протоиерей Геннадий Фаст

Глава восьмая. Восьмое Богоявление Аврааму. Явление Ангела Ягве на горе Мориа при жертвоприношении Исаака

На священной горе Мориа, при исключительных обстоятельствах происходит последнее, восьмое явление Бога отцу веры Аврааму. Не раз уже испытанная вера праотца подвергается теперь испытанию, значительно превосходящему предел возможного для человека и, к тому же, выходящему за пределы нормальных представлений о Боге. Авраам должен принести в жертву Исаака, сына своей веры, сына Божьего обетования. И он соглашается это сделать, и он делает это. И, при этом, ему является Бог...

Повествуется об этом священном событии в 22-й главе книги Бытия. Именно это событие, наиболее известно из жизни праотца. Но момент Богоявления, при этом, несколько ускользает из внимания, прикованного к драматизму происходящего.

Итак, восьмое Богоявление.

8.1. Искушение веры Авраамовой

И было, после сих происшествий Бог искушал Авраама и сказал ему: Авраам! Он сказал: вот я. Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе. (Быт. 22:1–2).

Авраам должен принести человеческое жертвоприношение, чего от века не требовал Бог. Жертвой должен стать единственный сын обетования Божия – а как же обетование?! И, как бы, специально для того, чтобы все сделать совершенно невыносимым, Бог еще напоминает отцу, долженствующему принести эту жертву, что речь идет о единственном сыне и, именно, том, которого ты, отец, любишь.

Что же происходит? Писание говорит кратко: Бог искушал Авраама... Каков смысл этого искушения? Проникнуть в это тем более необходимо, что, именно, на фоне этого искушения и происходит последнее Богоявление Аврааму.

Святоотеческая мысль в искушении Авраамовом видит наивысшее испытание его веры. А, с другой стороны, искусить – это не столько испытать, сколько «сделать искусным». Искушение же, как подталкивание ко греху, со стороны Бога, конечно, совершенно отклоняется, как невозможное.

Отвергая искушение ко греху со стороны Бога, и говоря об испытании веры Авраамовой, пишет Тертуллиан: «Ведь и Аврааму Он [Бог – Г.Ф.] повелел принести сына в жертву не для искушения [ко греху – Г.Ф.], а для испытания, чтобы через него явить пример Своей заповеди, которую собирался впоследствии дать: и близкие не дороже Бога»633. Авраам за две тысячи лет до Христа исполнил Его заповедь: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня... (Мф. 10:37). Причем, можно отметить, что по первом Богоявлении, в начале своего пути, Авраам еще не вполне мог следовать этой заповеди. Он должен был оставить дом отца своего, но все-таки еще взял Фарру, отца своего, с собою. Здесь же, при последнем, восьмом Богоявлении, Авраам явил, что значит Бога возлюбить более, нежели сына своего.

Св. Иоанн Златоуст отмечает мысль, что Бог не испытывал Авраама, ибо, как Сердцеведец, и так знал веру праотца, но искушал его ради того, чтобы всем явить его добродетель, и через то многие имели бы добрый пример для подражания. Св. Иоанн Златоуст: «И бысть по глаголех сих, Бог искушаше Авраама. Посмотри, как Божественное Писание уже в этих самых словах хочет открыть нам добродетель праведника... Что значит: искушаше? Не то, будто, Бог это делал по неведению [чтобы узнать – послушает или нет в такой ситуации – Г.Ф.]; а Он подверг праотца искушению для того, чтобы и тогдашние современники, и потомки его до настоящего времени научились, подобно праотцу, иметь такую же любовь (к Богу) и оказывать такое же послушание повелениям Господним»634.

Мысли св. Иоанна Златоуста вторит блаж. Августин. Искушение – ради соделания очевидным добродетели Авраама. И не только ради других искушается Богом Авраам, но и ради познания им себя самого. Блаж. Августин: «Авраам подвергается искушению повелением умертвить этого любимейшего своего сына Исаака, чтобы благочестивое послушание его сделалось очевидным, – не для Бога, а для последующих веков. [И, действительно, вот уже сорок веков, а есть ли более яркий пример веры и послушания, чем явленный Авраамом при жертвоприношении его сына? Одних только картин на эту тему сколько написано! – Г.Ф.] Не всякое искушение заслуживает порицания. Есть искушения, которые должны быть встречаемы с радостью, т.к. ими испытывается добродетель. И, по большей части, душа человеческая не в состоянии бывает уяснить себя себе же самой иначе, как отвечая на вопросы, задаваемые ее же собственным силам не словом, а опытом, – тогда она благочестива, укрепляется силою благодати, и не напыщается суетным тщеславием»635.

Так же толкует блаж. Феодорит: «Не для того искушал Бог Авраама, чтобы Самому узнать, чего не знал; но, чтобы научить незнающих, сколько справедливо возлюбил патриарха»636.

В молитве «Отче наш» мы молимся: И не введи нас во искушение. Имеется ввиду искушение от лукавого на грех. Различие искушения Божия от искушения бесовского четко определяет св. Димитрий Ростовский: «Бог искушаше Авраама. Искушает человека Бог, искушает и диавол, но инако Бог, инако диавол: ино бо есть Божие искушение, ино диавольское. Божие искушение есть испытание добродетелей в человеке; диавольское же искушение есть прельщение человека на грех. Бог искушает человека, испытуя, терпелив ли есть, послушлив ли к Нему есть, чист ли сердцем есть, боголюбив ли есть?»637.

И, наконец, по св. Филарету Московскому: «Сие искушение Авраама концом и плодом своим долженствовало иметь утверждение в нем веры, надежды и любви в высочайшем их порядке, по которому последняя должна быть больше двух первых (1Кор. 13:13), т.е., их себе подчинить, объять и, как бы, поглотить, не истребляя их»638. Вот по этим высшим ступеням добродетелей Божиих и восходил, через постигшее его искушение, Авраам.

Таково святоотеческое разумение искушения, которым Бог искушал Авраама. Это разумение основано на свидетельстве Св. Писания. Повествование Св. Писания своеобразно восполняется в иудейских апокрифах. Так, в «Книге юбилеев» испытание веры Авраама излагается подобным испытанию многострадального Иова. Злой дух, именуемый «князь Мастема», утверждает пред Богом, что Авраам страстно любит своего сына и, что вере его и послушанию Божественным повелениям придет конец, если Бог востребует от него страстно любимого сына. И тогда, Бог попускает произойти этому великому искушению-испытанию веры Авраамовой.

«Книга Юбилеев»: «И произошло в седьмой седмице лет, в ее первом году, в первом месяце в этом юбилее, на двадцатый день этого месяца, что были голоса на небе об Аврааме, что он верен во всем, о чем Он [Бог – Г.Ф.] ему говорит, что он Бога любит и во всяких стесненных обстоятельствах – верует. И пришел князь Мастема, и говорил пред Богом: Вот Авраам любит своего сына Исаака и предпочитает его всему. Скажи ему, что он должен принести его в жертву всесожжения на жертвеннике, и Ты увидишь, исполнит ли он это повеление, и узнаешь, верен ли он во всем, чем Ты его проклинаешь [в чем Ты его заклинаешь]. Бог знал, что Авраам во всех своих стесненных обстоятельствах был верен; ибо Он испытал его своей землей и посредством голода, и Он испытал его чрез богатство царей и далее, Он испытал его через жену, когда ее у него похитили, и через обрезание, и Он испытал его через Измаила, и через Агарь, его рабыню, когда он ее изгнал. И во всем, в чем Он его испытывал, найден он был верным (верующим), и душа его не была нетерпелива, и он не колебался это исполнить; ибо он был верующим и любящим Бога»639.

8.2. Гора Мориа

Искушая Авраама, Бог повелевает ему пойти в землю Мориа и там принести в жертву всесожжения своего единственного сына Исаака. Перст Божий отмечает особое место на земле. Авраам оставил землю отцов своих, места бывшего Эдемского сада, оскверненные идолопоклонством, и вошел в новую землю, Землю Обетованную. Но и в ней Господь избирает особое место.

Земля Мориа – ארץ המריה (эрец га Морийа). «Морийа» означает «усмотрение Ягве». Т.е., это земля, которую усмотрел Ягве Бог для особых свершений в домостроительстве спасения.

Знатоки еврейского языка усматривают еще и другие возможные значения наименования Мориа. Семьдесят толковников переводят в землю Мориа, как είσ την γην την ύφηλήν, т.е. «в землю высокую». Симмах и блаж. Иероним называют землю Мориа «землей видения» (от ראה – видеть). В Таргуме Онкелос и Ионафан называют эту землю »землею богослужения» (от ירא – бояться). А св. Димитрий Ростовский, скорее, по созвучию, говорит, что земля та «наречена бе Мория, еже сказуется горесть»640. «Горестью», поясняет св. Димитрий, могла быть наречена та гора по причине произраставших там садов с горькой миррой, алоэ и кинамоном.

Итак, земля Мориа – высокая горная земля, которую усмотрел Себе Бог, земля таинственного Боговидения, место богослужения, земля горечи, где отец жертвует сыном.

Имеется древнее предание о том, что на горе Мориа находится «краеугольный камень земли», который первым вышел из мирового океана в третий день творения, положив начало суше.

Аврааму надлежит совершить всесожжение на одной из гор, которую Бог укажет ему. Т.е., земля Мориа – это целая горная гряда. Св. Димитрий Ростовский относит к ней три холма, или три горы – Сион, собственно, гора Мориа, или Храмовая, и гора Голгофа, место лобное. Св. Димитрий: «Разделяется же та гора на три холмы, от них же каждой особое свое имать именование. Первый холм Сион, сиесть, смотрилище вышшества [высоты. – Г.Ф.] ради, яко с того далече видети бяше. Другий Мория. Третий холм Голгофа, сиесть, Лобное место, яко тамо лоб Адамов по потопе от Сима, старейшего сына Ноева, погребен бысть»641.

На горе Мориа будет впоследствии гумно Орны Иевусеянина. За грех царя Давида, ангел Ягве поражал моровой язвой жителей Иерусалима, новой столицы Израильского царства, расположенной на горах земли Мориа. Когда поражающий ангел подойдет к гумну Орны Иевусеянина, Господь остановит его карающую руку. Моровая язва прекратится, а царь Давид, по слову пророка Гада, воздвигнет там жертвенник (2Цар. 24:15–25). Там остановлена была рука Авраама, занесенная над Исааком, там остановлена рука ангела-губителя. Там воздвиг жертвенник Авраам, и Господь усмотрел Себе жертвенного овна во всесожжение – там царь Давид воздвиг жертвенник и принес Ягве всесожжения и мирные жертвы. И, наконец, на этом месте царь Соломон построил Богу Авраама, Богу Исаака и Богу Иакова храм в Иерусалиме. И начал Соломон строить дом Ягве в Иерусалиме, на горе Мориа, которая указана была Давиду, отцу его, на месте, которое приготовил Давид, на гумне Орны Иевусеянина (2Пар. 3:1). Утверждают, что камень, первым поднявшийся со дна мирового океана и положивший начало суше на земле, тот самый, на котором Авраам намеревался принести в жертву Исаака, на котором остановилась гибель Иерусалима, и Давид воздвиг жертвенник для всесожжения, – что на этом, именно, камне было поставлено Соломоном Святое Святых Иерусалимского храма. Там, в священном мраке над крышкой ковчега завета, пребывало облако славы Ягве. Туда потом будет введена во Святая Святых Пречистая Дева Мария Богоотроковица.

Мусульмане верят, что с этого места возносился на седьмое небо Мухаммед, и воздвигнута там мечеть Омара, величественный Купол Скалы, формирующий современный вид святого града Иерусалима. Иудеи ожидают там восстановления Соломонова храма.

Нетронутый огромный камень, порядка 17 метров длины, нерушимо покоится в веках и тысячелетиях (ныне – посреди мечети Омара). Под этим камнем пещера. Может, в эту пещеру Орна Иевусеянин ссыпал пшеницу? Прот. Стефан Ляшевский в своих исследованиях предполагает, что там, в этой квадратной пещере немного выше человеческого роста, и обитал в конце своей жизни праотец Адам. А рядом, на другой горе земли Мориа – на холме Голгофском – и место его упокоения, могила Адамова, где и Христос Господь наш за грехи мира распят был. «Если правильно предание Церкви о том, что под Голгофой могила Адама, – а Церковь ведь обладает Богооткровенным знанием, – то здесь было жилище Адама, место его молитв и слез о первородном грехе. Возможно, что там же, наверху, был и его жертвенник. Только так можно понять, почему Господь повелел Аврааму идти именно на это место»642.

Таково священное место последнего, восьмого Богоявления Аврааму, овеянное преданиями и сказаниями. Место, где явилась суша земли и отступили воды мирового океана. Место последнего жительства праотца Адама. Место, где испытана была вера Авраама и явился страх Исаака. Место, где язычник-иевусей собирал пшеницу, а Бог остановил погубление новой столицы Израиля. Место Святого Святых Божия храма. Место, которое усмотрел Ягве-Бог.

8.3. Восхотел ли Бог жертвы человеческой?

Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение... (Быт. 22:2).

Неужели может быть угодно Богу человеческое жертвоприношение? Когда Бог устроит богослужение и жертвоприношения Израилю при Моисее, там не будет человеческих жертвоприношений. А здесь?

А здесь Авраам не рассуждал, а повиновался. Блаж. Августин пишет об этом так: «Авраам без всякого сомнения, отнюдь, не думал, чтобы Бог находил удовольствие в человеческих жертвах; но возгремела заповедь Божия, – нужно было повиноваться, а не рассуждать»643. По представлениям того времени, принесение в жертву человека было не таким уж удивительным. Язычники вокруг Авраама совершали такие жертвы. А он не получал еще никакой заповеди о жертвоприношениях. Сам факт человеческого жертвоприношения мог быть для Авраама не очень поразительным. Испытанию было, в данном случае, подвергнуто не религиозное и нравственное чувство праотца, а его вера и послушание. Возобладает ли отцовское чувство, страсть, над любовью к Богу? Хватит ли веры принести в жертву того, от которого должно произойти потомство? Не усомнится ли в обетовании Божием? Авраам с честью проходит искушение Божие. Но, одновременно, получает и новый урок: «Богу Сердцеведцу не нужно такое испытание, но оно должно было укрепить в сознании Авраама и потомства его, что Богу противно приношение человеческих жертв»644. Так что удивительным было не то, что следовало человека принести в жертву, так делали повсюду, а удивительным был урок Божий, что Богу не угодны человеческие жертвоприношения. Случай с Авраамом и Исааком послужил основанием отсутствию человеческих жертвоприношений в Израиле.

Но жертва человека ради человеков все-таки будет нужна. Это будет жертва Сына Человеческого, Иисуса Христа.

8.4. Исаак воскреснет!

Поразительна была вера Авраама! И поразительна не только в послушании до конца. Да, по слову блаж. Августина, когда возгремела заповедь Божия, нужно было повиноваться, а не рассуждать. Рассуждал ли Авраам о том, как же теперь исполнится Божие обетование о потомстве от Исаака? Св. Писание позволяет несколько приоткрыть мир отцовских чувств и размышлений.

Когда Авраам с сыном Исааком и отроками приблизился после трехдневного путешествия к земле Мориа, то сказал... отрокам своим: останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся, и возвратимся к вам (Быт. 22:5).

Как же, вознамерившись принести сына в жертву, Авраам обещает с ним же и вернуться? Ведь он во множественном числе говорит: и возвратимся... Что – это была ложь по нужде? Трудно в этом заподозрить праотца, да и не обязан он был отчитываться перед слугами-отроками. И раз сказал, значит, так и думал! Но, как он мог такое обещать – вернуться вместе? Ответ на это дает апостол Павел: Верою Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака и, имея обетование, принес единородного, о котором было сказано: «в Исааке наречется тебе семя». Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить. Почему и получил его в предзнаменование (Евр. 11:17–19). Чудо веры Авраамовой! Он знал, что жертвоприношение он совершит, а Бог воскресит его сына, и вместе они вернутся к отрокам и с ними к матери Исаака Сарре. Здесь Авраам, веруя, превзошел сам себя!

О вере Авраама в воскрешение Исаака рассуждают и святые отцы. Прп. Ефрем Сирин: «Итак, Авраам стал славен и тем, что уверовал, что сын и по смерти воскреснет и возвратится с ним; потому что не сомневался в истине сказанного ему: Яко во Исааце наречется тебе семя (Быт. 21:12)"645. Так же толкует и блаж. Августин: «Возгремела заповедь Божия, – нужно было повиноваться, а не рассуждать. Впрочем, в похвалу Аврааму нужно сказать, что он верил, что сын его, тотчас же по заклании, воскреснет... Твердо помня это-то обетование [что семя ему наречется не в Измаиле, а в Исааке – Г.Ф.], которое должно было исполниться через того, кого Бог повелевал убить, благочестивый отец и не усомнился, что ему может быть возвращен закланный тот, кто мог быть дан нежданный. Так это понятно и объяснено и в послании к Евреям»646. Рожденный от престарелого и заматоревшей мог быть и воскрешен из мертвых!

Авраам верил, что Исааку надлежит пройти через смерть и воскресение! Через величайшую скорбь Авраам восходил к величайшей радости. Верою он уже жил в Новом Завете. Верою Авраам... рад был увидеть день Мой; и увидел, и возрадовался (Ин. 8:56).

8.5. Прообразовательное значение жертвоприношения Исаака

Еще апостол Павел усмотрел в событии жертвоприношения Авраамом сына своего Исаака таинственный прообразовательный смысл: Верою Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака и, имея обетование, принес единородного, о котором было сказано: «В Исааке наречется тебе семя». Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить. Почему и получил его в предзнаменование (Евр. 11:17–19). Происшедшее на горе Мориа произошло, по апостолу Павлу, в предзнаменование.

Прообразовательное значение в жертвоприношении Исаака усматривали и иудеи, что отражено в сказании Агады: «Взял Авраам дрова для всесожжения и возложил на Исаака – подобно тому, как возлагают крест на плечи человека, ведомого на распятое, взял в руки огонь и нож, и пошли дальше»647. Поразительно, но Агада видит в Исааке, несущем на себе дрова для жертвоприношения, образ человека, ведомого на распятие, и несущего на себе крест. Все это осуществилось на Сыне Человеческом, на Иисусе из Назарета, несшем крест на плечах Своих, когда Его вели на распятие на Голгофу. Кстати, Голгофа тоже гора земли Мориа. Так что не только Ветхий Завет, но и раввинистические источники содержат в себе пророчества на Иисуса Христа, ведь во многом они хранят предание древней иудейской церкви.

Святые отцы подробно раскрывали в истории Авраама и Исаака прообраз жертвы Богом Отцом Единородного Своего Сына, на крестные страдания Иисуса Христа ради спасения людей.

Прп. Ефрем Сирин: «И увидел Авраам овна у дерева, и взя овна, и вознесе во всесожжение вместо сына своего. Что овна не было прежде, о том свидетельствует вопрос Исааков; а что не было и дерева там, о том свидетельствуют дрова, возложенныя на рамена Исааку. Гора дала от себя дерево, а дерево – овна, чтобы овен, повисший на древе и после закланный вместо сына Авраамова, прообразовал собою день Того, Кто, как овча, пригвожден был к древу и вкусил смерть за весь мир»648.

Также усматривает прообраз жертвы Христовой св. Иоанн Златоуст: «А все это [происшедшее с Исааком и Авраамом – Г.Ф.] было прообразованием Креста Христова. Поэтому и Христос говорил иудеям: Авраам, отец ваш, рад бы был видеть день Мой; и виде, и возрадовася (Ин. 8:56). Как это видел человек, живший за столько лет прежде? В прообразе, в тени. Как здесь овча принесено вместо Исаака, так и словесный Агнец принесен в жертву за весь мир. Истина должна была предызобразиться в тени. Посмотри же, возлюбленный, как действительно все было прообразовано в тени. Там сын единородный, и здесь Единородный. Там возлюбленный и истинный (сын), и здесь возлюбленный и единосущный Сын... Исаак приносим был отцем во всесожжение, и Христа предал Отец, как восклицает Павел, говоря: иже убо Сына Своего не пощаде, но за нас всех предал есть его: како убо не и с ним вся нам дарствует (Рим. 8:32)? Здесь (явилась) тень; а впоследствии открывается истина вещей гораздо превосходнейшая: в жертву за весь мир принесется словесный Агнец»649.

Блаж. Августин также, отталкиваясь от слов апостола Павла: Темже того, Исаака, и в притчи прият (Евр. 11:19), дает иносказательное толкование: «Какой смысл этой притчи, как не тот, о котором говорит тот же Апостол: Иже убо Сына Своего не пощаде, но за нас всех предал есть (Рим. 8:32). Поэтому-то, как Господь Свой Крест, так Исаак сам нес для себя на место жертвоприношения дрова, на которые имел быть возложенным. Наконец, поелику Исааку не надлежало быть убитым после того, как отцу его запрещено было поднимать на него руку, – кто был тот овен, закланием которого закончилось знаменательное кровавое жертвоприношение? Когда Авраам увидел его, он стоял, запутавшись рогами в кусте. Кого таким образом представлял он собою, как не Иисуса, увенчанного до своего заклания иудейским тернием?»650.

К прообразовательному значению жертвоприношения Исаака неоднократно обращались и позднейшие святые отцы и толкователи Священного Писания. Вот, например, св. Григорий Палама: «И, таким образом на Аврааме совершилась тайна Креста. Исаак же сам собою был образом Пригвожденного, быв послушен своему отцу даже до смерти, как и – Христос (Богу Отцу); и, данный вместо него, овен предзнаменовал Агнца Божия, данного ради нас на заклание; и чаща, в которой овен запутался рогами, была тайной образа Креста, почему и называется «Чащей Савек» [LXX: φυτῷ σαβεχ], т.е. «Чащей Оставления», как и Крест именуется Спасительным Древом»651. Подробно останавливается на символическом значении жертвоприношения Исаака и св. Димитрий Ростовский652.

В прообразовательном значении, трехдневный путь Авраама и Исаака к горе Мориа, горе жертвоприношения, означал трехдневное пребывание Христа во гробе.

По св. Амвросию Медиоланскому, то, что пострадал не Исаак, а овен, запутавшийся в терновой чаще, означает, что на Голгофе пострадала не Божественная природа Единородного Сына (она – бесстрастна), а человеческая. По человеческой природе, Он – Агнец, увенчанный терновым венцом, распятый на древе крестном, истинная жертва за грех мира.

Таков один из ярчайших ветхозаветных прообразов тайны крестной жертвы Сына Человеческого, Господа нашего Иисуса Христа.

8.6. Явление Ангела Ягве на горе Мориа

Когда Авраам, взяв нож, уже простер руку свою, чтобы заколоть сына своего, тогда Ангел Ягве воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам...

И вторично воззвал к Аврааму Ангел Ягве с неба, и сказал: Мною клянусь, говорит Господь, что, так как ты сделал сие дело, и не пожалел сына твоего, единственного твоего (для Меня): то Я благословляя благословлю тебя, и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего (Быт. 22:11, 15–18).

Аврааму на горе Мориа является Ангел Ягве, останавливает его руку, занесенную над Исааком, и произносит священную клятву с обетованием.

Кто сей Ангел Ягве?

מַלְאַךְ יְהוָה (Малеах Ягве), или «Ангел Господень» в русской Библии. Семьдесят толковников (LXX) переводят: άγγελος κυρίου. Образ таинственного Ангела Ягве проходит через все Священное Писание.

8.7. Явления Ангела Ягве в Ветхом Завете

Впервые явление Ангела Ягве упомянуто в описании бегства Агари из дома Авраама в Быт. 16:7–14. На северо-западе Аравийского полуострова в пустыне Сур Ангел Ягве (Малеах Ягве) нашел Агарь, беглую рабу, у источника воды Беэр-лахай- рои (Источник Живого, видящего меня). Там Ангел Ягве изрекает пророчество об Измаиле.

Ангел Ягве является Аврааму на горе Мориа и спасает приносимого в жертву Исаака (Быт. 22:11, 15). Ангел Ягве клянется Аврааму. И место то нарекается Ягве- ире, что означает «Ягве усмотрит».

Ангел Ягве является Моисею на горе Хорив в неопалимой купине, он призывает Моисея и открывает ему имя Божие (Исх. 3:2).

Ангел Ягве преграждает путь пророку Валааму (Чис. 22:22–34).

Ангел Ягве является дому Израилеву в Бохим (= плачущие) и в Вефиле (Суд. 2:1).

В победной песне пророчицы Деворы изрекается проклятие Ангелом Ягве (Суд. 5:23).

Ангел Ягве является судье Израильскому Гедеону в Ягве-Шалом (Суд. 6:11).

Ангел Ягве является Маною и его жене, и пророчествует о их сыне Самсоне (Суд. 13:3–21).

Ангел Ягве прекращает поражение Иерусалима у гумна Орны Иевусеянина на горе Мориа. Царь Давид покупает это гумно и устраивает там жертвенник Богу (2Цар. 24:16).

Имеется и ряд других случаев в Ветхом Завете явления Ангела Ягве. И в каждом случае явления Ангела Ягве присутствует ощущение некоего таинственного Богоявления. Кто же являлся – посланный Господом сил ангел, или, неким таинственным образом, Он Сам?..

8.8. Явления Ангела Господня в Новом Завете

Неоднократно говорится об Ангеле Господнем и в Новом Завете. В истории рождения Иоанна Крестителя (Лк. 1:11), в истории Рождества Христова (Мф. 1:20,24; 2:13; Лк. 2:9). Ангел Господень возмущал воду в купальне Вифезде (Ин. 5:4). Ангел Господень отвалил камень от дверей гроба при воскресении Христовом (Мф. 28:2). Упоминается Ангел Господень и в событиях Деяний Апостольских (Деян. 5:19; 7:30; 8:26; 8:39; 12:7; 12:23).

Совершенно очевидно, что во всех новозаветных явлениях Ангела Господня речь идет об обычной, тварной ангельской силе, об обычном ангеле.

Итак, остается вопрос.

8.9. Кто Ангел Ягве Ветхого Завета?

По этому вопросу существуют два мнения: первое – Ангел Ягве – это обычный, хотя и из высших, тварный ангел. Второе – явление Ангела Ягве – это Богоявление.

Итак, первая точка зрения: Ангел Ягве – тварный ангел, небесная сила. Так думали из древних Ориген, св. Иоанн Златоуст, блаж. Иероним, блаж. Августин и так считают некоторые современные учителя.

Так, например, св. Иоанн Златоуст в явлении Ангела Ягве Агари в пустыне видит явление тварного ангела: «Обрете ю, говорит Писание, Ангел Господень у источника воды в пустыни, на пути Сур (Быт. 16:7)... Впрочем, здесь ангел является не по заслугам рабы, но ради чести праведника (Авраама)»653.

Каковы аргументы, которые приводятся в подтверждение мнения о тварности Ангела Ягве?

מלאך (малеах) или άγγελος (ангелос) являются, обычно, наименованием тварной служебной силы.

Сами слова «малеах» и «ангелос» означают «вестник», то есть указывают на зависимое положение. Ангел – чей-то вестник.

В Новом Завете «Ангел Господень» (άγγελος Κυρίου) всегда означает тварного ангела.

Богоявление в человекообразной форме не могло быть понято и воспринято в Ветхом Завете.

Следует отметить, что все эти аргументы не имеют решающей силы, им вполне можно возразить. Возражения могут быть таковы:

Слово מלאך (малеах) не всегда означает тварную ангельскую силу. Например, пророк Исайя называет Мессию Великого Совета – Ангел (LXX: Μεγάλης βουλής άγγελος) (Ис. 9:6), а далее, Его же называет и Бог Крепкий. Пророк Малахия называет Мессию – Ангел Завета (מלאך הברית – малеах га-берит) (Мал. 3:1).

«Ангел-вестник» не обязательно указывает на подчиненное служебное положение. Так, Великого Совета Ангел означает вторую Ипостась в Божественном предвечном Совете Святой Троицы. Логос возвещает миру Совет Святой Троицы.

То, что обще для Нового Завета, может быть не таковым в Ветхом. К тому же, и понятно, почему Бог не является в Новом Завете в виде Ангела Господня. Логос уже воплощен и потому не является в виде Ангела Господня. Тень прошла, явилась Сама Истина, Само Тело.

Человекообразное, в виде ангела, явление Бога в Ветхом Завете – возможно – оно, как тень грядущего Тела в Новом Завете. Ангел Ягве Ветхого Завета подобен тени воплощенного Логоса Нового Завета. Ангел Ягве Ветхого Завета и воплощенный Логос Нового Завета – единое Богооткровение Ветхого и Нового Заветов.

Другая точка зрения, преобладающая в христианском богословии, сводится к тому, что в Ангеле Ягве в Ветхом Завете являлся Сам Бог, или, точнее, Его Слово, Логос, Сын Божий. Явления Ангела Ягве – таинственные ветхозаветные Феофании, Богоявления.

О том, что Ангел Ягве – Сам Господь, об этом свидетельствует библейский текст.

Ангел Ягве, останавливая занесенную над Исааком руку Авраама, взывает: Не поднимай руки твоей на отрока, и не делай над ним ничего; ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня (Быт. 22:12). Увидев занесенную над сыном руку Авраама, Ангел Ягве теперь знает, что Авраам боится Бога, и далее говорит ему, что ты не пожалел сына твоего... для Меня. Но, ведь сын должен быть принесен в жертву не ангелу, а Богу! Таким образом, явно Говорящий с Авраамом, есть Бог, ибо жертва приносится Ему!

И далее, Ангел Ягве вторично взывает к Аврааму с неба: Мною клянусь, говорит Господь, что, так как ты сделал сие дело и не пожалел сына твоего (для Меня): то Я благословляя благословлю тебя и т.д. (Быт. 22:15–18). Здесь трудно определить точно – говорит ли Ангел Ягве от себя или передает клятвенные слова Ягве. Вполне возможен первый вариант, а, учитывая, что ранее (в 12 ст.) он уже говорил, как Ягве, то и предпочтительнее.

В первом явлении Ангела Ягве Агари в пустыне Сур (Быт. 16:7–13) так же четко просматривается, что Он Сам и есть Ягве. Так, Ангел Господень говорит Агари: умножая, умножу потомство твое... А это действие явно не ангела, а Ягве. И далее: И нарекла (Агарь) Ягве, Который говорил к ней, сим именем: Ты – Бог, видящйй меня. Агарь нарекает Ягве. А священной тетраграммой никогда не именуется тварная ангельская сила. И именно названный Господом (יְהוָה) говорил с Агарью. Агарь же называет Его: Ты Бог, видящий меня. Такое имя никак не могло бы приличествовать обычному ангелу.

Итак, свидетельство самого библейского текста приводит к утверждению, что под видом Ангела Ягве являлся Сам Ягве. Ангел Ягве отождествляет Себя с Ягве.

Святые отцы, начиная со св. Иустина Философа, усматривали в явлениях Ангела Ягве явления Логоса Сына Божия. Таким образом, объяснялось и отождествление Ангела Ягве с Ягве и некоторое его различение.

Св. Иустин Философ: «Итак, ни Авраам, ни Исаак, ни Иаков, ни кто-нибудь другой не видел Отца и неизреченного Господа всего вообще и самого Христа, но они видели Того, Который по воле Его есть и Бог Сын Его и, вместе, Ангел Его по служению воле Его, – Который по определению Его должен был сделаться человеком от Девы, и Который некогда сделался даже огнем во время беседы с Моисеем из купины»654. Являвшийся отцам, есть и Сын, и Ангел Господа, Сын, как Рожденный Отцом, Ангел – как служащий воле Его. В другом месте св. Иустин рассуждает: «В Моисеевом видении [Ангела Ягве в неопалимой купине – Г.Ф.] Он Один, Который, вместе, и называется ангелом, и есть Бог, явился и говорил к Моисею ... Посему, как Писание называет ангелом Того, Который явился во сне Иакову, и затем говорит, что этот самый ангел, явившийся ему во сне, сказал: Я Бог, явившийся тебе во время бегства твоего от лица Исава, брата твоего; и мы читаем во время Авраама о разрушении Содома, что Господь навел этот суд от Господа на небесах: так и здесь, когда Писание говорит, что ангел Господа явился Моисею и потом объявляет Его Господом и Богом, оно разумеет Одного и Того же, Который, как видно из многих уже приведенных свидетельств, служит Богу, Сущему выше мира и не имеющему над Собою другого Бога»655. Понимание св. Иустина стало преобладающим в святоотеческом богословии.

Прп. Ефрем Сирин, толкуя явление Ангела Ягве Агари в пустыне, пишет: «Сказала Агарь: видение видела я после того, как увидел Ты меня (Быт. 16:13); потому что сначала Ангел, явившись, ничего не сказал ей, чтобы не привести ее в ужас. Когда же обратил к ней слово, тогда явилось ей видение в видении, т.е., в лице Ангела явился Бог; посему-то и кладезю дала она название: кладезь Живущего Видящего меня»656. Прп. Ефрем удивительно говорит о «видении в видении», когда в лице Ангела являлся Бог. В «видении» является ангел, чтобы не привести в ужас человека, и говорит от лица Бога. А в «видении в видении» говорит уже Сам Бог и тот, который только что говорил от лица Бога, уже Сам говорит, как Бог! Таковы тайны Богоявления человеку.

О явлении Бога через Ангела и об отличии сего от обычного явления ангела дает глубокое разъяснение св. Афанасий Великий, тем самым, не просто становясь на сторону св. Иустина, но фактически, делая это учением Церкви: «Никто не станет молиться о приятии чего-либо от Отца и от Ангелов, или от какой-нибудь другой твари; никто не скажет: да подаст тебе Бог и Ангел, но просит у Отца и Сына, по причине единства и единого деяния. Если же патриарх Иаков, благословляя внуков Ефрема и Манассию, сказал: Бог, Иже питает мя из млада даже до дне сего, Ангел, Иже мя избавляет от всех зол, да благословит детища сия (Быт. 48:15–16); то к, сотворившему их, Богу присовокупил не одного из сотворенных и по естеству сущих Ангелов, и не у Ангела просил благословения внукам, оставив питающего его Бога, но, сказав: Иже мя избавляет от всех зол, показал тем, что это есть не сотворенный какой Ангел, но Божие Слово, Которому молился он совокупно со Отцом... Зная, что Он именуется и Ангелом великого совета Отчего... Если же благословлять и избавлять принадлежит не иному кому, но Богу, и избавляющий Иакова был не иной кто, но Сам Господь, патриарх же призывал на внуков Избавляющего его самого; то явно, что в молитве не иного кого присоединил он к Богу, но Слово Его, Которое посему назвал и Ангелом, потому что Оно одно открывает нам Отца»657. Видевший ангела, по св. Афанасию, не видел Бога, но, видевший Сына – видел Отца. А Сын часто являлся в виде Ангела. Св. Афанасий Великий: «Кто видит явление Ангелов, то знает, что видит Ангела, а не Бога. Захария [отец Предтечи – Г.Ф.] видел Ангела, а Исайя видел Господа. Маной, отец Самсонов, видел Ангела, а Моисей зрел Бога. Гедеон видел Ангела, Аврааму же явился Бог. И, кто видел Бога, тот не говорил, что видел Ангела; а кто видел Ангела, тот не думал, что видел Бога. Ибо много, или, лучше сказать, совершенно по естеству, различны созданные существа с сотворившим их Богом»658. Далее, св. Афанасий размышляет о Богоявлении Моисею через явление Ангела Ягве в неопалимой купине: «Если же, иногда, при явлении Ангела, видевший слышал глас Божий, как было при купине; ибо явися Ангел Господень в пламени огненне из купины: и воззва Господь Моисею из купины, глаголя: Аз есмь Бог отца твоего, Бог Авраамов, Бог Исааков, Бог Иаковль (Исх. 3:2, 4, 6): то не Ангел был Бог Авраамов, но в Ангеле был глаголющий Бог; и, хотя видим был Ангел, но глаголал в нем Бог... Так и Навину глаголал Он через Ангела». Так св. Афанасий Великий показывает явления Единосущного Отцу Сына Божия, в различных ветхозаветных явлениях Ангела Ягве. Об Аврааме св. Афанасий тоже говорит, что ему явился Бог, правда, не уточняя, какое именно видение он имеет в виду.

Кстати, и св. Иоанн Златоуст все слова, сказанные Ангелом Ягве Аврааму, рассматривает как слова, сказанные Самим Господом. Св. Иоанн Златоуст: «И воззва и, говорит Писание, Ангел Господень с небесе, и рече: Аврааме, Аврааме (Быт. 22:11). Как скоро Бог увидел, что праведник готов исполнить Его волю и уже приступает к закланию сына, то и взывает к нему с неба...»659.

Из позднейших отцов, раскрывающих тайну Богоявления в Ангеле Ягве, можно указать на св. Филарета Московского. Как и большинство ранних отцов, он говорит об этом при рассмотрении первого явления Ангела Ягве Агари в пустыне. Св. Филарет Московский: «Ты Бог видения! ибо, сказала она (Агарь), даже и здесь (в пустыне) я видела в след видящего меня. Чтобы понять сии восклицания, надобно представить, что Агарь сперва, вероятно, почитала Ангела за странника; потом из разговора постепенно узнавала его; а, наконец, когда он стал невидим и, может быть, в последнюю минуту просиял, ясно узнала в нем явление Иеговы. Тогда, в восхищении от удивления и радости, желая восхвалить Бога за столь нечаянное и столь торжественное откровение, она восклицает: Ты Бог видения! Ты все видишь, и всюду видим; Ты весь видение!»660. Так, постепенно прозревала Агарь в страннике Ангела, в Ангеле Самого Господа.

Теперь можно подытожить аргументы, позволяющие и даже понуждающие видеть в ветхозаветных явлениях Ангела Ягве Самого Ягве, или, лучше, – Сына Божия. Эти аргументы таковы:

– Ангел Ягве (Малеах Ягве) Сам отождествляет Себя в Своих словах с Богом.

– Порою, как к Богу обращаются к Нему те, кому Он является.

– Библейские авторы говорят о Нем, как о Боге.

– В Ангеле Ягве таинственно является еще в Ветхом Завете Логос, Сын Божий, тем предраскрывая тайну Святой Троицы.

– В явлении Слова, в виде Ангела Ягве, праотцам и в позднейшем Его воплощении от Девы, свидетельствуется органическое единство двух заветов – Ветхого и Нового, единое Богооткровение.

Следует отметить искусственность и безосновательность попытки на основании ветхозаветного Богоявления в Ангеле Ягве видеть подобное же в новозаветных явлениях ангела Господня. В Новом Завете это всегда тварный ангел. Приходилось слышать проповедь, что Сын Божий, воплотившись, лежал в пеленах в яслях Вифлеемской пещеры и, одновременно, в виде Ангела Господня явился пастухам на поле. Это не так. Пастухам явился тварный ангел, может быть, архангел Гавриил.

8.10. Ангел лица Его

Священное Писание знает откровение «Ангела лица Его» (т.е. Ягве). Пророк Исайя так говорит о Божьем водительстве израильтян из Египта в Обетованную Землю: Во всякой скорби их, Он не оставлял их, и Ангел лица Его спасал их (Ис. 63:9). «Ангел лица Его» – מלאך פניו (Малеах панайв). Архим. Никифор: «Ангел лица Его (т.е. Господа) (Ис. 63:9) – под сим наименованием некоторые разумеют Архангела Гавриила, стоящего пред лицом Божиим; другие же относят означенное выражение к Самому Воплощенному Слову, которое есть сияние Славы Отчей»661. Во втором случае, «Ангел лица Его» то же, что и «Ангел Ягве» – Слово Божие, Логос, таинственно являвшийся в ветхозаветные времена. Явно, что именно так понимали семьдесят толковников. Они переводят: Не ходатай, ниже ангел (ουδέ άγγελος), но Сам Господь спасе их (Ис. 63:9). Т.е., прямо утверждается, что не ангел, а Сам Господь вел Свой народ в пустыне к Обетованный Земле. Так толкует и св. Иоанн Златоуст: «Теперь же смотри, каким образом Он напоминает им о Своей любви: не ходатай (какой-либо), ниже ангел, но Сам Господь спасе я. Великое дело охранять, но еще большее, когда Он Сам хранит...»662.

В иудейских апокрифах встречается понимание Ангела лица Его, как тварного духа. Так, в «Книге Юбилеев» сам Ангел лица Его говорит Моисею: «Ибо в первый день сотворил Он небеса наверху и землю, и воды, и всех духов, служащих пред Ним: Ангелов лица Его, и Ангелов освящения, и Ангелов огня (des Feuergeistes), и Ангелов ветра (des Windgeistes) и духа облаков тьмы и снега, и т.д.»663. Среди тварных духов, ангелы лица Его поставляются иерархически на первом месте. Таковые ангельские силы действительно существуют. Один из них – ангел Рафаил. Он сам говорит о себе: Я – Рафаил, один из семи святых Ангелов, которые возносят молитвы святых и восходят пред славу Святого (Тов. 12:15).

Однако, пророк Исайя явно говорит не о тварном ангеле лица Ягве, а о сиянии славы Отчей, о таинственном и предвечном Слове безначального Отца. Сей Ангел лица Ягве и есть тот же Ангел Ягве, Божий Сын, явившийся Аврааму на горе Мориа и остановивший его руку. Божий Сын остановил руку Авраама, ибо не Исаак, а Он Сам должен быть принесен в жертву на этих же горах. Только тогда руку Небесного Отца уже не остановит никто...

Восьмое Богоявление происходит в момент наивысшего испытания веры Авраама. В страшный момент, когда замерли небо и земля, страх Исаака витал над связанным отроком на горе Мориа. Рука отца с ножом занесена над сыном. Явившийся Божий Сын останавливает это жертвоприношение. Он похваляет Авраама: ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего для Меня (Быт. 22:12). И далее ничего не говорит. Молчание...

Но Ягве-ире – Господь усмотрит!

В чаще Авраам увидел запутавшегося рогами овна и принес его в жертву. Исаак – жив!

Ягве Бог усмотрел Ангела – Вестника Своего.

Не Исаак, а Остановивший руку Авраамову, Сам, в Свое время, будет принесен в жертву. Как запутавшийся рогами в чаще овен, так Агнец Истинный возьмет на Себя грех мира (Ин. 1:29).

В этом – первое откровение явившегося на г. Мориа Сына Божия.

Но Ангел Ягве воззвал и во второй раз.

8.11. Божественная клятва Ангела Ягве

И вторично воззвал к Аврааму Ангел Ягве с неба, и сказал: Мною клянусь, говорит Ягве, что так как ты сделал сие дело, и не пожалел сына твоего, единственного твоего (для Меня): то Я благословляя благословлю тебя, и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего (Быт. 22:15–18).

Последнее Богоявление Аврааму дается в клятве Ангела Ягве (Малеах Ягве). Эта клятва – Божественная печать на всем Богооткровении отцу веры, другу Божию – Аврааму. Это заключительный аккорд откровений, явившегося Аврааму, Бога.

Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою... Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их. Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву, дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду (Евр. 6:13, 16–18).

Две непреложные вещи, в которых невозможно Богу солгать – обетование и клятва! Богу вообще невозможно солгать. Но у людей бывает спор и сомнение. Что у Авраама будет великое потомство, через которое благословятся все народы земли – это могло вызвать сомнение и даже привести к спорам. Но Бог обрывает их клятвой – так, как это делается у людей. И, как не имеет кем высшим клясться, клянется Самим Собою.

Но клятва Божия, клятва Вестника Ягве – не только удостоверение Божьего обетования, но и сама – откровение Божие.

Св. Иоанн Златоуст подтверждает, что клятва Ангела Ягве, воззвавшего вторично к Аврааму, есть клятва Самого Бога: Так как ты [Авраам – Г.Ф.] исполнил, говорит, повеление Мое и вполне показал свое послушание, то слушай: «мною самем, – говорит, – кляхся», чтобы ты был уверен, что все, сказанное Мною, совершенно исполнится. Как люди, сопровождая свои обещания клятвой, придают им большую твердость и тем успокаивают получающих обещания, так и Господь, применяя человеческое обыкновение, говорит: «мною самем кляхся"664.

Что касается содержания клятвы, то оно сводится к тому, что не пожалевший ради послушания Богу единственного сына, не потерял его, но в нем обрел еще и семя, как звезды небесные, и как песок на берегу моря, и благословение всем народам. Св. Иоанн Златоуст: «Благословляя, благословлю тя и, умножая, умножу тя. Заметь обилие благословения, – это значит: Я еще более умножу семя твое. Сын, закланный в намерении твоем, распространит потомство твое до такого множества, что оно сравняется с числом звезд и с песком, и вси язы́цы благословятся о семени твоем, занеже послушал еси гласа Моего»665.

Из обетования-клятвы Ангела Ягве видна несправедливость суждения, встречающегося среди разных народов, принимавших христианство, да и ислам. Дескать, зачем было принимать веру иудеев, которые ничем не лучше других народов. Пусть бы веровали они в Бога своего праотца Авраама, но зачем было навязывать эту веру другим народам? Чем Бог Авраама лучше богов других народов?! Зачем было отказываться от отеческих богов, верований и преданий? И на основании этих суждений в последние времена происходило и происходит возрождение древнего язычества, идолопоклонства, шаманизма, облачающихся, при этом, в националистические одежды. На самом деле – все не так! Не один народ навязал своего племенного бога другим племенам, чтобы господствовать и издеваться над ними, а Бог богов явился Аврааму и благословил его потомство. А далее, в семени Авраамовом благословились все народы, перейдя из царства тьмы и демонослужения в царство света и истинного Богопочитания. Национальный вопрос тут вообще ни при чем, речь идет не о нациях, а о народе Божием. Некогда, был им народ израильский, и то не плоти ради, а веры. Не кровь Авраама и культура, а вера делала его потомков народом Божиим. Теперь вера Авраама – в Церкви Христовой – народе, избранном из всех народов.

Обетование-клятва Ангела Ягве содержит в себе мессианский смысл. И благословятся в семени твоем, – клянется Ягве, – все народы земли. Это толковал еще св. апостол Павел: Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: «и потомкам», как бы, о многих, но как об одном: «и семени твоему», которое есть Христос (Гал. 3:16). Т.е., благословение всем народам придет, собственно, не от потомков Авраама (иудеев, арабов), а от Христа. Поразительно, что сами иудеи и арабы еще и по сей день не приняли Христа, следуя Моисею и Мухаммеду. Благословение – всем народам, исполнение клятвенного обетования Ангела Ягве – во Христе-Мессии.

Мессианское значение клятвы Божией усматривается даже в Мидрашах (иудейском толковании Св. Писания). Так, Мидраш Рабба, широко обсуждая слова клятвы «И благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего», утверждает: «в дни Мессии, Израиль будет подобен песку морскому»666.

Следуя апостолу Павлу, мессиански понимали клятву Ангела Ягве и святые отцы Церкви.

Блаж. Августин: «Таким образом, это обетование Божие о призвании народов в семени Авраама после всесожжения, означавшего Христа, подтверждено еще и клятвою. Часто обещал Бог прежде, но никогда не клялся. А что значит клятва истинного и праведного Бога, как не подтверждение обетования и некоторый укор неверующим?»667.

8.12. Сказание Агады

Удивительное описание жертвоприношения Исаака приведено в Агаде:

«Лежал Исаак на жертвеннике, устремив взор в глубину небес. И не в силах был Авраам оторвать глаз от сына; и плакали эти старые глаза слезами беспредельного горя и отчаяния. Вот он взял в руку нож... Не дрогнет его рука, пока четвертая часть крови не выйдет из тела сына. Но сатана оттолкнул руку Авраама, и нож, падая, со звоном ударился о камни жертвенника. Нагнулся Авраам за ножом, но в это мгновение потрясающий вопль вырвался из груди его, глаза, полные невыразимой скорби, поднялись к небесам, и голос его зазвучал:

Подъемлю к горам очи мои – Откуда придет помощь моя?

В это мгновение небеса расступились над Исааком, и видел он: в ослепительном блеске катится Колесница Небесная; тесными рядами сонмы ангелов сомкнулись, и звучат их голоса: «Глядите, единственный единственного на заклание привел!»

В это мгновение раздался небесный голос: «Не поднимай руки твоей на отрока».

– Кто ты, говорящий ко мне? – спросил Авраам.

– Я – ангел Господень, – был ответ.

– Нет, – сказал Авраам, – я не могу послушаться слов твоих. Господь Сам повелел мне принести в жертву сына моего, и от Него я желаю услышать об отмене Его веления.

Разорвались облака, распахнулась лазурь.

– Клянусь! – раздался голос Господень.

– Ты поклялся, Господи, – вновь заговорил Авраам, – но и я поклялся, что не сойду с этого жертвенника прежде, нежели не выскажу всего, чего желаю я.

– Говори, – сказал Господь.

И говорил Авраам:

– Не обещал ли Ты, Господи, говоря: «Сосчитай звезды, – так же неисчислимо будет потомство твое»?

– Да, обещал, – ответил Господь.

– От кого же пойдет потомство мое?

– От Исаака.

– Не говорил ли Ты далее: И сделаю потомство твое, как песок земной?

– Да, Я говорил это.

– От кого?

– От Исаака.

– И вот, Господи, я мог бы сказать Тебе: «Вчера Ты обещал мне потомство от Исаака, а ныне велишь повести его на заклание», но я преодолел ропот сердца моего и не стал заклинать Тебя, так поступи и Ты, Господи: когда согрешат потомки Исаака и навлекут на себя несчастие, вспомни тогда жертвоприношение Исаака, и да зачтется это перед Тобою, как, если бы от него один ворох пепла остался на жертвеннике; вспомни об этом и прости потомкам его, и избавь их от бедствия.

Отвечал Господь:

– Я выслушал слова твои; теперь слушай, что Я скажу: предопределено потомкам Исаака грешить предо Мною; и раз в году, в день Новолетия, совершаться будет суд Мой над ними. А, дабы Я смягчал вину их, вспомнив о жертве Исаака, пусть они трубят в рог этот.

– О каком роге говоришь Ты, Господи?

– Оборотись назад.

И взглянул Авраам, и видит: овен запутался в чаще рогами своими.

Весь день после этого перед Авраамом мелькал овен: зацепит рогами за ветви дерева и едва успеет высвободиться, как тут же запутается в кустарнике.

– Авраам! – сказал Господь. – Так и потомкам твоим суждено: запутавшись в грехах, они будут скитаться из страны в страну, из царства в царство.

– Господи! – вырвался крик из груди Авраама. – Когда же наступит конец их скитальчеству?

И был ответ:

Придет Господь. Как молния из тучи,

Сверкнет стрела Его; Он возгремит трубой,

И в бурях юга шествовать Он будет.

Сынов твоих Бог воинств защитит;

И будут ликовать они, как от сикеры,

И камни пращные ногами попирать:

И радостью, и мощью их сердца

Наполнятся, как жертвенная чаша,

И, как алтарь по всем его углам.

Подобно пастырю, Господь спасет народ Свой,

И он в стране Господней воссияет,

Как адаманты в царственном венце...»668.

Завершилось Божие откровение Аврааму, клятвой запечатлелось – и, как реки, потекли токи Божиих благословений. Св. Филарет Московский: «Благословляя, благословлю тебя, и, умножая, умножу семя твое, и пр. Теперь все прежние многочастные благословения и обетования, совокупно и с усугублением, льются на главу Патриарха»669.

...Отзвучали слова клятвы. Скрылся Являющийся. Под сомкнувшимся небом, осыпанным мириадами звезд, по несчитанным песчинкам морского берега, по просторам Обетованной Земли продолжал странствие пастух, пришлец из Ура Халдейского.

* * *

633

«О молитве», п. 8.

634

На кн. Бытия, беседа 47, п. 1.

635

О граде Божием, кн. 16, гл. 32.

636

Толк. Библия, толк. на Быт. 22:1.

637

Летопись, ч. 2, с. 167.

638

Записки к книге Бытия, ч. 2, с. 169.

639

Die Apokryphen, Verborgene Bucher der Bibel, Erich Weidinger, Pattloch Verlag, 1994, с. 176, перевод е нем. автора.

640

Летопись, ч. 2, с. 169.

641

Летопись, ч. 2, с. 170.

642

Ляшевский Стефан, протоиерей. Библия и наука: Опыт согласования современных научных данных с библейским повествованием в свете новейших раскопок и исследований. Изд. Православного Братства «Неопалимая купина», М., 1996, с. 185.

643

О граде Божием, кн. 16, гл. 32.

644

Комментарий к Пятикнижию Моисееву в пер. О.К. Штейнберга.

645

Толк. на кн. Бытия, с. 294.

646

О граде Божием, кн. 16, гл. 32.

647

Агада. Сказания, притчи, изречения Талмуда и Мидрашей, пер. С.Г. Фруга, М., изд. «Раритет», 1993, с. 34.

648

Толк. на кн. Бытия, с. 284.

649

На кн. Бытия, 47, п. 3.

650

О граде Божием, кн. 16, гл. 32.

651

Омилии, ч. 1, ом. 11 «О честном и животворящем Кресте», с. 110.

652

Летопись, ч. 2, с. 170–171.

653

На кн. Бытия, 38, п. 5.

654

Разг. с Трифоном, п. 127.

655

Разг. с Трифоном, п. 60.

656

Толк. на кн. Бытия, с. 282.

657

Афанасий Великий, святитель. Творения, т. II, изд. Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, М., 1994. На ариан – слово третье, п. 12–13.

658

Там же, п. 14.

659

На кн. Бытия, 47, п. 3.

660

Записки к книге Бытия, ч. 2, с. 99.

661

Библейская энциклопедия. Труд и издание архим. Никифора. М., Типография А.И. Снегиревой, 1891, с. 48. Таким же образом, как явление Сына Божия, объясняется явление Ангела лица Его и в «Библейском словаре» Э. Нюстрема [Иоанн Дамаскин, святой. Точное изложение православной веры, с. 20].

662

Толк. на пр. Исайю, гл. 63.

663

Книга юбилеев, с. 142, пер. автора с нем.

664

На кн. Бытия, 47, п. 4.

665

Там же.

666

Bamidbar Rabbah 2, цит. по Сантала Ристо. Мессия в Ветхом Завете в свете раввинистических писаний. «Библия для всех», с. 30.

667

О граде Божием, кн. 16, гл. 32.

668

Агада. Сказания, притчи, изречения Талмуда и Мидрашей, пер. С.Г. Фруга, с. 35–36.

669

Записки к книге Бытия, ч. 2, с. 175.


Источник: Прот. Геннадий Фаст. Этюды по Ветхому Завету. Руководство к изучению Священного Писания. Книга 1. Красноярск: Енисейский благовест, 2007. - 352 с.

Комментарии для сайта Cackle