Кратко о буддизме

Осно­ва­тель буд­дизма Сид­дхартха Гау­тама (при­бли­зи­тельно с 623г. до н. э. по 543 г. до н. э.), при­няв­ший эпитет Будда (на санскр. бук­вально — «про­бу­див­шийся») решил, что для осво­бож­де­ния от сан­сары инду­ист­ские культы и методы несо­вер­шенны. Свое рели­ги­оз­ное миро­воз­зре­ние он свел к четы­рем поло­же­ниям:

  1. мир полон стра­да­ний (дукха).
  2. при­чина стра­да­ний есть резуль­тат моей плохой кармы, порож­да­е­мой при­вя­зан­но­стью ко всему зем­ному (саму­дая).
  3. стра­да­ние можно пре­кра­тить (ниродха)
  4. суще­ствует путь для пре­кра­ще­ния стра­да­ний (марга)

В учении Будды отпала необ­хо­ди­мость инду­ист­ской куль­то­вой прак­тики, поли­те­и­сти­че­ским боже­ствам Индии был отве­ден более скром­ный статус. Адепт учения должен был напра­вить свои усилия на дости­же­ние состо­я­ния уга­са­ния всех земных жела­ний (нир­вана на санскр. «уга­са­ние, пре­кра­ще­ние») без чьей-либо помощи. Для этого пред­ла­гался вось­ме­рич­ный путь пра­виль­ного воз­зре­ния, реши­мо­сти, речи, пове­де­ния, образа жизни, усилия, направ­ле­ния мысли и сосре­до­то­че­ния, через кото­рый надо достичь осво­бож­де­ния от всех при­вя­зан­но­стей. В то же время Будда не отверг поли­те­и­сти­че­скую кар­тину мира по сути. Места божеств ока­за­лись неза­ня­тыми и стали посте­пенно засе­ляться суще­ствами достиг­шими нир­ваны (или отка­зав­ши­мися войти в нее – бод­хи­саттвы) и мно­го­чис­лен­ными богами, «при­няв­шими» буд­дизм. Так возник слож­ный буд­дий­ский пан­теон, тре­бу­ю­щий жрецов и обря­дов.

В буд­дизме можно выде­лить два основ­ных направ­ле­ния: Маха­яна (вели­кая колес­ница) и Тхе­ра­вада (Тера­вада — учение ста­рей­ших). Отли­чи­тель­ной чертой маха­яны явля­ется стрем­ле­ние к осво­бож­де­нию всех без исклю­че­ния живых существ. Она раз­ви­вает культ бод­хи­саттв («тот, чья сущ­ность — про­свет­ле­ние») как существ, кото­рые созна­тельно отка­зы­ва­ются от нир­ваны с целью осво­бож­де­ния всех. Маха­яна полу­чила рас­про­стра­не­ние в Китае, Корее, Японии, Тибете, Мон­го­лии, а также у ряда наро­дов России (бурят, кал­мы­ков, тувин­цев). Тибет­ский буд­дизм маха­яны (лама­изм) развил мощную иерар­хи­че­скую струк­туру и слож­ную обря­до­вую прак­тику, в кото­рой главы иерар­хии объ­яв­лены живыми бод­хи­саттвами. Тхе­ра­вада – един­ствен­ное сохра­нив­ше­еся из направ­ле­ний ран­него буд­дизма. В ней нет учения о Бод­хи­саттвах, ритуал более прост. Буд­дизм тхе­ра­вады рас­про­стра­нен глав­ным обра­зом в Шри-Ланке (Цейлон), Бирме, Таи­ланде, Лаосе и Кам­бодже. В буд­дис­кой общине (сангха) при­нято деле­ние на мона­хов и мирян. После­до­ва­тели тхе­ра­вады счи­тают, что достичь нир­ваны могут только монахи.

Оценка буд­дист­ского учения

Буд­дизм, в про­ти­во­по­лож­ность хри­сти­ан­ству, про­по­ве­дует абсо­лют­ное непри­я­тие мира; его идеал – полное уни­что­же­ние мира и прежде всего уни­что­же­ние лич­ного бытия, само­уни­что­же­ние.

Усилия буд­дий­ского муд­реца все время направ­лены не к обна­ру­же­нию поло­жи­тель­ной основы фактов и явле­ний жиз­нен­ного про­цесса, не к обре­те­нию истины, а к раз­об­ла­че­нию отри­ца­тель­ных качеств бытия, к выяс­не­нию при­зрач­но­сти и обман­чи­во­сти вещей, дей­ствий и явле­ний, состав­ля­ю­щих содер­жа­ние жизни. Всюду в этой слож­ной, полу-фило­соф­ской, полу-мисти­че­ской работе про­би­ва­ется непре­рыв­ное стрем­ле­ние не к вели­чай­шей реаль­но­сти, не к абсо­лют­ному бытию, не к Богу, а к умень­ше­нию интен­сив­но­сти бытия, к сли­я­нию само­раз­ла­га­ю­ще­гося и искус­ственно раз­ла­га­е­мого живу­щего суще­ства с абсо­лют­ным небы­тием, с нир­ва­ной. Это не рост духа, состав­ля­ю­щий цель хри­сти­ан­ской аске­тики и мистики; это, выра­жа­ясь под­лин­ными сло­вами буд­дизма, «пре­кра­ще­ние духа».

Сооб­разно с этой основ­ной тен­ден­цией буд­дий­ского экс­таза, от него веет ледя­ным холо­дом, насто­я­щим дыха­нием смерти. Во всех рас­суж­де­ниях нет ни одного слова о любви. Но зато, сколько забот, дум, грез об «уга­ше­нии,» о «пре­кра­ще­нии» …

Если конеч­ная цель есть избав­ле­ние от пере­во­пло­ще­ний и совер­шен­ное уни­что­же­ние лич­ного бытия, то доб­ро­де­тель низ­во­дится на сте­пень лишь под­го­то­ви­тель­ного сред­ства, кото­рое на извест­ной сту­пени совер­шен­ства грозит стать поме­хой на пути к цели. Дей­стви­тельно, дела, совер­шен­ные в насто­я­щей жизни, необ­хо­димо пере­во­дить к новому пере­во­пло­ще­нию. Дурные дела не выгодны: они при­ве­дут к новому вопло­ще­нию с уве­ли­чен­ными стра­да­ни­ями. Но и добрые дела при­во­дят к новому вопло­ще­нию; правда они обес­пе­чи­вают «небес­ные радо­сти,» но они пре­зренны, потому что они не вечны и не избав­ляют от воз­рож­де­ний.

«Как бы велики не были нужды и потреб­но­сти других, никто не должен ради них жерт­во­вать своим соб­ствен­ным спа­се­нием,» нахо­дим мы в своде буд­дий­ской морали.

Фон Шредер (иссле­до­ва­тель индус­ской куль­туры) гово­рит: «Снова и снова, со сто­роны буд­дизма – отри­ца­ние; со сто­роны хри­сти­ан­ства – утвер­жде­ние. Любить, стра­дать и, нако­нец, жить – вот обя­зан­ность, вот жела­ние истин­ного хри­сти­а­нина! Не любить, не стра­дать, не жить – вот идеал буд­ди­ста. Здесь воис­тину выяс­ня­ется глу­бо­кая и широ­кая, не пере­хо­ди­мая про­пасть буд­дизма и хри­сти­ан­ства».

Отверг­нув идею Творца и твари, и пони­мая мир как только зло, одно недолж­ное, фило­со­фия буд­дизма вносит зло в само Абсо­лют­ное, в кото­ром зарож­да­ется непо­нят­ная «суета», «вол­не­ние», порож­да­ю­щие ничтож­ный мир, заслу­жи­ва­ю­щий лишь уни­что­же­ния.

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки