преподобный Стефан Филейский (Куртеев), Вятский чудотворец

Глава VIII. О Божьем мире

Через рассматривание творений

Божиих видимы вечная сила

Его и Божество (Рим.1:20).

Вступление

Не раз Господь, указывая в Евангелии то на птичек, то на цветки, говорит: посмотрите, и тех вот питает Бог, которые и не сеют и не жнут, и сих одевает, которые не трудятся, не прядут. Или еще, научая нас любить и добрых и злых, воспоминает нам благость Отца небесного, Который солнцем Своим сияет на злых и благих, и дождит на праведных и на неправедных (Мф.6–26, 30; 5:45). Всем этим показывает Господь, что человек может многому научиться от природы, если он будет внимательно смотреть на все, что в ней творит Бог Своим промыслом. Так поступая, и пророк Давид мог через рассматривание Божиих творений прийти в познание величия Его чудной благости к человеку. Яко узрю, – так говорил он, – когда взираю я на небеса, дела перст Твоих, на луну и звезды, яже Ты основал еси: то рассуждаю, – что есть человек, яко помниши его (Пс.8:3, 5)? Как пред тобою мал и ничтожен человек, но Ты, пречудный в благости, ни в чем его не оставляешь!

Так и Антоний Великий, пустынный житель, на вопрос, как он, не учившись книгам, был исполнен высоким разумением о Боге, отвечал: великая книга Божиих дел пред всеми открыта, только рассматривай и понимай, что в ней сказано. И действительно, кто смотрит со вниманием на все, что Бог устроил в мире сем, – будь то звездное небо, облака, земля и растения на ней, животные малые и великие, – все показывает Божие могущество, премудрость и благость.

Справедливо сказал некто из святых: «сей видимый нами мир для спасения человека сотворен, дабы, видя вся сущая в нем, познал Сотворшаго его». Мир сей есть не иное что, как рассадник или питомник, в коем зарождаются и воспитываются бессмертные наши души, чтобы познать Творца и за то получить от Него вечное блаженство. А потому суетни вси человецы, как говорит Писание, пропащие и погибшие все те, которые не могут от видимых благ уразуметь Сущего, ни делом Его внемлюще, познать Творца (Прем.13:1).

Первые дни мира

Помыслих дни первыя, и лета

вечная помянух, и поучахся (Пс.76:6).

Смотря на дом, никто не скажет, что он мог построиться сам собою; разве только ума нет, тот может думать, что дома строятся сами собою. Так, если и подумать нельзя, что и такое малое строение может сделаться без строителя, то этот ли всеобъемлющий дом наш (мир сей) мог устроиться без помощи кого-либо другого? – Но человек ли какой мог взойти на высоту небесную и засветить там солнце, дать иной свет луне, зажечь звезды, или на земле воздвигнуть к облакам горы, провесть на тысячи верст реки? И ребенок скажет, что не достанет на это и всех сил человеческих. Значит, есть еще другое Существо, Которое возмогло все это устроить; и вот Сие-то богатое силою и разумом Существо и называем мы Богом. И пророк Давид справедливо называет того безумным, кто говорит: нет Бога (Ср. Пс13:1). Не только великие создания Божии, но и самые крохотные из них, – птички, цветки, – и те своим существованием как бы говорят нам: мы Им живем и движемся. Как душа в теле, так и Бог в Своем творении явен: невидимая бо Его, от создания мира твореньми помышляема, видима суть, присносущная сила Его и Божество (Рим.1:20).

Впрочем говорил же Господь иудеям, – хотя Сам и творил пред всеми людьми предивные чудеса: испытайте Писания; ибо они свидетельствуют о Мне (Ин.5:39). Если бы и нам не дано было Божественного Писания, то как бы мы знали, когда и как Бог устроил мир сей. Без откровения Божественного великая тьма царствовала бы в уме нашем; а потому и должны мы верить всему, что Бог возвещает нам через Писание, которое говорит: вначале Бог сотворил небо и землю (Быт.1:1).

Что же было до начала мира? Господь говорил иудеям: истинно, истинно говорю вам: прежде даже Авраам не бысть, Аз есмь (Ин.8:28). Это то же, что Он говорил и через пророка: зане Бог Аз есмь, а не человек (Ос.11:8). И Давид потому взывал: прежде даже горам не быти и создатися земли, от века и до века Ты еси (Пс.89:3). Ибо им и века сотворены, как сказано; и без Него ничтоже бысть, еже бысть (Ин.1:3). Господь – сын предвечного Бога, приняв для нашего спасения зрак раба, когда отходил к Отцу, то говорил: Отче! прослави Меня славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира (Ин.17:5). Итак, когда еще не было видимого света, была слава Господня боголепная; Бог, живущий всегда во свете, как сказано, неприступном (Тим.6:16), сиял вечно Своею славою и не нуждался в прославлении от кого-либо другого, будучи вполне как Бог всеблажен и самодоволен.

Для чего же Он сотворил мир? Конечно, не по нужде; ибо мог ли нуждаться в чем-нибудь Тот, Кто бесчисленные века существовал и до начала мира? А потому, когда сотворил мир, то, значит, не по другой причине, но единственно только по благости Своей, чтобы твари, получив от Него бытие, наслаждались бы жизнью своею.

Можем рассудить также и о том, – из чего Бог сотворил мир? – если вся Тем быша (Ин.1:3), как сказано, и ничего нет самобытного, кроме одного Бога, то понятно, что небо и земля сотворены из ничего. Хотя такого творческого дела понять мы и не можем, потому что сами никакой вещи из ничего сделать не можем; но Бог не человек, для Него все возможно. Для Него не нужны ни время, ни средства, как нужны нам для какого дела. И чего не в силе сделать Бог, когда обещает дать и человеку такую силу, что может он одним словом своим сдвинуть гору? Ибо Господь говорит: истинно говорю вам: если который из вас скажет горе: двигнись и не размыслит, что этого быть не может, но веру возымеет, что сбудется по словам его, будет ему, что ни скажет (Мк.11:23). Так, если и человеческому слову может быть сообщена такая сила всесильная, то по всей справедливости должны мы верить, что небо и земля созданы из ничего, одним Божественным повелением. Так и Писание говорит: яко Той рече, и быша; Той повеле, и создашася (Пс.32:9).

Ибо Писание говорит: земля сначала была не устроена и пуста, и Дух Божий носился над бездною (Ср.Быт.1:2). Не было на земле ни гор, ни рек, ни лесов, ни цветущих лугов; не ходило тогда по ней, не летало и не ползало ни одно живое существо. Земля была смешана так, что составляла одну грязь, почему и названа бездною. Такою сотворил ее Бог не потому, что не мог вдруг создать ее благоустроенною, но чтобы показать, что Он все делает свободно, что являются от Него творения не по принуждению, как бы какие выродки, но сообразно его назначению. И Дух Божий, Который носился вверху бездны, постепенно довершал творческое дело.

(Поучение). Итак, Дух Божий, как видим, от сотворения мира и до ныне есть источник благ и жизни податель; и справедливо мы обращаемся к Нему, яко не далече от единого коегождо от нас суща (Деян.17:27), умоляя Его, чтобы Он пришел и вселился в нас. Ибо как земля пустая, необразованная действием Святого Духа, сделалась украшенною и плодородною, так и человек, в которого вселится Дух Господень, делается из плотского духовным и плод свой приносит в свое время. Плод же духовный, как говорит апостол Павел, есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал.5:22). Сих свойств должны быть исполнены все мы, которые именуемся Христовыми (христианами), ибо нам говорит Писание: разве вы не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас (Кор.3:16)? Блажен, в ком есть это дыхание Вседержителево (Иов.32:9); горе же, кто отчужден от жизни Божией (Еф.4:18). – Не имать Дух Мой пребывати в человецех сих, зане суть плоть (Быт.6:3), сказал Бог о людях допотопных и предал их на истребление. И ныне, как и всегда, Духу Святому противятся все, живущие по плоти, – которые закону Божию не покоряются (Рим.8:7). Хотя Дух, иже везде сый и вся исполняяй, во всякое время и на всех путях их окружает, но не вселяется по причине сопротивления их. Горе же таким, ибо грядет гнев Божий, как сказано, на сыны непокорные (Еф.5:6).

(Первый день). Земля при начале бытия своего была во тьме, какой не бывает и в самую темную ночь. Впрочем, такая темнота быть могла только для зрения нашего, а не для Божественного, от которого никакая тьма не затмит ничего. Ибо нет тьмы в очах Господних, – для Него и ночь светла, как день, и тьма пред Ним то же, что свет (Пс.138:12). Бог пребывает в вечном свете, ни для какой тьмы неприступном. Не было только временного света, и Бог сказал: да будет свет! И свет явился мгновенно, земля стала видна, и вселенная обрела новый вид. Наступил день, какого не бывало на земле, – день первый.

Если бы мы были тогда и видели, как Бог одним словом прогнал тьму с земли и заменил ее светом, то от радости воскликнули бы: слава Тебе! Светодавче, слава Тебе! Не то же ли и ныне творит Бог с нами? Не повторяется ли каждое утро Его повеление: да будет свет? Потому, как лишь только просыпаемся и видим свет, будем воссылать славу Богу. Стыдно быть неблагодарным и человеку-благодетелю, тем более Богу, благодеявшему нам. Давид взывал пред Богом: возвеселил мя еси в творении Твоем, и в делех руку Твоею возрадуюся (Пс.91:5). Кого и из нас не наделил Бог тем же, чем и Давида? Видим и мы свет Божий. – И кого он не радует? Кто бывает недоволен им? Свет есть источник всего радостного для нас; через него мы видим величие Божиих дел.

***

(Поучение). Макарий великий учил: «когда взираешь на сей свет, помышляй: освещается ли твоя душа светом истинным?» Некоторые на вопрос Павла: крещены ли они Святым Духом? отвечали: ниже, аще Дух Святый есть, слышахом (Деян.19:2). – И из нас иной, может быть, скажет: я и не слыхал, что есть еще иной свет – истинный?

Господь говорит: Аз свет в мир приидох, да всяк веруяй в Мя во тьме не пребудет. Веруйте во Свет, да сынове Света будете. Никто же приидет к Отцу, токмо Мною (Ин.12:46, 36; 15:6).

Несмотря на то, что, свет прииде в мир и просвещает всякого человека, – ибо Бог, как сказано, всем человеком хощет спастися и в разум истины приити (1Тим.2:4), – сей свет не действует на душу, омраченную суетою мира сего. И возлюбиша человецы, – говорит Писание, – паче тьму, неже свет; быша бо их дела зла (Ин.3:19). Так Господь сказал: Мене же ненавидит мир, яко Аз свидетельствую о нем, яко дела его зла суть (Ин.7:7). Как для тех, которые не видят света, точно и нет солнца, так и для слепых душою точно и не существует Солнце Правды – Христос Бог, слова Которого на них не действуют. Они не приемлют: яже суть от Духа Божия (Кор.2:14) и за то будут вопиять: заблудихом от пути истинного, беззаконных исполнихомся стезь и погибели (Прит.5:6). Так и Давид говорил пред Богом: далеко от нечестивых спасение; ибо они уставов Твоих не держатся (Пс.118:155).

Господь сказал ученикам Своим: аще любите Мя, заповеди Мои соблюдите; Аз есмь свет миру: ходяй по Мне, не имать ходити во тьме, но имать свет животный (Ин.14:15, 8, 12). Праведник говорит пред Господом: как люблю я закон Твой! Весь день размышляю о нем, Слово Твое светильник ноге моей и свет стезе моей. Откровение слов Твоих просвещает, вразумляет простых. Повелениями Твоими я вразумлен; потому ненавижу всякий путь лжи(Пс.118:97, 105, 130, 104). Блажен, кто может сказать пред Господом: яко видеста очи мои спасение Твое, еже уготовал пред лицем всех людей (Лк.2:30–31) свет для просвещения сидящих во тьме и сени смертной .

***

(Второй день). Настал новый день, второй от сотворения мира, и явились новые дела Божии. В этот день Бог создал твердь и назвал ее небом. Слыша это иной скажет: как и вначале Бог сотворил небо, и во второй день небо: разве два неба?

Апостол Павел пишет: вем человека о Христе, восхищена бывша до третьяго небесе (2Кор.12:2).79 – Как очевидец, Павел говорит о третьем небе; а потому и должны мы понимать, что есть многое такое, чего мы не видим. Так и Писание говорит, указывая на невидимое небо и блага в нем: их же око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Бог любящим Его (1Кор.2:9). Невидимое небо, которое вначале было сотворено, называется в Писании Царством и Божиим домом. В дому Отца моего обители многи суть (Ин.14:2), – Господь говорит; и указывая на них, при кончине мира скажет: приидите, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира (Мф.25:34). И верующие откровениям Господним говорят потому: наше житие на небесах есть (Фил.3:20); и когда просят Бога, то взывают: Отче наш, иже еси на небесех! Тому, кто может говорить пред Богом истинно: безвестная и тайная премудрости Твоея явил ми еси (ПС.50:8), – известно, сколь велики дары великого Бога. И для временной жизни Он дал нам землю, исполненную многими благами, а что приготовил для вечной, и уму непостижимо!

Теперь посмотрим на то небо, которое сотворено было во второй день. Припомним слова Господни: воззрите на птиц небесных. Нет сомнения, что Господь называет птиц, которых мы видим, небесными потому только, что они летают в воздухе; значит, воздух и есть то небо, которое создано во второй день. А голубой свод небесный – это цвет воздуха, который мы можем приметить, когда мы смотрим на отдаленный лес, показывающийся голубым потому, что до дальнего леса более воздуха, чем до ближнего. Возблагодарим же Господа и за сие, что Он сотворил во второй день и чем поддерживается наша временная жизнь. Ибо без воздуха мы жить не можем; вместе с ним подается нам от Бога и жизнь сия, и непрестанно, так сказать, течет к нам источник благодеяний Божиих. Каждый вздох наш есть вновь присоединяющийся дар Божий.

(Третий день). Обратим внимание и на те дела, которые сотворил Господь в третий день. Да соберется вода, которая под небом, в одно место, сказал Господь, и да явится суша; и стало так (Быт.1:9). Поднялись горные хребты, длиною на тысячи верст и на пять, а в иных местах и на восемь верст высоты; вода же с шумом устремилась в места, которые ей Бог назначил; и таким образом образовались великие реки и обширные моря.

Да произрастит земля былие травное и древо плодовитое, Господь сказал, и стало так (Быт.1:12). Грубая земля, из которой мы можем сделать только черепья и кирпичи, стала, по воле Божией, производить из себя разнообразные травы, красивые цветки, разнородные деревья и на них вкусом и видом разные плоды. Кто, смотря на все это, не скажет, как и Давид: дивны дела Твои, Господи!? Вот до третьего дня вся земля была покрыта водою; а в этот день явилась суша, потекли по ней ручьи и реки, и земля покрылась лесами, кустарниками и благоухающими цветами. И все это украшение земное Бог устроил в один день. Не напрасно Давид восклицал: как возвеличил Ты, Господь, Свои дела! Премудро, дивно Ты устроил всю природу; богатства Твоего исполнена земля. Волнуются моря великие и обширные (Ср.Пс.103).

Кто не видал морей, у которых не видать и берегов, и таких гор, которые вознеслись превыше облаков, тот лишается великого удивления. Ибо нигде так не ощущает человек величия дел Божиих, как в горах или на море, глядя на пространство вод, коему, кажется, и предела нет. Моря и горы своим величием вещают: велик Господь наш и достославен, и величию Его несть конца.

(День четвертый). Поднимем еще на высоту взоры свои и рассмотрим, что сотворил Бог в четвертый день. В этот день сказал Господь: да будут светила на высоте небесной, чтобы светить на землю; и стало так. Образовались светила, из коих одно производить стало на земле день, а другое тихий свет изливать на землю стало ночью. К ним присоединились еще лучезарные звездочки, коим нет числа, и все они покатились, как видится нам, по небесному своду от востока к западу, освещая всю землю сиянием своим. Удивительно было посмотреть, особенно в первый раз, на такое явление Божией силы; но тогда на земле еще не было ни одного живого существа, которое могло бы созерцать красоту дел Божиих. Это видеть могли одни только Ангелы Божии; потому и Господь возвестил в Писании, что они тогда восклицали от радости (Иов.38:7). Так и для небесных сил ничто так не могло быть дивным, как появление бесчисленного множества светил заблиставших, по слову Господню, во всем беспредельном пространстве.

Всматривается ли кто из нас и углубляется умом в созерцание небесных светил, невольно приходит тот в великое удивление бесконечному Божию могуществу. Давид говорил пред Создателем: когда взираю на небеса Твои, на луну и звезды, которые Ты сотворил: то, что есть человек?.. Посмотрим и мы на эту неизмеримую даль, в коей горят миллионы светил небесных, и уверимся, более познаем, сколь велик Господь наш и как мал пред Ним, ничтожен всякий человек! Когда, смотря на луну и звезды, видим мы, как бы небесный свод, то это так только представляется нашим глазам; на самом же деле мы смотрим в даль бесконечную, видим одно лишь пространство, у которого нет конца. Если бы возможно было человеку, как и Ангелу Божию, отделиться от земли и лететь все вдаль небесного пространства, и пусть он летел бы как бы молния, и он тысячи лет летел бы и все еще не долетел бы до конца вселенной. Пред ним все оставалось бы такое же звездное небо, хотя навстречу ему и попадались бы многие звезды; и тогда он увидел бы, что земля наша – одна капля в мироздании Божием, а весь мир пред Богом, яко капля росы, сходящая на землю (Прем.11:23). По истине величию Его, как и Писание говорит, нет конца (Ср. Пс.144:13).

Много есть в Божием мире чудес, о которых мы и понятия не имели бы, если бы не вдумывались в них и не исследовали бы умом своим. Например, чтоб вернее узнать, сколь велико солнце, нужно на первый раз применить его действия, какие оно производит на нас (свет и теплоту его), к тем, которые мы можем сами произвести. Мы знаем, сколь бывает светло ночью от большого пожара, но землю осветить, как днем бывает светло, не могут и сотни пылающих домов. Также и тепло быть не может на земле такое, как от солнца в летнее время, хотя бы горели леса и на тысячу верст. Теперь пусть рассудит всякий, сколь же должно быть велико солнце, которое освещает и согревает всю землю так, что и жестокую зиму превращает в жаркое лето. Отчего же оно кажется небольшим? – Оттого, что удалено от нас на 139 миллионов верст, – на такое расстояние, что птице, пролетающей по 500 верст в сутки, привелось бы лететь до солнца 753 года, даже и пушечному ядру с лишком 11 лет, хотя оно и могло бы лететь по 24 версты в минуту. Кто же это может знать? До всего этого добрались ученые люди посредством науки – астрономии.

От начала мира звездное небо привлекало к себе взоры всех людей, и потому с давних пор более мудрые из них начали примечать, как двигаются солнце, луна и звезды; стали свои наблюдения записывать и передавать потомству. Потом искуснейшие наблюдатели придумали смотреть на небо в такие трубы, у которых стекла увеличивают видимые предметы в триста раз, или как бы приближают к предмету в триста раз (дом, отстоящий на версту, представляют, как бы в пяти шагах). Вот с помощью-то этих труб (телескопов), при постоянных многолетних наблюдениях, стали вычислять и узнавать величину светил небесных и дошли до настоящего понятия о величине солнца, луны и звезд. Но можно ли ученым людям верить? Верить им, во-первых, и потому можно, что они все заодно не стали бы обманывать себя и других. Если бы и ошиблись в вычислении сто ученых, то другие сто могли бы показать их ошибки, и тогда открылась бы ложь. Во-вторых, и потому можно им верить, что они посредством своих вычислений с точностью узнают затмения солнца и луны, чего, конечно, нельзя было знать, если бы наука их была неверна.

И то надо сказать, что наука добирается до совершенной точности и ничему не хочет верить, чего не дознает на самом деле. Например, нам кажется, что, будто солнце и луна равны по величине и что одинаково они далеки от нас. Наука же дознала, что луна ближе к земле в четыреста раз и что поперечник луны менее поперечника солнца в 448 раз. Наука хотя и человеческого ума премудрость, однако же Бог одарил человека и умом таким, которым бы он мог познавать величие дел Божиих. Потому и наука служит для славы Божией, она дает такие понятия о Божием творении, какие неученым людям и в ум не приходят. Кто, например, мог бы без науки узнать, что солнце столь велико, что, если бы поставить его рядом с землею, то вышло бы то же, если бы капустный вилок положить с чуть заметным семечком, или большую избу в десять аршин с половиною сблизить с мячиком величиною в полтора вершка. Поперечник земли менее поперечника солнца в 112 раз, поперечника же луны более в 4 раза. Это показала наука такая, которой человек не может не верить, если сам узнает эту науку.

Сколь же велики звезды и как они далеки от нас, наука и то показала нам. Эти крохотные искорки, по исчислению науки, равняются по величине солнцу и если показываются нам такими, то потому только, что чрезвычайно далеки от нас. Если бы с ближайшей к нам звезды бросить на землю камень, то привелось бы ему валиться более полумиллиона лет, чтобы упасть на землю. Вот сколь далеки от нас, по исчислению науки, самые ближайшие звезды! А что касается до того, в каком они расстоянии друг от друга и сколь велико их число, то надобно наперед забыть все числа и меры наши, за ничто вменить все земные протяжения, и тогда уже новою мерою и новым счетом производить их счет и измерять их расстояния. В мире звездном наши версты и все их числа гибнут, как и песчинки в океане; в нем все невообразимо велико, беспредельно широко. Видим вот на небе бледную полосу, названную учеными Млечным путем; она состоит из звезд, которые сливаются в одно тихое сияние, но в зрительных трубах все они представляются отдельными, и счет их доходит до 18 миллионов. А там за ними еще виднеются, если смотреть в телескоп, туманные пятна, которые также состоят из множества звезд. И вообще, если смотреть на небо в самый сильный телескоп, то все небо показывается усеянным звездами, как морское дно бесчисленным песком. Сколько же – теперь подумаем – неисповедимо велик и славен Бог наш! От величия бо и красоты созданий, – сказано в Писании, – сравнительно познается Виновник бытия их (Прем.13:5).

***

(День пятый). Когда сотворены были звезды и в селениях горних раздавались хвалебные пения Богу, на земле не было еще ни одного живого существа, и только с наступлением пятого дня, вновь явившиеся дела Божии показали, что в реках, озерах и морях плавают рыбы, а по воздуху летают птицы разной величины, и каждая из них издает хвалебный глас. Вчера земля была, как пустыня, погружена в глубокое безмолвие; а сегодня лес и горы огласились пением пернатых. Какие дивные дела Божии! Там безустанно кукует пустыннолюбивая кукушка свою однообразную песнь; а здесь в роще раздается громкий посвист соловья и разнообразится в длинной песне. В одних местах порхают разноцветные пташки, и каждая на свой лад славит Творца своего! И кусты бездушные сделались как бы живыми, – из своих ветвей издают пение пернатых даже и с высоты воздушной – слышишь – несется веселый говор жаворонка. Везде явилась жизнь, повсюду торжество и радость.

Выйдем на зеленый луг и посмотрим, что еще сотворил Бог в пятый день. Вот с цветка на цветок перепархивают бабочки, носятся мотыльки и все разного цвета: вот чуть не под каждою травкой то ползают, то прыгают разные насекомые! Тут и золотокрылые жуки и пестрые червячки, и едва приметные мушки; и все они жужжат, все просят и находят себе пищу, данную им от Бога. Не есть ли это чудеса Божии? Но не подумайте, что это только и есть всей твари Божией, – нет, не только: много есть на земле великих рек, озер, морей и во всех их есть множество живых существ, малых и больших. Хотя безмерно обширны океаны, неизмеримо глубоки их пучины, но и там существуют животные, живут разные твари, коим нет числа.

Так-то по множеству Своей силы умножил Господь и тварь Свою. Господи Боже наш! Как величественны дела Твои по всей земле.

(День шестой). После пяти дней великих дел Божиих, наступил и тот, в который получили бытие свое скоты, и звери, и венец всех земных творений – человек. Какая и здесь премудрость Божия явилась во всех делах! Одни создания Божии могли только ползать, другие ходить и бегать, а иные еще прыгать; каждая порода получила свои наклонности, движения и силы; у всех оказался свой образ жизни, свое самоохранение и выбор пищи. Теперь стало на земле не то, что было в первые дни; по замечанию естествоиспытателей, одних пород (всех тварей) явилось на земле до пятисот тысяч и если по несколько пар каждой породы было сотворено вначале, то и тогда миллионы живых существ наполняли землю. Рои же пчел, муравьев и прочих насекомых показывают, что были сии созданы в великом множестве; а слова Господни: раститеся, и множьтеся, и наполняйте землю (Быт.1:28), – дают знать, что их было не столько, как теперь, – не по всей земле.

Так сотворены были небо и земля, и все воинство их (Быт.2:1), как говорит Писание. Оставалось только соединить земное с небесным, создать существо такое, которое принадлежало бы земле и небу, – имело естество плотское и в нем сродную небесным силам душу бессмертную, вечно блаженную. И Бог сказал: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему (Быт.1:26).

Сотворим... Кому же это Бог сказал? – Разве с Ангелами так говорил? Но Писание говорит: кто разуме ум Господень? И кто советник Ему бысть? (Рим.11:34) – и тем отвергает от Божьего совета всякую тварь. Да и мы сами можем рассудить, что, когда Господь создал тварей земных, также и воинство небесных сил, то ни от кого не требовал Себе совета. Как же теперь, для создания одного человека, Господь вступает в совет и притом еще с кем-то равным Себе: сотворим, – говорит, – по образу Нашему (Быт.1: 26)? Не правда ли, что как дела, так и самые слова Господни весьма чудны? Апостол Петр сказал совершенно справедливо: всего, сказанного в Писании, нельзя никому уразуметь самому собою (Пет.1:20). Божественное Писание дано нам от Бога, а потому и знать все, что сказано в нем, может один Бог. Однако Писание же возвещало: и будут все научены Богом (Ис.54:13), – что действительно так и сделалось. Когда Сый в лоне Отчем явился на землю и, исповедав нам Отца Своего, научил веровать во имя Отца и Сына и Святого Духа, тогда открылось и то, – кто был в совете Божием при создании человека. Это второе лицо Пресвятой Троицы, Тот чуден Советник и Бог крепкий (Ис.9:6), как пророк Исаия называл Его, Который в начале был у Бога и был Бог (Ин.1:1), и по сем на земли явися (Вар.3:3), – яко отроча родися нам Сын, и дадеся нам (Ис.9:6), да всяк веруяй в Он не погибнет, но имать живот вечный (Ин.3:15). Это третье лице Пресвятой Троицы – Дух Святый Животворящий.

Бог как всеведущий знал, что человек не устоит на степени своего богоподобного величия, но воспротивится Богу и примет за то должное воздаяние – смерть и вечную муку. Известно было Ему и то, какою жертвою и со стороны Божеского и со стороны человеческого естества – должен быть примирен человек с правдою вечною. И вот, как бы призывая Сына Своего к делу искупления и спасения, а вместе с тем и приступая к делу творения, Бог Отец и Бог Сын, без Которого ничто же бысть, еже бысть (Ин.1:3), Бог Дух Святый вещал: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему (Быт.1:26). И сотворил Бог человека, как сказано, из праха земного и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душою живою (Быт.2:7).

Когда в совете своем определил Господь Бог создать человека по образу Своему и по подобию, то, конечно, таким и сотворил его. Но где же в нем образ Божий? В чем видеть можно подобие своему Создателю?

Бог есть Дух (Ин.4:24), как сказано; потому и образ Божий не в теле человека, а в душе заключается, – в душевных его силах: в уме, сердце и воле; в них и подобие Божеству. Тело создано из праха земного; но душа есть вдохновение Божие, дающее человеку вечную жизнь; и человек первосозданный действительно был сообразен во всем и подобен Богу. Хотя за грехопадение и суждено человеку сделаться безобразным и неподобным Божественному величию и предану быть проклятию и смерти, однако впоследствии опять назначено ему родиться от Духа (Ин.3:8) и опять чувствовать в себе радость вечной жизни. И вот слышит он в себе это вдохновение Божие, чувствует живую надежду бессмертия своего.

Для пояснения, в чем заключается у человека подобие Богу, представим двух людей с одинаковыми наклонностями, т. е. что один любит и делает, то и другой. О таких говорят, что они подобны друг другу. Так и человек богоподобен тот, кто любит и делает только то, что любезно Богу. Рассмотрим богоподобные свойства души каждое порознь.

1) Бог есть любовь (1Ин.4:8), как сказано, и совершенство Божественной любви выказывается в том, что Он благ ко всем: солнцем Своим сияет на добрых и злых и дождит на праведных и неправедных (Ср.Мф.5:45). Так и главное свойство души человеческой есть любовь или благость, которою более всего должен человек уподобляться Богу. Потому и Господь говорит: будьте совершени, якоже и Отец ваш совершен есть (Мф.5:48). И кто имеет в сердце своем любовь к Богу, тот подобен Богу, ибо всякий любит подобного себе. Сей любит и ближних, по возможности, творит добро и добрым людям, и злым.

2) Уподобляется человек Богу еще своим разумом или своею премудростию. Надобно при этом заметить, что бывают как любовь, так и мудрость двоякого свойства; потому и могут человека сделать богоподобным или богопротивным. Любы мира сего вражда Богу есть (Иак.4:4), как сказано; также и мудрование плотское, сказано, есть вражда на Бога, ибо закону Божию не покоряется (Рим.8:9). Потому-то и всем, иже земная мудрствуют, кончина – погибель. Также и тот, кто любит отца, или матерь, или сына, или дщерь, как Господь сказал, паче Мене; несть Мене достоин (Мф.10:37) – не внидет в радость Господа своего. Есть мудрость, которая превозносится от людей мира сего и потому называется мирскою: она умудряет человека в разных земных искусствах, научает приобретению себе чувственных благ, или еще прельщает разум хитросплетенными словами. О ней в Писании сказано: несть сия премудрость, свыше снисходящая, но земная, душевная, бесовская (Иак.3:15). От сей мудрости (ложно именуемой), и особенно от последней происходят зависть и сварливость, производящие в людях неустройство и все худое (Иак.3:16). Премудрость же, которая делает человека богоподобным, во-первых, как сказано, чиста есть, – чужда всякого земного пристрастия и потому именуется премудростию, сходящею свыше (Иак.3:17), – от Бога, Она заставляет человека не о том промышлять, как бы ему попривольнее жить на земле, но внушает мысли, производит желание слушать и говорить только о том, – елика суть благочестна, елика праведна, елика богоугодна. Сия премудрость во всей полноте явилась в Господе нашем Иисусе Христе, Которого потому и называет Писание Божиею Премудростию. Ибо она в Нем была совершенно чиста от всех земных помышлений, – мирна, кротка, благопокорлива, исполнь милости и плодов благих (Иак.3:17).

3) Кроме сих свойств – благости и мудрости, или любви и разума – человека уподобляет Богу еще свободная его воля, когда она во всем согласуется с волею Божией и покоряет его Богу. Бывает же у человека и такая воля – злая, богопротивная которая уподобляет его дьяволу. Вы дети отца вашего дьявола, – говорил Господь иудеям, искавшим убить Его, – он был человекоубийца от начала; и вы хотите исполнять желания отца вашего (Иак.3:17, Ин.8:44). Блажен, кто сделается благопокорен Богу в делах, словах и мыслях, и возлюбит Его всем сердцем, всею душою и всем разумением своим. Господь говорит о нем: вся, елика аще чего просит от Бога, даст ему (Ин.16:23). Сей аще и речет горе: движися, и верзися в море: будет ему, еже аще речет (Мк.11:23). Кто, видя человека, столь сильного в слове, не скажет, что он подобен Богу? Так и словом своим может человек уподобиться своему Создателю.

Теперь видим, что бессмертное бытие человека сделало его сообразным Богу, а доброта сердечная, благоразумие и направление к добру уподобили его Богу; и все эти свойства были дарованы первому человеку во всей полноте. Не было у него ни малейшей злобы, никаких неблагоразумных поступков и даже наклонности к злым делам. Все в нем было чисто, все дышало святостью, непорочностью: сердце исполнено было любовью к Богу, ум озарен великим боговедением, желание одно – непрестанно славить, благодарить и величать своего Создателя.

(Создание жены). Созданием одного человека не кончилось творческое дело, которое должно было уподобиться семени, превратившемуся в плодородное дерево и распространившему свои отрасли по всей земле. От одного человека не мог бы (по Божьему определению) размножиться род человеческий; а одному ему оставаться на земле и быть вечно в таком одиночестве не было согласно с волею Того, Кто, по благости Своей, восхотел умножить и сынов человеческих. И потому Господь сказал: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему соответственного ему помощника (Быт.2:18).

Господь Бог одарил человека совершенною волею, и потому не хотел сделать ему принуждения, чтоб он принял помощника не по своему желанию. И вот, направляя к сему волю его премудрыми судьбами, Господь привел пред него всех животных, чтобы познакомить его с их свойствами, и чтобы согласно с ними он дал им имена, каждому свое. Рассматривая всех зверей, скотов, птиц, гадов, Адам заметил, что у всех их есть совершенно схожие между собою пары, а он один себе был и не оказалось ему подобного существа. Усматривая желание сердца его, Господь навел на человека крепкий сон и во время сна взял у него одно из ребер, и создал ему жену. Восстав ото сна и видев такое же, как и он, существо, человек сказал: это кость от костей моих, и плоть от плоти моея (Быт.2:23), – (вот эти кости, как у меня и плоть такая же, как моя), она будет неразлучна со мною.

С тех пор, как из одного человека стало два, эти два были так единодушны, что было в них одно желание и одна воля; казалось, что они друг без друга и жить не могли. Предвещая такой союз и в последующих родах, Писание изрекло: оставит человек отца своего и матерь свою, и прилепится к жене своей, и будут два одною плотию (Быт.2:24). Указывая на такое единение, апостол Павел поясняет, что в этом представлена нам великая тайна, а именно: это есть знамение союза духовного со Христом святой Церкви Его, т. е. верующих в Него и возлюбивших Его всем сердцем. И, действительно, кто пожелает вникнуть в сию тайну, тот увидит, что происхождение от мужа знаменует рождение Церкви от Христа. Ибо Он Своим Божественным хотением возродил верующих в Него в жизнь вечную, как и в Писании сказано: восхотев, породи нас словом истины (Иак.4:18). И всяк, кто прилепляется Господу, един дух есть с Богом (1Кор.6:17).

(Райская жизнь). Если бывает и у незнатного господина так в жилище благоустроено, что бедняку показывается весело, как в раю; то в чертогах царя должно быть далеко лучше того. Но что сказать о местопребывании первого человека, не много чем умаленного от Ангелов? В каком прекрасном жилище поселен был этот богоподобный царь, владыка твари поднебесной? Подумать только, – но и то едва ли можно представить умом всего, что уготовано было людям в раю сладости! – Есть на земле и ныне такие теплые страны, что и зимы не бывает; там и деревья растут не такие, как наши, цветы цветут не как у нас. Есть и у нас цветы из теплых стран, но только в богатых домах; а там, где вечная весна, они благоухают и на полях. В такой-то вот стране и самом прекраснейшем на земле месте был сад, насажденный Богом, столь обширный, что в нем протекали четыре реки. Везде росли в нем величественные деревья, – были виды, особенно на берегах рек, удивительно как хороши; а в воздухе от множества душистых цветов благоухало, как в храме Божием. При том еще везде здесь порхали разноцветные пташки и своим сладкопением оглашали весь этот дивный сад. По своей необыкновенной красоте и бесподобным видам этот сад назван был раем, и в нем поселены были первые люди – Адам и Ева.

Жизнь безгрешных людей в раю была самая блаженная, – питались они без труда сладкими плодами, не имели никакой нужды ни в жилище, ни в одежде, потому что было там тепло, и они были, как невинные дети, без всякого стыда. Но главное, в чем состояло их великое блаженство, это – всегдашнее их пребывание с Богом, Который делал их своими собеседниками. К тому же еще Бог отдал во власть их все живущее на земле, – и что летало по воздуху, и что ходило в воде, все покорялось воле человека, как и воле Самого Бога, Которому ничто не может противиться. Таков-то вот был первый человек, увенчанный славою и честью! И в таком-то он был блаженнейшем житье!

(Первая заповедь людям). Чтобы люди были всегда блаженны, радости их не прекращались, произрастил Господь Бог посреди рая одно древо, прекраснейшее видом, с плодами такими, что питаясь ими, человек не мог ни состариться никогда, ни помереть, но всегда мог остаться в добром здоровье и в цветущем возрасте. И названо было это – древом жизни, как поддерживающее в человеке бессмертную жизнь. А для того, чтобы не подумал человек, что все это творит Господь с ним как бы по необходимости какой, или по обязанности, тут же среди рая возрастил Господь Бог еще одно древо, плоды которого хотя и были на вид хороши, но смертоносны, и называлось это древо – познания добра и зла. И потому заповедал Господь человеку: от всякого древа в саду ты будешь есть, а от древа познания добра и зла не ешь; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь (Быт.2:16–17). – Заповедь, как видится, самая благодетельная для человека и удобоисполнимая: от всех дерев плоды есть, а от одного только не есть, и то для того, чтобы не умереть. Благость Божия на все указывала человеку и сияла, как солнце, делая его владыкою и над самим собою, – отдавая во власть его жизнь и смерть, блаженство и мучение души его бессмертной.

При сем еще велел Господь человеку возделывать рай и хранить его. При этом надобно заметить, что труд, определенный Богом, конечно был не утомительный, но более приятный, как средство большого успокоения человека; также и хранение райского благоустройства, как хранение даров Божиих, было не скучное, но самое увеселительное.

Итак, чтобы наслаждаться райскою жизнью, человек обязан был иметь воздержание в пище, как основание благоденственной жизни, и ещё – труд и бережливость. Сии три добродетели и доныне остаются основою приятной жизни; и кто не хранит их, тот живет несогласно с Божиим назначением, а потому и лишается Божьего благоволения. Будем же помнить это, – помнить, что труд освобождает человека от праздности, этой матери всех пороков, избавляет от бедности и уныния, и не только телу доставляет временные блага, но и душе дает успокоение. Подобно и воздержание, делая человека покорным Богу и любезным, всегда хранит его в блаженной и непорочной жизни, и бережливость, конечно не по самолюбию и не ради скупости, подает человеку средства быть благотворительным, а через то и сподобляться благодати от Бога и ближних.

***

(Седьмой день мира). И совершил Бог, – так говорит Писание, – к седьмому дню дела Свои, которые Он делал; и увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И почил Он в день седьмой от всех дел своих, которые делал. И благословил Бог день седьмой и оставил его (Быт. 2:2–3).

А вот и заповедь человеку в отношении сего дня: помни день субботний, еже святити его (Исх.20:8). Сему научает Господь и словом и делом.

***

Рассматривание Божьих дел

И увидел все, что Он создал,

и вот, хорошо весьма.

Веселится Господь о делах Своих (Пс.103:31), – говорит пророк Давид; возвеселится и праведник о Господе (Пс.63:11), будет уповать на Него, если только обратит внимание на дела Его, – и вспомнит древнее и будет знать будущее. Хотя в Писании сказано: и почил Бог в день седьмой от всех дел Своих (Быт.2:3), однако ж Сын Бога живого возвещает нам: Отец Мой доселе делает, и Аз делаю (Ин.5:17), потому и нужно всякое слово, сказанное Богом или о Боге, понимать с великим благоразумием. Сказанное в Писании: почил Бог, не то означает, что Он стал отдыхать или не делать, подобно как человек после трудов; ибо для Всемогущего нет ничего трудного. Бог почил в седьмой день значит то, что Он перестал творить новые дела, созидать новую тварь, что действительно и доныне продолжается, – ничего во вселенной нового не совершается. При всем же том, Он не перестает делать и доныне, – промышлять о всей твари Своей, сохранять ее, соблюдать от разрушения; ибо Он и ныне сияет солнцем Своим на добрых и злых, также дождит на праведных и неправедных, питает всякую птичку, одевает цветочки и исполняет всякое животное Своим благоволением.

Хорошо – если человек благоразумен, если обращает внимание на дела Господни: он на что ни посмотрит, везде видит, как бы следы Господа Бога своего, все показывает ему близкое присутствие Творца ко всей твари Его. Но совсем иное, если человек неразумен, – если он подобен скоту, который не имеет способности рассматривать дела Господни и вникать во все, что делает Господь; и наделенный дарами Божьими, со всех сторон окруженный величием дел Его, человек этот подобный животным – остается всегда далек от Бога, всегда отвращается от Него умом и сердцем. А всего отчего? – оттого, что и, глядя на свет Божий, не обращает ни на что внимания своего, не хочет ни о чем хорошенько подумать. О человек, человек! если бы ты очистил свое сердце от суетных помышлений и пристально посмотрел на дела Божии, то легко бы, весьма скоро вошел бы ты в блаженное боговидение, и тогда возрадовалась бы душа твоя о Господе. А что это действительно так, то вот обратим внимание хоть на синеву небес, где горит величественное солнце, от которого через свет и теплоту заимствует все, что существует в подсолнечной: кто же – спросим себя – это благодетельное светило засветил для нас на высоте небесной? Кто этот столь могущий, что возмог дать солнцу такой свет и теплоту, коими пользуются все царства и народы земные более семи тысяч лет, и все еще недостатка в них не чувствуют? И вот – посмотри еще – как лучи удаляющего светила зажигают горний воздух, на прощанье с нами, и горят там облака разноцветными огнями! Кто же это такой в недосягаемой для нас высоте обливает одни из них золотым сиянием, а другие, как бы огненные волны, представляет нашему взору в неописанной красоте? Кто этот имеющий такую силу, что может и освещать всю землю светом Своим, и скрывать его от нас, погружая всех во мрак ночи? – Это Бог наш! – говорит каждому из нас и собственный его рассудок, – Бог, Которого ум непостижим и сила неизмерима!

Не днем только, но и ночью посмотри ты, человек, еще на небо, на луну и звезды, которые сотворил Господь, – посмотри же не одним оком тела, но и оком души твоей, – и они тебе возвестят, как велик Господь наш и достославен, и величие его неизъяснимо! Ночью дает Господь вселенной совсем другой вид: вместе с захождением солнца, Он скидает с небес таинственную завесу, и вот в неизмеримой высоте их показывается, в виде огненных искр, бесчисленное множество светил. Что это за крохотные искорки? – Мы отчасти уже знаем, что это светила великие, но удалены от нас на такое пространство, что тысячи и миллионы наших верст то же значат тут, что капли в безднах океана. Углубляясь мыслью все более в эту даль, в которой мановением Божиим вращаются миллионы этих светил, и уносясь среди них все вперед с быстротой молнии, конца же вселенной не достигая во все времена, кто при таком зрелище не скажет: о, сколь велик дом Божий! и как пространно место селения Его! – Нельзя при этом и того не заметить, что ночная темнота, скрывая от нас все видимое на земле, как бы совсем разлучает нас с миром сим и заставляет подумать более о Создателе вселенной. Не напрасно потому люди, ищущие приблизиться к Богу, посвящают ночное время на богомыслие. Действительно, нельзя оставаться невнимательным к величию Творца, когда, смотря на мир в ночное время, представляется взору совсем иное небо, иная земля, чем днем. Когда исчезает вся красота природы, леса и горы погружаются в могильный мрак и везде царствует гробовое молчание, тогда невольно приходит еще на мысль: что значит все привлекательное в мире сем, когда лишается оно своего света? и потому не есть ли он источник для нас великих благ?

Посмотрим же еще на свет, что делает через него Творец наш. Вот, чтобы пробудить нас ото сна, а вместе и от усыпления душевного и привести нас в чувство признательности к Богу и благодарности, всякое утро как бы повторяется древнее Его повеление: да будет свет! (Быт.1:3) – И лучи восходящего светила разливают свой блеск по небесному склону; заря, сначала алая, все более и более пламенеет, и, наконец, показывается величественное солнце. С его восходом отнимается завеса, скрывавшая видимые творения, и в мире точно отверзается храм Божий: всякое создание, всякая тварь спешит принести жертву своему Создателю. Миллионы цветов наполняют воздух своими ароматами, и тысячи пернатых певцов сливают свои голоса во славу своего Творца. О, как величествен мир Божий, – великолепно небо, прекрасна земля в утреннем убранстве! Смотря на великое светило дня, на красоты мира, показавшиеся из мрака ночи, и на всякую тварь, приносящую хвалу Творцу, чье сердце не воскликнет Ангельскую Ему песнь: исполнь небо и земля славы Твоея?!

Но это – скажет кто-либо – бывает так хорошо летом; зимою же не так. И зимою не менее величественны бывают утренние и вечерние зари, принадлежащие всегда к самым чудным явлениям природы. И зимою, хотя птички и не поют, и цветки не цветут, но рука невидимого Художника и на стеклах рисует пред нами удивительные цветы, и в самом воздухе носятся, как бы живые, снежные пылинки. Но пусть летом бывает приятнее смотреть на все, – взор тогда разбрасывается на многие предметы, и ум как бы теряется в созерцании видимых красот; зато он способнее зимнею порою размышлять о страшных судьбах Всевышнего, и принуждает всякого говорить: пред мразом Его кто устоит? И то заметить нужно, что Господь благоволил открыть Себя различно: иначе Он проявляет о Себе в красоте утра; иначе в блистании дня; иначе при свете вечернем, и иначе в темноте ночи. Также различно Он показывает Свою премудрость, могущество и благость во все четыре времени года: весною и летом, осенью и зимою. И человек, который внимателен к делам Божиим, везде и во всякое время видит, как благ Господь всяческим, по выражению Давида, и щедроты Его на всех делах Его! (Пс.144:9).

Если только со вниманием кто смотрит на величие дел Божиих, – будь то звездное небо или земля, держащаяся Божиим повелением ни на чем, или облака, разносящие водную стихию по лицу всей земли, или даже эта искра, которая сверкает в темных тучах и быстрым своим движением производит оглушительный гром, – все, все благоразумному показывает Божию силу, Его великую мудрость и вместе благость ко всякой твари. Вот и этот гром, какое чудное явление Божией премудрости и силы! И знаешь уже, – что это такое так сильно стучит там, а невольно задумаешься, когда громадные раскаты его пробегут по своду небесному и заставят дрожать горы и долы. Также и эти капли дождевые, – если немного подумать, кто не удивится, – какое величайшее благодеяние Божие они являют всей твари! Чтоб пищу людям дать, – так говорил Давид пред Богом, – Ты каплями дождя всю землю напояешь, растительность в ней множишь, всем богатишь, ее обилие всем шлешь. Тучнеют пажити пустынные; холмы покрыты зеленью, в лугах стада гуляют; в полях хлеб всякий множишь нам. Повсюду видны следы Твои святые; все дышит благостью Твоей и все Тебя благословляет. Если бы и мы были так же внимательны, как и Давид, то куда ни посмотрели, везде увидели бы явные следы Божией к нам милости. Вот, например, – если бы не освещал Бог землю, не согревал ее лучами солнца и не орошал дождем, то откуда бы тогда мы чего взяли? Потому и должны же думать, что все, что мы имеем, чем живем и дышим, все это получили от Создателя, всем обязаны Его лишь милости; и при всем том, как часто мы забываем Его благодеяния, и все, что имеем, считаем своим! А Он – Господь наш, преисполненный благостию, все еще греет нас дружелюбно Своим солнышком, как будто бы мы и заслуживаем этого чем-нибудь.

И вот еще при сем, что делает Господь наш: чтобы мы не оставались в неразумии и не погибли, Он дал нам в помощь Писание Свое, которым и научает нас не только богопознанию, но и всякому добру. Иди, – говорит Он через Писание к тому, кто бесполезно живет на земле, – иди ко пчелке и поучись у ней; хотя силою и немощна, но любима есть всеми и славна; от ее трудов и цари вкушают (Прит.6:8). Вот видим мы, – велика ли пчелка? Но и такое малое насекомое Господь умудрил доставать из цветов и собирать с листочков дерев такую пищу, что и цари считают за наслаждение себе. Да и в храмах Божиих не от ее ли трудов мы приносим дар Царю царей, когда пред образом Его возжигаем свечи? Так-то вот возвеличил Господь труды малой мушки, чтобы никто из нас не оставался бездельным, никто не был бы бесполезен ближнему и не потребен Господу. И при всем том, как многие из нас на дела Господни не взирают, как говорит Писание, – и дел рук Его не помышляют (Ис.5:11)! И хотя пользуются они дарами Божией благости, но на подающую им десницу Его не смотрят, Самого подателя благ не ищут, а гоняются все только за одним видимым, уподобляясь неразумным тварям, которые погибают. Тогда как несмысленный человек не знает, да и знать не хочет своего Творца, и невежда не рассуждает о Его делах, наученный же Писанием Божественным говорит, как и Давид пророк: а я буду размышлять о высокой славе величия Твоего, и дивных делах Твоих: всякий день буду благословлять Тебя и восхвалять имя Твое во веки и веки, Ибо дивны дела Твои и душа моя вполне сознает это (Пс.144:52; 138:14).

Благоразумному человеку всякая тварь возвещает о Боге, – и небеса поведают ему славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь: даже – имеяй уши слышати слышит, как день дню передает свою речь, и ночь ночи возвещает свое знание (Пс.18:3). Ибо у всякого творения есть свой голос, только нужно иметь ухо, чтобы слышать, а кто не слышит – не обращает внимания на дела Господни и не рассуждает о них, тот и сам остается, яко глух, не слышай, и яко нем не отверзаяй уст своих (Пс.37:14). О, человек, человек! посмотри, ведь ты окружен чудесами Божиими, вонми, – со всех сторон ведь несутся к тебе гласы творений Божиих, проповедующие о великой Его силе, разуме и милости ко всей твари, а наиболее к тебе, тогда как ты все еще остаешься как бы глуп или глух. Вот и малая птичка, хотя и не имеет способности говорить, однако ж пением своим прославляет своего Создателя; один только человек, и притом одаренный от Бога и словом, и разумом, может, по воле своей, и славить и не славить своего Создателя, даже и не внимать, – как славит Его всякая тварь.

О, человек! или не слышишь ты и более ощутительные гласы дел Божиих, дел столь великих, что нет языка и нет наречия, где не слышался бы голос их? Вот ветер, эта бурная стихия, которая носит в себе облака и разливает из них воды по край света! Не раз – я думаю – слыхал и ты, как он грозно шумит, визжит, потрясая здания, как он движет, качает великие леса и часто с корнем вырывает огромные деревья. Но что он, – посмотрел бы ты еще, – делает на море, какие там производит страшные чудеса! Те, которые плавали на кораблях, много раз видали, какие грозные дела производит Господь в глубине морской, когда дохнёт Он Своим духом бурным, и волны, как холмы, поднимутся на поверхности моря, с шумом, ревом бросаясь на корабли, так что плывущие на них шатаются, как пьяные; вся мудрость их тогда исчезнет, и ясно им представляется, – что значит человек и вся сила его пред Божиим могуществом, которое одно только может усмирить ярость волн и превратить бурю в великую тишину. Когда шумит море, то не говорит ли оно своими волнами, как бы так: воскликни Богу вся земля, воздай хвалу Ему и славу; ибо дивен Он в делах Своих, страшен по великой своей силе!

Не у моря и не у ветра только, но и у всякого творения Божия есть своя способность возвещать о Создателе своем и проповедовать Его дивные чудеса. Как передает, по слову пророка, день последующему за ним дню речь свою, и ночь ночи возвещает знание, сколь нужно простираться тьме над землею; так точно и лето с зимою, и весна с осенью проповедуют всем нам о великой силе и премудрости Творца нашего. Вот, как бы по знаку какому, сбираются все перелетные птички и, оставляя нас, улетают в более теплые страны. На дворе ненастье, дышит холодом, ветер свищет, сердито срывая с деревьев поблеклые листья, и все в природе замирает: это уж осень. Еще сильнее подул с севера ветер, и рыхлая земля, и вся вязкая грязь на ней сделалась, как камень: ручьи и реки покрылись ледяною корою, посыпался снег и притом с тех же облаков, с которых лились на землю воды. Вот и зима пришла, – говорят люди, – и вся земля лежит тогда, подобно мертвецу, под белым покровом, пока Бог снова не пошлет Свое слово: и тогда опять от солнечных лучей и южного ветра растопляется снег и даже лед, и вода быстрым своим наводнением дает сынам человеческим знать о великой силе Творца своего. Также и Писание учит всех: славьте Господа, – как говорит пророк Давид, – возвещайте в людях дела Его (Пс.104:1).

Остановимся здесь и подумаем еще – если бы кто захотел зимою одно поле свое очистить от снежных сугробов, то каких усилий потребовалось бы тому! Но вот Божиим повелением в непродолжительное время сошел весь снег с полей, гор, лесов, лугов; вот понеслись и воды широкими реками в свое вместилище, и на вербах, стоящих посреди них, появляются уже зеленые листочки. Ах, – люди говорят, – какая прекрасная весна! Вот и деревья все, по мановению Божию, одеваются листьями, а земля украшается цветами: наступило уже лето приятное, сделалось тепло и даже жарко, чтобы возросли и созрели плоды для пищи человека. И все это повторяется от начала мира; за летом опять осень, зима и весна идут своим порядком; земля дает свой плод с каждым годом, а растительность в ней все не уменьшается. Как чуден наш Господь, сказать всего нельзя, как дивен Он во всех делах Своих! Но люди так привыкли к явлениям чудес Его, что и внимания на них не обращают! Так, например, не все ли мы дышим воздухом, сколько хотим, и не на каждого ли из нас льется теплота и свет от солнца? Но мы и этой Божией к нам милости, без которой и жить не могли бы, точно и не замечаем. Также вот не все ли мы снабжены водою с избытком, которая, как и свет необходима для жизни? Не у всех ли у нас есть огонь, которого если бы не было, то как бы мы стали спасаться от стужи, которая, со своей стороны, также благотворна, или готовить себе пищу и печь хлебы? Словом, – все, что имеем необходимое для жизни, и что дано для нашего удовольствия, должно бы нас склонять к благодарности Богу, Который столькими благодеяниями наделил нас, что на каждом шагу рассыпал нам дары Свои и в каждую минуту наделяет нас Своими благами; а мы, при всем том, как мало разумеем всего этого, как часто остаемся непризнательны к своему Создателю, который даровал нам жизнь и все необходимое для жизни в безмерном изобилии.

Как для сидящих в темноте, что золотые вещи, то и черенья ничего важного не заключают; так и для тех, у которых повреждено зрение души, все дела Господни как бы не заслуживают никакого их внимания. И вот оттого, богатый из них только и хвалится своим стяжанием временных благ; равно и бедный томится лишь желанием одних земных приобретений – и ни тот, ни другой не обращают своего сердца к Богу со смиренною просьбою, или с чувством благодарности. О сих-то вот и сказано в Писании, что они ходят в суете ума их, помрачены смыслом, суще отчуждены от жизни Божией, по причине их невежества (Еф.4:18); и за то вот мрак темный блюдется им на бесконечные веки (2Пет.2:17). Мы же, братия, должны бы разуметь все благодеяния Бога нашего, Который печется не только о великих предметах, на которые положил печать Своей благости, но простирает Свою заботливость и на всякое малейшее существо. Возьмем для примера хоть птичку, которая зимует у нас без всякого со стороны нашей охранения от холода и голода; посмотрим же, – вот нет у ней в запасе и на один день пищи себе, нет ни теплого жилища, ни одежды, кроме ничтожных перышек, нет и малейшей обуви на голых ее ножках. А сама такая крошечная, что казалось, легко бы ей погибнуть от зимних вьюг и непогод; но за всем тем она сохраняется от смерти одною Божьею помощью без всякого со стороны человеческой участия. Смотря на такое, можно сказать, чудо Божией силы, кто из нас не закрывает внутренних очей своих, чтобы не видеть благодеющего всем Бога? Или кто, обращая свои телесные взоры на все окружающее, не видит и не сознает, что благ Господь ко всякой твари Своей, и щедроты Его на всех делах Его.

***

Велик Господь! Своей нас силой изумляет.

Премудрый ум Его ничем неизмерим.

Он звезд количество небесных исчисляет,

И от Себя дает Он имена всем им.

Он одевает твердь небесну облаками,

Дает он дождь земле, растит траву в горах.

Господь глагол на землю посылает,

И слово с быстротой везде Его течет.

Дает, как волну, снег и иней рассыпает.

Лед мечет Свой, как хлеб: кто мрак Его снесет?

Он слово изречет Свое и все растает.

Дохнет духом Он Своим, – и воды потекут.

Во всех Своих делах велик и свят Господь!

Могущество Свое прострет Он в род и род.

Уста мои хвалу Ему да изрекают,

Да твари все во век Его благословляют (Из Пс. 146, 147, 144).

Тебя мой Бог, мой Царь, превозносить я стану,

И имя в век Твое святое ублажать.

Хвалить Тебя, Господь, во веки не престану,

Вседневно буду я тебя благословлять.

Велик Господь наш достославен,

Величию Его конца, предела нет.

На небо, дело рук Твоих, когда взираю,

На звезды и луну, которых в мире сем

Устроил дивно Ты, когда я мысль вперяю:

То, что есть человек, что помнишь Ты о нем,

Или сын смертного, что по любви безмерной

Благоволишь, Господь, посещать его?

Не много Ты его пред Ангелом унизил,

Ты увенчал его и славой и красой;

Над делом рук Твоих Ты власть его возвысил.

Все покорил ему Ты в области земной:

Овец, волов, зверей, рыб в море, птиц пернатых.

Как дивен, чуден, Ты, Господь, по всей земле!

Творенья все Твои, Господь, Тебя да славят,

Святые все Твои Тебя да ублажат,

Величие Твое превознесут, восхвалят.

Могущество Твое повсюду возвестят (Из Пс. 144:8).

Как возвеличил Ты, Господь, Свои дела!

Премудро, дивно Ты устроил всю природу;

Богатства Твоего исполнена земля,

На ней волнуются моря велики и обширны;

В них малым и большим животным нет числа.

Стремятся очи всех к Тебе: Ты их снабжаешь

И своевременно им пищу подаешь;

Ты руку к ним Свою святую простираешь.

Всему живущему желанны блага шлешь.

Во всех путях Своих Бог праведен и верен,

Во всех Своих делах Он милостив и свят.

На праведных людей Он свет Свой проливает.

Объемлет правые веселием сердца.

Да радость праведник о Господе вкушает,

Да славит он Его Святыню без конца (Из Пс. 103, 144, 96).

Боговидение

Блажени чистии сердцем; яко

тии Бога узрят.

Господь обещает даровать способность видеть Бога и сделаться через то блаженным, если кто очистит сердце свое от суетных помышлений. Видеть Бога, Который есть Дух, можно только оком души, т.е. умом, ибо что для тела глаза, то для души разум. Хотя и говорится в Писании о видении Бога телесным зрением – так, например, сказано: Моисей видел Бога лицом к лицу, и пророк Исаия говорил: видех Господа седяща на престоле высоце (Ис.6:1), также и Иезекиль и Даниил видели Его, один – сидящим на херувимах, а другой в виде ветхого деньми (Дан.7:9), – но все эти видения были только в подобии, а не явление Самого Существа Божия, Которого никто не видал. Ибо после всех пророков и апостол, Евангелист Иоанн написал: Бога никто же виде нигде же (Ин.1:18). Также и апостол Павел говорит: Его же никто же виде от человек, ниже видети может (1Тим.6:16). И Сам Бог сказал: не может человек видети Мене, и жив быти (Исх.33:20). Посему и о видениях, бывших пророкам. Он возвестил: Аз видения умножих и в руках пророческих уподобихся (Ос.12:10). Таким образом и являлся Он каждому из святых в различном видении: иначе – Аврааму, иначе Исааку, иначе – Иакову, иначе – Ною, Даниилу, Давиду, Соломону, Исаие и каждому из пророков, иначе Илии, иначе Моисею.

«Сущность же Бога неизреченно (безмерно), – как сказал Златоуст, – превышает всякий разум созданий, и не может быть постигнута ими». Хотя и сказано об Ангелах, что они всегда видят лице Отца небесного; но это говорится в таком же смысле, как и пророк Давид сказал: Всегда я вижу пред собою Господа; ибо близ меня есть (Ср.Пс.15:8). Желая выразить непостижимость Божеского естества, апостол Павел говорит о Нем так: во свете живый неприступен (1Тим.6:16). Не сказал он, что Бог обитает во свете непостижимом, но неприступном, что далеко выше непостижимого. Непостижимым называется то, что не может быть постигнутым при посредстве изыскания или изучения; неприступным же то, что, по свойству своему, ниже может быть подвергнуто изучению, к чему никто не может приступить. Итак, если и самый свет неприступен, тем более Бог обитающий в этом свете. Иной при сем подумает: конечно для людей Бог неприступен, но не для Ангелов. Чтобы могли мы знать, что Существо Божие превышает и Херувимские умы, Бог показал пророку Исаие, как стоящие окрест престола Его шестокрылатые Серафимы закрывали лица свои, потому что не могли выносить видения славы Божией (Ср. Ис.6:2). Так, если явление Божие и приспособленное к видению пророка, было для стоящих близ престола Господня неудобозримо; то кто же может постигать и созерцать самую сущность Божества. Если человеческому зрению трудно смотреть и на солнце; то может ли оно созерцать Самого Творца, Который пребывает во свете, тьмами тем светлейшего солнца?

Теперь посмотрим – как же Господь оправдится во словесех Своих: блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф.5:8). Всегда я вижу пред собою Господа, – говорил пророк Давид, – очи мои всегда обращены ко Господу, живущему на небесах (Пс.15:8; 122:1). Конечно, Давид не смотрел же постоянно только на небеса, но и на земле он созерцал умом возвеличившегося зело в делах Своих Господа. Созерцал он величие Распростершего свод небесный, как шатер, когда взирал на ясное небо; и когда покрывалось оно тучами, он и тогда усматривал Напаяющего горы от превыспренних Своих (Ср.Пс.103:13). Обращал взор ли свой на землю, пророк и здесь среди разнообразных Божиих дел, соглядал Того, Кто всей премудростью сотворил еси (Пс.103:24). Смотря на горы, он видел посреди гор Проведшего воды, – на лес, и тут усматривал Посылающего источники в дебрях и Напояющего вся звери сельные. На лугах он также мог видеть Прозябающего траву скотом и злак на службу человеком; на полях – Возвращающего древа польская, на коих, Того же повелением, гнездятся птицы и издают гласы. Здесь усматривал он зверей дубравных, ищущих пищу себе от своего Творца; там пред глазами его море пространное, и в нем животные малые с великими, их же несть числа, и все они – казалось уму пророка – от того же Питателя всякой твари чают дати пищу им во благовремении (Ср.Пс.103). Таким-то образом, обозревая небо и землю, везде провидел он Бога через дивные дела Его; себя же усматривая, посреди бесчисленной твари, более всех приближенным к Создателю своему, он с любовью, вознося ум и сердце к Нему, взывал: прильпе душа моя по Тебе, мене же прият десница Твоя (Пс.62:9).

Впрочем, для того, чтобы познать своего Создателя в такой силе, чтобы душа могла радоваться о Нем, не довольно ей одного видимого творения, – нужно еще слово или откровение Божие, – никто же знает Сына токмо Отец; ни Отца кто знает токмо Сын, и ему же аще волит Сын открыта (Мф.11:27). Открывает же Сын Бога Живого Отца Своего через слово Свое; потому и говорит. Аз есмь дверь; Мною аще кто внидет, спасется (Ин.10:9). О спасаемых же говорит: овцы Мои гласа Моего слушают, и по Мне грядут; и Аз живот вечный дам им (Ин.10:28). Кто слушает слова Господни и покоряется Его воле, тот приходит во спасение, которое состоит в познании истинного Бога, и Его же послал еси – Иисуса Христа (Ин.17:3). Посему и Господь говорит; имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя; а любяй Мя возлюблен будет Отцем Моим, и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам (Ин.14:21). Вот сей-то и будет блажен: он всегда будет созерцать умом своим Господа, всегда будет о Нем помышлять и радоваться радостью неизреченною, – как сказано, – и преславною (1Пет.1:18).

Боговидение или боговедение заключается в вере Божьего существования, также в познании Его свойств: всеведения, вездеприсутствия, премудрости, благости, правды. Знающие Бога верят Его словам, что будет строгое испытание и праведное воздаяние не только за дела, но и за все слова и помышления; а потому и страшатся не только делать, но и говорить и мыслить противное Богу. Знающие Бога бывают уверены, что и малая птичка, и даже волос с головы не падает без воли Божией; а потому и все, случающееся с нами в жизни, относят к Божьему о них промышлению, к попечению о их спасении, и за все благодарят Бога. Знающие Бога знают, что ни одно дело не может быть сокрыто от очей Божьих, ни одно слово забыто Богом, ни один богопротивный помысл не избежит суда; а равно и за чашу холодной воды, поданной ради Господа, и за одно слово, сказанное во спасение души, и даже за один вздох о грехах своих (или чужих) – не лишатся доброделатели награды своей; и потому все, что делают, говорят и мыслят, все это они совершают как бы пред лицем Самого Бога. Таковы бывают боговидцы, – чистые сердцем; таков был и тот – Божий пророк, который говорил: всегда вижу пред собою Господа.

Если и из нас кто хочет быть блаженным боговидцем, тот может достигнуть сего состояния через рассмотрение и одного солнечного действия. Когда светит солнце, – это творение Божие, то видишь вот, как оно, будучи одно и то же, светит по всей земле, и светит так сильно, что под каждою травкой ясны пути малейшей твари. Подумай же, – могут ли быть скрыты от Отца светов какие-нибудь наш тайные дела, направления к ним и даже помышления о них? А если и не недоумеваешь об этом, то Писание еще служит в помощь тебе и говорит ясно: зрение Божие тмами тем светлейше есть солнца (Ср.Пс.138:12). Также послушай, что говорит пред Богом и пророк Давид: не сокрыты, говорил он, кости мои от Тебя; зародыш мой видели очи Твои (Пс.138:15, 16). Бог Сам возвещает, что человек смотрит на лице, а Бог на сердце. Для праведников такое смотрение Божие отрадно; для грешников же противно, и потому они и знать об этом не хотят.

Заключение

Вспоминайте чудеса Его, знамения

Его и суды уст Его (Пс.104:5).

Много есть Божиих дел, благотворных для всех Его творений, много есть таких предметов, которые ясно показывают нам великие милости великого Бога; но из всех сих (видимых дел Божиих) солнце едва ли не есть самое величайшее знамение Божией ко всем благости. Сам Господь указывает на сияние его как на свидетельство Божьего милосердия ко всем людям, когда говорит, что Отец небесный сияет солнцем Своим на добрых и злых. Солнечное сияние ясно показывает, что и самый малейший червь не лишен попечения Создателя своего. Давид потому и говорит о нем так: на краю неба восход его, и шествие его до краев его (Пс.18:7), так что никто не сокрыт от света его и теплоты его не лишен. Каждый день оно всходит над землею и весело пробегает путь свой, и с ним все, что летает по воздуху, что плавает в воде, и что пресмыкается по земле; все бодрствует и движется, ища от Бога пищу себе. С восходом солнца выходит и человек на работу свою; в половине пути своего солнце сильнее бросает раскаленные лучи свои на землю, и вся природа восходит тогда на степень усиленной деятельности. Человек же, утомленный трудами, нуждается в подкреплении сил своих, и вот дружеская рука уже готовит ему обед. О, человек, не есть ли все это доказательство Божьей к тебе любви?

Когда сидишь ты за трапезою и насыщаешься, то вспомни, что от руки Господней питаются, как и ты, миллионы других людей и разных земных существ. Там богач сидит за роскошным столом; а тут и бедняк питается в поте лица заработанным хлебом. И, как орел, носящийся под облаками, и лев, рыкающий в пустыне, так наравне с ними и червь, едва двигающийся в прахе, и гад в тесной норе своей, – все довольны от Бога и пищею, и, своим состоянием. Великий Блюститель твари Своей промышляет о всех животных, так что ни одно из них не забыто Им; Его даяния уготованы для всех тварей: и видны еще везде избытки. Если умственный твой взор усматривает этот великий пир, ежедневно уготовляемый Богом для всей твари, то зачем же ты беспокоишься иногда о своем пропитании? Почто тоскливый взгляд свой, устремляя в будущность, говоришь ты так: что-то буду я завтра есть? Почто же не слушаешь, что говорит нам Господь в Евангелии: не заботьтесь о завтрашнем дне (Мф.6:34); взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец Ваш небесный питает их (Мф.6:26). Смотря на птичек, у коих нет в запасе и крошки пищи, не малодушествуй и ты, человек, который лучше птичек. Если Творец всеблагий дает пищу всякой Своей твари, то неужели забудет только тебя одного? Кто доныне пекся о всех людях, прежде бывших и теперь существующих, Тот неужели оставит тебя без Своего попечения? Потому и говорит тебе Писание: возверзи на Господа печаль твою и Той тя препитает (Пс.54:23).

А ты, наделенный от Отца щедрот всеми благами – сыне человече, не высокомудрствуй о себе; чем Бог наделил тебя, не приписывай своей предусмотрительности или сметливости. Подумай только, если бы Бог не освещал землю своим солнцем и не согревал ее, или не орошал бы ее дождем, то откуда бы тогда ты взял чего? Потому не все ли, что ты имеешь, получил от Господа? Не всем ли, чем ты живешь и дышишь, обязан лишь милости Божией? И при том всем этом, как часто ты забываешь Его благодеяния, и чем бы мог быть полезен ближнему, присваиваешь одному себе! Или, мой друг, не размышляешь ты о Божьих благодеяниях ко всем людям? Таковы-то мы с тобой! Оттого вот и незаметно в нас чувства благодарности Богу! Оттого-то вот мы и не так, как следовало бы, любим Его, хотя и сотворил Он нам бездну благодеяний, – поставил нас владыками над всею Своею тварью: и скотов, и зверей, и рыб, и птиц, и вообще – все живущее во вселенной покорил нашей власти, заставил их жертвовать нам не только своими трудами, но и самою жизнью своею. Мы же всеми Божьими дарами пользуемся часто без всякой признательности, как бы собственным своим приобретением.

А ты, мой друг любезный, который желаешь прильнуть своей душой ко Господу Богу, последуй такому совету: созерцай Бога умом своим на всяком месте; ибо нет места во всей вселенной, где бы не было Бога. Помышляй, что Бог пребывает с тобою всегда; что ты делаешь, видит; обо всем, что ты помышляешь, знает, ибо нет, как сказано, ни одной твари, сокровенной от Него; но все обнажено и открыто пред Очами Его (Ев.4:13). Не утаена от Бога и всякая мысль наша: человек, – сказано, – на лице, Бог же на сердце зрит (1Цар.16:16, 7). А потому и напоминай как можно чаще сии слова пророка Давида: Господь на небеси уготова престол Свой (Пс.102:19), и с небесных высот Он смотрит на меня всегда, и видит все дела мои; с престола, на котором восседает Он, взирает на все пути мои; Он знает все помышления мои и вникает во все мои слова. Если сомнение к тебе приходит, как Бог надзирает за каждым человеком: то рассуди, что вот солнце, – дело рук Господних, повсюду, и в окна, и в двери, и в щели проникает и смотрит на все, то тем более сие возможно для Творца всех светил. К тому же знать нужно, что Бог весьма человеколюбив; потому и из всей видимой твари Он являет Себя только людям; впрочем, от неразумных Он скрывает Себя, как и солнце свой свет от лишенных зрения.

Еще да будет тебе угоден совет сей, смотря на небо и землю и на всю красоту природы, всегда припоминай, что видимое все временно, и с псалмопевцем говори:

О, Боже! в род и род лета Твои продлятся,

Ты небу и земле велел издревле быть;

Но Ты пребудешь в век, они же сокрушатся:

Как ветху ризу, Ты их властен изменить.

Всевышний Бог грядет приять суд над землею:

Он будет праведно вселенную судить;

Народы правотой рассудит Он Своею,

И всем им по делам воздать не укоснит.

Суд праведный Господь народам изрекает.

Да дышат радостью земля и небеса.

Да восшумят моря, и что их наполняет,

Да веселятся лес, поля и древеса!

Идет, идет судить Он землю справедливо:

По истине Своей рассудит племена (Из пс.101, 97, 95).

* * *

79

Совр. перев. – «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет, – в теле ли – не знаю, вне ли тела не знаю: Бог знает, – восхищен был до третьего неба» (2Кор.12:2).


Источник: Собрание сочинений / Стефан Филейский; вступ. Ст. И.С. Гомоюнова и С. А. Гомоюнова. - Киров (Вятка) : Буквица, 2007. - 992 с. ISBN 978-5-9901101-1-3

Комментарии для сайта Cackle