протоиерей Григорий Дьяченко

Поуч. 1-ое. Великий пяток.

(Что проповедуют нам три креста Голгофских?)

I. Братие-христиане! Я хочу перенести ваши благоговейно настроенныя мысли и чувства на гору Голгофу, отнюдуже прииде наша помощь, и именно к тому времени, когда совершалась великая тайна нашего спасения. Там видим мы три креста. Станем у их подножия с открытым сердцем и будем внимать тому, о чем они будут нам проповедывать.

II. а) Пред нами прежде всего крест, на которой обращены взоры всего Иерусалима, крест в средине. Что это за крест? Это древо нашей жизни, наше знамение, сила и спасение, самый драгоценный для нас крест; висящий на нем – это Господь наш.

Зачем Он сюда вознесен? Зачем такая позорная и презираемая всеми казнь? Не случайно, ибо несвойственно это Богу. Проклят всяк висяй на древе, говорит Писание, и Господь Иисус Христос хочет показать очевидным образом всему миру, что Он на Себя взял тяготеющее над миром проклятие за грех, так что мир уже свободен от этого проклятия и нет больше средостения между человеком и Богом. Безмерное безславие греха должно быть и смыто самою позорною казнию. Но не только здесь причина крестных страданий Господа. Казнь крестная Его была и самою мучительною. Чего только не вынес Божественный Страдалец, пока Он не испустил дух! Пригвождаемый ко кресту после многих истязаний, пригвожденный и висящий на нем в нестерпимых муках и на позорище всех, отвергнутый землею и не принятый еще небом, что чувствовал Страдалец?! Но какая же казнь и могла соответствовать той ужасной силе зла, за которое Господь благоволил взять на Себя наказание? Да, безмерна сила людского зла, безпримерно тяжкое должно было быть и наказание. Какою благодарностию воздадим Тебе, Сладчайший Иисусе, за Твое неизреченное долготерпение ради нас!

Но послушаем, о чем проповедует нам крест Христов.

Отче, отпусти им: не ведят бо, что творят (Луки 23, 34) – вот проповедь креста Христова, это проповедь любви и всецелаго прощения врагам Своим. Будем же и мы прощать и молиться за врагов своих. И не станем думать, что это невозможно. Если бы было так, то Господь не сказал бы нам: научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Если бы невозможно было человеку подражать Владыке, то как наприм. св. Стефан первомученик мог бы молиться за иудеев, побивавших его камнями: Господи, не постави им греха сего (Деян. 7, 60)? Святые могли подражать Владыке, потому и святыми сделались, что подражали, и мы все призваны быть языком святым, сынами Божиими, братьями Христовыми и поэтому будем всеми силами воспитывать в себе чувства всепрощающей любви, которые Господь заповедал нам: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы, есте аще любовь имате между собою (Иоан. 13, 35), любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас и молитесь за творящих вам напасть (Мф. 5, 44).

Слова Господа: Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят, относятся ко всем, принимавшим участие в осуждении Его, а ближе всего к воинам-распинателям. Но виновны ли были эти последние, чтобы прощать им? Они делают только то, что им приказано. Что знали они, грубые язычники, и могло ли заботить их то, кто был Тот, над Кем выполняли они приговор высшей власти? Да, они едва ли знали, что они делали, по крайней мере не знали вполне. Но были ли они совершенно свободны от вины? Если бы это было так, то зачем же Господь молился за воинов и просил им прощения? Молятся не за того, кто вне опасности, а за того, на ком есть вина. Правда, кто делает грех с полным сознанием, тот подлежит гораздо большему осуждению, чем тот, кто поступает полусознательно, подобно малосмысленному. Но если бы не могущественное заступление Распятаго, то и воины не имели бы оправдания во грехе своем. Это пусть послужит нам наставлением не оправдывать себя в своей греховной жизни незнанием, темнотою. Впрочем, едва ли кто из нас может сказать, что он не знает, что делает: добро или зло. Если мы распинаем своего Спасителя, отвергаем, презираем, злословим Его своими грехами, то едва ли не знаем, что делаем. Нет, мы знаем, а потому тем более не имеем оправдания во грехах своих, если ходатай Господь наш не испросит нам прощения у Отца Своего. Будем же просить Его усердно, от всего сердца. Милосердый Отец еще прощает и Сын Божий еще принимает ходатайство, не будем ослабевать.

б) Но для всех ли доступно это спасительное средство? Обратим взоры на второй голгофский крест. На нем висит злодей. Мы не знаем, каковы были его злодеяния. Да и зачем нам знать? Для нас важно не то, чем он был прежде, а то, каков он теперь, в последния минуты своей жизни. Он страдает и чувствует уже над собою холодное веяние смерти, но не теряет еще бодрости духа, ему хочется показать, что он способен еще злорадствовать и издеваться. И вот в тон толпе, окружающей кресты и злословящей Господа, и этот злодей обращается к Нему с насмешкой: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас» (Луки 23, 39). Быть может в этих словах слышится и страшный голос отчаяния, но во всяком случае здесь нет ни сознания своей преступности, ни раскаяния, ни веры во Христа, следовательно и надежды на спасение; это слово ожесточенного сердца, неспособного иметь добрыя чувствования.

О чем проповедует нам этот крест? Господь молчит. Для этого злодея нет у Него ни одного слова, ни порицания ни угрозы. Но в этом-то молчании Господа и заключается вся сила проповеди этого креста; смысл ее – совершенное оставление Господом нераскаянного грешника, оставление в самый страшный час смерти и вечное наказание: какое общение у Христа с велиаром и его сообщниками!

Будем помнить и мы эту страшную истину и будем внимательны к себе. Грех неприметно поражает нас и завладевает нашею волею. Если мы не боремся с ним, недолго дойти до такого состояния, что призыв благодати Божией окажется напрасным для нас, сердце наше ожесточится настолько, что мы не в состоянии будем воспользоваться помощию Божиею; для молитвы замрут и сердце и уста.

в) Но оставим крест этого страшного ожесточения. Пред нами картина, полная утешения и милосердия – это третий голгофский крест. На нем тоже злодей, прежняя жизнь которого нам также неизвестна, о котором мы знаем только то, что он воспринял по делам своим. Что же в нем утешительнаго? То, что в нем мы видим образ истинного обращения и спасения грешника. Этот разбойник имеет все, чего должен искать всякий грешник, ищущий неба. Здесь мы видим и сознание грехов, и покаяние, и веру, и плоды веры и, наконец, оправдание, – словом, начало и конец спасения. «Сознание грехов!» Что великого, могут сказать, если злодей сознает свои злодеяния? Очень много. Здесь начало покаяния, исправления и оправдания. Не сознание ли грехов привело и мытаря к оправданию? Если невеликое дело сознание грехов, то отчего же мало людей, которые искренно готовы сознаться в том, что они великие грешники и достойны большаго наказания и готовы безропотно переносить его. Не больше ли таких, которые фарисейски себя оправдывают? Сознание грехов и чувство самообвинения приводят разбойника к вере. Иисуса Христа он называет Господом, хотя неизвестно, чтобы он видел Его господство. Он не сомневается в том, что Он есть Царь, как было написано Пилатом, что Его царство не земное; что Он есть победитель смерти и может помочь ему. Чего здесь не достает? Плодов веры? О, нет! Разбойник имеет еще и для этого время: он вразумляет другого, проповедует ему покаяние – это есть плод; он молится: помяни мя, Господи, во царствии Твоем, и этим обнаруживает твердость своей веры. Он дает утешение умирающему Спасителю своим участием, когда все Его оставили. Если чаша студеной воды, которую мы даем нуждающемуся, не будет забыта, то будет ли презрено это? Нет. Днесь со Мною будеши в раи (Лук. 23, 43). Вот слова Господа, запечатленныя на третьем кресте и проповедуемыя нам. Господь не только не презрел кающагося, но дал ему первому Свое царство. И смотрите, каково милосердие Божие! Оно дает больше того, чем просит грешник. Разбойник просит Господа только помянуть его во царствии небесном. Господь дает самое царство и вместе с разбойником Сам хочет быть: грешник делается другом Божиим. И когда? Не когда-нибудь после, но днесь. Господь не отлагает Своей милости, как грешник часто отлагает свое обращение.

III. Братие христиане! Все мы грешники и достойны наказания. Но не будем унынием омрачать наши сердца. Воспользуемся примером благоразумного разбойника: будем просить у Бога милости, раскаемся и принесем плоды, достойные покаяния. Се ныне время благоприятно, се ныне дни спасения. Аминь. (Сост. по «Душеп. чтен.» 1891 г., май).



Источник: Полный годичный круг кратких поучений, составленных на каждый день года применительно к житиям святых, праздникам и др. священ. событиям, воспоминаемым Церковию, и приспособленных к живому проповедническому слову (импровизации). Составил по лучшим проповедническим образцам /Священник Григорий Дьяченко/. В двух томах. - /Второе пересмотренное и значительно дополненное издание/. - М.: Издание книгопродавца А. Д. Ступина, 1897. Электронный источник: Слово пастыря

Вам может быть интересно:

1. Простое Евангельское слово – Неделя Святой Пасхи протоиерей Григорий Дьяченко

2. Проповеди священномученик Фаддей (Успенский), архиепископ Тверской

3. Слово в день Преображения Господня святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

4. Аскетическая проповедь – Поучения в неделю о расслабленном. О наказаниях Божиих святитель Игнатий (Брянчанинов)

5. Слово в неделю Ваий святитель Кирилл Ту́ровский

6. Сокровище духовное от мира собираемое – 31. Семя святитель Тихон Задонский

7. Слова и беседы на воскресные дни cвятитель Иннокентий, архиепископ Херсонский и Таврический

8. Путеводитель – Глава первая преподобный Анастасий Синаит

9. Слова и речи – Слово в неделю о самаряныне, сказанное в Предтеченской церкви архиерейского дома 20-го апреля 1858 года. митрополит Макарий (Булгаков)

10. Великий пост. Духовные поучения – В Вербное воскресенье (Вход Господень в Иерусалим) протоиерей Валентин Амфитеатров

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс