Именно поэтому у нас свя­щен­ни­кам строго запре­щено выпол­нять любые власт­ные функ­ции, во всех ветвях власти. Запре­щено. Это твер­дая и прин­ци­пи­аль­ная пози­ция.

Да, Цер­ковь хочет и может влиять на обще­ство и делает это. А как иначе? В свое время малень­кая община хри­стиан в Рим­ской импе­рии изме­нила ход исто­рии чело­ве­че­ства. И сде­лала это не огнем и мечом, а при­ме­ром и убеж­де­нием. Идеи всегда кон­ку­ри­руют. Или в совре­мен­ном мире, с его пла­сти­ко­вой мора­лью, супер­мар­ке­тов­скими раз­вле­че­ни­ями и деви­а­ци­ями, воз­ве­ден­ными в норму, не может зву­чать Еван­ге­лие? Не надо оши­бочно при­ни­мать за кле­ри­ка­ли­за­цию выпол­не­ние Цер­ко­вью своей обыч­ной миссии — про­по­веди.

Будучи пред­ме­том внут­рен­него мира чело­века, его закры­тых для окру­жа­ю­щих отно­ше­ний с Богом, вера про­яв­ля­ется в сле­до­ва­нии своим пред­став­ле­ниям о добре и зле в пуб­лич­ной сфере. Если хри­сти­а­нин явля­ется про­тив­ни­ком абор­тов, разве он не может, будучи, скажем, депу­та­том или чинов­ни­ком, отста­и­вать эту точку зрения, моти­ви­руя ее своими взгля­дами? Если не может — значит, он ханжа и лице­мер, а если может и делает, то вовсе не про­вод­ник кле­ри­ка­ли­за­ции, а просто после­до­ва­тель­ный веру­ю­щий чело­век.

Нако­нец, третий вари­ант. Цер­ковь и госу­дар­ство зани­ма­ются вза­и­мо­вы­год­ным сотруд­ни­че­ством. А вот с этим я готов согла­ситься. Только я никак не могу взять в толк, а чего здесь пло­хого? Лучше, что ли, чтобы госу­дар­ство было агрес­сивно настро­ено по отно­ше­нию к Церкви?

Утопия чистого секу­ля­ризма

Давайте раз­би­раться дальше. Есть ли где-нибудь в тех стра­нах, кото­рые при­во­дятся как пример для под­ра­жа­ния, такие отно­ше­ния, кото­рые назвали бы чистым секу­ля­риз­мом? Или это утопия, кото­рая воз­ни­кает в голо­вах тех, кто просто не пере­но­сит все, что свя­зано с рели­гией?

Акти­вистка дви­же­ния Femen, веро­ятно, пре­тен­ду­ю­щая на роль вид­ного тео­ре­тика секу­ля­ризма, сооб­щает из Парижа, как Ленин из Раз­лива, что Фран­ция — «ате­и­сти­че­ское госу­дар­ство». Может быть, если бы она овла­дела какими-нибудь интел­лек­ту­аль­ными навы­ками, кроме тех, кото­рые необ­хо­димы для поль­зо­ва­ния бен­зо­пи­лой Stihl, она бы сде­лала для себя массу откры­тий. Напри­мер, что пре­зи­дент Фран­ции до сих пор фор­мально назна­чает епи­ско­пов в Эль­засе и Лота­рин­гии, что жители этого реги­она изу­чают за госу­дар­ствен­ный счет Закон Божий (не основы като­ли­че­ской куль­туры!). Или что госу­дар­ствен­ный бюджет Фран­ции выде­ляет огром­ные сред­ства на содер­жа­ние боль­шин­ства куль­то­вых учре­жде­ний страны, кото­рые пред­став­ляют исто­ри­че­скую цен­ность. Но зачем все это? Чтобы рас­суж­дать об отно­ше­ниях Церкви и госу­дар­ства, доста­точно уметь на камеру сни­мать и наде­вать майку, под кото­рой ничего нет.

Не хоте­лось бы оста­нав­ли­ваться на таких три­ви­аль­ных вещах, как при­сяга пре­зи­дента США на Библии, как содер­жа­ние аме­ри­кан­скими нало­го­пла­тель­щи­ками воен­ных капел­ла­нов, как статус англий­ского монарха как главы Церкви, как полу­че­ние свя­щен­ни­ками в севе­ро­ев­ро­пей­ских стра­нах зар­платы из гос­бюд­жета. Что там гово­рить, даже свя­щен­ник Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, слу­жа­щий в Бель­гии, полу­чает там зар­плату от мест­ных вла­стей.

Итог прост. Во всех стра­нах, где госу­дар­ство и рели­ги­оз­ные орга­ни­за­ции не пыта­ются уни­что­жить друг друга, они заин­те­ре­со­ваны во вза­им­ной помощи и под­держке. И это вовсе не сра­щи­ва­ние, не кле­ри­ка­ли­за­ция, а выпол­не­ние воли веру­ю­щих людей, рас­счи­ты­ва­ю­щих на госу­дар­ство как на гаранта их рели­ги­оз­ных прав, поль­зо­ва­ние кото­рыми не огра­ни­чи­ва­ется молит­вой за закры­тыми две­рями — чтобы никто не видел.

Еще живы те, кто помнит попытку созда­ния госу­дар­ства «чистого секу­ляр­ного» обще­ства в совет­ское время. Это утопия, и даже тут всей злобы людей, нена­ви­дя­щих веру, не хва­тило, чтобы пол­но­стью дове­сти замы­сел до конца. Собор Васи­лия Бла­жен­ного на Крас­ной пло­щади, в месте, кото­рое было одним из сим­во­лов ате­и­сти­че­ского режима, помнит выступ­ле­ния самых ярых секу­ля­ри­стов. И до сих мол­ча­ливо сви­де­тель­ствует об уто­пич­но­сти их без­бож­ных идей. Неко­то­рые, однако, про­дол­жают вдох­нов­ляться идеями отде­ле­ния церкви от обще­ства, от обра­зо­ва­ния, от куль­туры, от рос­сий­ской исто­рии. Жела­ние создать нового совет­ского чело­века уже один раз раз­ру­шило наше обще­ство. Неужели теперь мы будем вновь пытаться фор­ма­ти­ро­вать созна­ние людей по лека­лам запад­ной либе­рально-секу­ляр­ной утопии?

Хри­сти­а­ни­за­ция жизни

На слуху сейчас вве­де­ние курса Основ рели­ги­оз­ной куль­туры и свет­ской этики наро­дов России, воен­ных свя­щен­ни­ков в армии, а также вопрос цер­ков­ной соб­ствен­но­сти.

Знание своей куль­туры — вот цель этого курса. Но если ты не хочешь знать рели­ги­оз­ную куль­туру своей страны, то хотя бы имей пред­став­ле­ние об этике отно­ше­ний между людьми. Вот посыл, обра­щен­ный прежде всего к роди­те­лям школь­ни­ков. Очень хорошо, что люди могут сде­лать осо­знан­ный выбор. Цер­ковь высту­пала за него на всех этапах работы с этим про­ек­том. За импер­ский период ничто не повре­дило пра­во­слав­ной вере больше, чем при­ну­ди­тель­ное обу­че­ние дог­ма­там и спра­вочки о еже­год­ном при­ча­ще­нии для госу­дар­ствен­ных слу­жа­щих. Это паро­дия на роль Церкви в госу­дар­стве, и мы не хотим ее повто­ре­ния. То, что в школе сейчас не навя­зы­вают пра­во­слав­ные каноны, — это гаран­тия неза­ви­си­мого суще­ство­ва­ния, оли­це­тво­ре­ние нашей спо­соб­но­сти не стать маши­ной госу­дар­ствен­ной идео­ло­гии. Что так же непри­ем­лемо, как быть мише­нью госу­дар­ствен­ной идео­ло­гии, кото­рой нас пыта­лись сде­лать при Сове­тах.

Воен­ные свя­щен­ники — это опять-таки реак­ция на запрос граж­дан­ского обще­ства, кото­рое заин­те­ре­со­вано, чтобы в армии кто-то гово­рил о духовно-нрав­ствен­ных нормах, о том, что чело­ве­че­ское досто­ин­ство ново­бран­цев равно чело­ве­че­скому досто­ин­ству ста­ро­слу­жа­щих, в конце концов. Или хотя бы мог по-оте­че­ски выслу­шать. Кстати, все почему-то забы­вают, что свя­щен­ник (раввин, мулла) не научит выпол­нять приказ, кото­рый заве­домо про­ти­во­ре­чит тра­ди­ци­он­ным цен­но­стям, будь то хри­сти­ан­ские, мусуль­ман­ские или иудей­ские. Это явно не в инте­ре­сах тех, кто хочет видеть армию слепым ору­дием госу­дар­ствен­ной воли.

А насчет соб­ствен­но­сти совсем просто. При­со­еди­ня­ясь к Совету Европы, кото­рый трудно запо­до­зрить в кле­ри­ка­лизме, еще в 1996 году, Россия взяла на себя меж­ду­на­род­ные обя­за­тель­ства воз­вра­тить всю рек­ви­зи­ро­ван­ную в совет­ское время соб­ствен­ность рели­ги­оз­ных орга­ни­за­ций. Так что про­тив­ни­кам воз­вра­ще­ния цер­ков­ных зданий закон­ным вла­дель­цам сле­дует судиться с Сове­том Европы, обви­няя его в сра­щи­ва­нии с мра­ко­бе­сами.

Заключу тем, что цер­ковно-госу­дар­ствен­ные отно­ше­ния, конечно, не иде­альны. Подчас отсут­ствует адек­ват­ная зако­но­да­тель­ная база, дей­ствует «теле­фон­ное право», недо­ста­точно откры­то­сти. Увы, неко­то­рые кли­рики не выдер­жи­вают иску­ше­ния и поль­зу­ются своими отно­ше­ни­ями с вла­стями пре­дер­жа­щими не в целях хри­сти­ан­ского сви­де­тель­ства. Эти про­блемы известны, и Цер­ковь наме­рена их не замал­чи­вать, а раз­ре­шать. Скажу одно: цер­ковно-госу­дар­ствен­ные отно­ше­ния были бы намного хуже, если бы их стали стро­ить с пози­ции соци­аль­ной утопии, кле­ри­каль­ной или секу­ляр­ной. Это оди­на­ково вредно и для Церкви, и для обще­ства.

…А что на самом деле про­ис­хо­дит в нашем обще­стве? А про­ис­хо­дит хри­сти­а­ни­за­ция нашей жизни. Сложно, мед­ленно, непо­сле­до­ва­тельно, про­блемно… Между прочим, про­ис­хо­дит и рост вли­я­ния других тра­ди­ци­он­ных общин (исла­ми­за­ция, иуде­и­за­ция, буд­ди­за­ция), кото­рые вместе сви­де­тель­ствуют своим общи­нам и всему рос­сий­скому обще­ству о базис­ных тра­ди­ци­он­ных цен­но­стях, скреп­ля­ю­щих наш народ на основе добра и спра­вед­ли­во­сти.

журнал “Экс­перт”

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки