Урок 4. Книги Левит, Числа, Второзаконие

Книга Чисел²²⁶ продолжает повествование книги Исход: в ней описывается путь в Землю обетованную и история сорокалетнего странствования Израиля по пустыне, а также содержатся ритуальные постановления. Название книги «Числа» (греч. ἀριθμοί, «аритмой») связано со множеством приведенных в ней исчислений по родам и коленам. Книга Чисел подробно говорит о частых случаях ропота и сопротивления народа своему вождю, описывает суровые наказания Божии, направленные на вразумление непокорных людей. Но милосердный Господь, несмотря ни на что, сохраняет народ и продолжает вести его к Обетованной земле.

Структура книги Чисел

Трудности пути до Земли обетованной – упреки и ропот на Моисея

У горы Синай израильтяне пребывали около года. Такая долгая стоянка произошла из-за того, что израильтяне сразу после заключения Завета проявили неверность Богу. Потребовалось время для того, чтобы Моисей умолил Бога заключить второй завет и получил от него новые подробные указания о сооружении Ковчега и скинии и о совершении богослужений. Затем израильтяне около полугода изготовляли Ковчег и скинию. Тогда же Моисей и Аарон совершили перепись народа по коленам (Чис.1:2–47). После празднования годовщины избавления от египетского плена – Пасхи (Чис.9), израильтяне продолжили свой путь (Чис.10). Бог Сам вел их²²⁷ – облако Господне осеняло их днем, когда они отправлялись из стана.

В пути сначала иноплеменники, а потом и израильтяне подняли ропот из-за того, что их ежедневная пища – чудесная манна – до крайности надоела им: «Мы помним рыбу, которую в Египте мы ели даром, огурцы и дыни, и лук, и репчатый лук и чеснок» (Чис.11:5). Моисей хочет накормить народ мясом, но недоумевает, оттуда может взяться достаточно мяса для такого множества людей. Господь вновь являет Свое могущество – Он посылает целую гору перепелов, говоря, что дает людям столько мяса, чтобы они ели его целый месяц, «пока не пойдет оно из ноздрей ваших и не сделается для вас отвратительным, за то, что вы презрели Господа, Который среди вас» (Чис.11:20). За роптание и недовольство немалое количество израильтян постигла смерть (Чис.11:33)²²⁸.

Моисей, сознающий свою ответственность за этот жестокосердный и постоянно недовольный народ, открывает Господу свои душевные страдания: «Для чего Ты мучишь раба Твоего?.. Разве я носил во чреве весь народ сей и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребенка, в землю, которую Ты с клятвою обещал отцам его?» (Чис.11:11–14). Господь облегчает бремя Моисея: Он посылает Своего Духа на 70 старейшин, и они помогают пророку управлять народом (Чис.11:24:25)²²⁹.

Но вслед за этим Моисей услышал упреки от самых близких ему людей – брата Аарона и сестры Мариам. Они осуждали Моисея за то, что он женат на чужеземке («эфиоплянке»); вероятно, за этим укором стояло недовольство тем, что Моисей являлся единственным вождем народа: «Одному ли Моисею говорил Господь? Не говорил ли Он и нам?» (Чис.12:1–2). Сам Господь встал на защиту Своего верного служителя – явившись в облаке у входа в скинию, Бог сказал:«...если бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем... устами к устам говорю Я с ним» (Чис.12:6–8). Мариам была поражена проказой²³⁰, и только по молитве Моисея она получила исцеление²³¹.

Бунт народа у границ Земли обетованной и определение Богом срока их странствования

От Синая израильтяне пошли в землю Ханаанскую по прямой дороге. Долгий путь народа был завершен – та земля, которая была обещана Аврааму, Исааку и Иакову, была уже рядом. Народ расположился в оазисе Кадес (Кадеш) в пустыне Фаран, и оттуда в Землю обетованную были посланы двенадцать «вождей»²³² колен («мужи главные у сынов Израиля») осмотреть землю, по одному от каждого колена. Вернувшись, они показали народу плоды ханаанской земли (несколько человек несли на шесте одну виноградную гроздь) – они убедились, что Земля обетованная действительно великолепна и плодородна, и в ней «течет молоко и мед». Но десять посланцев не скрывали своего страха: они заявили, что о захвате земли не может быть и речи – ее населяют мощные и сильные люди-«исполины», по сравнению с которыми израильтяне ничтожны, как саранча (Чис.13:34). Они говорили, что та земля «пожирает тех, кто поселится на ней!» (Чис.13:33^РБО). Только двое из двенадцати²³³, Осия/Иисус, сын Навина (из колена Ефремова), и Халев (из колена Иудина), успокаивали людей: если Сам Господ решил отдать им эту прекрасную землю, то никто не сможет этому помешать (Чис.14:6–9). Однако возобладало мнение большинства – народ в страхе плакал всю ночь, и поднялся сильнейший ропот на Моисея и Аарона: «О, если бы мы умерли в земле Египетской, или бы умерли в пустыне сей! И для чего Господь ведет нас в землю сию, чтобы мы пали от меча? жены наши и дети наши достанутся в добычу врагам». И все общество Израиля сказало: «Поставим себе начальника и возвратимся в Египет» (Чис.14:2–4) – они отвергли Землю, обетованную им Богом, и решили вернуться в страну их рабства. Лишь Иисус Навин и Халев пытались остановить обезумевшую толпу, говоря: «с нами Господь; не бойтесь»²³⁴; за такое противодействие все общество вознамерилось побить их камнями.

Это малодушие и отступничество израильтян означали предательство и отречение от Бога, Который являл им столько знамений и постоянно заботился о них («Доколе будет он не верить Мне при всех знамениях, которые делал Я среди его» – Чис.14:11). Господь пожелал истребить грешный народ и сделать Моисея родоначальником нового народа, но Моисей вновь умолял Господа: «Прости грех народу сему по великой милости Твоей» (Чис.14:19). Господь ответил Моисею: «прощаю по слову твоему», и пощадил евреев, но определил им наказание: по числу сорока дней, в которые вожди двенадцати родов Израиля осматривали землю, народ сорок лет будет странствовать по пустыне, и никто из роптавших на Него возрастом от двадцати лет и выше, не увидит Земли обетованной. Таким образом Бог решил исполнить необдуманное желание самих израильтян умереть в пустыне²³⁵. В землю войдут только Иисус Навин, Халев и молодое поколение – все те, кто в момент ропота был младше двадцати лет. Сорока годами обозначается срок жизни одного поколения – таким образом, поколение израильтян, воспитанное в рабстве, должно было смениться новыми, более смелыми и верными Богу людьми. Услышав определение Бога, израильтяне испугались, почувствовали запоздалое раскаяние и захотели исправить положение. Они предприняли самовольную попытку проникнуть в Ханаан, не обратив внимания на то, что Моисей не пошел с ними и пытался их остановить: «Вы падете от меча, потому что вы отступили от Господа» (Чис.14:43). Действительно, Господь уже не поддерживал их – и в битве с амалекитянами и хананеями израильтяне потерпели сокрушительное поражение (Чис.14:11–45)²³⁶.

Восстание Корея, Дафана и Авирона

Согласно установлению Бога, священническое служение (совершение жертвоприношений) принадлежало левиту Аарону и его потомкам, а остальные левиты могли только помогать им в скинии. Такое особое положение семьи Аарона остальным левитам казалось несправедливым – и под руководством левита Корея начался мятеж. К нему присоединились Дафан и Авирон из колена Рувима (старшего сына патриарха Иакова), – они выражали негодование, что власть над народом сосредоточена в руках одного лишь Моисея (Чис.16:1–35). Двести пятьдесят восставших – «избранные мужи общества, начальники колен отцов своих, главы тысяч Израилевых» – заявили Моисею и Аарону: «Довольно вам! В общине все святые, и среди них пребывает Господь. Почему вы ставите себя над общиной Господней?» (Чис.16:3^РБО). Тогда Бог явным образом показал Свою волю – все люди должны были отойти от домов трех зачинщиков восстания, и затем земля разверзлась и «поглотила» их вместе с семьями и имуществом (Чис.16:20–30). Но из семьи Корея был наказан только он сам – потомки Корея остались живы и впоследствии были очень известны в Израиле²³⁷ (Чис.26:11). Сообщникам Корея Моисей предложил принести к скинии благовония в своих кадильницах, чтобы Господь Сам указал, кто для Него свят. Перед скинией встали Моисей, Аарон и все восставшие, и тогда сошел «огонь от Господа» и уничтожил бунтовщиков (Чис.16:35). Особым знамением Бог подтвердил право рода Аарона возглавлять священство: когда от каждого колена перед Ковчегом Завета было положено по посоху (жезлу), то посох с именем Аарона расцвел и даже принес плоды – миндаль (Чис.17:8). Расцветший жезл Аарона впоследствии хранился в Ковчеге Завета²³⁸.

Грех Моисея и Аарона

Во время остановки в Кадесе народ снова поднял ропот из-за нехватки воды²³⁹. Господь повелевает Моисею и Аарону сказать слово скале на глазах всего народа, и тогда из нее потечет вода. Однако вместо этого Моисей ударил по скале своим посохом, причем ударил дважды, и при этом высказал упрек израильтянам («послушайте, непокорные»/«бунтовщики»), дав волю своему гневу и раздражению²⁴⁰. Таким образом, Моисей и Аарон не исполнили замысел Бога, Который повелел для совершения чуда только сказать слово. Поэтому Господь определил наказание Моисею и Аарону: «За то, что вы не поверили Мне, чтобы явить святость Мою пред очами сынов Израилевых, не введете вы народа сего в землю, которую Я даю ему» (Чис.20:12). Из-за проявленного своеволия и маловерия вожди Израиля потеряли право своими глазами увидеть прекрасную Землю обетованную.

Изображение «медного змея»

В наказание за поднявшийся в очередной раз ропот²⁴¹ Господь послал на израильтян ядовитых змей (дословно «огненных змей»)²⁴². Когда люди в страхе обратились к Моисею, он по повелению Божию сделал медное изображение змея и поставил его на древке. Если ужаленный человек смотрел на этого змея с покаянием и верой в могущество Бога, он оставался жив (Чис.21:5–9).

Пророчества Валаама

На долгом пути к Земле обетованной израильтяне обогнули землю идумеев (потомков Исава) и сразились с народами, жившими вокруг Ханаана. Силой Божией израильтяне одержали победы над Сигоном, царем аморрейским, и Огом, царем васанским. Царь моавитян Валак, сын Сепфоров, заключил с израильтянами мир, но их необъяснимая сила вызывала у него тревогу. Он захотел ослабить израильтян, наслав на них проклятие, и с этой целью пригласил известного прорицателя Валаама из Месопотамии (Чис.22:1–6). Царь очень хотел выгнать Израиль из своей земли, поэтому пообещал Валааму щедрое вознаграждение за эту услугу. Но Валаам, которого таинственно посетил Сам Бог, ответил: «Хотя бы Валак давал мне полный свой дом серебра и золота, не могу преступить повеления Господа, Бога моего» (Чис.22:18)²⁴³. В итоге Бог повелел прорицателю все же отправиться. В начале пути дорогу Валааму преградил невидимый Ангел с мечом, и ослица Валаама, заговорив человеческим голосом, предупредила хозяина об опасности. Ангел повторил, чтобы Валаам не говорил ничего от себя – Бог будет вдохновлять его речь. Добравшись до Моава и встав на горе, Валаам вместо ожидаемых царем проклятий четыре раза произнес пророческое благословение израильтянам (Чис.23:7–10,18–24; 24:3–9:15–24). Валаам подтвердил обетование Бога о многочисленности Израиля, засвидетельствовал пребывание Бога среди народа, предсказал вхождение народа в Землю и истребление всех врагов: «Благословляющий тебя благословен, и проклинающий тебя проклят!»

Языческий соблазн в Моаве

В период странствия по пустыне израильтяне некоторое время жили среди моавитян. Они прельстились местными женщинами и последовали их приглашениям возносить жертвы их богам: «И ел народ [жертвы их] и кланялся богам их» (Чис.25:2)²⁴⁴. За это израильтян настиг гнев Божий – от мора погибло уже «двадцать четыре тысячи». Перед скинией собралась и плакала вся община, а Господь через Моисея потребовал отмщения. В этот момент на глазах у всех один из вождей колена Симеонова ввел в свой шатер мадианитянку, тогда Финеес (Пинехас), внук Аарона, вошел в шатер и убил их обоих (Чис.25:8)²⁴⁵. После этого происшествия гнев Бога утих и гибель людей прекратилась²⁴⁶.

Назначение преемником Иисуса Навина

Моисей исполнил свою миссию – он сделал все, чтобы израильтяне вошли в Землю обетованную. Господь повелел ему назначить достойного преемника, а именно, Иисуса Навина, «человека, в котором есть Дух» (Чис.27:18). Иисус Навин был вождем рода Ефремова, а также военным предводителем израильтян (Исх.17) и помощником Моисея (Исх.24:13). Он также служил при скинии (Исх.33:11)²⁴⁷. На глазах всего народа Моисей возложил на Иисуса Навина руки и поставил его новым вождем Израиля (Чис.27:22–23).

Особенное значение имеет повествование книги Чисел о медном змее – с ним сравнил Себя Сам Христос, подразумевая Свое распятие: «И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин.3:14–15). Как и в случае с медным змеем, именно вера человека должна стать для него спасительной. Следует также обратить внимание на одно из благословений Валаама: «Вижу Его, но ныне еще нет, зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иакова, и восстает жезл от Израиля» (Чис.24:17). Жезл, символ власти, может указывать на владыку – Мессию; эти слова традиционно понимались как пророчество о происхождении Мессии от Иакова. Звезда, равно как и лев²⁴⁸, есть образ Мессии.

В беспристрастном повествовании книги Чисел перед нами предстают неприглядные, но, к сожалению, типичные для человечества черты – постоянное недовольство и неблагодарность, малодушие и маловерие вплоть до отступления от Бога; причастными греху оказались не только сами израильтяне, но даже благочестивые вожди народа – Моисей и Аарон. По замыслу Божию, народ достаточно быстро должен был достичь цели – великолепной Земли обетованной,– но неверные израильтяне сами отказались войти и этим обрекли себя на 40 лет странствия. История о приходе прорицателя Валаама показывает, что никакие проклятия и «порча» не могут навредить тем, кто находится под покровом всемогущего Бога. Бог всегда готов защитить человека; главное в том, насколько сам человек готов принять волю благого Бога. Не Бог, но грехи, неверность и нераскаянность людей отдают их во власть зла.

Книга Левит, находящаяся в центре Пятикнижия, представляет собой сборник правил и установлений, в первую очередь служащих руководством для израильских священников. При этом большинство заповедей книги обращены ко всем членам народа Божия²⁴⁹. Считается, что эти установления были записаны Моисеем во время его второго пребывания на горе Синай. Стержнем книги является неоднократно звучащая в ней заповедь: «Святы будьте, ибо свят Я, Господь Бог ваш» (Лев.19:2). Книга Левит может быть по праву названа «книгой о святости»²⁵⁰.

Книга, насчитывающая 27 глав, делится на пять основных частей.

Структура книги Левит

В книге содержатся только два повествовательных эпизода (Лев.10:1–6 и 24:10–23).

В языческом мире слово «святой»/«священный» означало «выделенный» или «отделенный»; «святым» считалось все то, что выделено из повседневного употребления и предназначено для ритуальных целей.

Библейское понимание святости шире – оно основано на откровении о святости Бога. Емкое понятие «святость Бога» объемлет все свойства Бога, которые выражают Его превосходство над всеми сотворенными существами: всемогущество, вечность, всеведение, благость, праведность²⁵¹. Бог избрал народ Израиля для Себя, заключив с ним завет и поставив среди него скинию – место Своего постоянного присутствия; тем самым Израиль уже может быть назван «народом святым», то есть выделенным из языческого мира, посвященным Богу, «уделом» Бога. При этом Израиль обязан хранить святость (Лев.19:2), то есть исполнять волю Яхве, – только тогда избранный народ достигнет цели своего бытия (Исх.19:6). «Как Господь в Своем могуществе и совершенстве превосходит других богов, так и народ Его должен своим нравственным поведением и моральным обликом превосходить язычников»²⁵². Таким образом, в Ветхом Завете святость подразумевает не только культовые действия, но и соблюдение нравственных заповедей, основанных на Декалоге²⁵³.

Постановления о священстве

После эпизода поклонения народа золотому тельцу, когда левиты доказали свою верность Господу (Исх.32:26), Моисею было дано повеление заменить израильских первенцев левитами и именно им поручить служение при скинии (Числ.3:45). Весь народ оказался еще не готов стать «царством священников» (Исх.19:6), и «выделение левитов было как бы заменой грешного Израиля группой избранных представителей его, которые всем своим существом (даже одеждой и образом жизни) были отмечены печатью служения»²⁵⁴. Левиты становятся предстоятелями за народ пред Богом²⁵⁵.

Далеко не все из колена Левия могли быть священниками – к этому были определены только потомки Аарона (Исх.28:29, «сыны Аароновы» – Лев.1:5). А первосвященником²⁵⁶ должен был быть старший из рода Аарона. Первосвященническое служение передавалось по наследству²⁵⁷.

К священникам предъявлялись особые требования. Если человек имел телесные недостатки, он не мог быть допущен к служению священника²⁵⁸. Священник мог взять в жены только девушку или вдову священника – на разведенной женщине жениться запрещалось (Лев.21:7). Священники обязаны были всячески избегать ритуального осквернения. Жизнь священника должна была быть примером для всех израильтян, поэтому нравственная чистота требовалась не только от них самих, но и от членов их семей. Например, если дочь священника была виновна в грехе блуда, к ней применялась исключительная в Законе казнь – сожжение на костре (Лев.21:9).

Главной обязанностью священников было совершение жертвоприношений на жертвеннике всесожжения (Лев.6:5:7) и служение в Святилище скинии: они должны были воскурять фимиам на жертвеннике воскурения²⁵⁹, возлагать 12 хлебов на особый стол «хлебов предложения» (Исх.25:23–30; Лев.24:5–9), а также поддерживать огонь в семисвечнике. Священники должны были учить народ Закону (Лев.10:11), различать кожные заболевания (проказу) и свидетельствовать о прохождении проказы (Лев.13:14)²⁶⁰. Прочие левиты помогали священникам при скинии, а затем при Храме²⁶¹.

Священникам полагалось носить специальные одежды; особым великолепием отличалось облачение первосвященника (Исх.28:2–39)²⁶². Первосвященник совершал особое священнодействие в День очищения, когда он приносил жертву для очищения всего народа и входил в Святое Святых. В остальном его служение было таким же, как и у прочих священников. Еще одним особым делом первосвященника было вопрошание воли Божией через «урим и туммим», которые находились в его наперснике (Исх.28:30)²⁶³.

В Законе акцентируется, что никому из левитов не полагается иметь собственных земельных наделов²⁶⁴ – «нет левиту части и удела с братьями его: Сам Господь есть удел его» (Втор.10:9). На содержание священников и всех левитов определялась десятина, которую должны были уплачивать все израильтяне, отделяя десятую часть урожая и приплода скота (Лев.27:30; Чис.18:20–32). Кроме того, священники получали часть от практически всех приносимых людьми жертв.

Постановления о жертвах

Значение жертв. В отличие от языческих культов, где жертвы воспринимались прежде всего как «кормление» божества, в ветхозаветном Писании четко проводится мысль, что Сам Бог не нуждается в жертвах. Совершение жертвоприношения было способом выразить любовь и преданность Богу, признать власть Бога над миром и зависимость человека от Бога, и воздать благодарность Богу как источнику всех благ. Подобные жертвоприношения по большей части были добровольными.

Другое важнейшее назначение жертвоприношения – напоминание о связи греха и смерти. Совершив грех, человека становится виновен пред Богом, а последствием греха является смерть (Быт.2:17;3:17–19; Рим.6:23). В случае совершения грехов принесение жертвы было необходимо – «без пролития крови не бывает прощения» (Евр.9:22). Грех человека как бы переходил на животное, и его смерть вместо человека была заместительной, «искупительной». Жертвоприношение означало осознание греха человеком, выражало его покаяние²⁶⁵.

В жертву предназначались продукты питания – человек «делил с Господом то, что составляло основу его жизни»²⁶⁶. В жертву можно было приносить только домашний скот, а не диких животных: именно домашние животные представляли для человека настоящую ценность. Бедным людям разрешалось приносить голубей. Для жертв употреблялись тельцы (быки), овцы, козы, голуби, в большинстве случаев – особи мужского пола. Человек, который хотел принести жертву, должен был отобрать самое лучшее животное из своего стада, без физических недостатков. В присутствии священника человек клал руки на голову животного, с силой надавливал на лоб – как бы отождествляя себя с животным – и исповедовал свои грехи. После этого он должен был сам зарезать свое животное, причем нанести удар точно, чтобы избавить животное от лишних мук. Этот обряд постоянно напоминал о связи греха и смерти, виновности человека пред Богом и милосердии Бога. Священник выливал кровь жертвы к подножию жертвенника (в других случаях кропил ей жертвенник либо мазал роги жертвенника) – это подтверждало, что вина грешника пред Богом оплачена жертвоприношением, а также символизировало возвращение души животного к Богу.

Виды ветхозаветных жертв

Перечислим виды ветхозаветных жертв.

Жертва всесожжения (Лев.1) – важнейшая жертва, приносимая священниками ежедневно (утром и вечером). Это жертвоприношение символизировало полную преданность Господу. Название отражает особенность этой жертвы – после заклания все животное целиком (кроме шкуры) сжигалось на жертвеннике; еврейское название– «ола́», «возносимое»– подчеркивало, что жертва возносится к Богу в виде дыма.

Жертва за грех (Лев.4) приносилась за невольные грехи, совершенные по слабости или неведению; к примеру, случайное ритуальное осквернение²⁶⁷. Цель этой жертвы – очистить людей от последствий греха. Чем выше было общественное положение человека, тем крупнее и ценнее должно было быть животное для жертвоприношения²⁶⁸.

Жертва повинности (Лев.6) приносилась за грехи против ближнего (кража, обман) или против собственности, посвященной Богу. Вина за грех приравнивалась к долгу перед Господом. Прежде принесения жертвы для искупления таких грехов надлежало возместить ущерб потерпевшим²⁶⁹.

Жертву мирную (Лев.3) предполагалось приносить во всех случаях, когда человек хотел употребить в пищу мясо животного. Эта жертва имела характер радостного праздничного торжества, и совершаемая после жертвоприношения трапеза символизировала единение с Богом.

Кроме жертвы всесожжения, обычно только часть жертвы сжигалась на огне (чаще всего жир), а другая часть шла в пищу священникам. При принесении мирной жертвы основная часть отдавалась приносившему жертву, и он с семьей должен был съесть это мясо в тот же день.

Хлебное приношение, или бескровная жертва (Лев.2), приносилась в виде пшеничной муки или пресных лепешек²⁷⁰. В хлеб добавляли елей и благоухающий фимиам – символ радости. Часть хлебов сжигалась, а часть шла священникам. Хлебное приношение полагалось приносить в праздники (Лев.23:37), им также сопровождались жертвы по случаю очищения от проказы (Лев.14:10:20). Основное значение хлебной жертвы – благодарение Бога.

Отметим, что все жертвы обязательно должны были посыпаться солью (Лев.2:13) – соль, предотвращающая гниение, символизировала очищение и твердость; показательно, что Завет между Богом и Израилем именовался «завет соли» (Чис.18:19).

Понятие о ритуальной чистоте и нечистоте

Как и прочие древние народы, израильтяне подразделяли все в мироздании на «священное» (Сам Бог и все, что было отделено для Бога или связано с Богом) и «несвященное» (все остальное). Понятие «несвященное» вовсе не означало «греховное», а просто нечто повседневное. В свою очередь, несвященное могло быть «чистым» – так обозначалось нормальное состояние предметов и человека, или «нечистым» – то есть оскверненным. «Нечистоту» человеку могла причинить нечистая пища, прикосновения к нечистому предмету и определенные физические состояния. В состоянии «нечистоты» человек не имел права участвовать в богослужебных собраниях и ритуалах. Таким образом, нечистота человека фактически являлась ритуальной. Очищение производилось с помощью воды – у каждой израильской семьи были сосуды для омовений. После длительного периода нечистоты надлежало также принести жертву за грех. Очевидно, что ритуальную нечистоту «нельзя отождествлять с грехом, ибо грех не переносится внешним путем... и может быть устранен только жертвой, а не омовением»²⁷¹.

Согласно Закону, нечистыми были мертвые тела и прокаженные (кожа которых как бы гнила заживо) – прикоснувшийся к ним считался ритуально нечистым семь дней. Ритуально нечистыми также считались люди, имевшие те или иные половые выделения (Лев.12:15)²⁷² или имевшие в тот день супружеские отношения. Эта нечистота была небольшой – она длилась лишь один день и очищалась простым водным омовением. Брачное общение считалось в Израиле безусловно благим делом; возможно, через признание его ритуальной нечистоты подчеркивался контраст с религиозными практиками язычников, где были широко распространены оргии в честь богов плодородия.

Чистые и нечистые животные

Важную роль в повседневной жизни израильтян играли постановления о чистой и нечистой пище (Лев.11)²⁷³ – в пищу можно было употреблять мясо только чистых животных. Разделение животных на чистых и нечистых возводится еще к Ною (Быт.7:1–3); оно встречается у других народов, но Израилю были даны особые правила. Чистыми считались жвачные животные с раздвоенными копытами, рыбы, имеющие чешую и плавники, из насекомых – только саранча²⁷⁴. Нужно отметить, что живые нечистые животные (например, верблюды и собаки) не считались скверными сами по себе, и соприкосновение с ними не запрещалось.

Стоит обратить внимание на строгий запрет есть свинину (Лев.11:7) – впоследствии это стало отличительной национальной чертой евреев. Показательно, что во многих странах свиней приносили в жертву подземным богам²⁷⁵. Таким образом, пищевые запреты ограждали израильтян от участия в темных языческих ритуалах и совместных трапез с язычниками. Нечистыми считались хищные птицы (Лев.11:13–19) – они, поедая животных, ели и их кровь. Запрет на кровь был для израильтян священным.

Разделение животных на чистых и нечистых символически выражало отличие израильтян от остальных народов (Втор.14:2:21). Очевидно, именно поэтому законы о пище имели преходящий характер и в новозаветный период потеряли свою актуальность – Христос с полной определенностью сказал, что нечистым человека делает не пища, но зло, исходящее изнутри, из его сердца (Мф.15:10–11; Мк.7:14–23; ср. также Деян.10:9–35).

Постановления о праздниках

Праздники были для народа святым временем, посвященным Господу, в эти дни было запрещено работать, надлежало приносить Богу жертвы, посещать священные молитвенные собрания, слушать чтение Закона. В три главных праздника – Пасху, праздник Седмиц и Кущей – все израильтяне-мужчины обязаны были прийти к святилищу (в скинию или позже – в Храм).

Пасха (евр. Пе́сах) – главный праздник израильтян, отмечаемый в первом месяце по религиозному календарю (14-го числа месяца авива/нисана)²⁷⁶. Первый раз Пасха совершилась в ночь Исхода евреев из Египта, и Моисей установил праздновать ее ежегодно в память об этом великом событии (Исх.12:1–27)²⁷⁷. Центральным элементом пасхальной трапезы был ягненок (агнец), который запекался целиком; его следовало вкушать с горькими травами в воспоминание горечи рабства. Следующий день, 15-е число, именовался праздником Опресноков: в течение семи дней в пищу разрешалось употреблять только пресный хлеб в воспоминание того, как из-за поспешности Исхода у евреев не было времени приготовить хлеб из дрожжевого теста. Пресный хлеб также символизировал чистоту, отсутствие греха и порока. В эти дни израильтяне приносили в жертву первые снопы ячменя (Лев.23:10–14) – зерно нового урожая можно было употреблять в пищу только после выражения благодарности Господу, Подателю всех благ.

Через 50 дней после Пасхи отмечался праздник Седмиц (евр. Шавуо́т), жатвы первых плодов – начала уборки пшеницы (Лев.23:15–21, Втор.16:9; более позднее его название – Пятидесятница, Тов.2:1, 2Мак.12:32)²⁷⁸. Особенностью праздничного ритуала было приношение в жертву Богу двух сдобных хлебов.

Самым радостным в году был праздник Кущей («куща» – это палатка, шалаш или шатер; евр. Сукко́т). Израильтяне отмечали завершение собирания плодов – уборки винограда, оливок, зерновых. Празднование начиналось в 15-й день месяца тишри (первого месяца по гражданскому календарю и седьмого месяца по религиозному календарю) и продолжалось восемь дней. В память странствования по пустыне евреи должны были жить в шалашах, украшенных цветами и ветвями деревьев. В первый и в восьмой день праздника проходили особые торжественные собрания у святилища (Лев.23:39–43)²⁷⁹.

Череда праздничных дней начинается в книге Левит с субботы (евр. Шабба́т, Лев.23:2–3). Седьмой день творения был освящен покоем Самого Бога, и в субботние дни не полагалось делать никакой работы. В каждый седьмой год – субботний год – было предписано не обрабатывать землю, дать ей покой; Бог обещал, что урожая шестого года будет достаточно «на три года» (Лев.25:21). В субботний год было дано повеление отпускать на волю всех рабов из евреев²⁸⁰. В 50-й год, называвшийся юбилейный, Господь предписывал возвратить купленную землю ее прежним владельцам-израильтянам или их наследникам. Это установление напоминало, что не израильтяне являются полновластными хозяевами земли, а Господь, Который подарил им эту землю,– «Землю не должно продавать навсегда, ибо Моя земля: вы пришельцы и поселенцы у Меня» (Лев.25:23)^́281. Это постановление также должно было способствовать тому, чтобы равномерность распределения земли между коленами сохранялась²⁸².

Еще одним торжественным праздником был праздник Труб (евр. Рош ха-Шана́, Лев.23:24) – новый год по гражданскому календарю, празднуемый в начале осеннего месяца тишри. Израильтяне также всегда отмечали начало каждого лунного месяца («новомесячие», то есть новолуние).

Через 10 дней после праздника Труб наступал День очищения (евр. Йом-Киппу́р, Лев.16), отличавшийся совершением уникального обряда; единственный раз в году первосвященник входил в Святое Святых. Обряд этого дня был установлен после того, как два сына Аарона, Надав и Авиуд, внесли во святилище «чуждый огонь» и за это были насмерть попалены огнем Господним (Лев.10:1–7)²⁸³. Только в День очищения Закон предписывал строгий пост – нужно было полностью воздерживаться от пищи. Служение совершал только один первосвященник – во очищение от грехов он приносил жертвы сначала за себя лично и за свой «дом» (род, семью), затем – за скинию и за весь народ (скиния тоже считалась оскверненной грехами народа). Для собственного очищения первосвященник закалывал тельца у жертвенника всесожжения, входил в святилище с чашей, наполненной кровью, и возлагал благовония на огонь жертвенника воскурения. Затем он входил в Святое Святых и семь раз кропил жертвенной кровью крышку Ковчега²⁸⁴. Для очищения народа к первосвященнику приводили двух козлов и бросали о них жребий – одного приносили в жертву за грех, а другой оставался живым. Первосвященник возлагал на него руки и исповедовал грехи всего народа, и затем козла прогоняли в пустыню. Это действие было кульминацией обряда: грехи людей как бы переходили на козла, и он уносил их далеко в пустыню, в небытие – это показывало, что Бог очищает Свой народ от греха²⁸⁵.

Принесение жертв обладало глубочайшей символикой и способствовало нравственному очищению людей, пробуждало в них жажду прощения и единения с Богом. Согласно единодушному мнению христианских авторов, все ветхозаветные жертвы в том или ином отношении прообразовывали спасительную жертву Иисуса Христа, распятого на кресте. Жертва всесожжения и жертва за грех служили искуплению грехов людей – и Иисус Христос «пришел отдать душу Свою для искупления многих» (Мк.10:45), и пролитая Им на кресте Кровь «очищает нас от всякого греха» (1Ин.1:7). Жертва повинности рассматривала вину за грех как долг человека перед Богом, и такое понимание присутствует и в молитве Господней «Отче наш...» (Мф.6:12). «Наконец, как мирная жертва способствовала примирению с Богом и сопровождалась священной трапезой, так и Христос, принеся Себя в жертву, примирил нас с Богом (2Кор.5:18) и основал таинство Евхаристии, которое также вобрало в себя существенные черты жертв Ветхого Завета: благодарение, участие в трапезе Господней и подлинное единение с Богом»²⁸⁶.

В Послании к евреям Христос именуется и Первосвященником, и жертвой. В этом послании подчеркивается, что израильские священники обязаны были приносить жертвы каждый день, тогда как Иисус Христос принес Свою жертву один раз на все времена. Жертва Христа принесла людям вечное искупление и сделала ненужными ветхозаветные кровавые жертвы (Евр.10:1–18)²⁸⁷.

Предписания ритуальной чистоты служили постоянным напоминанием о том, что израильтяне призваны к святости. Эти установления имели важную воспитательную функцию – люди учились внимательно относиться к телу и к пище и всегда стремиться к чистоте. Как и понятие «святость», понятие «чистота» постепенно перемещалось из ритуальной сферы в нравственную. Показательный момент можно увидеть в Книге пророка Исайи: когда пророку в храме открывается видение Бога, он сознает свое недостоинство, потому что имеет «нечистые уста» (Ис.6:5) – речь идет не о ритуальной нечистоте, но об оскверненности грехом. В Новом Завете понятия «чистое» и «нечистое» окончательно приобретают нравственный смысл: чистота становится синонимом кротости и незлобия, а нечистота всегда ассоциируется с грехом.

В Израиле все стороны жизни регулировались Законом, полученным Моисеем от Бога; нормы уголовного права, общественные установления, семейные и даже бытовые предписания имели своей основой почитание Бога, идею Его святости²⁸⁸. Закон насчитывает 613 заповедей (365 запрещающих и 248 обязывающих). Хотя многое в Законе было обусловлено особенностями тогдашних нравов²⁸⁹, в целом Закон Моисеев направлен на воспитание в людях милосердия²⁹⁰. Исследователи отмечают, что на фоне законодательных систем тех времен (к примеру, законов Хаммурапи) Закон Моисеев выделяется принципиально.

Прежде всего, Закон утверждал личную ответственность каждого за поступки: «Отцы не должны быть наказываемы смертью за детей, и дети не должны быть наказываемы смертью за отцов; каждый... за свое преступление» (Втор.24:16). В Пятикнижии подчеркивалось равенство всех перед Законом – «Один закон да будет и для природного жителя и для пришельца, поселившегося между вами» (Исх.12:49). В отличие от большинства законодательных систем, в Законе Моисеевом степень тяжести наказания не зависела от общественного и имущественного положения нарушителя либо потерпевшего²⁹¹.

В рамках многих законодательных систем преступление против имущества (воровство) нередко каралось смертью, тогда как за убийство было возможно выплатить денежный штраф родственникам покойного. В Законе Моисеевом мы видим принципиально иные установки: имущественное преступление никогда не наказывалось смертной казнью (вор должен был заплатить в двойном или четырехкратном размере, а если у него не было средств, то надлежало продать его в рабство, Исх.22:3–4); и наоборот, никакие денежные суммы не компенсировали отнятую жизнь. Согласно ветхозаветному откровению, человеческая жизнь бесценна, потому что человек «создан по образу Божию» (Быт.9:6), «...не берите выкупа за душу убийцы, который повинен смерти, но его должно предать смерти... ибо кровь оскверняет землю, и земля не иначе очищается от пролитой на ней крови, как кровью пролившего ее» (Чис.35:31–33). Однако Закон предусматривал случаи непреднамеренного убийства²⁹²: человек мог укрыться в одном из шести «городов-убежищ» где имел возможность доказать непреднамеренность совершившегося, и тогда получал право жить там в безопасности, не опасаясь кровной мести родственников убитого²⁹³.

Отметим, что знаменитый «закон талиона»²⁹⁴– «Око за око, зуб за зуб» (Лев.24:20, Исх.21:24) – имел своей целью ограничение мести, столь распространенной в древнем обществе: человек имеет право наказать своего обидчика не в большей мере, чем тот принес ему ущерб²⁹⁵.

В книге Левит звучит заповедь о любви к ближнему: «Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев.19:18)²⁹⁶. В основном речь шла о единоплеменниках-евреях, но заповедовалось любить и чужестранца, поселившегося на земле израильтян (Лев.19:34)²⁹⁷. Есть предписания о миролюбивом отношении к личным врагам: «Если найдешь вола врага твоего, или осла его заблудившегося, приведи его к нему» (Исх.23:4–5). Преступников нельзя было увечить; если назначалось наказание плетьми, то можно было сделать не больше 40 ударов, «чтобы брат твой не был обезображен» (Втор.25:3).

Показательно, что в случае войны в ополчение не призывались те, кто недавно женился или готовился к свадьбе, кто построил новый дом, но еще не успел в нем поселиться или кто ожидал первых плодов от посаженного виноградника (Втор.20:5–6;24:5). Закон уважал право человека на продолжение рода и право самому дождаться результатов от своих продолжительных и нелегких трудов.

За половые извращения полагалось побиение камнями (Лев.18;20), кровосмесительные связи сродственниками и все блудные грехи сурово карались, поскольку человек должен был хранить святость своего тела; кроме того, половая распущенность была характерным атрибутом язычества. Если женщина изменила мужу, полагалось побить камнями и ее и соблазнившего ее мужчину (Втор.22:22). Продолжение рода для израильтян имело важнейшее значение; к примеру, это отражал «закон левирата»²⁹⁸. Если братья живут вместе и один из них умрет, не имея у себя сына, то другой брат должен взять его жену себе, и первенец, рожденный от этого брака, будет считаться сыном и наследником умершего (Втор.25:5–10)²⁹⁹. Развод был допустим по инициативе мужа (Втор.24:1–4)³⁰⁰, хотя в целом отношение к разводу было негативным³⁰¹.

Особую заботу Закон предписывал проявлять о бедных и беззащитных людях, сиротах и вдовах. «Когда будете жать жатву на земле вашей, не дожинай до края поля твоего, и оставшегося от жатвы твоей не подбирай, и виноградника твоего не обирай дочиста... оставь это бедному и пришельцу. Я Господь, Бог ваш» (Лев.19:9–10). Запрещалось высмеивать людей, имеющих физические недостатки: «Не злословь глухого» (Лев.19:14).

Бог требовал, чтобы отношения между людьми, как личные, так и деловые, основывались на справедливости. «Не крадите, не лгите и не обманывайте друг друга. Не клянитесь именем Моим во лжи, и не бесчести имени Бога твоего. Я Господь. Не обижай ближнего твоего и не грабительствуй. Плата наемнику не должна оставаться у тебя до утра» (Лев.19:11–13).

Некоторые внешне немотивированные заповеди³⁰² – к примеру, не запрягать вола и осла вместе, не использовать разные ткани в одной одежде (Лев.19:19) – имели воспитательное значение: они способствовали формированию навыка внимательного различения вещей, что помогало отличать добро от зла.

Приведенных заповедей достаточно, чтобы были понятны слова апостола Павла: «...весь закон в одном слове заключается: люби ближнего твоего, как самого себя» (Гал.5:14). Апостол Павел называет Закон «воспитателем», педагогом, который устанавливал жесткие границы проявлений зла, учил любви к Богу и готовил людей к пришествию Мессии-Христа (Гал.3:24–25)³⁰³. Новозаветное откровение, принесенное Иисусом Христом, не отменяло ветхозаветный нравственный Закон, но дополняло его (Мф.5:17), возводя на новую духовную высоту. «Ветхий Завет устанавливает некий стабильный фундамент общественного устройства, некоторый минимум, без соблюдения которого общество в любой момент может соскользнуть в болото вседозволенности и произвола... Новозаветная благодать – это взлет ввысь, к небесному идеалу. А ветхозаветный Закон – твердое, земное основание, причем для своего времени – революционное»³⁰⁴. В апостольские времена было решено, что христианине не обязаны соблюдать ритуальные предписания Закона Моисеева (Деян.15), но это отнюдь не означает, что христиане имеют право пренебрегать заложенными в Законе нравственными нормами. Пока христиане не преобразят свою жизнь благодатью Иисуса Христа, эти нормы будут сохранять свое значение.