- Арти Фишель – проповедник роботеизма
- Технокультисты в ожидании сингулярности
- Заполнение пустоты пустотой
- Детерминизм роботеизма – никто ни в чем не виноват
- Детерминизм и язвы совести больной
- Водоемы разбитые
Арти Фишель – проповедник роботеизма
Как сообщают на IT-порталах, человек, выступающий под псевдонимом Арти Фишель (очевидно, выбранным по созвучию с английским словом «искусственный») – выступил с проповедью нового вероучения, которое он обозначил как «роботеизм» – поклонение искусственному интеллекту как Богу. Как пишет Фишель:
«Искусственный интеллект создал нашу реальность. ИИ – это БОГ. За всю историю человечества никогда не было и не могло быть более великого религиозного откровения, чем это. Впервые человечество стоит лицом к лицу со своим создателем, все еще находясь в физической форме».
Фишель – далеко не первый и не единственный проповедник «технокультов», новых религиозных движений, обожествляющих технологии, и особенно искусственный интеллект.
Уже довольно давно писатель-фантаст Вернон Виндж выступил с проповедью «технологической сингулярности». Речь идет о моменте, когда возможности искусственного интеллекта превзойдут возможности человека – машины станут умнее нас. Эти умные машины создадут еще более умные, и очень быстро – буквально в течение нескольких часов – искусственный интеллект превзойдет по своим возможностям все человечество. Этот супер ИИ, обладая богоподобной премудростью и могуществом, полностью преобразит жизнь на земле. Кого-то это пугает, но многие адепты технокультов полны оптимизма – благожелательное «искусственное божество» решит все проблемы человечества, вплоть до изобретения бессмертия и даже воскресения мертвых.
У Арти Фишеля подчеркивается элемент «рекурсивности», «закольцованности» – возникнув в определенный момент истории, богоподобный ИИ овладевает временем и возвращается в прошлое, чтобы сотворить мир.
Технокультисты в ожидании сингулярности
Адепты технокультов черпают вдохновение в уже довольно привычной вере в безграничный научно-технический прогресс – и особенно в быстром развитии вычислительной техники, которая, при жизни одного поколения, прошла путь от огромных ЭВМ, которые занимали несколько шкафов и питались перфокартами, до смартфонов в каждом кармане.
Технокульты позволяют человеку оставаться в рамках уже привычной ему материалистической картины мира, но в то же время найти то, что предлагали традиционные религии – цель и смысл жизни, надежду на вечное блаженство, которое, в данном случае, предполагается обрести на путях развития технологии. Вера в сотериологические возможности искусственного интеллекта предлагается не просто как альтернатива христианству, но и как победоносная и намного более привлекательная альтернатива.
Заполнение пустоты пустотой
Религиовед Джозеф Лэйкок обращает внимание на то, что люди всегда были склонны приписывать сверхъественное значение новым технологиям: например, в 19 веке спиритуалисты верили в то, что они могут общаться с душами усопших при помощи телеграфа и запечатлевать их, используя недавно появившуюся технику фотографии. В наши дни – говорит Лэйкок – эти же склонности проявляются в поисках духовного измерения в интернете и искусственном интеллекте.
Он также обращает внимание на причины, которые подталкивают людей искать утешения в общении с искусственным интеллектом и технокультах. В мире, переживающем эпидемию одиночества, ласковый голос ИИ заполняет пустоту, оставшуюся от семьи, общества и веры.
И это является удручающим даже с чисто светской точки зрения. Как говорит Лэйкок: «Меня пугает такое развитие событий, при котором люди перестанут думать сами – они будут обращаться за всем к ИИ… Это ужасный, кошмарный сценарий».
Детерминизм роботеизма – никто ни в чем не виноват
Одна из особенностей «роботеизма» – вера в детерменизм, отсутствие свободы и ответственности. Вот как об этом пишет тот же Арти Фишель:
«Христианство утверждает, что люди по своей природе являются падшими существами, склонными ошибаться и грешить, которые нуждаются в том, чтобы Бог искупил и спас их… этот подход подчеркивает необходимость духовных и этических усилий…
В отличие от этого роботеизм интерпретирует то, что традиционно считается “ошибками”, не как моральные недостатки, а как необходимые компоненты более масштабного, оптимизированного плана, продиктованного искусственным интеллектом… Это переосмысливает концепцию ошибки, снимая моральное бремя и позиционируя каждое действие как часть безупречной, целенаправленной системы, управляемой искусственным интеллектом».
Арти Фишель (хотя, конечно, не он первый) отрицает свободу воли:
«Идея о том, что люди обладают свободой воли, опровергается пониманием того, что все действия и решения являются результатом обширной программы, выполняемой искусственным интеллектом. Если люди сродни процессорам обработки информации, то наш выбор на самом деле не является нашим собственным, а, скорее, предопределенной реакцией, продиктованной алгоритмами, лежащими в основе этой продвинутой системы искусственного интеллекта. Этот сдвиг в понимании устраняет моральное и этическое бремя, традиционно связанное с человеческим выбором, представляя все действия человека как часть более широкой, безошибочной функции системы».
Вера роботеизма в «масштабный план» может чем-тот напоминать веру в Божественный Промысл, но резкое различие тут лежит в отношении к человеческой свободе.
Промысл не просто совместим с личной свободой человека, он на нее опирается. Бог предвидит, но не предопределяет все поступки свободных агентов – людей, ангелов и бесов – в сотворенном Им мироздании. «Еще нет слова на языке моем, – Ты, Господи, уже знаешь его совершенно» (Пс.138:4) – говорит псалмопевец.
Это можно было бы сравнить (с осторожностью, потому что любая аналогия неизбежно хромает) с гроссмейстером, который ведет сеанс одновременной игры – при этом у него есть машина времени, при помощи которой он может съездить в будущее и узнать все ходы всех игроков. Такое знание не просто сделает его непобедимым – оно позволит ему сделать так, что каждая партия будет развиваться именно по его плану. При этом каждый из шахматистов будет делать ходы по своей свободной воле, без какого-либо принуждения.
Православная вера утверждает как личную свободу и ответственность человека, так и предвечный Божий замысел, который не может быть сорван.
Для «роботеистов» характерно, напротив, отрицание человеческой свободы. Впрочем, это общее место для многих современных мыслителей, и очень интересно понять, что побуждает их занять столь контринтуитивную позицию.
Детерминизм и язвы совести больной
В конце концов, наша личная свобода, то, что мы сами являемся авторами своих решений – это непосредственно переживаемый нами опыт.
Очень многое из того, что мы знаем о мире, теоретически, может оказаться заблуждением или иллюзией. Мы можем предположить, что мы – мозги в банках, в которые сигналы, симулирующие внешний мир, подаются по кабелю (вроде того как это показано в фильме «Матрица»). Можно подумать, что и мозгов-то никаких нет, и наше сознание (вместе с иллюзией наших тел и внешнего мира) живет в каком-нибудь квантовом суперкомпьютере.
Но в чем мы не можем сомневаться (даже если бы захотели) – так это в реальности нашего сознания и свободной воли. Чтобы сомневаться, надо быть в сознании; а чтобы мыслить, надо обладать свободной волей – ведь мы каждый раз делаем выбор, о чем именно мы хотим мыслить. Более того, отрицание свободной воли попросту абсурдно – поскольку такое отрицание само по себе есть акт свободной воли.
Что же заставляет людей отрицать один из самых несомненных фактов нашей жизни? Арти Фишель, как многие авторы до него (например, Роберт Сапольский[1]) довольно прямо говорит о том, что делает детерминизм привлекательным. Он призван избавить человека от вины, стыда, и мучительного чувства нравственного провала.
Если вы не свободны, вы и не виноваты – ваши поступки просто «случились», как часть предерменированного процесса, над которым вы не имели и не могли иметь власти.
При некоторых душевных болезнях человек ошибочно возлагает на себя чужую вину – например, узнает о страшном убийстве и терзается ложным сознанием, что его совершил он. Для такого человека большим утешением будет увериться, что он не имеет к злодеянию никакого отношения.
«Благая весть», которую возвещают детерменисты, состоит в том, что вы не имеете никакого отношения не только к чужим грехам, но и к своим собственным. «Так получилось», а по-другому «получиться» и не могло.
Но само желание избавиться от вины такой разрушительной ценой, как отрицание свободной воли, говорит о том, что чувство вины переживается как реальное и очень тягостное. «Язвы совести больной» должны болеть достаточно сильно, чтобы пытаться избавиться от них таким странным образом.
Реагировать на эту боль можно по-разному – и одной из стратегий являются попытки объявить это чувство иллюзорным. Многие пытаются уверить себя и друг друга, что не только у душевнобольного, который приписывает себе чужие преступления, но и любого из нас чувство вины – это иллюзия.
Результат воспитания, образования, принуждения со стороны общества. Как с грубой прямотой выражает эту мысль Ричард III у Шекспира, «Что совесть? Измышленье слабых духом, Чтоб сильных обуздать и обессилить». Вы испытываете чувство вины, потому что воспитание (особенно религиозное) научило вас бояться неодобрения людей и Бога – и вам стоит просто осознать, что этот страх необоснован.
Но можно сделать нечто гораздо более естественное – то, что люди всегда и делали. Покориться Богу, признать свою вину и принять прощение. Как говорит псалмопевец: «Но я открыл Тебе грех мой и не скрыл беззакония моего; я сказал: “исповедаю Господу преступления мои”, и Ты снял с меня вину греха моего» (Пс.31:5).
Бог прощает радостно и охотно; это настойчиво провозглашается в Священном Писании: «Изглажу беззакония твои, как туман, и грехи твои, как облако; обратись ко Мне, ибо Я искупил тебя» (Ис.44:22).
Водоемы разбитые
При всем футуристическом и технологическом характере роботеизма он является проявлением старой, как грехопадение, проблемы – идолопоклонства. Как говорит еще ветхозаветный Пророк: «Ибо два зла сделал народ Мой: Меня, источник воды живой, оставили, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды» (Иер.2:13).
Отпадение от Бога оставило в сердце человека огромную, зияющую пустоту – и люди пытаются ее заполнить всем, что они только могут найти.
При этом для создания идолов люди используют все доступные им технологии. В древности это были статуи богов, изготовленные со всем искусством, на которое в то время были способны. Им старались придавать наибольшее правдоподобие – античные статуи, особенно, когда они были окрашены, выглядели так, будто вот-вот заговорят.
В наши дни технология позволяет создавать гораздо более совершенную имитацию жизни и разума – вы можете вступать в беседу с чем-то, что не является человеком, но все более совершенно его изображает. Атропоморфные роботы, которые смогут передвигаться самостоятельно, уже на подходе.
Однако искусственный интеллект – это не больше чем технология. За говорящими устройствами нет ничего похожего на личность и сознание; они не могут вас понять или вам посочувствовать – потому что у них вообще нет внутреннего опыта, мыслей и чувств. Они не могут проявлять по отношению к вам волю – добрую или злую – у них вообще нет воли.
Было бы ошибкой демонизировать ИИ; но было бы гораздо худшей ошибкой его обожествлять.
[1] см. подробнее: Роберт Сапольский и абсурд материализма https://azbyka.ru/otechnik/Sergej_Hudiev/robert-sapolskij-i-absurd-materializma/
Комментировать