Библиотеке требуются волонтёры

Святое Причастие без маловерия

Мона­стырь Гри­го­риат Святой Горы Афон

текст в фор­мате Word

Раз­мыш­ле­ние духов­ни­ков афон­ского мона­стыря Гри­го­риат, окорм­ля­ю­щих паству в Греции и за её пре­де­лами, об изме­не­ниях в образе пре­по­да­ния Таин­ства Свя­того При­ча­стия ввиду пан­де­мии коро­на­ви­руса и сопут­ству­ю­щих пас­тыр­ских про­бле­мах.

В атмо­сфере все­об­щего страха, вызван­ного пан­де­мией коро­на­ви­руса, был оспо­рен тра­ди­ци­он­ный способ при­ча­ще­ния Святых Хри­сто­вых Таин. Люди, не пони­ма­ю­щие, что такое Цер­ковь, рав­но­душ­ные или враж­деб­ные к хри­сти­ан­ской вере, вбро­сили и воз­де­лали среди напу­ган­ного народа идею о том, что общую лжицу нужно отме­нить, потому что она может пере­да­вать болезни и под­вер­гать опас­но­сти обще­ствен­ное здо­ро­вье. Под вли­я­ние этой идеи, к сожа­ле­нию, попали и неко­то­рые веру­ю­щие. Теперь они не реша­ются при­ча­щаться из одной лжицы. Они пола­гают, что под­вер­гают себя опас­но­сти. Другие не поз­во­ляют при­ча­щаться членам своей семьи, боясь рас­про­стра­не­ния вируса у себя дома.

Идея нашла под­держку и у бого­сло­вов, кото­рые напи­сали, что необ­хо­димо снис­хо­дить к немощи наших напу­ган­ных ближ­них; что не под­вер­гать их опас­но­сти есть чело­ве­ко­лю­бие; что лжица не явля­ется древ­ней тра­ди­цией; что мы не оскорб­ляем Таин­ства аль­тер­на­тив­ными спо­со­бами при­ча­ще­ния; и что, в конце концов, пришло время отме­нить «этот неци­ви­ли­зо­ван­ный способ при­ча­ще­ния посред­ством лжицы».

Оче­видно, зло­коз­нен­ный диавол вверг Цер­ковь в новое испы­та­ние. Сна­чала он посеял в нашей душе страх, мало­ве­рие и сомне­ние, что мы будто бы под­вер­га­емся опас­но­сти от Свя­того При­ча­стия, а затем под­толк­нул людей обла­го­ро­дить наше мало­ве­рие, назы­вая его то снис­хож­де­нием, то любо­вью и забо­той о наших ближ­них. Он побу­дил и неко­то­рых других раз­ру­шить нашу веру в пре­есте­ствен­ное и боже­ствен­ное Таин­ство Свя­того При­ча­стия, то есть чтобы мы пове­рили, что оно может стать сред­ством рас­про­стра­не­ния болез­ней. Такими стра­хами мы само­лю­биво поста­вили своё здо­ро­вье выше первой запо­веди Божией, кото­рая опре­де­ляет любить Бога «всем серд­цем, и всею душою, и всем разу­мом, и всею кре­по­стию»1 нашей. Мы хотим при­ча­щаться Его сомне­ва­ясь в Нём!

Изло­жен­ные ниже мысли мы пред­ла­гаем нашим бра­тьям-хри­сти­а­нам, кото­рые любят Христа, хотят жить в Церкви под­линно и истово, стре­мятся ко спа­се­нию во Христе, но боятся и сомне­ва­ются при­ча­щаться посред­ством тра­ди­ци­онно извест­ной нам святой лжицы.

1. Неволь­ный страх забо­леть или уме­реть про­сти­те­лен, так как мы ещё не при­об­рели личным пере­жи­ва­нием «иску́са* Вос­кре­се­ния»2. Болезнь рож­дает экзи­стен­ци­аль­ный страх смерти, пре­одо­ле­ва­е­мый только осо­бен­ной бла­го­да­тью Божией. Но если мы как несо­вер­шен­ные люди и устра­ши­лись, для Церкви как Церкви страх смерти неоправ­дан. Цер­ковь обла­дает опытом Вос­кре­се­ния, в кото­ром нет страха и мало­ве­рия («совер­шен­ная любовь вон изго­няет страх»3). Этот опыт выра­жают Святые. Они гово­рят нам, как подо­бает при­ча­щаться, напо­ми­нают, что во вре­мена эпи­де­мий они совер­шали крест­ные ходы, слу­жили и участ­во­вали в литур­гиях и при­ча­ща­лись без фобий перед Боже­ствен­ной литур­гией и общей лжицей При­ча­стия. Имея это пре­да­ние наших Святых, мы должны скорее каяться в нашем мало­ве­рии, нежели тре­бо­вать того, чтобы стать, в своём напу­ган­ном состо­я­нии, новым зако­но­да­те­лем в Церкви.

2. Как учит наша Цер­ковь, Боже­ствен­ной литур­гией мы, хри­сти­ане, при­но­сим Богу нашу Евха­ри­стию (Бла­го­да­ре­ние). То есть евха­ри­сти­че­ски-бла­го­да­ри­тельно при­но­сим самих себя, наших ближ­них и всю нашу жизнь Богу, потому что при­над­ле­жим Ему, а не себе самим4. Мы при­ча­ща­емся «со стра­хом Божиим, верою и любо­вию», бла­го­даря Христа, умер­шего и вос­крес­шего за нас5. В этом евха­ри­сти­че­ском дей­ствии мы соучаст­вуем чистыми от всякой стра­сти, ибо гово­рим: «Се при­сту­паю к Боже­ствен­ному При­ча­ще­нию. Соде­телю, да не опа­лиши мя при­об­ще­нием: Огнь бо еси, недо­стой­ныя попа­ляяй. Но убо очисти мя от всякия скверны»6.

Теперь, с этой посе­ян­ной в нашем уме фобией, охва­чен­ные мало­ве­рием, мы меняем образ мыслей, рас­по­ло­же­ние и пове­де­ние. Мы забы­ваем, что При­ча­стие пред­по­ла­гает евха­ри­сти­че­ское-бла­го­да­ри­тель­ное рас­по­ло­же­ние и что оно есть Евха­ри­стия-Бла­го­да­ре­ние Богу. Мы пока­зы­ваем, что при­над­ле­жим не евха­ри­сти­че­ски Богу, но само­лю­биво себе самим. Мы ведём себя эго­цен­трично. При­ча­ща­ясь так, с мало­ве­рием, то есть с мыслью, что можем зара­зиться болез­нью, мы не дости­гаем цели и оче­видно согре­шаем.

В древ­ние вре­мена Цер­ковь воз­но­сила гром­кий глас, чтобы двери храма закры­ва­лись для непо­свя­щён­ных, для тех, кто ещё не был крещён («двери, двери»). Также и те хри­сти­ане, кото­рые тяжко согре­шили, стояли в цер­ков­ном при­творе «при­па­дая» или «плача» в тече­ние одного, двух, трёх или более лет. После этого преду­го­тов­ле­ния они вхо­дили в основ­ной храм, стояли «слушая» про­по­ведь и неко­то­рые молитвы и воз­вра­ща­лись в при­твор вместе с огла­шён­ными. Только когда они, после пол­ного пока­я­ния, могли «со стра­хом Божиим, верою и любо­вию» встать чистыми перед Зака­ла­е­мым Агнцем, лишь тогда они откли­ка­лись на призыв слу­жа­щего свя­щен­ника «приступи́те» к Свя­тому При­ча­ще­нию. Это хоро­шая древ­няя прак­тика. Давайте и мы спро­сим себя сего­дня: быть может, нам сле­до­вало бы остаться в мыс­лен­ном цер­ков­ном при­творе «плача» о нашем мало­ве­рии, пока вновь не обре­тём страха Божия, веры и любви, то есть пока не пере­ста­нем само­лю­биво сомне­ваться в Побе­ди­теле смерти. Ведь при­ча­щаться подо­бает достойно. Мало­ве­рие, сомне­ние и про­тив­ле­ние не состав­ляют хоро­ших пред­по­сы­лок. Апо­стол Павел пре­ду­пре­дил нас: «Кто будет есть Хлеб сей или пить Чашу Гос­подню недо­стойно, вино­вен будет против Тела и Крови Гос­под­ней. Да испы­ты­вает же себя чело­век, и таким обра­зом пусть ест от Хлеба сего и пьёт из Чаши сей»7.

3. Если мы, пра­во­слав­ные, пове­рили, при­няли или, быть может, допу­стили мысль о том, что Святое При­ча­стие пере­даёт и рас­про­стра­няет болезни, если мы не вос­при­ни­маем (пусть не опытом, но хотя бы верой), что слу­жа­щий свя­щен­ник, кото­рый пре­по­даёт, и веру­ю­щий, кото­рый при­ни­мает евха­ри­сти­че­ские Хлеб и Вино, нахо­дятся в пре­свет­лом мраке Цар­ствия, то мы пре­даём смысл нашего хри­сти­ан­ского бытия. Святое При­ча­стие должно быть уча­стием в Цар­ствии Отца и Сына и Свя­того Духа. Иначе на литур­гии мы играем в театр.

Те, кто под­хо­дят к Святой Чаше с боже­ствен­ной любо­вью, лепеча с сер­деч­ным чув­ством «усла­дил мя еси любо­вию, Христе, и изме­нил мя еси Боже­ствен­ным Твоим раче­нием» и «сие есть самое пре­чи­стое Тело Твое и сия есть самая чест­ная Кровь Твоя»8, не согла­си­лись бы с нашим неве­рием. Они не согла­си­лись бы при­ча­щаться из другой лжицы или без лжицы из одного только страха.

4. В одном изда­нии было опуб­ли­ко­вано, что в период огра­ни­чи­тель­ных мер один хри­сти­а­нин попро­сил при­ча­стить его. Ему отка­зали. На сле­ду­ю­щий день он неожи­данно ушёл из этой жизни огор­чён­ным. И не только. Давайте при­зна­емся в этом. Стоит задаться вопро­сом: с такой мало­вер­ной пас­тыр­ской прак­ти­кой как мы пред­ста­нем перед непод­куп­ным Суди­ли­щем? Что мы скажем Гос­поду, спра­вед­ли­вому Судии, о всех тех наших бра­тьях, кото­рые нуж­да­лись в при­ча­стии (боль­ных, страж­ду­щих, уми­ра­ю­щих и прочих) и ушли из жизни без небес­ного Напут­ствия из-за нашего мало­ве­рия?

5. От непра­во­слав­ных мы не тре­буем того, чтобы они при­няли, что Святое При­ча­стие явля­ется пре­есте­ствен­ным Таин­ством и не пере­даёт болез­ней. Да и упо­треб­ле­ние лжицы не состав­ляет эле­мента их прак­тики и поэтому они боятся его; а при­ча­ще­ние из одной Святой Чаши они отме­нили уже много веков назад. Те пра­во­слав­ные из нас, кто живут в ино­слав­ной среде, должны совер­шать литур­гию согласно нашему соб­ствен­ному литур­ги­че­скому Пре­да­нию, а не ска­ты­ваться в общий котёл, где сме­ши­ва­ются раз­лич­ные литур­ги­че­ские формы. Такое сме­ше­ние ведёт к син­кре­ти­че­ским тро­пин­кам и бого­слов­ским пре­ты­ка­ниям. Мы будем при­ча­щаться без мало­ве­рия в Таин­ство, без той мысли, что через Чашу или лжицу пере­да­ются болезни. И если нас будут запу­ги­вать взыс­ка­ни­ями и неподъ­ём­ными штра­фами, мы вспом­ним вре­мена гоне­ний. Цер­ковь во вре­мена гоне­ний без коле­ба­ний упо­треб­ляла аль­тер­на­тив­ные спо­собы при­ча­ще­ния. Она посы­лала заклю­чён­ному испо­вед­нику Святое При­ча­стие каким-либо искус­ным спо­со­бом. Она не оста­нав­ли­ва­лась перед изоб­ре­те­нием спо­со­бов к тому, чтобы «напут­ствие бес­смер­тия» достигло заклю­чён­ного подвиж­ника боже­ствен­ной любви. С той раз­ни­цей, что ни заклю­чён­ным испо­вед­ни­ком, ни отваж­ным пере­дат­чи­ком Свя­того При­ча­стия не вла­дели фобия и мало­ве­рие отно­си­тельно Таин­ства. Они были пере­пол­нены стра­хом Божиим, верою и любо­вию. Они при­ча­ща­лись с верой, а не с мало­ве­рием!

6. Если вдруг мы ока­жемся в усло­виях гоне­ний, очень пра­виль­ным будет найти раз­лич­ные «хит­ро­сти», с помо­щью кото­рых будут при­ча­щаться совре­мен­ные испо­вед­ники. Но если мы изме­ним способ при­ча­ще­ния из страха, мало­ве­рия и само­лю­бия, то не сможем скрыть своей вины: «Ибо если мы, полу­чив позна­ние истины, про­из­вольно грешим, то не оста­ётся более жертвы за грехи, но некое страш­ное ожи­да­ние суда и ярость огня, гото­вого пожрать про­тив­ни­ков»9. В совре­мен­ном пере­воде: «Если мы, познав истину, грешим по соб­ствен­ной воле, то для нас не оста­ётся ника­кой иной жертвы для про­ще­ния грехов, но нас ожи­дает страш­ное осуж­де­ние и вечный огонь, кото­рый будет пожи­гать про­ти­вя­щихся Богу».

Когда сама наша совесть будет вме­нять нам, что мы не верим в Таин­ство, тогда нас не покроет ника­кая кан­ди­дат­ская дис­сер­та­ция о том, «когда в Церкви было вве­дено упо­треб­ле­ние лжицы», и не оправ­дает ника­кая мнимо пас­тыр­ская чув­стви­тель­ность к тем, кото­рые желают при­ча­щаться Жиз­но­давца, но боятся Его, потому что нел­жи­вые уста Хри­стовы неко­гда изрекли жёст­кое, но реши­тель­ное слово: «Не хотите ли и вы отойти?»10. И апо­стол Павел сде­лался «для всех всем, чтобы спасти по край­ней мере неко­то­рых», но не как чуждый закона, а «как под­за­кон­ный Христу»11. Не будучи мало­вер­ным и не сомне­ва­ясь в Том, ради Кото­рого стал для всех всем. Рито­ри­че­ские фигуры бого­сло­вов-модер­ни­стов, гово­ря­щих о «вирусе фун­да­мен­та­лизма» и других свя­зан­ных с ним «болез­не­твор­ных виру­сах цер­ков­ного тела» ока­жутся бес­силь­ными, когда наша совесть будет обли­чать нас во грехе. А разве не в самом деле «болез­не­творны» мало­ве­рие и фобия, идущие к нам от людей, кото­рые не ведают, пре­зи­рают или даже враж­дуют с пра­во­слав­ным этосом и опытом? Не поучи­тельно ли повест­во­ва­ние, сохра­нён­ное архи­епи­ско­пом Дио­ни­сием Алек­сан­дрий­ским (III век), о бес­стра­шии, вере и само­по­жерт­во­ва­нии хри­стиан12, кото­рые во время страш­ной эпи­де­мии под­дер­жи­вали боль­ных и хоро­нили умер­ших, будучи почти уве­рены, что и сами забо­леют и умрут, в то время как языч­ники убе­гали в страхе и остав­ляли без помощи и погре­бе­ния даже соб­ствен­ных род­ствен­ни­ков? Когда эти геро­и­че­ские алек­сан­дрий­ские хри­сти­ане пре­зи­рали смерть за любовь ко Христу и уми­ра­ю­щему чело­веку, неужели они были бы столь мало­вер­ными, чтобы бояться при­ни­мать Святое При­ча­стие из одной Святой Чаши (сего­дня одной лжицы) у себя в храме?

7. Воз­вра­ще­ние к «древ­нему чину при­ча­ще­ния» (как в литур­гии свя­того Иакова) не явля­ется реше­нием. Во-первых, потому, что древ­ний чин не лишён объ­ек­тив­ных слож­но­стей (при­ча­ще­ние мла­ден­цев, пре­ста­ре­лых, боль­ных), в силу кото­рых он и был посте­пенно остав­лен. Во-вторых, поскольку при­ча­ще­ние боже­ствен­ной Кровью преду­смат­ри­вает и должно про­ис­хо­дить из одной Святой Чаши, оно не будет раз­ре­шено изда­ю­щими анти­цер­ков­ные законы поли­ти­че­скими лиде­рами. И в‑третьих, потому, что воз­мож­ная «моди­фи­ка­ция» этого чина с упо­треб­ле­нием многих лжиц, чтобы избе­жать при­ча­ще­ния из одной Святой Чаши, обна­ру­жит, что мы под­вер­жены страху и мало­ве­рию, со всеми их послед­стви­ями, о кото­рых было ска­зано выше. Свя­щен­ник, кото­рый в тече­ние многих деся­ти­ле­тий при­ча­щает тысячи веру­ю­щих (здо­ро­вых и боль­ных) и, несо­мненно, без страха потреб­ляет содер­жи­мое Святой Чаши, ни в коем случае не будет сомне­ваться и сего­дня побуж­дать наших напу­ган­ных хри­стиан отверг­нуть страх и при­сту­пать без мало­ве­рия к Чаше Жизни. В этой связи собор­ные реше­ния Все­лен­ского Пат­ри­ар­хата и Эллад­ской Церкви, согласно кото­рым нет осно­ва­ний для изме­не­ния спо­соба Свя­того При­ча­ще­ния, явля­ются уте­ша­ю­щими и укреп­ля­ю­щими.

Те из нас, кто испу­гался, давайте при­па­дём в пока­я­нии к Тому, в Ком мы сомне­ва­лись, давайте попро­сим Его про­ще­ния в нашем мало­ве­рии и «вос­ста­но­вим»** внутри себя бес­стра­шие перед Святым При­ча­стием. Потому что пока мы боимся рас­про­стра­не­ния болез­ней через упо­треб­ле­ние лжицы, мы низ­во­дим Таин­ство с его боже­ствен­ной высоты и дей­ствуем как ико­но­борцы. Это «вос­ста­нов­ле­ние» станет надёж­ным кри­те­рием, кото­рый будет раз­ли­чать бого­угод­ные, ввиду необ­хо­ди­мо­сти реше­ния про­блемы во время гоне­ния от мало­вер­ных её «реше­ний» во время мира. Давайте про­дол­жать при­ча­щаться точно так, как при­ча­ща­лись раньше, и притом в храме, пока нам остав­ляют его откры­тым, даже если и слу­чится, что вместе с нами из одной Святой Чаши будут при­ча­щаться стра­да­ю­щие какой бы то ни было болез­нью. Давайте не поз­во­лять помыс­лам мало­ве­рия овла­де­вать нашим умом и серд­цем. Когда Пётр одна­жды под­вергся мало­ве­рию, он начал уто­пать и услы­шал Гос­пода, гово­ря­щего: «Мало­вер­ный, зачем ты усо­мнился?»13. Если закроют наши храмы, най­дутся спо­собы при­ча­ще­ния без того, чтобы нами самими «упразд­нился крест Хри­стов»14 из-за неве­рия в Таин­ство без­гра­нич­ной любви Божией, при­ча­ще­ние Боже­ствен­ной Евха­ри­стии.

пере­вод осу­ществ­лён мона­сты­рём Гри­го­риат Святой Горы Афон

Ἱερά Μονή Ὁσίου Γρηγορίου. Θεία Μετάληψις χωρίς ὀλιγοπιστία // Ὁ Ὅσιος Γρηγόριος. Ἅγιον Ὄρος: Ἱ. Μ. Ὁσίου Γρηγορίου, 2020. Ἀρ. 45. Σ. 115–126.


При­ме­ча­ния:

1 Ср. Мк. 12:30.
* Опыта. – примеч. пере­вод­чика.
2 Октоих, глас 3, в неделю утра, сти­хира 3‑я на хва­ли­тех.
6 После­до­ва­ние ко Свя­тому При­ча­ще­нию.
8 После­до­ва­ние ко Свя­тому При­ча­ще­нию.
12 Евсе­вий Кеса­рий­ский. Цер­ков­ная исто­рия VII, 22.
** Упо­треб­лён­ный здесь глагол ἀναστηλόω (букв. «водру­жать на колонне») при­ме­ня­ется в хри­сти­ан­ской пись­мен­но­сти к вос­ста­нов­ле­нию ико­но­по­чи­та­ния в Визан­тии в 843 году после победы над ико­но­бор­че­ством. – Примеч. пере­вод­чика.
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки