Предстоятели Русской Церкви

Всероссийский митрополит Варлаам (1511–1521; †1533)

Деятельность второго Первосвятителя Русской Церкви XVI века мало изучена в отечественной историографии. Митрополит Варлаам родился, очевидно, во второй половине XV века. Он «был выходцем из пределов белозерских, вероятно, из иноков Кириллова монастыря»²⁹⁰. Подвизаясь на Белоозере, будущий Митрополит мог общаться с преподобным Нилом Сорским (†1508; память 7 мая). В 1506 году Симоновский игумен Вассиан (Санин; 1502–1506), брат преподобного Иосифа Волоцкого, был поставлен Ростовским архиепископом (1506–1515). Его преемником по Симонову монастырю в 1506–1511 годах стал архимандрит Варлаам, будучи посвящен Митрополитом Симоном (1495–1511). В одном из сборников Кирилло-Белозерского монастыря говорится, что 5 июня 1506 года «Варлаам взят на Москву на Симоново»²⁹¹. В эти годы вернулся в Москву с Белоозера и поселился в Симоновом монастыре опальный князь-инок Вассиан (Патрикеев).

В 1506 году, вскоре после своего возведения в архимандриты. Симоновский настоятель участвует в числе духовенства во глава с Митрополитом Симоном в ходатайстве пред Московским Великим князем за К. И. Острожского²⁹². Будучи настоятелем, архимандрит Варлаам произвел обмен части монастырских земель с П. Розладиным. При этом присутствовали в частности «Феодосей да Ондрей Денисьевы дети иконниковы»²⁹³, то есть дети знаменитого мастера иконописца Дионисия²⁹⁴. 27 апреля 1507 года Великий князь Василий III дал игумену Варлааму жалованные грамоты, даровав льготы на монастырские владения в Московском уезде²⁹⁵, во Владимирском уезде²⁹⁶, Коломенском уезде²⁹⁷, на Белоозере²⁹⁸ и Переславском²⁹⁹. В 1510 году Великий князь дал жалованную проезжую грамоту монастырю о невзимании дани с монастырских возов³⁰⁰. Еще одну жалованную грамоту Василий III подтвердил игумену Варлааму в 1507 году³⁰¹. В 1510 году в Симоновском монастыре было построен собор в честь Рождества Пресвятой Богородицы «при архимандритстве Варламове»³⁰², который освящал Митрополит Симон.

За год до своего избрания на Митрополичью кафедру он сопровождал Великого князя Василия III во время похода при покорении Пскова. «В лето 7018. Поехал князь Великии в свою вотчину, в Великий Новгород, а с ним брат его меншеи, князь Андреи Ивановичь, да Петр царевичь да владыка Коломенский Митрофан да архимандрит Симоновскии Варлам»³⁰³. Во время пребывания в Новгороде епископ Митрофан дал благословение на освящение храма в Александро-Свирском монастыре.

На Всероссийскую кафедру новый Митрополит Варлаам был избран по воле Великого князя Василия III (1505–1533) через три месяца после кончины Митрополита Симона. Посвящен он был Собором русских архиереев 3 августа 1511 года. Никоновская летопись говорит о его поставлении: «Того же лета (1511), месяца июля в 27, в неделю, возведен на Митрополичь двор и наречен Митрополитом всеа Русии Варлам архимандрит Симоновский; а поставлен на Митрополию всеа Русии месяца августа в 3 день, в неделю, а на поставлении его Быша архиепископ Васиан Ростовъский и епископы Семион Суздальский, Протасий Рязанский, Нил Тверский, Митрофан Коломенский, Досифей Крутицкий, а Пермский Никон прислал грамоту своею единосоветную достоинству доставления его»³⁰⁴. Таким образом, возглавил его интронизацию Ростовский архиепископ Вассиан, брат преподобного Иосифа Волоцкого.

При князе Василии III обострились государственные отношения с Литовским княжеством. При его отце, Иоанне III, была предпринята попытка положить конец конфликтам между двумя княжествами путем заключения брачного союза Литовского князя с дочерью Иоанна III Еленой, сестрой Василия III. Однако даже заключение брака не принесло полного решения государственных проблем в последующее время. В летописи имеется такое сообщение: «Тоя же осени (1513) прииде весть к Великому князю Василию Ивановичу всеа Русии, что Жихдимонт король Польский <...> сестру великого князя, королеву Александровну, великую княгиню Елену велел паном своим в Вильне поемати да за стороже держати в нятстве, за Видною в Бершьтах, и королевы Олены в той нужи и в животе не стало, Бог весть которыми делы...»³⁰⁵. Позднее, в 1514 году начался третий поход русского войска, в результате которого древний Смоленск был возвращен Московской Руси и в Русской Церкви появилась новая епархия. Вместо Смоленского епископа Варсонофия, первоначально присягнувшего на верность князю Василию III, а затем ему изменившему, Митрополит Варлаам поставил на Смоленскую кафедру (1515–†1532) архимандрита Чудова монастыря Иосифа (1509–1515).

Вернувшийся ранее из ссылки и поселившийся в Симоновом монастыре князь-инок Вассиан (Патрикеев) продолжал общаться с Митрополитом Варлаамом. В 1515–1517 годах он работает над составлением новой редакции Кормчей книги. Из записи в книге явствует, что на ее составление он брал благословение у Митрополита Варлаама и священного Собора. «Сиа книга списана по благословению господина нашего Варлаама, Митрополита всеа Русии, в лете 7025-го, месяца мая, 27 день. А писана с Симановских правил да с другово списка с правил архиепископа Васиана Ростовсьскаго, что вывез из Святой Горы Сава Савинскаго монастыря, что в Твери» (РГАДА. Ф. 181. № 1597. Л. 3)³⁰⁶. Составителю предписывалось из Кормчей книги «ничего не выставливати», однако данного указания он не выполнил, проводя в Кормчей свои взгляды на церковные владения. Таким образом, после Собора 1503 года вопрос о монастырских вотчинах получает отзвуки в древнерусской письменности. В послании В. А. Челяднину преподобный Иосиф Волоцкий сообщал о поносных речах князя-инока Вассиана в адрес волоколамских монахов, которые он произносил в митрополичьих палатах³⁰⁷. Несомненно, Митрополит Варлаам знал и о его письменных трудах, направленных против преподобного Иосифа. В последующее время, при Митрополите Данииле (1522–1539), инок Вассиан был соборне осужден и сослан в Иосифо-Волоколамский монастырь³⁰⁸.

В 1518 году в Москву прибыло большое посольство с Афона и Константинополя во главе с митрополитом Григорием Зихновским, в составе которого находился преподобный Максим Грек (†1556; память 21 января). Великий князь расположил прибывшее посольство в Чудовом монастыре. «Такоже и Прьвосвятитель Варлам Митрополит всеа Русии к Григорию митрополиту града Жыхна и к старцем Святыя Горы великую любовь и честь показуяше, и к себе призывая, и с ними чясто беседуяше о божественных словесех духовных»³⁰⁹. Константинопольский Патриарх Феолипт прислал послание Митрополиту Варлааму о милостыне. «Того ради к тебе посылаем, аки от нас, священнейшаго Митрополита Зихновскаго, честнейшаго и место имеющего Ангирьския церкви, о Святем Дусе възлюбленнаго брата и съслужебника нашего смирения господина Григория <...> с ними же посылаем твоему Священнейшеству великаго мира и мощей святых»³¹⁰. Ватопедский игумен также написал послание Митрополиту Варлааму, где сказано: «Преподобный же отец наш прот, яко да не останется прошение Великого князя безделно и безконечно, изобрал честнейшаго брата нашего Максима Грека, еже из нашия священный обители Ватопеди, аки искусна Божественому Писанию и пригожа на сказание всякых книг: и церковных и глаголемых елиньских: понеже от младыя юности в сих възрасте и сим наказася добродетелне, и не яко иный некий, многыми почитанми токмо. Посылает же того нашим произволением и хотением (но убо языка не весть русскаго, разве греческаго и латынскаго, надеем же ся яко и русскому языку борзо навыкнет)»³¹¹. Переведенная преподобным Максимом Толковая Псалтирь содержит в начале предисловие-послание великому князю Василию III. В нем переводчик говорит, что князь имеет «при себе правящаго архиерейский престол, во архиереех светящаго пресвященнейшаго господина Варлаама Митрополита всеа Русии, твоея державы отца о Господе и ходатая к Богу непрестанного, при коих благочестие чисто с правдою и благозаконием сияет»³¹². Перевод Псалтири был начат по благословению Митрополита Варлаама и затем был рассмотрен и одобрен Собором архиереев во главе с Первосвятителем³¹³.

Митрополит Варлаам принимал участие в жизни великокняжеской семьи. В 1518 году скончался Симеон Иванович, брат великого князя. Он был погребен в Архангельском соборе, «а пел над ним Варлам Митрополит всеа Русии с епископы и архимандриты и игумены и со всеми священными соборы; бысть же тут на погребении его пришедый от Патриарха митрополит Григорий и старцы Святыя горы Афоньскиа»³¹⁴.

Духовная грамота князя Василия III, как считается, не сохранилась. В первом же варианте княжеской грамоты была подпись Митрополита Варлаама. «Се яз, худыи раб Божии Василеи, что есми наперед сего писал свою духовную грамоту да список приписной к духовной грамоте, а подписал ту духовную грамоту и список Варлам, Митрополит всеа Русии, своею рукою, да и печать свою Варлам Митрополит к той духовной грамоте и к списку приложил»³¹⁵. Это первая грамота Василия III, составленная им в 1509 г. или 1514 году, была сожжена 27 сентября 1533 года.

Великий князь в 1512 году подтвердил Митрополиту Варлааму жалованную грамоту, данную ранее³¹⁶; а также дал жалованную грамоту «отца своего для Варлама Митрополита всеа Русии» Воскресенскому монастырю «на Белеозере, в Череповси»³¹⁷.

В 1518 году в Москву приносили из Владимира древние иконы, которые «Варлаам Митрополит всеа Русии абие повеле в своих палатах постраивати и поновляти святыя иконы, и от великиа веры и сам многажды своими руками касаяся и тружаяся к святым иконам, и въскоре обнови святыя иконы, якоже и первее беша, и наипаче, и сребром и златом обложи и украси, и киоты и пелены устрой»³¹⁸. 15 сентября 1519 года иконы торжественно проводили из Москвы во Владимир. «И пришед, Митрополит Варлам с епископы и со всеми соборы новопоставленую церковь свящал, и молебная пев, и Божественую литургию в ней совершил, и отпустил святыя иконы ко граду Владимерю, и послал за ними проводити до Володимеря Игнатиа архимандрита Андрониковского»³¹⁹. Об этом же говорится в записях Церковного Устава³²⁰.

В Москве Митрополитом Варлаамом было освящено несколько храмов. «В лето 7027, месяца сентября 12, в неделю, священа бысть церковь святаго Леонтиа Ростовского чюдотворца Пресвященным Варламом Митрополитом всеа Русии за Неглимною на Москве»³²¹. «Тоя же осени, ноября 21 день, в неделю, священа бысть церковь Введение в церковь Святыя Богородици на Сретенской улице на Москве Пресвященным Варламом Митрополитом всеа Русии»³²². Новгородская епархия при Митрополите Варлааме вдовствовала и Новгородская летопись сообщает о построении храмов в Великом Новгороде по благословению Первосвятителя³²³.

При Митрополите Варлааме в Чудовом монастыре от мощей святителя Алексия совершались чудеса, о чем свидетельствует летопись. Это было во дни «Святейшаго Варлама Митрополита всеа Русии» в 1519 году³²⁴. В другой раз, когда произошло новое чудо от мощей святителя Алексия, «великий князь Василей Ивановичь с отцем своим Варламом Митрополитом, видевше сиа чюдеса, благодариша и прославиша Бога и Пречистую Его Матерь и святаго святителя Алексия чюдотворца»³²⁵. В последующее время летопись сообщает о других чудесах от мощей святителя Алексия. В связи с этим настоятель Чудова монастыря «Иона архимандрит возвестил те чюдеса Святейшему Варламу Митрополиту и великому государю и самодержцу Василию. Слышав же сиа чюдеса от архимандрита, благоверный и христолюбивый князь великый Василей Иванович и со отцем своим Святейшим Варламом Митрополитом всеа Русии и с епископы и архимандриты и игумены и со всеми соборы, весь чин церковный приидоша со псалмопением и со свещами и с кандилы во обитель святаго Архангела Михаила к гробу, идеже положено святое тело святителя и чюдотворца Алексиа, и молебная пениа сътворше, и хвалу велику воздающе Всемогущему Богу и угоднику Его и чюдотворцу Алексию <...> И праздноваша светло, благодаряще Бога и угодника Его святаго чюдотворца Алексиа»³²⁶. Память святителя Алексия соприкасается с триодным кругом Богослужения. Поэтому, когда в 1518 году память святителя Алексия пришлась на «пяток на Сырной неделе и Митрополит Варлаам поговоря со владыками да велел службу Иванову служите во свое время, а вечерни во свое время по обычаю»³²⁷.

В 1520 году было совершено несколько архиерейских хиротоний. «9 февраля, в четверток, поставлен Варламом Митрополитом всеа Русии Иван, архимандрит Симановский, архиепископ Ростову и Ярославлю». В 1506–1514 годах он был Кирилло-Белозерским игуменом. 14 февраля, «во вторник, поставлен Варламом Митрополитом всеа Русии Тихан, игумен Угрешский, на Коломну епископ». В 1515–1517 годах он был игуменом Кирилло-Белозерского монастыря. 16 февраля, «в четверток, Варлам Митрополит поставил Пимина, игумена Соловецкого, на Вологду и в Пермь епископом»³²⁸.

Как говорит церковный историк Е. Голубинский, о деятельности Митрополита Варлаама сохранилось мало исторических сведений. Он относит ко времени святителя Варлаама Собор, на котором был осужден «Исак Жидовин», но это неверно, так как данный Собор был позднее, в 1549 году при святителе Макарии³²⁹. По благословению Митрополита Варлаама были выданы антиминсы для храмов обители, основанной преподобным Ионой Климецким (†1534; память 6 июня). «По распоряжению Митрополита Варлаама Корнилий Комельский <...> в 1514–1515 годах строит большую Введенскую церковь, а затем церковь Антония Египетского с трапезной»³³⁰. Митрополит Варлаам дал вкладом в Троице-Сергиев монастырь кодекс Библейских книг³³¹. 27 января 1512 года Митрополит Варлаам дал жалованную тарханно-несудимую грамоту архимандриту Спасо-Евфимьева монастыря Кириллу на церковь святителя Василия Кесарийского в Гороховецкой волости Нижегородского уезда³³².

Митрополит Варлаам подписал ряд духовных грамот: «иноки» Аграфены, жены Семена Гаврилова. «Сия духовна грамота господину Варламу Митрополиту всеа Русии явлена лета 7000 дватцать перваго (1513), марта 2 день»³³³. 5 августа 1513 года была подписана духовная грамота княгини-"инокини» Евдокии, вдовы князя Федора Ивановича Стригина Оболенского. У грамоты подпись Митрополита Варлаама, которую скрепил также митрополии дьяк Данила Карпов³³⁴. В декабре того же года Митрополит Варлаам подписал духовную грамоту князя И. И. Кривоборского³³⁵. Когда в 1519 году была явлена духовная Захарьи Федорова сына Катунина Митрополиту Варлааму, «и господин Варлаам, Митрополит всеа Руси, выслушав сию духовную грамоту и велел к сей духовной в подписи своей место печать свою приложите». Подписал митрополии дьяк Данило Карпов³³⁶.

Таким образом, из приведенного актового материала известны имена из окружения Митрополита Варлаама: дворецкий Федор Федорович Сурмин, митрополии дьяк Леваш Иванов сын Коншина, митрополии дьяк Стрига «Кипреянов сын», митрополии дьяк Данило Карпов. Служил Митрополиту Варлааму Богдан Федорович Плещеев³³⁷.

В 1521 году крымский хан Магмед-Гирей с войском двинулся на Москву, «суровейшим же напрасством своим». В связи с этим в Москве совершались всенародные моления, чтобы Господь помиловал род христианский и не предал в погибель. Летописи сообщают в связи с этим о «Видении необычном и милостивном инокине слепой». В момент возникшей опасности одна благочестивая слепая инокиня Кремлевского Вознесенского женского монастыря видела видение, как московские святители-чудотворцы хотели изнести из Кремля образ Владимирской Богоматери, но были умолены преподобными Сергием Радонежским и Варлаамом Хутынским, и святыня была возвращена, а Москва избавилась от грозного нашествия и разорения.

Позднее по благословению Митрополита Макария была составлена особая повесть, в которой было описано чудесное избавление Русской державы, поданное от чудотворного образа Владимирской иконы Богоматери. В Повести говорится: «Пресвященный же Варлам Митрополит всея Руси тако же со святители, сущими тогда на Москве, и со всем Собором и инок множество и со всем народным достоянием во святых церквах непрестанно Бога моляху»³³⁸. В это время Ростовский архиепископ Иоанн «бысть во граде Москве и взем благословение от Митрополита Варлаама и вшед в соборную церковь и в ней затвори себе в приделе, иже есть Похвала Святыа Богородицы. И во вся дни и нощи и во время настоящиа скорби не исходя оттуду, моляся непрестанно. Митрополит же глагола ему: «Сыну, почто не изыдеши оттуду пищу телеси приати, или како ти будет нужная потреба?». Он же глагола ему: «Не дей мене, святый владыко, да не изыду, дóндеже мимо идет гнев Господень. О пищи же и о нужной потребе ты дни радети не имам»³³⁹. В память избавления Москвы от нашествия татар было установлено еще одно празднование в честь чудотворного Владимирского образа Богоматери – 21 мая.

Имя Митрополита Варлаама открывает список московских Первосвятителей, которые были сведены с престола в XVI веке. Сразу после летописного сообщения об избавлении Москвы от татар в Никоновской летописи говорится: «Того же лета Варлаам Митрополит остави святительство, декабря 17»³⁴⁰. В другом летописце говорится: «Того же лета Варлаам Митрополит Митрополию оставил, съехал на Симоново, и оттуду князь великии Василеи Иванович всеа Русии послал его к Спасу на Каменье»³⁴¹. Посол австрийского императора Сигизмунд Герберштейн писал о Митрополите Варлааме, назвав его, правда, Варфоломеем: «В то время, когда я исполнял в Москве обязанности посла цесаря Максимилиана, Митрополитом был Варфоломей, муж святой жизни. Когда государь нарушил клятву, данную им и Митрополитом князю Щемячичу, и допустил нечто другое, что, по-видимому, являлось нарушением власти Митрополита, то этот последний явился к государю и сказал ему: «Раз ты присвояешь всю власть себе, то я не могу отправлять своей должности». При этом он протянул ему посох, который носил наподобие креста, и отказался от своей должности. Государь принял немедленно и посох, и отказ от должности и, наложив на бедного Митрополита цепи, тотчас отправил его на Белоозеро»³⁴².

Исследователи отмечают неточность в изложении С. Герберштейна, поскольку поимание Щемячича произошло уже при Митрополите Данииле. Поэтому А. А. Зимин пишет: «Тут явная хронологическая путаница: Шемячичу князь великий нарушил клятву позднее. Очевидно, речь шла о том, что Василий III собирался нарушить ее и принуждал к этому Митрополита, на что тот не пошел»³⁴³. При Иоанне III отношения Москвы и Крыма при наличии общего врага, Золотой Орды, были дружественны, но затем характер их меняется. Новгород-Северский князь самостоятельно сносился с крымским ханом и его мурзами, во время нашествия крымчаков в 1521 году он не предупредил великого князя о грозящей беде. Это и определило его судьбу³⁴⁴.

Митрополит Варлаам был «сведен» с престола 17 декабря 1521 года, а Новгород-Северский князь Василий Иванович Щемячич «пойман» в апреле 1523 года, однако связь между этими событиями весьма вероятна³⁴⁵: судьбу Щемячича решило его поведение в июле – августе 1521 года, когда Москву осаждали крымские отряды Мухаммед-Гирея³⁴⁶, и причиной сведения Варлаама могло быть нежелание Митрополита участвовать в «поимании» Щемячича. Весной 1523 года новый Митрополит Даниил дал Новгород-Северскому князю охранную грамоту, по которой Щемячич приехал в Москву и, в нарушение клятвы великого князя и Митрополита, был арестован³⁴⁷. Митрополит Варлаам недолго прожил в Симоновом монастыре, а затем был переведен в вологодский Спасо-Каменный монастырь³⁴⁸.

Скончался Митрополит Варлаам в Спасо-Каменном монастыре на Кубенском озере в Вологодской епархии. Об этом говорится в кратком летописце: «В лето 7041 (1533) преставися бывший Митрополит Варлаам месяца марта в 24 день, канун Благовещения Пресвятыя Богородицы»³⁴⁹. Гробница Митрополита Варлаама в монастыре не сохранилась.

Соловецкий постриженик на патриаршем престоле (Патриарх Иоасаф I: 1634–1640)

В предисловии Соловецкого Патерика говорится: «Кроме подвижников, просиявших в Соловецкой обители, в ней приняли монашество и духовно возросли приснопамятные иерархи Российской Церкви – Патриархи Иоасаф и Никон, митрополиты – Исидор Новгородский, Иларион Псковский, Игнатий Тобольский, Рафаил Астраханский, Иов Новгородский; архиепископы – Маркелл Вологодский и Варсонофий Архангелогородский»³⁵⁰. Первым в этом списке замечательных соловецких иноков назван Святейший Патриарх Иоасаф I³⁵¹.

В Синодике Корнилиева монастыря XVII века читаем о роде «соловецкого постриженика»³⁵², как он назван в летописном памятнике: «Род Святейшего Иосафа Патриарха Московскаго: свяшенноинока игумена Антония, инока схимонаха Боголепа, иноку схимонахиню Юлею (родители Патриарха Иоасафа – а. М.), инока Александра, инока Пимена, Иванна, Прова, Мавру, Лукияна, Мамелфу, Симеона, Анну, Софония, Ксению, инока Порфирия»³⁵³. В роде Святейшего Патриарха, как это было традиционно в Древней Руси, много имен монашествующих.

Постриг будущий Первосвятитель принял на Соловках, очевидно, в конце XVI века, и вполне возможно, что постригал его игумен Исидор (1597–1603). В 1600 году игумен Исидор освятил Благовещенский надвратный храм в обители³⁵⁴. Затем Соловецкий настоятель был возведен в сан Новгородского митрополита (1603–1619) и при нем находился старец Иоасаф. Здесь в Новгороде они пережили тяжелые годы шведской оккупации в Смутное время. После кончины митрополита Исидора, при новом владыке Макарии (1619–1626) старец Иоасаф был поставлен игуменом Псково-Печерского монастыря в Псковской епархии.

Шесть лет спустя, 14 января 1627 года «поставлен во Псков архиепископом Печерский архимандрит Иоасаф»³⁵⁵. В конце месяца, 28 января, Патриарх Филарет (1619–†1бЗЗ) служил в Успенском соборе «панихиду по Патриархех и по Митрополитех Московских и всеа Руси». Среди сослуживших ему архиереев назван и Псковский епископ Иоасаф³⁵⁶. В 1632 году, незадолго до кончины Патриарха Филарета, он подвергся патриаршей опале за подпись под челобитной псковичей царю о том, «чтобы немцам в Пскове не быть». Немцы добивались свободной торговли в городе и разрешения на постройку в нем немецкого двора. В Москве челобитная псковичей была воспринята как противление власти и в связи с этим Патриарх Филарет наложил преще ние на Псковского владыку, однако в скором времени Патриарх простил его, а псковичи умилостивили государя и при этом смогли добиться, чтобы немцам было разрешено построить свой гостинный двор за пределами города³⁵⁷.

Отмеченное обстоятельство не отразилось на последующей судьбе иерарха. Более того, перед своей кончиной Патриарх Филарет благословил себе в преемники Псковского архиепископа Иоасафа. Спустя четыре месяца после кончины Патриарха Филарета состоялось соборное избрание нового Предстоятеля Русской Церкви. Кандидатами на Всероссийскую кафедру были: митрополит Ростовский Варлаам, архиепископ Вологодский Варлаам и Иоасаф, архиепископ Псковский, который и был избран на Патриарший Престол. Летопись сообщает о его поставлении: «Лета 7142 (1633)-го году октября в 1 день преставися Филарет Никитич, Патриарх Московский и всеа Русии. Того же году февраля в 6 день поставлен на Патриаршеский престол

Иосаф Патриарх, а преже сево был П[с]ковский [и] Изборский архиепископ»³⁵⁸.

В канун избрания нового Предстоятеля Русской Церкви, 28 января 1634 года, в Москве был принят соборный приговор о взимании денег на жалование ратным людям. Известен архиерейский состав, который, нужно думать, избрал затем нового Патриарха на Москве. Это были Новгородский митрополит Киприан (1626–1634), Ростовский митрополит Варлаам (1619–1652), Крутицкий митрополит Павел (1626–1636), Вологодский архиепископ Варлаам (1626–1645), Рязанский архиепископ Антоний (1621–1637), Суздальский архиепископ Иосиф (1626–1634), Тверской архиепископ Евфимий (1628–1642), Псковский архиепископ Иоасаф (1627–1634), Коломенский епископ Рафаил (1618–1652)³⁵⁹. Патриарх Никон, говоря об особенностях патриаршей интронизации, отмечает, что «Иоасаф Патриарх прежде бывый Псковский архиепископ, второе на Патриаршество от своих митрополит рукоположен»³⁶⁰. Интронизация нового Патриарха была совершена в Успенском соборе 6 февраля 1634 года и завершилась традиционным Чином шествия на осляти. В описи архива Посольского приказа хранилась «докладная выписка» о государевом жалованье «на поставленье Иоасафу Патриарху и что он, Патриарх, поднес даров Великому государю и государыне царице и государем царевичем и царевнам»³⁶¹, а также «Столпик, а в нем писан чин поставления Патриарха Иоасафа»³⁶².

Царь известил восточных Патриархов о кончине своего отца и об избрании ему преемника, называя новоизбранного Патриарха «мужем благоразумным, правдивым, благоговейным и наученным всякой добродетели»³⁶³. Таким образом, вторым Предстоятелем Русской Церкви после Смутного времени в XVII веке был Святейший Патриарх Иоасаф I.

Астраханский архиепископ Пахомий (1641–1656) отмечает, что новый Первосвятитель был поставлен «по изволению царя Михаила Федоровича всея Русии и по благословению Филарета Патриарха, понеже был дворовой сын боярской, во нравах же и житии добродетелен был, а ко царю не дерзновенен»³⁶⁴. Новый Предстоятель Русской Церкви действительно не обладал таким авторитетом, как Патриарх Филарет, и был менее значим в государственных делах. Он уже более не назывался «Великим государем», а только «Великим господином», царь не ставил больше имени Патриарха наряду со своим даже в грамотах по делам церковным. И это вполне понятно, поскольку особые отношения Патриарха Филарета и царя Михаила Феодоровича обусловлены их родственными связями.

Тем не менее, при обращении царя к Патриарху Иоасафу за советом по государственным делам Первосвятитель прежде всего считал своим долгом возносить молитвы о ниспослании помощи Божией государю, при этом всячески поддерживая его. В 30-х годах XVII века в Москве проходило три Земских Собора, посвященных проблемам взаимоотношения с Крымом³⁶⁵. После третьего Собора в 1639 году его участники подали свои «мнения» письменно. Патриарх Иоасаф вручил свое обращение непосредственно царю. Он писал царю в связи с убийством и оскорблением крымскими татарами царских послов: «И я, богомолец твой, со всем освященным Собором даем мысль свою <...> Ты глава всем – покажи ревность и благочестие, чтобы тебе, как можно, освободить своих посланников из бесерменских рук и злого мучения и позоров. Твоя царская казна от того не оскудеет <...> В украйнных же городах пристойно тебе, государь, устроить ратных людей, конных и пеших, по твоему, государеву усмотрению, как тебе Бог известит <...> Рассудить об отмщении врагам и что учинить им дело, государь, твое, и твоих бояр, и ближних людей, и всего твоего царского сигклита, а не нас, твоих, государевых, богомольцев»³⁶⁶. Таким образом, Предстоятель Церкви простирал свое влияние и на светские сферы. А. Олеарий говорит, что царь «по предложению Патриарха» в 1634 году «совершенно запретил» торговлю табаком³⁶⁷.

В личном общении с государем Предстоятель Церкви был покровителем и молитвенником царской семьи. А. Олеарий сообщает о рождении у царя младенца. Родившаяся дочь была крещена и названа Софиею <...> Говорят, Патриарх был крестным отцом, как у всех прочих детей Великого князя»³⁶⁸. В грамоте, посланной в 1636 году в Новгородскую епархию, сообщалось о рождении царевны Татьяны Михайловны «за молитв отца <...> и богомольца Святейшаго Иоасафа, Патриарха Московскаго и всея Руси, и всего освященнаго Собора»³⁶⁹. В свою очередь государь давал жалованные грамоты на патриаршие вотчины, освобождая их от уплаты податей³⁷⁰, а в дни именин в царской семье Патриарху вручались дары³⁷¹. В 1636 году по государеву указу в Астрахани было выделено место для патриаршего двора «подле Астраханского Троецкого загородного монастырского дворца, для его патриарша учуюжного всякого промыслу»³⁷².

Общение Патриарха Иоасафа с Востоком носило традиционный по тому времени характер. В Посольском приказе хранились грамоты игумена Неофита «о милостыне»³⁷³, старцев Преображенского монастыря о милостыне³⁷⁴, Патриарха «Царегородцкого Парфения о милостыне»³⁷⁵, грамота Иерусалимского Феофана «о милостыне»³⁷⁶. С различными нуждами к Патриарху Иоасафу обращались также старцы, приходившие из Малороссии³⁷⁷.

Когда в 1637 году русский паломник Василий Гагара возвратился с Востока в Москву, то, как он отметил, «государь царь Михаил Феодорович и Патриарх меня учали жаловать, корм и подачи были»³⁷⁸. Будучи в Иерусалиме, В. Гагара встречался с Вифлеемским митрополитом Афанасием, который справился о здравии царя и его семьи, а также «и о Патриархе»³⁷⁹. В привезенной им грамоте Александрийского Патриарха Герасима (1621–1636) говорится о внесении имени Патриарха Иоасафа в поминальный диптих наряду с другими Предстоятелями Православных Церквей³⁸⁰.

В 1637 году к грузинскому царю Теймуразу было направлено посольство из Москвы. Старшим из духовных лиц был соборный старец Троице-Сергиева монастыря Иосиф, ранее бывший в 1617–1622 годах настоятелем Ипатьевского монастыря. Он вез с собой две грамоты Патриарха Иоасафа: царю Теймуразу и архиепископу Иоанну³⁸¹. Ему были также даны инструкции, как «править» благословение от Патриарха, а в качестве даров иконы (царю – образ Живоначальной Троицы; архиепископу – образ Владимирской Богоматери), также святое Миро и т. д.³⁸². Когда данное посольство отправилось назад, то Грузинский архиепископ вручил грамоту для Патриарха Иоасафа «и часть мира, принесенного мироносицами Христу и хранившегося <...> в Алавердском Георгиевском монастыре», и одновременно просил архимандрита Иосифа засвидетельствовать в Москве, что он с «епископами и всеми церковными чиньми государя царя Русскаго и Святейшаго Иоасафа Патриарха Московскаго подданные»³⁸³.

Святейший Патриарх обращал внимание на иерархию своего времени. Весьма показателен случай с Суздальским архиепископом Иосифом (Курцевичем). Он прибыл в Москву из Малороссии в 1625 году, где был Владимиро-Брестским епископом. Его род восходил к Кориату, сыну литовского князя Гедимина. В епископы он был рукоположен в 1621 году Иерусалимским Патриархом Феофаном (1608–1644), но из-за начавшихся притеснений со стороны польских властей перешел в Московскую Русь³⁸⁴. Его подпись имеется на настольной грамоте Патриарху Филарету³⁸⁵. Затем после ухода на покой Суздальского архиепископа Арсения³⁸⁶ он в 1626 году был назначен на Суздальскую кафедру. Здесь проявилось его панско-шляхетское поведение: со своими дворовыми людьми он всячески досаждал суздальцам. В 1634 году весной Владыка был соборне осужден³⁸⁷ и сослан в Сийский монастырь, где некогда находился Патриарх Филарет. В царской грамоте Сийскому игумену Ионе предписывалось держать архиепископа Иосифа «во властелинскому чину с панагеею» и причастить «его при смерти»³⁸⁸.

Затем выяснилось, что он даже в пост ел мясо, вел соблазнительный образ жизни и крещен был обливанием, а если «обливанец» хотел креститься, то он запрещал ему это. Поэтому осенью того же года после соборного решения пришла в монастырь патриаршая грамота от 14 сентября 1634 года. В ней было указано, что он недостоин носить святительский сан и должен был находиться «в чину плачущихся и рыдающихся, не менши бо и он зде восхотел содеяти Исидора треклятого Митрополита и Игнатия Патриарха, их же Церкви соборная проклинает, також де и мы проклинаем, и он убо тем же проклятым восхотел последовати и с ними честь ирияти»³⁸⁹. В присутствии монастырского собора Сийского монастыря с бывшего Суздальского епископа Иосифа была снята панагия и он был отправлен в Соловецкий монастырь, постриженником которого был Патриарх Иоасаф³⁹⁰. Адам Олеарий, находившийся второй раз в Москве в составе Голштинского посольства в 1636 году, отметил, что они были размещены на подворье Суздальского владыки, который «несколько лет тому назад впал в немилость и был сослан в Сибирь»³⁹¹. Через 6 лет опального Владыку перевели по его прошению из Соловков в Казанский Зилантьев монастырь, где он и скончался в 1642 году.

Таким образом, постановления о чине принятия католиков и униатов церковного Собора 1620 года, бывшего при Патриархе Филарете³⁹², имели силу и твердо соблюдались при его преемнике. Более того, материалы Собора были затем включены в мирской и иноческий Требники, выпущенные в 1639 году при Патриархе Иоасафе. При этом Номоканон мирского Требника был дополнен текстом о святительском суде и выпиской «из Стоглавника царя Ивана Васильевича с Собором Макария Митрополита о тафьях безбожнаго Моамефа и от священный правил о стрижении брады»³⁹³.

Как Предстоятель Церкви Святейший Патриарх проявляет заботу о благочестии в церковно-нравственной жизни общества и духовенства. Происходит усиление надзора за духовенством, делается постоянное напоминание поповским старостам об их обязанностях заботиться о нравственнрсти духовных пастырей. Для этого в августе 1636 года была издана «Память» поповским старостам на имя тиуна Ивана Манойлова и главного поповского старосты Никольского «попа» Панкратия. Содержание «Памяти» можно разделить на несколько частей. Во введении Святейший Патриарх перечисляет нестроения, встречающиеся в храмах. Затем следует оценка данной ситуации, которая заканчивается словами из предисловия к постановлениям Владимирского Собора 1274 года: «...не пленена ли земля, не взяты ли Быша гради, не падоша ли без оружия, не помроша ли скоти и не оскудеша ли нивы? И сия вся содеяшася ныне предь очима нашима в наше наказание, а никакоже воспомянухом ся!»³⁹⁴. После этого патриаршему тиуну И. Манойлову предписывается собрать поповских старост и прочитать им данную грамоту «и велети им с сее памяти списав списки слово в слово и разослати в Китай, и в Белый Каменной город, и в загородные места, по всем соборным и приходским церквам»³⁹⁵. Далее в предписательной части даются указания против многогласия, о времени начала богослужения, о необходимости чтения во время богослужения «Учителныя Евангелия, и святых Апостол и святых Отец поучения и жития, в Прелогах повести, и в которых церквах какия книги Божественаго Писания учителныя есть, прочитати во услышание православным християном»³⁹⁶. В «Памяти» также говорится о поведении в храме, о пище, о воздержанности в языке и пр. Последняя часть начинается со слов: «И о том бы о всем, яже суть писаная в сей памяти заповедания, со всяким усердием во всем утвердите накрепко». Завершается грамота прещениями непослушным³⁹⁷. Можно говорить, что содержание «Памяти» взаимосвязано с проблемами церковной жизни того времени. В 1636 году Патриарху Иоасафу подали челобитную девять нижегородских священников, указывая на различные недостатки в жизни общества³⁹⁸. С. Зеньковский пишет о челобитной нижегородских священников: «Но если в непорядках Церкви и в их обличениях не было ничего нового, то зато совершенно новым явилась организация священников и тот факт, что желание улучшения шло от них самих, а не от епископата и Патриарха, как это было обычно на Руси. Это были уже не замечания и не дисциплинарные меры сверху, а возмущение низов духовенства, начало проявления их недовольства руководством Церкви и выступления их как самостоятельной силы. Интересно, что Патриарх Иоасаф не наказал их за «мятеж и смелость», как это сделал всего лишь четыре года перед этим сам Филарет, а согласился с ними и последовал их совету»³⁹⁹. Некоторые поставленные в челобитной проблемы почти дословно сформулированы в Памяти поповскому старосте. Этими же проблемами ранее был обеспокоен Стоглавый Собор 1551 года.

Сохранившиеся источники свидетельствуют об энергичных усилиях Предстоятеля Церкви к врачеванию различных недугов среди духовенства. В 1639 году по его благословению в Иосифо-Волоцкий монастырь «под начал» за недостойное поведение был направлен из Брянского Свенского монастыря «строитель Варлаам»⁴⁰⁰. Он же повелел закрыть два скита, основанные старцем Капитоном, за его особое ригористическое направление⁴⁰¹.

В 1547 году в Русской Церкви появились указания о старшинстве некоторых монастырей⁴⁰². Более полно и детальней данный вопрос был разработан при Патриархе Иоасафе, когда в 1635–1637 годах была обнародована «Лествица властем». Вначале в ней указываются согласно старшинства епархии, а затем монастыри: митрополичьи кафедры – Новгородская, Казанская, Ростовская, Сарская; архиепископские – Вологодская, Суздальская, Рязанская, Тверская, Астраханская, Сибирская, Псковская; епископская Коломенская; настоятели монастырей архимандриты – Троице-Сергиев, Рождественский во Владимире, Чудовский; игумен Кирилле-Белозерского монастыря и т. д. Всего названо 46 обителей, настоятели которых бывали в Москве на Соборах. Некоторые игумены, согласно составленной «Лествице», поставлены выше архимандритов⁴⁰³.

Святейший Патриарх заботился о сибирской пастве, направляя туда «черное» и «белое» духовенство, которого там не хватало. В 1635 году он прислал в Софийский собор в Тобольск «по Новгородцком митрополите Киприяне четырнатцать книг». Среди них была печатная Библия «острошская», Толкование на Апостол «печать литовская», Книга Стоглавник... Книга Просветитель» преподобного Иосифа Волоцкого⁴⁰⁴. Владыка Киприан был первым иерархом на Сибирской земле, Тобольским архиепископом (1620–1624), затем два года занимал Сарскую и Подонскую кафедру и скончался на Новгородской кафедре (1626–†1635). В 1611–1620 годах он был Спасо-Хутынским настоятелем и, несомненно, был знаком с будущим Патриархом Иоасафом I, который был при дворе Новгородского митрополита Исидора. Он же возглавил интронизацию Патриарха Иоасафа I в 1634 году. Это был духовный писатель, гимнограф, миссионер, администратор⁴⁰⁵. Теперь после его кончины Первосвятитель прислал книжный вклад в Сибирскую епархию, начало которой полагал владыка Киприан. После кончины митрополита Киприана «поставлен бысть Патриархом Иоасафом Новуграду митрополит Авфоний»⁴⁰⁶.

Отголоском Смутного времени явились события 1635 года, когда Патриарх Иоасаф I встречал с крестным ходом в Москве останки царя Василия Шуйского, который скончался в польском плену и теперь был погребен в Архангельском соборе⁴⁰⁷. Красную площадь украшают два выдающихся памятника; собор Покрова на рву построен в XVI веке при Митрополите Макарии в связи со взятием Казани, а Патриарх Иоасаф освятил Казанский собор, воздвигнутый на Красной площади в память окончания Смутного времени и прославления Казанского чудотворного образа Богоматери.

Во время пожара в 1626 году сильно пострадал Патриарший двор. Поэтому при Патриархе Филарете велись интенсивные ремонтно-восстановительные работы, причем сам двор при этом претерпел «обширную перестройку»⁴⁰⁸. «Преемник царственного Патриарха святитель Иоасаф 1-й застал свое домовое хозяйство в весьма удовлетворительном состоянии и за 8 лет управления Патриархией не производил капитальных перестроек Патриаршего двора. Но и при Иоасафе был постоянный ремонт, только довольно мелкий, обыкновенно вызываемый большим хозяйством. При этом святителе произведены были значительные постройки только на даче в Троицком-Голенищеве»⁴⁰⁹. Вскоре после своего восшествия на престол Патриарх Иоасаф повелел написать перед столовой палатой образ Христа Спасителя «Недреманное око», а также заново переписать изображения Богоматери Знамение, Живоначальной Троицы и святых⁴¹⁰. В домовой патриаршей казне среди различных икон был образ «Соловецких чудотворцев»⁴¹¹.

По благословению Патриарха Иоасафа на Руси основывались монашеские обители. В 1637 году «черным попом Ионою» был основан Троицкий Шенкурский монастырь⁴¹². В Нерехте по благословению Первосвятителя был освящен храм и при нем была устроена Сретенская обитель. В обители находилась икона, принесенная из Ярославля, от которой совершались чудеса. Затем в Ярославле была написана еще одна икона для Нерехты, от которой также начали совершаться чудеса. В Ярославль прибыл Ростовский митрополит Варлаам (1619–1652) и повелел принести ее в Успенский собор. После этого жители не захотели отдавать икону в Нерехту, поэтому посланцы из Нерехты обратились к Патриарху Иоасафу с просьбой о содействии в перенесении иконы в Нерехту. В связи с этим Патриарх послал «свое писание к Ростовскому митрополиту Варалааму, повелеша отдати чудотворную икону»⁴¹³.

Патриарх Иоасаф I известен своей строгой аскетической жизнью, смирением, благочестием, любовью к монастырям. Отдельная страница в жизни Патриарха – это его связи с Соловецкой обителью, постриженником которой он был и которой усердно благотворил в течение своей жизни, давая различные вклады. Во вкладной монастырской книге имеется следующая запись: «143-го году октября в 12 день Великий господин Святейший Иоасаф Патриарх Московский и всея России пожаловал вкладом ризы отлас золоченой оплечье участковое 70 рублев, да денег 100 рублев. А прислал те ризы и денги с Троецким казначеем с старцом Иоасафом <...> Да прошлого 121-го году как он Святейший Иоасаф Патриарх Московский и всеа Росии был во Пскове архиепископом пожаловал прислал 70 рублев, да книгу Псалтирь Толковую Максима Грека цена 30 рублев по своих родителех за отца и за матерь написати в литии инока Боголепа, да иноку Улию. Да он же пожаловал дал на Москве старцу Саве денег 50 рублев»⁴¹⁴. В 1635 году он дал вкладом в Соловецкий монастырь фелонь⁴¹⁵, в 1637 году – потир⁴¹⁶. В 1638 году Патриарх Иоасаф пожертвовал в Соловецкий монастырь печатное Евангелие 1614 года в окладе⁴¹⁷. Еще ранее, будучи Псковским владыкою, он пожаловал в место своего пострижения Толковую Палею⁴¹⁸. Сохранившиеся святительские грамоты на Соловки, их почтительный тон свидетельствуют о его глубоком почитании обители, где он принял монашество.

В вышедшей при Патриархе Иоасафе I декабрьской богослужебной Минее была помещена служба Митрополиту Филиппу, что позволяет говорить о его общерусской канонизации в это время⁴¹⁹. Будучи соловецким постриженником, он, вполне возможно, был очевидцем принесения на Соловки из Твери мощей святителя Филиппа в 1591 году. Автором жития Митрополита Филиппа был соловецкий инок Сергий (Шелонин), которого возводил в игумены Ипатьевского монастыря Патриарх Иоасаф, хотя П. Знаменский справедливо сомневается в этом известии⁴²⁰.

Известны также имена некоторых других лиц из окружения Первосвятителя. Память тиуну И. Манойлову подписал дьяк Феодор Торопов⁴²¹. Патриаршим архидиаконом был старец Арсений (Суханов), в последующее время знаменитый Троицкий келарь⁴²². Когда в 1634 году по благословению Патриарха патриарший боярин С. Колтовский и дьяк А. Максимов переписали домовую патриаршую казну, то она была передана патриаршему «казначею старцу Данилу Соловетцкому»⁴²³. Ставленники, ожидавшие своего рукоположения, при Патриархе Иоасафе «зимнею порою все дожидались в крестовой, а ночевали в хлебнее безденежно»⁴²⁴. Патриаршим духовником был «соловетцкой черной поп Серапион»⁴²⁵.

В 1635 году Яренгский монастырь со всеми землями и угодьями селения Яренги по ходатайству Патриарха Иоасафа грамотою царя Михаила Феодоровича был подчинен Соловецкому монастырю. Новгородский Митрополит Авфоний, напоминая архимандриту Соловецкому Рафаилу, что по прошению Патриарха Иоасафа царь пожаловал им Яренгу на краю моря, где лежат мощи новоявленных чудотворцев Иоанна и Лонгина, предписывал построить и освятить новый храм во имя Соловецких чудотворцев Зосимы и Савватия, потому что «Яренгские чудотворцы Иоанн и Лонгин труждалися в древния лета в Соловецком монастыре»⁴²⁶. А в 1639 году их святые мощи были перенесены из часовни в новопостроенный храм во имя преподобных Зосимы и Савватия⁴²⁷.

В 1646 году на Соловках было открытие святых мощей Митрополита Филиппа, которые ранее были принесены из Твери. В этом священном событии участвовал священник Мартирий. В последующее время он задумывался о внешнем виде святого иерарха, поскольку на иконе, присланной Патриархом Иоасафом «старцу Паисее Дворянинову», бывшем в 1639–1640 годах Соловецким настоятелем, у Святителя была «брада <...> густа написана, черна и кругла. А в подлиннике в Соловецком написана старых переводчиков, кои жива видели его: борода у него зело скудна, токмо на браде». Затем старцу Мартирию было видение иерарха. Явившийся Святитель «рече ему: «Зри мене, каков есмь» <...> Брада у него – немного волосов на браде, да и пошло к горлу». Соловецкий инок Сергий (Шелонин), описавший данное событие, рассказал историю написанной в Москве иконы. «А тот образ, что прислал блаженныя памяти Патриарх Иоасаф к старцу Паисее с Москвы, писан с Филиппова образа Митрополита с чюдотворного же, которой был на Москве и преставися в лето 6981 апреля в 5 день в первый час нощи. Преже преставления своего виде аггела Господня, возвещающа изход его ко Господу, и положен бысть у Ионы Митрополита в ногах»⁴²⁸. Очевидно, имеется в виду надгробный образ Митрополита Филиппа I (1464–1473)⁴²⁹, который таким образом явился основой при написании иконы святителя Филиппа И.

Святейший Патриарх давал вклады в Успенский собор: подсвечники⁴³⁰, алтарную завесу⁴³¹, на гробницах святителей Феогноста, Филиппа, Геронтия, Макария покрова – «данье великого господина Святейшего Иоасафа, Патриарха Московского и всея Руси»⁴³²; он же дал вкладом облачение⁴³³. В 1634 году в день памяти святителя Алексия «Патриарх Иоасаф указал благовестить в большой колокол, а пели в среду на масленице у Алексея чюдотворца, а в иных храмах пели в четверток»⁴³⁴. Таким образом, в Чудовом монастыре, где почивали мощи святителя Алексия, его память творилась в день его памяти, пришедшейся в этом году на среду масленой недели, а везде была перенесена на четверг.

Актовый материал монастырей проливает свет на архипастырскую деятельность Первосвятителя. Печерская обитель под Нижним Новгородом до открытия в 1672 году Нижегородской епархии была в патриаршем ведении. Архимандрит Печерского монастыря Рафаил (1628–1637) строил храм в обители с приделами, о которых делал ранее распоряжения Патриарх Филарет. Однако в отсутствие настоятеля келарь сделал изменения в планировке и алтарь Соловецких чудотворцев несколько сместился, поэтому Печерский настоятель спрашивал затем Патриарха Иоасафа: оставить все как есть или переделать⁴³⁵. В другой раз Патриарх Иоасаф благословил архимандрита Рафаила строить храм в селе Нагавицыне во имя великомученика Георгия, о чем ему была послана Патриаршая грамота⁴³⁶. Сохранилась также грамота духовенству о сборе патриарших пошлин⁴³⁷. Сохранился интересный документ, как в Нижнем Новгороде «по указу Великого государя Святейшего Иоасафа, Патриарха Московского и всеа Руси» был выбран «поповский десятский» диакон Иван на год, «а тот дьякон Иван добр, не плут и не бражник, и душею прям, и государевы патриарховы дела ему дьякону Ивану за обычей, куды его дьякона для дела пошлют»⁴³⁸. Глава Церкви подтверждал жалованные грамоты монастырям, данные им его предшественниками⁴³⁹.

Одновременно Святейший Патриарх заботился и о московских монастырях, о чем свидетельствует возобновленная при нем роспись в соборе кремлевского Чудова монастыря, основанного святителем Алексием (†1378; пам. 12 февр.). При этом был написан храмовой образ Чуда Архангела Михаила в Хонех. «Возобновление в храмовом образе миниатюр из рукописей 1570-х гг. свидетельствует об обращении к наследию эпохи становления Российского государства»⁴⁴⁰. Кроме Соловецкого монастыря он давал вклады и в другие обители. Во вкладной книге Троице-Сергиевого монастыря указано 100 «рублев» – величина патриаршего вклада, сделанного им в 1635 году. В 1636 году он совершил богомольную поездку в Звенигород⁴⁴¹. Его имя внесено в Синодик Псково-Печерского монастыря⁴⁴².

Жития святых дополняют сведения о его жизни. Святейший Патриарх Иоасаф послал свою шубу Кожеезерскому подвижнику, старцу Никодиму (†1640; пам. 4 июля), узнав о его строгой жизни. Преподобный поцеловал первосвятительский дар и затем передал его в обитель, сказав: «Для моей худости довольно и рубища». Патриарх Иоасаф вложил в Кожеезерский монастырь ризу из лазоревой камки, Требник и 5 рублей⁴⁴³. Святейший Патриарх Иоасаф I благословил игумена Макарьевского Желтоводского Пафнутия (1640–1642) освидетельствовать чудеса, совершавшиеся при гробе преподобного Варнавы Ветлужского (†1445; пам. 11 июня)⁴⁴⁴. Игумен Пафнутий, собрав на месте сведения о чудесах, представил затем их Патриарху. С того времени началось почитание преподобного Варнавы, он был причислен к лику святых Русской Церкви, и ему было положено совершать память 11 июня, в день его блаженной кончины⁴⁴⁵.

Русская Церковь украшается при Патриархе Иоасафе не только памятями святых, но и празднованиями чудотворных икон. Боярский сын Василий Потапов, собиравший архиерейскую дань в Нижегородской земле, сообщил Патриарху о новоявленной чудотворной Оранской иконе Богоматери (пам. 21 мая). По грамоте Патриарха Иоасафа I была создана комиссия, в которую вошли нижегородский архимандрит Печерского монастыря Рафаил и протопоп Архангельского собора Иосиф. Комиссии предписывалось: «И целбу от образа того получивших кому от каковыя болезни и в кое время, и в коих местех, в той ли пустыни, или в их домех, или на пути, о сем приискренне повелевает изыскав свидетельствовати: колико кто лет, какою болезнию одержим бе, все неизменно описати повеле. И по сем в сем описании ради совершеннейшаго уверения и сие приложив, повеле о них испытали всеми родители и сродники, и соседы их ту близ живущыми всякаго чина духовных и мирских, яко да от неразумных не возмнится истина, лож бысти»⁴⁴⁶. Проверяющие «своими печатми те книги запечатлеша, ко Святейшему Иоасафу Патриарху восписавше, вкупе же и тех свидетельствованых народа Богоматере чудес книгу воспослаша». Святейший Патриарх сам прочел все и затем возвестил о всем царю Михаилу Феодоровичу. Вскоре последовало патриаршее благословение на открытие Оранского монастыря. В Сказании не называется дата этого события, но, очевидно, оно произошло в 1635 году⁴⁴⁷. В Повести Святейший Патриарх Иоасаф назван «тихосмиренным»⁴⁴⁸.

В Архангельском соборе в Кремле находилась чудотворная икона Смоленская-Иоасафовская (пам. 28 июля), которую традиционно связывают с именем Патриарха Иоасафа⁴⁴⁹, но которую целесообразнее датировать XVI веком, поскольку она, очевидно, принадлежала Всероссийскому Митрополиту Иоасафу (1539–1542; †1555; пам. 27 июля)⁴⁵⁰.

Важным дополнением для описания деятельности Святейшего Патриарха Иоасафа являются впечатления А. Олеария, дважды в 1634 и 1636 годах посетившего в составе голштинского посольства «Московию» и оставившего свои записки. Он описывает крестные ходы, которые он видел, будучи в Москве. О праздновании Нового года на Руси он пишет (хотя и не называет при этом Патриарха по имени, но хронологически это был Святейший Патриарх Иоасаф I): «1 сентября русские торжественно справляли свой Новый год <...> Процессия, которую устроили русские, справляя этот праздник, была очень красива на вид. На кремлевской площади собрались более 20000 человек, молодых и старых. На верхнюю площадь вышел Патриарх со всем клиром, с почти 400 попами в священническом убранстве, с очень многими хоругвями, иконами и раскрытыми старыми книгами <...> Великий князь с обнаженной головой и Патриарх в епископской митре, оба поодиночке, выступили вперед и поцеловали друг друга в уста. Патриарх также подал его царскому величеству, чтобы тот мог приложиться, крест, с пядень длиною, осыпанный большими алмазами и другими драгоценными камнями. Затем он в многих словах произнес благословение его царскому величеству и всей пастве, а также пожелал всем счастья к Новому году. Народ кричал в ответ: «Аминь"»⁴⁵¹. Он же описал торжественный крестный ход Патриарха на праздник Покрова Пресвятой Богородицы в «искусно построенную Троицкую церковь, которую немцы зовут Иерусалимскою»⁴⁵². Он имеет в виду храм Покрова на рву, известный ныне как собор Василия Блаженного. Другой крестный ход 22 октября в день памяти Казанской иконы Богоматери подробно описывает состав крестного хода к Казанскому собору на Красной площади⁴⁵³. Чин шествия на ослята совершается после Литургии в Успенском соборе. Государь сам «вел за длинные уздцы лошадь Патриарха. Лошадь была покрыта сукном; ей были приделаны длинные уши для сходства с ослом. Патриарх сидел на ней боком; на его белую круглую шапку, осыпанную очень крупным жемчугом, также была надета корона. В правой руке его находился золотой, осыпанный драгоценными камнями крест, которым он благословлял окружающий народ. Народ же весьма низко кланялся и крестился на него и на крест. Рядом с Патриархом и позади него шли митрополиты, епископы и другие попы, несшие то книги, то кадильницы. Тут же находились 50 мальчиков, одетых большею частью в красное; одни снимали перед Великим князем свои одежды и расстилали их на дороге, другие же вместо одежды расстилали разноцветные куски сукна (локтя в два величиною), для того чтобы Великий князь и Патриарх прошли по ним»⁴⁵⁴.

При Патриархе Иоасафе еще интенсивнее, чем при Патриархе Филарете, продолжается печатание книг. После пожара в Китай-городе в 1642 году Печатный двор некоторое время функционировал в Кремле, пока шли ремонтно-восстановительные работы на самом Печатном дворе⁴⁵⁵. В целях пополнения книжного фонда на Печатный двор были затребованы древние пергаменные рукописи из Кирилло-Белозерского монастыря⁴⁵⁶. Параллельно Печатному двору работает в «друкарне нового заводу» Василий Федорович Бурцев, «подьячий азбучного дела». Он издает целый ряд книг, пользующихся повышенным спросом: Часовник, Святцы, Азбуки, Каноник и т. д. В изданных им книгах был введен титульный лист по примеру украинских и белорусских печатников⁴⁵⁷.

Всего Московским печатным двором при Патриархе Иоасафе было напечатано более 30 изданий. Большинство книг перепечатывалось с прежних, причем выходило по нескольку изданий одной книги, преимущественно без изменений. Московский печатный двор начинает расширять репертуар издаваемой продукции при Патриархе Иоасафе. «...первые предвестия перемен в московском книгоиздательстве относятся еще к последнему году жизни Патриарха Иоасафа I. За три месяца до смерти Иоасафа (умер 28 ноября 1640 г.) начат был печатанием первый том «Пролога»; за два дня до его смерти приступили к печатанию «Маргарита» – собрания слов и проповедей Иоанна Златоуста, плодовитейшего писателя и главного столпа византийского христианства. Издание было закончено и выпущено в междупатриаршество 1 ноября 1641 г; повторено в 1698 г.»⁴⁵⁸.

Чрезвычайно интересен Трефологион, содержащий в основном службы русским святым. До этого русские службы в печатных богослужебных Минеях могли быть, но находились в конце книги. А в годовом круге Трефологиона службы русским святым были собраны все вместе и расположены в Месяцесловном порядке. Как в середине XVI века появились в русской книжности «Книга новых чюдотворцев», «Каноники новых чюдотворцев», так аналогично в печатном мире появился в год 650-летия со дня Крещения Руси Трефологион. В его послесловии читаем: «Слава Свершителю Богу и подавшему помощь трудившимися сея книги во общую пользу православному христианству. Начата бысть печатати сия книга Трефолой по повелению государя царя и Великаго князя Михаила Феодоровича всея Русии в лето 7145-е месяца ноября в 1 день на память святых чюдотворцов и безсребреник Козмы и Дамияна совершена же бысть того же 145-го июня в 30 день на память святаго мученика Иустина Философа в 25 лето благочестивый державы царства его государя царя и Великаго князя Михаила Феодоровича всея Русии в 4-е лето Патриаршества отца его и Богомолца кир Иоасафа Патриарха Московскаго и всея Русии в славу и честь и в похвалу в Троице славимому Богу и Пресвятей Богородице и всем святым. Аминь». Тираж издания был 1150 книг. По выходе из печати Трефологиона он был преподнесен государю, царской семье и «великому господину Святейшему Иоасафу, Патриарху Московскому и всея Русии, подано по две книги в переплете, по обрезу золоченые»⁴⁵⁹.

В XVII веке наряду с богослужебными Минеями Московский печатный двор выпустил несколько отдельных Служб и среди них Службу и житие преподобного Сергия Радонежского (1646). Возможно, идея о ее напечатании была высказана Патриархом Иоасафом. В описании чудес преподобного Сергия, составленном старцем Симоном (Азарьиным) в «заключении рассказа о чуде явления воды замечено, что Патриарх Иоасаф велел известие об нем обнародовать в печати»⁴⁶⁰.

Можно говорить, что отношение к книгам литовской печати в это время становится менее сдержанным, что было характерно для времени Патриарха Филарета⁴⁶¹. «В 1639 году в Москве печатаются иноческий и мирской Потребники, в конце которых помещен так называемый эпитимийный Номоканон. Этот эпитимийный Номоканон есть простая перепечатка киевского Номоканона, изданного во второй раз в Киеве в 1624 году. Таким образом, в 1639 году уже находили возможным в московские церковные печатные книги вносить статьи, заимствованные из киевских печатных книг»⁴⁶². Имя Патриарха Иоасафа встречается во вкладных записях в книгах того времени⁴⁶³.

Если в конце жизни Патриарха Филарета Московская Русь вела войну с Речью Посполитой, до окончания которой он не дожил, то при Патриархе Иоасафе имело место героическое азовское сидение (1637–1641): взятие донскими казаками Азова, который они затем удерживали в своих руках от наседавших значительно превосходящих турецких сил⁴⁶⁴.

Жизнь Святейшего Патриарха Иоасафа подходила к концу. Очевидно, последним иерархом, кого рукоположил Первосвятитель, был архиепископ Герасим, поставленный 31 мая 1640 года из игуменов Тихвинского монастыря⁴⁶⁵. Осенью, на праздник Введения Богоматери во храм, 21 ноября 1640 года, престарелого Патриарха соборовали⁴⁶⁶. Через неделю, 28 ноября 1640 года, Святейший Патриарх Иоасаф скончался и был погребен в Успенском Кремлевском соборе у южной стены рядом с гробницей Патриарха Фитарета⁴⁶⁷. В летописи говорится об этом: «Во 148. Ноября 28 дня преставися Великий Господин Святейший Иоасаф Патриарх Московский, правящий престол Российский Церкве»⁴⁶⁸. 3 декабря было дано блюдо в Успенский собор⁴⁶⁹, 20 января 1641 года была дана книга творений святителя Григория Богослова «по Святейшем Иоасафе Патриархе из его патриарший келейной казны»⁴⁷⁰. Завершился земной путь Предстоятеля Русской Церкви, начатый в Спасо-Преображенской обители на Соловках, и местом его упокоения стал Успенский собор Московского Кремля.

Чин избрания последующего Патриарха Иосифа (1642–1652) начинается с извещения о кончине Патриарха Иоасафа, который «оставя свой святительский престол, отъиде с миром в вечное блаженство, в Небесное Царство, еже уготова Бог любящим Его от сложения мира»⁴⁷¹. Собравшись на Собор для избрания нового Предстоятеля, иерархи прикладываются в Успенском соборе к святыням, а также ко гробу Патриарха Филарета «и ко гробу великаго господина, Святейшего Иоасафа Патриарха Московскаго и всея Руси прихождаху, и зрящее уже его под спудом скрывшася, а святую Божию Церковь вдовствующу, такоже и иереев и причетников, яко во унынии дряхлостью стесняемых, жалостию угнетахуся, и над гробом великаго святителя погребальнаго плача песнь, яко долг некий воздающее отцу своему и пастырю, за его духовную и неизмеримую ко всем, яже о Христе любовь»⁴⁷². В последующее время в неделю Православия торжественно возглашалось: «Святейшим Патриархом Московским и всея России, Иову, Ермогену, Филарету, Иоасафу <...> вечная память»⁴⁷³.

Патриарх Никон воздвиг Патриарший дворец, где наверху «устроил маленькую церковь во имя новых московских святых, Митрополитов Петра, Алексия, Ионы и Филиппа, коих велел написать над ее дверью, а в церкви написать портреты шести Патриархов, бывших со времен Иеремии Константинопольского: первый из них Иов, затем <...> Филарет, Иоасаф и Иосиф»⁴⁷⁴.

Английский дипломат А. Мейерберг в своем описании Московии пишет, что после Патриарха Филарета «по порядку следовали Иоасаф, Иосиф и в настоящее время Никон. Все они правят с неограниченной властию, судят всякие дела, относящиеся к духовенству, церковному послушанию и христианским правам, и никогда не получают у царя отказа на просьбы об утверждении своих приговоров»⁴⁷⁵.

В истории Русской Церкви имеется целый ряд Первосвятителей, имена которых стоят в тени своих более знаменитых предшественников. Такими были Митрополит Афанасий (1564–1566) и Патриарх Иоасаф II (1667–1672). К их числу следует отнести и Патриарха Иоасафа I. Он сменил на Патриаршем престоле Патриарха Филарета, который был отцом царствующего государя. Поэтому на Патриарха Иоасафа смотрят, прежде всего, через призму его предшественника: он не имел титула «Великий государь», не имел такого влияния на государственные дела, как тот, и т. д. Между тем церковная жизнь при Патриархе Иоасафе продолжалась и развивалась. В своей деятельности он активно продолжал труды своего предшественника – Патриарха Филарета. Он общался с царем, заботился о дисциплине в Церкви, давал вклады в монастыри. Многочисленны источники, свидетельствующие о его личности. Историк митрополит Макарий (Булгаков) так характеризует второго Первосвятителя, поставленного после окончания Смуты: «Патриарх Иоасаф был строгий инок, смиренный и благочестивый, помнил место своего монашеского пострижения – Соловецкую обитель и почти ежегодно делал в нее свои пожертвования то церковными облачениями, то печатными книгами, то деньгами»⁴⁷⁶.

Ниже прилагается ряд документов, связанных с Патриархом Иоасафом.

В пречестную и великую обитель Боголепнаго Преображения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и преподобных отец Зосимы и Саватея, началников Соловецких великим государем келарю старцу Васьяну да казначею старцу Протасию архиепископ Иоасаф Псковский и Изборский Бога молю и челом бью.

Бога ради Господа велите ко мне писати о своем благом пребывании, как вас Господь сохраняет. А про меня изволите ведати, и я милостью Пречистыя и Живоначальные Троицы святых благоверных князей Всеволода и Доманта Псковских чюдотворцов и за молитв святых ваших апреля по 11 число телесне жив, а душевне весть Создавый нас.

Бил челом благочестивому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всея Русии и великому государю Святейшему Патриарху Филарету Никитичю Московскому и всея Русии и милости просил со слезами, чтоб пожаловали отпустили в обещание и по их государьскому изволенью выше меры поставлен во Псков в архиепископы, а прошения своего не получил. Бога ради отцы честнии незабвенных нас сотворите во святых и благоприятных ко Господу молитвах и впредь к нам духовно свое любовь не убавьте.

Да пожаловал великий государь Святейший Патреарх Филарет Никитич Московский и всея Руси отпустил со мною священника Соловецкого Иякова, а в монастыре у него осталась собинная⁴⁷⁷ его рухлядишко, а не монастырьское и тому... в сей же грамотке.

И вам бы пожаловати, та его рухлядца прислати к нам во Псков с ведомым ездаком и к нам по пожаловати велеть отписати...

А милости Пресвятыя и Живоначальные Троицы и Пречистые Богородици и великих чюдотворцов своих благоверных князей Всеволода и Доманта нареченных во святом крещении Гаврила и Тимофея Псковских чюдотворцов и всех святых и молитва нашего смирения благословение да есть и будет с вами ныне и в век аминь.

На обороте: В пречестную и великую обитель боголепнаго Преображения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и преподобных отец Зосимы и Саватея, началников Соловецких великим государем келарю старцу Васьяну да казначею старцу Протасию (ММК. Рукоп. 1122).

Мнение Иоасафа Патриарха и всего Освященного собора

Благоверному и благочестивому и христолюбивому государю царю и великому князю Михайлу Федоровичу всеа Русии богомолец твой государев, Иоасаф Патриарх, со всем освещенным Собором Бога молим и совет даем. Прислано ко мне богомолцу твоему ис посолского приказу писмо, что объявлено на Соборе всяких чинов людем Крымского царя и Калгины и Нурадыновы многие неправды, что они мимо своей правды и шерти чинят в Крыме твоим государевым посланником позор и мучение и грабеж и всякую тесноту, чево ни в которых государствах над посланники не бывает. И о тех злых неправдах и о казне, которая посылана по старине в Крым для дружбы и любви и казну емлют, а в правде не стоят и о многом запросе и по вымученым кабалам о платеже, как ныне быть и за мучение твоих государевых людей крымским послом и гонцом, что учинити. И я богомолец твой государев Иоасаф Патриарх со всем освященным Собором даем мысль свою. Наше богомолцов твоих государевых должная молити и просити у Бога милости и Пречистые Богородицы и у Великих Святителей Петра и Алексея и Ионы Московских и всеа Русии чюдотворцов о мире всего мира и о благосостоянии Святых Божиих Церквах и о тишине мира и о устроении и о твоем государеве Цареве и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии самодержца и о твоем государеве благоверной и христолюбивой царице и великой княгине Евдокее Лукъяновне и о наших государевых благоверных и благородных чадех многодетном здравии, занеже ты благочестивый и христолюбивый государь царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии от вышния Божия десницы поставлен еси самодержец. Глаголет бо Господь Бог пророком: аз воздвигох тя с правдою царя и приях тя за руку и укрепих тя. Сего ради слышите царие и разумейте яко от Бога дана бысть держава вам, вас бо Бог в себе место избра на земли и на свой престол вознесе и посади, милости и живот положи у вас. Тебе же, государь, подобает приемше от Вышняго повеления правление человеческаго рода православна не токмо о своем пещися и свое житие точию правити, но и вся обладаемая тобою от треволнения спасати и соблюдати стадо его и помнити Господне слово реченное во Евангелии: ищите прежде Царствия Небеснаго и правды его и сия вся приложатца вам. Нам же богомолцем твоим государевым лепо по царьскому твоему остроумию и богопреданней мудрости воспоминати, яко царю, яко владычице. Ты же, боговенчанный царю, яко же преже поревновал еси благочестивому и равноапостолному великому царю Константину и благоверному великому князю Владимеру, яко ж они християнский род во своем царствии из рова преисподняго возвели и всех верующих во Святую Животворящую Троицу сердца возвеселили и яко ж сперва честная и непорочная Християнская вера и по Апостольских и Богоутвержденных преданиих во всех наших церквах боголепно и благообразно цветет и проповедаетца. Глава бо еси всем; покажи, государь, ревность и благочестие, чтобы тебе, государю, своих посланников от таких от басерменских рук и злаго мучения и позоров, как мочно, свободить, а царьская твоя государева казна тем скудна не будет, а как Бог твоих государевых посланников своею милостию от таковаго злаго мучения свободит и им о той казне, которая посыпана в Крым по старине для дружбы и любви за их многую неправду и мучительство и позор твоих государевых посланников против их запросов мочно в том, по их многой неправде, и отказати, а в украйных городех пристойно тебе, государю, устроите ратных людей конных и пеших, по своему государеву благоразсудителству и разсмотренью, как тебе, милосердому и благочестивому государю царю, Бог известит, а за мучение твоих государевых людей Крымским послом и гонцом, что учините и о том нам богомолцем твоим такова совету, что им воздаяние учините, написать не пристоит, занеже, государь, на такое дело на отмщение врагов, что над ними учините, бывает твое государево царское благоразсмотрительство и твоих государевых боляр и ближних людей и всего твоего государева царьского сигклита, а не нашего чину твоих государевых богомолцов⁴⁷⁸.

А такова грамата послана к Грузинскому Теймуразу царю от Иоасафа Патриарха Московского и всеа Русии с ыпацким архимаритом Иосифом...

Трисолнечный и светоначальный, единосущный, в Троице славимый Бог наш Отец и Сын и Святый Дух всемогий и во всей твари всяческая действуяй, неизреченною благостию и премногою милостию Отец щедротам и Бог всякия утехи, утешая нас всегда о всякой вещи, яко возмощи и нам утешити сущая в недоумении утешением, им же утешаемся есмы от боголепныя и всесилныя и превысочайшия славы Его.

Преблагаго Бога нашего, величества и силы Богом венчаннаго и Богом почтенного и Богом украшенного и Богом превознесеннаго и благочестием всея вселенныя в концех восиявшаго, ноипаче же во царех во благочестивой православной християнской вере всей изрядной цветущаго, пресветлейшаго и преславнаго благоверного и христолюбиваго великого Государя Царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии самодержца И многих государств Государя и обладателя, первопрестольник Я блюститель святыя соборныя и апостольския церкви Пресвятые и Пречистыя и Преблагословенныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии честнаго и славнаго Ея успения Иоасаф, Божиею милостию Святейший Патриарх царствующаго града Москвы и всея Великия Росии благочестивому и христолюбивому победопоборнику великаго истинного Православия Богом утверженныя, благочестивый, християнския веры всея Иверския земли начальнику, кроткому и смиренномудрому и согласнику утишному и храброму Теймуразу царю, о Святем же Дусе возлюбленнейшему сыну нашего смирения в Православии радоватися о Господе.

И радость да будет ти и мир и милость и победа на враги и на супостаты православный веры истинныя, в жизнь живота безнаветна⁴⁷⁹ и безмятежна многолетием, здравствуй душевне, вкупе же и телесне во всяких благопотребных и душеполезных спасений, возмогай о Господе и да имаши милость и благословение от Бога Вседержителя Господа и Спаса нашего Иисуса Христа. И будет ти свыше от Его преблагаго Бога нашего помощь и крепость и одоление на враги и на супостаты храбрость, сице же да буди тебе быти по Бозе крепкому избраннику и храброму поборнику и еже бы подщитис тебе всегда на нечестивыя их зборы и разсыпати их бури и мятежи их, иже повсюду. И по Бозе, иже твоя благотворения на нечестие разорением добре устроити вещь и творити добре, иже по вся дни на нечестивых, побежая их Божиею помощию, купно же и призывая на помощь и на заступление к Его Божию милосердию в молитвы Пресвятую и Пречистую и Преблагословенную Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию и святых Божиих небесных сил безплотных и всех святых, иже от века богоугодивших, во еже бы в твоем началствии, в Ыверской земли, утвердилась и просветилась наша православная, християнская вера твердо и непоколебимо и не превратно и не преложно. Якоже солнце на небеси сияет и во всю вселенную луча своя простирает, такожде б и святая наша и непорочная православная християнская вера в нас и во всех концех всея земли сияла и просветилась паче солнечных луч даже и до дне пришествия Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа, яко же приидет судите живым и мертвым и воздати комуждо по делом его.

Писал еси к благочестивому и христолюбивому и к великому Государю нашему Царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии самодержцу и многих государств ко Государю и обладателю, и присылал посла своего нареченнаго митрополита Хусанскаго Никифора, чтоб Великий Государь наш пожаловал тебя по соединении святыя нашея православные, християнские веры твое благочестивое царское державство присовокупил к своему царскому величеству под свою царскую руку, от твоих недругов взял во оберегание и послал бы в твое государство учительных людей, могущих исторгнути корень нечестия и возрастити плод благоверия и просветити светом Богоразумия и единоверным быти вам с нами во благочестивой и непорочной нашей христианской вере, во всяком исправлении по благовестию Христову и по апостольскому учению и по святых отец преданию.

Да ты ж, Теймураз царь, писал к великому Государю нашему, да потом же и к нашему смирению и о своем пребывании и о гонении и тесноте, как терпишь от иноверных и во всем утесняем и о иных многоразличных своих делах, и великий б Государь наш всея Великия Росии самодержец пожаловал в скорбех твоих учинил тебе помощь, а нашему б смирению к благочестивому Государю нашему о твоем прошении, еже ты писал к нам, Патриарху, о твоих пребывании сего, просиши поизвестить, чтоб великий Государь наш прошение твое по своему царскому благоутробию да исполнил.

И благоверный и христолюбивый великий Государь наш Царь и великий князь Михаило Федорович всеа Великия Росии самодержец и многих государств Государь и обладатель, истинный рачитель благочестию и Богошественный святаго пути Богоуставного закона и премудрый исходатай и благоразумный поспешник истинне, изыскатель отеческому преданию благоразумие цветущ совершенным благочестием, слышав таковая Вседержителя и Человеколюбиваго Бога и Пречистые Его Матере неизреченную милость, юже творит на православных християнех, яко не остави вас заблудити от истиннаго правого пути недоумением одержимым и яко агнецем посреди волков пребывающим и гонимым и утесняемым и насилуемым от иноверных окрест вас пребывающим, и помысля о твоем прошении и милосердуя, мысль свою царскую нам и всему освященному Собору объявил: по прошению твоему землю твою Иверскую под свою царскую руку взял во обереганье от всяких твоих недрузей и о твоем деле в своей царской грамоте с своими государевыми послы подлинно о всем писал. А для спасения ради вашего, чтоб вы сынове Божии совершены были в вере, послал великий Государь наш, по совету с нашим смирением и со всем освященным Собором, к твоему царскому достоянию с своими послы учителных людей: Пречистые и великие обители Живоначалные Троицы с Костромы Ипацкого монастыря архимарита Иосифа, да священноинока Алексея, свяшенноинока дьякона Арсения, священноиерея Григория, священнодьякона Онтония, добре ведящих Божественное Писание книжнаго учения ко истинному извещению правые веры истинных церковных преданий. И егда же приидут к твоему державству послании от нас учительные люди, и тебе б их своим царским присвоением повелеть приняти с любовию и яже ти изрекут о правде и о истинне Божией и утвержении и о укреплении святыя нашея православный християнские веры и о исполнении закона Божия, яко же подобает православным християном творити, та сия вся верою несуменною от учения их восприими со усердием. И подщись убо и благоизволи веру свою принести к Богу нашему живу, благочистительну и благотворительну во всех Его Божиих заповедех. Да аще же убо благоволиши, то и Бог во всем поможет ти и от всякого зла да сохранит тя во вся дни живота твоего, потом же и царство твое во веки соблюдет невредимо, кроме бо Божия силы и споспешиния, ниже мы исправити можем, се бо ниже Бог, кроме нашего подщания и изволения помогает нам. Требуем же и мы прежде всех Божественнаго пособия и силы, кроме ж оного ничтоже совершитися может и Бог паки нашего подщания истезает, аще бо мы не восхощем, ниже подщимся, ниже Бог нам помогает, исповедаем же мы о Бозе, сиречь помощию Его и благодатию, да и той и о нас нашим яве усердием и тщанием и чистою верою во всем да поможет ничто же убо несть паче несомненный и чистыя веры ниже упование, яже к Богу и надежди еже к нему крепчайше веруя, ибо право много имут к Богу дерзновение и, со дерзновением приступая к нему, обретает елико на пользу просит. Такоже и ты, аще восприимеши веру Божию со всею правостию сердца своего и яже праведная и полезная просиши от Бога, то и подает ти Бог, еже о своем прошении и не погрешити имаши от прошения своего. И аще убо обрящет нас Господь тако творящих прияти веде и заступите нас и избавит нас от тмы греха и искушения и молвы борющих и ненавидящих нас видимых и невидимых враг и почести даст светлы и нетленны и просветит душ наших и к Божественному чертогу введет и Своего Царствия дарует наслажения, его же буди всем нам получите благодатию и человеколюбием Господа нашего Исуса Христа, с Ним же Отцу купно и Святому Духу подобает слава и держава, честь и поклоняние и велелпие ныне и присно и во веки веком. Аминь.

Таков наказ дан от Иоасафа, Патриарха Московского и всеа Русии духовного чину людем Ипатцкому архимариту Иосифу и архидьякону и попом.

Лета 7145-го июня в 16-ое Государь Царь и великий князь Михайло Федорович всеа Русии, советовав со отцем своим и богомолцем с великим господином Святейшим Иоасафом, Патриархом Московским и всеа Русии, со всем освященным Сбором, и указал послати по прошению Иверские земли начальника Теймураза царя в ево подначальствуемую в Ыверскую землю с послы своими со князь Федором Волконским, да з дьякоим Ортемьем Хватовым для исправления и утвержения святыя и православныя християнския веры учителных людей Живоначальные Троицы с Костромы Ипатцкого монастыря архимарита Иосифа, да священноинока Олексея, да священноинока дьякона Арсения, да священноиерея Григория, да священнодьякона Онтония.

И как ож даст Бог будут в Грузинской земле, и велит Теймураз царь быти у себя на посольстве государевым послом, и архимариту Иосифу з братьею и с товарыщи итти к Теймуразу царю вместе з государевыми послы со князем Федором Волконским, да з дьяком с Ортемьем.

Да как князь Федор и дьяк Ортемей по государеву наказу Теймуразу царю поклон исправят и речь изговорят и государеву жаловальную грамоту подадут, и их дьяк Ортемей Теймуразу царю объявит и после того архимариту Иосифу говорить речь Теймуразу царю от Святейшаго Патриарха Иоасафа всеа Руси.

Первое благословение правит:

Святейший Иоасаф, Божиею милостию Патриарх царствующаго града Москвы и всего царства Росийскаго тебя, Иверские земли началника Теймураза царя, благословляет и велел тебе поклонитися.

Святейший Иоасаф, Божиею милостию, Патриарх всея Великия Росии велел тебе Теймуразу царю говорить: присылал еси к великому Государю ко благочестивому Царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии самодержцу посла своего нареченнаго митрополита Никифора бити челом, чтоб благочестивый Государь Царь и великий князь Михаило Федорович всеа Русии пожаловал тебя Теймураза царя и всю твою землю Иверскую, и принял под свою царскую руку и во оборону ото всех твоих недругов, и прислати б к тебе царскому величеству своего посла и учительных людей для исправления веры християнские.

И благочестивый великий Государь Царь и великий князь Михаило Федорович всеа Русии самодержец, советовав о том со мною смиренным Иоасафом Патриархом всеа Русии и с митрополиты и архиепископы и с епископы и со всем освященным Собором всего Росийскаго царствия, тебя Теймураза царя и всю твою землю Иверскую пожаловал, под свою царскую руку принял и оберегать тебя и твою землю ото всех твоих недругов учнет. И послал к тебе благочестивый Государь царь послов своих князя Федора Федоровича Волконскаго, да дьяка Ортемья Хватова, а нам своим богомольцем поволил благочестивый Государь Царь послати к тебе с своими послы учительных людей для утвержения веры християнския. И послали есмя к тебе Теймуразу царю и к преосвященному Иванну архиепископу и ко всему освященному Собору учительных людей великие лавры Пресвятые и Живоначальные Троицы Ипатцкого монастыря архимарита Иосифа, да с ним же священноинока Олексея, да священноинока дьякона Арсения, да священноиерея Григория, да священнодьякона Онтония.

Да поднести Теймуразу царю от Святейшаго Патриарха Иоасафа благословение: образ, обложен серебром, а молыти: Святейший Иоасаф, Божиею милостию, Патриарх царствующаго града Москвы и всего великого Росийскаго царствия прислал к тебе Теймуразу царю свое благословение образ Пресвятые и Живоначальные Троицы, обложен серебром, резной, венцы резные ж, да царице твоей образ Успения Пресвятые Богородицы, обложен серебром с трубами, венцы резные, да сыну твоему Давиду царевичю образ Спасов, обложен серебром с трубами, венцы резные, да царевне твоей образ Софеи Премудрости Божии, обложен серебром с трубами, венцы резные.

А после того говорить Теймуразу царю: Святейший Иосаф, Божиею милостию, Патриарх всея Великия Росии приказали со мною благословение к преосвященному Иванну архиепископу и некоторые речи о духовных делех со мною, и ты б Теймураз царь поволил нам быти у преосвященнаго архиепископа Иванна.

Да как архиепископ Иван велит им быти у себя и архимариту Иосифу с товарыщи, пришед архиепископу, говорити от Святейшаго Иоасафа Патриарха всеа Русии благословение, а молыт:

Пресвятейший Иоасаф, Божиею милостию, Патриарх царствующаго града Москвы, благочестием цветущий всея великий Росии о Святем Дусе возлюбленному сыну и сослужебнику, преосвященному Иванну архиепископу святыя и пречистыя великия лавры Пресвятыя и Пречистыя и Преблагословенныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии и честнаго и славнаго Ея Успения Самтавраского монастыря, купно же и надзирателю святыя соборныя и апостольския церкви всемирнаго Воздвижения честнаго и Животворящаго креста Господня, священноначальнику Божия града Цхета Иверские земли Грузинского царствия и всему освященному Собору благодать и мир и милость от Бога Отца вседержителя да будет на всем твоем священноначалии.

Да подати Иванну архиепископу от Патриарха благословение образ, а молыт: Святейший Иоасаф, Божиею милостию, Патриарх царствующаго града Москвы и всея Великия Росии прислал к тебе свое благословение – образ Пречистые Богородицы Одигигрия, обложен серебром с трубами, венцы резные. – А после того подати Иванну архиепископу грамота учительная⁴⁸⁰.

Учительная грамота Патриарха Иоасафа

Учительная грамота от Святейшаго Патриарха Иоасафа ко Иверскому митрополиту послати с старцом.

Трисолнечный и Светоначальный и Единосущный и в Троицы славимый Бог наш Отец и Сын и Святый Дух, всемогий и во всей твари всяческих действуяй неизреченною благостию и премногою милостию, Отец щедротам и Бог всякия утехи, утешая нас всегда о всякой вещи, яко возмощи и нам утешити сущая в недоумении утешением, им же утешаемся есмы от боголепныя и всесильныя и превысочайшия славы Его Преблагаго Бога нашего величества и силы, – Богом венчаннаго, и Богом почтеннаго, и Богом украшеннаго, и Богом превознесеннаго и благочестием всея вселенный в концех восиявшаго, наипаче же во царех во благочестивой православной християнской вере всеизрядно цветущаго, пресветлейшаго и преславнаго, благовернаго и христолюбиваго великаго государя царя и великаго князя Михаила Федоровича всеа Руси самодержьца и многих государьств государя и обладателя первопрестольник святыя соборныя и апостольския церкви Пресвятыя и Пречистыя и Преблагословенныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии честнаго и славнаго ея Успения, Иаасаф, Божиею милостию, Святейший Патриарх царствующаго града Москвы и всея Русии, по благодати Божии и по просвещенней славе его, яже показа нам ныне слышати преславная своя чюдеса, яко от тмы на свет богоразумия землю Иверскую благоизволи просветити и в разум истинный благоустрой произвести и сподоби вас рачителем быти и ревнителем закона его Божия, яко же мы восприяхом, такожде и вы ныне ревнители хотяще быти, части и жребия святыя и непорочныя нашея православныя христьянския веры.

О Святем Дусе сыну и сослужебнику нашего смирения, преосвещенному Иванну архиепископу святые и пречистые лавры Пресвятыя и Пренепорочныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Мария честнаго и славнаго Ея Успения Самтавраскаго монастыря, Божия града Цхета Иверския земли, Грузинскаго царствия, архиепископом, и епископом, архимаритом, и игуменом, и всему освещенному Собору и всем благочестивым христоименитым людем единыя правыя веры сопричастником святыя апостольския Церкве, истинныя матере сыном правоверным християном и излюбленным, еже о Христе, чадом нашим – благодать и мир и милость от Бога Отца Вседержителя и нашего смирения благословение.

Присылал бити челом к великому государю нашему царю и великому князю Михаилу Федоровичю всея Русии к самодержьцу и многих государств к государю и облаадателю Теймураз царь Иверский посла своего нареченнаго митрополита Хусанскаго Микифора, чтоб великий государь наш благочестивый царь и великий князь Михаиле Федорович всея Великия Росии и многих государств государь и облаадатель пожаловал, взял ево под свою царскую руку оберегать ото всяких ево недругов и послал бы в его государство учительных людей, могущих исторгнута корень неверия, и возрастити плод благоверия, и просветити светом богоразумия и единоверным быти вам с нами во благочестивой и непорочной нашей, християнской вере во всяком исправлены, по благовестию Христову и по апостольскому учению и по святых отец преданию.

Да он же Теймураз царь писал к великому государю нашему о своем пребывании и о гонении и тесноте, как он терпит от иноверных и во всем утесняем, и великий б государь наш царь и великий князь всея Великия Росия самодержец пожаловал ево, в скорбех учинил ему помочь. И благоверный, и христолюбивый и Богом венчанный, и Богом превознесенный, и благочестием всея вселенныя в концех просиявый, наипаче же во царех пресветлейший и преславный во благоверии, великий государь наш царь и великий князь Михаило Федорович всея Великия Росии самодержец и многих государств государь и облаадатель, истинный рачитель благочестию, и богошественный святого пути богоуставнаго закона и премудрый исходатай, и благоразумный поспешник истинно, изыскатель отческому преданию, благоразумие цветущъ совершенным благочестием, слышав таковая Вседержителя и человеколюбиваго Бога и Пречистыя Его Матере неизреченную милость, юже творит на православных християнех, яко не остави вас заблудити от истиннаго праваго пути...⁴⁸¹

Такову отписку писал к Святейшему Иоасафу Патриарху Московскому и всеа Руси из Астарохани архиепископ Рафаил посольского приказу с толмачем с Федором Полыщиковым...

Великому Господину отцу нашему Святейшему Иоасафу, Патриарху Московскому и всея Руси сын твой государев и богомолец Рафайло архиепископ Астороханский и Терский у тебя великаго Святителя прошу благословения, Бога молю и челом бью.

В нынешнем государь во 147 году приехал в Астарохань грузинский посол Теймураза царя митрополит Микифор, а архимарит Иосиф сказал, что де он Никифор нареченный митрополит, а не совершенный. А приехал он в своем платье в черной чюге⁴⁸², и в нынешнем же государь во 147-м году заманил к себе на подворье нашего двороваго портного мастера Олешку Иванову и, запоя иво пьяново, а велел себе сшити мантию с ысточники; а я, государь, того не ведал. И в той, государь, мантии ездил в Спасской монастырь, а посох, государь, у него был желтой о дву рогах, что у протопопов; живет и нашей православные христианские вере так поругался: без повеления ту мантию с ысточники на себя вздел.

И мне богомольцу твоему государеву про то учинилося ведомо, что ездил он в мантии с ысточники, и я, богомолец твой государев, посылал к государеву боярину ко князю Юрью Ондреивичу Ситцкому с товарыщи своего приказного Ивана Пшагина и велел про то известити, что на том на черном⁴⁸³ митрополите Никифоре объявилась мантия с ысточники. И государев боярин князь Юрьи Ондреивич Ситцкой с товарыщи посылали дворянина Савина Горохова с нашим приказным с Ываном Пшагиным и велел ему говорити: Кто ему велел мантию с ысточники зделати? И по чьему указу на себя вздел без государева указу и без твоего святительского благословения? И впред бы он на себя с ысточники мантии не вздевал до государева указу и до твоего святительского благословения и нашей православной вере не поругался. И он, государь, им отказал: Я де вашего архиепископа и боярского указу не слушаю. И о том бы тебе Великому господину отцу нашему Святейшему Иоасафу Патриарху Московскому и всеа Руси было известно.

Такову грамоту прислал к Святейшему Иосафу Патриарху Московскому и всеа Руси Грузинской Лаверденской архиепископ Зеведей з грузинским же послом с нареченным митрополитом с Микифором...

Перевод з грамоты, какову прислал к великому государю Святейшему Иоасафу Патриарху Московскому и всеа Руси и Грузинской Алаверденской архиепископ Зеведей Теймураза же царя с послом с нареченным митрополитом с Микифором.

Святейшему и Пресвятейшему великому Патриарху Московскому и всеа Руси Кир Иоасафу Великие Церкви Алаверденской архиепискуп Зеведей бью челом святому и великому на сем свете земному ангелу, и человеку Божию, и святу, и учителю Церкви Христовы, и пребывающему в место Христово и вместо четырех Евангилист и двунадесяти апостол. Великому и высочайшему великие соборные Церкви пастырю славному, и зело возлюбленному, и почтенному ото всех Патриарх и благочестивых православных крестиян, – Святейшему и Пресвятейшему Великому Патриарху господину Иоасафу многие лета и многие смиренные поклоны и святые руце твои целую и извещаю о православном царе нашем Теймуразе и со всеми епископы.

Преж сего мы и Церковь наша с седмью Соборы совокупились и с четырми православными Патриархи и до ныне. А ныне учинилось есми и земля наша и Церковь и монастыри при нашей области, а преосвященный митрополит Микифор посол и приказной государя нашего Теймураза царя и он известит вам обо мне всю истину; то ж и святый архимарит, что он видел землю и церкви наши велми разорены, яко возлюбляете зело честно Господа нашего Иисуса Христа, что Он пролил святую Свою кровь нашего ради спасения.

Посем молим и просим вас, да пожалуете нас, потому что земля наша велми разорена и учините нам ныне помощь и зашищенье в великой нашей нужде и в бедности и буди святительству вашему ведомо, которую помощь и милость воздадите нам ныне и тому будет явно пред Богом нашим Иисус Христом.

Да послал есми к святительству вашему с преосвященным митрополитом с Никифором небольшую хрусталь, а в нем маленькая часть сударя Христова, которым его Господа овертели Иосиф, да Никодим.

А посем соблюдает тебя Бог ото всякаго зла ныне и присно и во веки веком аминь.

А внизу грамоты написано: Всех царей и Леонтия царя гробов архиепискуп Зеведей.⁴⁸⁴

Челобитная нижегородцких попов в лето 7144

Великому государю Святейшему Иосафу Патриярху Московскому и всеа Русии бьют челом нищии ваши государевы богомолцы Нижнево Новаграда приходных церьквей попы: поповской староста Успенской поп Симеон, да Вознесенской поп Анофрей, да Николской поп Мелентей Емельянов, да Происхожденской поп Тит Емельянов, да Сергиевской поп Андрей Трофимов, да Георгиевской поп Василей Никитин, да Покровской поп Иван Гавриилов, да Казанския Богородицы поп Трифон Алексеев, да Воскресенской поп Иван Неронов о мятежи церковнем и о лжи християнъства. За леность и нерадение поповское от многаго пиянъства и безчинства, по Давидову государь слову, погибе блгоговейный, и умаляшас истинны и несть исправления, потому государь, что стало, от вас государей великих святителей и наставников заочно, по своей воли без страха повыкли жити, яко заблуждьшая, не имуще пастыря.

В церквах государь зело поскору пение, не по правилом святых отец, ни наказанию вас государей: говорят голосов в пять и в шесть и боле, со всяким небрежением, поскору. Ексапсалмы государь такоже говорят с небрежением не во един ж голос, и в ту ж пору и Псалтыр и каноны говорят, и в ту ж пору и поклоны творят невозбранно. А священницы государь о том мир не наказывают⁴⁸⁵, чтоб стояли в церькви со страхом и благочинно, по правилом святых Апостол и святых отец и вас государей; и о поклонех, како подобает во время поклонитис. А се государь Литоргии Божии служат без часов, толко отпустом начинают: и в соборных церьквах у Спаса Всемилостиваго и у Архангела протопопы не часами ж начинают. И на них государь смотря, и по иным церьквам такожде часов пред обеднею не говорят же. И мы государь били челом на твоем государеве патриарше дворе твоему государеву тисятильнику (sic) Василью Тимофеевичю, чтоб заказал⁴⁸⁶ в соборех и во всех церьквах, по правилом святых отец и по твоей государь святительской грамоте, обедни часами начинати, и протопопы государь о том его не послушали. А которой государь священник по преданию святых Апостол и святых [отец] и вас государей похощет творити, и прихоцкия люди з гордостию, не ведаючи божественных преданий и не бояся суда Божия и вашего государева прещения возбраняют и запрещают и говорят так: Таво не повелос у нас и в соборных церьквах, а ты де затеваешь новыя уставы и, коли де так годно, и ты де привези указ с Москвы, чтоб по всем церьквам так творили. И то государь безчинное и незаконное дело, что не часами начинают обедни, стало повычно⁴⁸⁷, а обедня без часов, аки птица без крыл.

Да еще государь неисправление и лжа церьковная повычна, тако ж по многим церквам в постныя дни государь Великаго поста, в них же должни православнии християне, яко в жатвеное время, с трудом великим и воздержанием плоды добродетельный собирати в житницу душевную. И в те государь в великия дни не по преданию святых Апостол и святых отец совершают службы церковныя, но по своему государь умышлению, лености ради, и небрежением великим изнуряют время постное и лжут в церквах. Вечерни государь отпевают многия попы по церквам до перваго часа дни на розсвете, а инии до солнечнаго возходу. И в молитвах государь не ощущают, поют по утру: пришедшу солнцу на запад⁴⁸⁸, а солнце еще восходит, и возвышают глас к Богу: видевше свет вечерний, поем Отца и Сына и Святаго Духа Бога; и говорят: Сподоби Господи в вечер сей без греха... а еще государь и солнце в дневныя чреды не постигло. Давид бо рече: «Небеса поведают славу Бжию» (Пс.18:2). Егда государь поем утренюю, тогда вопием: Господи, заутра услыши глас мой, Царю мой и Боже мой; а в вечер вопием: Пришедшу солнцу на запад, видевше свет вечерний, по сему святыми вселенскими отцы утвержено и предано молитвеное время подобными времянми молитвами совершати. И паки рече: седмию днем хвалих тя о судбах правды твоея, и паки: вечер и заутра и полудне поем и благословим, данными государь велелепными хвалами, ими ж государь ты великий святитель и сам возвещаеши, яко поется Бог в коеждо время подобными времянъми молитвами во свое их время, по преданию святых Апостол и святых отец и вас государей.

И те государь законы, данныя лености ради, во едино время отпевают: поутру просят государь дне сего совершенна, да в то ж время – вечера сего совершенна просят, а еще государь день настает. И таковою государь ложью и леностию хотим умилостивите Бога и людем благодати испросите. И тава (sic) государь обычая в началах у православнаго християньства ни у вас великих святителей не бывало. И в том государь неисправлении лжа явис пред Богом, а верным государь людем смута и о вере повреждение. Видим государь в наставницех и в церьквах неисправление, и оттого им смущается ум и скудеет вера, потому что государь вожди ослепоша леностию и нерадением исправления церьковная погасиша. Да понамари государь по церквам молодыя без жен, да тако ж государь многия по многим церквам поповы дети во время святыя службы в олтари безчинствуют.

Да еще государь о разорении и о великом мятежи церковнем, юже искупи Христос честною Своею кровию (Деян.20:28), утверди на камени веры заповедей Своих и земных к небесным присовокупи: церьков бо – земное небо. «Слава в вышних Богу и на земли мир» (Лк.2:14) ангелом и человеком, едино дело благоизволи, в нас ж государь не тако, яко же благоизволи Всещедрый Господь, но вся противная содеваются, их же государь известно скажем.

В самое государь великое и страшное время, в него ж закалается Незлобивый Владыка за мирский живот и спасение и раздробляется всем верным, еже есть именуется Литоргия страшных Тайн, в ней же невидимо соделоваются неизреченная; да и во иныя государь церьковныя службы в заутренния и вечерния службы и псальмопения, в них же должни суть со страхом и трепетом стояти, наипаче ж во время страшных Таин, по Писанию: в церкви стояще славы Твоея, на небеси стояти мнимся, а прокураты⁴⁸⁹ государь и шпыни⁴⁹⁰ не дадут в церькви со страхом и в безмолвии со вниманием божественных послушати. Ходят государь чрез всю церковь невозбранно со всяким безъстрашием и нечистотою, яко разбойницы неистовии, разоряюще церковь клопоты⁴⁹¹ и кличи, и пискания⁴⁹² и мятежи творяще великия в церквах; ходят государь толпами человек по [де]сятку и боле. Да те государь толпы выдут, а инии внидут, и безпрестани государь от них в церквах велика смута и мятеж, иногда дерутся в церквах и бранятся.

А инии государь прокураты ходят, повеся на выю образ Божий, а инии полагают пелены на блюде и свещи, собирают, ркуще: на созидание церьквам, а потом их мнози видят со пияницами; а [и]нии проданными себе называют и на окуп⁴⁹³ просят, а сказываются розными имены и грады; а инии творятся бешеными, и потом их видят целоумных; а инии государь ходят во образе пустынническом и во одеждах черных и веригах, разтрепав котыни⁴⁹⁴, а инии помазывают нозе гноем, кровь сливаючи с мозгом и ползают по церьквам, писк творяще, и велик соблазн полагают в простых человецех. И от того государь мятежа и прокуратства церьковъ в великом разорении и несмирении, по Господню словеси: Дом Мой, дом молитвы, сотвориша вертеп разбойник (см. Мк.11:17).

Да еще государь о праздницех Господьцких о Рожестве Христове и о Богоявлении, их же святии отцы уставиша православным християном духовно празновати и со страхом и благоговением стояти и духовная словеса Божественных Писаний со вниманием послушати. На се бо нас и созывают божественнии праздницы, и писания повелевают духовно веселитися и удивлятис милосердию Божию, от невидимых существ сошедшаго и неприступнаго дому Жител, Нань ж не смеют зрети чинове небеснии, человек изводи быти человека ради. В нас ж государь сия пренебрегома и, яко что неистинно дело, презираемо, и вся противна творим я ругательно праздником Господьским: вместо радости духовный, и возделание творят радости бесовской, многими государь еллинскими и бесовскими играми дни сия провожают. От Рожества Христова и до Богоявления делают государь по домох игрища и собираются на той злой зиь (sic) зело по многу, мужи и жены, и игры творят всякого бесовскаго мечтани многими образы злыми, ругаются млосерди Божия и Пречистыя Его праздником. И делают государь лубяныя кобылки и туры и украшают полотны и шелковыми ширинками и довешивают колоколцы на ту кобылку, а на лица своя полагают личины косматыя и зверовидныя и одежду таковую ж, а созади себе утвержают хвосты, яко видимыя беси, и срамная удеса в лицех носяще и всякое бесовско козлогласующе и об(ъ)являюще срамные уды, а иные в бубны бьюще и плешуще и пляшуще, и ина неподобная творящее. И сим государь образом не токмо по домох, но и по улицам града и по селом и по деревням ходяще, яко неистови блудници, не стыдящеся образа Божия и честнаго имени християнскаго и спону⁴⁹⁵ государь велику хри(сти)янству творяще. Сонмы, государь, за ними ходят великия, и безчисленно душ християнъских погубляют сим мечтанием бесовским, и мзды им дают, слугам сатанинским, и отводят государь помышления человеком от празнования духовнаго видимым сим сатанинским служением.

А в навечери государь Рожества Христова и Богоявления такожде ходят, по улицам толпами и поют бесовския песни и кличют коледы, творят затеи бесовския. Да еще государь к сим. В шестый четверток по Пасце на празник Вознесения Христова тако ж противляются празнику Христова Вознесения. В Печерской монастырь ходят, понеж там храм во имя Христова Вознесения, от града отстоит две версты, ходят, государь из града мужи и жены, из сел и из деревен сьезжаются, а корчмиты государь с кабаками и со всякими пьяными пит[и)и, а игрецы и медветчики и скомороси з бесовскими оружии. И собрався государь к тому Печерскому монастырю, и мнятся празновати сицевым образом: медветчики с медведи и плясовыми псицами, а скомороси и игрецы с личинами и с позорными блудными орудии, з бубнами и с сурнами и со всякими сатанинскими блудными прелесми, и злыа государь прелести бесовския деюще, пиянъствующе, пляшуще и в бубны бьюще и в сурны ревуще и в личинах ходяще, и срамная в руках носяще, и ина неподобная деюще, их же как сатана научил противитис празнику Вознесению Христову.

И зело государь ослабеюще род человеческий от многих прелестей сатанинских и позабывающе судбы Божия, како не пощаде перваго мира примесившихся сыном Божиим ко дщерем человеческим (Быт.6) и протчих судеб Божиих, иж в наказание наше. Во истинну государь образ Божий и сыновство обругахом и пременихомся ко дщерем сатанинским, ко злым его прелестем, и не ощущаем Ноева человека, сииреч звания Христова, творим злая, приидут ли на ны благаа? Чего не пострадахом? Не пленена ли земля наша? Не взяти ли гради наши? Не падоша ли без оружия? Не помроша ли скоти и не оскудеша ли нивы? Сия государь вся ныне содеяся пред очима нашима в наше наказание, и никако ж воспомянухомся⁴⁹⁶. И в пастырех государь наказания оскудеша, и на пиянство устремишася; и которыя государь от вас государей к нам грамоты приходят о исправлении християнъства и в наше государь наказание, и о бывшем государь при твоей святительской пастве от образа Спасова и о истекших слезах и в наше государь наказание, к нашему воздержанию и трезвости. И протопопы государь нам тех грамот почасту не прочитают и, по вашему государеву наказанию, от пиянъства удалятися и от всякого безчинства не вазъбраняют и не наказуют.

И тех государь злых затей бесовских, непрезнованных праздник, позорных всенародных соборищ на всякое лето бывает четыре збориша, оприч того, что о Рождестве Христове. Первое государь на праздник Вознесения Христова, у Печерского монастыря, о нем ж сказахом, а второе государь в седмый четверток по Пасце, на убогих домов (sic), трет[ь]е государь – на праздник Сошествия Святаго Духа, в селе Высоком: в том селе храм Святаго Духа, а от града государь две версты; четвертое государь зборише – на праздник Рожества Иванна Предтечи: на поле сходятся такова ж ради позорнаго играниа и пьянъства. Да те государь позорища повычны: с сел и з деревен съезжаются, и бывают многонародныи зело безчинства, полны и убийства, яко ж указахом у Печерскаго монастыря.

Да в седмый ж государь четверток по Пасце собираются жены и девицы под древа, под березы и приносят, яко жертвы, пироги и каши и яичницы, и поклоняс березам, и учнут походя песни сатанинския приплетывая пети и дланми плескати, и всяко бесяся, седчи, поядят те приносы; и востав от яди, кояждо их поимутся две – две, и пришед к той березе, и зовъют тоя березы ветви в колца и скозе те колца творят целование, и от того целования беззаконнаго зовутся кумами и розходятся. А на праздник Сошествия Святаго Духа паки сходятся тем же обыч[а]ем; тако ж песни сатанинския с плескою поют и тако, поедчи приносы, паки целование творят в тех же колцех, и поломав тоя березы ветви вершее, промеж кои целовались, и свив ветки, полагают их на главах своих и сносят на воду.

И теми государь затеи бесовскими не токмо от простых людей неуков повыкли делати, но и честных людей жены и дети и от поповскаго чину научил враг противлятис Богу и праздником Христовым.

Да на праздник же государь Рождества Христова и Иванна Предтечи по селом по деревням кладут огни по полям и чрез всю нощь и до самого солнечнаго возхода играют и чрез те огни скачют жонки и девки. И тако творят от Рожества Иоанна Предтечи и до Покрова дни.

И всякаго государь беззаконнаго дела умножилос: еллинских блядословий и кощун и игр бесовских, и ядят государь удавленины и по торгом, ей, продают удавленину, гуси и утки и тетереви и зайцы, их же не подобает православным хри[сти]яном ясти. Да еще государь друг другу лаются позорною лаею, отца и матере блудным позором, в род и в горло, безстудною самою позорною нечистотою языки своя и души оскверняют.

Да сходятся государь не токмо люди молодыя, но и старыя в толпы, и бывает бои кулачныя великия и смертнаго убийства много живет в тех их играх, и многия без покаяния пропадают.

Да о празднице государь в великую Светлую неделю ходят медветчики и скомороси по двором и по улицам и творят игры безчинныя, ругаются празднику Воскресению Христову, да на той же государь недели поставляют на лобных местех качели, и многия люди приходя качаются и с качелей убиваются до смерти и пропадают меж собою також без покаяния; и всякого государь неистовства зело много, а никим же государь возбраняеми ни обличаеми, ни запрещаеми, ни от священник наказаеми, ни от соседей устраша[е]ми, таковая творят неподобная.

Великий государь, Святейший Иоасаф Патриярх Московский и всеа Русии, смилуйс, подай темным в неведении свет и слепым прозрение и немощным целбу: тебе государь избра Бог вместо Себе на земли и показа тя воинствовати и соблюдати грады душевная и телесная, государь, якож рече Господь: «Се Аз и дети, яже Ми даде Бог» (Евр.2:13). Помилуй государь нас подобнич Божий и страдальче душевный о неисправлении церьковнем: о часех со обеднями, и о постных безвременных вечернях, и о мятежи церковнем от шпыней, о безстудстве християнства; учи[ни] государь свой святительский указ, чтоб по преданию святых Апостол и святых отец истинно славился Бог и до конца бы церкви Божия в лености и в небрежении не разорились, и нам бы в неисправлении и в скудости веры до конца не погибнути. И вели государь на те дела о церковнем исправлении, как пети часы и вечерни в Пост великий и о мятежи церковнем, что неистовствуют в церквах шпыни и прокураторы и о [и]грах бесовских дати свои государевы святительские грамоты.

Великий государь, смилуйся, пожалуй!⁴⁹⁷

Всероссийский патриарх Иоасаф II (1667–1672)⁴⁹⁸

В истории XVII века были два Первосвятителя, возглавлявшие Русскую Церковь, которые не только носили одно имя, но и их судьба была аналогичной. При первом царе из династии Романовых, Михаиле Феодоровиче, во главе Церкви стоял его отец – Патриарх Филарет, носивший титул Великий государь. После его кончины был избран Патриарх Иоасаф I, который был гораздо менее влиятелен. В середине XVII века возглавлял Церковь Патриарх Никон. Подобно отцу царя Михаила, он также носил титул Великий государь. После него Русской Церковью управлял Святейший Патриарх Иоасаф II. Оба Патриарха с именем Иоасаф оказались в тени своих более известных предшественников и, следовательно, остались менее известны в истории.

По низложении Патриарха Никона царь Алексий Михайлович в связи с долговременным вдовством Московского Патриаршего Престола повелел российским архиереям избрать в присутствии Восточных Святителей достойного кандидата в Патриархи. По имевшемуся порядку Восточным Предстоятелям были представлены три кандидата, в числе которых был Троицкий архимандрит Иоасаф, который и был избран на первосвятительскую кафедру.

Это был уроженец Тверской земли, о чем свидетельствует его именование «новоторжец». Первоначально он был настоятелем древнейшего Борисоглебского монастыря в Торжке, затем с 1654 года по 1656 являлся настоятелем Владимирского Рождественского, а с 1656 по 1666 год – Троице-Сергиева монастыря. В перечне Троицких настоятелей во Вкладной книге обители читаем о нем: «Архимандрит Иоасаф, взят из Володимера из Рожественского монастыря и поставлен апреля в 25 день 164 (1656)-го году. И повелением Великаго государя царя и Великаго князя Алексея Михайловича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца и по благословению великаго государя Святейшаго Никона Патриарха Московскаго и всеа Великия и Малыя и Белыя Росии даны ему на мантию скрижали да святительский посох»⁴⁹⁹.

Во время его настоятельства царь Алексий Михайлович неоднократно посещал Троице-Сергиеву обитель и полюбил архимандрита Иоасафа. Во время войны России с Польшей однажды, возвращаясь в Москву из богомольной поездки в Троицкий монастырь и получив утешительные вести об успехах русского оружия, царь немедленно возвратился с дороги назад в монастырь, где принес благодарение Богу и, отходя, заповедал настоятелю и братии трехдневный пост и молитву о даровании победы и ниспослании мира. Во время заповеданного государем поста и молебствий была одержана еще новая победа над поляками, за которую царь почтил архимандрита Иоасафа и братию⁵⁰⁰.

10 февраля 1667 года после действа Страшного Суда была совершена интронизация нового Предстоятеля Русской Церкви, которую возглавили Патриархи Александрийский Паисий и Антиохийский Макарий. В Троицкой вкладной книге читаем о новом Первосвятителе: «Был в архимандричестве 10 лет и 10 месяцев. И по указу Великаго государя взят к Москве в 175 году (1667)-м году <...> и поставлен Первопрестолником в Патриархи»⁵⁰¹. Мазуринский летописец XVII века довольно кратко повествует о его посвящении: «Лета 7175-го году Вселенские Патриархи со властьми усоборовали по правилу святых Апостол Богоносных Отец Никону Патриарху на Патриаршестве не быть и поставиша на Москве Патриархом ис Троецкого Сергиева монастыря архиморита Иасафа»⁵⁰². Вместе с иерархами в этот же день, подобно ранее Патриарху Филарету, он благодарил государя в Золотой Палате приветственной речью за возведение его в Патриаршее достоинство, а затем представлялся царице Марии Ильиничне. Вступление на Патриарший Престол святителя Иоасафа было ознаменовано «Приветствием новоизбранному Патриарху», составленным старцем Симеоном Полоцким, которое он включил в свой «Рифмологион». Утомленные затянувшимся вопросом о Патриархе Никоне, царь и иерархи выбрали на его место кандидата, не возбуждавшего никаких споров в силу своей преклонной старости. Патриарх Иоасаф II не проявлял большой активности в государственных делах, традиционно участвуя в заведенном ранее порядке дел.

В это время продолжал работу Большой Московский Собор 1667 года. Заседания Собора после осуждения Патриарха Никона длились с января и до середины лета. На соборных заседаниях председательствовали либо Восточные Патриархи, либо Патриарх Иоасаф II. Постановления Московского Собора 1667 года были подобны постановлениям Стоглавого Собора по своей значимости и по охвату различных вопросов жизни Русской Церкви. Чрезвычайность Собора в русском сознании была обусловлена также участием в его работе Восточных Патриархов.

Первым действием Собора было устроение церковных дел: были одобрены книги, исправленные Патриархом Никоном, а также изданные после его удаления. Они были соборне признаны православными, согласными с духом Православной Церкви и с древними рукописями. Тем самым Собор содействовал продолжению предпринятых Патриархом Никоном начинаний. Утверждение так называемых новых обрядов, названных старообрядцами «никоновскими», показало, что надежды старообрядцев тем самым не оправдались. В резкой форме, с греческой эмоциональностью, отличной от русской психологии, были осуждены решения Стоглавого Собора 1551 года, отцы которого якобы писали свои постановления «простотою и невежеством». На Соборе 1667 года было отменено сугубое Аллилуия, двуперстие, 16 земных поклонов при совершении молитвы преподобного Ефрема Сирина во время Великого Поста. Соборне были осуждены двуперстное изображение крестного знамения, сугубое Аллилуия, возражения на книгу Скрижаль, изданную при Патриархе Никоне, и т. д. Протопоп Аввакум и Лазарь и др., надеявшиеся восторжествовать по низложении Патриарха Никона, были расстрижены и отлучены от Церкви со своими последователями. После этого старообрядцы поняли, что Восток не на их стороне.

Патриарх Иоасаф II стремился своим кротким правлением умирить нестроения и умиротворить раскольников-старообрядцев, но при нем началось Соловецкое восстание. Иноки этого монастыря, проявив непослушание Церкви, отвергли решения Собора, не приняли нового архимандрита Иосифа, присланного на место архимандрита Никанора, и, изорвав новые книги, побросали их в море. Вооружившись в своем монастыре, они надеялись, что за крепкими стенами с пушками и вооруженными людьми они смогут заставить царя исполнить их волю. Это противостояние продолжалось почти десять лет и закончилось лишь при Патриархе Иоакиме.

Собор 1667 года принял различные правила для упорядочения жизни монашества, духовенства и мирян. Был поднят вопрос о необходимости более частого созыва церковных Соборов, а также увеличения числа епархий в Русской Церкви, что, впрочем, не нашло должного сочувствия у русского епископата. В Патриаршество святителя Иоасафа II была открыта только Белгородская и Обоянская епархия (как митрополичья), куда первым архиереем был назначен митрополит сербский Феодосий (1667–1671).

Кроме того, были приняты определения, касавшиеся церковного благочиния, а также были отменены некоторые особенности, имевшиеся в Русской Церкви, например: перекрещивание приходящих в Православие из латинской веры и другие некоторые обычаи, в центре иконостаса предписывалось вместо Господа Саваофа изображать распятие Христа Спасителя. Согласно с изменением символов, еще при Патриархе Никоне стали писаться при Евангелисте Иоанне вместо льва орел, а при Марке лев, при Матфее и Луке остались прежние знамения (телец и человек), с которыми писались Евангелисты еще в XIV веке, с тою только разницей, что у Иоанна орел писался с крестом в клюве.

Присутствие в Московской Руси Восточных Патриархов способствовало появлению у русских архиереев некоторых иерархических особенностей. Митрополиты Ростовский, Сарский и Сибирский получили благословение облачаться в саккосы, а Рязанская епархия была возведена в достоинство митрополии, причем Антиохийский Патриарх возложил на святителя Илариона (1657–1673) саккос и белый клобук. В грамоте Патриархов Александрийского Паисия, Антиохийского Макария и Московского Иоасафа архиепископу Рязанскому Илариону о возведении его в сан митрополита и о ношении саккоса говорится: «преложихом Резанскую архиепископию в Митрополию, ради его тщания, трудов и потов, иже положи за святую Восточную Церковь Христову и ради Православия и благочестия. Даровахом убо ему и наш Патриарший священный саккос и благословихом его, и иже по нем будет митрополитом во славной епархии Резанской носити»⁵⁰³. Астраханскому епископу Иосифу Патриархи Александрийский и Антиохийский даровали сан митрополита и подписали грамоту, предоставляя ему право иметь третье место среди архиереев и служить в саккосе. При Патриархе Иоасафе II Тобольский архиепископ Корнилий (1664–1677) был возведен в митрополиты и Тобольская епархия была поставлена на 4 место в Русской Церкви. О других архиепископах Александрийский Патриарх Паисий писал уже на обратном пути грамоту от 26 июня 1669 года, чтобы сведома государя Патриарх Иоасаф благословил носить саккосы всем архиереям в своих епархиях. Но царь не согласился на это, так как это преимущество предоставлялось только некоторым архиепископам как отличие за архипастырские заслуги, причем только в пределах их епархии. За время пребывания Восточных Патриархов в Великой Руси ими были дарованы богослужебные отличия также и настоятелям монастырей. Так, например, игумен Желтоводского монастыря получил от них право служить на орлеце и осенять свечами во время Богослужения, что было подтверждено затем Патриархом Иоасафом II⁵⁰⁴.

Следует остановиться на некоторых церковных событиях времени святителя Иоасафа II. Когда в Суздале осыпалась гробница архиепископа Арсения Элассонского и архиепископ Стефан сообщил об этом Патриарху, то он говорил об этом Патриархам Паисию Александрийскому и Макарию Антиохийскому. Для освидетельствования его гробницы в Суздаль был послан чудовский архимандрит Иоаким. «Преосвященный Стефан архиепископ ответствовал, что Чудова монастыря со архимандритом Иоакимом мощи архиепископа Арсения досматривали, и те мощи в новом гробе преложили и поставили на прежнем месте»⁵⁰⁵. В 1667 году по благословению Святейшего Патриарха Иоасафа II архиепископ Суздальский Стефан с комиссией свидетельствовал чудеса, происходившие от Шуйской-Смоленской иконы Богоматери, находившейся в Смоленском соборе града Шуи⁵⁰⁶.

Для полемики с раскольниками при Патриархе Иоасафе было издано особое подробнейшее обличение, под названием «Жезл правления» (М.: Печ. двор, 1667), в котором было отвергнуто встречающееся у преподобного Максима Грека мнение о сугубом Аллилуия. Это была первая книга московского Печатного двора, вышедшая при Патриархе Иоасафе II. Затем при нем московским Печатным двором были напечатаны Поучения преподобного Ефрема Сирина (1667); Служебник (1667, 1668, 1670); Богослужебное Евангелие (1668); Архиерейский Чиновник (1668), Чин освящения антиминса (1668), Следованная Псалтырь (1669, 1671), Триодь цветная (1670), Поучение святительское к новопоставленному иерею (1670), Апостол (1671), Требник (1671) и др.

В это же время переживала тяжелое время Киевская Митрополия. Речь Посполитая активно препятствовала подчинению Киевского Митрополита Московскому Патриарху, хотя уже Могилевский, Смоленский и Черниговский иерархи постепенно признали над собою власть Патриарха. Патриарх Иоасаф посылал от себя увещательную грамоту малороссийскому народу, призывая быть на стороне московского народа. Черниговский архиепископ Лазарь (Баранович; 1657–1692) также писал к запорожскому войску, большая часть которого находилась на польской территории, о ненарушении присяги. Когда Юрий Хмельницкий стал гетманом вместо Выговского и получил гетманскую булаву от Московского Государя, Святейший Патриарх в своей грамоте призывал его хранить верность Российскому престолу.

Патриарх заботился также о миссионерском служении в Церкви. Благодатная почва далекого севера на Новой Земле потребовала проповедника для ее жителей, самоедов, бывших идолопоклонниками и пожелавших принять свет Христовой веры. В связи с этим Патриарх Иоасаф 10 января 1672 года посылает грамоту игумену Сийского монастыря Феодосию, повелевая направить туда священника с причтом из Новгородской епархии, которой управлял тогда митрополит Питирим, будущий Всероссийский Патриарх (1672–1673).

Святейший Патриарх сохранял связи с монастырями, где он был до Патриаршества. Известны вклады Патриарха в Троице- Сергиев монастырь: в 1662 году он дал орнаментированный крюковой Стихирарь, затем – печатное Евангелие. В монастырской Вкладной книге читаем о его вкладах: «176 (1668)-го году в 11 день Великий господин Святейший Иоасаф Патриарх Московский и всеа Русии пожаловал в дом Живоначальныя Троицы вкладом бархат золотой по червчатой земле, в травах шелк зелен, мерою 8 аршин, и тот бархат отдан в ризную казну, взял ризничей соборной старец Игнатей Стоговский. 177 (1668)-го году октября в 29 день Великий господин Святейший Иоасаф Патриарх Московский и всеа Русии прислал в дом Живоначальные Троицы 2 атласа золотых по червчатой земле, в травах шелк бел да лазорев, мерою по десяти аршин. И в тех атласах по указу Государя Патриарха в церкви Успение Пречистые Богородицы зделано на престол индития».

Будучи постриженником Борисоглебского монастыря в Торжке, Патриарх Иоасаф также заботился и об этой обители. В 1669–1670 годах в Борисоглебском монастыре был построен храм Введения Богоматери во храм, «а строил – говорится в летописце – Патриарх Иасаф, постриженик того монастыря»⁵⁰⁷. В 1671 году Патриарх Иоасаф прислал в старейший монастырь Русской Церкви «из <...> патриарши келейныя казны» «ковер», наградив настоятеля правом, чтобы «Божественный службы действовать на ковре». Об этом он послал грамоту епархиальному архиерею, Новгородскому митрополиту Питириму⁵⁰⁸.

До наших дней дошло письменное наследие Патриарха Иоасафа, которое отражает актуальные проблемы того времени. «К 1661 г. относится послание (челобитная) <...> царю Алексею Михайловичу, обращенное к нему от монастырских властей по случаю одной из побед во время войны с Польшей»⁵⁰⁹. В послании прославляется молитвенное предстательство русскому войску преподобных Сергия и Никона Радонежских. Благодарный царь также писал послания архимандриту Троицкого монастыря Иоасафу⁵¹⁰.

Важным документом того времени является «Выписка от Божественных писаний о благолепном писании икон и обличение на неистово пишущих оныя», подписанная тремя Патриархами – Паисием, Макарием и Иоасафом. В грамоте подчеркивается божественная природа иконописания, не допускающая применения труда рабов или пленников, так как «токмо благородных чада и советничии сынове тому художеству навыкают». Чтобы показать духовность иконы, приводится пример из жития равноапостольного князя Владимира, которому византийский миссионер показал изображение Страшного. В грамоте приводятся ссылки на послания апостола Павла, творения святителей Григория Нисского, Василия Великого, Григория Богослова, преподобных Иоанна Дамаскина и Симеона Метафраста. Упоминаются в грамоте сказания о чудотворных иконах Христа Спасителя и Богоматери. В грамоте говорится о необходимости введения надзора за иконописанием в Московском государстве, чтобы добиться благолепного написания икон, и при этом порицаются те иконописцы, которые, подражая западному искусству, нарушали древние образцы иконописания, вводя новые формы, не принятые в Православной Церкви⁵¹¹.

Характерной чертой письменного наследия Патриарха Иоасафа является его связь с деятельностью Собора 1666–1667 годов. Эти грамоты печатались в Служебниках в 1667 и 1668 годах в качестве приложений⁵¹². Патриаршее «Поучение <...> попом и диаконом», «Увещание <...> о книзе <...> Иоанна Златоуста о священстве и о книзе «Жезл правления"» сохранились в списках конца XVII века. Н. Каптерев опубликовал грамоту Патриарха Иоасафа Константинопольскому Патриарху Мефодию (1669–1671) с просьбою об оказании помощи возвращающемуся из Москвы Александрийскому Патриарху Паисию. В другой грамоте он просит Иерусалимского Патриарха Нектария (1661–1669) о восстановлении в архиерейском достоинстве Газского митрополита Паисия (Лигарида)⁵¹³. Наконец, известны два воззвания Патриарха Иоасафа с Собором ко всем православным против раскольников, а также к царю с просьбой о защите Церкви от раскольников⁵¹⁴. Трудно говорить об авторском стиле Патриарха Иоасафа, так как «его грамоты, послания и воззвания носили официальный характер и нередко составлялись от его имени другими лицами», прежде всего старцем Симеоном Полоцким.

После кончины царицы Марии Ильиничны Милославской, первой супруги царя Алексия Михайловича, Патриарх благословил его вступление в брак с Натальей Нарышкиной. Скончался Святейший Патриарх 17 февраля 1672 года за три месяца до рождения Петра Алексеевича. Перед своею кончиной он написал прощальную грамоту, в которой оставляет всем мир, прощение и благословение. Почивший Первосвятитель был по традиции погребен в Успенском соборе.

Патриарх Иоасаф усердно трудился по управлению Церковью, невзирая на свою старость. Его труды не могли равняться трудам его предшественника, тем не менее они были направлены к тому, чтобы положить конец церковным нестроениям, установить мир и спокойствие в Церкви.

* * *

В издательстве «Крафт+» была выпущена книга М. М. Рассолова «Белорус на Московском Патриаршем престоле» (М., 2004), посвященная Святейшему Патриарху Иоасафу II. Для автора Патриарх Иоасаф II – урожденный белорус, в его адрес в романе характерны такие эпитеты: оршанский настоятель (с. 38), герой-оршанец (с. 91), белоросич (с. 94), великий белорус (с. 213). Оршу Патриарх Иоасаф называет своей (с. 51), его родители – глубоко верующие белорусы (с. 54).

Главная проблема, на своеобразном решении которой построен весь роман – это происхождение Патриарха Иоасафа. М. М. Рассолову известно именование Святителя в исторических источниках «новоторжцем», но связывает он это именование с прихотью друга «белоросича» – Патриарха Никона. Глава Церкви обращается к прибывшему к нему «оршанскому настоятелю»: «Что ж, давай помолимся, брат мой Новоторжец! И да благословит тебя Господь в твоих благих намерениях, – и вновь дружески-снисходительно потрепал Никон бедного оршанского настоятеля, намеренно назвав того не Новоторшцем – от Орши, а Новоторжцем – будто Иоасаф прибыл из Торжка. Почему, зачем?» (с. 93). Далее в конце встречи Патриарх Никон говорит, что «новоторжец» это «обновленная фамилия» «белоросича» (с. 94). К тому же в «тверской земле», как известно Патриарху Никону, живут дочь и внучата «брата богоявленного» (с. 94). По пути во Владимирский Рождественский монастырь «оршанский настоятель» посетил после Новоиерусалимского монастыря свою дочь Евфросинию в Твери и увидел «надломленность и пьянство сыновей» (с. 98). Ниже автор пишет о своем герое: «С легкой руки патриарха Никона прозванный Новоторжцем...» (с. 108).

В последующее время эту тему в романе муссирует дерзящий польский дипломат Я. Гнинский. Прибыв в Троице-Сергиев монастырь к архимандриту Иоасафу, он начинает с обращения: «Я, славный отче, таким вас и представлял: величественным старцем, умным, проницательным. «Ну, вот и Оршец!» – сказал Его Святейшество Никон, тут же по-русски переименовав вас почему-то в Новоторжца, – Гнинский рассмеялся своей шутке» (с. 139). Этот же дипломат скажет затем «оршанскому настоятелю», когда он станет Патриархом: «И прозвище у вас смешное – Новоторжец, будто вы из Торжка, а не из Орши...» (с. 231). Однако такая словесная эквилибристика, даже будучи вложенной автором в уста неположительных героев романа, отнюдь не объясняет сути вопроса.

Встреча «оршанского настоятеля» с Патриархом Никоном, во время которой он был впервые в романе назван Новоторжцем, произошла, судя по всему, в 1654 году (см. с. 97). Во время встречи «оршанский настоятель» про себя, осуждая Патриарха Никона, думает, почему «он не в Первопрестольной сидит, а тут, в Подмосковье, Ново-Иерусалимском монастыре?» (с. 96). Между тем Новоиерусалимский монастырь основан в 1656 году. Патриарх Никон охарактеризован автором исключительно как честолюбец, «не терпевший никаких возражений» (с. 97), стремящийся к «единоличной власти» (с. 93), быть «повыше государя» (с. 95), «властолюбивый» (с. 131). В противовес ему «оршанский настоятель» в романе именуется «светлым провидцем и защитником Божиих заповедей» (с. 116), «светлым Божиим человеком» (с. 118).

Вполне понятно стремление автора домыслить то, что нам неизвестно из источников; для этого автору дано право на вымысел. Из Жития Патриарха Иоакима (1674–1690) известно, что он имел жену и детей, но позднее принял монашество. Однако суждения М. Рассолова о браке Патриарха Иоасафа II хотя и делаются между прочим (в романе упоминается Олюшка женушка: с. 50), тем не менее, являются чистым домыслом и противоречат исторической истине.

Трудность написания, прежде всего, научных трудов о духовных лицах заключается в том, что мы знаем на основании источников преимущественно об их хозяйственной деятельности, а духовная сторона, как более личностная, остается сокрытой. Восполняя этот недостаток, автор вводит в художественное повествование романа неоднократные видения, бывшие «оршанскому настоятелю». Однажды во время очередного видения он был назван: «Душе добрый и чародейный...» (sic!) (с. 129).

«В самом начале марта» царские посланцы передвигаются на Руси в каретах (с. 114), а не в санях. В привезенной во Владимир царской грамоте говорится об удалении Патриарха Никона «в Воскресенскую обитель» (с. 116). Таким образом, данное событие можно датировать 1658 годом. Но обстоятельства оставления Патриаршего престола святителем Никоном описаны в разговоре старца Симеона Полоцкого и Троицкого настоятеля архимандрита Иоасафа значительно позднее (с. 156).

Не всегда приемлем простоватый язык романа. В наше время дикторы радио и телевидения могут сообщать в последних известиях о «ведении» службы Патриархом. В этом они недалеко ушли от «художественно» вымышленных монахов Владимирского Рождественского монастыря XVII века, из которых в адрес нового настоятеля никто «не ворчал: «дескать, чужак, Новоторжец, наловчился литургии вести по-никониански..."» (с. 99). Можно говорить, что автор смотрит на события XVII века через призму нашего времени. Старец Симеон Полоцкий после безвременной кончины Иверского настоятеля Иоиля (Труцевича) молит Владимирского настоятеля, архимандрита Иоасафа, «обратиться с прошением к Патриарху Никону об установлении памятника великому просветителю и писателю в Иверском монастыре» (с. 128), что звучит очень по-современному и обусловлено, видимо, открытием в наши дни в Полоцке памятника старцу Симеону Полоцкому.

Говоря о значении двух уроженцев нынешней Белоруссии, старце Симеоне Полоцком и Патриархе Иоасафе, М. М. Рассолов пишет: «Это уж потом вспомнили об их деяниях и заслугах и внесли их имена: Симеона Полоцкого – в русскую историю, Иоасафа «Новоторжца» – в анналы Православной церкви и книги Московской Патриархии (как Иосифа (sic!) второго)» (с. 235). Ниже автор называет их «белорусскими пророками», которых царь Алексий Михайлович не хотел слушать (с. 236). Трудно понять, что автор имеет в виду, но, возможно, это какая-то техническая опечатка, не имеющая никакого отношения к Патриарху Иосифу (1642–1652). В этом контексте характерна такая фраза автора: «Мнение же государя дорогого стоило, давало Иоасафу (sic!) больший простор для маневра...» (с. 118)⁵¹⁵. В результате плохого знания церковного обихода автором романа Троицкий настоятель встречает католика-дипломата в фелони, то есть в богослужебном облачении (с. 138). Автор понимает монастырское подворье как монастырский двор (с. 100).

Последний перл автор приготовил читателю на последней странице романа, где говорится, что «белорусский святитель Иоасаф» был погребен «в усыпальнице Чудова монастыря (взорванного большевиками в начале 1930-х годов» (с. 241–242). Думается, если бы автор зашел в Успенский собор в Кремле и поклонился бы Патриарху Иоасафу II перед его гробницей, то в книге было бы несомненно меньше различных неточностей. Имеются в книге и другие недочеты.

В целом автор показал путь Патриарха Иоасафа II, акцентируя внимание преимущественно на его допатриаршем периоде. Действие проходит на фоне военных действий на территории, которая является родной и близкой «оршанскому настоятелю». Автор ведет своего героя к Патриаршему Престолу через различные перипетии военного времени, когда он оказывается также в центре козней ясновельможных панов. Личность Патриарха Иоасафа II не была до сих пор предметом художественного осмысления, но данный труд не восполняет этого пробела, так как дает неверное представление о личности Первосвятителя и его происхождении.