Положение о монастырях и монашествующих (2017)

Доку­мент принят на Архи­ерей­ском Соборе Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви 29 ноября — 2 декабря 2017 года.

Оглав­ле­ние


I. Вве­де­ние

Поло­же­ние о мона­сты­рях и мона­ше­ству­ю­щих (далее — Поло­же­ние) при­нято в соот­вет­ствии с Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви: «Мона­стыри управ­ля­ются и живут согласно поло­же­ниям насто­я­щего Устава, граж­дан­ского Устава, “Поло­же­ния о мона­сты­рях и мона­ше­ству­ю­щих” и своего соб­ствен­ного Устава, кото­рый должен быть утвер­жден епар­хи­аль­ным архи­ереем»1.

Поло­же­ние, отра­жа­ю­щее мно­го­ве­ко­вой опыт мона­ше­ской жизни и тра­ди­ции рус­ского мона­ше­ства, опре­де­ляет основ­ные прин­ципы и пра­вила жизни мона­сты­рей Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви в совре­мен­ных усло­виях и служит осно­вой для внут­рен­них уста­вов мона­сты­рей, кото­рыми уста­нав­ли­ва­ются пра­вила вза­и­мо­от­но­ше­ний в кон­крет­ной оби­тели, рас­по­ря­док жизни, рас­пи­са­ние бого­слу­же­ний, осо­бен­но­сти послу­ша­ний и т.п.

Поло­же­ние при­звано спо­соб­ство­вать утвер­жде­нию в мона­сты­рях духа един­ства и бра­то­лю­бия, и ограж­де­нию мона­ше­ской общины от раз­но­гла­сий и нестро­е­ний, кото­рые могут про­ис­хо­дить из-за невер­ного пони­ма­ния цели и порядка мона­ше­ской жизни.

Поло­же­ние явля­ется общим руко­вод­ством для архи­пас­ты­рей в их попе­че­нии о мона­сты­рях, для игу­ме­нов и игу­ме­ний оби­те­лей, а также для всех насель­ни­ков мона­сты­рей и жела­ю­щих всту­пить на путь мона­ше­ской жизни.

В насто­я­щем Поло­же­нии не рас­смат­ри­ва­ются уста­нов­ле­ния, каса­ю­щи­еся мона­хов, не про­жи­ва­ю­щих посто­янно в мона­сты­рях. Хотя многие уста­нов­ле­ния явля­ются общими для всех ино­че­ству­ю­щих, жизнь мона­хов, несу­щих послу­ша­ния при духов­ных учеб­ных заве­де­ниях, в сино­даль­ных и епар­хи­аль­ных учре­жде­ниях, а также на при­хо­дах, имеет свои осо­бен­но­сти.

* * *

В насто­я­щем Поло­же­нии опре­де­ля­ются основы жизни как муж­ского, так и жен­ского мона­ше­ства. Для облег­че­ния текста исполь­зу­ется только тер­ми­но­ло­гия, каса­ю­ща­яся муж­ских мона­сты­рей: игумен, брат­ство, брат, монах, инок, послуш­ник. За исклю­че­нием ого­во­рен­ных слу­чаев все утвер­жде­ния Поло­же­ния каса­ются также игу­ме­нии, сест­ри­че­ства, сестры, мона­хини, ино­кини, послуш­ницы.

II. Общие поло­же­ния о мона­ше­стве

2.1. Опре­де­ле­ние мона­ше­ства. Его основа и цель

Мона­ше­ство — это особый образ хри­сти­ан­ского житель­ства, заклю­ча­ю­щийся во все­це­лом посвя­ще­нии себя на слу­же­ние Богу. По слову святых отцов, «монах есть тот, кто на еди­ного взи­рает Бога, Бога еди­ного желает, Богу еди­ному при­ле­жит, Богу еди­ному уго­дить ста­ра­ется»2. Монах (μοναχός (греч.) — один, уеди­нен­ный) — тот, кто изби­рает жизнь уеди­нен­ную, отре­ка­ется от всех мир­ских отно­ше­ний, пре­бы­вая в непре­стан­ном внут­рен­нем обще­нии с Богом. Вместе с тем посред­ством молитвы монах хранит един­ство со всеми во Христе. «Монах тот, кто, от всех отде­лясь, со всеми состоит в еди­не­нии». «Монах тот, кто почи­тает себя сущим со всеми и в каждом видит себя самого». «Блажен инок, кото­рый на соде­ва­ние спа­се­ния и пре­спе­я­ние всех взи­рает, как на свое соб­ствен­ное»3.

«Мона­ше­ство есть уста­нов­ле­ние Божие, отнюдь не чело­ве­че­ское»4. Мона­ше­ство осно­вано на словах Гос­пода Иисуса Христа: «Если хочешь быть совер­шен­ным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокро­вище на небе­сах; и при­ходи и следуй за Мною» (Мф.19:21); «Если кто хочет идти за Мною, отверг­нись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сбе­речь, тот поте­ряет ее, а кто поте­ряет душу свою ради Меня, тот обре­тет ее» (Мф.16:24–25); «Всякий, кто оста­вит домы, или бра­тьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, полу­чит во сто крат и насле­дует жизнь вечную» (Мф.19:29), а также на апо­столь­ских словах: «Не любите мира, ни того, что в мире» (1Ин.2:15); «Отно­си­тельно дев­ства я… за лучшее при­знаю, что хорошо чело­веку оста­ваться так» (1Кор.7:25–26). Поскольку в мона­ше­стве чело­век стре­мится испол­нить упо­мя­ну­тые слова Спа­си­теля, оно име­ну­ется «совер­шен­ным житием, в немже по подо­бию, Гос­подне житель­ство явля­ется»5. Мона­ше­ство имеет осно­ва­ние и в живом опыте Церкви: вдох­нов­ля­ясь при­ме­рами Божией Матери, свя­того Иоанна Пред­течи, многих святых подвиж­ни­ков, тысячи хри­стиан издревле стре­ми­лись к вопло­ще­нию идеала дев­ствен­ной, нес­тя­жа­тель­ной, молит­вен­ной жизни.

Усло­вием мона­ше­ского выбора явля­ется при­зва­ние и ответ­ная любовь чело­века ко Гос­поду Иисусу Христу, пре­одо­ле­ва­ю­щая и пре­по­беж­да­ю­щая всякую земную любовь6: «Истин­ный монах и здесь Христа любит так, что ничто не может его раз­лу­чить от любви ко Христу (ср. Рим.8:35), и раз­ре­ши­тися желает и со Хри­стом быти (ср. Флп.1:23), что пока­зы­вает и в делах, убегая ради Христа в пустыни и горы и уеди­нен­ные оби­тели, и ста­ра­ется быть едино со Хри­стом, чтобы обитал в нем Хри­стос со Отцем и Духом»7.

Целью мона­ше­ской жизни явля­ется наи­бо­лее полное еди­не­ние с Гос­по­дом путем остав­ле­ния всего для испол­не­ния запо­ве­дей о все­це­лой любви к Богу и ближ­нему: «Монах тот, кто ум свой отда­лил от чув­ствен­ных вещей и воз­дер­жа­нием, любо­вию, псал­мо­пе­нием и молит­вою непре­станно пред­стоит Богу», — гово­рит пре­по­доб­ный Максим Испо­вед­ник8. Бла­го­даря любви к Богу, кото­рая нахо­дит свое выра­же­ние в молитве, монах дости­гает внут­рен­ней цель­но­сти и в подвиге пока­я­ния очи­щает свое сердце, делая его спо­соб­ным к про­яв­ле­нию жерт­вен­ной любви к ближ­ним.

Еже­днев­ный внут­рен­ний труд монаха состоит в посто­ян­ной борьбе с гре­хов­ными помыс­лами, чув­ствами и жела­ни­ями ради дости­же­ния бес­стра­стия и душев­ной чистоты. Монах уго­ждает Богу и дости­гает сер­деч­ного еди­не­ния с Ним в осо­бен­но­сти тогда, когда при­ле­жит молитве и дея­тельно про­яв­ляет любовь к ближ­ним, храня един­ство с мона­ше­ским брат­ством и пре­бы­вая в само­от­вер­жен­ном послу­ша­нии, кото­рое ока­зы­вает с радо­стью и сво­бо­дой, ибо «любовь под­чи­няет сво­бод­ных друг другу»9.

2.2. Мона­ше­ские обеты

Наряду с соблю­де­нием всех еван­гель­ских запо­ве­дей, обя­за­тель­ных для каж­дого хри­сти­а­нина, монахи, ради любви ко Христу, при­званы соблю­дать при­но­си­мые ими особые обеты, слу­жа­щие сви­де­тель­ством реши­тель­ного жела­ния «совлечься вет­хого чело­века с деяньми его» (Кол.3:9). Глав­ными из этих обетов явля­ются послу­ша­ние, нес­тя­жа­ние и цело­муд­рие.

Испол­не­ние обета послу­ша­ния заклю­ча­ется в отсе­че­нии своей воли и сле­до­ва­нии воле Божией, кото­рая откры­ва­ется мона­ше­ству­ю­щему через доб­ро­воль­ное и сми­рен­ное послу­ша­ние игу­мену и всей братии.

Обет нес­тя­жа­ния при­но­сится мона­хами ради того, чтобы иско­ре­нить из сердца среб­ро­лю­бие, обре­сти сво­боду духа и бес­при­страст­ность к земным вещам, необ­хо­ди­мые для сле­до­ва­ния за Хри­стом.

Жизнь в цело­муд­рии пред­по­ла­гает не только телес­ную чистоту, но и чистоту души, кото­рая откры­вает монаху путь к сер­деч­ному позна­нию Бога, по запо­веди: «Бла­женны чистые серд­цем, ибо они Бога узрят» (Мф.5:8). При этом стрем­ле­ние к цело­муд­рию не может быть моти­ви­ро­вано гну­ше­нием — брезг­ли­вым отно­ше­нием к браку как тако­вому, поскольку и супру­же­ство уста­нов­лено Богом и бла­го­слов­ля­ется Цер­ко­вью особым Таин­ством.

Жела­ние соеди­ниться со Хри­стом побуж­дает мона­хов пол­но­стью отречься от мира, не из пре­зре­ния к нему, но ради уда­ле­ния от соблаз­нов, гре­хов­ных стра­стей и ради того, чтобы «устра­нить от себя все пре­пят­ствия к любви Божией»10. Подобно еван­гель­скому купцу, кото­рый продал все иму­ще­ство для при­об­ре­те­ния одной дра­го­цен­ной жем­чу­жины, монахи отре­ка­ются от всего ради «очи­ще­ния и освя­ще­ния сердца»11 и обре­те­ния Христа (ср. Мф.13:45–46).

2.3. Зна­че­ние мона­ше­ства

Основ­ное слу­же­ние, кото­рое монахи при­званы совер­шать в Церкви, — это непре­стан­ное пре­бы­ва­ние в бого­об­ще­нии и молитве за весь мир.

Монахи должны бла­го­вест­во­вать о Христе живым при­ме­ром дея­тель­ного пока­я­ния, любви к Богу и слу­же­ния Ему. «Инок во всем своем облике и во всех делах своих должен быть нази­да­тель­ным образ­цом для вся­кого, кто его видит, чтобы, по при­чине многих его доб­ро­де­те­лей, сия­ю­щих подобно лучам, и враги истины, смотря на него, даже нехотя созна­ва­лись, что у хри­стиан есть твер­дая и непо­ко­ле­би­мая надежда спа­се­ния, и отвсюду сте­ка­лись к нему, как к дей­стви­тель­ному при­бе­жищу, и чтобы оттого рог Церкви воз­вы­сился бы на врагов ее»12. Монахи, тща­тельно испол­ня­ю­щие свое при­зва­ние, ста­но­вятся нрав­ствен­ными ори­ен­ти­рами для пра­во­слав­ных хри­стиан и всех людей.

Мона­ше­ское житие выра­жает устрем­лен­ность Церкви к «жизни буду­щего века». Мона­ше­ству­ю­щие при­званы являть реаль­ность Цар­ства Небес­ного, кото­рое внутрь нас есть (ср. Лк.17:21) и, начи­на­ясь здесь, на земле в чело­ве­че­ском сердце, про­сти­ра­ется в веч­ность. Своей реши­мо­стью в жерт­вен­ном подвиге монахи под­твер­ждают вели­чай­шую цен­ность жизни в Боге, и потому мона­ше­ство явля­ется откро­ве­нием Цар­ства Божия на земле и похва­лой Церкви Хри­сто­вой13.

III. Общие поло­же­ния о мона­сты­рях

3.1. Опре­де­ле­ние мона­стыря

Согласно Уставу Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, «мона­стырь — это цер­ков­ное учре­жде­ние, в кото­ром про­жи­вает и осу­ществ­ляет свою дея­тель­ность муж­ская или жен­ская община, состо­я­щая из пра­во­слав­ных хри­стиан, доб­ро­вольно избрав­ших мона­ше­ский образ жизни для духов­ного и нрав­ствен­ного совер­шен­ство­ва­ния и сов­мест­ного испо­ве­да­ния пра­во­слав­ной веры»14. Мона­стырь — это община хри­стиан, сов­местно осу­ществ­ля­ю­щих мона­ше­ский образ жизни в духе вза­им­ной любви и дове­рия, под руко­вод­ством игу­мена или игу­ме­нии. «Здесь отец один, и под­ра­жает Небес­ному Отцу, а детей много, и все ста­ра­ются пре­взойти друг друга бла­го­рас­по­ло­же­нием к насто­я­телю, все между собою еди­но­мыс­ленны, услаж­дают отца доб­ро­хваль­ными поступ­ками, не узы есте­ствен­ные при­зна­вая при­чи­ною сего сбли­же­ния, но вождем и блю­сти­те­лем еди­не­ния соде­лав Слово, Кото­рое крепче при­роды, и свя­зу­е­мые союзом Свя­того Духа»15.

3.2. Пра­во­вые источ­ники, регла­мен­ти­ру­ю­щие дея­тель­ность мона­сты­рей

Дея­тель­ность мона­сты­рей опре­де­ляют:

  • Пра­вила Святых Апо­стол, Святых Все­лен­ских и Помест­ных Собо­ров и Святых отцов;
  • Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви;
  • реше­ния Архи­ерей­ских Собо­ров и Свя­щен­ного Синода, каса­ю­щи­еся жизни мона­сты­рей и мона­ше­ства;
  • насто­я­щее Поло­же­ние;
  • внут­рен­ний устав мона­стыря, регла­мен­ти­ру­ю­щий его жизнь согласно цер­ков­ному пре­да­нию и тра­ди­циям мона­стыря с учетом совре­мен­ных усло­вий;
  • граж­дан­ский устав мона­стыря, регла­мен­ти­ру­ю­щий его дея­тель­ность как рели­ги­оз­ной орга­ни­за­ции согласно госу­дар­ствен­ному зако­но­да­тель­ству.

Мона­стыри Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви под­ле­жат реги­стра­ции как юри­ди­че­ские лица.

3.3. Деле­ние мона­сты­рей по типу под­чи­не­ния

По иерар­хи­че­скому под­чи­не­нию мона­стыри делятся на став­ро­пи­ги­аль­ные, епар­хи­аль­ные и при­пис­ные.

3.3.1. Став­ро­пи­ги­аль­ные мона­стыри. Нахо­дятся под непо­сред­ствен­ным кано­ни­че­ским управ­ле­нием Свя­тей­шего Пат­ри­арха Мос­ков­ского и всея Руси, кото­рый руко­во­дит мона­сты­рем через назна­чен­ного им и Свя­щен­ным Сино­дом намест­ника (в жен­ских мона­сты­рях — через игу­ме­нию). Став­ро­пи­ги­аль­ные мона­стыри при­званы быть образ­цом внут­рен­него бла­го­чи­ния и внеш­него бла­го­ле­пия и являть пример для всех других оби­те­лей.

3.3.2. Епар­хи­аль­ные мона­стыри. Нахо­дятся под кано­ни­че­ским управ­ле­нием епар­хи­аль­ного архи­ерея.

3.3.3. Мона­стыри, при­пис­ные к став­ро­пи­ги­аль­ным мона­сты­рям. Нахо­дятся в кано­ни­че­ском управ­ле­нии Пат­ри­арха. Созда­ются при став­ро­пи­ги­аль­ных мона­сты­рях, отли­ча­ю­щихся особым бла­го­чи­нием и бла­го­устро­ен­ной хозяй­ствен­ной дея­тель­но­стью. Ответ­ствен­ность за управ­ле­ние при­пис­ным мона­сты­рем несет намест­ник став­ро­пи­ги­аль­ного мона­стыря. Игумен при­пис­ного мона­стыря под­чи­ня­ется Пат­ри­арху и намест­нику став­ро­пи­ги­аль­ного мона­стыря и руко­вод­ству­ется их рас­по­ря­же­ни­ями.

3.4. Лавры

Ряду круп­ней­ших мона­сты­рей, имев­ших особое зна­че­ние в утвер­жде­нии Пра­во­сла­вия на Руси и, как пра­вило, отли­чав­шихся обшир­но­стью тер­ри­то­рии или боль­шим числом насель­ни­ков, был при­своен статус Лавры. Первым таким мона­сты­рем стала Киево-Печер­ская Лавра. Впо­след­ствии этот статус полу­чили Свято-Тро­иц­кая Сер­ги­ева Лавра, Алек­сан­дро-Нев­ская Лавра, Поча­ев­ская Лавра и Успен­ская Свя­то­гор­ская Лавра. В насто­я­щее время при­сво­е­ние такого ста­туса явля­ется пре­ро­га­ти­вой Свя­щен­ного Синода. Лав­рами могут име­но­ваться как став­ро­пи­ги­аль­ные, так и епар­хи­аль­ные мона­стыри.

3.5. Иерар­хи­че­ское руко­вод­ство мона­сты­рем

3.5.1. Свя­тей­ший Пат­ри­арх и Свя­щен­ный Синод

В соот­вет­ствии с Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви Свя­щен­ный Синод под пред­се­да­тель­ством Свя­тей­шего Пат­ри­арха «осу­ществ­ляет общее наблю­де­ние за мона­ше­ской жизнью»16. Пол­но­мо­чия Свя­щен­ного Синода в обла­сти управ­ле­ния мона­сты­рями опре­де­ля­ются Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви.

Орга­ном испол­ни­тель­ной власти Свя­тей­шего Пат­ри­арха и Свя­щен­ного Синода в вопро­сах, каса­ю­щихся мона­сты­рей и мона­ше­ства, явля­ется Сино­даль­ный отдел по мона­сты­рям и мона­ше­ству. Основ­ной зада­чей Отдела явля­ется содей­ствие мона­сты­рям Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви в устро­е­нии мона­ше­ской жизни. Пол­но­мо­чия Сино­даль­ного отдела по мона­сты­рям и мона­ше­ству опре­де­ля­ются его уста­вом, а также ука­за­ни­ями Свя­тей­шего Пат­ри­арха и Свя­щен­ного Синода.

3.5.2. Епар­хи­аль­ный архи­ерей

В соот­вет­ствии с пра­ви­лами Все­лен­ских и Помест­ных Собо­ров17 мона­стыри нахо­дятся в веде­нии епар­хи­аль­ного архи­ерея, кото­рый, по опре­де­ле­нию Устава Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, «имеет высшее началь­ствен­ное наблю­де­ние за вхо­дя­щими в его епар­хию мона­сты­рями»18, на основе кано­ни­че­ской, адми­ни­стра­тив­ной и финан­со­вой под­от­чет­но­сти. Кон­крет­ные права и обя­зан­но­сти епар­хи­аль­ного архи­ерея в обла­сти управ­ле­ния мона­сты­рями опре­де­ля­ются Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, граж­дан­скими и внут­рен­ними уста­вами мона­сты­рей.

Епи­скоп как отец и добрый пас­тырь мона­ше­ству­ю­щих явля­ется попе­чи­те­лем всех под­ве­дом­ствен­ных ему мона­сты­рей. Он — «неумол­ка­ю­щий бла­го­вест­ник, про­по­ве­ду­ю­щий запо­веди Божии… образ Христа, взирая на кото­рый сле­ду­ю­щие за ним устра­и­вают жизнь свою по-еван­гель­ски»19при­зван наблю­дать, сохра­ня­ется ли в мона­стыре вер­ность свя­то­оте­че­скому учению, кано­ни­че­ский и литур­ги­че­ский поря­док, не укло­ня­ются ли монахи от чистоты Пра­во­сла­вия, не остав­ляют ли духов­ные подвиги ради житей­ских попе­че­ний. «Мона­ше­ству­ю­щие, в каждом граде и стране да будут в под­чи­не­нии у епи­скопа, да соблю­дают без­мол­вие, да при­ле­жат токмо посту и молитве, без­от­лучно пре­бы­вая в тех местах, в кото­рых отрек­лись от мира» (4 пра­вило IV Все­лен­ского Собора).

3.5.3. Свя­щен­но­ар­хи­манд­рит мона­стыря

Пат­ри­арх Мос­ков­ский и всея Руси явля­ется свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­том всех муж­ских мона­сты­рей города Москвы, а также став­ро­пи­ги­аль­ных муж­ских мона­сты­рей на тер­ри­то­рии иных епар­хий.

Согласно пункту 25 опре­де­ле­ния Освя­щен­ного Архи­ерей­ского Собора Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви 2011 г. «О вопро­сах внут­рен­ней жизни и внеш­ней дея­тель­но­сти Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви»: «Пра­вя­щие архи­ереи могут быть насто­я­те­лями (свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­тами) исто­ри­че­ски зна­чи­мых или круп­ней­ших мона­сты­рей епар­хии в порядке исклю­че­ния».

Епар­хи­аль­ный архи­ерей имеет особое попе­че­ние об оби­те­лях, где он явля­ется свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­том: регу­лярно совер­шает бого­слу­же­ния, забо­тится о духов­ном устро­е­нии и бла­го­ле­пии оби­тели, а также о том, чтобы мона­стырь служил при­ме­ром для других оби­те­лей епар­хии. Непо­сред­ствен­ное руко­вод­ство таким мона­сты­рем пору­ча­ется игу­мену, назна­ча­е­мому Свя­щен­ным Сино­дом по пред­став­ле­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея и осу­ществ­ля­ю­щему пол­ноту функ­ций, закреп­лен­ных за игу­ме­ном в Уставе Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, в уставе мона­стыря, а также в данном Поло­же­нии. Игу­мены оби­те­лей, в кото­рых епар­хи­аль­ные архи­ереи явля­ются свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­тами, име­ну­ются намест­ни­ками, и при этом воз­во­дятся в игу­мены согласно уста­нов­лен­ному чино­по­сле­до­ва­нию.

IV. Формы орга­ни­за­ции мона­ше­ской жизни

4.1. Мона­стырь

В Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной формой орга­ни­за­ции мона­ше­ской жизни явля­ется обще­жи­тель­ный мона­стырь: «Обще­жи­тие, согласно ино­че­ским обетам, при­зна­ется по срав­не­нию с необ­ще­жи­тием20 более высо­кой формою ино­че­ской жизни, и потому обще­жи­тель­ные мона­стыри и впредь должны оста­ваться обще­жи­тель­ными, а необ­ще­жи­тель­ные жела­тельно обра­щать в мона­стыри обще­жи­тель­ные там, где это воз­можно по мест­ным усло­виям» (Опре­де­ле­ние Свя­щен­ного Собора Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церкви о мона­сты­рях и мона­ше­ству­ю­щих от 31 авгу­ста (13 сен­тября) 1918 года, гл. IV, ст. 23).

При этом в насто­я­щее время в струк­туре обще­жи­тель­ного мона­стыря могут суще­ство­вать воз­мож­но­сти для реа­ли­за­ции всех трех исто­ри­че­ски сло­жив­шихся форм мона­ше­ской жизни — обще­жи­тия (кино­вии), скит­ского житель­ства (кели­от­ства) и отшель­ни­че­ства (ана­хо­рет­ства, пустын­но­жи­тель­ства).

4.1.1. Обще­жи­тие (кино­вия)

Обще­жи­тие (кино­вия), осно­ва­те­лем кото­рого был пре­по­доб­ный Пахо­мий Вели­кий, тра­ди­ци­онно явля­ется наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной формой мона­ше­ского житель­ства. В обще­жи­тии соблю­да­ются важ­ней­шие усло­вия, содей­ству­ю­щие мона­ше­скому пре­успе­я­нию, — отсе­че­ние своей воли, житель­ство в еди­не­нии с ближ­ними, сво­бода от житей­ских попе­че­ний.

Обще­жи­тие пред­став­ляет собой доб­ро­вольно собрав­шу­юся евха­ри­сти­че­скую общину мона­ше­ству­ю­щих. Дух еди­не­ния и еван­гель­ской любви между бра­тьями, сопря­жен­ный с послу­ша­нием игу­мену (игу­ме­нии), явля­ется неотъ­ем­ле­мым и суще­ствен­ным при­зна­ком кино­ви­аль­ного житель­ства. Мона­ше­ское обще­жи­тие харак­те­ри­зу­ется общим бого­слу­же­нием суточ­ного круга и сов­мест­ным уча­стием в Боже­ствен­ной литур­гии, общим местом про­жи­ва­ния, общей тра­пе­зой, общим иму­ще­ством, пожиз­нен­ным попе­че­нием о каждом члене мона­ше­ской общины.

Обще­жи­тель­ный мона­стырь при­зван вос­про­из­во­дить тот образ жизни, кото­рый суще­ство­вал в апо­столь­ских общи­нах, по словам молитвы из чина освя­ще­ния мона­стыря: «Призри, Гос­поди, на хотя­щих жити на сем месте во славу Твою… Даждь им, Гос­поди Боже наш, якоже во апо­столь­стей Твоей Церкви пер­во­ве­ро­вав­шым, еже быти их сердцу и душе единей, и еже ни еди­ному от них что от имений гла­го­лати, или мнети свое быти: но быти им вся обща»21.

4.1.2. Скит­ское житель­ство (кели­от­ство)

При мона­сты­рях или отдельно от них могут созда­ваться скиты — неболь­шие мона­ше­ские посе­ле­ния в уеди­нен­ных местах с более стро­гим поряд­ком внут­рен­ней жизни. Осно­ва­те­лем скит­ского жития явля­ется пре­по­доб­ный Мака­рий Вели­кий. На Руси ярким при­ме­ром орга­ни­за­ции подоб­ного скит­ского жития был скит пре­по­доб­ного Нила Сор­ского.

Скит, осно­ван­ный при мона­стыре, управ­ля­ется ски­то­на­чаль­ни­ком (стар­шей сест­рой), кото­рый под­чи­ня­ется игу­мену (игу­ме­нии) мона­стыря.

Основ­ным заня­тием братии скита явля­ется сугу­бое духов­ное дела­ние (бого­мыс­лие, молитва, чтение Свя­щен­ного Писа­ния и свя­то­оте­че­ских книг), а также руко­де­лие. Мона­ше­ству­ю­щие скита могут зани­маться и дру­гими видами дея­тель­но­сти в той мере, в какой это не пре­пят­ствует скит­скому укладу жизни.

Доступ в скит палом­ни­ков, осо­бенно лиц пола, про­ти­во­по­лож­ного про­жи­ва­ю­щим в скиту, может быть вос­пре­щен или крайне огра­ни­чен.

Скиты могут быть обще­жи­тель­ными и особ­но­жи­тель­ными.

  1. Обще­жи­тель­ный скит по своему внут­рен­нему укладу подо­бен обще­жи­тель­ному мона­стырю с общим бого­слу­же­нием, общей тра­пе­зой, общими тру­дами и иму­ще­ством. Такой скит отли­ча­ется от кино­вии немно­го­чис­лен­но­стью братии, уда­лен­но­стью рас­по­ло­же­ния и более стро­гим уста­вом внут­рен­ней и бого­слу­жеб­ной жизни.
  2. В особ­но­жи­тель­ном скиту каждый мона­ше­ству­ю­щий под­ви­за­ется в своей келии, по опре­де­лен­ному для него игу­ме­ном уставу. При нали­чии в скиту храма братия соби­ра­ются в нем для сов­мест­ной молитвы и совер­ше­ния бого­слу­же­ния. При отсут­ствии храма братия из скита при­хо­дят в мона­стырь для уча­стия в цер­ков­ной молитве и при­ча­ще­ния Святых Хри­сто­вых Таин.

Скит может иметь статус юри­ди­че­ского лица и свои граж­дан­ский и внут­рен­ний уставы, согла­со­ван­ные с игу­ме­ном мона­стыря и утвер­жден­ные епар­хи­аль­ным архи­ереем. Данные уставы должны соот­вет­ство­вать типо­вой форме устава, утвер­жден­ной Пат­ри­ар­хом и Свя­щен­ным Сино­дом.

4.1.3. Отшель­ни­че­ство (пустын­но­жи­тель­ство, ана­хо­рет­ство)

При духовно бла­го­устро­ен­ном мона­стыре с креп­кими тра­ди­ци­ями может быть реа­ли­зо­вана особая форма мона­ше­ской жизни — отшель­ни­че­ство.

Отшель­ни­че­ство есть мона­ше­ский подвиг, пред­по­ла­га­ю­щий сугу­бое уеди­не­ние ради упраж­не­ния в молитве и бого­мыс­лии. Осно­ва­те­лями этого образа жизни явля­ются пре­по­доб­ные Павел Фивей­ский и Анто­ний Вели­кий. Исто­ком рус­ского пустын­но­жи­тель­ства стала отшель­ни­че­ская жизнь пре­по­доб­ного Анто­ния Печер­ского.

Про­шед­ший искус в обще­жи­тель­ном мона­стыре, утвер­жден­ный в мона­ше­ском дела­нии, стя­жав­ший необ­хо­ди­мый духов­ный опыт и жела­ю­щий боль­шего уеди­не­ния для испол­не­ния сугу­бых подви­гов воз­дер­жа­ния и молитвы монах может полу­чить бла­го­сло­ве­ние духов­ного собора мона­стыря во главе с игу­ме­ном на житель­ство в неко­то­ром отда­ле­нии от прочей братии. Такой монах осво­бож­да­ется от обще­мо­на­стыр­ских трудов, оста­ва­ясь при этом насель­ни­ком мона­стыря и пре­бы­вая в послу­ша­нии у игу­мена.

Раз­но­вид­но­стью отшель­ни­че­ства явля­ется затвор­ни­че­ство в пре­де­лах оби­тели.

4.2. Подво­рье

В рамках своей дея­тель­но­сти мона­стыри могут откры­вать подво­рья, кото­рые явля­ются кано­ни­че­скими под­раз­де­ле­ни­ями мона­стыря, нахо­дя­щи­мися за его пре­де­лами. Подво­рье созда­ется с мис­си­о­нер­скими, хозяй­ствен­ными, пред­ста­ви­тель­скими или иными целями. Подво­рье, как пра­вило, вклю­чает в себя храм, жилые кор­пуса, хозяй­ствен­ные постройки. При подво­рье может быть орга­ни­зо­вано под­соб­ное хозяй­ство.

Подво­рье может быть учре­ждено на тер­ри­то­рии той епар­хии, где рас­по­ло­жен мона­стырь. В исклю­чи­тель­ных слу­чаях подво­рье может быть учре­ждено на тер­ри­то­рии другой епар­хии. Дея­тель­ность подво­рья регла­мен­ти­ру­ется граж­дан­ским и внут­рен­ним уста­вами того мона­стыря, к кото­рому данное подво­рье отно­сится, а также граж­дан­ским и внут­рен­ним уста­вами подво­рья (если тако­вые име­ются)22. Для управ­ле­ния подво­рьем может назна­чаться насто­я­тель (насто­я­тель­ница или стар­шая сестра), кото­рый состоит в под­чи­не­нии у игу­мена (игу­ме­нии) основ­ного мона­стыря.

При подво­рье про­жи­вают насель­ники мона­стыря, на кото­рых рас­про­стра­ня­ются все поло­же­ния, преду­смот­рен­ные граж­дан­ским и внут­рен­ним уста­вами мона­стыря.

Подво­рья став­ро­пи­ги­аль­ных мона­сты­рей под­чи­нены Пат­ри­арху по праву став­ро­пи­гий. За бого­слу­же­нием в храме подво­рья став­ро­пи­ги­аль­ного мона­стыря воз­но­сится имя Пат­ри­арха.

Подво­рье епар­хи­аль­ного мона­стыря, откры­ва­е­мое на тер­ри­то­рии иной епар­хии, в цер­ковно-иерар­хи­че­ском порядке под­чи­нено епар­хи­аль­ному архи­ерею данной епар­хии. Имя этого епар­хи­аль­ного архи­ерея воз­но­сится за бого­слу­же­нием в храме подво­рья, равно как и имя архи­ерея, кото­рому под­чи­ня­ется мона­стырь. Также за бого­слу­же­нием в храме подво­рья воз­но­сится имя игу­мена своего мона­стыря. В своей хозяй­ствен­ной дея­тель­но­сти такие подво­рья под­чи­нены игу­мену своего мона­стыря. Более подроб­ное опре­де­ле­ние обя­зан­но­стей подво­рья по отно­ше­нию к той епар­хии, на тер­ри­то­рии кото­рой оно нахо­дится, опре­де­ля­ется пись­мен­ным согла­ше­нием двух епар­хи­аль­ных архи­ереев при учре­жде­нии подво­рья.

4.3. При­пис­ные храмы и часовни

Допол­ни­тельно к основ­ным храмам мона­стырь может иметь при­пис­ные храмы и часовни, рас­по­ло­жен­ные вне тер­ри­то­рии мона­стыря.

4.4. Откры­тие мона­стыря, подво­рья, скита

В соот­вет­ствии с цер­ков­ными кано­нами (1‑е пра­вило Дву­крат­ного Собора, 4‑е пра­вило IV Все­лен­ского Собора), мона­стырь не может быть создан без воли епи­скопа, кото­рый «прежде пола­гает молитву на устро­е­ние мона­стыря, как бы неко­то­рое незыб­ле­мое осно­ва­ние»23. Мона­стыри, «создан­ные без соиз­во­ле­ния епи­скопа, не суть дей­стви­тель­ные мона­стыри и не свя­щенны»24.

Глав­ным осно­ва­нием для откры­тия мона­стыря явля­ется нали­чие дей­ству­ю­щей в тече­ние не менее одного года по бла­го­сло­ве­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея муж­ской или жен­ской общины пра­во­слав­ных хри­стиан, жела­ю­щих сле­до­вать мона­ше­скому образу жизни под нача­лом при­знан­ного епар­хи­аль­ным архи­ереем духов­ного руко­во­ди­теля.

Пре­пят­стви­ями к откры­тию мона­стыря могут быть недо­статки в духов­ной жизни общины, а также обсто­я­тель­ства юри­ди­че­ского или иму­ще­ствен­ного харак­тера, напри­мер нахож­де­ние в част­ной соб­ствен­но­сти объ­ек­тов недви­жи­мо­сти и земель, на кото­рых пред­по­ла­га­ется откры­тие мона­стыря.

После хода­тай­ства епар­хи­аль­ного архи­ерея в адрес Пат­ри­арха и Свя­щен­ного Синода об откры­тии мона­стыря в общину направ­ля­ется комис­сия Сино­даль­ного отдела по мона­сты­рям и мона­ше­ству для озна­ком­ле­ния с ее духов­ной жизнью и мате­ри­аль­ным обес­пе­че­нием.

Реше­ние об откры­тии епар­хи­аль­ного мона­стыря при­ни­ма­ется Пат­ри­ар­хом и Свя­щен­ным Сино­дом по пред­став­ле­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея и, как пра­вило, с учетом отзыва Сино­даль­ного отдела по мона­сты­рям и мона­ше­ству25.

Откры­тие мона­стыр­ского подво­рья или скита на тер­ри­то­рии той же епар­хии, где рас­по­ло­жен мона­стырь, про­ис­хо­дит по реше­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея в ответ на про­ше­ние игу­мена (игу­ме­нии) мона­стыря. Откры­тие подво­рья или скита на тер­ри­то­рии другой епар­хии про­ис­хо­дит по бла­го­сло­ве­нию Пат­ри­арха в ответ на про­ше­ние епар­хи­аль­ного архи­ерея, пись­менно согла­со­ван­ное с епар­хи­аль­ным архи­ереем той епар­хии, где пред­по­ла­га­ется открыть подво­рье или скит.

При­пис­ной мона­стырь, скит, мона­стыр­ское подво­рье могут быть пре­об­ра­зо­ваны в само­сто­я­тель­ный мона­стырь при зна­чи­тель­ном воз­рас­та­нии чис­лен­но­сти брат­ства (сест­ри­че­ства), при изме­не­нии границ епар­хий или при изме­не­нии внеш­них усло­вий. С ини­ци­а­ти­вой такого пре­об­ра­зо­ва­ния могут высту­пить епар­хи­аль­ный архи­ерей, игумен и духов­ный собор основ­ного мона­стыря, к кото­рому при­пи­сан мона­стырь, подво­рье или скит. Реше­ние о пре­об­ра­зо­ва­нии при­ни­ма­ется в том же порядке, что и реше­ние об откры­тии мона­стыря.

4.5. Упразд­не­ние мона­стыря

Реше­ние об упразд­не­нии мона­стыря при­ни­ма­ется Пат­ри­ар­хом и Свя­щен­ным Сино­дом по пред­став­ле­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея.

В соот­вет­ствии с пра­ви­лами святых Все­лен­ских Собо­ров (24 пра­вило IV Все­лен­ского Собора, 49 пра­вило VI Все­лен­ского Собора) необ­хо­димо, чтобы свя­щен­ные оби­тели «пре­бы­вали навсе­гда мона­сты­рями и сохра­ня­емо было неот­чуж­да­е­мым при­над­ле­жа­щее им иму­ще­ство, и дабы оные уже не могли быть мир­скими оби­та­ли­щами»26. Поэтому на месте упразд­нен­ного мона­стыря жела­тельно раз­ме­стить мона­стыр­ское подво­рье, приход или иное цер­ков­ное под­раз­де­ле­ние.

В случае выхода мона­стыря из иерар­хи­че­ской струк­туры и юрис­дик­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, мона­стырь пре­кра­щает дея­тель­ность в каче­стве рели­ги­оз­ной орга­ни­за­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви и лиша­ется права на иму­ще­ство, кото­рое при­над­ле­жало мона­стырю на правах соб­ствен­но­сти, поль­зо­ва­ния или на иных закон­ных осно­ва­ниях, а также права на исполь­зо­ва­ние в наиме­но­ва­нии назва­ния и сим­во­лики Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви27.

V. Внут­рен­нее управ­ле­ние мона­сты­рем

5.1. Игумен (игу­ме­ния)

Игумен — это духов­ный отец всего брат­ства (игу­ме­ния — духов­ная мать сест­ри­че­ства) вве­рен­ной его (ее) руко­вод­ству оби­тели.

Игумен мона­стыря, обла­дая духов­ной и адми­ни­стра­тив­ной вла­стью в пре­де­лах, уста­нов­лен­ных уста­вом и тра­ди­цией оби­тели, как отец вос­пи­ты­вает бра­тьев словом и при­ме­ром своей жизни. Общее духов­ное руко­вод­ство бра­тией — глав­ней­шая обя­зан­ность игу­мена, ибо он будет обязан дать пред Богом ответ за каж­дого члена брат­ства (см. подроб­нее ниже, п.8.3.). Пре­по­доб­ный Феодор Студит запо­ве­дует игу­мену: «Открой сердце твое с любо­вью, руко­води всех с мило­сер­дием, вос­пи­тай их, про­свети их, усо­вер­шен­ствуй их о Гос­поде. Изощри ум свой раз­мыш­ле­нием, воз­буди свою готов­ность в муже­стве, укрепи сердце свое в вере и надежде, иди впе­реди их во всяком доб­ро­де­ла­нии, пред­ше­ствуй в борьбе против духов­ных про­тив­ни­ков, защити, путе­води, введи их в место доб­ро­де­тели»28. На игу­мена также воз­ла­га­ется попе­че­ние о внеш­нем бла­го­устрой­стве и бла­го­ле­пии оби­тели, о всех видах ее внут­рен­ней и внеш­ней дея­тель­но­сти.

В своей дея­тель­но­сти игумен руко­вод­ству­ется Пра­ви­лами Святых Апо­стол, Святых Все­лен­ских и Помест­ных Собо­ров и Святых отцов, реше­ни­ями Помест­ных и Архи­ерей­ских Собо­ров, опре­де­ле­ни­ями Свя­щен­ного Синода, Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, уста­вом оби­тели, а также ука­зами и рас­по­ря­же­ни­ями епар­хи­аль­ного архи­ерея.

Назна­че­ние игу­мена, а также осво­бож­де­ние его от долж­но­сти про­ис­хо­дят по реше­нию Пат­ри­арха и Свя­щен­ного Синода по пред­став­ле­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея. Перед рас­смот­ре­нием Пат­ри­ар­хом и Свя­щен­ным Сино­дом пред­став­ле­ния епар­хи­аль­ного архи­ерея кан­ди­дат про­хо­дит собе­се­до­ва­ние с чле­нами кол­ле­гии Сино­даль­ного отдела по мона­сты­рям и мона­ше­ству и про­хо­дит под­го­товку в мона­стыре из числа наи­бо­лее бла­го­устро­ен­ных. Если свя­щен­но­ар­хи­манд­ри­том муж­ского мона­стыря явля­ется епар­хи­аль­ный архи­ерей, прак­ти­че­ское руко­вод­ство мона­сты­рем пору­ча­ется постав­лен­ному из среды братии намест­нику, кото­рый после утвер­жде­ния его кан­ди­да­туры Свя­щен­ным Сино­дом также воз­во­дится в игу­мена, полу­чая о том указ епар­хи­аль­ного архи­ерея.

Опре­де­ляя кан­ди­дата на долж­ность игу­мена, епар­хи­аль­ный архи­ерей, в соот­вет­ствии со свя­то­оте­че­ской тра­ди­цией и прак­ти­че­ским опытом Церкви, после совета с бра­тией пред­ла­гает на рас­смот­ре­ние Свя­щен­ного Синода через Сино­даль­ный отдел по мона­сты­рям и мона­ше­ству кан­ди­дата из числа насель­ни­ков оби­тели или из числа иных лиц.

В отдель­ных слу­чаях — при начале мона­ше­ской жизни оби­тели, в случае нестро­е­ний или раз­но­гла­сий среди насель­ни­ков — епар­хи­аль­ный архи­ерей может выдви­нуть кан­ди­дата без совета с бра­тией, поста­вив об этом в извест­ность Сино­даль­ный отдел по мона­сты­рям и мона­ше­ству.

Кан­ди­дат в игу­мены должен иметь доста­точ­ный (не менее 5 лет) опыт мона­ше­ской жизни в оби­тели, духов­ное обра­зо­ва­ние и необ­хо­ди­мые для этого послу­ша­ния каче­ства, обла­дать рас­су­ди­тель­но­стью, любо­вью к братии, спо­соб­но­стями к управ­ле­нию, готов­но­стью само­от­вер­женно испол­нять свое послу­ша­ние ради пользы оби­тели до конца жизни.

В случае осво­бож­де­ния игу­мена от долж­но­сти, а также при болезни и других обсто­я­тель­ствах, дела­ю­щих невоз­мож­ным несе­ние им своих обя­зан­но­стей или в случае его кон­чины, вре­мен­ное управ­ле­ние мона­сты­рем пору­ча­ется одному из братий, кото­рого назна­чает епар­хи­аль­ный архи­ерей. При этом место игу­мена должно быть заме­щено в воз­можно крат­кие сроки.

Игу­мену сле­дует пом­нить, что духов­ное состо­я­ние братии во многом зави­сит от его соб­ствен­ного образа жизни. Игумен должен являть братии пример во всех сто­ро­нах мона­стыр­ской жизни: в отно­ше­нии к бого­слу­же­нию и молитве, в аске­ти­че­ском дела­нии и любви к братии, в наруж­ном пове­де­нии и скром­но­сти жизни. Как и прочие братия, игумен должен посе­щать мона­стыр­ские бого­слу­же­ния, общую тра­пезу и при­ни­мать личное уча­стие в трудах на благо оби­тели. Личные быто­вые усло­вия жизни игу­мена не должны зна­чи­тельно отли­чаться от обще­мо­на­стыр­ских. Недо­пу­стимо про­жи­ва­ние игу­мена вне стен мона­стыря и дли­тель­ное отсут­ствие в оби­тели без ува­жи­тель­ных причин. Несмотря на обре­ме­нен­ность адми­ни­стра­тив­ными и пред­ста­ви­тель­скими функ­ци­ями, игумен при­зван жить единой жизнью с бра­ти­ями, уделяя обще­нию с ними — как общему, так и, при необ­хо­ди­мо­сти, лич­ному — доста­точ­ное вни­ма­ние. Имя игу­мена воз­но­сится за бого­слу­же­ни­ями в храмах мона­стыря на екте­ниях (отдель­ным про­ше­нием), на Вели­ком входе Боже­ствен­ной литур­гии и на устав­ных мно­го­ле­тиях.

5.2. Духов­ник оби­тели. Духов­ные настав­ники

Духов­ное руко­вод­ство в мона­сты­рях по древ­ней тра­ди­ции воз­ла­га­ется на игу­мена или игу­ме­нию.

В муж­ских мона­сты­рях в помощь игу­мену духов­ным собо­ром из числа опыт­ной стар­шей братии может быть избран духов­ник оби­тели (брат­ский духов­ник), пред­став­ля­е­мый на утвер­жде­ние епар­хи­аль­ному архи­ерею. При боль­шой чис­лен­но­сти братии может быть назна­чено несколько духов­ни­ков.

В жен­ских мона­сты­рях в духов­ном руко­вод­стве сест­рами игу­ме­нье помо­гает духов­ник оби­тели. Также в помощь игу­ме­нье духов­ным собо­ром могут быть избраны настав­ницы из числа опыт­ных стар­ших сестер. Испо­ведь совер­ша­ется духов­ни­ком или свя­щен­ни­ками, назна­ча­е­мыми епар­хи­аль­ным архи­ереем, пред­по­чти­тельно из числа белого духо­вен­ства29.

Основ­ные прин­ципы духов­ного руко­вод­ства оби­те­лью изло­жены ниже.

5.3. Основ­ные долж­ност­ные послу­ша­ния

В помощь игу­мену могут быть назна­чены рас­су­ди­тель­ные и опыт­ные в мона­стыр­ской жизни братия на сле­ду­ю­щие долж­ност­ные послу­ша­ния:

  • Бла­го­чин­ный — для наблю­де­ния за устав­ным совер­ше­нием бого­слу­же­ний, а также за соблю­де­нием бра­тией правил обще­жи­тель­ной жизни, преду­смот­рен­ных насто­я­щим Поло­же­нием и внут­рен­ним мона­стыр­ским уста­вом.
  • Каз­на­чей — для кон­троля поступ­ле­ний в мона­стыр­скую казну и рас­хо­дов из неё и для веде­ния необ­хо­ди­мой отчет­но­сти.
  • Эконом — для управ­ле­ния мона­стыр­ским хозяй­ством.
  • Келарь — для наблю­де­ния за сохран­но­стью про­до­воль­ствия и при­го­тов­ле­нием тра­пезы в соот­вет­ствии с уста­вом. Под попе­че­нием келаря нахо­дятся мона­стыр­ские кухни и склады.
  • Риз­ни­чий — для заботы о сохран­но­сти свя­щен­ных пред­ме­тов, обла­че­ний и всей цер­ков­ной утвари, а также обес­пе­че­ния их под­го­товки к совер­ше­нию бого­слу­же­ний.

Кан­ди­даты назна­ча­ются духов­ным собо­ром во главе с игу­ме­ном. Кан­ди­даты на послу­ша­ния бла­го­чин­ного, каз­на­чея и эко­нома пред­став­ля­ются на утвер­жде­ние епар­хи­аль­ному архи­ерею.

5.4. Духов­ный собор

Духов­ный собор созы­ва­ется игу­ме­ном для рас­смот­ре­ния всех важ­ней­ших дел мона­стыр­ской жизни. «Насто­я­тель, являя собой всему собору образ сми­рен­но­муд­рия и во всем соглас­ного и еди­но­мыс­лен­ного союза духов­ной любви, должен всякое дело начи­нать и тво­рить не сам по себе, без совета, но соби­рая искус­ней­ших в духов­ном рас­суж­де­нии бра­тьев и по совету с ними, иссле­дуя и Писа­ние, да не будет что-либо про­тивно Богу, Боже­ствен­ным запо­ве­дям и Писа­нию, — так сле­дует начи­нать и тво­рить многие важ­ней­шие дела»30.

В состав духов­ного собора входят основ­ные долж­ност­ные лица мона­стыря: духов­ник братии, бла­го­чин­ный, каз­на­чей, эконом, келарь, риз­ни­чий, а также иные насель­ники доб­ро­де­тель­ной жизни, обла­да­ю­щие духов­ным рас­суж­де­нием. Состав духов­ного собора, а также изме­не­ния в нем утвер­жда­ются епар­хи­аль­ным архи­ереем по пред­став­ле­нию игу­мена.

Дея­тель­ность духов­ного собора опре­де­ля­ется насто­я­щим Поло­же­нием и внут­рен­ним уста­вом мона­стыря. Реше­ния собора при­ни­ма­ются боль­шин­ством голо­сов и после утвер­жде­ния их игу­ме­ном, а в преду­смот­рен­ных Уста­вом Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, насто­я­щим Поло­же­нием, епар­хи­аль­ным и мона­стыр­ским уста­вами слу­чаях — после утвер­жде­ния епар­хи­аль­ным архи­ереем, ста­но­вятся обя­за­тель­ными для испол­не­ния всем брат­ством оби­тели.

VI. Под­го­товка к мона­ше­ству. При­ня­тие в мона­стырь. Мона­ше­ский постриг

Тому, кто почув­ство­вал в себе при­зва­ние к мона­ше­ству, не может вос­пре­пят­ство­вать «ника­кой преж­ний образ жизни, ибо мона­ше­ское житие изоб­ра­жает нам жизнь пока­я­ния»31. Вместе с тем мона­ше­ский путь тре­бует от чело­века сугу­бого само­от­ре­че­ния, и потому стре­мя­щийся стать мона­хом должен тща­тельно испы­тать, спо­со­бен ли он идти этим путем.

6.1. Труд­ни­че­ство

Среди про­жи­ва­ю­щих на тер­ри­то­рии мона­стыря, не при­чис­лен­ных к братии, но несу­щих мона­стыр­ские послу­ша­ния лиц сле­дует раз­ли­чать труд­ни­ков, кото­рыми име­ну­ются жела­ю­щие со вре­ме­нем всту­пить в мона­стыр­ское брат­ство, наем­ных рабо­чих, тру­дя­щихся в мона­стыре по тру­до­вому дого­вору и не име­ю­щих наме­ре­ния посту­пать в мона­стырь, а также палом­ни­ков и волон­те­ров, оста­ю­щихся в мона­стыре на огра­ни­чен­ный срок для ока­за­ния посиль­ной без­воз­мезд­ной помощи оби­тели.

Перед тем, как дать бла­го­сло­ве­ние чело­веку на про­жи­ва­ние при мона­стыре в каче­стве труд­ника, игумен про­во­дит с ним собе­се­до­ва­ние, выяс­няет у него обсто­я­тель­ства его жизни. Игу­мену сле­дует обра­тить вни­ма­ние на воз­мож­ное нали­чие внеш­них пре­пят­ствий к поступ­ле­нию в мона­стырь. Такими пре­пят­стви­ями явля­ются, в част­но­сти, несо­вер­шен­но­ле­тие, состо­я­ние в браке, нали­чие несо­вер­шен­но­лет­них детей, тре­бу­ю­щих опеки, нахож­де­ние под судом или след­ствием, нали­чие дол­го­вых обя­за­тельств или обя­за­тельств по выплате али­мен­тов, состо­я­ние физи­че­ского или пси­хи­че­ского здо­ро­вья, дела­ю­щее чело­века неспо­соб­ным к нахож­де­нию в обще­жи­тии. Пере­чис­лен­ные обсто­я­тель­ства состав­ляют пре­пят­ствия к при­ня­тию пострига.

Жела­ю­щий быть при­ня­тым в оби­тель должен пред­ста­вить удо­сто­ве­ре­ние лич­но­сти, содер­жа­щее све­де­ния о семей­ном поло­же­нии, и доку­менты об обра­зо­ва­нии и ква­ли­фи­ка­ции, воен­ный билет (для мужчин). По воз­мож­но­сти ему сле­дует зару­читься реко­мен­да­ци­ями свя­щен­но­слу­жи­те­лей.

Сту­денты духов­ных учеб­ных заве­де­ний, а также лица, име­ю­щие опыт цер­ков­ных послу­ша­ний на при­хо­дах или в других оби­те­лях, по бла­го­усмот­ре­нию игу­мена могут быть сразу при­няты в число послуш­ни­ков.

В мона­сты­рях, где такая воз­мож­ность име­ется, труд­ники про­жи­вают отдельно от брат­ства. Период труд­ни­че­ства про­дол­жа­ется не менее одного года. В это время игумен вни­ма­тельно наблю­дает за душев­ным рас­по­ло­же­нием ново­по­сту­пив­шего, забо­тится о его духов­ном окорм­ле­нии, следит за тем, чтобы он имел воз­мож­ность вести пра­виль­ную духов­ную жизнь, при­ле­жал не только к мона­стыр­ским трудам, но также к чтению и молитве, имел воз­мож­ность посе­щать бого­слу­же­ния, при­ни­мать уча­стие в Таин­ствах. Сам труд­ник за это время при­смат­ри­ва­ется к поряд­кам оби­тели, испы­ты­вает свою реши­мость встать на мона­ше­ский путь.

Если труд­ник в тече­ние испы­та­тель­ного срока пока­зы­вает твер­дость своего наме­ре­ния вести мона­ше­скую жизнь, он может быть принят в число послуш­ни­ков.

Не полезно остав­лять в мона­стыре тех, кто обна­ру­жи­вает склон­ность к раз­но­гла­сиям и ссорам, посто­янно под­да­ется ропоту и, несмотря на советы и уве­ща­ния, не пока­зы­вает наме­ре­ния к исправ­ле­нию. Подоб­ные люди склонны нару­шать внут­рен­ний строй жизни оби­тели и могут ока­зы­вать небла­го­при­ят­ное воз­дей­ствие на братию.

Труд­ни­че­ство осу­ществ­ля­ется без­воз­мездно как доб­ро­воль­ная жертва в пользу оби­тели, о чем труд­ника сле­дует уве­до­мить в начале его пре­бы­ва­ния в мона­стыре.

6.2. Послуш­ни­че­ство

Послуш­ни­че­ство явля­ется важным этапом в жизни жела­ю­щего всту­пить на мона­ше­ский путь. По свя­то­оте­че­скому заме­ча­нию, «пер­во­на­чаль­ное направ­ле­ние, полу­чен­ное при вступ­ле­нии в мона­стырь, оста­ется в подвиж­нике, в боль­шей или мень­шей сте­пени, на всю жизнь»32.

При­чис­ле­ние труд­ника к послуш­ни­кам осу­ществ­ля­ется в ответ на его пись­мен­ное про­ше­ние и на осно­ва­нии реше­ния духов­ного собора, кото­рый оце­ни­вает образ жизни кан­ди­дата в период про­жи­ва­ния в мона­стыре в каче­стве труд­ника, знание и пони­ма­ние мона­стыр­ского устава, а также усер­дие в послу­ша­нии и стрем­ле­нии к мона­ше­ству.

При про­хож­де­нии послуш­ни­че­ского искуса ново­на­чаль­ный должен при­ла­гать усилия к вни­ма­тель­ному изу­че­нию Свя­щен­ного Писа­ния и основ­ных аске­ти­че­ских тво­ре­ний святых отцов. При этом он должен руко­вод­ство­ваться сове­том и бла­го­сло­ве­нием игу­мена или духов­ника. По настав­ле­нию свя­ти­теля Игна­тия (Брян­ча­ни­нова), «сперва надо читать книги, напи­сан­ные для обще­жи­тель­ных мона­хов, каковы: Поуче­ния пре­по­доб­ного аввы Доро­фея, Огла­ше­ния пре­по­доб­ного Фео­дора Сту­дий­ского, Руко­вод­ство к духов­ной жизни пре­по­доб­ных Вар­со­но­фия Вели­кого и Иоанна Про­рока, начи­ная с Ответа 216 (пред­ше­ство­вав­шие Ответы даны наи­бо­лее затвор­ни­кам и потому мало соот­вет­ствуют ново­на­чаль­ным), Слова свя­того Иоанна Лествич­ника, Тво­ре­ния пре­по­доб­ного Ефрема Сир­ского, Обще­жи­тель­ные поста­нов­ле­ния и собе­се­до­ва­ния пре­по­доб­ного Кас­си­ана Рим­ля­нина. Потом, по про­ше­ствии зна­чи­тель­ного вре­мени, можно читать и книги, напи­сан­ные отцами для без­молв­ни­ков, как-то: Доб­ро­то­лю­бие, Пате­рик Скит­ский, Слова пре­по­доб­ного Исайи Отшель­ника, Слова свя­того Исаака Сир­ского, Слова Марка Подвиж­ника, Слова и Беседы пре­по­доб­ного Мака­рия Вели­кого, сочи­не­ния пре­по­доб­ного Симеона, Нового Бого­слова, и другие подоб­ные сим дея­тель­ные писа­ния отцов»33. Живя в оби­тели, послуш­ник ста­ра­ется тща­тельно испол­нять поло­же­ния мона­стыр­ского Устава и тра­ди­ции оби­тели, вместе с дру­гими насель­ни­ками участ­вует в бого­слу­же­ниях и общей тра­пезе, тру­дится на мона­стыр­ских послу­ша­ниях.

За время послуш­ни­че­ского искуса тща­тельно испы­ты­ва­ется готов­ность чело­века к мона­ше­скому образу жизни, жела­ние с любо­вью сле­до­вать тра­ди­циям и уставу мона­стыря, готов­ность к доб­ро­воль­ному послу­ша­нию игу­мену и брат­ству. Игу­мену сле­дует убе­диться, что послуш­ник осо­знаёт ответ­ствен­ность за свой выбор мона­ше­ского пути, имеет реши­мость сле­до­вать ему всю жизнь. Иначе говоря, необ­хо­димо испы­тать, готов ли послуш­ник тер­петь все «тес­ноты жития ино­че­ского»34, как внеш­ние, так и внут­рен­ние.

По про­ше­ствии опре­де­лен­ного срока пре­бы­ва­ния в мона­стыре, дли­тель­ность кото­рого опре­де­ля­ется игу­ме­ном, послуш­ни­кам, про­яв­ля­ю­щим усер­дие к мона­стыр­ской жизни, с целью укреп­ле­ния их наме­ре­ний к вступ­ле­нию в мона­ше­ское звание, игу­ме­ном бла­го­слов­ля­ется ноше­ние неко­то­рых мона­ше­ских одежд: под­ряс­ника, пояса и скуфьи для послуш­ни­ков; под­ряс­ника, пояса, апо­столь­ника и скуфьи — для послуш­ниц.

По исте­че­нии испы­та­тель­ного срока, дли­тель­ность кото­рого опре­де­ля­ется цер­ков­ными пра­ви­лами, в част­но­сти Двукр. 535, духов­ный собор во главе с игу­ме­ном при­ни­мает реше­ние о пред­став­ле­нии послуш­ника к ино­че­скому или мона­ше­скому постригу, либо об его уда­ле­нии из мона­стыря, либо о про­дле­нии испы­та­тель­ного срока. Испы­та­тель­ный срок может быть сокра­щен, в том числе для выпуск­ни­ков духов­ных учеб­ных заве­де­ний, а также для лиц, ранее рабо­тав­ших в сино­даль­ных и епар­хи­аль­ных учре­жде­ниях.

Все вопросы, свя­зан­ные с пре­бы­ва­нием труд­ни­ков и послуш­ни­ков в мона­стыре, нахо­дятся в веде­нии игу­мена и духов­ного собора, но в случае необ­хо­ди­мо­сти могут быть пере­даны на рас­смот­ре­ние епар­хи­аль­ному архи­ерею.

6.3. Рясо­фор

Прежде постри­же­ния в мона­ше­ство над послуш­ни­ком может быть совер­шено после­до­ва­ние обла­че­ния в рясу, вклю­ча­ю­щее в себя постри­же­ние волос. Этот чин име­ну­ется «постри­гом в рясо­фор». Лица, над кото­рыми было совер­шен такой постриг, в совре­мен­ной прак­тике име­ну­ются ино­ками, или рясо­фо­рами. В соот­вет­ствии с Поста­нов­ле­ни­ями Архи­ерей­ского Сове­ща­ния 2015 года, утвер­жден­ным Архи­ерей­ским Собо­ром 2016 года, «рясо­фор явля­ется при­уго­то­ви­тель­ным этапом к при­ня­тию мона­ше­ства. “Чин, быва­е­мый на оде­я­ние рясы и ками­лавки”, вклю­чает в себя постри­же­ние власов и обла­че­ние постри­га­е­мого в рясу, пояс и клобук (а также апо­столь­ник для женщин). Обла­чен­ный в рясу и клобук при­уго­тов­ляет себя к мона­ше­ским обетам и к сопри­чте­нию “лику ино­ку­ю­щих”»36.

По исте­че­нии испы­та­тель­ного срока духов­ный собор во главе с игу­ме­ном рас­смат­ри­вает вопрос о пред­став­ле­нии послуш­ника к постригу в рясо­фор и, в част­но­сти, иссле­дует, не име­ется ли пре­пят­ствий к постригу (см. выше).

После­до­ва­ние пострига в рясо­фор пред­пи­сы­вает игу­мену тща­тельно рас­спро­сить постри­га­е­мого, доб­ро­вольно ли он при­ни­мает постри­же­ние, хорошо ли обду­мал свое реше­ние и готов ли нести за него ответ­ствен­ность. В устав­ных пред­пи­са­ниях, содер­жа­щихся непо­сред­ственно перед чином постри­же­ния, ука­зано, что до самого пострига гото­вя­щийся к нему послуш­ник должен засви­де­тель­ство­вать свою реши­мость пре­бы­вать в мона­стыре: «Хотяй прияти рясу при­хо­дит ко игу­мену и сотворь обыч­ное пред ним покло­не­ние, вопро­симь бывает от него, аще со всяким усер­дием ко ино­че­скому при­хо­дит житию, и аще мно­го­днев­ным усмот­ре­нием сие пред­ло­же­ние неиз­мен­ное имать. Обе­щавшу же ся ему невоз­вратно пре­быти в мона­стыри в посте и молит­вах, и тщание тво­рити помо­щию Божиею, еже день и нощь пре­успе­вати в доб­ро­де­те­лех и во всех пове­лен­ных ему служ­бах, прежде всех пове­ле­вает ему чинно прежде изчи­тати согре­ше­ния своя…»37. Кан­ди­дат к постригу в рясо­фор должен быть знаком с основ­ными аске­ти­че­скими тво­ре­ни­ями святых отцов и уста­вом оби­тели.

В случае поло­жи­тель­ного реше­ния игумен пись­менно испра­ши­вает бла­го­сло­ве­ние на постриг у епар­хи­аль­ного архи­ерея.

Ново­по­стри­жен­ный может вру­чаться вос­при­ем­нику из числа опыт­ной стар­шей братии по ана­ло­гии с тем, что преду­смот­рено для постри­га­е­мых в мантию (см. ниже).

В соот­вет­ствии с упо­мя­ну­тыми выше Поста­нов­ле­ни­ями Архи­ерей­ского Сове­ща­ния 2015 года: «Постри­жен­ный в рясо­фор может быть руко­по­ло­жен в сан диа­кона или свя­щен­ника при усло­вии еди­но­глас­ного реше­ния о том духов­ного собора мона­стыря. В таком случае руко­по­ло­жен­ному усва­и­ва­ются име­но­ва­ния иеро­ди­а­кона или свя­щен­но­и­нока».

6.4. Мона­ше­ство (мантия, малая схима)

Вопрос о постри­же­нии послуш­ника или рясо­фор­ного инока в мантию (малую схиму) рас­смат­ри­вает духов­ный собор во главе с игу­ме­ном. Духов­ный собор должен, в част­но­сти, удо­сто­ве­риться, насколько это воз­можно, в отсут­ствии пре­пят­ствий к постригу.

При поло­жи­тель­ном отзыве духов­ного собора игумен пись­менно испра­ши­вает у епар­хи­аль­ного архи­ерея бла­го­сло­ве­ние на постриг.

Свя­щен­но­слу­жи­тель, совер­шив­ший постриг без бла­го­сло­ве­ния, под­ле­жит кано­ни­че­ской ответ­ствен­но­сти за свой посту­пок. Мера и харак­тер пре­ще­ния в таких слу­чаях остав­ля­ются на усмот­ре­ние епар­хи­аль­ного архи­ерея.

По рас­смот­ре­нии всех обсто­я­тельств, такой постриг, равно как и данные при нем обеты, могут быть при­знаны недей­стви­тель­ными цер­ков­ным судом.

От кан­ди­дата к при­ня­тию пострига в мантию тре­бу­ются сво­бод­ное воле­изъ­яв­ле­ние и твер­дая реши­мость испол­нять мона­ше­ские обеты. 40‑е пра­вило Трулль­ского Собора гласит: «Понеже при­со­еди­няться Богу, чрез уда­ле­ние от молвы житей­ския, весьма спа­си­тельно, то мы должны не без испы­та­ния без­вре­менно при­ни­мать изби­ра­ю­щих житие мона­ше­ское, но и в отно­ше­нии к ним соблю­дать пере­дан­ное нам от отцев поста­нов­ле­ние: и сего ради должно при­ни­мать обет жизни по Богу, яко уже твер­дый и про­ис­хо­дя­щий от веде­ния и рас­суж­де­ния, после пол­наго рас­кры­тия разума». Игумен должен разъ­яс­нять кан­ди­да­там к постригу смысл и зна­че­ние мона­ше­ского постри­же­ния: «Егда же прииде время постри­же­ния, насто­я­тель, при­звав хотя­щих пост­ри­щися, объ­яс­няет им обеты мона­ше­ские в постри­же­нии; и по постри­же­нии — какие брани и скорби от навета вражия будут, и како про­ти­во­сто­яти им и побеж­дати я. <…> И они да при­уго­тов­ляют себя к постри­же­нию в посте, молитве и истин­ном сми­ре­нии, яко хотя­щии спо­до­би­тися ангель­ского образа»38. При­ни­ма­ю­щему малую схиму сле­дует созна­вать, что постриг не пред­по­ла­гает при­ви­ле­ги­ро­ван­ного поло­же­ния в оби­тели. Помимо обетов послу­ша­ния, нес­тя­жа­ния и цело­муд­рия каждый монах при­но­сит обеты отре­че­ния от мира, пре­бы­ва­ния в мона­стыре (или в опре­де­лен­ном для него месте несе­ния послу­ша­ния) и в пост­ни­че­стве Цар­ствия ради небес­ного39. Таким обра­зом, при­ни­мая постриг, монах при­уго­тов­ля­ется к жизни подвиж­ни­че­ской, ко все­гдаш­нему отсе­че­нию своей воли и сми­рен­ному при­я­тию всего, что попус­ка­ется от Бога.

Согласно опре­де­ле­нию Юби­лей­ного Архи­ерей­ского Собора Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви 2000 года, «для улуч­ше­ния духов­ной под­го­товки к постригу и повы­ше­ния ответ­ствен­но­сти лиц, его при­ни­ма­ю­щих, при­знано необ­хо­ди­мым перейти к прак­тике постри­же­ния в мантию только по дости­же­нии трид­цати лет, за исклю­че­нием сту­ден­тов духов­ных школ и свя­щен­но­слу­жи­те­лей» (пункт 14 опре­де­ле­ния «О вопро­сах внут­рен­ней жизни и внеш­ней дея­тель­но­сти Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви»).

При постриге при­сут­ствует духов­ный настав­ник, кото­рый берет на себя обя­за­тель­ство научить ново­по­стри­жен­ного мона­ше­ской жизни. «Номо­ка­нон» пред­пи­сы­вает, чтобы постри­га­е­мому был назна­чен вос­при­ем­ник: «Аще кто дерз­нет пост­рищи монаха без при­имца, сиречь без старца, да извер­жется»40. Согласно 2‑му пра­вилу Дву­крат­ного Собора, «отнюдь никого не спо­доб­лять мона­ше­ского образа, без при­сут­ствия при сем лица, дол­жен­ству­ю­щего при­нять его к себе в послу­ша­ние и иметь над ним началь­ство, и вос­при­нять попе­че­ние о душев­ном его спа­се­нии». Вос­при­ем­ни­ком ново­по­стри­жен­ного в муж­ских мона­сты­рях ста­но­вится игумен или один из опыт­ных в духов­ной жизни братий оби­тели. В жен­ских мона­сты­рях вос­при­ем­ни­цей ста­но­вится игу­ме­ния или одна из опыт­ных в духов­ной жизни сестер.

Мона­ше­ский постриг в муж­ских оби­те­лях совер­ша­ется либо епар­хи­аль­ным архи­ереем, либо, по его пору­че­нию, викар­ным архи­ереем, либо игу­ме­ном, либо, по бла­го­сло­ве­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея, иным иеро­мо­на­хом (архи­манд­ри­том). В жен­ских оби­те­лях постриг совер­ша­ется либо епар­хи­аль­ным архи­ереем, либо, по его пору­че­нию, викар­ным архи­ереем, либо, по его пору­че­нию, иеро­мо­на­хом (архи­манд­ри­том).

6.5. Схим­ни­че­ство (вели­кая схима)

Монахи, непо­рочно живу­щие в малой схиме, стя­жав­шие глу­бо­кое сми­ре­ние, пре­успев­шие и в иных мона­ше­ских доб­ро­де­те­лях, в осо­бен­но­сти в молитве, могут быть постри­жены в вели­кую схиму. Реше­ние об этом при­ни­ма­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем по пред­став­ле­нию игу­мена и духов­ного собора.

Согласно чино­по­сле­до­ва­нию пострига в вели­кую схиму, при­ни­ма­ю­щий постри­же­ние должен гото­виться к нему «всяко якоже уми­раяй: ибо конеч­нее вто­рыми обеты отри­ца­яся мира, миру и всем мир­ским при­стра­стием уми­рает». Вели­кос­хим­ник при­зы­ва­ется «ино­че­ския обеты усу­губ­ле­нием пред Гос­по­дем обнов­ляти». Смысл пострига в вели­кую схиму отра­жен в особых одеж­дах, кото­рые носит постри­жен­ный: в пара­мане с мно­го­кре­стием и ана­лаве, укра­шен­ном изоб­ра­же­ни­ями Креста Гос­подня и орудий Его стра­да­ний. Насель­ник, при­няв­ший постри­же­ние в вели­кую схиму, как пра­вило осво­бож­да­ется от несе­ния каких-либо адми­ни­стра­тив­ных послу­ша­ний.

6.6. Постриги вне мона­стыря

Содер­жа­ние мона­ше­ских обетов под­ра­зу­ме­вает, что постриг должен совер­шаться в мона­стыре. Постриги вне мона­стыря воз­можны в исклю­чи­тель­ных слу­чаях, по осо­бому бла­го­сло­ве­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея, по пред­став­ле­нию духов­ного лица, извест­ного своей опыт­но­стью и рас­су­ди­тель­но­стью и гото­вого засви­де­тель­ство­вать непо­роч­ность жизни и чистоту веры кан­ди­дата. Такие постриги могут, в част­но­сти, быть совер­шены над сотруд­ни­ками сино­даль­ных и епар­хи­аль­ных учре­жде­ний, над пре­по­да­ва­те­лями и сту­ден­тами духов­ных учеб­ных заве­де­ний. Постриги, совер­ша­е­мые в духов­ных учеб­ных заве­де­ниях совер­ша­ются на осно­ва­нии осо­бого поло­же­ния. При тяже­лой болезни послуш­ника оби­тели постриг над ним может быть совер­шен в боль­нице или на дому.

Постри­га­е­мый вне оби­тели должен быть при­чис­лен к братии какого-либо мона­стыря и вручен вос­при­ем­нику, так же, как и при постриге в оби­тели. В таком случае игу­мену оби­тели сле­дует забо­титься о том, чтобы такой постри­жен­ник сохра­нял духов­ную связь с бра­тией своего мона­стыря. Такая связь должна выра­жаться в литур­ги­че­ском обще­нии, испо­веди у брат­ского духов­ника, а также стрем­ле­нии про­во­дить в мона­стыре сво­бод­ное от вне­мо­на­стыр­ского послу­ша­ния время.

Све­де­ния о постри­гах, совер­ша­е­мых вне мона­сты­рей, еже­годно направ­ля­ются в Сино­даль­ный отдел по мона­сты­рям и мона­ше­ству с разъ­яс­не­нием причин их совер­ше­ния.

VII. Бого­слу­жеб­ная жизнь в мона­стыре. Духов­ное окорм­ле­ние насель­ни­ков

7.1. Литур­ги­че­ская жизнь в мона­стыре

Бого­слу­же­ние есть сре­до­то­чие мона­ше­ской жизни. Оно взра­щи­вает дух, питает душу, дает силы для глу­бо­кого внут­рен­него дела­ния и напол­няет смыс­лом все повсе­днев­ные мона­стыр­ские заня­тия. Поэтому уча­стие в мона­стыр­ских бого­слу­же­ниях явля­ется обя­за­тель­ным для всех насель­ни­ков. Укло­ня­ю­щи­еся от бого­слу­же­ний окра­ды­вают самих себя, отвер­гая важное сред­ство мона­ше­ского пре­успе­я­ния. «Блажен инок, всегда живу­щий близ храма Божия! Он живет близ Неба, близ рая, близ спа­се­ния»41.

Если какой-либо брат по нера­де­нию про­пус­кает службы, опаз­ды­вает или уходит раньше отпу­ста, то игу­мену необ­хо­димо в личных бесе­дах уве­щать его, воз­буж­дая в нем рев­ность к молитве на бого­слу­же­нии. Если мона­ше­ству­ю­щий вынуж­ден про­пу­стить бого­слу­же­ние из-за неот­лож­ных дел по послу­ша­нию или по болезни, он должен испро­сить на это бла­го­сло­ве­ние у игу­мена или бла­го­чин­ного.

В оби­те­лях должен совер­шаться полный суточ­ный круг бого­слу­же­ний, что явля­ется одним из глав­ных при­зна­ков бла­го­устро­е­ния мона­стыря. В бого­слу­же­ниях участ­вуют все насель­ники мона­стыря. При необ­хо­ди­мо­сти часть чино­по­сле­до­ва­ний может вычи­ты­ваться или совер­шаться в келиях. Важно, чтобы бого­слу­же­ния совер­ша­лись в мона­стыре с его осно­ва­ния.

Сре­до­то­чием бого­слу­жеб­ной жизни явля­ется Боже­ствен­ная литур­гия. На литур­гии через общую и еди­но­душ­ную молитву, через при­ча­ще­ние Святых Хри­сто­вых Таин монахи соеди­ня­ются со Хри­стом, а во Христе друг с другом, соде­лы­ва­ются чле­нами Тела Хри­стова, свя­зан­ными нерас­тор­жи­мыми узами42. Уча­стие в Таин­ствах Пока­я­ния и Евха­ри­стии явля­ется важным усло­вием для пра­виль­ной духов­ной жизни, и потому мона­ше­ству­ю­щие должны при­сту­пать к ним по воз­мож­но­сти часто, сооб­ра­зу­ясь с бла­го­сло­ве­нием игу­мена или игу­ме­нии.

7.2. Свя­щен­но­слу­жи­тели

Необ­хо­ди­мое для мона­стыря коли­че­ство свя­щен­но­слу­жи­те­лей опре­де­ля­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем по пред­став­ле­нию игу­мена или игу­ме­нии. Рас­пи­са­ние бого­слу­же­ний, поря­док совер­ше­ния молеб­нов, пани­хид и прочих цер­ков­ных чино­по­сле­до­ва­ний, оче­ред­ность слу­же­ния свя­щен­но­слу­жи­те­лей утвер­ждает игумен или игу­ме­ния мона­стыря.

Свя­щен­ни­че­ское слу­же­ние в муж­ских мона­сты­рях осу­ществ­ля­ется пре­иму­ще­ственно насель­ни­ками оби­тели, хотя, при необ­хо­ди­мо­сти, в част­но­сти при боль­шом числе палом­ни­ков, допус­ка­ется, по бла­го­сло­ве­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея, слу­же­ние в мона­стыре других кли­ри­ков епар­хии.

В жен­ские мона­стыри свя­щен­но­слу­жи­тели назна­ча­ются епар­хи­аль­ным архи­ереем. При выборе кан­ди­да­туры свя­щен­но­слу­жи­теля в жен­ский мона­стырь сле­дует учи­ты­вать его воз­раст, пас­тыр­ский опыт и духов­ную зре­лость. Насель­ницы мона­стыря, воз­да­вая ува­же­ние к свя­щен­ному сану, должны отно­ситься к свя­щен­но­слу­жи­те­лям с почте­нием, бла­го­го­ве­нием и скром­но­стью, видеть в них тех, кому Самим Богом вве­рено «пред­сто­яти непо­рочно жерт­вен­нику Его, бла­го­вест­во­вати Еван­ге­лие Цар­ствия Его, при­но­сити дары и жертвы духов­ныя»43. Свя­щен­но­слу­жи­тель и игу­ме­ния при­званы тща­тельно забо­титься о сохра­не­нии в оби­тели «един­ства духа в союзе мира» (Еф. 4:3). В част­но­сти, свя­щен­но­слу­жи­тель, испо­ве­ду­ю­щий сестер, должен под­дер­жи­вать в насель­ни­цах мона­стыря дух еди­не­ния, а в слу­чаях ослож­не­ний отно­ше­ний между сест­рами — в первую оче­редь молиться о вос­ста­нов­ле­нии мира и уве­ще­вать сестер к при­ми­ре­нию друг с другом. Недо­уме­ния в отно­ше­ниях между свя­щен­но­слу­жи­те­лем и игу­ме­нией мона­стыря должны раз­ре­шаться в личной беседе, в духе хри­сти­ан­ской любви и стрем­ле­ния к вза­и­мо­по­ни­ма­нию. Если же послед­нее не достиг­нуто, вопрос должен быть доло­жен обеими сто­ро­нами епар­хи­аль­ному архи­ерею.

7.3. Духов­ное окорм­ле­ние насель­ни­ков

Общее духов­ное руко­вод­ство насель­ни­ками мона­стыря осу­ществ­ляет игумен, кото­рый несет ответ­ствен­ность за их духов­ное пре­успе­я­ние. Игумен при­зван наблю­дать за тем, чтобы между бра­тьями царили мир и еди­но­ду­шие, и сле­дить, чтобы пове­де­ние насель­ни­ков везде и всегда было мона­ше­ским. Игу­мену сле­дует по воз­мож­но­сти часто обра­щаться к насель­ни­кам с нази­да­нием, вооду­шев­ляя их к рев­ност­ному про­хож­де­нию мона­ше­ского пути, через общие духов­ные беседы или общее чтение тво­ре­ний святых отцов (см. также об этом ниже, в раз­деле 9.6). Насель­ники должны иметь воз­мож­ность обра­щаться со своими труд­но­стями, недо­уме­ни­ями и сму­ще­ни­ями к игу­мену, кото­рому над­ле­жит нахо­дить воз­мож­ность при­ни­мать каж­дого для лич­ного обще­ния.

При небла­го­по­луч­ном состо­я­нии брата духов­ник (духов­ная настав­ница) обязан обра­тить на это вни­ма­ние игу­мена (игу­ме­нии) или пред­ло­жить брату (сестре) открыть свое духов­ное состо­я­ние игу­мену. В случае воз­ник­но­ве­ния затруд­не­ний во вза­и­мо­от­но­ше­ниях духов­ника и вве­рен­ного его попе­че­нию монаха игумен может пере­дать руко­вод­ство иному духов­нику.

Сестры при­званы при­бе­гать к сове­там игу­ме­нии отно­си­тельно про­хож­де­ния мона­ше­ского житель­ства и борьбы со стра­стями. Такие беседы с игу­ме­нией не сле­дует отож­деств­лять с Таин­ством испо­веди ни по форме, ни по содер­жа­нию.

Испо­ведь сестер при­ни­ма­ется слу­жа­щим в мона­стыре свя­щен­ни­ком. Такой свя­щен­ник, вза­и­мо­дей­ствуя с игу­ме­нией, сохра­няет при этом само­сто­я­тель­ность в реше­нии пас­тыр­ских вопро­сов, воз­ни­ка­ю­щих в связи с испо­ве­дью сестер. Вместе с тем пас­тыр­ская прак­тика свя­щен­ника в отно­ше­нии сестер не должна нано­сить ущерба целост­но­сти мона­ше­ской общины или всту­пать в про­ти­во­ре­чие с уста­вом мона­стыря, а также духов­ным руко­вод­ством, осу­ществ­ля­е­мым игу­ме­нией. При этом, в соот­вет­ствии с цер­ков­ными уста­нов­ле­ни­ями, свя­щен­ник не вправе рас­кры­вать содер­жа­ния испо­веди сестер игу­ме­нии или другим лицам в мона­стыре.

Без бла­го­сло­ве­ния игу­мена или духов­ника мона­ше­ству­ю­щий не должен нала­гать на себя пост или молит­вен­ное пра­вило сверх поло­жен­ного, дабы не впасть в пре­лесть и не повре­дить своему спа­се­нию.

7.4. Молитва и келей­ное пра­вило

7.4.1. Зна­че­ние молитвы

Глав­ное дела­ние монаха — это молитва. «Все прочие дела­ния служат или при­го­то­ви­тель­ными, или спо­соб­ству­ю­щими сред­ствами для молитвы»44. Осно­вой про­цве­та­ния мона­ше­ской жизни явля­лось раз­ви­тие в мона­сты­рях аске­ти­че­ской прак­тики внут­рен­него молит­вен­ного дела­ния, воз­рож­де­нию кото­рой игу­мены оби­те­лей должны уде­лять особое вни­ма­ние.

Молитва соеди­няет с Богом, выра­жает бла­го­дар­ность и пока­ян­ное чув­ство, откры­вает воз­мож­ность испро­сить у Гос­пода все благое и спа­си­тель­ное, пола­гает начало каж­дому делу и освя­щает его. Через посто­ян­ное молит­вен­ное обра­ще­ние к Богу сохра­ня­ется непре­стан­ное памя­то­ва­ние о Нем и бла­го­го­вей­ное пре­бы­ва­ние перед Его очами во всякое время.

7.4.2. Келей­ное пра­вило

По словам святых отцов, у каж­дого монаха есть жиз­ненно важная потреб­ность — пред­сто­ять в своей келье одному пред Лицом Еди­ного Бога. Как гово­рит свя­ти­тель Игна­тий (Брян­ча­ни­нов), «суще­ствен­ное дела­ние монаха — молитва, как то дела­ние, кото­рое соеди­няет чело­века с Богом»45. Поэтому каж­дому мона­ше­ству­ю­щему назна­ча­ется личное келей­ное пра­вило, вклю­ча­ю­щее в себя опре­де­лен­ное коли­че­ство молитв Иису­со­вых и покло­нов, а также другие молит­во­сло­вия.

Келей­ное пра­вило опре­де­ля­ется сооб­разно с духов­ным устро­е­нием брата, телес­ными силами и испол­ня­е­мыми послу­ша­ни­ями. На испол­не­ние келей­ного пра­вила необ­хо­димо выде­лять опре­де­лен­ное время в тече­ние дня, согласно уставу оби­тели.

Пра­вило, испол­ня­е­мое еже­дневно в одно и то же время, «обра­ща­ется в навык, в необ­хо­ди­мую есте­ствен­ную потреб­ность»46 и закла­ды­вает проч­ный фун­да­мент, на кото­ром стро­ится духов­ная жизнь мона­ше­ству­ю­щего. Бла­го­даря посто­ян­ному пра­вилу монах при­об­ре­тает мирный дух, память о Боге, духов­ную рев­ность и внут­рен­нее радо­ва­ние.

Во время пре­бы­ва­ния в келье мона­ше­ству­ю­щие при­званы хра­нить и раз­ви­вать молит­вен­ный настрой, создан­ный общей цер­ков­ной молит­вой. Время уеди­не­ния посвя­ща­ется совер­ше­нию молит­вен­ного пра­вила, чтению Свя­щен­ного Писа­ния, прежде всего Еван­ге­лия, Апо­стола, Псал­тири, свя­то­оте­че­ских тол­ко­ва­ний и аске­ти­че­ских тво­ре­ний.

При совер­ше­нии келей­ного пра­вила насель­нику необ­хо­димо при­да­вать зна­че­ние не только коли­че­ству про­чи­тан­ных молит­во­сло­вий, но и их совер­ше­нию с сокру­шен­ным и сми­рен­ным серд­цем, неспеш­но­стью и вни­ма­тель­но­стью.

Игумен должен тща­тельно забо­титься о гар­мо­нич­ном соче­та­нии телес­ных трудов и келей­ных молит­вен­ных заня­тий бра­тьев, при­да­вая особое зна­че­ние внут­рен­нему молит­вен­ному дела­нию каж­дого брата, его усер­дию и посто­ян­ству в совер­ше­нии молитвы.

7.4.3. О молитве Иису­со­вой

Особое место в молит­вен­ном обще­нии с Богом зани­мает Иису­сова молитва: «Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, поми­луй мя, греш­наго». Молитва Иису­сова тре­бует от совер­ша­ю­щего ее внут­рен­него сосре­до­то­че­ния и пока­я­ния. По своей крат­ко­сти она удобна для непре­стан­ного про­из­не­се­ния, что помо­гает удер­жи­вать ум от рас­се­ян­но­сти, а плоть — от пагуб­ного воз­дей­ствия стра­стей. Явля­ясь важной частью келей­ного мона­ше­ского пра­вила для всех насель­ни­ков оби­тели, она должна быть совер­ша­ема и вне чтения пра­вила, во всякое время и на всяком месте.

7.5. Епи­ти­мьи

Поскольку на игу­мена воз­ла­га­ется ответ­ствен­ность за нрав­ствен­ное состо­я­ние и духов­ное пре­успе­я­ние братии, он при­зван не только научать и уве­ще­вать, но в необ­хо­ди­мых слу­чаях и обли­чать братию, а также нака­зы­вать про­ви­нив­шихся. При этом «как насто­я­тель… без стра­сти должен про­из­во­дить вра­че­ва­ние немощ­ных, так и вра­чу­е­мым должно при­ни­мать нака­за­ния не во вражду и не мучи­тель­ством почи­тать попе­че­ние, какое насто­я­тель из состра­да­ния при­ла­гает о спа­се­нии души»47.

Цель епи­ти­мии — помочь брату осо­знать свой грех или страсть и встать на путь пока­я­ния. Под­ле­жа­щие епи­ти­мии братия должны при­ни­мать нала­га­е­мые нака­за­ния «с таким рас­по­ло­же­нием, какое при­лично боль­ному и нахо­дя­ще­муся в опас­но­сти жизни <…> с полным дове­рием к любви и опыт­но­сти нака­зу­ю­щего и с жела­нием увра­че­ва­ния»48.

Как нельзя раз­лич­ные телес­ные болезни лечить одним и тем же лекар­ством, так и духов­ные меры исправ­ле­ния могут быть раз­лич­ными, но при этом должны соот­вет­ство­вать пра­ви­лам Церкви и уставу оби­тели. Мерами духов­ного вос­пи­та­ния явля­ются сло­вес­ный выго­вор наедине или при других бра­тьях и епи­ти­мья, то есть опре­де­лен­ное пока­ян­ное дела­ние, телес­ный труд или неко­то­рое огра­ни­че­ние, нала­га­е­мое игу­ме­ном ради душев­ного исце­ле­ния и исправ­ле­ния брата. В каче­стве край­ней формы нака­за­ния, когда иные меры не при­вели к исправ­ле­нию насель­ника, может быть при­нято реше­ние о его изгна­нии из мона­стыря (см. ниже раздел 10.2.1).

Епи­ти­мья назна­ча­ется с рас­суж­де­нием, при­ни­мая во вни­ма­ние все обсто­я­тель­ства про­ступка и пользу самого брата, как то запо­ве­дует свя­ти­тель Васи­лий Вели­кий: «По усмот­ре­нию насто­я­те­лей должны быть опре­де­ля­емы время и род нака­за­ния, сооб­разно с телес­ным воз­рас­том, душев­ным состо­я­нием и раз­ли­чием греха»49.

В целях духов­ной под­держки братии игу­мену необ­хо­димо при­ме­нять и духов­ные поощ­ре­ния, в соот­вет­ствии с тра­ди­ци­ями мона­стыря. Боль­шое зна­че­ние имеет оте­че­ское вни­ма­ние, обод­ря­ю­щее слово, бла­го­сло­ве­ние и всякое про­яв­ле­ние мило­сти к брату, при­ла­га­ю­щему усилия к исправ­ле­нию или нуж­да­ю­ще­муся в укреп­ле­нии духов­ных сил.

В жен­ских мона­сты­рях епи­ти­мии, свя­зан­ные с про­ступ­ками сестер против устава, бла­го­чи­ния или внут­рен­него рас­по­рядка жизни оби­тели, нала­га­ются игу­ме­нией. Епи­ти­мии, обу­слов­лен­ные гре­хами, откры­тыми на испо­веди, нала­га­ются испо­ве­ду­ю­щим свя­щен­ни­ком, кото­рый в своем реше­нии должен сооб­ра­зо­вы­ваться с поряд­ком жизни оби­тели и, в необ­хо­ди­мых слу­чаях, ста­вить в извест­ность игу­ме­нию о нало­жен­ной епи­ти­мии.

VIII. Внут­рен­ний уклад мона­стыря

8.1. Устрой­ство оби­тели

Внеш­нее и внут­рен­нее устрой­ство оби­тели направ­лено на то, чтобы обес­пе­чить мона­ше­ству­ю­щим необ­хо­ди­мые усло­вия для избран­ного ими образа жизни: отде­лен­ность от внеш­него мира, воз­мож­ность уча­стия в бого­слу­же­ниях и совер­ше­ния келей­ных молитв, и несе­ния послу­ша­ний.

Доступ мирян на тер­ри­то­рию мона­стыря должен быть огра­ни­чен опре­де­лен­ным вре­ме­нем. Внут­рен­нее про­стран­ство мона­стыря жела­тельно раз­де­лить на:

  • обще­до­ступ­ную тер­ри­то­рию;
  • частично доступ­ную для гостей оби­тели тер­ри­то­рию;
  • внут­рен­нюю тер­ри­то­рию, закры­тую для мирян.

Цер­ков­ная тра­ди­ция, не воз­бра­няя миря­нам при­сут­ство­вать за мона­стыр­скими бого­слу­же­ни­ями, преду­смат­ри­вает нали­чие отдель­ных от обще­до­ступ­ного про­стран­ства храма мест для молитвы братии. Кроме того, в мона­сты­рях жела­тельно преду­смот­реть устро­е­ние отдель­ного храма (воз­можно, домо­вого) на внут­рен­ней тер­ри­то­рии оби­тели для совер­ше­ния насель­ни­ками уеди­нен­ного молит­вен­ного пра­вила и бого­слу­же­ний.

Тот, кто хочет пре­успеть в ино­че­стве, должен со всей реши­мо­стью отречься от мира, при­не­сти в жертву все свои при­вя­зан­но­сти и все­цело дове­риться Богу, жить по пра­ви­лам Святой Пра­во­слав­ной Церкви, в послу­ша­нии игу­мену.

Все насель­ники при­званы ува­жать своего духов­ного настав­ника и осо­зна­вать, что послу­ша­ние, явля­ясь одной из важных доб­ро­де­те­лей, вве­ряет монаха в руки Божии и облег­чает путь к обре­те­нию под­лин­ной духов­ной сво­боды.

Успеш­ное про­хож­де­ние мона­ше­ского поприща также осно­вы­ва­ется на любви ко всем бра­тьям во Христе, стрем­ле­нии тер­петь немощи других, забы­вать о себе ради упо­ко­е­ния ближ­них. При этом насель­ни­кам сле­дует осте­ре­гаться тайных встреч и собе­се­до­ва­ний, зная, что через это они откры­вают вход в свое сердце многим стра­стям и раз­ру­шают един­ство брат­ства. Равная любовь мона­ше­ству­ю­щего ко всем своим собра­тьям, мир и еди­но­ду­шие с ними соде­лы­вают его истин­ным членом мона­ше­ского брат­ства. Если между бра­тьями про­изой­дет какое-нибудь недо­ра­зу­ме­ние, ссора, необ­хо­димо пога­сить их обо­юд­ным про­ще­нием и сми­ре­нием и тотчас вос­ста­но­вить мир и любовь, помня завет апо­стола Павла: «Солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4:26).

Пре­бы­вая в мона­стыре, инок должен всегда памя­то­вать, что при выборе мона­ше­ского пути цело­муд­рием дости­га­ется внут­рен­няя целост­ность, пока­я­нием очи­ща­ется сердце, обре­та­ется душев­ная чистота, бли­зость к Богу, любовь к Нему. Вопло­ще­нию в жизнь мона­ше­ских обетов нередко пре­пят­ствуют ранее при­об­ре­тен­ные гре­хов­ные навыки или стра­сти. Послед­ние, согласно пре­по­доб­ному Исааку Сирину, «суть дверь, заклю­чен­ная пред лицем чистоты»50. Борьбу с этими «болез­нями души»51 святые отцы согласно при­знают пер­во­сте­пен­ной зада­чей монаха. Для успеш­ного веде­ния этой борьбы необ­хо­димо непре­станно обра­щать вни­ма­ние на наи­бо­лее сильно дей­ству­ю­щие в душе стра­сти и при­ла­гать все усилия, чтобы их иско­ре­нять пока­я­нием, молит­вой, постом, послу­ша­нием и доб­ро­де­те­лями.

Прежде всего, мона­ше­ству­ю­щий при­зван при­ле­жать молит­вен­ному дела­нию. При­зна­ком духов­ной рев­но­сти под­ви­за­ю­ще­гося явля­ется стрем­ле­ние к неопу­сти­тель­ному посе­ще­нию бого­слу­же­ний, к усерд­ному испол­не­нию келей­ного пра­вила и молитвы Иису­со­вой, пред­по­чи­та­е­мое празд­ному обще­нию и сует­ным заня­тиям, о кото­рых Гос­подь сказал: «За всякое празд­ное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда: ибо от слов своих оправ­да­ешься, и от слов своих осу­дишься» (Мф. 12:36–37).

Духов­ному пре­успе­я­нию мона­ше­ству­ю­щего спо­соб­ствует само­от­вер­жен­ное несе­ние трудов на благо оби­тели. Каждый мона­ше­ству­ю­щий при­зван с усер­дием и любо­вью на месте своего послу­ша­ния слу­жить брат­ству. Бра­то­лю­бие, готов­ность жерт­во­вать собой ради брата — одна из самых высо­ких доб­ро­де­те­лей обще­жи­тель­ного монаха.

Усло­вием для про­цве­та­ния оби­тели и пре­успе­я­ния каж­дого монаха явля­ется соблю­де­ние правил мона­стыр­ского бла­го­чи­ния, изло­жен­ных в уставе мона­стыря и в общих уста­вах мона­ше­ской жизни, келей­ное и общее чтение кото­рых укреп­ляет как ново­на­чаль­ных, так и более опыт­ных бра­тьев в наме­ре­нии вести жизнь рав­но­ан­гель­ную. Пра­вила бла­го­чи­ния уста­нав­ли­ва­ются в мона­стыре не столько ради внеш­него порядка и дис­ци­плины, сколько ради вос­пи­та­ния в мона­ше­ству­ю­щих бла­го­го­вей­ного настроя, содей­ствия молит­вен­ному дела­нию и сози­да­нию в оби­тели духа еди­не­ния. Поэтому мона­ше­ству­ю­щие при­званы соблю­дать эти пра­вила не фор­мально, а с рев­но­стью и любо­вью.

Каж­дому мона­ше­ству­ю­щему сле­дует хра­нить обще­жи­тель­ный строй мона­ше­ской жизни, стре­миться к неис­ход­ному пре­бы­ва­нию в мона­стыре, любить общие бого­слу­же­ния, общие труды и иные общие собра­ния брат­ства, вклю­чая общую тра­пезу, избе­гая поиска пер­вен­ства, а также жела­ния иметь что-либо отдельно от других, будь то особая пища, одежда и вещи, иное особое иму­ще­ство или особые усло­вия жизни.

8.2. О мона­ше­ской келье

Келья дает воз­мож­ность мона­ше­ству­ю­щему сосре­до­то­читься, рас­смот­реть свое духов­ное состо­я­ние, свои помыслы и дей­ствия, раз­мыс­лить о своих грехах, под­го­то­виться к таин­ству испо­веди. При рас­се­ле­нии братий игумен учи­ты­вает осо­бен­но­сти их телес­ного и душев­ного состо­я­ния.

Мона­стыр­ская келья предо­став­ля­ется мона­ше­ству­ю­щему в поль­зо­ва­ние, и он не волен без бла­го­сло­ве­ния игу­мена рас­по­ря­жаться ею и иму­ще­ством в ней по своему усмот­ре­нию. Мона­ше­ству­ю­щий, совест­ливо отно­сясь к иму­ще­ству мона­стыря, должен содер­жать келью в чистоте и порядке, акку­ратно и бережно поль­зо­ваться мона­стыр­скими вещами.

Обста­новка в келье должна быть про­стой и стро­гой, помо­га­ю­щей мона­ше­ству­ю­щему при­об­ре­сти молит­вен­ное настро­е­ние и бла­го­го­ве­ние. Лучшим укра­ше­нием ино­че­ской кельи служат духов­ные книги: Свя­щен­ное Писа­ние и свя­то­оте­че­ские тво­ре­ния о мона­ше­ской жизни. По слову свя­ти­теля Епи­фа­ния Кипр­ского, «одно воз­зре­ние на эти книги отвра­щает от греха и поощ­ряет к доб­ро­де­тели»52. Настав­ники мона­ше­ству­ю­щих сове­туют, чтобы в мона­ше­ской келье не было ничего лиш­него: «В келье должно иметь только самые нужные при­над­леж­но­сти, по воз­мож­но­сти про­стые»53. В келье не должно заво­дить раз­лич­ных пред­ме­тов при­хоти и рос­коши, и всего, что спо­соб­ствует раз­вле­че­нию и обра­щает ум к миру, отвле­кает от молитвы и духов­ного дела­ния. «…Обна­жим нашу келию от богатств, а душу от стра­стей, чтобы наша жизнь и мона­ше­ская миссия при­об­рели смысл, потому что где мате­ри­аль­ное богат­ство, там духов­ное убо­же­ство…»54. Чтобы не отвле­каться от внут­рен­него трез­ве­ния, святые отцы запо­ве­дуют книг, «вред­ных для нрав­ствен­но­сти, отнюдь не читать, даже не иметь в келии»55.

Игумен и упол­но­мо­чен­ные им братья могут посе­щать кельи мона­ше­ству­ю­щих. Братии же сле­дует воз­дер­жи­ваться от посе­ще­ния других келий, как учил пре­по­доб­ный Амвро­сий Оптин­ский: «В кельи не ходить и к себе гостей не водить…»56. Не сле­дует при­ни­мать в кельях мир­ских людей, даже род­ствен­ни­ков (для этого жела­тельно иметь в мона­стыре отдель­ное поме­ще­ние).

Вку­ше­ние пищи в кельях допу­стимо только в исклю­чи­тель­ных слу­чаях (к при­меру, в болезни), по бла­го­сло­ве­нию игу­мена.

Совре­мен­ные инфор­ма­ци­онно-ком­му­ни­ка­ци­он­ные тех­но­ло­гии спо­соб­ствуют непре­рыв­ному инфор­ма­ци­он­ному обмену с широ­ким кругом лиц, что про­ти­во­ре­чит мона­ше­скому прин­ципу уда­ле­ния от мир­ской суеты. Исполь­зо­ва­ние ука­зан­ных тех­но­ло­гий насель­ни­ками мона­сты­рей может осу­ществ­ляться только по бла­го­сло­ве­нию игу­мена, для само­об­ра­зо­ва­ния или с иной целью, опре­де­лен­ной руко­вод­ством оби­тели.

8.3. Послу­ша­ния и труды в мона­стыре

«Пусть каждый, — настав­ляет пре­по­доб­ный Феодор Студит, — испол­няет свое слу­же­ние, и какое принял от Бога даро­ва­ние, тем пусть и служит на общую пользу»57. Мона­стыр­ские труды назы­ва­ются послу­ша­ни­ями и «соеди­нены с отре­че­нием от своей воли и от своих разу­ме­ний»58. При­шед­ший в мона­стырь не изби­рает себе заня­тие по своей воле и рас­суж­де­нию, но с бла­го­го­ве­нием, сми­ре­нием и дове­рием при­ем­лет назна­че­ние на мона­стыр­ские работы от игу­мена, кото­рый рас­пре­де­ляет послу­ша­ния, при­ни­мая во вни­ма­ние спо­соб­но­сти, обра­зо­ва­ние, духов­ное устро­е­ние и здо­ро­вье, а глав­ное, духов­ную пользу каж­дого. Мысль о Христе должна пре­бы­вать в уме мона­ше­ству­ю­щего, в том числе при труде на благо оби­тели.

Ни свя­щен­ный сан, ни мона­ше­ский чин не осво­бож­дают насель­ни­ков от необ­хо­ди­мо­сти труда. Игумен, если ему поз­во­ляют воз­раст и состо­я­ние здо­ро­вья, должен первым пода­вать в этом пример братии.

Разум­ное отно­ше­ние к мона­стыр­ским трудам содей­ствует духов­ному пре­успе­я­нию мона­ше­ству­ю­щих, по слову пре­по­доб­ных отцов: «Кто делит свое время между руко­де­лием и молит­вою, тот тело укро­щает трудом, а душу, кото­рая, тру­дясь вместе с телом, вожде­ле­вает нако­нец отдох­но­ве­ния, рас­по­ла­гает чрез то к молитве, как к делу более лег­кому, и при­во­дит к ней усерд­ною и с живыми силами»59.

Все послу­ша­ния братья должны испол­нять не ради соб­ствен­ной выгоды, но исклю­чи­тельно ради общей пользы, чтобы брат­ство могло обес­пе­чи­вать себя и имело необ­хо­ди­мые сред­ства для даль­ней­шего раз­ви­тия. При этом сле­дует пом­нить, что в мона­стыре воз­можно зани­маться лишь такими искус­ствами и ремес­лами, кото­рые «не нару­шают мира и без­мол­вия»60.

Боль­шую пользу духов­ному устро­е­нию мона­ше­ству­ю­щих при­но­сят общие труды, в кото­рых, по воз­мож­но­сти, участ­вует все брат­ство61. Общие труды укреп­ляют в брат­стве дух вза­им­ной любви, а самим бра­тьям достав­ляют пра­виль­ное мона­ше­ское рас­по­ло­же­ние и пони­ма­ние того, что «все, дела­е­мое ради Бога, не мало­важно, но велико, духовно и достойно небес и при­вле­кает нам тамош­ния награды»62.

Назна­че­ние послу­ша­ний тре­бует от игу­мена осо­бен­ной рас­су­ди­тель­но­сти, чтобы не при­не­сти вреда бра­тьям, то есть не «пору­чить им такие дела, кото­рые будут уве­ли­чи­вать их иску­ше­ния»63.

Каждый мона­ше­ству­ю­щий при­зван испол­нять воз­ло­жен­ное на него послу­ша­ние со всей тща­тель­но­стью и ответ­ствен­но­стью. Любое послу­ша­ние в мона­стыре — это не просто работа, но духов­ное дела­ние, от кото­рого зави­сит внут­рен­нее пре­успе­я­ние мона­ше­ству­ю­щего: «Кто при­ле­жен в телес­ных рабо­тах, тот таков же и в душев­ных»64. «Послу­ша­ние испол­няя, считай, что оно тебе пору­чено от Гос­пода через чело­века, и от усер­дия испол­не­ния его зави­сит твое спа­се­ние»65.

Важно, чтобы мона­стыр­ские труды не пре­пят­ство­вали духов­ному дела­нию насель­ни­ков. Мона­ше­ству­ю­щие должны испол­нять всякое послу­ша­ние с усер­дием, как дело Божие, однако, при этом, избе­гать при­стра­стия к своему труду и не посвя­щать ему все свое время и силы в ущерб молитве. На допол­ни­тель­ные работы, в осо­бен­но­сти те, кото­рые испол­ня­ются во время бого­слу­же­ния, сле­дует испра­ши­вать бла­го­сло­ве­ние игу­мена.

Игу­мену сле­дует наблю­дать за тем, чтобы строй мона­стыр­ской жизни предо­став­лял мона­ше­ству­ю­щим воз­мож­ность участ­во­вать в суточ­ном круге бого­слу­же­ний, совер­шать свое келей­ное пра­вило, зани­маться чте­нием в уеди­не­нии. Молитва должна сопро­вож­дать и сами труды. Братья, нахо­дя­щи­еся на одном послу­ша­нии, перед нача­лом и по окон­ча­нии труда вместе молятся, испра­ши­вая бла­го­сло­ве­ние на труд у Гос­пода или бла­го­даря Его за подан­ную помощь.

В оби­тели может быть введен обычай пере­ме­нять бра­тьям послу­ша­ния (кроме тех, кото­рые тре­буют особых навы­ков, умений или опре­де­лен­ного обра­зо­ва­ния) ради того, чтобы не было при­стра­стия к испол­ня­е­мой работе и чрез­мер­ного увле­че­ния ею. «Сим обра­зом наи­лучше сохра­ня­ется и укреп­ля­ется бра­то­лю­бие, еди­но­ду­шие и еди­но­мыс­лие»66.

Пре­по­доб­ный Амвро­сий Оптин­ский писал: «Утом­ле­ние от внеш­них трудов не уни­чи­жай, не пре­зи­рай. Утом­ле­ние это всеми свя­тыми отцами одоб­ря­ется не только среди обще­ствен­ной жизни мона­стыр­ской, но и в уеди­нен­ной жизни без­молв­ной. Святой Исаак Сирин прямо гово­рит, что не Дух Божий живет в любя­щих покой и отрад­ную жизнь, а дух мира. Ежели мы не можем поне­сти тру­до­вую жизнь, по край­ней мере должны сми­ряться и зази­рать себя в этом, а не осуж­дать то, что одоб­ря­ется еди­но­гласно всеми свя­тыми отцами, так как запо­ве­дано пре­сту­пив­шему чело­ве­че­ству в поте лица сне­дать хлеб, пита­ю­щий тело и душу»67.

8.4. Попе­че­ние о боль­ных и пре­ста­ре­лых

Мона­стырь забо­тится о каждом насель­нике, предо­став­ляя ему полное содер­жа­ние (келью, пита­ние, уход) при потере им тру­до­спо­соб­но­сти по ста­ро­сти или болезни вплоть до его кон­чины.

8.4.1. Отно­ше­ние мона­ше­ству­ю­щих к боль­ным бра­тиям и к болез­ням

О боль­ных надо иметь особое попе­че­ние, служа им, как Христу, Кото­рый сказал: «Был болен, и вы посе­тили Меня» (Мф. 25:36) и «Так как вы сде­лали это одному из сих бра­тьев Моих мень­ших, то сде­лали Мне» (Мф. 25:40).

Забот­ли­вое отно­ше­ние к немощ­ным и пожи­лым насель­ни­кам, любовь к ним и попе­че­ние об их нуждах явля­ется при­зна­ком духов­ной зре­ло­сти брат­ства и его под­линно мона­ше­ского устро­е­ния, осно­ван­ного на еван­гель­ских запо­ве­дях. Боль­ным и пре­ста­ре­лым бра­тьям со своей сто­роны не сле­дует печа­лить слу­жа­щих им братий излиш­ними тре­бо­ва­ни­ями.

Боль­ной должен всякую болезнь при­ни­мать как попу­щен­ное Богом испы­та­ние или как про­яв­ле­ние про­мыс­ли­тель­ного дей­ствия Божия и потому при­ни­мать недуг с покор­но­стью воле Божией. Вместе с тем боль­ной не должен пре­не­бре­гать при­ли­че­ству­ю­щими меди­цин­скими сред­ствами, чтобы попра­вить здо­ро­вье.

8.4.2. Орга­ни­за­ция меди­цин­ской помощи в мона­стыре

Забо­лев­шим насель­ни­кам, не тре­бу­ю­щим пре­бы­ва­ния в отдель­ном поме­ще­нии, меди­цин­ская помощь ока­зы­ва­ется в меди­цин­ском каби­нете мона­стыря (если тако­вой име­ется). Им выда­ются лечеб­ные сред­ства для келей­ного упо­треб­ле­ния. Меди­цин­ская помощь может ока­зы­ваться как мона­стыр­ским врачом или меди­цин­ской сест­рой (если тако­вые име­ются), так и при­хо­дя­щим спе­ци­а­ли­стом. При необ­хо­ди­мо­сти насель­ники оби­тели полу­чают лече­ние в меди­цин­ских учре­жде­ниях за счет мона­стыря.

Для боля­щих насель­ни­ков, кото­рым в связи с осо­бен­но­стями забо­ле­ва­ния или пре­клон­ным воз­рас­том необ­хо­димо пре­бы­вать в уеди­не­нии и покое, в мона­сты­рях жела­тельно устра­и­вать боль­ницу, в кото­рой они могли бы полу­чать меди­цин­скую помощь и пита­ние. Тяжело боля­щим насель­ни­кам должен ока­зы­ваться круг­ло­су­точ­ный уход с учетом состо­я­ния их здо­ро­вья.

Пища боль­ным при­но­сится от общей тра­пезы, но по реко­мен­да­ции врачей может быть при­го­тов­лена отдельно, с учетом воз­раста боль­ного, его состо­я­ния здо­ро­вья и, в разум­ных пре­де­лах, — его жела­ния.

Пре­ста­ре­лые и боля­щие насель­ники по воз­мож­но­сти должны посе­щать мона­стыр­ские бого­слу­же­ния. В боль­нич­ном кор­пусе может быть устроен домо­вый храм для совер­ше­ния бого­слу­же­ний.

8.5. Духов­ное обра­зо­ва­ние насель­ни­ков мона­сты­рей

Духов­ное обра­зо­ва­ние насель­ни­ков мона­сты­рей вклю­чает в себя поуче­ния игу­мена, само­сто­я­тель­ное изу­че­ние насель­ни­ками духов­ной лите­ра­туры. При этом каждый насель­ник мона­стыря обязан полу­чить духов­ное обра­зо­ва­ние в объеме, опре­де­ля­е­мом соот­вет­ству­ю­щими обще­цер­ков­ными доку­мен­тами. Заня­тия науч­ными тру­дами и иссле­до­ва­ни­ями тра­ди­ци­онно были одним из видов дея­тель­но­сти мона­ше­ству­ю­щих.

8.5.1. Поуче­ния игу­мена

Одна из основ­ных обя­зан­но­стей игу­мена — регу­лярно про­во­дить с брат­ством беседы на духов­ные темы, чтобы обнов­лять в них рев­ность к ино­че­ской жизни, разъ­яс­нять основы духов­ного дела­ния. Так, осно­ва­тель обще­жи­тель­ного мона­ше­ства пре­по­доб­ный Пахо­мий «гово­рил поуче­ния каждый вечер, а иногда и после ночной молитвы»68. Часто про­во­дили духов­ные беседы с бра­тией авва Доро­фей, пре­по­доб­ные Феодор Студит, Симеон Новый Бого­слов. «Когда овцы пасутся, пас­тырь да не пере­стает упо­треб­лять сви­рель слова, — пишет пре­по­доб­ный Иоанн Лествич­ник, — ибо волк ничего так не боится, как гласа пас­тыр­ской сви­рели»69. Неболь­шие чтения-беседы, про­во­ди­мые не реже одного раза в неделю, питают души бра­тьев словом Божиим, ста­но­вятся для них источ­ни­ком спа­си­тель­ного знания, вдох­но­ве­ния и духов­ной бод­ро­сти.

Духов­ные беседы сози­дают в мона­стыре дух един­ства и спо­соб­ствуют более усерд­ному про­хож­де­нию мона­ше­ству­ю­щими своего подвига. В мона­стыр­ских скитах и на подво­рьях беседы может про­во­дить стар­ший брат, на кото­рого воз­ло­жено управ­ле­ние скитом или подво­рьем. Эти беседы должны про­хо­дить в одном духе с настав­ле­ни­ями игу­мена, чтобы в брат­стве сохра­ня­лось еди­но­мыс­лие. При этом игумен не должен остав­лять своим попе­че­нием тех членов брат­ства, кото­рые живут в неко­то­ром отда­ле­нии от прочих. В его обя­зан­но­сти входит посе­щать и нази­дать их словом.

8.5.2. Само­сто­я­тель­ное чтение духов­ной лите­ра­туры

Под­лин­ная духов­ная жизнь зиждется на знании истины, выра­жен­ной в учении Церкви, и потому мона­ше­ству­ю­щим необ­хо­димо тща­тельно изу­чать Свя­щен­ное Писа­ние, основы пра­во­слав­ной веры, дог­маты и каноны, свя­то­оте­че­ское пре­да­ние. Неда­ром святые отцы утвер­ждают, что чтение явля­ется одним из самых суще­ствен­ных дела­ний монаха, и только тот может носить имя монаха, кто вос­пи­тан святым чте­нием70.

Прежде всего, монах должен упраж­няться в чтении Свя­щен­ного Писа­ния, в осо­бен­но­сти Еван­ге­лия и апо­столь­ских посла­ний. Бла­го­даря еже­днев­ному бла­го­го­вей­ному чтению книг Нового Завета ум и сердце чело­века усва­и­вают закон Хри­стов.

Чтение книг, подо­бран­ных с рас­суж­де­нием и по бла­го­сло­ве­нию игу­мена, при­но­сит неоце­ни­мую пользу, под­дер­жи­вая рев­ность, соби­рая ум и служа пре­крас­ным при­го­тов­ле­нием для заня­тия Иису­со­вой молит­вой. Мона­ше­ству­ю­щим также весьма полезно чтение книг по дог­ма­тике, экзе­ге­тике, исто­рии Церкви, бого­слу­жеб­ному уставу и другим бого­слов­ским и цер­ковно-исто­ри­че­ским дис­ци­пли­нам. В обя­зан­но­сти игу­мена входит орга­ни­за­ция мона­стыр­ской биб­лио­теки.

8.5.3. Полу­че­ние бого­слов­ского обра­зо­ва­ния насель­ни­ками мона­сты­рей

Для мона­ше­ству­ю­щих, гото­вя­щихся к руко­по­ло­же­нию, явля­ется обя­за­тель­ным нали­чие обра­зо­ва­ния, полу­чен­ного в духов­ной семи­на­рии, духов­ной ака­де­мии или ином духов­ном учеб­ном заве­де­нии. Жела­тельно, чтобы обра­зо­ва­ние было полу­чено братом до поступ­ле­ния в мона­стырь, поскольку неиз­бежно свя­зан­ное с обу­че­нием пре­бы­ва­ние в миру будет рас­стра­и­вать его внут­рен­нее рас­по­ло­же­ние. Если чело­век посту­пает в духов­ное учеб­ное заве­де­ние уже будучи насель­ни­ком мона­стыря, для него пред­по­чти­тель­нее заоч­ная форма обу­че­ния.

Уместно также регу­ляр­ное про­ве­де­ние для насель­ни­ков лекций по основ­ным цер­ков­ным дис­ци­пли­нам, кото­рые жела­тельно орга­ни­зо­вы­вать в стенах оби­тели.

Попе­че­ние о том, чтобы мона­ше­ству­ю­щие знали пра­во­слав­ное веро­уче­ние и имели твер­дые и здра­вые поня­тия о дог­ма­тах Церкви, должно быть одной из глав­ных забот игу­мена. Вместе с тем, помня о том, что знание, не сопря­жен­ное с любо­вью, дела­ется источ­ни­ком над­ме­ния (ср. 1Кор. 8:1), игумен должен вся­че­ски забо­титься о том, чтобы их полу­че­ние содей­ство­вало братии в науче­нии хри­сти­ан­ским доб­ро­де­те­лям и стя­жа­нии истинно хри­сти­ан­ского духа.

Братья, не гото­вя­щи­еся к при­ня­тию свя­щен­ного сана, и сестры жен­ских мона­сты­рей также должны полу­чить бого­слов­ские знания. Освя­щен­ный Архи­ерей­ский Собор Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви 2011 года указал: «Внут­рен­нее совер­шен­ство­ва­ние не только не про­ти­во­ре­чит, но и укреп­ля­ется бого­слов­скими зна­ни­ями: каж­дому монаху и мона­хине в воз­расте до 40 лет жела­тельно полу­чить духов­ное обра­зо­ва­ние, хотя бы на уровне учи­лища [в насто­я­щее время — полу­ба­ка­лаври­ата]» (Опре­де­ле­ние о вопро­сах внут­рен­ней жизни и внеш­ней дея­тель­но­сти Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, п. 25).

8.6. Об отно­ше­нии к род­ствен­ни­кам

При при­ня­тии в оби­тель ново­на­чаль­ного послуш­ника игумен должен разъ­яс­нить ему, что вступ­ле­ние в мона­стырь озна­чает остав­ле­ние мира и всех мир­ских отно­ше­ний, рас­спро­сить его об остав­шихся в миру род­ствен­ни­ках, а также о нали­чии соб­ствен­ных детей (см. 6.1.). Необ­хо­димо выяс­нить, есть ли среди его близ­ких тот, кто спо­со­бен и согла­сен обес­пе­чи­вать боль­ных, пре­ста­ре­лых и немощ­ных род­ствен­ни­ков. Все эти вопросы сле­дует решить до поступ­ле­ния в мона­стырь.

При постри­же­нии в мантию монаху запо­ве­ду­ется: «Да не воз­лю­биши ниже отца, ниже матерь, ниже братию, ниже коего от своих <…> паче Бога»71. Посту­пая в оби­тель, мона­ше­ству­ю­щий остав­ляет свой родной дом и семью и обре­тает новую семью — духов­ную, веруя, что Гос­подь не оста­вит его близ­ких Своим попе­че­нием. Это не озна­чает, что запо­ведь Христа о любви к Богу и ближ­ним не рас­про­стра­ня­ется на родных и близ­ких мона­ше­ству­ю­щего. Она должна выра­жаться прежде всего в молитве об их спа­се­нии.

С бла­го­сло­ве­ния игу­мена допус­ка­ется посе­ще­ние мона­стыря род­ствен­ни­ками мона­ше­ству­ю­щего, во время кото­рого они могут про­жи­вать в мона­стыр­ской гости­нице, посе­щать бого­слу­же­ния, говеть и при­ча­щаться. Встречи насель­ни­ков с род­ствен­ни­ками внутри мона­стыря должны совер­шаться с бла­го­сло­ве­ния игу­мена в особо отве­ден­ном для этого месте.

В отдель­ных слу­чаях, по бла­го­сло­ве­нию игу­мена, насель­ник может посе­тить близ­ких род­ствен­ни­ков вне мона­стыря, к при­меру, во время тяже­лой болезни, или выехать из мона­стыря для уча­стия в погре­бе­нии род­ствен­ни­ков.

8.7. Отно­ше­ние мона­ше­ству­ю­щих к иму­ще­ству

Стре­мя­щийся к еван­гель­скому совер­шен­ству и изби­ра­ю­щий мона­ше­ский образ жизни должен осво­бо­дить себя от попе­че­ния об иму­ще­стве. Обос­но­ва­ние этому можно найти в еван­гель­ских уста­нов­ле­ниях. Обра­ща­ясь к неко­ему чело­веку, вопро­ша­ю­щему: «Что сде­лать мне доб­рого, чтобы иметь жизнь вечную?», — Хри­стос сказал: «Если хочешь быть совер­шен­ным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокро­вище на небе­сах; и при­ходи и следуй за Мною» (Мф. 19, 16 и 21). При­стра­стие к обла­да­нию иму­ще­ством пре­пят­ствует духов­ному раз­ви­тию чело­века. Гос­подь сказал Своим уче­ни­кам: «Как трудно наде­ю­щимся на богат­ство войти в Цар­ствие Божие!» (Мк. 10:24). Жизнь святых апо­сто­лов являет собой пример доб­рого нес­тя­жа­ния. Святой Петр сви­де­тель­ство­вал Гос­поду от лица апо­столь­ского лика: «Вот, мы оста­вили всё и после­до­вали за Тобою» (Мк. 10:28).

Каждый монах во время пострига дает обет пре­быть «до смерти в нес­тя­жа­нии и воль­ней Христа ради во общем житии сущей нищете, ничтоже себе самому стя­жа­вая или храня, разве яже на общую потребу, и се от послу­ша­ния, а не от своего про­из­во­ле­ния»72.

Отка­зы­ва­ясь от стя­жа­ния иму­ще­ства, мона­ше­ству­ю­щий отла­гает лишнее попе­че­ние, стре­мясь осво­бо­дить свое сердце для Бого­об­ще­ния. По слову пре­по­доб­ного Иоанна Лествич­ника, «нес­тя­жа­ние есть отло­же­ние земных попе­че­ний, без­за­бот­ность о жизни, невоз­бра­ня­е­мое путе­ше­ствие, вера запо­ве­дям Спа­си­теля; оно чуждо печали»73. Вот почему свя­ти­тель Игна­тий (Брян­ча­ни­нов) гово­рил, что «иму­ще­ством, богат­ством, сокро­ви­щем инока должен быть Гос­подь наш Иисус Хри­стос»74. Нес­тя­жа­ние по праву может быть названо Боже­ствен­ным при­зы­вом к ищущим духов­ного совер­шен­ства, по слову Христа Спа­си­теля: «Всякий из вас, кто не отре­шится от всего, что имеет, не может быть Моим уче­ни­ком» (Лк. 14:33).

По кано­нам Пра­во­слав­ной Церкви «монахи не должны иметь ничего соб­ствен­ного, но все, им при­над­ле­жа­щее, да утвер­жда­ется за мона­сты­рем»75. Поэтому при­об­ре­тать личное иму­ще­ство (недви­жи­мость, транс­порт­ные сред­ства, мебель, быто­вую тех­нику и тому подоб­ное) монаху не подо­бает. Тем более недо­пу­стима какая-либо част­ная дея­тель­ность мона­ше­ству­ю­щих с целью извле­че­ния для себя мате­ри­аль­ной выгоды в любом ее виде. В мона­стыре все иму­ще­ство явля­ется общим и при­над­ле­жа­щим мона­стырю. Если мона­ше­ству­ю­щим и жерт­ву­ется иму­ще­ство, то жерт­ву­ется им как насель­ни­кам мона­стыря, а потому необ­хо­димо его при­зна­вать мона­стыр­ским.

До вступ­ле­ния своего в брат­ство взыс­ку­ю­щий мона­ше­ской жизни должен объ­явить игу­мену о той соб­ствен­но­сти, кото­рой обла­дает. Реше­ние о том, как рас­по­ря­диться этой соб­ствен­но­стью при­ни­мает постри­га­ю­щийся в мона­ше­ство по обсуж­де­нии с игу­ме­ном.

От всту­па­ю­щих в мона­стырь не сле­дует тре­бо­вать какого-либо взноса, но, напро­тив, бес­ко­рыстно при­ни­мать всех искренно жела­ю­щих посвя­тить себя Богу в ино­че­ской жизни. Если мона­ше­ству­ю­щий сделал какое-либо пожерт­во­ва­ние мона­стырю, то он не должен выдви­гать для себя особых усло­вий. Игу­мену над­ле­жит забо­титься с оте­че­ским рас­по­ло­же­нием о том, чтобы каждый брат полу­чал необ­хо­ди­мое пита­ние, одежду, меди­цин­скую помощь и прочее, что ему тре­бу­ется.

Не имея при­стра­стия ни к каким вещам, мона­ше­ству­ю­щие, тем не менее, при­званы бережно отно­ситься к иму­ще­ству оби­тели. Пожерт­во­ван­ное мона­стырю братья должны при­ни­мать с бла­го­дар­но­стью и молит­вой о милу­ю­щих и пита­ю­щих, почи­тая все подан­ное даром Божиим. Вещи, выда­ва­е­мые насель­ни­кам от мона­стыря, нужно при­ни­мать со сми­ре­нием и бла­го­дар­но­стью.

Мона­стырь — это место подвига, в кото­ром необ­хо­димо не искать упо­ко­е­ния своей плоти, а под­ви­заться в борьбе с грехом. По словам пре­по­доб­ного Паисия (Велич­ков­ского), «лучше оста­ваться в миру, нежели, отрек­шись от мира и всего мир­ского, про­во­дить жизнь во всяком покое и доволь­стве ради уго­жде­ния плоти, на соблазн миру и поно­ше­ние мона­ше­ского образа и на вечное осуж­де­ние душ своих в день судный»76. Недо­пу­стимо, чтобы кельи мона­хов напол­ня­лись доро­гой мебе­лью, пред­ме­тами рос­коши, теле­ви­зо­рами и тому подоб­ным. Мона­ше­ству­ю­щие в свя­щен­ном сане, а также зани­ма­ю­щие ответ­ствен­ные долж­но­сти не должны ста­вить себя в при­ви­ле­ги­ро­ван­ное поло­же­ние и поль­зо­ваться раз­ного рода льго­тами.

Пере­ходя из мона­стыря в другую оби­тель или на другое место послу­ша­ния, монах с ведома игу­мена может взять с собой какое-либо иму­ще­ство. В случае смерти насель­ника мона­стыря его иму­ще­ство, как при­над­ле­жа­щее мона­стырю, рас­пре­де­ля­ется по усмот­ре­нию игу­мена.

8.8. О вре­мен­ных выхо­дах из оби­тели

Монахи, как обе­щав­шие Богу неис­ходно пре­бы­вать в своей оби­тели, не должны поки­дать мона­стырь ради каких-либо вре­мен­ных потреб­но­стей и нужд. По этой при­чине игумен должен вся­че­ски ограж­дать вве­рен­ных ему бра­тьев от необ­хо­ди­мо­сти выхо­дов в мир, а «на такие дела, кото­рые бра­тьям без рас­се­я­ния ума, без выхода из мона­стыря и без остав­ле­ния без­мол­вия испол­нять невоз­можно»77, опре­де­лять мона­стыр­ских работ­ни­ков. Если же воз­ник­нет необ­хо­ди­мость какому-либо брату ради нужд послу­ша­ния и пользы оби­тели на время поки­нуть ее, такой выход должен совер­шаться не иначе как по бла­го­сло­ве­нию игу­мена. Монахи, отлу­ча­ю­щи­еся из оби­тели, должны иметь при себе отпуск­ное удо­сто­ве­ре­ние, выдан­ное им игу­ме­ном на опре­де­лен­ный срок. Дли­тель­ное отсут­ствие (более месяца) мона­ше­ству­ю­щего в оби­тели воз­можно только по бла­го­сло­ве­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея.

Мона­хам, пока они нахо­дятся вне мона­стыря, необ­хо­димо вся­че­ски хра­нить свое мона­ше­ское устро­е­ние, при­ле­жать трез­ве­нию и молитве, ограж­дать от пагуб­ных впе­чат­ле­ний свои чув­ства, в осо­бен­но­сти зрение и слух. Когда же они испол­нят то дело, ради кото­рого вышли из оби­тели, то должны тотчас, по запо­веди свя­ти­теля Васи­лия Вели­кого, воз­вра­щаться назад78.

IX. О слу­же­нии мона­сты­рей миру и о соци­аль­ной, мис­си­о­нер­ской, духовно-про­све­ти­тель­ской дея­тель­но­сти мона­ше­ству­ю­щих

Основ­ное слу­же­ние мона­ше­ства миру — это молитва: «Бла­го­даря мона­хам на земле не пре­кра­ща­ется молитва; и в этом — польза всего мира»79.

Освя­щен­ный Архи­ерей­ский Собор 2013 года напом­нил, что, «осно­вой мона­стыр­ской жизни неиз­менно явля­ется аске­ти­че­ская прак­тика, в первую оче­редь молит­вен­ное и пока­ян­ное дела­ние. Этому должны быть под­чи­нены все обя­зан­но­сти и послу­ша­ния, кото­рые воз­ла­га­ются на насель­ни­ков и насель­ниц мона­сты­рей как в самих оби­те­лях, так и за их пре­де­лами. Ответ­ствен­ность за пра­виль­ное устро­е­ние жизни мона­ше­ству­ю­щих лежит на игу­ме­нах и игу­ме­ниях, кото­рые должны быть при­ме­ром для вве­рен­ных их попе­че­нию бра­тьев и сестер» (Поста­нов­ле­ния, п. 24).

Все осталь­ные виды внеш­ней дея­тель­но­сти — мис­си­о­нер­ская, соци­аль­ная, духовно-про­све­ти­тель­ская и иные — осу­ществ­ля­ются мона­сты­рями (подво­рьями и ски­тами) и мона­ше­ству­ю­щими в той форме, кото­рая не про­ти­во­ре­чит мона­ше­скому образу жизни. Если же монах при­зы­ва­ется к внеш­ним послу­ша­ниям, то при несе­нии их он должен чуж­даться всяких личных амби­ций, совер­шая воз­ло­жен­ное на него слу­же­ние как послу­ша­ние.

Мона­стыр­ская жизнь в после­до­ва­нии Еван­ге­лию и древним свя­то­оте­че­ским тра­ди­циям, — это наи­бо­лее убе­ди­тель­ная про­по­ведь о Христе, кото­рую могут нести мона­ше­ству­ю­щие миру.

Исто­рия Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви знает также мно­го­чис­лен­ные при­меры мона­хов, несших мис­си­о­нер­ское слу­же­ние в виде про­све­ти­тель­ской дея­тель­но­сти. Такое слу­же­ние пред­по­ла­гает нали­чие осо­бого при­зва­ния, спе­ци­аль­ной под­го­товки и совер­ша­ется по бла­го­сло­ве­нию свя­щен­но­на­ча­лия.

Духов­ное води­тель­ство также явля­ется тра­ди­ци­он­ной формой слу­же­ния мона­ше­ству­ю­щих миру. Опыт­ные иеро­мо­нахи с бла­го­сло­ве­ния игу­мена могут ста­но­виться духов­ными настав­ни­ками для мирян, посе­ща­ю­щих мона­стырь.

Духовно-про­све­ти­тель­ская дея­тель­ность мона­сты­рей издревле заклю­ча­лась также в изда­нии духов­ной лите­ра­туры и рас­про­стра­не­нии свя­то­оте­че­ского насле­дия. Она может выра­жаться и в орга­ни­за­ции при оби­те­лях вос­крес­ных школ и кате­хи­за­тор­ских курсов.

Мона­стыри могут зани­маться соци­аль­ной дея­тель­но­стью, забо­тясь о соци­ально неза­щи­щен­ных членах обще­ства — пре­ста­ре­лых, инва­ли­дах и детях-сиро­тах, устра­и­вая для этой цели при оби­те­лях бога­дельни и приюты.

В особых слу­чаях, ради цер­ков­ной пользы, реше­нием епар­хи­аль­ного архи­ерея по согла­со­ва­нию с игу­ме­ном мона­стыря мона­ше­ству­ю­щий может быть направ­лен на испол­не­ние послу­ша­ния вне стен оби­тели.

Слу­же­ние мона­ше­ству­ю­щих вне оби­тели должно быть огра­ни­чено опре­де­лен­ным сроком, а посто­ян­ное слу­же­ние в миру должно быть исклю­че­нием, отно­ся­щимся к отдель­ным мона­ше­ству­ю­щим.

При этом, если пра­вя­щий архи­ерей или игумен видят, что несе­ние подоб­ного послу­ша­ния вредит духов­ному устро­е­нию испол­ня­ю­щего его монаха, то тако­вого сле­дует вер­нуть в мона­стырь.

X. Остав­ле­ние мона­стыря и мона­ше­ства

10.1.1. Необ­ра­ти­мость мона­ше­ских обетов

  • Необ­ра­ти­мость мона­ше­ских обетов утвер­жда­ется в чино­по­сле­до­ва­нии мона­ше­ского пострига. Молитвы и дей­ствия этого чино­по­сле­до­ва­ния сви­де­тель­ствуют об изве­де­нии постри­га­е­мого из мира на путь посвя­ще­ния Богу и о доб­ро­воль­ном избра­нии постри­га­е­мым этого пути.
  • В Свя­щен­ном Писа­нии Сам Гос­подь гово­рит о недо­пу­сти­мо­сти отре­че­ния от избран­ного пути слу­же­ния Богу. «Никто, воз­ло­жив­ший руку свою на плуг и ози­ра­ю­щийся назад, не бла­го­на­де­жен для Цар­ствия Божия», — сказал (Лк. 9:62).
  • Остав­ле­ние мона­ше­ской жизни издревле вос­при­ни­ма­лось Цер­ко­вью как нару­ше­ние нрав­ствен­ных и кано­ни­че­ских норм и влекло за собой ряд послед­ствий, отра­жен­ных в пра­ви­лах и поло­же­ниях цер­ков­ных. Так, пра­вило 7‑е IV Все­лен­ского Собора пред­пи­сы­вает: «Вчи­нен­ным еди­но­жды в клир и мона­хам, опре­де­лили мы не всту­пать ни в воин­скую службу, ни в мир­ский чин: иначе дерз­нув­ших на сие, и не воз­вра­ща­ю­щихся с рас­ка­я­нием к тому, что прежде избрали для Бога, пре­да­вати ана­феме».
  • Святые отцы и учи­тели Церкви, начи­ная с пре­по­доб­ного Пахо­мия Вели­кого, свя­ти­теля Васи­лия Вели­кого, пре­по­доб­ного Иоанна Кас­си­ана Рим­ля­нина, пре­по­доб­ного Вене­дикта Нур­сий­ского и других реши­тельно выска­зы­ва­лись о недо­пу­сти­мо­сти остав­ле­ния мона­ше­ских обетов. «На каж­дого, при­ня­того в брат­ство и потом нару­ша­ю­щего про­из­не­сен­ный обет, надобно смот­реть, как на согре­шив­шего Богу, пред Кото­рым и Кото­рому он про­из­нес испо­ве­да­ние согла­сия своего. “Если же”, ска­зано, “согре­шит” кто “против Гос­пода, то кто будет хода­таем о нем?” (1Цар.2:25). Посвя­тив­ший себя Богу и потом бежав­ший к дру­гому роду жизни, стал свя­то­тат­цем, потому что сам себя похи­тил и при­своил себе Божие при­но­ше­ние»80, — пишет свя­ти­тель Васи­лий. В 28 пра­виле пре­по­доб­ного Мака­рия Алек­сан­дрий­ского мы также читаем: «Сми­ренно и с тер­пе­нием неис­ходно да пре­бы­вают братия в оби­тели, веруя, что сми­рен­ные достиг­нут Цар­ствия Небес­ного, при­знаны будут сынами Выш­него и полу­чат пре­свет­лые и мно­го­цен­ные венцы, а сыны про­тив­ле­ния пойдут во тьму кро­меш­ную на вечные муки»81. «Сла­гать мона­ше­ство — то же, что сла­гать кре­ще­ние. Однако осме­ли­ва­ются и это делать; страшно и слы­шать»82, — отме­чает пре­по­доб­ный Феодор Студит.

10.1.2. Цер­ковно-кано­ни­че­ские послед­ствия остав­ле­ния мона­ше­ства

При­няв­ший постри­же­ние в мантию изме­няет свой кано­ни­че­ский статус и счи­та­ется всту­пив­шим в мона­ше­ский чин. При­ня­тие мона­ше­ства явля­ется необ­ра­ти­мым. Остав­ле­ние мона­ше­ства, согласно цер­ков­ным кано­нам, явля­ется кано­ни­че­ским пре­ступ­ле­нием и под­ле­жит опре­де­лен­ному нака­за­нию, срок и мера кото­рого опре­де­ля­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем с учетом осо­бен­но­стей каж­дого случая.

  • Остав­ле­ние мона­ше­ства явля­ется кано­ни­че­ским пре­ступ­ле­нием, и совер­шив­ший его под­ле­жит отлу­че­нию от Свя­того При­ча­стия на срок, кото­рый раз­лич­ные пра­вила опре­де­ляют по-раз­ному: до 15 лет согласно 60-му пра­вилу свя­ти­теля Васи­лия Вели­кого. Учи­ты­вая, что подоб­ные стро­гие пре­ще­ния могут сего­дня при­ве­сти не к более глу­бо­кому пока­я­нию, а к остав­ле­нию Церкви, в при­ме­не­нии пре­ще­ний к кон­крет­ному мона­ше­ству­ю­щему может быть уместна ико­но­мия, предел кото­рой опре­де­ля­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем.
  • По древ­ней мона­ше­ской тра­ди­ции мона­ше­ское или послуш­ни­че­ское оде­я­ние с оста­вив­шего оби­тель сни­ма­ется. Так было, напри­мер, в мона­сты­рях пре­по­доб­ного Пахо­мия, о чем гово­рит пре­по­доб­ный Иоанн Кас­сиан Рим­ля­нин: «Ски­ну­тые при­ня­тым в оби­тель мир­ские одежды отда­ются… на сбе­ре­же­ние… Если же заме­тят, что за ним водится порок какой-нибудь ропот­ли­во­сти или злого пре­слу­ша­ния, то скинув с него мона­стыр­ские одежды, в какие он был одет при приеме, и надев на него преж­ние, выго­няют вон из мона­стыря»83. Согласно Опре­де­ле­нию Свя­щен­ного Собора Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церкви о мона­сты­рях и мона­ше­ству­ю­щих от 31 августа/13 сен­тября 1918 года, «необ­хо­димо пред­при­ни­мать воз­мож­ные меры к тому, чтобы лица, извер­жен­ные из ино­че­ства, равно и послуш­ники, оста­вив­шие оби­тель, не носили духов­ного оде­я­ния»84.
  • Одним из отли­чи­тель­ных при­зна­ков мона­ше­ству­ю­щего явля­ется мона­ше­ское имя. Оста­вив­ший мона­ше­ство лиша­ется права носить имя, данное ему при постриге.
  • Оста­вив­шие мона­ше­ство отпе­ва­ются по мир­скому чину.
  • Вступ­ле­ние в брак про­ти­во­ре­чит мона­ше­ским обетам. Пра­вило 16‑е IV Все­лен­ского Собора гласит: «Деве, посвя­тив­шей себя Гос­поду, равно и мона­ше­ству­ю­щим, не поз­во­ля­ется всту­пати в брак. Аще же обре­тутся тво­ря­щие сие: да будут лишены обще­ния цер­ков­ного. Впро­чем, опре­де­лили мы мест­ному епи­скопу имети полную власть в ока­за­нии тако­вым чело­ве­ко­лю­бия». По 44 пра­вилу Трулль­ского Собора «монах, обли­чен­ный в любо­де­я­нии, или поем­лю­щий жену в обще­ние брака и сожи­тие, да под­ле­жит по пра­ви­лам епи­ти­мии блу­до­дей­ству­ю­щих». Епи­скоп Нико­дим (Милаш) в ком­мен­та­рии на упо­мя­ну­тое пра­вило IV Все­лен­ского Собора гово­рит: «Это, впро­чем, не нужно пони­мать в том смысле, будто епи­скоп может при­знать закон­ным брак упо­мя­ну­тых лиц, так как это про­ти­во­ре­чило бы кате­го­ри­че­ским по этому делу пред­пи­са­ниям 15 пра­вила этого собора, 6 и 18 пра­ви­лам св. Васи­лия Вели­кого и 19 пр. Анкир­ского собора и др., а в том смысле, что епи­скоп может и не отлу­чать пре­ступ­ных совсем от церкви, заме­нивши им это нака­за­ние боль­шей или мень­шей епи­ти­мией». При этом, поле­ми­зи­руя с совре­мен­ными ему запад­ными иссле­до­ва­те­лями, епи­скоп Нико­дим отме­чает: «Заме­ча­ние <…> будто, согласно насто­я­щему пра­вилу, брак монаха или девы, давшей обет дев­ства, не уни­что­жа­ется, не выдер­жи­вает кри­тики».

В совре­мен­ной цер­ков­ной прак­тике мера пре­ще­ний, нала­га­е­мых на мона­ше­ству­ю­щего, заклю­чив­шего брач­ные отно­ше­ния согласно граж­дан­скому зако­но­да­тель­ству, опре­де­ля­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем по рас­смот­ре­нии всех обсто­я­тельств. Вен­ча­ние таких лиц не допус­ка­ется, поскольку реше­ние архи­ерея не может осво­бо­дить чело­века от про­из­не­сен­ных им мона­ше­ских обетов, как доб­ро­вольно данных Богу обе­ща­ний, за исклю­че­нием тех слу­чаев, когда постриг при­знан недей­стви­тель­ным в связи с допу­щен­ными при его совер­ше­нии кано­ни­че­скими нару­ше­ни­ями.

  • Монах, отка­зав­шийся от мона­ше­ства, как не про­явив­ший доста­точ­ной твер­до­сти в духов­ном слу­же­нии Богу, не бла­го­на­де­жен для при­ня­тия свя­щен­ного сана, тре­бу­ю­щего само­от­вер­жен­ного слу­же­ния Церкви. В случае же если тако­вой имеет свя­щен­ный сан — да будет извер­жен.

В случае, если остав­ле­ние мона­ше­ству­ю­щим мона­стыря было вызвано поспеш­ным его постри­же­нием без долж­ного искуса и под­го­товки со сто­роны игу­мена и духов­ника оби­тели, послед­ние могут быть под­верг­нуты пре­ще­ниям, срок и харак­тер кото­рой опре­де­ля­ются епар­хи­аль­ным архи­ереем.

Послед­ствия остав­ле­ния мона­стыря иноком опре­де­ля­ются согласно Поста­нов­ле­ниям Архи­ерей­ского Сове­ща­ния 2015 года, утвер­жден­ным Архи­ерей­ским Собо­ром 2016 года: «Наме­ре­ние пре­бы­вать при мона­стыре, след­ствием чего ста­но­вится при­ня­тие рясо­фора, влечет за собой нрав­ствен­ные обя­за­тель­ства. Нару­шив­ший их — оста­вив­ший мона­стырь и ушед­ший в мир — под­ле­жит епи­ти­мии. В случае, если уход из мона­стыря осу­ществ­ля­ется тайно, без ведома игу­мена или архи­ерея, либо путем обмана, насту­пают кано­ни­че­ские послед­ствия, свя­зан­ные с недо­пу­ще­нием к при­ня­тию свя­щен­ного сана. Вопрос о воз­мож­но­сти руко­по­ло­же­ния такого лица при усло­вии его пре­бы­ва­ния в без­брач­ном состо­я­нии реша­ется архи­ереем по резуль­та­там цер­ковно-судеб­ного рас­сле­до­ва­ния. Бывший рясо­фор, всту­пив­ший в брак, не может быть руко­по­ло­жен»85.

Остав­ле­ние мона­стыря труд­ни­ком или послуш­ни­ком (в том числе — послуш­ни­ком, полу­чив­шим бла­го­сло­ве­ние на ноше­ние неко­то­рых мона­ше­ских одежд) не влечет за собой каких-либо кано­ни­че­ских пре­ще­ний или епи­ти­мьи.

10.2. Исклю­че­ние из мона­стыря. Воз­вра­ще­ние в мона­стырь

10.2.1. Исклю­че­ние из мона­стыря

В случае нару­ше­ния Устава насель­ни­ком мона­стыря игумен или упол­но­мо­чен­ные им братия уве­щают и вра­зум­ляют винов­ного. В случае систе­ма­ти­че­ского нару­ше­ния мона­стыр­ского порядка к винов­ному при­ме­ня­ются меры пре­ще­ния согласно цер­ков­ным кано­нам и внут­рен­нему уставу оби­тели. Зна­чи­тель­ные про­ступки мона­ше­ству­ю­щих рас­смат­ри­ва­ются на духов­ном соборе мона­стыря, кроме под­ле­жа­щих ком­пе­тен­ции цер­ков­ного суда. Исклю­че­ние из мона­стыря при­ме­ня­ется в каче­стве край­ней формы нака­за­ния, когда другие меры воз­дей­ствия не при­несли резуль­тата и даль­ней­шее пре­бы­ва­ние нару­ши­теля мона­стыр­ского устава в оби­тели нано­сит зна­чи­тель­ный вред всей братии. Реше­ние об исклю­че­нии мона­ше­ству­ю­щего из мона­стыря при­ни­ма­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем по пред­став­ле­нию игу­мена и духов­ного собора. Реше­ние о нало­же­нии на мона­ше­ству­ю­щего воз­мож­ных кано­ни­че­ских пре­ще­ний также при­над­ле­жит епар­хи­аль­ному архи­ерею.

Све­де­ния о насель­ни­ках, исклю­чен­ных из епар­хи­аль­ных мона­сты­рей, пода­ются епар­хи­аль­ным архи­ереем в Сино­даль­ный отдел по мона­сты­рям и мона­ше­ству­ю­щим.

10.2.2. При­ня­тие в мона­стырь лиц, оста­вив­ших мона­ше­ство

Прием в оби­тель монаха, исклю­чен­ного из ее братии или из братии дру­гого мона­стыря, про­ис­хо­дит по реше­нию епар­хи­аль­ного архи­ерея на осно­ва­нии пред­став­ле­ния игу­мена и духов­ного собора после запроса по месту его преды­ду­щего пре­бы­ва­ния. В таких слу­чаях назна­ча­ется испы­та­тель­ный срок, в тече­ние кото­рого игумен особо наблю­дает за кан­ди­да­том к воз­вра­ще­нию в оби­тель. По окон­ча­нии этого срока может быть при­нято реше­ние о его про­дле­нии, о зачис­ле­нии испы­ту­е­мого в братию мона­стыря или о его уда­ле­нии из оби­тели. После успеш­ного про­хож­де­ния испы­та­тель­ного срока кан­ди­дату воз­вра­ща­ется право ноше­ния мона­ше­ских одежд.

10.3. Остав­ле­ние мона­стыря без отказа от мона­ше­ства

В цер­ков­ной прак­тике встре­ча­ются исклю­чи­тель­ные случаи, когда поки­да­ю­щий мона­стырь не имеет наме­ре­ния отка­заться от мона­ше­ства. По рас­смот­ре­нии всех обсто­я­тельств епар­хи­аль­ный архи­ерей может дать бла­го­сло­ве­ние на остав­ле­ние мона­стыря, с сохра­не­нием права ноше­ния мона­ше­ских одежд и мона­ше­ского имени, уча­стия в Таин­стве Евха­ри­стии и на совер­ше­ние в буду­щем над таким мона­хом мона­ше­ского отпе­ва­ния.

Если же тако­вого бла­го­сло­ве­ния не после­дует, оста­вив­ший оби­тель монах, в случае несо­гла­сия с нало­жен­ным на него пре­ще­нием, может обра­титься в цер­ковно-судеб­ные инстан­ции в соот­вет­ствии с Поло­же­нием о суде Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви.

10.4. Пере­ход мона­ше­ству­ю­щего в другой мона­стырь

Кано­нами воз­бра­нен про­из­воль­ный пере­ход мона­ше­ству­ю­щих из одного мона­стыря в другой86. Такой пере­ход воз­мо­жен с пись­мен­ного согла­сия игу­ме­нов обоих мона­сты­рей и бла­го­сло­ве­ния пра­вя­щих архи­ереев епар­хий, к кото­рым при­над­ле­жат мона­стыри.

В исклю­чи­тель­ных обсто­я­тель­ствах, ради пользы Церкви, в част­но­сти, при откры­тии новых оби­те­лей, епар­хи­аль­ный архи­ерей может при­нять реше­ние о пере­воде мона­ше­ству­ю­щего в другую оби­тель.

XI. Заклю­че­ние

Того, кто осно­вал жизнь на Еван­ге­лии, Спа­си­тель назвал чело­ве­ком мудрым, постро­ив­шим дом свой на камне (см. Мф.7:24). Точно так же мона­стырь, жизнь кото­рого стро­ится на непо­ко­ле­би­мом и надеж­ном осно­ва­нии Еван­ге­лия и правил святых отцов, ста­но­вится под­линно похва­лой Церкви Хри­сто­вой. «Как пре­красна воис­тину и добра жизнь мона­ше­ская! Как пре­красна она воис­тину и добра, когда течет в пре­де­лах и по зако­нам, какие поло­жили для нея нача­ло­во­жди и пред­во­ди­тели ея, Духом Святым научен­ные»87.

Ука­зы­вая на опи­сан­ный свя­тыми отцами совер­шен­ный образ мона­ше­ского жития, данное Поло­же­ние в то же время не пред­пи­сы­вает мона­сты­рям пол­ного еди­но­об­ра­зия ино­че­ской жизни, но, напро­тив, поз­во­ляет им сохра­нять свои тра­ди­ции и сво­бодно раз­ви­ваться в русле свя­то­оте­че­ских уста­нов­ле­ний.


При­ме­ча­ния:

1 Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. XVII.8.

2 Феодор Студит, прп. Подвиж­ни­че­ские мона­хам настав­ле­ния. Слово 258 // Доб­ро­то­лю­бие: в 5 т. Репр. воспр. изд. 1889. М.: Палом­ник, 1998. Т. 4. С. 502.

3 Нил Синай­ский, прп. Слово о молитве. П. 124, 125, 122 // Доб­ро­то­лю­бие: в 5 т. Репр. воспр. изд. 1884 г. М.: Палом­ник, 1998. Т. 2. С. 238.

4 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. О мона­ше­стве. Раз­го­вор между пра­во­слав­ными хри­сти­а­нами, миря­ни­ном и мона­хом // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 1. М.: Палом­ник, 2001. С. 421.

5 См. После­до­ва­ние малаго образа, еже есть мантия // Треб­ник мона­ше­ский. Репр. воспр. изд. 1906 г. М.: Лодья, 2006. С. 26–27.

6 См.: Ефрем Сирин, прп. Слово подвиж­ни­че­ское // Тво­ре­ния. Ч. 3. Свято-Тро­иц­кая Сер­ги­ева Лавра, 1912. С. 37.

7 Симеон Солун­ский, свт. Раз­го­вор о святых свя­щен­но­дей­ствиях и таин­ствах цер­ков­ных. П. 20 // Сочи­не­ния. Репр. воспр. изд. 1856 г. М.: Галак­тика, 1994. С. 34–35.

8 Максим Испо­вед­ник, прп. Главы о любви, вторая сот­ница // Доб­ро­то­лю­бие: в 5 т. Репр. воспр. изд. 1888 г. М.: Палом­ник, 1998. Т. 3. С. 203.

9 Васи­лий Вели­кий, свт. Подвиж­ни­че­ские уставы. Глава 18 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 352.

10 Иоанн Кас­сиан Рим­ля­нин, прп. Собе­се­до­ва­ние 1 // Писа­ния. Репр. воспр. изд. 1892 г. Свято-Тро­иц­кая Сер­ги­ева Лавра, 1993. С. 169.

11 Мака­рий Еги­пет­ский, прп. Слово 2. О совер­шен­стве духов­ном // Духов­ные беседы. М.: Пра­вило веры, 2002. С. 527.

12 Исаак Сирин, прп. Слово 63 // Слова подвиж­ни­че­ские. М.: Пра­вило веры, 1993. С. 340.

13 Там же. С. 340.

14 Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. XV.1.

15 Васи­лий Вели­кий, свт. Подвиж­ни­че­ские уставы. Глава 18 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 353–354.

16 Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. V.31(в).

17 IV Все­лен­ского 4, 8, 24; Дву­крат­ного 1.

18 Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. ХV.18.з.

19 Феодор Студит, прп. Письмо 11. К Ана­ста­сию, епи­скопу Кно­сий­скому // Тво­ре­ния: в 3 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2012. Т. 3. С. 62.

20 Под «необ­ще­жи­тием» здесь под­ра­зу­ме­ва­ется особ­но­жи­тель­ный или идио­рит­ми­че­ский тип орга­ни­за­ции мона­сты­рей, кото­рый в опре­де­лен­ные исто­ри­че­ские пери­оды имел широ­кое рас­про­стра­не­ние на Руси.

21 Бла­го­сло­ве­ние и освя­ще­ние ново­со­здан­ного мона­стыря // Освя­ще­ние храма. М.: Изда­тель­ский Совет Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, 2006. С. 184, 186.

22 Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. XVII.9.

23 Матфей Вла­старь. Алфа­вит­ная син­тагма. Буква «М». Глава 15. М.: Галак­тика, 1996. С. 332.

24 Тол­ко­ва­ние Ари­стина на 24 пра­вило IV Все­лен­ского Собора // Пра­вила святых Все­лен­ских Собо­ров с тол­ко­ва­ни­ями. Репр. воспр. изд. 1877 г. М.: Палом­ник; Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2000. С. 231.

25 См. пункт I.1 Поло­же­ния о вза­и­мо­дей­ствии Сино­даль­ного отдела по мона­сты­рям и мона­ше­ству с епар­хи­аль­ными мона­сты­рями.

26 Цит. по: Матфей Вла­старь. Алфа­вит­ная син­тагма. Буква «М». Глава 15. М.: Галак­тика, 1996. С. 332.

27 См. Устав Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. XVII.10.

28 Феодор Студит, прп. Заве­ща­ние пре­по­доб­ного отца нашего и испо­вед­ника Фео­дора, игу­мена Сту­дий­ского. Об игу­мене // Тво­ре­ния: в 3 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2011. Т. 2. С. 508.

29 Пункт 14 опре­де­ле­ния Архи­ерей­ского Собора 2000 года «О вопро­сах внут­рен­ней жизни и внеш­ней дея­тель­но­сти Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви».

30 Паисий (Велич­ков­ский), прп. Устав. Глава 3 // Трез­во­мыс­лие: сбор­ник тво­ре­ний рус­ских подвиж­ни­ков бла­го­че­стия об осно­вах духов­ной жизни и молитве Иису­со­вой в 2 т. М.: Палом­ник, 2009. Т. 2. С. 42.

31 VI Все­лен­ский Собор. Пра­вило 43 // Пра­вила святых Все­лен­ских Собо­ров с тол­ко­ва­ни­ями. Репр. воспр. изд. 1877 г. М.: Палом­ник, Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2000. С. 429.

32 См. Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Избран­ные изре­че­ния Отцов, пре­иму­ще­ственно Еги­пет­ских. Авва Исаия Отшель­ник // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 6. М.: Палом­ник, 2004. С. 134.

33 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. О чтении Еван­ге­лия и оте­че­ских писа­ний // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 5. М.: Палом­ник, 2003. С. 46–47.

34 См.: После­до­ва­ние малаго образа, еже есть мантия // Треб­ник мона­ше­ский. Репр. воспр. изд. 1906 г. М.: Лодья, 2006. С. 26.

35 «… Святый Собор опре­де­лил: никого не спо­доб­ляти мона­ше­ского образа, прежде нежели трех­лет­нее время, предо­став­лен­ное им для испы­та­ния, явит их спо­соб­ными и достой­ными тако­вого жития, и сие пове­лел Собор все­мерно хра­нити, разве когда при­клю­чив­ша­яся некая тяжкая болезнь, пону­дит сокра­тити время испы­та­ния, или разве кто будет муж бла­го­го­вей­ный, и в мир­ском оде­я­нии про­вож­да­ю­щий жизнь мона­ше­скую. Ибо для тако­вого мужа к совер­шен­ному испы­та­нию довлеет и шести­ме­сяч­ный срок <…>».

36 См.: Поста­нов­ле­ния Архи­ерей­ского Сове­ща­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви (2–3 фев­раля 2015 года), П.8.

37 Чин быва­е­мый на оде­я­ние рясы и ками­лавхи // Треб­ник мона­ше­ский. Репр. воспр. изд. 1906 г. М.: Лодья, 2006. С. 3.

38 Устав Глин­ской пустыни. Глава 26 // Глин­ская Рож­де­ство-Бого­ро­диц­кая обще­жи­тель­ная пустынь. М., 1891. С. 139.

[39.После­до­ва­ние малаго образа, еже есть мантия // Треб­ник мона­ше­ский. Репр. воспр. изд. 1906 г. М.: Лодья, 2006. С. 26.

40 Номо­ка­нон при Боль­шом Треб­нике. Статья 79 // Боль­шой Треб­ник. СПб, 1995. Л. 282 об. — 283.

41 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Слово о цер­ков­ной молитве // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 2. М.: Палом­ник, 2001. С. 169.

42 Иоанн Дамас­кин, прп. Точное изло­же­ние Пра­во­слав­ной веры. Книга 4. Глава 13 // Источ­ник знания. [Б. м]. Индрик, 2002. С. 304–305.

43 Чин хиро­то­нии пре­сви­тер­ской // Чинов­ник архи­ерей­ского свя­щен­но­слу­же­ния. УПЦ. Спасо-Пре­об­ра­жен­ский Мгар­ский мона­стырь, 2008. Ч. 1. С. 217.

44 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. О суще­ствен­ном дела­нии монаха // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 2. М.: Палом­ник, 2001. С. 138.

45 Там же.

46 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Слово о келей­ном молит­вен­ном пра­виле // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 2. М.: Палом­ник, 2001. С. 163.

47 Васи­лий Вели­кий, свт. Пра­вила, про­странно изло­жен­ные. Пра­вило 52 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 217.

48 Васи­лий Вели­кий, свт. Пра­вила, кратко изло­жен­ные. Пра­вило 158 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 269.

49 Васи­лий Вели­кий, свт. Пра­вила, кратко изло­жен­ные. Пра­вило 106 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 256.

50 Исаак Сирин, прп. Слово 55 (Посла­ние к пре­по­доб­ному отцу Симеону чудо­творцу) // Слова подвиж­ни­че­ские. М.: Пра­вило веры, 1993. С. 241.

51 Пре­по­доб­ного и бого­нос­ного отца нашего аввы Исаии, отшель­ника еги­пет­ского, духовно-нрав­ствен­ные слова. — Сер­гиев Посад, 1911. С. 110.

52 Цит. по: Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Пра­вила наруж­ного пове­де­ния для ново­на­чаль­ных иноков // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 5. М.: Палом­ник, 2003. С. 18.

[53.Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Слово о спа­се­нии и о хри­сти­ан­ском совер­шен­стве // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 2. М.: Палом­ник, 2003.С. 330.

54 Паисий Свя­то­го­рец. Письма. Свято-Тро­иц­кая Сер­ги­ева Лавра, 2001. С. 176.

55 Игна­тий (Брян­ча­ни­нов), свт. Пра­вила наруж­ного пове­де­ния для ново­на­чаль­ных иноков// Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 5. М.: Палом­ник, 2003. С. 18.

56 Душе­по­лез­ные поуче­ния пре­по­доб­ных Оптин­ских стар­цев: в 2 т. Вве­ден­ская Оптина пустынь, 2000. Т. 1. С. 334.

57 Феодор Студит, прп. Малое огла­ше­ние. Огла­ше­ние 125 // Тво­ре­ния: в 3 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 227.

58 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Пра­вила наруж­ного пове­де­ния для ново­на­чаль­ных иноков // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 5. М.: Палом­ник, 2003. С. 9.

59 Нил Синай­ский, прп. Аске­ти­че­ские настав­ле­ния пре­по­доб­ного Нила Синай­ского 1. 153 главы о молитве. 165 // Доб­ро­то­лю­бие. Т. 2. М., 1895. С. 227–228.

60 Васи­лий Вели­кий, свт. Пра­вила, про­странно изло­жен­ные. Пра­вило 38. Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 206.

61 К таким трудам могут быть отне­сены, напри­мер, под­го­товка к пре­столь­ным празд­ни­кам оби­тели, общая уборка тер­ри­то­рии, неко­то­рые сель­ско­хо­зяй­ствен­ные работы, кото­рые выпол­ня­ются всей бра­тией сообща.

62 Васи­лий Вели­кий, свт. Подвиж­ни­че­ские уставы. Глава [23 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 367.

63 Пра­вила для Тро­иц­кого Оди­гит­ри­ев­ского жен­ского обще­жи­тия. Глава 29 // Душе­по­лез­ное чтение: год две­на­дца­тый. М., 1871. С. 103.

64 Феодор Студит, прп. Вели­кое огла­ше­ние. Ч. 2. Огла­ше­ние 21 // Тво­ре­ния: в 3 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2010. Т. 1. С. 475.

65 Амвро­сий Оптин­ский, прп. Письма к мона­ше­ству­ю­щим. Письмо 291 // Собра­ние писем оптин­ского старца иерос­хи­мо­наха Амвро­сия. М.: Палом­ник, 1995. С. 45.

66 Феодор Студит, прп. Подвиж­ни­че­ские мона­хам настав­ле­ния. Слово 49 // Доб­ро­то­лю­бие: в 5 т. Репр. воспр. изд. 1889 г. М.: Палом­ник, 1998. Т. 4. С. 121.

67 Амвро­сий Оптин­ский, прп. Письма к миря­нам. Письмо 38 // Собра­ние писем оптин­ского старца иерос­хи­мо­наха Амвро­сия. М.: Палом­ник, 1995. С. 47.

68 Устав пре­по­доб­ного Пахо­мия Вели­кого // Древ­ние ино­че­ские уставы. Репр. воспр. изд. 1892. Рига: Палом­ник — Бла­го­вест, 1995. С. 131.

69 Иоанн Лествич­ник, прп. Слово осо­бен­ное к пас­тырю, науча­ю­щее, каков должен быть настав­ник сло­вес­ных овец // Лествица. М.: Пра­вило веры, 2001. С. 483.

70 См.: Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. О мона­ше­стве. Раз­го­вор между пра­во­слав­ными хри­сти­а­нами, миря­ни­ном и мона­хом // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 1. М.: Палом­ник, 2001. С. 453.

71 После­до­ва­ние малаго образа, еже есть мантия // Треб­ник мона­ше­ский. Репр. воспр. изд. 1906 г. М.: Лодья, 2006. С. 28.

72 Там же. С. 25.

73 Иоанн Лествич­ник, прп. Лествица. Слово 17 // Лествица. М.: Пра­вило веры, 2001. С. 260.

74 Игна­тий Брян­ча­ни­нов, свт. Советы отно­си­тельно душев­ного ино­че­ского дела­ния. Глава 38. О нес­тя­жа­нии // Полн. собр. тво­ре­ний: в 8 т. Т. 5. М.: Палом­ник, 2003. С. 250.

75 Пра­вило 6 Дву­крат­ного Собора.

76 См.: Житие и писа­ния мол­дав­ского старца Паисия Велич­ков­ского. Репр. воспр. изд. 1847 г. Вве­ден­ская Оптина Пустынь, 2001. С. 5.

77 Паисий Велич­ков­ский, прп. Устав. Глава 7 // Трез­во­мыс­лие: сбор­ник тво­ре­ний рус­ских подвиж­ни­ков бла­го­че­стия об осно­вах духов­ной жизни и молитве Иису­со­вой в 2 т. М.: Палом­ник, 2009. Т. 2. С. 45.

78 Васи­лий Вели­кий, свт. Слово подвиж­ни­че­ское и уве­ща­ние об отре­че­нии от мира и о духов­ном совер­шен­стве // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2009. Т. 2. С. 130.

79 Писа­ния старца Силу­ана. Глава XIV // Старец Силуан Афон­ский. М.: Подво­рье Рус­ского на Афоне Пан­те­ле­и­мо­нова мона­стыря, 1996. С. 348.

80 Васи­лий Вели­кий, свт. Пра­вила, про­странно изло­жен­ные 14 // Тво­ре­ния: в 2 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2007. Т. 2 .С. 176.

81 Пра­вила свя­того Мака­рия Алек­сан­дрий­ского. Пра­вило 28 // Древ­ние ино­че­ские уставы. Репр. воспр. изд. 1892 г. Рига: Паломник–Благовест, 1995. С. 208.

82 Феодор Студит, прп. 486. Посла­ние к архи­манд­риту гот­скому // Тво­ре­ния: в 3 т. М.: Сибир­ская бла­го­звон­ница, 2012. Т. 3. С. 574.

83 Устав прп. Иоанна Кас­си­ана. Книга 4. Глава 6 // Древ­ние ино­че­ские уставы. Репр. воспр. изд. 1892 г. Рига: Паломник–Благовест, 1995. С. 558.

84 Опре­де­ле­ние Свя­щен­ного Собора Пра­во­слав­ной Рос­сий­ской Церкви о мона­сты­рях и мона­ше­ству­ю­щих от 31 авгу­ста (13 сен­тября) 1918 года. Глава 5, п. 38, при­ме­ча­ние.

85 См.: Поста­нов­ле­ния Архи­ерей­ского Сове­ща­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви (2–3 фев­раля 2015 года), П.8.

86 Пра­вила Собо­ров: VII Все­лен­ского 19, 21; Кар­фа­ген­ского 80; Дву­крат­ного 1, 2, 3. Пра­вила Собо­ров: Апо­столь­ского 14, 15, 16; I Все­лен­ского 4, 5, 10, 20, 23; Трулль­ского 17, 18, 20; Антио­хий­ского 3, 21; Сар­ди­кий­ского 1, 2, 13, 15, 16; Кар­фа­ген­ского 54, 90.

87 Феодор Едес­ский, прп. Сто душе­по­лез­ней­ших глав. Глава 48 // Доб­ро­то­лю­бие: в 5 т. Репр. воспр. изд. 1888 г. М.: Палом­ник, 1998. Т. 3. С. 357.

http://www.patriarchia.ru

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки