митрополит Никанор (Клементьевский)

Слово в третью неделю св. Великого поста59

Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой (Мк. 8, 34).

Когда земной Царь приглашает своих подданных идти с ним на поле брани: кто откажется от приглашения? Ныне, Царь неба и земли, Господь Иисус призывает нас, Христиане, в своем Евангелии к последованию за Ним; кто дерзнет отговариваться от призывания?

Можно сказать утвердительно, что таких, кои бы не желали идти за Христом, не окажется между Христианами. Быть Христианином, и не хотеть идти за Христом – есть мысль нелепая, которая противоречит сама себе. Но нельзя утверждать, чтобы все те, кои хотят идти за Христом, шли за Ним постоянно и неуклонно. Одних устрашает трудность пути, других колеблет неизвестность. Одни, пройдя несколько, возвращаются опять к прежним своим привычкам и удовольствиям; другие останавливаются, и предаются безпечности. Таковы люди! обещают и не исполняют; где нужно ходить делами, там ходят только мыслями и желаниями.

Чтобы утвердить мысль и желание на пути Христовом, надобно прежде рассмотреть, как идти, куда и зачем. Рассмотрим.

Желающему вступить в путь Христов предложат к исполнению два дела. Первое, отречься самого себя, второе, взять крест свой. Дела трудные, но возможные.

Первое: отречься самого себя значит тоже, что перестать любить самого себя. Чтобы понять, как можно не любить себя, надобно показать, в чем состоит любовь к самому себе. Она заключается в пристрастии к своему уму и воле, в привязанности к своим умствованиям и суждениям, к своим чувствованиям и действиям. Кто любит себя таким образом, тот не иначе думает о себе, как что он лучше всех, то есть, умнее всех, добрее всех, справедливее и безошибочнее всех. Он не знает другого вождя, кроме своего разума, и другого закона, кроме своей воли. Вот что значит любить себя! Теперь судите, совместна ли эта любовь с желанием идти за Христом? Скоро ли пойдем, влюбясь в свои совершенства и преимущества? Далеко ли уйдем, увлекаясь своими выгодами?

Перестать любить себя есть то же, что прекратить всякое пристрастие к своим мнениям и суждениям, и пресечь привязанность к своей чести и выгодам. Кто перестает любоваться своими совершенствами, тот начинает удаляться от гордости и тщеславия; а это есть начало христианского смирения. Кто начинает мало мечтать о своих достоинствах и выгодах, тот начинает много думать о достоинствах и выгодах ближнего; а это есть основание любви к ближнему. Кто отвязывается от своих прихотей и страстей, тот прилепляется к слову Божию и старается исполнить его; это есть отличительная черта в последователе Христовом. Не думайте, Христиане, что самоотвержение есть дело невозможное. Не делаем ли мы сами часто того для мира, чего требует от нас Господь для себя? Не покоряем ли своего ума и воли уму и воле других? Не жертвуем ли миру своими выгодами и своим здоровьем, следуя его правилам и обычаям? Правда, мы не одобряем иногда того, что делаем, и жалуемся на дух времени; но осмеливаемся ли противоречить ему и располагать иначе собою? Нет, мы последуем ему и тогда, когда он подавляет нас своими требованиями. Не есть ли это самопожертвование?

Второе дело взять крест свой: это значит, что желающий идти за Христом должен быть готов к перенесению всякой скорби, с которою встретится на пути; терпеть и мужественно переносить все тяжкое, трудное и неприятное значит нести крест.

Как воин без мужества, так Христианин без терпения суть жалкие люди. Воин, услышав выстрелы, приходит в робость; увидев поле сражения, трясется; вступив в бой, мешается в действиях: Христианин, услышав клевету на себя, сетует; увидев себя в бедности и нищете, ропщет; вступив в брань с искушениями плоти, слабеет и падает. Но тот не воин, кто идет на сражение с робостию и страхом; мужество и храбрость должны одушевлять прямого воина; и тот не последователь Христов, кто идет за Ним с грустию и скорбию. Радость и веселие должны оживлять истинного Христианина. Чем более мужества в духе, тем менее тяжести в скорбях. Чем слабее терпение, тем чувствительнее страдание.

Крест свой: каждый из нас, Христиане, имеет в себе какую-либо господствующую наклонность ко греху: иной любит более славу и честь, другой привязан более к золоту и серебру, третий предан более наслаждениям чувств. Посему, кто желает последовать Христу, должен взять для себя такой крест, на котором можно было бы распять любимую наклонность. Тяготит ли кого любочестие? да возьмет крест смирения и уничижения. Безпокоит ли кого корыстолюбие? да возьмет крест бедности и нищеты. Изнуряет ли кого сластолюбие? да возьмет крест лишений и скорбей. И этот крест есть крест свой, собственный.

Взяв крест, куда пойдем с ним? На Голгофу? О как страшно идти туда! Кто были Апостолы? но и они не могли идти на Голгофу. А нам ли слабым и немощным идти? Но да утешимся! Иисус не возлагает на нас Своего Голгофского креста, но заповедует только взять каждому свой собственный не для того, чтобы распяться на нем, но чтобы распять им плоть со страстьми и похотьми; не для того, чтобы умереть на нем, но чтобы умертвить им уды наша сущия на земли (Кол. 3, 5). Что тут страшного? Распятия, какое претерпел Иисус, не происходит, и смерти, какою Он умер, не совершается; а все делается таинственно в душе и сердце.

Куда наконец приводит путь Христов? Он приводит на небо и вводит в славу Божественную. Если подобаше, то есть, должно было, сообразно с премудростию, правдою и благостию Божиею, пострадати Христу и внити в славу Свою (Лк. 24, 26): не подобает ли и нам, то есть, не должно ли, сообразно с примером нашего Подвигоположника, многими скорбми внити в Царствие Божие? Так, братия! Ибо верен Тот, кто сказал: идеже есм Аз, ту и слуга мой будет (Ин. 12, 26). Если Господь наш путем креста пришел к Богу Отцу Своему, то приведет к Нему с Собою и нас. Если Христос вошел в Свою Божественную славу, то введет с Собою и нас. Далеко небо от земли, но недалеко от Голгофы. Стоит только пройти путь креста, который укажет нам Господь, и небо сделается досязаемым; а Тот, Который ведет, подымет нас, яко на крылех орлих, и вознесет к престолу славы и величия Божия.

Взирая на славный конец пути Христова, можем ли не сказать Вождю и Спасителю нашему: Господи! идем по Тебе, аможе аще идеши? Скажем и сделаем. Можем ли не отречься самих себя и не взять креста своего? Отречемся, возьмем и пойдем за Христом в вечную славу. Аминь.

* * *

59

Произнесено марта 21, 1837 года.



Источник: Никанор, митрополит Санкт-Петербургский, Новгородский, Эстландский и Финляндский. Избранные слова и речи. Т.I. СПб, 1857. – 405 с.

Вам может быть интересно:

1. Игумения Антония настоятельница Московских монастырей Страстного (1861-1871 гг.) и Алексеевского (1871-1897 гг.) священник Георгий Орлов

2. Простые краткие поучения. Том 1 протоиерей Василий Бандаков

3. Святыни Валаамского монастыря Иван Кузьмич Кондратьев

4. Словарь о бывших в России писателях духовного чина Греко-российской церкви – Петр Алексеевич Алексеев митрополит Евгений (Болховитинов)

5. История Минской архиепископии (1793-1832 гг.) Стефан Григорьевич Рункевич

6. Историческое учение об Отцах Церкви. Том II – § 145. Особенности в словах по их предмету, объясняемая состоянием слушателей. Внимание к оратору в храме. святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

7. Письма к монашествующим. Отделение 2. Письма к монахиням. [Часть 3] преподобный Макарий Оптинский (Иванов)

8. Философия правды – Философское народное право архимандрит Гавриил (Воскресенский)

9. Sermons – Sunday 15 Антоний, митрополит Су́рожский

10. Простонародные поучения сельским прихожанам на все воскресные и праздничные дни, на молитву Господню и на разные случаи профессор Иван Степанович Якимов

Комментарии для сайта Cackle