Азбука веры Православная библиотека Сергей Алексеевич Белокуров Сильвестр Медведев об исправлении богослужебных книг при патриархах Никоне и Иоакиме


Сергей Алексеевич Белокуров

Сильвестр Медведев об исправлении богослужебных книг при патриархах Никоне и Иоакиме

«Мерзейшего, вреднейшего и мучительнейшего, чем ложь, в мире между человеки обрестися ничтоже может»

Медведев.

Сильвестр Медведев лицо не безызвестное в истории нашего отечества за XVII столетие: наши древние книжники-составители житий возвели его даже в особое звание «ересиарха», виновника «новоявльшейся латинской дымящейся главни Аркудиевы или Медведевы». Такую почетную и громкую известность у нас на Руси Медведев получил благодаря своему учению о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии, учению, возбудившему жаркие и бурные прения, тянувшиеся в нашей церкви в XVII столетии чуть ли не целую четверть века. Медведев родом был из Курска и в миpe назывался Симеоном. Свою служебную карьеру он начал с чина подьячего и вместе с Шакловитым, с которым так тесно связана его последующая судьба, служил в губной избе, состоявшей тогда в ведомстве приказа тайных дел. Вероятно еще в Курске Медведев получил образование. В 1670 году он, будучи по своим делам в Москве, виделся со всеми тогдашними московскими учеными. Лет через пять после этого (3 мая 1675 г. он был уже монах) он устраняется мира и его молвы и принимает монашество, поселившись на жительство в Молченской путивльской пустыни. Отсюда он вскоре, по настоянию Семеона Полоцкого и самого царя Феодора Алексеевича, перешел в Москву в Заиконоспасский монастырь, где получил келью, по приказанию самого царя, «на иных всех богатейшую» и ближайшую к Симеоновым покоям, так что о Медведеве впоследствии говорили, будто он «купно с отцем Симеоном в единой келии живяше» (Остен л. 98)1. Живя в Москве в одном монастыре с Полоцким и, конечно, пользуясь его наставлениями, Медведев сделался ревностным учеником Полоцкого. По словам автора книги Остен, Медведев слушал «словеса его (Полоцкого) латинския мысли полна суща, не познав лести оного, прельстися вслед его мудрования». После смерти Полоцкого, Медведев написал ему надгробную эпитафию в стихах, в которой восхвалял учителя и выставлял его высокие заслуги. Свой поэтический талант Медведев еще обнаруживал не раз, как при событиях радостных, каково напр. его «приветство брачное» по случаю бракосочетания царя Феодора Алексеевича с Марфою Матвеевной Апраксиной 12-го февраля 1682 года, так и печальных напр. «о преставлении государя царя и великого князя Федора Алексеича... плач и утешение дванадесятьми виршами, по числу лет его царскаго пресветлого величества, еже поживе в мире». В этом случае Медведев показал плоды своего учения у Симеона Полоцкого, доказал, что семена брошены на хорошую почву и потому не пропали даром.

Любопытные характеристики Медведева делают его противники, составители различных повестей, сказаний и пр... Вот как характеризуете его неизвестный составитель повести «о новом растриге, бывшем монахе – Сильвестре Медведеве», помещенной в книге Остен пред словом патриарха Иоакима, сказанным на соборе 1690 года, как бы вместо введения в это слово. «В царствующем граде Москве бяше некто образом монашеским одеян, именем Сильвестр прозван Медведев... иже во вся дни творяше распри и свары и мня себе мудра быти, неук сый; язык свой изостряше, яко змиин, в устех же его бе яд аспидов полн горести и отравы. Злоковарен бо бе от юностна возраста и многоречив и остроглаголив и любоприв, уста имеяй бездверна и из гортани изрыгающ яд душегубителный всякого лжесловия и коварства; язык же не премолчно блядущ толико, яко всему телу мнитися быти языку. К сему же еще оный Сильвестр у некоего иезуитского ученика (Симеона Полоцкого) приучися чести латинския книги. И от такового оных книг чтения и от наслышания устоглагольного онаго чтения своего и иных латинников обычаем новыче и весь онамо уклонися и отступив от св. церкви и от святейшего Иоакима патриарха, отщишеся догматы и предания святых апостол и св. отец, сущая по чину восточные церкви, развратити и в латинство превратити, еже и содела бы, аще не бы всемогущая десница Вышнего предварила и злоумышления его разорила и самого его сокрушила». Патриарх Иоаким в своем поучительном слове на соборе (январь 1690 г.) против киевских ученых сказал о Медведеве почти то же самое, только в более слабом виде. Составитель другой повести о новорастриге Сильвестре Медведеве2 также выражается о нем очень сильно и даже обвиняет его в злом намерении против некоторых членов царского семейства и в намерении убить самого патриарха.

Нет сомнения, говорит г. Образцов3, что все эти характеристики Медведева составлены под влиянием ненависти к человеку, неподходящему своим образом мыслей и действий к тем, кто составил их. Но и из них видно, что такое за человек был Сильвестр Медведев; что это была натура энергическая, кипучая, не спокойная, с жаждою деятельности; человек всем интересовавшийся, желавший знать все, что делалось в обществе, особенно в придворном мире, – монах только по имени да одежде, а сам страшный охотник до мирских событий, текущих явлений, даже принимавший участие в них. Очевидно, что он любил много говорить обо всем, что сам знал, и говорил, как понимал, не скрывая своих убеждений; а так как ему случалось получать и отпор убеждениям, то он любил споры, которым и предавался со всем жаром увлечения. Близость к царскому двору давала ему еще больше самонадеянности, и неудивительно, если он иногда дозволял себе лишние, даже и не монаху не всегда простительные вещи. Видно уроки Полоцкого, любившего больше латинское образование, глубоко запали в сердце Медведева, обратились в его убеждения и потому он начал уже открыто распространять то, что скрывал или о чем говорил прикровенно его учитель; от того о Медведеве стали писать и уже простые из низшего класса люди (составители повестей о Медведеве).

Что касается слов составителей повестей о Медведеве, будто «он был неук, только мня себе мудр быти», то нет сомнения, что они составляют чистейшую ложь. Напротив, Медведев был человек очень образованный, хотя, пожалуй, и односторонне, в известном направлении. Он хорошо знал латинский язык и отцы отдавали ему своих детей учить латинскому языку4. После Медведева осталась богатая библиотека5, в которой были кроме латинских и другие книги – славянорусские, польские и проч. Около десяти лет Медведев занимал должность справщика на московском печатном дворе, что также служит против этого мнения. По отзывам современников (Туманского записки т. I, 209), Медведев не только не был неук, а наоборот был «чернец великого ума и остроты ученой». Он хлопотал об открытии в Москве славяно-греко-латинской академии, думая быть ректором в ней. Перу Медведева принадлежит описание первого стрелецкого бунта (1682 г.); ему же принадлежит первое описание книг, какие были на Руси написаны и напечатаны до него6. Он таким образом и историк и «отец славянорусской библиографии», как называет его за последний, указанный нами, труд другой библиограф В. М. Ундольский. Из этих фактов видно, насколько справедливы слова составителей повестей о Медведеве, что он был необразованный, неук.

Живя в Москве в Заиконоспасском монастыре, Медведев быстро подвигался по лестнице служебной иерархии; вскоре после своего приезда сюда – в Москву, он был назначен строителем Заиконоспасскаго монастыря и еще 7187 году назначен был справщиком на московский печатный двор и в то же время книгохранителем того же печатного двора. Эту должность он занимал вплоть до 7197 года, когда «ему монаху Сильвестру жалованье на 197 г. не было дано и у книжного правления быти ему не велено и 197 г. марта в 12 день по указу великих государей и по благословению святейшего патриарха у книжного правления велено быть в справщиках на его, Селивестрово, место иеромонаху Тимофею7. Этой должности на печатном дворе Медведев лишился, кажется, по той же причине, ради которой постигла его и смертная казнь впоследствии, т.е. за учение о времени пресуществления святых даров в таинстве евхаристии.

По своим убеждениям Медведев был латинянин и в возникшем у нас на Руси в XVII веке спор о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии он держался и защищал латинское мнение. Это мнение было распространено во всей киевской Руси и, отстаивая его, Медведев был вполне убежден, что он защищает правое мнение от нападок в некотором смысл еретиков. Как видно из следственного дела о нем по поводу заговора Шакловитого, Медведев считал себя вполне правым; по словам его келейника Арсения, он «многожды говорил: напрасно де смутили душу святейшего патриарха, приехав греки; а он де святейший человек доброй, а учился мало и речей богословских не знает8. Противниками Медведева, защитниками православного мнения о времени пресуществления св. даров явились, как известно, ученики Епифания Славинецкого, из среды которых по своей учености особенно выделялся инок Евфимий. На их стороне был и патриарх Иоаким, который хотя ничего не писал, но ревностно защищал их. «Они де, говорил Медведев, указывая на справщика Евфимия и ризничего Акинфа, – они де святою душою святейшего патриарха возмущают и наговаривают о поклонех в слова Христовы9. С прибытием в Москву ученых греков «самобратиев Лихудиевых», получивших высшее образование в Венеции и пробывших потом около 9 лет в Падуе, где они и получили докторские дипломы, – с прибытием их полемика значительно усилилась и приняла гораздо большие размеры. Медведеве вслед за Симеоном Полоцким, согласно с латинянами, утверждали, что пресуществление св. даров в таинстве евхаристии бывает в момент произнесения священно-служителем слов Христа Спасителя: приимите, ядите и пийте от нея вcu... Между тем греки, а за ними и наши московские ученые настаивали на том, что слова Христовы произносятся только в знаки заповеди о таинстве евхаристии, а дары пресуществляются уже в молитве к Богу Отцу силою заслуг Христовых о ниспослании Св. Духа. Для доказательства справедливости своего мнения Медведев написал сочинения: «хлеб животный»10 и «о манне хлеба животного» (ноябрь 1687 г.)11. Лихуды свое опровержение называли «Акос или врачевание, противополагаемое ядовитым угрызениям змиевым» (в синодальной библиотеке несколько списков). Медведев против этого сочинения написал две тетради «известие истинное православным и показание светлое о новоправлении книжном и о прочем» и другое с неизвестным нам заглавием12). Лихуды ответили Медведеву в 1689 году «показанием истины» и, как утверждают наши библиографы, диалогами грека учителя к некоему иисуиту 1690 г. («мечец духовный» тож). Эти споры зашли слишком далеко. Спорили не одни ученые, но чуть ли не все. По показанию певчего Лаврентия, «к Медведеву приезживали многие знатные люди и гостинные сотни,.. а разговоры де у них бывали о словах, Христовых»13. И спорили не в тиши только ученых кабинетов, но везде, даже на площадях. Дело дошло до того, что люди, сочувствовавшие Медведеву, опасались, чтобы с ним чего не сделал патриарх, куда либо тайно не сослал. Поэтому один его друг стрелецкий начальник Алексей Стрижев (судившийся впоследствии вместе с Медведевым за участие в деле Шакловитого) ставил в келье Медведева на карауле стрельцов из своего полка с прямою целью защитить его от патриарха14. Караульным прямо приказано было, если придут от патриарха, не отдавать Медведева и говорить, что за ним Сильвестром есть государево дело (эти караулы начал ставить Стрижев с Великого дня в количестве 5–10 человек).

К несчастию Медведева, судьба ему не благоволила. Он принимал участие в известном заговоре Шакловитого, этом прототипе тех дворцовых переворотов, которыми так полна наша история XVIII в., когда гвардия делала у нас правительство. Как видно из следственного дела, Медведев был одним из деятельных членов этого заговора или по крайней мере, его считали таким15. Когда замысел их был открыть и начались розыски (после 8 августа), Медведев сперва жил в Москве вплоть до 31-го августа, а потом, опасаясь, чтобы патриарх Иоаким также бы великому государю на него каких-либо слов не принес, бежал из Москвы16. Его вскоре же (6-го сентября) хватились и, так как в Заиконоспасском монастыре его не оказалось, то велено было найти его. Его искали в Симоновом монастыре, искали в вотчине (деревня Дрозжино московского уезда) Любима Домнина, с которым Медведев хорошо был знакомь, так как родиной их был один и тот же город Курск; искали его (Медведева) и в других селах близ Москвы – Козмодемьянском, Ермолине и Михайловском. Не смотря на то, что розыски производились тщательно и быстро, его нигде здесь не нашли. Но наконец напали на след Медведева. Неизвестно откуда было узнано, что Медведев отправился из Москвы вместе с архимандритом Донского монастыря Никоном, поехавшим на богомолье в Северск, и за ними была послана погоня. Медведев, как оказалось впоследствии, действительно 31-го августа вместе с другими, замешанными в заговоре Шакловитого, и с архимандритом Донского монастыря Никоном в полночь выехал из Москвы, в качестве его (архимандрита) свиты. Ехали они мимо Новодевичьего монастыря и остановились в сельце Новодевичьего монастыря – Микулине, в расстоянии семи верст от Москвы; где, по словам Медведева, они и предполагали жить до окончания дела Шакловитого17. Но вскоре же они изменили свое намерение и 3-го сентября отправились отсюда в Бизюков монастырь, что в дорогобужском уезде, в котором (монастыре) игуменом был о. Варфоломей, живший раньше у Медведева в Заиконоспасском монастыре и взятый оттуда сюда в игумены. Ехали они на монастыри и деревни, приписанные к Донскому монастырю; а на вопросы посторонних: кто едет? отвечали: донской архимандрит со свитой. В Бизюковом монастыре Медведеву пришлось прожить только четыре дня. По словам Медведева, он предполагал здесь и остаться жить до окончания дела Шакловитого; по словам же его келейника Арсения, Медведев из Бизюкова монастыря хотел ехать «к смоленской шляхте». Но тем или другим планам Медведева не суждено было сбыться. 13-го сентября в Дорогобуж приехал из Москвы гонец с приказанием задержать Медведева и других, приехавших с ним из Москвы; вследствие чего они того же числа были захвачены, а 17-го сентября 1689 г. отправлены под конвоем из Дорогобужа в Троицкий монастырь, где находился в то время царь Петр и где производилось следственное дело о заговоре Шакловитого.

По прибытии сюда, Медведев лишен был образа (иноческого) и именования: из Сильвестра Медведева стал Сенка Медведь, а 24 сентября подвергнуть был допросу. На этом допросе Медведев между прочим сказал, что тетради, который писал дьячок Афанасий о пресуществлении, он списал для себя; а писаны они на греческие книги, написанные в Москве греками, а на патриарха в ней ничего не написал». Что касается его, Медведева, quasi намерения убить патриарха, то у него, говорить Медведев, никогда никакого подобного умысла не было и ни от кого он не слыхал о намерении убить или переменить патриарха. Главный виновник постигшего Сильвестра Медведева несчастия, Шакловитый, был казнен еще 12 сентября, но о других замешанных в его заговоре лицах следствие тянулось около месяца. 30 сентября Медведева подвергали допросу по поводу печатных изображений царевны Софьи, присланных патриархом Иоакимом и найденных в келье Медведева, и тогда же его подвергли пытке относительно прежних вопросов, о которых он был допрашиваем и 24 сентября. Медведев опять дал прежнее показание, что об убиении патриарха он никогда и не думал; что в сочинениях его противности церкви нет никакой, поелику они писаны против греческой церкви, а не русской. Медведев таким образом ничего не прибавил к своему показанию от 24-го сентября, хотя ему на пытке и было дано 15 ударов.

Патриарх Иоаким принимал деятельное участие в судьбе Медведева.

По его указу (25 сентября) приказано было казначею Паисию Сийскому отобрать письма на русском и иных языках, находящихся в келье Медведева в Заиконоспасском монастыре, и если их немного, то переслать все к нему патриарху в Троицкий монастырь; если же много, то вместе с игуменом Сергием и монахом Иовом, что учится в греческой школе, пересмотреть их (письма), и «которыя письма явятца приличныя ко обличению воровства и злоначальства Медведева или какия от него к кому такия же и от кого к нему явятся письма, отобрать и прислать к нему патриарху»18. 5 октября 1689 года последовал приговор по делу Медведева: «за воровство и измену и за возмущение к бунту Сенку Медведева велено казнить смертию»19. По словам Гордона (в дневнике под 12 сентября 1689 г.), царь Петр Алексеевич всем злодеям хотел даровать жизнь и только, по убеждению патриарха, согласился на казнь троих20. Но приговор над Медведевым еще не скоро был исполнен.

После окончания суда по заговору Шакловитого, Медведев «до пролития крови был отдан в вечное хранило», заключен под стражу в Троицком монастыре. После гражданского суда он был еще подвергнуть суду церковному по поводу своего учения о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии. К нему в Троицкий монастырь были присланы новоспасский архимандрит Игнатий, игумен Ефрем и Софроний Лихуд с древними книгами для убеждения его в неправоте его мнения. И Медведев должен был сознаться, что он ошибался, поносил защитников православия, «клеветал на церковь Христову и прислал «покаянное отречение от ереси», от своих убеждений (декабрь 1689 г.)21. Собором 1690 года (январь), созванным по поводу киевских ученых и учения, определено «жити ему Медведеву тамо, идеже повелено от мерности нашея и от всего священнаго собора под крепким началом у самого искуснейшаго и твердейшаго мужа и сведуща священнаго писания, в молитвах и постех, во смирении и трудех, яковых можно пребывати; со иными же человеки сходитися ему особно разглагольствовати ничтоже велети, бумаги и чернил отнюдь не давати»22.

Между сочинениями Медведева находится одно, которое мы уже указали, именно «известие истинное православным и показание светлое о новоправлении книжном и о прочем», о котором и будет наша речь. Сочинения Медведева, во всяком случае, заслуживают полного внимания. Тем больше внимания заслуживает сочинение его именно о столь важном вопросе, как исправление богослужебных книг «в Московском царствии» при патриархах Никоне и Иоакиме. Сильвестр Медведев с 1679 года по 1689-й (7187–7197), т.е. в продолжение десяти лет занимал должность справщика на московском печатном дворе. Ему, следовательно, хорошо должна быть известна вся история исправления богослужебных книг, как при Никоне, так и при Иоакиме; первая потому, что он жил спустя весьма короткое время после самого события, вторая – потому, что он сам был очевидцем и отчасти участником; поэтому то его сочинение и важно в этом случае. Сведения же, сообщаемые Медведевым в этом сочинении, об исправлении богослужебных книг при патриархе Никоне и Иоакиме столь новы, важны и неожиданны, что мы сочли необходимыми поделиться ими с другими.

Это сочинение Медведева почти совершенно неизвестно нашим ученым, равно как и содержание его; даже о самом существовании его знают весьма и весьма немногие23. Ни Филарет Черниговский, ни митрополит Евгений при перечислении сочинений Медведева не указывают этого сочинения. Один только «труженик науки и знаменитый наш археограф» П.М. Строев в своем библиологическом словаре упоминает об этом сочинении Медведева и указывает список его. Мне самому это сочинение стало известно случайно. Просматривая (в августе 1884 года) рукописи в московском публичном и румянцевском музеях, я заинтересовался одною, имевшею в кратком систематическом реестре заглавие: «известие о новоправленных книгах 1689 г.» (№1325 рукописного собрания В.М. Ундольского). По ближайшем ознакомлении с этою рукописью оказалось, что это есть сочинение Сильвестра Медведева «известие истинное православным и показание светлое о новоправлении книжном и о прочем». Обратившись за справкой и поверкой своего предположения к библиологическому словарю Строева, я получил и подтверждение своему мнению о принадлежности этого сочинения Сильвестру Медведеву и в то же время узнал о существовании другого списка этого сочинения. Сильвестру Медведеву, по Строеву, кроме сочинений «хлеб животный», «о манне хлеба животного» и «тетради церкве святыя от возмутителей»... принадлежит еще: «известие истинное православным и показание светлое о новом правлении в Московском царствии книг древних; и чесо ради оно начася? и како и с коих книг правити на соборех постановиша и с оных ли правиша? И чесо ради частое в новоисправных книгах сотворися пременение и тем народ возмутися и многообразныя разности в вере явишася и мнози людие погибоша и погибаютъ? И краткое изъявление о нововыезжих иноземцев и их о неправом о пресуществлении и лестном на смущение правоверным писании (Написася в царствующем граде Москве Спасскаго монастыря, иже за иконным рядом, строителем, а печатнаго двора справщиком монахом Силвестром Медведевым лета 7197-го месяца сентемврия)»24. В найденной мною рукописи сочинения Медведева «известие истинное» из собрания Ундольского недостает в двух местах по листу, в местах весьма интересных и важных в научном отношении; поэтому к известию о существовании другого списка нельзя было не отнестись иначе, как с живейшею радостью. Но, к несчастию, наша радость оказалась преждевременной, так как отыскать этот список оказалось не так легко, как думалось сначала. Дело в том, что список этого сочинения Медведева, по указанию Строева25, находится в московской синодальной библиотеке между тетрадями № 438 в 40 на 23 листах; но в настоящее время никаких тетрадей в синодальной библиотеке нет; следовательно цитата Строева оказалась бесполезной, пришлось ее бросить и отыскивать сочинение Медведева между всеми рукописями библиотеки самому.

Не разумеется у Строева рукопись №438, потому что она содержит черновой, правленый Евфимием, перевод «Диалогов» сочинения братьев Лихудов и не только не заключает в себе, как одну из своих составных частей, нашего сочинения, но не имеет и каких-либо признаков существования здесь когда-либо сочинения Медведева «известие истинное».

Нет этого сочинения и в других рукописях бывшей патриаршей библиотеки, нет его и в различных делах, столбцах и пр..., хранящихся там же. Но, быть может, оно вошло в состав т.н. «непереплетенных сборников» московской патриаршей библиотеки? Что оно здесь могло быть, в этом я убедился сам случайным образом. У Строева в библиологическом же словаре значится, что сочинение Сильвестра Медведева «тетради церкве святыя от возмутителей и слову Божию, яко есть и ныне в пресуществлении всесильно неверующих хитрообразне и неправедно на прельщение православнаго народа неискусным от безымяннаго писанныя» и пр. находится там же в синодальной библиотеке между тетрадями № 452 в 4° на 12 листах. Это сочинение нашлось в синодальной библиотеке, именно в числе «непереплетенных» сборников, в непереплетенном сборнике №5 на лл. 375 – 386, составляя одну из его составных частей26. Судя по этому примеру, можно бы надеяться найти и наше «известие истинное» здесь же в «непереплетенных» сборниках (на некоторых тетрадях в непереплетенных сборниках до сих пор сохранились прежние номера; в числе их попадаются номера и близкие к нашему). Но его здесь не оказалось; мы пересмотрели все имеющиеся непереплетенные сборники и нигде его не нашли. И так оставалось вывести заключение, что этого сочинения Медведева, бывшего в 30-х годах в патриаршей библиотеке, в настоящее время в ней нет. Где же оно? Куда оно делось? Вот вопрос, занявший меня после столь неудачных поисков сочинения Медведева в патриаршей библиотеке. Мне не хотелось бросить дело на половине и хотелось восстановить пробел в сочинении Медведева по списку Ундольского. Мои поиски на этот раз не были безуспешны и в конце концов мне суждено было найти этот, пропавший из патриаршей библиотеки, список сочинения Медведева. Оказалось, что это сочинение из патриаршей библиотеки было похищено П.М. Строевым «знаменитым археографом и тружеником науки». Но, не забегая вперед, поведем речь последовательно.

В начале нынешнего столетия в патриаршей библиотеке кроме рукописей сохранялся еще один сундук с мелкими сочинениями: грамотами, письмами, столбцами и тетрадями. В марте и апреле 1833 года Строев, по словам его панегириста и биографа Н. Барсукова27, привел в порядок большой сундук с различными бумагами, остававшийся до сего времени не разобранным. После его «разбора и приведения в порядок» бумаг, они в 1834 году при донесении синодального о. ризничего были представлены вместе с реестром-перечнем их в московскую контору Св. Синода на просмотр, как вновь найденные и не внесенные в опись. Рассмотреть их – не имеется ли в числе их «противных вере и нравственности» – поручено было сперва канцеляристам конторы под наблюдением секретаря; а когда они, продержав тетради около года, за недостатком времени отказались от этого, то тетради были отправлены на просмотр с тою же целью синодальному ризничему при указе от 28 февраля 1835 года. Bсе эти рукописи, представлявшиеся в 18341835 г. в синодальную контору, сохранились до сих пор под теми же категориями – свитков, грамот, писем, непереплетенных сборников и пр. Говорю все, потому что это ясно для всех через сличение реестра их при представлении в контору с настоящим реестром их. Из всего этого видно, что наш список пропал из патриаршей библиотеки до представления рукописей в контору. Но в 1833 г. Строев видел вашу рукопись в патриаршей библиотеке и отметил ее, как находящуюся там. Ergo – она пропала в краткий промежуток времени после разбора сундука Строевым до представления рукописей в синодальную контору.

О страсти неутомимого труженика науки и неутомимого собирателя рукописей П.М. Строева присваивать себе чужие рукописи передается столько рассказов28, что у меня после того, как я пришел к сейчас высказанному выводу, невольно закралось подозрение в честности Строева и в данном случае. Наше подозрение еще более усилилось по следующему поводу. У Строева и все в том же «библиологическом словаре» сказано, что черновые разные тетради его, письма и выписки (Медведева) составляют связку в патриаршей библиотеке между тетрадями под №461 в 4°л. Но читая одну статью, мы встретили заметку, что эти черновые письма Медведева находятся в настоящее время в числе рукописей М.П. Погодина из коллекции П.М. Строева – в рукописи, содержащей в начале оглавление макарьевских Миней, а в конце лл. 188215 эти черновые письма Медведева29; т.е. рукопись, бывшая в патриаршей библиотеке в числе тех же тетрадей, как и наше сочинение Медведева, очутилась в коллекции Строева. Когда мы обратились, отыскивая свою рукопись, за справками к коллекции Строева, мы были почти уверены, что найдем ее там. И надежда нас не обманула. Действительно наш список сочинения Медведева «известие истинное», принадлежащий патриаршей библиотеке, оказался в с.-петербургской императорской публичной библиотеке в числе рукописей древлехранилища Погодина (№1245) из коллекции Строева. Что эта рукопись императорской публичной библиотеки принадлежала прежде патриаршей библиотеке, что она тождественна с тою, о которой говорит Строев, в этом не может быть сомнения. Она имеет тот же заголовок, который приводит Строев, отличный от заголовка рукописи Ундольского, то же количество (23) листов и вообще все те признаки, которыми снабдил ее Строев в своем библиологическом словаре. Сказанного, я думаю, достаточно, чтобы убедиться, что наша рукопись патриаршей библиотеки была похищена оттуда Строевым. Как ни старается панегирист Строева г. Барсуков отрицать эту наклонность Строева, но все его усилия в этом отношении напрасный труд. Можно много привести примеров того, как Строевым были обкрадываемы библиотеки. Если бы можно было где-либо найти реестр бумаг, хранившихся некогда в патриаршей библиотеке в столь известном сундуке, то, я думаю, не малая часть их оказалась бы находящейся ныне «в императорской публичной библиотеке в числе рукописей Погодина из коллекции Строева»30. И так теперь найден и другой список сочинения Медведева «известие истинное», мы имеем, следовательно, полный текст этого сочинения и можем поэтому приступить (после кратких предварительных слов) к обозрению содержания его.

Список этого сочинения Медведева в собрании Ундольского составляет отдельную тетрадь около 100 листов, в которой кроме него не содержится никакой другой статьи; бывший список патриаршей библиотеки (на 23 листах) в настоящее время входит в состав одного сборника императорской публичной библиотеки, в котором кроме сочинений Медведева находятся еще различные раскольничьи и другие полемические сочинения; так напр. на лл. 58–67 содержится рассуждение неизвестного «о несогласии самих с собою новых книг и о неправых в них «догматах и хульных словах»; – на лл. 88–104 «обличение на новопотаенных волков, ходящих во одеждах овчих, внутрь же суть волци и хищницы, кои матери нашея святыя церкви православным чадом многия пакости душевредныя лукавством своим наводят...» и др. В списке Ундольского в двух местах (первой части сочинения об исправлении книг) недостает по листу; бывший список патриаршей библиотеки имеет эти недостающие два листа, но, в то же время, не имеет 2/3 сочинения, а только первую его треть. Оно здесь, очевидно, не окончено. Писец прервал свой труд в начале предложения; последние слова в этом списке следующие: им восхотеся, тако сами от себе и твориша. И аще... далее ничего не написано, хотя на той странице, где писец кончил писать, места еще было много, так как на ней было написано всего только 71/2 строчек. Разницы между обоими этими списками нет никакой, они почти везде буквально следуют друг другу, так что всех разночтений, и притом не существенных, найдется не более 10–15. Единственная разница между ними только в заголовке; бывшая рукопись патриаршей библиотеки имеет полный, подробный заголовок, тогда как рукопись Ундольского имеет его в сокращении, – тот, который находится и в бывшем списке патриаршей библиотеки, но только пред самым текстом.

По бывшему списку патриаршей библиотеки он так читается:

А по списку Ундольского так:

«известите истинное православным и показание светлое о новом правлении в Московском царствии книг древних. И чесо ради оно начася и како и скоих книг правити на соборех постановиша. И с оных ли правиша? И чесо ради частое в новоисправных книгах сотворися пременение, и тем народ возмутися, и многообразныя разности в вере явишася. И мнози людие погибоша и погибают. И краткое изявление о нововыезжих иноземцех и их о неправом о пресуществлении и лестном на смущение правоверным писанию.

«известие истинное православным и показание светлое о новоправлении книжном и о прочем».

Написася в царствующем граде Москве Спасскаго монастыря, иже за иконным рядом строителем, а печатнаго двора справщиком монахом Силвестром Медведевым. Лета 7197-го месяца сентеврия.

Бывший список патриаршей библиотеки находится ныне, как мы говорили, в одном из сборников императорской публичной библиотеки (№1245) на 118–140 листах. Первый из этих листов (118) белый; на втором листе (119) находится только сейчас приведенный полный заголовок рукописи; а с третьего листа (120) после краткого заголовка, который и в рукописи Ундольского (известие... и о прочем) начинается самое сочинение. Пропуски, которые находятся в рукописи Ундольского имеются в рукописи публичной библиотеки на лл.123 об. и далее, 127 об. и далее. Что это сочинение принадлежит именно Сильвестру Медведеву, а не кому-либо другому, в этом не может быть сомнения. Не говоря уже о полном заголовке сочинения по бывшему списку Патриаршей Библиотеки, где прямо говорится, что это сочинение написано «Спасскаго монастыря, иже за иконным рядом, строителем, а печатнаго двора справщиком монахом Силвестром Медведевым», не говоря об этом, в самом сочинении можно найти много доказательств в подтверждение этого положения. Автор «известия истинного» называет себя также и автором книги «о манне хлеба животного»; эту книгу несколько раз он называет своей. Напр. в одном месте читаем: «а ныне тому сами, яко оными его всемощными словесы пресуществление бывает, не веруют и простый народ неправедным своим о том толкованием возмущают, им же на cиe в книзе моей, именуемой "книга о манне хлеба животнаго, еже есть о теле и крови Христове», мало прежде сего от меня написанней», и проч... Сочинение «о манне хлеба животного» принадлежит Сильвестру Медведеву; следовательно, ему же принадлежит «известие истинное православным». – В других местах этого последнего сочинения противниками автора выставляются Лихуды, которые (по «известию истинному») написали против автора: «Акос». А известно, что противником Лихудов был Медведев; известно, что «Акос» написан против Медведева. Кажется, довольно и этих доказательств, чтобы с несомненностию утверждать, что автором «известия истинного» был Сильвестр Медведев.

Когда писано это сочинение, об этом мы можем судить на основании тех данных, которые находятся в нем самом и которые сообщаются в полном заголовке его, – читаемом в бывшем списке патриаршей библиотеки. В самом сочинении упоминается вторая неделя Великого поста нынешняго 196 (1688) года; в полном заголовке сочинения сообщается, что оно написано в сентябре месяце 1688 года. Далее – это сочинение написано Медведевым еще в то время, когда он занимал должность справщика; а известно, что с 197 года, т.е. с сентября 1688 года, Медведев был уволен от должности справщика и на его место назначен другой. Подводя итог всем этим сведениям, мы не ошибемся, если скажем, что это сочинение Медведева, будучи начато в начале 1688 года, окончено было в сентябре месяце того же года. Что касается того обстоятельства, что в конце сочинения приложены: 1) письма Мазепы и Кирильского киевского монастыря игумена Иннокентия Монастырского, полученные в Москве в декабре 1688 года и 2) письмо Иннокентия к Медведеву, полученное в Москве 3 марта 1689 года, то это нисколько не опровергает нашего мнения о времени написания сочинения и объясняется тем, что они были присоединены к сочинению уже после написания его и, быть может, по мере получения их.

Теперь, покончивши с предварительными сведениями об этом сочинении Сильвестра Медведева, мы можем приступить и к изложению содержания его31. По своему содержанию «известие истинное» может быть разделено на две главные (если не считать предисловия или вступления) и, притом, неравные части. В первой части, меньшей по объему (около 1/3 всей рукописи), речь идет об исправлении богослужебных книг в Московском царствии при патриархах Никоне и Иоакиме. Кратко содержание этой части сочинения излагается в полном заголовке его по бывшему списку патриаршей библиотеки. Именно: а) по каким причинам началось исправление книг? б) как и с каких книг постановлено исправлять на соборах? в) с них ли правили? г) почему произошло в новоисправленных книгах частое «пременение», благодаря чему «возмутися народ, явились многообразные разности в вере и погибли и погибают многие люди»? Вторая большая часть сочинения (около 2/3 всего) трактует о «нововыезжих иноземцах» самобратиях Лихудевых и их учении о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии. Для нас лично гораздо больший интерес представляет первая часть сочинения об исправлении богослужебных книг. На этой первой части мы и сосредоточим свое преимущественное внимание.

В предисловии Медведев рассуждает о достоинстве правды и ее высоте, в подтверждении своей мысли приводя доказательства из «писания божественного и всех мудрых человек, аще и еллинских». Во всех делах мирских, говорит Медведев, неправда, прельщение и ложь мерзки Богу и людям; тем более они мерзки в делах «к славе Божией и человеческому душевному спасению належащих». От правды зависит благоденствие и общества, и всего государства, как утверждает Давид (псалом 118), Соломон, Плято (диалог 7 о граждан.) и Аристотель (кн. 4 нравоуч. и кн. 5). «Мерзейшаго, вреднейшаго и мучительнейшаго, чем ложь, в мире между человеки обрестися ничтоже может». Продолжая развивать эту же мысль, Медведев приводит свидетельства Давида (псалом 14), мудрого Питагора и Иоанна святого. Если лесть поносна злость есть, то чтоже когда она бывает соделана умыслне? Назвать ее иначе не можем, говорит Медведев, как диавольским семенем, потому что дьявол – отец лжи. Плоды стараний диавольских до христианства – идолослужение, а в христианстве – ереси. Еретики стали растлевать писание св. отцов, как это было доказано на флорентийском соборе; они заняли даже и епископские престолы. Отчего все это? спрашивает Медведев. Не от иного чего любо, а от того, что мнози греки – люди неправедные, сребролюбцы, больше любят ложь, чем истину. «Не хотя далее шествовати, заключает свое предисловие Медведев, хощу о настоящем у нас деле, аще и со жалостию велиею воспомянуть, что ныне творится и откуда началось в России такое в вере развращение». Все это случилось у нас не от чего иного, как от новых греческих печатных книг, которые печатаются в городах латинской веры и люторской и кальвинской ереси и которые несогласны с древними греческими рукописменными книгами. Вслед за этим предисловием Медведев приступает к более подробному изложению и подтверждению своего мнения, высказанного в конце предисловия, о причине развращения в вере в России, заимствуя факты в подтверждение своего мнения из официальной истории исправления богослужебных книг при патриархе Никоне, напечатанной в предисловии к служебнику 1655 года. Когда возведен был на патриаршеский престол Никон, ему «вложися втруд» рассмотреть св. писание; между книгами своей патриаршей библиотеки он нашел соборную греческих apxиepeeв (константиноп. собора 7101 года) грамоту об утверждении патриаршества в России, в которой между прочим поручалось русскому патриарху истреблять новины, так как они бывают причиной церковного смятения и разлучения. Прочтя эту грамоту, патриарх Никон «в страхе велик впаде, опасаясь: нет ли в чем у нас русских погрешности сравнительно с греками. Он стал тщательнее исследовать это дело и нашел много несогласного у нас на Руси сравнительно с греками (а какого несогласия того там (т.е. в предисловии к служебнику 1655 года, откуда все это взято) не изъявлено», замечает в скобках Медведев, как в литургии, так и в других книгах. Посоветовавшись с царем Алексеем Михайловичем, Никон решил созвать собор, который действительно и состоялся в 1654 году под председательством царя Алексея Михайловича и патpиарха Никона и при участии пяти митрополитов – четырех русских и одного сербского, четырех архиепископов, одного епископа – Павла Коломенского, 11 архимандритов и игуменов и 13 протопопов.

Собор 1654 года, как известно, был открыт речью Никона, напечатанною и в деяниях соборных и в предисловии к служебнику 1655 года. Медведев приводит сполна эту речь Никона и даже дополняет ее. По поводу заключительных слов патpиарха Никона: следовать ли новым московским книгам или древним греческим и славянским, Медведев замечает в скобках: «внимай, боголюбезный, правоверный читателю, прилежно, како зде святейший пaтpиapx Никон древния греческия рукописи и славянския харатейныя книги похваляет и с ними весьма тщится во всем согласное иметь»; а что в книгах несогласно и то, как новое научает отринуть, причину, почему так должно сделать, он дает светлую: яко дабы нам всем спасение улучити, как и св. митрополиты Петр, Алексий, Иона и Филипп. Они, продолжает Медведев, по старым харатейным книгам право правили истину слова Божия и поэтому и Богу угодили. А после них в настоящее время некоторые духовные, оставя эти правые харатейные древние книги, которые сходны с древними харатейными греческими книгами и по которым все русские святые угодили Богу, «возлюбили новыя греческия у немец печатныя книги и, переводя с них и притом не совсем верно, начали, не исправя, печатать и вследствие того едва не вседневною в книгах пременностью православный народ смущати»; от каковаго их смущения, Бог весть, сколько тем сот душ православных погибло. Но в познание совершенной истины они придти не хотят, потому что их сердце омрачилось неразумием, почему Бог и «попусти их в неискусен ум творити неподобная». Древним греческим и российским книгам, заключает Медведев, но которым спаслись наши святые, «соглашатися не хощут, по новопечатным греческим у немец книгам соглашающееся с ними и им последствуют».

Медведев далее излагает ответ собора на речь Никона: «достойно и праведно исправить словенския печатныя книги противу старых харатейных российских и греческих книг, дабы старыя харатейныя греческия и российския книги во всякой целости пребыли, по которым все древние русские святые спаслись»; – говорит о собрании рукописей в Москву из древних российских книгохранительниц и о сношениях с константинопольским патриархом, говорит до буквальной точности согласно с предисловием к служебнику 1655 года. Медведев излагает даже и содержание ответного послания патриарха константинопольского, причем делает различные замечания. Патриарх константинопольский, говорит Медведев, в ответ на послание патриарха Никона прислал соборное определение, в котором повелевалось следовать во всем писаниям древних великих учителей православной восточной церкви, находящимся в ветхих книгах – греческих и славянских (а не новых учителей, замечает в скобах Медведев, и не новопечатным у ненец книгам) и в котором похвалялось старание патриарха – держаться древности святых отец, «а новость всяку отревать». (Зри, боголюбезный читателю, замечает опять в скобках Медведев, како всегда древность святая от всех хранима и похваляема бяше. А ныне духовнии наши, ону благопохвалную древность святую оставивше, паче тоя новость возлюбиша, яже содела в церкви вeлиe смущение и душ правоверных погубление).

Приведя из послания константинопольского собора известие о постепенном устроении чина церковного, Сильвестр Медведев, обращаясь к современникам, говорит, что нынешние духовные, считая себя мудрыми и «новым у немец печатным греческим книгам последствующе», презирают старые правые греческие и славянские писменные книги и многие хулят. Убеждений противных они не слушают; «самыя правды и сами не знают, только честию своею величаются и, не хотя показать лядям ради стыда себе своего неведения», повелевают всем без всякого рассуждения, слушать их, и всегда от всякой правды, против которой не могут противиться, защищаются Христовым словом: слушаяй вас – мене слушает, а отметаяйся вас – мене отметается. А в чем должно людям слушать их, того они не говорят, и этими Христовыми словами неправедно устрашают «неискусных в рассуждении» людей. Но духовных, говорить Медведев, должно слушать только тогда, когда их слова согласны с учением Христовым и писанием древних св. отец; а нового их учения противного Христову учению и писанию и законоположению древних святых отец слушать не должно, – как напр. учения их о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии, – «о чем в книзе моей, именуемой «книга о манне хлеба животнаго, еже есть о теле и крови Христове», пространно изъявляется».

После этих слов Медведев возвращается к начатому им рассказу об исправлении богослужебных книг при патриархе Никоне. Царь Алексей и патриарх Никон, получивши грамоту константинопольского собора, прочли ее и, считая недостаточными находившиеся в Москве рукописи, решили послать на восток старца Арсения Суханова для собрания старописанных книг (По поводу последних слов Медведев замечает: внимай, читателю, не о новых греческих у немец печатаных книгах промышление бяше, с которых бы согласную истинну древних святых отец познати, но о древних рукописменных). Боголюбивые начальники Афонской горы дали Арсению Суханову около 500 рукописей, из которых некоторые весьма древние (перечисляются те же, что и в предисловии к служебнику 1655 года), – и кроме того некоторые лица сами от себя прислали в Москву еще «не менее двою сот книг различных древних».

По собрании рукописей, царь Алексей и патриарх Никон созвали собор, на котором были 3 патриарха – Никон, Макарий антиохийский и Гавриил сербский и другие духовные лица. На соборе рассматривали все старописанные греческие и славянские книги и нашли, что древние греческие с ветхими славянскими во всем согласны, а в новых московских печатных книгах в сравнении с древними греческими и славянскими отцы собора нашли многие несогласия и погрешности (По поводу этих слов Медведев опять в скобках замечает: зри, православный читателю, прилежно, како на оном соборе вси разсмотриша наша славянския древния книги со греческими древними рукописменными во всем согласны быти, а не с новыми греческими у немец печатными книгами. А после того собора все книги древния славенския и греческия оставивше, правили с новопечатных греческих у немец. А те книги с древними греческими и славенскими не согласны. И тем в мир великий соблазн введоша). После того как отцы собора пришли к этому заключению, они решили, от греческих и славянских древних книг истинное избравше и исправив во всем служебник, согласив его с древними греческими и славянскими, напечатать его; и не только его, но и все другие богослужебные книги, исправив их по древним греческим и славянским рукописям.

Из сего, говорит Медведев, всякий благочестивый истинный христианин может познать правду святую от неправды, истину правую от прелести. Как коварные люди прежде лестными своими словами прельстили святейшего пaтриарха Никона, начаша самую ему правду об исправлении книг предлагать; а делом самым ино промышлять, хотя все нашли древния греческия и славянкия книги правильными и с них узаконили править. «И та их хитрость непознася, оставивше они греческия и славенския древния самыя книги, начаша правити с новопечатных у немец греческих книг». А в предисловии книги служебника пишут они, что они исправили его по греческим и славянским древним рукописям и во всем согласили и увещают православный народ, чтобы он верил этой книге, как достоверной, и ни в чем не сомневался, потому что она исправлена по древним греческим и славянским рукописям. «А та книга служебник, говорит Медведев, правлена не с древних греческих рукописменных и славенских, но снова у немец печатной греческой безсвидетелствованной книги: у нея же и начала несть и где печатана неведомо». И когда «по немалых летех» по указу Государя «ради достоверного книжного свидетелства и справки» был на печатном дворе справщиком Афонской св. горы архимандрит Дионисий, он эту «у немец печатную книгу служебник разсмотря, на страницах подписал своею рукою на обличение тоя неправыя книги словеса бранная, зде писати неприличная; а та книга и ныне обретается в книгохранителнице на печатном дворе».

Эта «греческая у немец печатная безсвидетелствованная книга, у нея же и начала несть и где печатана неведомо», по которой, по словам Сильвестра Медведева, производилось исправление служебника 1655 года, существовавшая и при нем, сохранилась и до нашего времени там же, где хранилась и во времена Сильвестра Медведева, в книгохранительнице печатного двора, – в библиотеке московской синодальной типографии (№81 новый и №2619 старый). Это есть евхологий, напечатанный в 1602 году ἐν ἐτίησιν παρὰ τῷ Ἀντωνίω τῷ Πινέλω32. У этого евхология действительно «начала несть», нет сорочки или заглавного листа и одного листа оглавления; нет и конца, так как последние листы оторваны. «Везсвидетелствованной» Медведев вероятно называет ее потому, что она не имеет свидетельства, выходного листа, выходу (паспорта, как называют некоторые любители книжной старины), который обыкновенно находился при книгах московского издания и в котором говорилось, что та или другая книга печаталась по указу государя и благословению патриарха. О месте печатания этого евхология узнается из последнего листа, наклеенного на второй половине переплета; во времена Медведева этот лист или был заклеен или просто на просто Медведев не заметил его.

«Словеса бранныя», которые написал на этом евхологии архимандрит Дионисий сохранились и до нашего времени. На 4 стр. (на обороте) в евхологии на полях им было написано: «собакин бля+4+8+5033 сын, худо, не исправлено, печатал зде». В данном месте в евхологии излагается «устав священнослужения», причем евхологий 1602 года и служебник 1655 года не вполне согласны между собой.

В евхологии (в чине утрени): «всяко дыхание (в переводе). И диакон: премудрость прости, услышим святаго евангелия; иepeй: мир всем и aбиe наносит...

В служебнике34: всяко дыхание. Диакон: и о сподобитися нам слышанию святаго евангелиа Господа Бога молим. – Людие: Господи помилуй трижды. Священник: мир всем. Людие: и духови твоему. – Диакон: премудрость прости, услышим святаго евангелия. – И священник aбиe наносит.

На 18 стр. (обор.) евхология начинается отделение под заглавием: Σύντομος ἐρμηνεία περὶ τοῦ τίνα τὰ δεξιὰ μέρη τοῦ ἁγίου ἁρτοῦ, ἐν οἶς τιθέναι εἰώθαμεν τὸ τε ἅγιον ποτήριον τὴν σφραγίδος τῆς θηοῦ καὶ τὰς λοιπάς τῶν ἁγιον ἐννέα μέριας καὶ τίνας ἔνεκεν ἔννέα καὶ οὐ πλείους ἢ ἐλάττους τιθέμεθα. Строчек 6–7 спустя после начала этого отделения, начинается другая заметка архимандрита Дионисия: «вовсее вракаеш безумный человече зде», «до зде», т.е. до конца отделения. На стр. 27 об. евхология на полях новая заметка: «бридиш» против слов: «и диакон (после возгласа в первых помяни Господи) при дверех стоя глаголет: имрек патриарха, митрополита или епископа или кто-бы был и прочая». – В служебнике имеется также, вполне согласно с евхологием, нет только слова: «епископа». На л.38 евхология находится еще одна заметка архимандрита Дионисия: «гаразда бридиш зде су+20+8+50 сын: не тако надобне». Слова эти написаны опять против этих же слов в литургии Василия Великого, причем служебник с евхологием опять сходен за незначительными изменениями. Вот все заметки, сделанные на этом евхологие архимандритом Афонской горы Дионисием. Кроме того, на первой половине переплета крупным полууставным почерком написано: «Арсения грека мниха», и немного ниже тою же рукою: «потребна». После этого отступления возвращаемся опять к повествованию Сильвестра Медведева.

В служебнике издания 7166 года, продолжает Медведев, по поводу находящихся там слов о св. литургии, что она печатана по уставу константинопольской великой церкви и святой лавры, он же архимандрит Дионисий написал: не хощу лгать на великую церковь и на святую гору Афонскую; «и от сего писания, прибавляет Медведев, явно есть, яко тамо не тако». И эта книга и ныне в той же книгохранителнице на печатном дворе»35.

И другие древние харатейные славянские книги, которые на соборе были свидетельствованы, что во всем согласны с древними греческими книгами, и с которых было постановлено править московские книги, все они (древние славянские) были чернены против новопечатных у немец греческих книг. «За грехи наши, говорит Медведев, те правители книжныя в такое неразумие пришли, еже елико выходов бяше, то ни един с единым во всем служебник согласен показася». И везде говорят, что они все правили с древних греческих и славянских рукописей; а когда их спрашивают: отчего во всех книгах «разность многая»? Они отвечают, что в прежних выходах «гораздо ради поспешения не осмотрилися».

После нескольких, несогласных между собой изданий служебник был рассмотрен на соборе 7175 (1667) года. Служебник 7166 года, говорит Медведев, был на собор исследован и исправлен «на лучшее украшение церкве Божии в неких чинех церковных, не постигших же исправитися тогда во оном служебнике забвения ради и сокращения греческаго служебника и скораго деля поспешения». Медведев перечисляет и «вины» служебника 7166 года, которые были указаны на соборе, заимствуя перечисление их из предисловия к служебнику 1667 года, и кроме того приводит оттуда же два увещания – о новоисправленном служебнике, что он (служебник) исправлен «не просто и не от своего разума, но советом всех архиереев ова от добрых греческих переводов, ова множае от обычаев святой восточной церкви, яже за сокращение во греческих служебниках (от них же и сей служебник исправися) иная и не писана суть, точию на указех обретаются36. Вслед за теми увещаниями, Медведевым приводятся две выписки из деяний собора 1666–1667 годов, одна о новоисправленном служебнике (из 24 статьи «книга служебник, яко же прежде...»), другая из второго счисления на л.6 (cиe наше соборное повеление и завещание... месяца мая в 13 день), так называемая клятва соборная37. Приведя эти выдержки, Медведев говорит, что отсюда всякому видно, с каким прилежным тщанием был исправлен собором служебник и какими страшными клятвами было утверждено, чтобы никто не прибавил чего-либо в этой книге.

Бывший в то время начальником печатного двора Дмитрий Ерофеев Алмазов, «муж благочестив», зная о частом и непостоянном исправлении книг и о смущении народном вследствие этого, велел напечатать этот исправленный служебник в количестве 12,000 экземпляров, чтобы хотя эта книга пребыла в согласии несколько лет без изменения. В таком количестве экземпляров было напечатано только пол-осмы тетради, так как проклятый бес чрез орудие свое справщика старца Евфимия «оному делу сотвори препятие». По его промышлению велено было печатать тех книг только 2,400 экземпляров. «И во оных книгах, не бояся соборныя клятвы своим непостоянством, паче же безумием, переправил многое и сделал 50 четверток». И впоследствии, когда печатался во второй раз исправленный (собором 1666 – 1667 годов) служебник (в количестве 1,200 экземпляров), он Евфимий своими переправками в нем сделал еще 25 четверток. И эти книги, не боясь страшной соборной клятвы, «от заручнаго соборнаго справнаго служебника» своею переправкою сделал разгласны.

Тот же старец Евфимий, сочинивший книгу – «чиновник архиерейского священнослужения» (в 7183 г.), сделал в нем многие изменения против заручного чиновника (патриарха Иоакима и других русских архиереев), не смотря на запрещение, находящееся в самом чиновнике (л. 6 и 7), изменять что-либо в нем.

В этой книге в литургиях св. Златоустого (на л. 123 и 124) и Василия Великого (на л. 200 и 201) «написано светло о поклонении на Христовы словеса», т.е. при произнесении совершителем таинства Христовых слов: примите, ядите... и пр. и пийте от нея ecu... и пр.; и кто этого не делает, те все страшными клятвами прокляты. Сами же духовнии, не страшась этой своей клятвы и преступая ее, не почитают Христовых словес и поклонения нискаго и богонадобного не творят и не хотят творить. Людям велят, говорит Медведев, делать то, а сами не делают этого и даже поступают напротив. Сперва заповедают во веки хранить то без всякого изменения, а потом и сами этого не хотят творить и людям запрещают делать это. Что прежде утверждали себе и людям ко спасению, то впоследствии «и себе и людям поведают быть в вечную душевную погибель. А кто им говорит об этом их непостоянстве, что они подобными делами возмущают народ, того они без всякого рассуждения проклинают, основываясь на Христовых словах: слушаяй меня... и елика аще свяжете.

В следующем за тем продолжительном рассуждении Медведев доказывает, что архиереи не имеют безусловной власти вязать и решить. Если бы архиереи имели такую власть, замечает Медведев, то они всех своих сродников и друзей мирских и знакомых обогатили и своим разрешением вселили в небо и поэтому в муках были бы только те, которые сродства с архиереями и милости от них не имели. Медведев далее доказывает, что кого архиереи праведно на земле не ради своих каких-либо человеческих прихотей свяжут, тот действительно будет связан и на небе. Поэтому всякому должно бояться справедливой архиерейской клятвы или связания, а несправедливой не должно бояться, потому что та несправедливая клятва на них самих возвращается, а кого они прокляли, к тем она «никакоже прикоснется».

После этого рассуждения Медведев опять возвращается к повествованию о книге «чиновник архиерейского священнослужения». Архиереи, говорит Медведев, не обращают внимания на свои клятвы. Это уже было видно из сейчас представленного примера – о поклоне при произнесении Христовых слов; тот же чиновник архиерейского священнослужения представляет еще другой пример нарушения архиереями своих клятвенных повелений. В нем (архиерейском служебнике) с страшными клятвами утверждено, как всюду именоваться святейшему патриарху: «великий господин святейший кир Иоаким, милостию Божиею, патриарх московский и всея России»; а теперь патриарх, «то соборное постановление презрев», пишет другой титул: Иоаким, милостию Божиею, патриарх царствующего великого града Москвы и всея России»; а немного спустя иной: «великий господин святейший кир Иоаким московский и всея России и всех северных стран патриарх». Тем яве, говорит Медведев, сам свое соборное постановление пренебрег и иное, якоже восхоте, постанови.

Подобный же пример представляет еще и «устав» типик патриарха Иоакима (изд. 1682 года). В уставе ["который строил у себя в дому патриарх Иоаким не одно лето и потом сам со всеми архиереями многое время свидетельствовали и руками своими подписали, что все в нем истинно без всякой новшести и того ради вся книги на печатном дворе впредь повелели печатать с оным уставом во всем согласуя"] было написано открывать главы во св. литургии на молитву Господню: Отче наш, а сам патриарх, взирая на нынешних греков, не хочет открывать главы и не открывает. И не только это сделал, но и весь новоисправленный устав и собором утвержденный повелел опять вновь исправить и исправлен; а «как исправлен, о том известия не имамы, ибо справщиком не являют, но держать у себе. В том же новоисправленном заручном уставе написан указ всего священнослужения, «невем откуды, весма разгласен с уставом, каков написан в заручном соборном при патриархах служебнике (в служебнике же написано, что переведено с древних греческих уставов)». Иное в этом новоисправленном уставе откинуто, иное прибавлено, иное изменено. Если бы кто-либо прочел хотя бы «одни книги служебники, говорит Медведев, от начала исправления всех выходов, также и иныя все новоисправленныя книги, многая обрел бы в них пременения, прибавление, уятие».

Все говорят, продолжает Медведев, что книги правлены с древних греческих и славянских харатейных рукописменных книг, а ни одна книга новоисправленая, как служебник, так и другие, не может быть найдена во всем согласною с древними греческими рукописями и с древними славянскими харатейными книгами, но каждая «имеет разгласие»; и чем далее правят, тем больше делают по своим прихотям пременения и этим смущают православный народ. А в настоящее время некоторые духовные дошли до такого безумия, что утверждают, что и все наши древние славянские харатейные книги неправы, который прежде на многих соборах были признаны согласными с древними греческими рукописями. А теперь эти книги они называют неправыми, потому что обличают их неправое мудрствование. А когда их («теперешних духовных» спрашивают»: от кого они знают это (что русские книги неправы)? Они отвечают: от новых греческих ученых иеромонахов Иоанникия и Софрония Лихудов. Это и служит для Медведева переходом ко второй части своего исследования – к повествованию о Лихудах и разбору их учения о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии.

Медведев излагает историю приезда в Москву Лихудов, приводит грамоту, данную им от восточных патриархов, и советует остерегаться их и не доверять им вполне, так как они, может быть, подосланы от латинян или люторов или калвинов на возмущение нашей православной веры, как прежде был подослан митрополит Исидор. Переходя затем к разбору их учения о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии, он доказывает, что изложенное ими мнение по этому вопросу в их сочинении «Акос или врачевание, противуполагаемое ядовитым угрызениям змиевым», несправедливо, так как по мнению Медведева, св. дары пресуществляются при произнесении слов примите, ядите... и пийте от нея вcu, а не при произнесении совершителем таинства молитвы: и сотвори убо хлеб сей и пp., как утверждали Лихуды. Свое мнение Медведев подтверждает свидетельствами апостола Павла, Василия Великого, Иоанна Златоустого, Гpигoрия Богослова, Дионисия Ареопагита, Иустина философа, священномученика Иринея, Kиприана, Кирилла Иерусалимского, Кирилла Александрийского, Григория Нисскаго, Евсевия, епископа Самосатского, Амвросия, Ефрема Сирина, Иоанна Дамаскина, блаженного Феофилакта и свидетельствами, взятыми из пролога и деяний VII вселенского собора. Эта вторая часть сочинения Медведева для нас лично представляет мало интереса, почему мы и считаем достаточными сделанные нами замечания38.

В конце к своему «известию истинному православным» Сильвестр Медведев присоединяет 3 письма, – одно от гетмана Ив. Ст. Мазепы к думному дворянину Ф.Л. Шакловитому (приблизительно от декабря 1688 г.), в котором Мазепа уведомляет о получении присланных патриархом Иоакимом в Киев книг, сочинение братьев Лихудов, и что ответ на это сочинение пишет игумен Кириловского киевского монастыря Иннокентий Монастырский; другое письмо – игумена Монастырского к гетману, что он игумен читал московские книги и ответ на них от лица всей малороссийской церкви скоро напишет; в третьем письме того же игумена Монастырского к Медведеву от 9 февраля 1689 года, первый хвалит Медведева, уведомляет о получении в Kиев «Акоса» Лихудов и о скорой присылке ответа от малороссийской церкви на это сочинение, в котором находится «едина ересь», да «недоумение школное». Этим приложением и оканчивается сочинение Медведева «известие истинное православным и показание светлое о новоисправлении книжном и о прочем».

Сергей Белокуров.

* * *

1

См. статью Образцова: Киевские ученые в Великороссии в «Эпохе» за 1865г. январь

2

«Щит веры»; рук. импер. публ. библиотеки, отд. 1 в лист, №567.

3

См. указанную его выше статью в «Эпохе».

4

См. розыскные дела о Федоре Шакловитом и его сообщниках. Издание археографич. комиссии. Т.I. Дело о Медведеве №ХХIХ показание певчего Лаврентия.

5

Из 603 книг; была описана и взята под присмотр; см. Временник общества ист. и древн. росс. T. XVI; см. «Вестн. Европы» 1827 г. № 16. – Часть книг в синодальной библиотеке, часть в московск. семинарии и москов. комитете для цензуры духовных книг, а самая большая часть в московской синодальной типографской библиотеке. – Чтения импер. общ. ист. и древн. российс. 1846г. № 3.

6

«Оглавление книг, кто их сложил». – Ундольский (чтения общ. ист. и древн. росс. 1845 г. № 3) весьма обстоятельно разобрал это оглавление со всеми приемами ученой критики; он нашел и доказал в труде Медведева все те качества, какие требуются от библиографа: полноту, точность, верность указаний и ссылок и проч.

7

См. приходорасходные книги печатного двора № 89, 197 года. Прибавления к творениям св. отцов 1883 г. т. IV стран. 541.

8

Розыскные дела о Федоре IIIакловитом и его сообщниках. T. I. Дело о Сильвестре Медведеве № XXVII. Показание Арсения на допросе 24 сентября.

9

Ibidem. № XXIX. Показание певчего Лаврентия сентября 25.

10

По указанию Строева (библиологический словарь), список его находится в синодальной библиотеке между тетрадями № 449 в 40 на 36 л. Это сочинение находится также в сборнике импер. публ. библиотеки № 1245 из древлехранилища Погодина в числе коллекции Строева (№ 262).

11

Список его, находится также в синодальной библиотеке между тетрадями № 436 в 40 на 710 – (Строева библиологический словарь). Ныне находится вместе с непереплетенными сборниками патриаршей библиотеки, – в приложении к одному из них. – Впоследствии на допросе 24 сентября 1689 г. Медведев говорил, что эту книгу он написал по указу царицы Софии Алексеевны и «поднес тому второй год». – Розыскные дела о Федоре Шакловитом. Том I. Дело о Сильвестре Медведеве № XXV.

12

Кроме того, как открывается из следственного дела о Медведеве, против Лихудов написал какие-то тетради «дьячек Афонасей, что был у Спаса на дворце». Розыскные дела о Федоре Шакловитом и его сообщниках. T. I. Дело о Сильвестре Медведеве № XXV. Показание Сильвестра Медведева 24 сентября. – В император. публичной библиотеке в том же сборнике (№ 1245 лл. 88–104), где и «известие истинное» Медведева, находится еще одно сочинение, относящееся к вопросу о пресуществлении св. даров в таинстве евхаристии – «обличение на новопотаенных волков, ходящих в одеждах овчих, внутрь же суть волци и хищници, кои матери нашея святыя церкви православным чадом многие пакости душевредные лукавством своим наводят». Сочинение это написано приверженцем латинского мнения о времени пресуществления св. даров в таинстве евхаристии и написано, кажется, против сочинения Лихудов «Акос или врачевание»... Наши библиографы приписывают Медведеву еще одно сочинение с заглавием, данным монахом Евфимием: «неистовнобрехание на святую восточную церковь в лице и имени учителей православных – Иоанникия и Софрония Лихудиев пренеистового некоего безимянника». Но мы, основываясь на его содержании и слоге, сильно сомневаемся в принадлежности этого сочинения Медведеву и за отсутствием прямых свидетельств или указаний не осмеливаемся приписать его Медведеву. – Филарет черниговский (обзор духовной литературы изд. 3) приписывает Медведеву сочинение «тетрадь на Иоанникия и Софрония Лихудов и список этого сочинения указывает в рукописи москов. патриаршей библиотеки № 346 (по описанию Горского и Невоструева – 310). – В «Обзоре» опечатка вм. № 346 напечатано – 546, потому что в последней рукописи содержится один только «Остен», см. описание рукописей отд. II часть 3, №№292 и 310). Но здесь этого сочинения Медведева нет, а есть «неистовнобрехание». Ergo не одно-ли и то же это сочинение с двумя только заглавиями? В каталоге российских рукописных книг, находящихся «в библиотеке новгородского Софийского собора» (издание общества древней письменности № XII за 1881 г. стр. 8) под № XXVII значится – «книга сборная, содержащая хлеб животный Медведева, Акос Лихудов и изъятие сокращенное писанное на сию книгу Лихудов... Но и этой рукописи в числе рукоп. новг. Соф. собора, находящихся ныне в библиотеке спб. дух. академии, не оказалось. – Строев в библиологическом словаре в числе сочинений Медведева не указывает ни «тетради»..., ни «неистовнобрехание»...

13

Розыскные дела о Федоре Шакловитом и его сообщниках, т. I. Дело о Сильвестре Медведеве № XXIX – показание его 25 сентября.

14

Ibidem. № XXV показание Сильвестра Медведева 24 сентября.

15

Сообщники хотели, как известно, провозгласить царицей и короновать царевну Софью. Препятствия от патриарха они не боялись, потому что, как говорил один из соучастников Микитка Гладкой, «на патриарха стоило только закричать и он от страха места не найдет». Розыскные дела о Федоре Шакловитом, т. I. Дело о Сильвеотре Медведеве №XLIII, стр. 620.

16

Ibidem. № XXV показание Сильвестра Медведева на допросе 24 сентября.

17

Ibidem.

18

Ibidem. т. I 829.

19

Ibidem. т. I стр. 715.

20

Казнены смертию действительно были трое, если не считать Шакловитого, – Обраска, Петров, Куземка Чермной и Медведев. Разыскные дела о Федоре Шакловитом, см. в конце список казненных.

21

Напечатано в «Остен» и в «Чтениях общества истории и древностей российских» 1871 года.

22

Акты исторические, т. V стр. 339. Когда казнили Медведева, мы не знаем. В «Остене» читаем: «за многая бо злодейственная своя умышления главоусечен бысть в лето 7198 (1690) в 11 день. Между тем 14 января 1691 года он еще был жив. Этого числа к нему был послан дьяк Иван Федоров расспросит по сыскному делу. См. розыскные дела о Федоре Шакловитом, г. I. В собрании разных записок и сочинений, изд. Ф. Туманским (Спб. 1787 г.), на последней странице говорится, что в 200 г «казнен на площади ведомой вор и единомышленник Хованскому чернец Сильвестр Медведев да проповедник Васька Иконник, так же и иные товарищи их». В обзоре духовной литературы (изд. 3), преосв. Филарета говорится, что Медведев казнен в 1691 г.

23

Строев и достопочтенный Л.Н. Майков. – Впрочем, последнему это сочинение было известно не как сочинение Медведева, а как сочинение «одного из духовных лиц малороссиян», принимавшего участие в полемике о пресуществлении св. даров в таинстве евхаристии. См. его предложение в заседании археографич. коммиссии 10 мая 1877 г. издать все полемические сочинения по этому вопросу, появившиеся у нас на Руси в XVII столетии. Летопись занятий археографической комиссии, т. VII, 105.

24

Библиологический словарь Строева под словом Сильвестр Медведев.

25

Ibidem.

26

Описание славянских рукописей московской синодальной б А.В. Горского и К.И. Невоструева т. III, стр.444–445. «Христ. Чтен.», №11–12, 1885 г.

27

Жизнь и труды Строева стр. 257–258.

28

И даже печатно было заявлено о сем Бодянским в чтениях о. ис. и др. в заметке по поводу описания рукописей Воскресенского (Новый Иерусалим) монастыря, состав. о. архим. Леонидом.

29

«Христианское чтение» 1860 г. т II стр. 483.

30

Не дурной иллюстрацией к факту «разбора и приведения в порядок бумаг, находившихся в сундуке в патриаршей библиотеке, может служить одно письмо митрополита московского Филарета к А.Н. Муравьеву с заметкой последнего. В 1852 г. митрополит Филарет пишет А.Н. Муравьеву: «невероятно мне, чтобы ризничий (иеромонах Порфирий) подарил Строеву сундук хранившийся при ризнице, хотя не вошедших в опись, бумаг. Что доверчиво дал разобрать их, это могло быть.» Муравьев в пояснение этих слов пишет: «известный археолог Строев, будучи коротко знаком с ризничим синодальной библиотеки в Москве, сколько мне известно, получил от него сундук в полное его распоряжение со свитками старых дел, которые не почитали нужными». Строев очень любезно воспользовался доверием о. ризничего и, вероятно, не мало отобрал себе рукописей, в том числе и нашу. A propos. Так называемые непереплетенные сборники патриаршей библиотеки составлены в 30-х годах из тех тетрадей, которые находились в сундуке. Всех сборников 8. Остальные бумаги, находившиеся в сундуке и оставшиеся доселе в патриаршей библиотеке, размещены под различными рубриками писем, жалобных грамот, следственных дел и пр. Все они, равно как содержание и непереплетенных сборников, кратко перечисляются в предисловии к «указателю патриаршей библиотеки» архим. Саввы.

31

Это сочинение Медведева совсем приготовлено вами для печати и при первом удобном случае будет напечатано.

32

Из сохранившихся до нашего времени в библиотеке моск. Синодальной типографии экземпляров греческих печатных евхологиев это – есть самое старое издание. Кроме этого издания в библиотеке имеются еще следующие издания евхологиев: 1) Εὐχολόγιον... τυπωθέν δὲ παρὰ Ἀντωνίω τῷ Πινέλλῳ ἀναλώμασι τοῖς αὐ τοῦ καὶ ἐπιτελῶς διορθωδεν παρὰ τοῦ ἐν ἱερομονάχοις ἐλάχιστου θεοφάνους τοῦ ξενακίου ἐτει... ἀχιγ. Пометок никаких нет. Экземпляр с началом и концом. В конце вклеены 4 листочка, писанных по-гречески, да в середке еще два находятся, в них упоминаются имена различных князей и княжен, Михаила Федоровича и его детей. 2) Εὐχολόγιον... τυπωθὲν παρ Ιωάννου Πέτρῳ τῷ Πινέλλῳ ἀναλώμασι οῖς αὐτοῦ... καὶ ἐπιμελῶς... θεοφιλάκτου τοῦ Ιξανφοορνάρου. Ἔτει ἀχλη. В чине погребения отмечены некоторые прошения крестами стр. 109 об. – 114, 117 и 117 об., 118 об., 119 и 119 об. 3) Εὐχολόγιον... αχμβ. Написей никаких нет; с началом и концом. 4) Εὐχολόγιον... διορθωδὲν δὲ μεταπλείστης ἐπιμελείας παρὰ Θεοφύλακτου ἱερομονάχου τοῦ Ιξανφουρνάρου, ἐν ἐτίησιν... ἀχμη, – с началом и концом: написей никаких нет. В начале приклеены 4 писанных листка из послания к колоссаям, в конце – о сборе податей. 5) Другой экземпляр этого же издания, принадлежавший иеродиакону Герману. С началом и концом; написей никаких нет; в конце приклеено несколько листов из служебника киевской печати. 6) Εὐχολόγιον... ἐν ἐτίησιν – 1666 года. На 1 л. «сия книга евхологион взята после умершего справщика иеромонаха Тимофеа, а в книгохранителную полату в праве написана в 207 году». На обороте: евхологий сиречь служебник иеромонаха Тилефеа». С началом и концом; заметок никаких на полях нет. 7) Εὐχολόγιον... ἐν ἐτιησι... αχπδ. На переплете: «Евхологион ростовского архиереа Димитриа.. Заметок нет; с началом и концом. 8) Εὐχολογιον – 1692 г. В библиотеке значатся они под №2619 старым и новыми 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89.

33

Ради благозвучия, мы буквы заменили числами, которые (числа) они (буквы) означают.

34

Слова, не находящиеся в евхологии или на оборот в служебнике, мы подчеркиваем.

35

В типографской библиотеке до нашего времени сохранились только два экземпляра служебника 1658 года один с незначительными корректурными поправками при печатании (№ 342), а другой (№ 341) с следующею надписью на 1 л.: «никтоже в церкви более вредит, яко иже, развращенне живя, имя святыни или чин священства имать. Согрешающабо сего обличити никтоже дерзает и в образе грех зело простирается, егда за благоговение чина грешник почитается. Св. Григорий диалог в пастырнику». На полях первых листов другая надпись: «книга справщика иереа Никифора Симеонова». Надписи, указываемой Медведевым, ни на том, ни на другом экземпляре служебника 1658 года нет; след. экземпляр служебника 1658 года с этою надписью архим. Дионисия не сохранился до нашего времени. «Хрис. Чтен», №11–12, 1885 г.

36

Выписка этого увещания продолжается до конца его: «неотступни до конца века. Аминь». Далее приводится и другое «увещание о том же», начинающееся словами: «нехощем неведети о сем..., все сполна вплоть до конца его... в живот. Аминь».

37

По печатному изданию братства св. Петра митрополита Μ. 1881 г. листы 15 об. – 16 и 6 об – 7 об.

38

Из этой второй части мы считаем нужным отметить еще одно только замечание Медведева, брошенное им вскользь. Именно в одном месте он говорит, что немного раньше подачи (а это было на второй неделе Великого поста 7196 года) Лихудами царевне и царям сочинения (вероятнее всего Акоса) «их же советом изданы в мир тетрати о пресуществлении и что возобличителная ему» (этому сочинению) Медведев напишет, если прикажут «ему Государи цари и Государыня царевна, подобно тому, как и на первые их лжею исполненныя тетрати возобличителную книгу написах». Из указания Строева (библиологический словарь) известно, что действительно эти «тетради», не много раньше появления на свет Акоса пущенные, существовали; они были написаны от неизвестного лица и тайно в российский народ пущены, а Сильвестру Медведеву были доставлены черниговским протопопом Иоанном в ноябре 7196 года; – оттуда же известно также, что «возобличителная им» или «праведный ответ» Медведев написал. Интересно знать, какие это разумеются первые тетради Лихудов, на которые Сильвестр Медведев написал возобличительную книгу и что это за возобличителная книга? Сочинение Лихудов «Диалоги грека учителя к некоему иисуиту» («мечец духовный» – тоже) здесь не могут быть подразумеваемы, так как это сочинение Лихудов, по словам Горскаго и Невоструева (описание синод. библиотеки отд. II, т.3 стр. 476), написано после сочинения Лихудов же «Акос», на которое в «Диадогах» сделана ссылка. И так какое же здесь разумеется сочинение Лихудов и какое сочинение Медведева?


Источник: Христианское чтение. 1885. № 11-12. С. 691-727.

Вам может быть интересно:

1. К материалам для истории Московских соборов 1666-1667 гг. Сергей Алексеевич Белокуров

2. Очерки из церковно-исторической географии. Области восточных патриархов православной церкви до IX века. Вып. 1 Сергей Алексеевич Терновский

3. Характер чудес Иисуса Христа и их доктринальное значение Михаил Осипович Вержболович

4. Слово похвальное на пренесение мощей свв. Бориса и Глеба: неизданный памятник литературы XII века Хрисанф Мефодиевич Лопарев

5. Полемика по вопросу о ветхозаветном священстве и сущности священнического служения вообще протоиерей Георгий Титов

6. Блаженнопочивший сербский митрополит Михаил профессор Иван Саввич Пальмов

7. Православие и единоверие в их взаимоотношениях епископ Симеон (Никольский)

8. Лихолетье в жизни православия среди приволжских инородцев епископ Андрей (Ухтомский)

9. Северно-русское приходское духовенство в конце XVII века протоиерей Василий Верюжский

10. Кафедральный во имя Христа Спасителя собор в Москве протопресвитер Владимир Марков

Комментарии для сайта Cackle