преподобный Иустин (Попович), Челийский

Правда о Сербской Православной Церкви в коммунистической Югославии

В память об отце Иустине

31 мая 1979 г. Святая Гора

Изгнанный из Университета в 1945 году, переживший арест и допросы и вновь изгнанный, отец Иустин в 1948 году приехал в небольшой расположенный в горах монастырь Челие, где и пребывал вплоть до конца своей жизни как несвободный узник коммунистического режима.

Доверяя ему, как никому другому в Сербской Православной Церкви, верующий сербский народ приходил к нему и изливал свои скорби и печали, терзаясь душой из-за общей несвободы, из-за гонения на веру и Церковь, на «крестную славу», на души православных христиан – на все то, что и было, и есть сербское, православное, свято-саввское, свято-косовское.

Лишенный возможности сделать нечто большее – причем ни сербские Патриархи, ни епископы к нему, как правило, не прислушивались (а некоторые из епископов были даже изгнаны с кафедр за связь с ним), – отец Иустин и свои собственные, и народные муки под коммунистическим игом изливал в плаче, подобном плачу Иеремии, и в молитвенных воплях ко Христу Распятому.

За каждое смелое слово или проповедь, за каждый текст или богословскую книгу, которые появлялись за границей, он имел неоднократные приводы в валевское или белградское Управление госбезопасности, где был допрашиваем и «переубеждаем», а затем вновь отправляем на заточение в Челие без права выхода из него на целые месяцы. И так все это продолжалось из года в год. Сестры Челийского монастыря и паломники постоянно претерпевали разного рода угрозы и запугивания, изощренность которых всем нам хорошо известна.

Как «сокровенная совесть Сербской Церкви», как назвал его греческий академик Кармирис, он не мог не написать такого поистине мученического текста, как свидетельство о правде о Сербской Православной Церкви под коммунизмом Иосипа Броза и окружающих его «богов и божков, больших и малых идолов»: Ранковича, Пенезича, Бакарича, Карделя, Фадиля Ходжи... и разных иуд.

Текст был составлен в январе 1960 года и подготовлен к обнародованию «самиздатом» в стране и в печатных изданиях за границей. С текстом ознакомились некоторые епископы и – кивки головой, отмашки, замыкание в себе – «страха ради горшего»...

Сам отец Иустин всегда был готов к мученичеству. Но знал он и то, что Церковь – это не только он один. Не только он один и пострадает. Преследованиям подвергнутся в первую очередь Челийское сестричество, а затем все к нему приходившие и рассказывавшие ему о своих страданиях за веру (по этой причине их имена мы здесь не указываем).

Разрешился он от мира сего до смерти Броза. Текст остался для опубликования.

и. А. Евтич

I. Об отношении Церкви к властям

Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам. Деян.5:29

Это – душа, это – сердце Православной Церкви; это – ее главное благовестие, заключающее в себе все другие благовестия, т. е. всеблаговестие. Она живет этим и ради этого. В этом – ее бессмертие и вечность; в этом ее непреходящая всеценность и всезначимость. Повиноваться больше Богу, нежели человекам, – это принцип всех ее принципов, святыня всех ее святынь, мерило всех ее мерил.

Это все-благовестие является сущностью всех святых догматов и всех святых канонов Православной Церкви. Здесь абсолютно недопустимо, ценой чего бы то ни было, делать со стороны Церкви какие-либо уступки каким бы то ни было политическим режимам или же идти на компромиссы с людьми или с демонами, а также, еще в большей степени – с неприкрытыми гонителями Церкви, церкво-борцами, стремящимися во что бы то ни стало ее уничтожить.

Повиноваться больше Богу, нежели человекам, – это устав Православной Церкви, Устав вечный и неизменный, Устав всех уставов, а также вечная и неизменная ее позиция, в соответствии с которой должны вырабатываться все другие ее позиции (в сербском языке слова «устав» и «позиция» (сербск. – «став»), являются однокоренными. – Примеч. пер.). В этом содержится и первый ответ Церкви первым ее гонителям (см.: Деян.5:29); но это – ответ и всем последующим ее гонителям во все последующие века, вплоть до Страшного Суда. Для Церкви Бог всегда на первом месте, а человек – всегда на втором. Поэтому людям можно и должно повиноваться до тех пор, пока они не ополчаются против Бога и Божиих законов. Но как только они начинают противиться Богу и Его законам, Церковь должна против них выступить и им воспротивиться. Если же она этого не делает, то остается ли она Церковью? И представители Церкви, если они так не поступают, остаются ли они апостольскими представителями Церкви? И оправдываться при этом так называемой «церковной икономией» – не есть ли это не что иное, как прикровенно предавать Бога и Церковь? Такая «икономия» – это просто-напросто предательство Церкви Христовой.

Церковь – это вечность во времени, в этом временном мире. Мир претерпевает изменения, но не изменяется Церковь; не изменяется ее вечная Божественная истина, ее вечная Божественная правда, ее вечное Божественное Евангелие, ее вечные Божественные средства ко спасению верующих. Они не изменяются, потому что не изменяется Господь Иисус Христос, Который и делает ее таковой. Во всю вечность действует и не стареет евангельская истина: Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же (Евр.13:8). Церковью вечность присутствует во времени, чтобы время ею освящалось, обновлялось, срастворялось с вечностью и равнялось на нее. Не она должна ориентироваться на время или потворствовать духу времени, а, напротив, время должно руководствоваться ею как Вечной и дух времени должен ей покоряться как носителю Духа вечности, Духа Богочеловечности. Ибо она – всегда Божественная, всегда Святая, всегда Апостольская, всегда Соборная, и поэтому никогда нельзя жертвовать Вечным ради временного, Божиим ради человеческого, Небесным ради земного. Нельзя и приноравливаться к духу времени. Напротив, в задачу Церкви входит: вводить время в Вечность, преобразовывать временное, дабы оно стало способным воспринять в себя Вечное, возрождать все человеческое Богочеловеческим. Ее вечный путь в этом мире – это сначала Бог, а затем человек; впереди Бог, а за ним человек, дабы Господу Иисусу Христу иметь во всем первенство (Кол.1:18).

Власть в принципе – от Бога (см.: Рим.13:1–6): и иерархия ценностей, и иерархия порядка имеют бытие от Бога. Поэтому в принципе должно повиноваться власти как своего рода регулятору и как хранителю этого переданного Богом, Божественного порядка в мире. В противном случае все низвергается в без-властие, в анархию.

Властям надлежит покоряться, пока они поддерживают Божественный порядок в мире, пока они – слуги Божии и пока они и в самой жизни поступают как слуги Божии. Покоряться властям подобает, потому что они как слуги Божии носят меч, наказывающий зло и защищающий добро. Покоряться властям подобает, потому что они слуги Божии – отмстители в наказание делающему злое, а не доброе. Но если власти нагнетают страх и мстят делающим доброе, если власти преследуют Божие добро, если гонят они самое величайшее Благо, Все-Благо мира сего – Господа Иисуса Христа, а тем самым – и Его Церковь, то таким властям повиноваться не следует, нельзя даже слушать их. С такими властями христианин должен бороться: бороться святыми, евангельскими средствами. Никогда не должен христианин повиноваться больше людям, нежели Богу, а особенно тем людям, которые против Истинного Бога и против Его Евангелия.

Власть в своем начале, в принципе – от Бога. Однако если власть отрекается от Бога и начинает выступать против Бога, то она превращается в сплошное олицетворенное насилие и тем самым перестает быть от Бога, становясь властью от дьявола. Таким образом, мы, христиане, знаем и тайну власти, и тайну насилия: власть благословлена Богом, насилие же Богом проклято. Все, что от Бога – добро, но стоит этим злоупотребить, как оно тут же становится от дьявола. Злоупотребление Божиим – в этом весь дьявол, в этом весь дьяволизм всех миров, включая и человеческий. Власть – от Бога; и пока она действует в Боге и ходит под Богом и с Богом – она благословенна. Но как только она оставит Бога, то становится тиранией, свирепым насилием – и тем самым переносит себя под власть антибога, противобога, дьявола.

Таково евангельское, апостольское, святомученическое, святоотеческое, православное учение о природе и значимости власти. Таково об этом святое и непогрешимое учение Православной Христовой Церкви, таково оно от начала до сего дня, таким пребудет оно и от сего дня во все последующие века. Свидетели сему? – Все святые апостолы, все святые отцы, все святые мученики. Особенно – святые мученики, начиная от святого первомученика Стефана и вплоть до нашего святого дьякона Аввакума и всех прочих святых мучеников, пострадавших уже в наши дни. Все они пострадали за Господа Иисуса Христа, по большей части – от царей, королей и тиранов, одним словом – от богоборческих властей мира сего. И количество этих святых мучеников и исповедников исчисляется даже не тысячами, а миллионами. Все они – святые и бессмертные свидетели Богочеловеческой истины, заключающейся в следующем: христиане должны противиться безбожным и богопротивным указам и постановлениям царей, начальств и властителей мира сего, кем бы они ни являлись и где бы ни находились. Каждый святой мученик, каждый святой исповедник – это живое и бессмертное воплощение пресвятого все-благовестия Православной Церкви: Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам. Каждый из них всей душой, всем сердцем, всей своей силой, всем умом исполнял это Божественное все-благовестие. И потому все они были мучимы, подвергаемы пыткам и издевательствам и приняли смерть от богоборческих правителей в те или иные века истории.

Вот известное число этих Бесчисленных святых и Бессмертных свидетелей:

1. Святой мученик Гликерий, пресвитер († 303), говорил царю Максимиану в никомидийском храме, переполненном христианами, которых царь намеревался сжечь вместе с храмом – что и сделал, – если не отрекутся от Христа: «Царь, мы не хотим обещанных тобою нам даров и не боимся твоих угроз, потому что все, что в мире, – для нас как бы сон, и считаем мы наказанием и ущербом – не претерпеть лютейших мук за Христа... Нисколько не страшимся мы и твоего гонения, ибо имеем оружие, врученное нам Небесным Царем; Его оружием мы вооружаемся и Его оруженосцами мы ограждены, как ты теперь огражден своими воинами. И твердо надеемся мы на то, что, ведя с тобою брань, одержим мы чудесную победу: ибо мы, будучи поражаемы – превозмогаем, и, падая – побеждаем».

2. Святой мученик Иаков Персянин († 421) и царь Издигерд. Царь обращается к мученику: «Знай, что я осуждаю тебя на смерть. Но не поражу тебя мечом, а буду долго подвергать различным мукам, чтобы умер ты горькой смертью». – Святой Иаков отвечает: «Царь, делай немедленно все то, чем хвалишься, что будешь делать. Однако знай: не испугают меня твои слова, подобные ветру, дующему на камень, и не устрашат меня твои угрозы; не боюсь я смерти, потому что знаю, что временная смерть – не смерть, а сон: ибо при страшном Пришествии Христа моего все люди восстанут из гробов, как ото сна» (т.е. воскреснут).

3. Святой мученик Тивуртий († 230) говорит царскому епарху в Риме Флавиану: «Ты грозишь нам мучениями? Но разве нам, христианам, страшно страдать за Бога нашего? Угрожаешь мечом? Но ведь он лишь освободит нас из этой темницы плоти, и мы получим небесную свободу. Грозишь огнем? Но мы угасили великий пламень похоти в нашей плоти, и нам ли после этого бояться огня вещественного? Угрожаешь изгнанием? Но Бог наш – повсюду; и где бы мы ни находились с Богом нашим, там нам и место».

4. Святой мученик Мина († 304) и царский наместник Ермоген, мучитель христиан. – Ермоген требует от святого Мины выполнения царского указа. Святой Мина отвечает: «Святое это дело – почитать царей за власть и порядок. Но когда цари неправильно и неблагочестиво почитают Бога, Который и есть Верховная Власть, и не воздают Ему должного поклонения, тогда их чтить не подобает».

5. Царский наместник Агриппин предупреждает святого мученика Платона († 306) и угрожает ему, если он не исполнит царских повелений. Но святой Платон ему отвечает: «Я знаю повеления Бога моего и поступаю так, как предписывают мне Его святые и животворящие заповеди».

6. Святые мученики – епископ Акепсим, пресвитер Иосиф и диакон Аифал (пострадали около 376 г.) – и их мучитель, князь персидских магов. Святым мученикам, которых он подвергает мучениям, князь советует: «Не противьтесь царской воле». А они ему отвечают: «Всякий исполняющий волю вашего беззаконного царя – противится Богу».

7. Святой мученик Трофим († около 300 г.) и судья Аттик, царский наместник. Судья Аттик спрашивает мученика: «Читал ли ты царские указы относительно христиан?» – Святой же ему отвечает: «Да, я их прочитал. Но что они для нас? Между верой и демонским заблуждением существует такое же различие, как между днем и ночью».

8. Святой преподобномученик Андрей Критский († 767) отвечает царю Константину Копрониму: «Не дай Бог, чтобы отрекся я от Христа моего... Лучше тебе, царь, заниматься делами военными и управлять народом, нежели гнать Христа и Его служителей».

9. Святая великомученица Евфимия и с ней сорок восемь мучеников († 304) – и царский наместник Приск. Приск их спрашивает: «Это вы противитесь царскому и нашему распоряжению, пренебрегая приношением жертв великому богу Арею?» – Мученики ответили: «Царскому или твоему повелению, царский наместник, надлежит повиноваться, если оно не противно Небесному Богу; если же оно противно Богу, то ему не только не следует повиноваться, но, напротив, надобно ему воспротивиться. Если бы вы нам приказали то, в чем мы должны покоряться властям, то мы бы отдали кесарево кесарю (см.: Мф.22:21). Но так как ваше распоряжение богопротивно и богомерзко, потому что повелеваете вы почитать тварь более Творца, поклониться и принести жертву демону, а не Богу Всевышнему – то мы этого распоряжения никогда не послушаем, ибо мы – истинные поклонники Истинного Бога, живущего на небесах».

10. Святая мученица Нимфодора и ее святые сестры Минодора и Митродора (пострадали около 305–311 гг.) говорят своему мучителю, князю Фронтону, вельможе царя Максимиана: «Неужели думаешь ты испугать нас мучениями и лютыми ранами? Собери же из всей вселенной орудия мучений: мечи, колья, железные ногти; созови всех мучителей со всего мира; соедини все виды мучений и обрушь их на наше слабое тело – и ты увидишь, что скорее сломаются все орудия, и у всех мучителей устанут руки, и все виды мучений будут исчерпаны, нежели отречемся мы от Христа нашего, за Которого горькие муки окажутся для нас сладким раем, а времена смерти – вечной жизнью».

11. Святой священномученик Филипп, епископ († 304), отвечает царскому наместнику Иустину: «Я – христианин; и не могу совершить того, что ты требуешь; ты можешь меня мучить, но победить ты меня не сможешь».

Спустя семь месяцев тот же наместник спрашивает того же святого: «Почему ты так неразумно противишься царской воле?» – А он ему отвечает: «Не поступаю я неразумно, но исполняю волю Бога, Творца и Судии всяческих. Священное Писание говорит: Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу. Это я и исполняю. Справедливым царским повелениям я всегда покорялся».

12. Насмехаясь над мучителем-князем и мучениями, которым он его подвергает, святой мученик Каллиник († 250) громко ему выкрикивает: «Угрожал ты мне большими муками, а налагаешь на меня весьма малые. Причини же мне величайшие раны, отдай меня на самые лютые мучения, ибо ни огня я не боюсь, ни меча не страшусь и смеюсь в лицо смерти, ожидая получить вечную жизнь от Господа моего».

13. Святой великомученик Пантелеймон († 305) отвечает люто мучащему его царю Максимиану: «Царь, умершие за Христа, кто бы они ни были, не погибли, но оказались в вечной жизни... И считаю я для себя потерей не умереть за Христа, а прибылью – умереть за Него».

14. Святые мученицы, монахини-девственницы (пострадали около 305 г.) отвечают предающему их на мучения архимагу: «Мы поклоняемся Господу нашему Иисусу Христу, а царского повеления мы не слушаем; делай с нами, что хочешь».

15. Святой священномученик Антипа, епископ Пергамский (ученик святого апостола Иоанна Богослова, пострадал в конце I в.), отвечает царскому воеводе: «Воевода, знай следующее: я – христианин, и поэтому безумному и безбожному царскому указу я не покорюсь».

16. Царский наместник Евпсихий спрашивает святого мученика Феодула (около 300 г.): «Разве ты не знаешь, что это справедливо – слушаться распоряжений царей, правящих вселенной?» Святой Феодул отвечает: «Воистину справедливо и благочестиво послушаться и на деле исполнить то, что повелевает Господь неба и земли, а распоряжений временно правящих царей хорошо послушаться только тогда, когда они праведны и не противны небесному Творцу; если же они неправедны, то их ни в коем случае нельзя исполнять».

17. Севастиан, военачальник римского императора Антонина, сообщает святому мученику Виктору, воину (около 150 г.): «Мы получили от императора распоряжение, в котором он приказывает вам, христианам, принести жертвы нашим богам; непослушных же подвергнуть тяжким мучениям». Святой Виктор отвечает: «Этому безбожному повелению смертного царя не окажу я никакого послушания и не исполню его воли, потому что есть у меня Бессмертный Царь и Спаситель мой Иисус, Царство Его бесконечно, и творящий волю Его получит жизнь вечную; а у смертного царя вашего и царство временно, и исполняющие его безбожную волю погибнут навеки».

18. Святая мученица Иулиана (пострадала около 275 г.) отвечает императору Аврелиану: «Ни мучений твоих я не боюсь, ни угрозы твои меня не беспокоят. Ибо есть на небеси Бог, могущий избавить нас и от твоих безбожных рук. Все мучения, которые имеешь ты в своем распоряжении, наложи на меня, дабы по ним познал ты помощь Господа моего Иисуса Христа».

19. Святой мученик Кодрат Никомидийский († 250) и царский наместник Перений. – Перений приказывает святому Кодрату: «Покорись законам царским, а не Христовым!» Святой же отвечает: «Покоряюсь я законам Небесного Царя, а не безбожным указам людей, не знающих Бога».

20. Святой священномученик Власий, епископ Севастийский († 316) говорит царскому игемону Агриколаю: «Не боюсь я твоих угроз; мучь меня, как хочешь. Вот, за Христа моего предаю я тебе тело мое, а Бог имеет власть над моей душой».

21. Военачальник Нерона, святой мученик Виктор (около 64 г.), говорит князю Нерона Севастиану: «Я буду творить волю Небесного и Бессмертного Царя Христа, а об указе земного царя Нерона, чтобы воздвиг я гонение на христиан, не хочу и слышать».

22. Святой священномученик Климент Анкирский, епископ († 312), говорит царскому наместнику Домициану: «Наместник царя, ваши дары считаю я ущербом, ваши награды – позором и высокое положение – каторжной работой; а поношения, угрозы, мучения считаем мы наслаждением и утешением; более того, с их помощью мы соединяемся с Богом. Зная это, не надейся, что сможешь чем-либо отвратить нас от веры. Не добьешься ты этого, ни обещая награды и дары, ни угрожая мучениями».

23. Царскому епарху Аквилину, мучащему святого Трифона († 250) и предлагающему ему поклониться царской статуе, святой мученик отвечает: «Презрел я и самого царя, и оплевал его безумные повеления; неужели поклониться мне теперь его бездыханной статуе?»

24. Царскому наместнику Кинтиану, обещающему свободу заключенной в темницу святой мученице Агафье († 302), она отвечает: «Для нас свобода – это служить Христу». Затем на суде тот же наместник требует от нее повиновения царскому указу, а она ему на это отвечает: «Слова твои ничтожны, и повеление царя твоего неправедно; оно и самый воздух оскверняет».

25. Епарху царя Траяна Тертиллу святой апостол Онисим († в I в.) говорит: «Все те мучения, которым ты меня подвергнешь, будь они и самыми ужасными, не устрашат меня, ибо, утешаемый чаянием будущих благ и укрепляемый силою Христа моего, я перенесу их легко».

26. Святым мученикам Евтропию, Клеонику и Василиску († 308) является Господь и говорит им: «Когда мучили вас, Я стоял там, рядом с вами, взирая на ваше терпение. И так как начало мучений вы мужественно перенесли, то буду Я вам помощником, пока не закончите вы подвиг свой. Имена ваши будут записаны в книге жизни».

27. Святой преподобномученик Конон († около 275 г.) говорит воеводе императора Аврелиана Дометиану: «Умереть за Христа – это не смерть, а обретение вечной жизни».

28. Святой священномученик Зиновий, епископ († около 303 г.), говорит Лицию, наместнику императора Диоклетиана: «Жизнь временная без Христа – это не жизнь, а смерть; а смерть ради Христа – это не смерть, а жизнь вечная».

29. От святого великомученика Феодора Тирона († 306) царский наместник Публий требует исполнения царского богопротивного повеления и угрожает ему, а он ему на это отвечает: «Не боюсь я ни тебя, ни твоих мучений, будь они и самыми страшными. Давай, делай, что хочешь. Ибо ожидание будущих благ, уготованных у Бога моего, располагает меня быть храбрым, в уповании на эти блага и на венец, сплетенный мне Богом... Мучения же, которым ты меня подвергаешь, – это для меня не мучения. Ибо рядом со мной Господь мой и Царь Иисус Христос, избавляющий меня от твоих мучений. Но ты Его не видишь, ибо очи ума твоего слепы».

30. Святой священномученик Садок, епископ Персидский († около 343 г.), и царь Сапор. Святой Садок и вместе с ним сто двадцать восемь мучеников, принуждаемые к исполнению богопротивного царского указа и подвергаемые мучениям, не желают ему повиноваться. И святой Садок говорит: «Мы – христиане; и кланяемся единому Богу, Творцу неба и земли; и Ему служим мы всей своей душой и всей своей силой; а солнцу, которое Он сотворил, мы не поклоняемся и не обожаем мы огонь, ибо Бог сотворил их, чтобы они служили людям. Поэтому не будем мы повиноваться царскому об этом повелению и не станем отступниками от Бога нашего. Не боимся мы и смерти, переводящей нас из этой временной и суетной жизни в жизнь вечную. Посему не медлите ни минуты, но всех нас немедленно убейте! Не щадите нашей крови, которая будет проливаться перед вашими глазами!»

Тогда сам царь говорит мученикам: «Если не послушаете моего повеления и не исполните моей воли, то вот, наступил страшный час вашей погибели». – На это святые мученики как бы едиными устами ответили: «Не погибнем мы, благодаря Богу нашему, и не умрем во Христе Его, ибо оживляет Он нас блаженной и вечной жизнью и дает нам в наследие и упокоение бессмертное царство. Давай же, скорее предай нас смерти, ибо все мы всем сердцемготовы умереть за Бога нашего, но солнцу и огню мы не поклонимся и не послушаем безбожных царских повелений, исполненных смерти и погибели».

31. Императору Антонину Пию и Римскому сенату святой мученик Иустин Философ († 157), первый философ, ставший христианином, пишет в своей знаменитой Апологии следующее: «Вы можете нас убивать, но повредить вы нам не сможете».

32. Царским посланникам-вельможам и среди них – епископу Феодосию, святой Максим Исповедник, игумен († 662), заявляет: «Охотно соглашусь я на все, что повелит мне царь, если это не противно Богу и не наносит вреда вечному спасению души».

33. Святой Феодор Студит, игумен (упокоился в 826 г.), говорит императору Льву Армянину: «Бог поставил в Церкви одних Апостолами, других пророками, иных евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых (Еф.4:11–12). Апостол не сказал: “и царями”. Тебе, царь, вверено управлять мирскими делами, городскими работами и военной силой. Об этом ты и прилагай попечение, а церковные дела оставь пастырям и учителям, как учит об этом апостол. Если же нет, то знай, что мы не примем учения, противного нашей православной вере, если бы принес его даже Ангел с неба, а тем более не послушаем мы тебя, земного, бренного человека».

Тот же святой Феодор Студит говорит тому же императору в царских палатах перед вельможами и епископами: «Царь, пойми и внимательно послушай: не твое это – обсуждать и исследовать церковные правила; твоей власти принадлежит решение мирских дел и управление ими, а церковные дела принадлежат епископам и церковным учителям; тебе же повелено последовать за ними и им повиноваться. Так, святой апостол сказал: Иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями (ср.: 1Кор.12:28), а не царями. И в других местах Священное Писание заповедует, чтобы церковными делами управляли церковные учители, а не цари».

34. Император Лев V Армянин, гонитель Православной Церкви, направляет посланников к святому Феофану Сигриану, Исповеднику († 818), и через их посредство требует от него, прибегая и к обещаниям, и к угрозам, чтобы святой Феофан поддержал его, царя-иконоборца. Святой Исповедник отвечает посланным: «Почему это царь пытается запугать меня угрозами, как малое дитя розгой? Пусть приготовит для меня разного рода мучения, пусть разожжет огонь, и я, хотя, как видите, не могу идти своими ногами, все-таки брошусь в огонь за Православие».

Тот же святой исповедник пишет царю из темницы: «Твое, царь, – это ратовать с иноплеменниками. Церковные же догматы и законы должны рассматривать святые отцы, а не цари».

35. Святой Михаил Исповедник, епископ Синадский († 818), говорит императору Льву V Армянину: «Я почитаю святые иконы Спасителя моего Иисуса Христа и Пречистой Девы, Матери Его, и поклоняюсь им, а твое повеление презираю и вменяю его ни во что».

36. Неустрашимый исповедник Истины, учитель вселенной, святой Иоанн Златоуст († 407) отвечает посланникам царицы Евдоксии: «Пусть негодует царица, сколько хочет, но я не перестану говорить истину. Ибо лучше для меня прогневлять людей, нежели Бога; и если бы я угождал людям, то не был бы рабом Христовым».

37. Солнечный столп Православной Церкви, святой Василий Великий († 379), говорит угрожающему ему царскому наместнику Модесту: «Ты заберешь у меня имение? Этим ты ни себя не обогатишь, ни меня не сделаешь бедным. Думаю, что не нужны тебе и эти мои ветхие одежды, и немного книг, составляющих все мое богатство. Изгнания я не боюсь, ибо вся земля – Божия. На мучения и не взираю, ибо они приведут меня к желанному концу, и тем самым ты мне сделаешь благо, потому что скорее пошлешь меня к Богу моему».

Модест сказал ему на это: «Никто не говорил со мной так смело». Святитель на это ответил: «Ибо не приходилось тебе разговаривать с епископом. Мы во всем прочем ведем себя смиренно и кротко, но когда некто хочет забрать у нас Бога и правду Его, тогда мы не взираем на лица».

Наконец Модест сказал: «Размысли до завтра, потому что предам я тебя на казнь». Святой Василий ответил: «Завтра я буду тот же самый, но хочу, чтобы и ты остался при своем слове».

38. Богозрачное солнце Православной Истины, херувимский ревнитель православной веры, пресвятое око Православной Церкви, святой Симеон Новый Богослов, игумен (почил в 1020 г.), говорит в глаза своему правящему епископу, патриарху Цареградскому, отправляющему его в изгнание и гонящему его подло и лукаво: «Согласись учить нас в соответствии со Священным Писанием, последуя бывшим прежде тебя святым отцам, и мы примем тебя как равного апостолам и будем землей и прахом под твоими святыми ногами; и, будучи попираемы тобою, станем считать это посвящением, хиротонией. И не только это, но и распоряжения твои будем мы исполнять до смерти. Но если не будешь ты нас учить так, как побудил бы ты нас покоряться твоим повелениям... в этом случае мы не сможем сказать тебе ничего другого, как только то, что сказали некогда и ученики Христовы: Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам (Деян.5:29)».

Такова позиция, таков путь, такова истина Православной Христовой Церкви, начиная от святых апостолов и до сего дня, и от сего дня до скончания земного мира. За счет этой позиции, т. е. в ущерб этому пути и этой истине, недопустимы ни уступки, ни компромиссы, ни отступления, кто бы их ни делал, будь это хоть сам «Вселенский Собор», если бы он собрался.

II. Сербская Православная Церковь в коммунистической Югославии

Впервые в своей истории Сербская Православная Церковь находится под властью принципиальных безбожников, принципиальных богоборцев, принципиальных противников веры вообще, а особенно христианства как такового. И вот уже в течение полных пятнадцати лет безбожный коммунистический режим ведет запланированную и систематическую войну против Сербской Православной Церкви. С конечной идеологической целью – полностью ее уничтожить. Свидетельства об этом многочисленны, подтверждены фактами и весьма ясны. И всегда потрясают до ужаса. Факты – это самые достоверные свидетели для всех имеющих очи и хотящих видеть и для всех имеющих уши и хотящих слышать. И таких свидетелей – бесконечное множество. Достаточно указать лишь на некоторые факты из этого фактологического «легиона», чтобы сразу можно было почувствовать и воочию убедиться, чем стали небо и поднебесье, земля и подземелье для Сербской Православной Церкви под коммунистической, богоборческой властью.

Вот некоторые из этих свидетелей-фактов:

1. Школа. Повсюду, от начальной до высшей школы, идет систематический процесс обезбоживания учеников. Это составляет самую суть школьного образования (под коммунизмом). Прямо и косвенно ведется запланированная война против Христа и Церкви. Программой предписано и законом «узаконено» богоборческое и христоборческое безбожие. Диктатура безбожия в полном размахе, тщательно разработанная и продуманная. При этом для достижения поставленной цели допустимы все средства; все они используются в полном объеме. Бесконечные вереницы гнусных вымыслов и лжи о Господе Иисусе Христе, все – в «одеянии» научности. Какое гнусное изгнание Христа из душ детей и молодежи! Какие гонения на все связанное с верой: на крестики, на иконки, на хождение в храм, на Причащение, на пост! Какие ругательства, насмешки и хуления Церкви, священства, веры! Какие наказания детей из-за декламирования о святом Савве в церкви! Какие преследования всего, что так или иначе связано со Христом, с Евангелием, со святым Саввой! Одним словом – диктатура безбожия властвует над школой.

2. Просвещение с самого начального до высшего – все не только без Христа, но обязательно и против Христа, против Бога, против Церкви. Обезбожить просвещение – в этом цель всей «просветительской» коммунистической деятельности. И в этом направлении диктатура безбожия действует всеми средствами. Особенно путем публичных лекций и печати. Основным догматом коммунистическо-безбожного «просвещения» является вульгарный лозунг: «Религия – опиум для народа», яд для народа! Поэтому – бороться без передышки с любой верой, особенно с христианской, потому что ее опиумом «отравлено» больше всего людей.

3. Армия. И здесь главный предмет – борьба против Бога, веры, Церкви. Диктатура безбожия прилагает свои неустанные труды к тому, чтобы каждого солдата «перевоспитать» в ратника против Бога, против Господа Иисуса Христа. Здесь и самые средства являются более неприкрытыми и суровыми. Не может быть и речи о правах воинов-христиан: чтобы они ходили в церковь, причащались, постились, торжествовали в день своей «крестной славы» (день святых покровителей рода. – Примеч. пер.), имели Священное Писание, крестик, благочестивые книги, иконки или что бы то ни было другое как признак своей христианской веры.

4. Работники просвещения. Состоят ли они в партии или не состоят, всем так или иначе запрещено обнаруживать свою веру: они не могут посещать храм, не могут причащаться, не могут прославлять «крестную славу», не могут отмечать церковные праздники, не имеют права крестить детей, венчаться в церкви, быть крестными, не имеют права входить в храм даже по случаю отпевания своих родственников и друзей, не могут присутствовать в храме на панихидах. Одним словом – они лишены всех прав, которые должны иметь как христиане. Диктатура безбожия достигает здесь верха своего бесстыдства.

5. Государственные служащие. И они почти все лишены возможности деятельно исповедовать свою веру. В качестве средства «перевоспитания» здесь применяются тайные и явные угрозы, взыскания, «неприятности», различные формы давления, запугивание, иногда перевод на другую работу и – увольнение.

6. Вообще все граждане этой страны. Христоборческая диктатура безбожия косо и мрачно смотрит и на тех граждан, которые хотя и не заняты в сфере государственной службы, однако открыто проявляют свои религиозные чувства и убеждения. Как средство борьбы здесь по большей мере применяются надругательства, насмешки, публичные осмеяния, да и угрозы, если в семье у христианина кто-либо занят на государственной службе.

7. Государственная религия. Если все эти факты собрать воедино, то вся полученная их совокупность, с какой бы стороны мы ее ни рассматривали, неминуемо направляет любой нормальный человеческий разум к следующему выводу: в коммунистической Югославии безбожие – это, по существу, государственная религия, которую диктатура безбожия всеми возможными способами пытается навязать гражданам этой страны.

8. Ренессанс языческого идолопоклонства. Придумано новое верховное божество, новый верховный идол: государство (коммунистическое). Диктатура безбожия требует, чтобы этому идолу было принесено в жертву все: и совесть, и вера, и разум, и тело, и все видимое и невидимое. Новый верховный идол, новый верховный бог, новый Зевс окружен новыми богами, новыми идолами, каковыми являются: позитивистская «наука», материалистическая «философия», коммунистическая «этика», анархистская «эстетика», «соцреалистическая литература» и... иже с ними. Этим новым идолам должен поклоняться каждый и приносить им в жертву самого себя и все свое.

Что это? – Вампирическое идолопоклонство, вампирическое безбожное многобожие, вампирический фетишизм. Вместо одного и единственного Истинного Бога и Господа Иисуса Христа – все наполнено самозваными богами и божками, идолами и истуканами. Стараются быть безбожниками, а на самом деле – многобожники, политеисты, идолопоклонники. Непрестанно вымышляются новые идолы, их провозглашают богами и вносят в новый пантеон с шумными ритуальными церемониями. Диктатура же безбожия всеми возможными способами старается «убедить» или принудить каждого поклониться новым богам и принести им жертву и поддержать «культ личности». Через все это совершается следующее: вампиризация языческо-политеистической жизни, вампиризация языческого образа мышления, языческого образа понимания, языческого образа действий, языческого образа жизни. И, таким образом, вся жизнь протекает в богомерзких языческих сквернах (см.: 1Пет.4:3).

Постепенная ликвидация Церкви

Конечной же, всеобъемлющей целью всей деятельности диктатуры безбожия является полная ликвидация Церкви. В этом направлении ведется запланированная, систематическая «работа»: Церковь постепенно разрушается изнутри и снаружи, идеологически и организационно; употребляются все средства: ведомые и неведомые, явные и тайные, утонченные и откровенно грубые, салонные и тиранические, циничные и фарисейские, диоклетиановские и пилатовские, нероновские и иудины. И все это искусно перемешано, но на самом деле – повсюду одни яд рядом с другим, только в сахариновых оболочках. Диктатура безбожия через все это лишает Церковь ее основных прав. И каждый христианин в изумлении спрашивает: «Являемся ли мы, православные христиане, полноправными гражданами этой страны? Конституцией «гарантирована свобода совести и религии», точно также и Законом о правовом положении религиозных объединений; но где же эта «свобода» для нас, православных?» Свобода – это обеспечение возможностей для осуществления прав. Без этого свобода – не более, чем сказка, басня, сухая абстракция и преступная утопия.

1. Церковное просвещение. На самом деле церковного просвещения и не существует, так как диктатура безбожия практически полностью свела его на нет. Против Церкви и веры пишутся отвратительные, всегда памфлетические, полные грязных инсинуаций бессовестные вымыслы, однако Церкви не разрешено защищаться ни посредством печати, ни с помощью публичных лекций, ни в атмосфере свободных дискуссий. И даже – увы! – не может она этого делать и с церковного амвона! Нападают на нас со всех сторон, но не дают нам защищаться. Если только посмеешь ты встать на защиту Церкви, тут же становишься политическим «врагом» государства, народа, свободы, «братства», «единства»...

Что касается издания церковных книг, здесь мы возвращены в Средневековье, в эпоху до появления первой типографии. Все нам необходимое мы переписываем. Церковной же литературы в широком смысле слова не существует. Цензура здесь беспощадна. Разрешат время от времени лишь нечто самое обычное и самое элементарное, и опять-таки с пропагандистской целью: чтобы не сказали, что выпуск церковной литературы полностью запрещен.

2. Семинарии. Существуют только две. Едва сводят концы с концами. Во многом существуют на подаяние. Семинаристы лишены всех прав, которыми обладают ученики всех прочих школ, от начальных до высших. В армии на семинаристов оказывается постоянное давление, налицо недостойные принуждения и неприличные издевательства: все направлено на то, чтобы заставить их отказаться от принятия священного сана.

3. Богословский факультет. «Плач, рыдание и стон». Здесь диктатура безбожия бессовестно навязала свое право вето при отборе учителей, хотя в соответствии с Конституцией Церковь отделена от государства. Поэтому есть там и «наши», и «ваши». Кто «наши», а кто «ваши»? Это, наверное, знают те, кто находится на самой высшей точке церковного «наблюдательного пункта» и кто неусыпно бодрствует на башне богоборческой диктатуры.

4. Религиозное обучение. «Религиозное обучение (катехизация) в церквах, храмах и, соответственно, в других предназначенных для этого помещениях – свободно». Так гласит статья 4 Закона о правовом положении религиозных объединений. Так она гласит для пропагандистского экспорта за границу, тогда как на самом деле христоборческая диктатура безбожия сделала невозможным религиозное обучение где бы то ни было в нашей стране. Применяются все средства к запугиванию и родителей, и детей, чтобы только дети не посещали уроков основ веры.

5. Церковные хоры – где они? А было их немало до войны по всей стране. Все это разогнала диктатура безбожия разными способами. Сейчас несколько хоров существует в Белграде, преимущественно напоказ иностранцам. И еще, может быть, какие-нибудь слабенькие хорчики где-нибудь в городках внутри страны.

6. Монастыри – вековечные хранители сербского народа, святые твердыни, неусыпные и проницательные стражи сербской совести, живые святыни народной веры, неоспоримые правовые свидетельства сербской земли. Что с ними теперь? Диктатура безбожников постепенно превращает их в «памятники культуры» и в музеи мертвой старины. А это значит – в кладбища, в гробницы. «Памятники культуры?» – надгробные памятники. Какой цинизм еще при живом Сербском народе, еще при живой Сербской православной вере и Церкви!

Пусть это будет ясно всем: для православных сербов монастыри – это живые храмы Живому Богу, святые дома молитвы, святые места, где проливаются наши слезы, святые сокровищницы молитв, и воздыханий, и воплей, и радостных восклицаний наших через все века. Когда же безбожная диктатура превращает эти святые дома молитвы в музеи, то тем самым она делает их вертепами разбойников. Ибо дом молитвы, лишенный молитвы, становится, по слову Всеистинного Бога (Мф.21:13), вертепом разбойников. О, какая трагедия сербского народа! Входишь в святые Сопочаны и платишь сорок динаров за билет в музей! Потому что Сопочаны – уже музей, и нет там святых богослужений. Но увы! Увы! Увы! И еще бесконечное число раз: увы! Входишь в святую Лавру Студеницу – и опять платишь за билет в музей! «О, несчастное угасшее Сербство!»

Создается все больше и больше препятствий для жительства монахов в монастырях. Налоги баснословные. Монастырских послушников-учеников диктатура безбожия разными способами буквально вытаскивает из монастырей, прибегая и к обещаниям, и к угрозам, а также увозя их в другие школы, в ремесленные училища и оказывая давление на родителей.

7. Объединение священников. Просто-напросто – агентура Управления госбезопасности (УДБ). Собрания, обеды, командировки, банкеты, разъезды и путешествия оплачиваются диктатурой безбожия. И газета Объединения «Весник» тоже. Сто процентов состоящих в Объединении священников вступило в него под давлением УДБ, за исключением разве что возглавляющей его продажной клики, т. е. «священников-коммунистов». Это Объединение абсолютно противодогматическое и противоканоническое, противоевангельское и противоцерковное: это – уродливое чудище, это – апокалиптический зверь, переоблаченный в «социального» ангела. А его газета «Весник» – это не что иное, как «лже-евангелие» замаскированного сатаны, чаша яда, залитая сверху тонкой пенкой ложного меда. Это Объединение и по аппарату своему, и по деятельности не принадлежит к Церкви, потому что самим своим существованием действует оно против Церкви, позорит Церковь и разрушает Церковь. Несмотря на то, что это самозваное Объединение осуществляет свою деятельность от имени Церкви, в Церкви оно является не более чем коммунистическим троянским конем.

8. Социальное страхование священников. Это наркоз, которому «хирурги» безбожной диктатуры преднамеренно подвергают пациента, чтобы лишить чувствительности и его совесть, и его душу, пока операционный нож безбожия и церквоборчества не нанесет ему смертельную рану. Под наркозом «социального страхования» легче, более безболезненно будет проведена операция на жертве, осужденной «хирургами» на смерть. Социальное страхование – это слащавая, но предсмертная инъекция тайного яда, впрыскиваемого жертве, приговоренной диктатурой безбожия к смерти. И еще: это – усыпление, это – наркоз, способствующий тому, чтобы жертва не осознавала своей погибели под сложным операционным инструментарием искусных хирургов безбожия.

9. Выборы Патриарха. Диктатура безбожия до настоящего времени «избирала» двух Патриархов... И таким образом цинично попрала святые права Церкви, а тем самым – и святые догматы.

10. Македонская Православная Церковь. Таким катастрофически неправославным и роковым «решением» вопроса «Македонской православной церкви» – святой Савва вновь сожжен67. А вместе с ним сожжены и все святые догматы, и все святые каноны Православной Христовой Церкви. Поэтому в самой заявке о так называемой «Македонской православной церкви» – ее исчезновение и погибель...

11. Раскол в Сербской Церкви68. Смерть и ад следуют за этим Расколом и ненасытно пожирают сербские души. О, пиршество демонов, пиршество антихриста, впервые устроенное за тысячу лет истории Сербского народа! Устроили его коммунистические богоборцы со своими сообщниками, цинично поврав святые догматы и святые каноны Православной Церкви. О, грех, который, по святому глаголу святого Златоуста, не может быть смыт даже мученической кровью! Этим Расколом натравлены на сербский народ все апокалиптические христоборческие звери. «Помрачилось солнце и небо» над несчастным сербским народом. О, невиданная резня сербских душ, особенно в Америке, где из-за этого Раскола сербы и ссорятся, и бьют друг друга, а часто и кровь проливают.

Гонение на Сербскую Православную Церковь

Если все эти факты и бесчисленное множество других им подобных вы соберете в один вопрос: что это? – то ответ может быть один, только один: это гонение на Церковь, какого еще не было со времен святых апостолов и доныне. По существу, это – непрестанная пятнадцатилетняя война против Сербской Православной Церкви, ведущаяся всеми средствами во всех сферах жизни как открыто и всенародно, так и тайно и вероломно. Цель этой войны – антихристианская, антихристова: уничтожение Церкви. Это очевидно и для слепых, если только они будут беспристрастными.

Полностью истребить христианство было целью гонения Диоклетиана, самого свирепого и самого организованного гонения в первые века христианства. Это же самое является и целью христоборческого коммунизма у нас. В каждом коммунисте таится по одному Диоклетиану, а иногда и по Нерону. Невидимый, но словно вездесущий Диоклетиан – здесь, возле тебя, близ тебя, он прикровен, он затаился. Отсюда у нас – рабство страху, а перед безбожниками как раз и стоит задача: страхом превращать людей в безвольных рабов; да, увы! – в таких безвольных рабов, которые даже не имеют права и не смеют знать Бога или же служить Богу. Сколько мудрости и человеколюбия в Уставе Объединенных Наций, требующем для людей «свободы от страха».

Из страха перед гонителями Христа многие у нас и крещаются, и венчаются, и причащаются, и отмечают «крестную славу» тайно, да и во всех прочих таинствах своей веры участвуют тайком, как во времена Декия и Диоклетиана. Многие тайно уходят в далекие церкви, как некогда в катакомбы. Да, да, наш XX век – это катакомбное для нас время, время атомной культуры и первобытной этики!

За эти пятнадцать лет диктатуры безбожия совершена самая грандиозная резня сербских душ, какой не было с тех пор, как сербский народ выступил на поприще истории. Школа – это бойня сербских душ, армия – бойня сербских душ, любое ведомство – бойня сербских душ, любая региональная община – то же самое; вся страна на всем ее протяжении – это огромная бойня сербских душ. Да, огромная бойня, ибо на ней бессовестно убиваются и попираются все святыни сербской православной души и уничтожаются все ее ценности. И эта резня изо дня в день становится все более ожесточенной, все более бесцеремонной, все более жуткой... Вся страна превращена в страшный диоклетиановский амфитеатр, в котором безжалостно гонят, преследуют, мучают и убивают души за православную веру. Православным людям запрещают креститься, венчаться, причащаться, ходить в церковь, – разве это не избиение душ? Сербу запрещают торжествовать в день святого покровителя рода, «крестной славы», – разве это не диоклетиановское место истязаний для сербских душ? Запрещают литии, не дают восстанавливать храмы – разве это не избиение душ? Из около трехсот храмов, разрушенных во время войны в бывшей «Независной државе Хрватской», восстановлено лишь несколько, да и на это едва-едва было получено разрешение от богоборческих властей. А что творят со множеством храмов на Косове и в Метохии и Черногории? О, жуткое и потрясающее избиение православных душ на Косове и на родине владыки Негоша (т.е. в Черногории. – Примеч. пер.)!

Ни один служащий Церкви не имеет права свободно выражать свои религиозные чувства и убеждения. И поэтому его служение – постоянно в опасности. Что это? Диоклетиан с того света уступает первенство в гонении на христиан сегодняшним безбожникам-коммунистам. Вот еще пример: как только осужденный переступит порог места заключения, он автоматически утрачивает все свои христианские права, словно он перестал быть человеческим существом: не имеет он права поститься, нельзя его ни исповедать, ни причастить, а в случае его смерти – отпеть. Что это такое, что, что, что – если не беспримерная ликвидация сербских душ?

Для православного серба под диктатурой коммунистического безбожия все дни превращены в Великую Пятницу: ибо совершается постоянное хуление Христа, надругательство над Ним, постоянное осмеяние, оплевывание, распятие Спасителя. Это осознанно и запланировано делает каждый христоборец и христоубийца. А за ними семенят известные христопродавцы и христоубийцы в рясах: иуды. И содействуют им! В чем? – В оплевании Христа, в истязаниях Христа, в распятии Христа, в убийстве, в возложении терновых, бесчисленного множества терновых венцов на предивную Божественную Главу, драгоценнейшую всех миров и всех вселенных вкупе; да, всех, всех, всех миров – и видимых, и невидимых!

Раскаленная вавилонская печь – вот что такое безбожный коммунистический режим для Сербской Православной Церкви. В этой новой вавилонской печи не сгорят лишь люди крепкой веры, веры свято-саввской. Денно и нощно ходим мы посреди огня. И то, что мы еще живы, – это дело милости Божией и силы Божией. А вокруг нас в бурном вихре носится узаконенная в безбожном просвещении самая гнусная ложь земного мира: «Христос – это миф», «Христос не существовал», «Христос – это обман». В этом заключается вся программа «просвещения». И значит, нужно это признать и этому содействовать – и в то же время считать себя христианином? Нет! Вот, мы открыто свидетельствуем и во всеуслышание заявляем: это – самая низкая, самая подлая, самая бесстыдная и самая отвратительная хула, которую только могли изречь человеческие уста против самого совершенного, самого досточудного и самого человеколюбивого Существа (Сына) Человеческого под небом, Которое ходило по этой прокаженной планете, именуемой землей. И мы всем сердцем, всей душой, всем умом, всей своей силой стоим вместе с Ним, за Него и последуем Ему ценой всех смертей, каким только могут подвергнуть нас все богоборцы и христоборцы мира сего, а не только те, что родом с нашей земли..

Диктатура безбожников-христоборцев и христопродавцев-иуд – вот наша скорбная, наша мученическая действительность и мученическая жизнь. Диктатура Иуды! Может ли быть нечто более омерзительное, нежели это, для Церкви Христовой и для человека-христианина?..

Самая элементарная и самая рудиментарная логика открывает и доказывает, что «со-трудничество» между откровенными безбожниками, заклятыми христоборцами с одной стороны и Православной Христовой Церковью с другой стороны является абсолютно нелогичным, противоречит всякому здравому смыслу. Тех же, кто желает такого «со-трудничества», или способствует ему, или – horribile dictu69 – даже и принуждает к нему, мы спрашиваем вместе со святым апостолом: Какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и велиаром? (2Кор.6:14–15). Не слышите ли Христо-носного апостола, который громоглашает: Если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема (Гал.1:8)! Неужели вы под гулом диктатуры безбожия полностью оглохли и не слышите Христовой Божественной истины и заповеди: Не можете служить Богу и маммоне (Мф.6:24).

Вы сделаете нам замечание: но ведь существует Конституция, существует и Закон о правовом положении религиозных объединений, и им «гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания». Да, гарантируется, но не осуществляется на практике. Все вышеуказанные факты показывают и свидетельствуют о том, что упомянутые «гарантии» имеют лишь декларативный, пропагандистский, «экспортный» характер: для наивных и легковерных людей по ту сторону нашего «железного занавеса».

Не сотрудничество – а сосуществование

Богу Божие – кесарю кесарево. Вот принцип евангельского сосуществования Церкви и государства, определенный и заповеданный Самим безгрешным и Всеведущим Господом и Спасителем Иисусом Христом (ср.: Мф.22:21). Поэтому для Церкви он неизменно и вечно обязателен.

Кесарю: динарии, деньги, – на них и изображение кесаря. А Богу? – и душу, и тело: ибо на душе и в душе – образ Божий, а через душу – и на теле и в теле, ибо оно живет богообразной душой и является носителем богообразной души. Поэтому и то, и другое принадлежит Богу ­ вечности, вечной жизни ­ Вечной Истине, Вечной Правде, Вечному Разуму, Вечному Смыслу. Поэтому Божиим нельзя жертвовать в интересах кесарева. Первенство и здесь всегда принадлежит Богу.

В Богочеловеке и Его деле, а также в Его Теле – Церкви: Бог всегда на первом месте, а человек на втором; всегда все решается Богом, а не человеком. Это всеценность и всемерило Вселенской Церкви. Поэтому к каждой проблеме должно приступать «со страхом Божиим, верою и любовью». Церковь – это Богочеловеческий организм, а уже затем – организация. Она – Тело Богочеловека: поэтому все в ней сначала должно рассматриваться, наблюдаться и измеряться Богом, а затем человеком, т. е. человеком из Богочеловека. Но никогда – лишь человеком, никогда – «по человеку». Поэтому всегда и еще раз всегда: Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам. Когда же это ставится подвопрос, тогда и первоверховного апостола Петра надобно обличить при всех (Гал.2:14). Здесь вечно и непреложно действует апостольский принцип деятельности Церкви: Угодно Святому Духу и нам (церк.-слав. Изволися бо Святому Духу и намДеян.15:28); сначала – Дух Святой, потом – мы: мы после Духа Святого, и в Духе Святом и с Духом Святым.

Богу Божие – кесарю кесарево – евангельский принцип сосуществования Церкви и государства. Не со-трудничества, а со-существования. Не со-трудничества, тем более что «кесарь» попирает все Божие, и не желает ничего Божиего, и хочет уничтожить все Божие. Здесь нет даже самых изначальных условий для сотрудничества. Или сосуществование равноправных учреждений и входящих в них человеческих существ, или же страдание Церкви от гонителей, от мучителей, от насильников, которые отвергают и гонят Бога и все Божие, а диктатурой навязывают анти-Бога и анти-Божие. Церковь и государство отделены друг от друга; и то, и другое само для себя, в себе и по себе. Не вмешиваться во внутренние дела Церкви, не посягать на ее вечные и святые евангельские обязанности и права. Ясно, что при любом режиме, не исключая и безбожного, Церковь должна найти свой modus vivendi70, однако это всегда должно быть в духе и пределах евангельского принципа сосуществования: Богу Божие – кесарю кесарево. И еще: под верховным контролем и другого всеобъемлющего принципа христианского благовестия: Повиноваться больше Богу, нежели человекам. Если же все это отсутствует, то для Церкви как единственный евангельский modus vivendi остается – страдать за Господа Иисуса Христа, терпеть все происходящее, мужественно переносить бедствия и лишения и, таким образом, бороться за основные права веры и за человеческие души.

Наши коммунисты urbi et orbi71 проповедуют и даже как бы поддерживают сосуществование разных идеологий, разных идеологических систем и режимов. Так вот же для них самое непосредственное поле деятельности для проявления этого самого «сосуществования» на нашей земле, и причем для проявления не теоретического, не абстрактного, не пропагандистского, не «экспортного», а весьма реального. Однако вместо сосуществования вы требуете от Церкви сотрудничества и навязываете его. А это значит – требуете и заставляете нас слушаться вас более, нежели Бога и – страшно и сказать! – ради вас, в ваших интересах действовать против Бога, против Господа Иисуса Христа! Но на эти ваши требования и притязания – вот неизменный и вечный ответ Церкви устами богоносного апостола: Судите, справедливо ли пред Богом слушать вас более, нежели Бога? (Деян.4:19). Всегда и неустанно мы проповедуем: Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам (Деян.5:29).

Если же не состоится такое «сосуществование» на нашей югославской земле для Сербской Православной Церкви, то все разглагольствования наших коммунистов о том же самом «сосуществовании» на межгосударственном и межконтинентальном уровне остаются голой абстракцией, мертвой схемой, экспортным мифом, сладкоглаголивой и притягательной рекламой сирен нового века, пропагандистской басней, сказкой из коммунистической «Тысячи и одной ночи».

Космическая ложь

Все сербские сердца в земной и Небесной Сербии заныли от боли и ужаса – и страшны эти их непрестанные терзания; и все сербские лица от стыда и срама покраснели – и постоянно заливает их краска, когда из сербской земли выпущена – и постоянно выпускается – космическая ложь о том, что Сербская Православная Церковь в коммунистической Югославии свободна и что ее отношения с государством хороши и прекрасны, даже более чем прекрасны, оптимальны, лучше и быть не могут. Эту космическую ложь распространили и по земному, и по небесному миру коммунисты и их лакеи; и все громогласнее и бесстыднее навязывают они беспрестанно эту ложь и Востоку, и Западу, и Северу, и Югу, и земле, и небу – как будто весь Иуда вселился в них.

А факты из каждого квадратного метра и сантиметра нашей земли просто вопиют и рыкают против этой иудиной бессовестной и бесцеремонной лжи. И во всеуслышание возвещают они скорбную и выливающуюся в непрестанные рыдания истину для всех имеющих уши слышать: истину о том, что Сербская Православная Церковь постоянно находится в застенке диктатуры коммунистического безбожия, претерпевая нескончаемые мучения от новых Диоклетианов.

Знаю, знаю, знаю:

С этого момента (когда это будет опубликовано) для меня по всей Югославии откроются все тюрьмы и темницы, все каторги, все лагеря смерти. Но прежде чем мне отправиться туда, я всеусердно прошу наших богоборцев и христоборцев: в алхимической лаборатории своей церквоборческой диктатуры умножьте меня в тысячу раз и пошлите по одному в каждую вашу каторжную тюрьму – на вечную каторгу, в каждую вашу темницу – на вечное заключение, в каждый ваш лагерь смерти – на вечное умирание. И я с радостью тысячу раз буду ежедневно умирать в них за незаменимого Господа и Бога моего Иисуса Христа: Единого Истинного Бога и единого истинного Человека во всех мирах, в которых только обращается человеческая мысль и куда только досягает человеческое чувство.

Слава досточудному и чудотворящему Господу моему Сладчайшему: ничего я не боюсь, потому что стою в свободе, которую даровал мне Христос: в свободе от страха, в свободе от ада, в свободе от дьявола. Ничего этого я не боюсь: ни страха, ни ада, ни дьявола, – все это мертво пред Господом моим, для Которого живу я и для Которого всей душой, всем сердцем, всем существом моим стою72.

Январь 1960 года. Архим. др. Иустин Попович

Дописано в августе 1969 года

Все вышеуказанное действительно и поныне, действительно в полном объеме и после двадцати пяти лет коммунистического владычества в Югославии. Ужасное избиение сербских душ и далее планомерно продолжается. Повсюду, на всем протяжении страны – трупы сербских душ. О, сколько уже некрещеных студентов в университетах! Сколько некрещеных учеников в прочих школах! Сколько некрещеных рабочих на предприятиях, на полях, в горах, в городах и селах некогда святой, свято-саввской Сербии! В самом буквальном смысле Сербская Православная Церковь загнана в страшные катакомбы...

За всю тысячелетнюю историю Сербской Православной Церкви никогда не было более трудного положения, нежели сегодня; как будто некий больной находится на смертном одре, испуская хрипы последней агонии. Нужно его немедленно, как можно скорее лечить. Есть и лекарь, врачующий любой недуг, и есть и средство от всякого недуга. Это – богочеловеческий путь святых апостолов и святых отцов, а вслед за ними и вместе с ними – и святых сербских угодников Божиих, во главе со святым Саввой. Без этого всеврачующего лекарства все прочие средства являются не более чем бесполезными пластырями. Ибо лакейское служение богоборческой, христоборческой диктатуре – разрушительнице Церкви, диктатуре преступной утопии – коммунизма, неизбежно ведет к смерти, и причем к смерти вечной, из которой нет воскресения.

Архим. Иустин

* * *

67

Мощи святителя Саввы были сожжены турками в 1595 г. в Белграде.

68

Эти несколько слов о Расколе добавлены в 1964 г.

69

Страшно сказать (лат.). – Примеч. пер.

70

Образ жизни; способ существования (лат.). – Примеч. пер.

71

«Городу (т.е. Риму) и миру»; на весь мир, всем и каждому (лат.). – Примеч. пер.

72

Прошу всех братьев-христиан не верить никакому моему иному заявлению, которое было бы противно этому.



Источник: Собрание творений преподобного Иустина (Поповича) : жизнеописание. На Богочеловеч. пути. Путь Богопознания. / [пер. с серб. С. Фонова]. - М. : Паломник, 2004-. (ПФ Красный пролетарий). Т. 1. - 2004. - 428, [2] с., [2] л. портр. : портр.; ISBN 5-88060-036-X

Вам может быть интересно:

1. Достоевский о Европе и Славянстве преподобный Иустин (Попович), Челийский

2. Собрание сочинений. Том 3 архиепископ Амвросий (Ключарев)

3. О правах епископов и церковном модернизме святитель Серафим (Соболев)

4. Священной памяти Высокопреосвященнейшего Феофана архиепископ Аверкий (Таушев)

5. Слова – Слово 8 преподобный Симеон Новый Богослов

6. Православно-догматическое Богословие. Том 2 – II. О МЗДОВОЗДАЯНИИ ПОСЛЕ ЧАСТНОГО СУДА митрополит Макарий (Булгаков)

7. Изъяснение о проклятии, наложенном от собора 1667 г. святитель Филарет Московский (Дроздов)

8. Апологетические заметки – Часть II протопресвитер Михаил Помазанский

9. Замечания на богословские сочинения А. С. Хомякова протоиерей Александр Горский

10. Царь бичей священномученик Аркадий (Остальский)

Комментарии для сайта Cackle