О дне празднования Пасхи и церковном календаре

про­то­и­е­рей Алек­сандр Мень

Согласно Еван­ге­лию от Иоанна, Гос­подь был распят в день иудей­ской Пасхи, кото­рая при­шлась в тот год на пят­ницу. А в первый день недели (назы­ва­е­мый сейчас вос­кре­се­ньем), еще до вос­хода солнца, гроб Его был пуст.

Пасха празд­но­ва­лась с вечера 14 нисана (Прим.: Месяц нисан соот­вет­ствует при­мерно марту или апрелю нашего кален­даря.). Однако древ­ние прин­ципы ее вычис­ле­ния оста­ются не совсем ясными. Известно только, что празд­ник ори­ен­ти­ро­вали по пер­вому весен­нему пол­но­лу­нию. В связи с этим была сде­лана попытка уста­но­вить, когда именно в прав­ле­ние Пилата (26–36 гг.) это пол­но­лу­ние падало на пят­ницу. В резуль­тате полу­чили две даты: 3 апреля 33 года и 7 апреля 30 года. Первая дата сразу же вызвала сомне­ния. Поскольку Хри­стос родился за 6–7 лет до н.э., то в 33 году Ему должно было быть уже 40 лет, что про­ти­во­ре­чит сви­де­тель­ству Луки: «Иисус, начи­ная Свое слу­же­ние, был лет трид­цати» (3, 23). Сле­до­ва­тельно, наи­бо­лее под­хо­дя­щая дата Рас­пя­тия — 7 апреля 30 года, а Вос­кре­се­ние, таким обра­зом, должно быть отне­сено к 9 апреля.

Пер­во­хри­сти­ан­ские общины были не в состо­я­нии уста­но­вить даже такую, далеко не абсо­лют­ную дати­ровку. Поэтому един­ствен­ным ука­за­нием для них слу­жила иудей­ская Пасха, в дни кото­рой Гос­подь был распят и вос­крес. Хри­сти­ане-евреи, соблю­дав­шие этот вет­хо­за­вет­ный празд­ник, соеди­нили его с вос­по­ми­на­нием о Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом, сохра­нив для празд­ника старое назва­ние — Пасха.

Этот обычай прочно уко­ре­нился в церк­вах Сирии, Месо­по­та­мии и во многих Мало­азий­ских общи­нах. Однако в Риме, Алек­сан­дрии и во всех Запад­ных церк­вах воз­никла иная тра­ди­ция. Празд­ник (удер­жав­ший наиме­но­ва­ние Пасхи) был отне­сен к пер­вому вос­кре­се­нию после еврей­ской Пасхи. Это рас­хож­де­ние при­вело к печаль­ным послед­ствиям. Более полу­тора сто­ле­тий «пас­халь­ные споры» тер­зали хри­сти­ан­ский мир (см.: Евсе­вий. Цер­ков­ная Исто­рия, V, 23–24). Каждая община хотела сохра­нить свои искон­ные тра­ди­ции, но все чув­ство­вали ненор­маль­ность рас­хож­де­ния (в то время, когда одни празд­но­вали Вос­кре­се­ние Хри­стово, у других был еще Вели­кий пост). Поскольку Запад ори­ен­ти­ро­вался не на пол­но­лу­ние, а на весен­нее рав­но­ден­ствие, разрыв в сроках дохо­дил порой до месяца.

Отцы 1 Все­лен­ского Собора пыта­лись уни­фи­ци­ро­вать день празд­но­ва­ния Пасхи. Хотя под­лин­ный текст собор­ного реше­ния до нас не дошел, основ­ные прин­ципы его можно уяс­нить из других доку­мен­тов (см.: прот. Л. Воро­нов. Кален­дар­ная про­блема. — Бого­слов­ские Труды. Вып. 7. М., 1971, с. 177). Было при­знано необ­хо­ди­мым при­нять общий день празд­ника для всей Церкви, следуя алек­сан­дрий­ской тра­ди­ции: Пасху при­уро­чить к пер­вому вос­крес­ному дню после весен­него рав­но­ден­ствия (для север­ного полу­ша­рия) и одно­вре­менно поста­вить в зави­си­мость от весен­него пол­но­лу­ния. Рас­четы ослож­нило тре­бо­ва­ние, чтобы ново­за­вет­ная Пасха не зави­села по сроку от иудей­ской (Деяния Все­лен­ских Собо­ров. Т. 1, с. 181). В Сред­ние века это тре­бо­ва­ние истол­ко­вали в том смысле, что празд­ники не должны сов­па­дать ни при каких обсто­я­тель­ствах (см.: Д. П. Огиц­кий. Кано­ни­че­ские нормы пра­во­слав­ной пас­ха­лии. — Бого­слов­ские Труды. Вып. 7, с. 206).

Все эти ого­ворки и усло­вия мешали отре­гу­ли­ро­вать обще­цер­ков­ную пас­ха­лию вплоть до IX века. А в XV веке, после реформы папы Гри­го­рия XIII, кото­рый заме­нил юли­ан­ский стиль — новым, снова возник кален­дар­ный разрыв (на этот раз между Восточ­ной и Рим­ской Церк­вами. Прим.: Отде­лив­ши­еся от Рим­ской Церкви про­те­станты сохра­нили гри­го­ри­ан­ский кален­дарь.).

Реформа папы была вызвана тем, что юли­ан­ский кален­дарь отстает от реаль­ного года (на одни сутки за каждые 128,2 года) и Пасха должна будет со вре­ме­нем пере­ме­ститься с весны на лето, а потом и па осень. Гри­го­ри­ан­ский же стиль свел отста­ва­ние до одних суток в 3300 лет.

Вопрос о кален­даре, в сущ­но­сти, вопрос науч­ный, вхо­дя­щий в ком­пе­тен­цию мате­ма­ти­ков и аст­ро­но­мов. Как спра­вед­ливо ука­зы­вал проф. Д. П. Огиц­кий, «кано­ни­че­ских правил о кален­даре не суще­ствует» (Д. П. Огиц­кий. Про­блема цер­ков­ного кален­даря. — Бого­слов­ские Труды. Вып. 4. М., 1968, с. 111). Поэтому в XX веке боль­шин­ство пра­во­слав­ных церк­вей, хотя и не при­няло запад­ной пас­ха­лии, пере­шло на гри­го­ри­ан­ский стиль (для «непе­ре­хо­дя­щих» празд­ни­ков). Была пред­при­нята такая попытка и в Рус­ской Пра­во­слав­ной церкви. Однако пат­ри­арх Тихон, поже­лав­ший в 1923 году ввести новый кален­дарь, столк­нулся с упор­ной оппо­зи­цией цер­ков­ных масс и отме­нил свое реше­ние (Прим.: Новому стилю сле­дуют только те при­ходы Рус­ской Пра­во­слав­ной церкви, кото­рые нахо­дятся за рубе­жом. Мы имеем в виду при­ходы Мос­ков­ского Пат­ри­ар­хата; «кар­ло­вац­кий» Зару­беж­ный Синод нового стиля не при­знал.).

Причин оппо­зи­ции можно назвать немало: страх перед нов­ше­ствами, непри­язнь к «граж­дан­скому» стилю, бед­ствия, вызван­ные «обнов­лен­че­скими» рас­коль­ни­ками, кото­рые пере­шли на гри­го­ри­ан­ский кален­дарь. Поря­док ста­рого цер­ков­ного года («индикта») казался незыб­ле­мым; в кре­стьян­ском быту он тесно сросся с при­ме­тами того или иного сезона (Прим.: Вот несколько подоб­ных примет: по погоде в день св. Евдо­кии опре­де­ляли харак­тер таяния снега весной, день св. Гера­сима — срок при­лета грачей, св. Алек­сия — «с гор потоки», св. Тита — вскры­тие льда на реках, св. Кон­стан­тина и Елены — начало сева льна и т.д.). Многие люди были уве­рены, что празд­ник, сдви­ну­тый на 13 дней, — уже не насто­я­щий празд­ник. Еще до рево­лю­ции, когда вста­вал вопрос о кален­даре, ряд ученых и бого­сло­вов защи­щали старый стиль, ука­зы­вая на строй­ность и закон­чен­ность струк­туры «индикта» (см.: А. Н. Зелин­ский. Кон­струк­тив­ные прин­ципы древ­не­рус­ского кален­даря. — В кн.: Кон­текст 78. М., 1978, с. 62–135).

В наши дни отказ от гри­го­ри­ан­ского стиля моти­ви­руют тем, что он сам нуж­да­ется в реформе. Сейчас меж­ду­на­род­ная комис­сия рабо­тает над новым «Все­мир­ным кален­да­рем», и только после его вве­де­ния будет иметь смысл вплот­ную подойти к пере­смотру и уни­фи­ка­ции кален­даря цер­ков­ного.

Под­водя итог, можно ска­зать, что, несмотря на жела­ние обосо­биться от вет­хо­за­вет­ного празд­ника, пас­ха­ли­сты удер­жали иудей­ское пра­вило «рас­счи­ты­вать» Пасху, и это поро­дило мно­же­ство ослож­не­ний.

Что же каса­ется нали­чия двух кален­да­рей, то здесь сле­дует видеть одно из печаль­ных послед­ствий рас­кола хри­сти­ан­ского мира. В насто­я­щее время пред­ста­ви­тели Церк­вей Востока и Запада при­ла­гают немало усилий для того, чтобы пре­одо­леть, как кален­дар­ные рас­хож­де­ния, так и сам раскол, нару­ша­ю­щий волю Христа Спа­си­теля.

из книги “Пра­во­слав­ное бого­слу­же­ние. Таин­ство, слово и образ”

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки