20 июня отмечается память святой мученицы Артемии, жившей во времена императора Диоклетиана, которому она приходилась дочерью. Рассказ о том, как через избавление от беснования она зажглась верой и пострадала за Христа.
“Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня” (Мф 5:11)
Августа, римская императрица Сирена, плакала и заламывала руки. Любимая младшая дочь её, царевна Артемия, уже час выла, рвала на себе одежду, билась головой, рычала и издавала нечленораздельные звуки. Её закрыли в своей кубикуле и никто, кроме матери не смел туда войти. Слуги панически боялись.
Донесли августу, императору Диоклетиану. Он омрачился лицом, закрылся у себя, ничего не ел и не пил. Над дворцом на Палатине нависла мрачная напряжённая тишина. Все боялись потревожить августа, отличавшегося необыкновенной жестокостью.
Сирена ушла и закрылась у себя в кубикуле, достала из тайника икону Богородицы и свечи. Она была тайной христианкой. Поставив икону в чистом месте на подставке, августа зажгла перед ней свечу и упала на колени. Слёзная молитва о больной дочери и об обезумевшем муже полилась из её искажённых плачем уст. Женщина понимала, что это наказание от Бога за жестокость мужа к христианам. Раньше он был терпим к их вере, слыл в народе великодушным и мудрым. Но цезари Максимиан и Галерий смогли убедить Диоклетиана, что величие империи в опасности от христиан. Боги гневаются на них из-за неверия и непочтительности. После этого август издал эдикт, запрещающий христианскую веру, повелевающий закрывать их храмы, конфисковывать имущество и указывающий насильно заставлять христиан поклоняться отеческим богам. Множество верующих было брошено в тюрьмы, замучено на площадях и казнено. Вот теперь пришло возмездие — наказание от Бога в виде болезни дочери.
Августа плакала и молилась. Когда она насытилась слезами, поднялась с колен, тщательно спрятала икону и свечу, и пошла к кубикуле дочери. Подойдя к двери, женщина прислушалась. Дочь по прежнему бесновалась. Но в коридорах послышался какой то шум. Это преторианцы, дворцовая личная царская стража, отдавали честь императору и их кожаные туники издавали при этом скрип. Август приблизился к жене и мрачно спросил:
— Артемии легче стало?
— Нет, — сквозь слёзы ответила Сирена.
Диоклетиан открыл дверь и вошёл в кубикулу. Дочь по прежнему билась в судорогах, нечленораздельно бормотала и стонала.
— Что случилось с тобой, дочка? — угрюмо спросил её отец.
Вдруг девочка ответила грубым мужским голосом:
— Теперь здесь живу я.
— Выйди из неё, нечистый! — гневно закричал император.
— Я не выйду отсюда, и никто не может изгнать меня кроме диакона Кириака,— закричал в ответ бес.
Диоклетиан в раздражении покинул кубикулу дочери.
— Кто этот Кириак? — спросил он у жены.
— Это христианский диакон, которого Лаодикий посадил в тюрьму и принуждает к тяжёлым работам на стройке термов, — ответила Сирена. — Между тем он — целитель, и многих больных, даже парализованных и сумасшедших, приводят к нему и они выздоравливают.
— Завтра прикажу ему исцелить нашу дочь, — процедил сквозь зубы Диоклетиан.
Радость, растворённая надеждой, объяла душу матери.
Наутро воины пришли в тюрьму, где был заключён Кириак, и передали ему приказ императора.
— Я не выйду отсюда без моих друзей и постоянных спутников — Смарагда и Ларгия, — ответил старец.
Это были молодые люди, с которыми Кириак носил пищу, одежду и всё необходимое христианам, томящимся на непомерно тяжёлых работах по строительству терм — общественных бань. Сами они были не богаты, но Фарсон, состоятельный и честный христианин, захотел помочь им. За это доброе дело друзья и попали в императорскую тюрьму.
— Хорошо, — согласились воины, — пускай и они идут с тобой.
Преторианцы взяли арестантов и представили их императору. Август находился во Дворце Домициана в Лаларие — месте поклонения богам. Он молился. Увидев Кириака с друзьями Диоклетиан сказал:
— Говорят ты — целитель и изгоняешь бесов. Дочь моя больна, она беснуется. Сможешь ли вылечить её?
— Именем Господа моего Иисуса Христа верую, что Бог исцелит её, — ответил святой.
Император поморщился, но всё же сказал:
— Если вылечишь её, дарую тебе и твоим друзьям свободу. Если же нет — казню вас.
Потом, обратившись к воинам, приказал:
— Ведите их к моей дочери.
Преторианцы повели узников в Дом Августа, примыкавший ко Дворцу. Пройдя открытые небу перестили с красивой колоннадой, нимфеи с бассейнами и фонтанами, поднявшись по красивой лестнице, украшенной колоннами, святые с воинами оказались в широких коридорах с кубикулами. Там у двери дочери их с нетерпением ждала Сирена.
— Заходите сюда, братья, — сказала она, открывая дверь.
Святой Кириак, войдя в комнату дочери царской, обратился к мучившему её нечистому духу с такими словами:
— Во имя Господа нашего Иисуса Христа повелеваю тебе: выйди из этой девицы.
Бес же отвечал из неё:
— Если ты желаешь, чтобы я вышел, то укажи мне другое пристанище, в которое я мог бы войти.
— Вот тебе моё тело, — отвечал святой Кириак; — если можешь, войди в него!
— В твоё тело я не могу войти, — продолжал бес, — потому что оно отовсюду затворено и запечатано.
Тогда святой Кириак сказал ему:
— Во имя Господа нашего Иисуса Христа распятого, выйди из этой девицы, чтобы она была чистым сосудом для служения Святому Духу.
Дух нечистый закричал тогда, говоря:
— О, Кириак! Если ты отсюда изгонишь меня, то я устрою так, что ты будешь послан в Персию.
С этими словами нечистый дух вышел. Артемия же, освободившись от бесовского мучительства, сказала святому:
— Заклинаю тебя Богом, Которого ты исповедуешь — крести меня, потому что я вижу вдалеке Господа, Которого ты проповедуешь.
Сирена в душе очень обрадовалась исцелению дочери, но ещё больше тому, что та захотела креститься.
— Завтра, дочь, мы крестим тебя, — сказала она Артемии и обратившись к Кириаку, спросила, — вы же не откажете, братья?
— Мы будем рады послужить тебе, августа, — ответил старец.
Послали к императору, сообщить об исцелении дочери. Диоклетиан немедля пришёл в кубикулу Артемии. Увидев её осмысленный взгляд и стеснительную улыбку, он обрадовался и сказал Кириаку:
— Я приказал приготовить вам дом рядом с моими термами. Отныне вы будете свободно жить там.
— Надо ещё закончить исцеление твоей дочери, август, — возразил святой. — Завтра надо омыть её в одной из нимфей. Мы придём и сделаем это.
— Хорошо, делай как знаешь. Я прикажу не мешать вам, — ответил император.
На следующий день в одном из бассейнов дворца святой Кириак крестил Артемию, тайно от Диоклетиана. Дав ей наставление, старец ушёл, а Сирена стала учить дочь основам христианской веры.
О крещении царевны вскоре стало известно святому папе Маркеллу, и он, тайно призвав к себе Артемию, довершил его миропомазанием. Мать и дочь были несказанно рады всем этим событиям и тайно молились вместе. Одной из самых слёзных молитв их к Богу была та, чтобы муж и отец их прекратил гонение на христиан. И Бог услышал молитву матери и дочери.
Вскоре после этих событий Диоклетиан уехал на Восток империи, где неожиданно заболел и был вынужден сложить с себя бремя власти и поселиться во дворце в Салоне (ныне Сплит). Там он и прожил оставшиеся ему шесть лет жизни. Когда, испытывая трудности в правлении империей, бывшие цезари Максимиан и Галерий просили его возвратиться, тот ответил им:
— Если бы вы видели, какова капуста, которую я вырастил, то не стали бы приставать ко мне со своими предложениями.
Между тем Кириак по бесовским козням действительно был вынужден ездить в Персию для исцеления от беснования тамошней царской дочери. Императрица Сирена и Артемия с нетерпением ожидали его возвращения и были очень рады, когда через два месяца он вернулся.
Галерий, новый август, узнал о крещении сестры своей жены. Он страшно разгневался. Призвав Артемию к себе, новый император хотел убедить девушку оставить христианство.
— Я слышал, сестра, что ты приняла веру в Распятого Галилеянина. Так ли это?
Артемия смутилась, но, вспомнила слова Господа: “Итак, всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцом Моим Небесным; а кто отречётся от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным. Не думайте, что Я пришёл принести мир на землю; не мир пришёл Я принести, но меч, ибо Я пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью её, и невестку со свекровью её. И враги человеку – домашние его.” (Мф.10:32-36)
Потому она дерзновенно отвечала:
— Да, я верю в Единого Бога, сотворившего небо и землю, и в Сына Его — Господа нашего Иисуса Христа.
— Да как ты смеешь предавать веру отцов?! Бессмертные боги гневаются на нас и все беды империи у нас из-за ваших волхвов! — в гневе закричал Галерий. — Если ты не отречёшься от ваших заблуждений, я прикажу кинуть тебя в темницу к нищим и бродягам, к злодеям и убийцам. Кто крестил тебя?
— Я не отрекусь от Бога моего, делай как знаешь. И кто крестил меня, я тебе не скажу, — твёрдо ответила девушка. — А беды империи нашей все из-за того, что вы с отцом устроили беззаконное гонение на христиан.
— Мерзкая девчонка! Ты пожалеешь о своих словах! Ты завтра же будешь умолять меня освободить из мрачной, сырой темницы. Стража! — позвал преторианцев август. — А твой Кириак, который живёт возле наших терм, будет, как собака ходить за мной на цепи. Пока ты не образумишься.
Артемия вздрогнула, но тут вошли воины и император приказал запереть сестру в одной из камер тюрьмы. Затем послал за Кириаком и повелел раздеть старца догола и везде водить того за собой на цепи.
Царевна очень страдала в тюрьме. Сначала некоторые негодяи хотели надругаться над ней, но узнав, что она царская дочь и христианка, испугались и стали её уважать. Но девушка привыкла к роскошной жизни в императорском дворце, к толпам слуг, мягким подушкам на стульях и постели, плетённым креслам, блеску мрамора и золота, чистоте и уюту. Здесь же её окружали сырые мрачные стены, жёсткие нары и стулья, грубые столы и такие же лица. Кроме того её томили жажда и голод, но больше всего — мысли о своей вине перед учителем и благодетелем, Кириаком. Артемию утешали только слова Господа: “Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.” (Мф.5:11-12)
Блаженный папа Маркелл, узнав об издевательствах над Кириаком, улучив момент, вышел на дорогу навстречу императорской процессии и воззвал к августу громким голосом:
— Для чего ты убиваешь служителей Божиих, молящихся за твоё царство?
Но Галерий не стал даже слушать старца, а приказал бить его палками, а затем приставить папу пастухом к животным. Кириака же и его друзей он отдал на истязания своему наместнику Карпасию, сказав:
— Убеди этих волхвов, совращающих народ к христианству, принести жертвы; заставь их сделать это, хотя бы мучениями.
Когда в тюрьму поместили Кириака и ещё больше двадцати христиан, царевне Артемии стало легче переносить свои страдания. Теперь она имела утешение в беседах со старцем и его единоверцами. Но продолжалось это недолго. Карпасий со всею присущей ему жестокостью обрушился на святых мучеников, некоторых умертвил. Но не смог никого заставить отречься от веры во Христа. Тогда наместник направил гонца к императору и сообщил о своей неудаче. Август прислал приказ всех казнить.
Утром их вывели за город и отрубили головы. Дочь августа, сестра императора, принцесса по крови, святая великомученица Артемия безропотно преклонила свою голову на камень под меч воина. Как ни страшно было девушке, но она видела своим внутренним взором Того, Кто призвал её в Своё Небесное Царство.
Святая мученица Артемия, моли Бога о нас!
Комментировать