митрополит Иерофей (Влахос)

Вечная жизнь

После окончательного Суда, который произойдет во время Второго пришествия Христова, начнется вечная жизнь. Она будет двух образов: вечный рай и вечный ад. Преподобный Максим Исповедник называет рай «вечным благобытием», а ад – «вечным горебытием». Конечно, в обоих случаях это «вечное бытие», но различен образ бытия, который зависит от состояния человека.

Христос в евангельском зачале о будущем Суде говорит о вечной жизни. И пойдут сии в муку венную, а праведники в жизнь венную (Мф. 25,46). Это означает, что человек не заканчивает своего бытия ни со смертью, ни с будущим Судом, но жизнь продолжается и после него. Грешник не уничтожается после Суда, но будет жить вечно, пожигаемый действием божественной благодати. Это, разумеется, есть результат свободного выбора.

Несмотря на то что ад вечен, в то же время термин «вечная жизнь» связан более с жизнью во Христе, потому что жизнь вдали от Бога в действительности и есть, и называется смертью. Потому Христос сказал: Сия же есть жизнь венная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. 17,3). Знание Бога и общение с Иисусом Христом и есть, и называется вечной жизнью.

В этих рамках должно быть помещено и истинное слово Христа: Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь венную и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь (Ин. 5, 24). Смертью называется настоящая жизнь, в то время как подлинной жизнью считается преодоление смерти и общение с Богом.

Вечная жизнь тесно связана со спасением человека и его причастностью славе Божией. Апостол Павел, вспоминая бедствия и скорби, перенесенные им ради славы Божией, писал своему ученику Тимофею: Посему я все терплю ради избранных, дабы и они получили спасение во Христе Иисусе с вечною славою (2Тим. 2,10). Тоже самое говорит и апостол Петр: Бог же всякой благодати, призвавший нас в вечную славу Свою во Христе Иисусе, Сам, по кратковременном страдании вашем, да совершит вас… (1Пет. 5, 10).

Следовательно, под термином «вечная жизнь» скорее понимается общение и единение человека с Богом, причастие вечного Бога и видение нетварного Света. Через эту призму мы будем рассматривать все, о чем будет говориться ниже.

Нужно еще раз подчеркнуть, что жизнь грешников и ад вечны, потому что души грешников по благодати Божией бессмертны. Но здесь термин «вечная жизнь» мы главным образом будем использовать в сотериологическом смысле – как общение с Богом и причастие Его славе.

В этой главе мы рассмотрим три момента. Первый: что есть вечное Царство Божие. Второй: что мы имеем в виду, когда говорим об обновлении творения. Третье: что жизнь праведников в раю будет иметь непрестанное развитие.

Царство Божие

В других главах настоящей книги производится подробнейший анализ того, чем является Царство Божие. Потому здесь большего объяснения от нас не требуется. В предыдущей главе мы говорили о рае, а в следующей поговорим о Царствии Божием и причастии ему во времени. Здесь мы просто подчеркнем некоторые истины, о которых бы неплохо вспомнить.

В Священном Писании термины «Царство Божие», «Царство Небесное», «рай» и «вечная жизнь» отождествляются. Это синонимы, которые означают причастие человека славе Божией. Причастие это начинается в этой жизни, продолжается в жизни после смерти и получит свое исполнение в жизни после Второго пришествия Христова, когда воскреснут тела людей.

Преподобный Симеон Новый Богослов, беседуя о Царстве Божием, говорит, что Царство Небесное – «это Сам Бог, становящийся достоянием человека». Фраза достаточно выразительная. Он особенно настаивает на том, что человек становится созерцателем этого богатства славы Царства Небесного. Обоживаемый человек называется «становящимся зрителем таковой славы»307.

Причастие благодати Божией называется причастием Царства. Преподобный Симеон Новый Богослов снова говорит выразительно: «Царство же Божие есть причастие Всесвятого Духа» 308. Христос, Который придет во Второе Свое пришествие, называется «нашим желанным и слад-чайм царем Иисусом Христом и Богом». Бытие этого Небесного Царя и единение с Ним человека, вследствие чего Христос начинает сиять во святых, и каждый святой, пребывая в Нем, сияет, есть созерцание и причастие Царства.

Да позволит мне читатель поместить здесь слово преподобного Симеона Нового Богослова, потому что своим языком передать его невозможно. Царство Небесное для праведников «имеет лишь Царя всего, везде зримого для них, соприсутствующего и сосуществующего каждому, сияющего в каждом из них, а каждый сияет в Нем»309.

Вероятно, Царство Божие – это взаимопроникновение Христа и верующего. Христос будет обитать в праведнике, будет его прославлять, а прославляемый человек будет сиять, находясь в общении с божественным и нетварным Светом.

Царство Божие – это не тварная действительность, не мирское состояние, но причастие славы Божией. Это должно быть сказано, потому что сегодня Царство Божие понимается очень по-разному. Мы считаем, что изменение богословского значения Царства Божиего имеет страшные последствия и проекции на нашу духовную и общественную жизнь. Морализм не непричастен к этой богословской подмене.

Святитель Андрей, епископ Критский, учит о том, что Царство Божие – это видеть Бога и быть видимым Им. «Бога же зрящий и зримый». Преподобный Иоанн Дамаскин, беседуя о преображении Христовом, которое есть опытное познание Царства Божиего, говорит, что в будущем веке «мы всегда в Господе будем, зря Христа, сияющего светом Божества»310.

В плоскости этой мысли движутся все святые отцы. Святитель Григорий Палама, который может быть назван богословом нетварного Света, говорит о «совершенстве будущего века». Используя слово евангелиста Иоанна о том, что, когда Христос явится, мы будем подобны Ему, он говорит, что тогда мы будем чадами Божиими, «зря и испытывая светлость Божию, сиянием Христовой славы озаряемыми и вместе сияющими»311. Святые будут озаряться светлостью Христовой и сиять вместе с Ним. Таким образом, слава Божия станет и славой праведников, с той лишь разницей, что слава Бога – по естеству, в то время как слава людей – по благодати, дар Божий.

Несмотря на то что причастие славе будет различным в соответствии с духовным состоянием праведников, там, в Царстве Небесном, будет упразднено всякое классовое разделение людей, потому что уже не будет «учащего и учащегося». Действительно, в Царстве Божием будет упразднено «разделение на учащих и учащихся»312.

Святые отцы все время настаивают на той истине, что опыт Царства Небесного начинается еще в этой жизни. Вкушение будущих благ начинается «отсюда»313.

На этом мы более не будем останавливаться, потому что более подробный анализ этого тезиса читатель может найти в других главах настоящей книги. Но нужно снова подчеркнуть, что, когда мы говорим о Царстве Божием, мы имеем в виду причастие нетварной благодати Троичного Бога. И поскольку эта благодать вкушается как Свет и таким образом человек получает славу, то Царство Божие есть приобщение славы Божией.

Обновление творения

Церковь ясно учит о том, что творение является созданием Божиим, что оно приняло тление по причине падения человека и что от этого тления оно будет освобождено.

В церковном Предании принято говорить более о творении, чем о природе. Слово «природа» (физис) указывает на нечто физическое, в то время как слово «творение» – на тварное, на то, что было создано, потому что не существовало прежде. Таким образом, в Церкви не говорится о физическом и метафизическом, но о тварном и нетварном. Нетварное не началось с того, что было создано, не имеет и конца. Нетварное – это саможизнь, тогда как тварное начинается с создания. Бог желает, чтобы бытие тварного не имело конца, хотя по своей природе оно когда-нибудь должно закончиться.

Различие между тварным и нетварным подобно глубокой пропасти. Они совершенно не похожи друг на друга. Единственным общим моментом между тварным и нетварным является Богочеловек Христос, в Лице Которого соединились божественная природа и человеческая, то есть нетварное и тварное.

Согласно преподобному Максиму Исповеднику, лишь безграничное, всесильное естество, сотворившее сущности, является простым и единовидным, бескачественным и мирным. В нетварном естестве, то есть в Боге, нет никакой сложности. Напротив, тварное естество сложно, потому что состоит из естества и акциденций314 и нуждается в Божественном Промысле315. Бог создал все творение и сохраняет его Своим нетварным Промыслом. Преблагой Промысел Божий «есть спасение для всякого творения»316.

Конечно, мы не должны забывать, что термин «творение» относится и к Ангелам, и к демонам, и к людям, и ко всякому бессловесному созданию. Этот термин относится ко всему созданию, словесному и бессловесному.

Мы знаем, что сначала Бог сотворил мысленный мир, потом чувственный и вещественный мир, а впоследствии – человека, который соединяет в себе два мира – мысленный и чувственный. Значит, человек – это совокупность всего творения, микромир в макромире, или, употребляя лучшее выражение, макромир, с точки зрения ценности, в микромире.

Но здесь, когда мы говорим о творении и его обновлении, в большей степени мы подразумеваем вещественное и бессловесное создание, которое по Промыслу и благодати Божией обновится в будущем веке. Это и интересует нас в настоящем исследовании.

В Священном Писании говорится о падении творения, а также и об освобождении его от тления. Классическим является место из Послания апостола Павла к Римлянам. Как весьма характерное мы приведем его целиком. Оно поможет нам в дальнейшей разработке нашей темы.

Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих. Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне (Рим. 8,19–22).

В этом отрывке есть несколько интересных моментов. Первый: чувственный мир, вещественное создание, называется творением, а не природой, потому что связывается с существованием Создателя и, следовательно, не присносущно и не вечно, каким его считали некоторые философы. Второй момент: творение подчинилось тлению не по своей воле, потому что творение не имеет ни воли, ни свободы, но по причине падения человека. Человек увлек в тление все творение. Третий момент: творение стенает и мучится вместе с человеком, ищет освобождения и уповает на него. Четвертый момент: ее упование относится к откровению сынов Божиих. Поскольку человек стал причиной ее падения, то от человека произойдет и ее обновление. Когда мы говорим «от человека», то, конечно, под ним понимаем Богочеловека, который есть чадо Божие. Пятый момент: подается уверение в том, что все творение будет освобождено от рабства тлению и введено в свободу славы детей Божиих. Это означает, что все творение будет вкушать те блага, которые произойдут от причастия человека славе Божией.

В этом отрывке видна точка зрения Церкви, ее учение о так называемой экологической проблеме и обновлении творения. Причиной падения является непослушный человек, бунтовщик, а причиной его обновления – сын Божий по благодати, обоженный человек. Он освободит и обновит творение. В действительности благодать Божия через человека преобразит и бессловесное создание. Поиски обновления творения вне обоженного человека напрасны.

Человек, соединяющийся со Христом, есть новое творение и потому становится причиной славы. Апостол Павел говорит: Кто во Христе, тот новая тварь (2Кор. 5, 17). Апостол Петр, обращаясь к кончине мира, говорит не об окончательной и полной гибели, а об обновлении и преображении: Мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда (2Пет. 3, 13). Здесь с очевидностью показано, что речь идет об обновлении творения, а не об его исчезновении и гибели. Ниже мы коснемся этого подробнее, когда будем говорить об учении отцов Церкви.

Изучая места Священного Писания, мы должны выяснить, какпала тварь и в чем состоит ее обновление, как говорят о том святые отцы Церкви. При этом анализе мы всегда должны иметь в виду те места Писания, которые уже приводили ранее.

Сначала мы должны поговорить о падении твари.

Преподобный Григорий Синаит говорит, что тварь не была создана изменяющейся и тленной, но подчинилась, сама того не желая, тлению вместе с падением Адама317. Преподобный Макарий Египетский, указывая на эту истину, использует один прекрасный образ. Он говорит, что когда пленяется царь, то по необходимости вместе с ним в плен следуют и его слуги. Так и с падением Адама, который был господином и царем всех творений, служивших ему, падением была захвачена и вся служившая ему тварь318.

Трагедию творения после падения Адама и входа в нее тления прекрасно описывает преподобный Симеон Новый Богослов. Он пишет, что после выхода Адама из рая вся тварь не хотела смотреть на человека и была охвачена гневом на него. Тварь не хотела подчиняться ему. Солнце не желало светить, луна – посылать своего света, звезды – сиять, источники не хотели испускать воду, а реки – течь. Воздух не хотел давать дыхание человеку, а звери и все животные рассердились на него, потому что он потерял ту славу, которой обладал. Небо справедливо желало упасть на человека, а земля не могла его держать. И тогда вмешивается Бог Своей любовью и человеколюбием и, взирая на будущее воссоздание через воплощенное домостроительство Своего Сына, удерживает тварь силою и укрощает гнев творений на человека, доколе человек не станет духовным, нетленным и бессмертным, дабы и она сама освободилась от тления и вместе с ним обновилась, стала нетленной и духовной319.

Поскольку падение твари совершилось через человека, то и обновление ее произойдет через обоженного человека. Человек, стало быть, является связующим звеном между мысленным и чувственным мирами.

Внимательное изучение приведенных библейских и святоотеческих мест приводит к выводу, что с воскресением и возрождением человека обновит ся от тления и тварь. Это мы хорошо видим во всем Предании Церкви. Ниже мы приведем учение преподобного Симеона Нового Богослова об обновлении твари.

Все сказанное ниже должно рассматриваться через призму того, что все творение Богом было создано «из несуществующего вещества». Бог привел это вещество в бытие. Это означает, что нет никакого смысла в том, чтобы творение, бессловесное создание было уничтожено совершенно и исчезло. Бог ничего не творит для того, чтобы впоследствии оно было истреблено. В этом нет никакого смысла. Да и во всех текстах Священного Писания, приведенных нами выше, говорится о «новых небесах и новой земле», об освобождении твари от тления, о ее обновлении. Эти фразы не могут говорить о ее полном уничтожении.

Преподобный Симеон Новый Богослов являет нам здесь целое откровение. Он говорит, что как Бог сначала создал тварь нетленной, а потом – человека, так и тварь сначала должна претвориться, то есть измениться, а вместе с ней обновятся и истлевшие тела, чтобы «человек, став духовным и бессмертным, снова обитал в нетленном, присносущном и духовном месте»320.

Здесь говорится об обновлении тел, об изменении и претворении всей твари. Также говорится о том, что после своего воскресения и Второго пришествия Христова духовный человек будет жить в духовном, нетленном и присносущном месте. Это подтверждает уже сказанное нами, что Бог создал тварь не для того, чтобы впоследствии уничтожить ее.

Преподобный Симеон связывает обновление тел с воссозданием твари. Как тела обновятся в воскресении, так и «небо и земля, и все, что в ней, то есть вся тварь, обновится и освободится от рабства тлению». И вся тварь не только обновится, но и «стихии эти вместе с нами будут причастны той светлости»321. Не только человек, но и вся тварь будет причастна светлости Божией. Конечно, нужно сказать, что будет это относительно, потому что лишь человек причащается боготворящей энергии Божией. Тварь причащается существотворящей и животворящей энергии Божией. Факт состоит в том, что и тварь изменится и преобразится.

Преподобный очень удачно использует пример старого медного сосуда, который мастер помещает в огонь, где он очищается, обновляется, освобождаясь от окисла. То же самое произойдет и с творением. Поскольку оно обветшало по причине греха людей, то Создатель поместит его в огонь, чтобы «оно переплавилось, воссоздалось, чтобы оно стало светлым и несравненно более новым по сравнению с видимым ныне»322. Здесь говорится о воссоздании и переплавке, что сделает тварь светлее той, которую мы видим сегодня.

На этом настаивает преподобный Симеон Новый Богослов. Он говорит, что, когда Бог обновит человека и сделает его нетленным, бессмертным и духовным, тогда «и все это творение, говорю, изменит вместе с ним и соделает его присносущным и невещественным»323. Тварь станет невещественной и вечной. Вся тварь изменится с человеком, «вместе с ним».

Это важно, потому что я слышал одного богослова, который говорил, что тварь преобразится в человеке, потому что человек – это совокупность всего творения. То есть весь мир не обновится. Но такое мнение противоречит словам Священного Писания об освобождении твари от тления и слову преподобного Симеона, говорящему о ее обновлении «вместе с ним», а не просто «в нем».

Взгляды преподобного Симеона Нового Богослова не поощряют, конечно, никаких хилиастических воззрений, потому что последние говорят о земном состоянии. Преподобный Симеон говорит не о вещественном и чувственном месте, не о вещественной и чувственной твари, а о духовной.

Преподобный Симеон утверждает, что когда мы говорим об обновлении твари, то под этим понимаем не то, что она возвратится в то состояние, в котором находилась в первом рае, до падения Адама. Тогда Адам был чувственным и изменчивым, нуждался в пище. Но после воскресения тел Адам будет духовным, потому что, как говорит апостол Павел, сеется тело душевное, восстает тело духовное (1Кор. 15, 44). Как Адам будет духовным и не будет нуждаться в питании, так и вся тварь по действию Божию претворится «в невещественное и духовное превыше всякого чувства в пакибытии… жилище». Итак, вещественной и чувственной твари, какой она была сотворена Богом, чтобы удовлетворять нужды Адама, не будет. Тварь будет духовной и невещественной, дабы люди, имея бестелесные тела, став «превыше чувства в чувстве» и будучи «неописанные в неописанных», имели бы «достойное… их славы жилище»324.

Очевидно, здесь говорится о духовном жилище, об особом месте, где будут жить духовные люди. Преподобный Симеон несколько раз говорит о жилище или обиталище, потому что все творение станет раем, изменится и обновится вместе с человеком325.

Преподобный Симеон для большей ясности приводит некоторые примеры. Логика человека, поскольку эти вещи превосходят всякий ум, не может постигнуть то, как все станет духовным и божественным, соединится с мысленным и станет «иным раем мысленным и Иерусалимом небесным». Доселе никто не пребывал в столь прекрасном месте. Приводя различные примеры, он говорит, что солнце, луна и звезды засияют еще ярче. То же самое произойдет и с землей: она вся засияет, раскрывая свою красоту. Приведем слова самого преподобного отца: «Земля же неизреченную и новую воспримет красоту и неувядаемую зелень, то есть цветами световидными и красотою духовною украсится, в них же правда, по праведному слову, живет»326.

Мы говорим о единении земного творения с небесным, единении, превышающем чувство. Преподобный Симеон весьма выразителен: «Земная тварь, видимая и чувственная, изменится и с небесной, то есть с невидимой, тварью превыше чувства соединится». И тогда, когда все земное по благодати Божией соединится с небесным, «праведники унаследуют эту обновленную землю, которую наследуют кроткие, ублажаемые Господом»327.

Из всего учения преподобного Симеона видно, что когда мы говорим о вечной жизни и обновлении твари, то понимаем под этим преображение человека и его пребывание в духовном месте. Тварь не исчезнет, но претворится, обновится, изменится.

Выразителем этого богословия преподобного Симеона является и преподобный Никодим Святогорец, говорящий о будущей радости праведных. Конечно, обращаясь к народу, он более доходчив и прост, однако представляет именно ту богословскую истину, которую мы развивали прежде. Он пишет: «Знай, о, слушатель, что во Второе пришествие мир обновится и станет гораздо прекраснее и светлее, чем ныне. Стихии очистятся от всякого тления. Огонь станет светлее и не будет жечь, потому что все его жжение уйдет в геенну. Воздух очистится от всякой тьмы и облака. Вода заблестит и засияет подобно зеркалу и льду. Также и земля утончится, станет чистой от всякой нечистоты и вредного вещества. Потому что все вредное, приносящее скорбь и болезнь, как то: жжение огня, холод воды, тьма воздуха, зной лета, всякая нечистота и зловоние мира сего, соберутся в бездне геенны к большей муке окаянных грешников. Стихии, таким образом, пребудут очищенными, дабы вся земля, подобно иному раю, стала невредимой и прекрасной.

Также и небеса, солнце, луна и звезды будут сиять чудно, в семь раз ярче, как говорит Исаия, что свет луны станет подобным свету солнечному, а свет солнца – в семь раз светлее, как свет семи дней328. Движение их прекратится, потому что солнце, луна и планеты сейчас движутся для благодеяния человеку, то есть ради рождения и тления, а тогда, после всеобщего воскресения, прекратят свое движение. Солнце станет на востоке, а луна – на западе, а остальные светила – на своем месте, как они были сотворены изначала. Времена года не будут сменять друг друга, не будет ни лета, ни зимы, и ночи не будет, но всегда единая вечная присносущность лет с безграничной радостью и непостижимым веселием. Все это будет по божественному повелению ради большей славы и наслаждения праведных, дабы за дела свои они получили многократное вознаграждение» 329.

Будущее обновление твари можно испытать уже сейчас. Как уже в этой жизни человек может стать зрителем славы Божией, так уже сейчас можно приобрести ощущение будущего изменения твари. Когда ум человека просвещен, тогда он не порабощается твари, но в ней видит логосы вещей, нетварную благодать и действие Божие. Когда внутри него «чувственно и благочувственно» благодать Божия, тогда он переживает свое воскресение и воссоздание твари. Все ему представляется прекрасным. В рамках сказанного мы должны поместить прекрасные описания творения, описания, сделанные святыми. Человек есть центр творения, потому нетварная благодать через него передается всей бессловесной твари. Потому дикие животные подчиняются святым, как свидетельствуют о том церковные синаксарии. Особенно же очевиден опыт будущего изменения и преображения твари в мощах святых.

В этом смысле мы говорим, что Христос Своим вочеловечением принес на землю новое творение, потому что дал возможность уже теперь приобретать ощущение его обновления и с надеждою ожидать будущее обновление. Потому у нас в Церкви есть не просто указания на эту жизнь, но и доказательства.

Постоянное развитие в будущем веке

Вечная жизнь – это не остановка, но постоянное движение, и потому святые непрерывно будут становиться все более вместительными в приобщении нетварной благодати Божией. Эта истина подчеркивается в библейско-святоотеческом предании. Она покоится на двух богословских основаниях. Первое: человек сотворен по образу и подобию Божию. Слова «по подобию» указывает на движение, на обращение к Богу. И естественно, под этим понимается то, что совершенствованию не будет конца, потому что это означало бы полное и окончательное уподобление Христу. Второе: оно связано с предыдущим, имеет отношение и к различию между нетварным и тварным. Тварное никогда не сможет стать нетварным. Но тварное движется к нетварному, хотя никогда не может стать нетварным по естеству. По этой причине оно всегда будет двигаться, и не будет конца этому движению.

Святые при созерцании Бога очень хорошо постигают тварность и изменчивость своей природы. Они воспринимают это как падение. Конечно, это говорится при сравнении тварного с нетварным, когда нетварное видит свое ничтожество. Потому видевшие Бога постигли свою тленность, смертность, как Авраам, и сказали: Я прах и пепел (Быт. 18, 27).

Это непрестанное движение и развитие видно из многих мест Священного Писания. Грамматический вид глаголов настоящего продолженного времени330 во многих фразах, как то: «кайтесь», «бдите» и так далее, указывает на то, что речь идет не об устоявшемся состоянии, а о непрестанном развитии, которое начинается уже в этой жизни.

В Откровении святого Иоанна Богослова есть такое побуждение: И святыйда освящается еще (Откр. 22, 11). Это происходит не только в этой жизни, но продолжается и в иной жизни. Восшедший на ступень очищения и покаяния будет переходить от святости к святости и от благодати к благодати. Чем более человек будет получать радости от созерцания славы Божией, тем более будет увеличиваться жажда ее созерцания.

Это и есть путь добродетели. Добродетель не имеет конца. Противоположное означало бы насыщение, а сытость, что естественно, порождает утомление и усталость. Поскольку добродетели суть плоды Всесвятого Духа, то мы никогда не сможем достигнуть совершенства жизни Христовой, а значит, не существует и предела добродетели. При этом мы понимаем, что нет конца покаянию, потому что это означало бы уподобление Христу по природе.

Святитель Григорий Нисский утверждает, что добродетель не имеет конца. Совершенство в том, что измеряется чувствами, заключается определенными границами, измеряется единицей измерения. Но для великих благ, таких как добродетель, нет никаких пределов. «В том, что касается добродетели, мы научились от апостола единственному пределу совершенства – отсутствию всяких пределов»331. Добродетель не имеет предела, не имеет конца. Святитель подчеркивает это, имея в виду слово апостола Павла: Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или у совершился: но стремлюсь, не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус. Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе. Итак, кто из нас совершен, так должен мыслить (Флп. 3,12–15). Апостол Павел, несмотря на свое ощущение, что его достиг Христос и что он находится на пути совершенства, чувствует, что еще не достиг.

Святитель Григорий Нисский, обращаясь к этому апостольскому высказыванию, говорит, что Павел, спеша по пути добродетели и простираясь вперед, не чувствовал, что шествие его закончилось, потому что остановку в пути не считал безопасной. Концом добродетели является зло, как и концом жизни – смерть. Бог по своей природе является совершенным благом, не имеющим никакого зла. Потому божественная природа беспредельна и безгранична, то есть не имеет конца. Подвизаться в добродетели означает приобщаться Богу. Итак, те, кто познает добро по природе, желают приобщиться его. Но поскольку добро по природе не имеет границ, не имеет конца, то пожелание приобщающегося не приобщается греху. Добродетель, следовательно, имеет один предел – бесконечность. «У добродетели один предел – беспредельность»332.

Если такое происходит в этой жизни, то в другой жизни это, как следствие, продолжится еще в большей степени. Тогда человек приобретет большее познание Бога, а значит, и большее пожелание желаемого. Потому что чем больше любовь, тем больше и познание. А чем больше познание, тем больше и любовь, тем больше и пожелание.

Преподобный Симеон Новый Богослов говорит, что вселение Святой Троицы в сердце совершенных, вселение «ведением и чувством», есть не исполнение желания, а причина сильнейшего, большего желания. Это посещение Божие не дает человеку покоя, но пожигает его огнем. Поскольку ум не может найти конец желаемого, не может положить и предел своему желанию и любви, понуждая себя причащаться бесконечного, то «всегда носит в себе бесконечное желание и ненасыщаемую любовь»333.

Таким образом, определение совершенства – не ограничиваться мерой. Это непрестанная и увеличивающаяся любовь, это пламенное желание Бога. Любая остановка есть зло. Потому, согласно отцам, совершенство определяется как «бесконечное совершенство совершенных».

В учении святых отцов о вечной жизни и причастии нетварной благодати Божией говорится о постоянном развитии. Преподобный Максим говорит о приснодвижимом стоянии334 тех, кто устремляется к желаемому. Согласно преподобному Максиму, обожение отождествляется с уподоблением Богу и причастием Ему. Говоря о причастии, он рассматривает его как постоянное и непрестанное вкушение желаемого. Здесь становится очевидным, что он говорит о непрестанном наслаждении, которое и есть приснодвижимое стояние. Вот его слова: «Приснодвижимое же стояние стремящихся к желаемому состоит в постоянном и непрерывном наслаждении желаемым. Постоянное же и непрерывное наслаждение желаемым – это причастие божественного, превосходящего природу»335.

Из всего учения преподобного Максима становится понятным, что духовная жизнь – это постоянное развитие, которое никогда не прекратится. Потому и говорится о непрестанном восхождении и умножении причастности ко благу. В его трудах мы часто встречаем такие выражения, как «приснодвижимое стояние» и «неподвижное движение». Но чтобы лучше уяснить это положение, одно из самых существенных его положений, мы должны рассмотреть проблемы, поставленные передним философией. Как известно, отцы отвечали на онтологические вопросы философов, давали правильные ответы, основанные на Откровении Божием.

Ориген, во многом следуя теории Платона, утверждал, что движение предсуществовало возникновению мира и что за движением следует остановка. Он говорил, что духи, находившиеся в Боге, почувствовали насыщение и потому пришли в движение. Плодом движения стало сотворение или рождение мира. Отсюда: спасение человека заключается в возвращении души к Богу, где будет остановка. Вот эта схема: движение>рождение> остановка. То есть сначала в движение пришли духи, потом был сотворен мир и, наконец, последует остановка, когда души, освобожденные от тел, упокоятся в Боге336.

Преподобный Максим, противостоя философии Оригена, который двигался в рамках платонических идей о творении и спасении человека, сохраняя сами термины: «движение», «рождение», «остановка», изменяет их последовательность и наделяет иным содержанием. У преподобного Максима первично не движение, а рождение. Мир – это позитивное творение Божие. Бог изначала сотворил мир, в который поместил движение. Без движения творения не могли бы подняться к Богу. Движение, таким образом, это плод творческого действия Бога, поместившего движение в мир, а не причина рождения и падения как человека, так и мира. Всякое творение имеет от Бога возможность движения, потому что без него не было бы совершенства. Потому движение – это не причина падения, а способ восхождения. Естественно, что у движения нет предела, потому что нетварное, то есть Бог, не имеет предела, потому что беспредельно.

Преподобный Максим нашел ответ на следующую проблему: если движение – это природный признак тварного, то как тогда восторжествует остановка, то есть как когда-нибудь остановится это движение? Как раз в ответ на этот вопрос преподобный Максим ввел термин «приснодвижимое стояние». Человек пребудет в общении с Богом, но это стояние будет постоянным движением. Тварное никогда не сможет во всем уподобиться нетварному, ограниченное никогда полностью не станет тождественным бесконечному.

Таким образом, преподобный Максим, отвергая оригеновские представления о движении-рождении-остановке, говорит о рождении-движении-остановке, а также о том, что эта остановка будет приснодвижимая. Изменились, конечно, не только слова. Изменилось содержание. Потому что преподобный Максим под термином «приснодвижимое стояние» подразумевает не освобождение души от тела и пребывание ее в Боге, но вечное бытие всего человека, который состоит из души и тела, его непрестанное совершенство.

Тварь не может двигаться к небытию, к тому, что не есть, потому что этому препятствует управляющее миром действие Божие. Итак, естественным движением твари является движение к жизни во Христе, к исполнению предназначения своего создания.

В этих рамках движется богословие всех святых отцов. Ниже мы приведем несколько цитат из двух отцов, защищавших учение о том, что в иной жизни будет непрестанное развитие у тех людей, которые приобщаются нетварной славе Божией.

Преподобный Григорий Синаит пишет, что в будущем веке у святых и Ангелов не уменьшится желание благ, они не перестанут приобретать все новые и новые дары. Будущий век не будет иметь ни уменьшения, ни ослабления добродетели, и, конечно, не будет и остановки.

Для подтверждения этого тезиса мы приводим соответствующий отрывок: «В будущем веке Ангелы и святые, говорят, никогда не перестанут возвышаться в умножении дарований и никогда не ослабнут в стремлении к добру, так как тот век не допускает ослабления и уклонения от добродетели к пороку»337.

Ту же мысль развивает и святитель Григорий Палама, противостоя философу Варлааму. Последний утверждал, что нахождение человека во время молитвы превыше чувства, как он это понимал, есть самый совершенный дар Божий. Потому та молитва, которая проходит с болью и страданием, не относится к совершенным дарам Божиим.

Святитель Григорий Палама использует много доводов, чтобы опровергнуть это положение. Между прочим он говорит, что не существует самых совершенных даров Божиих, то есть законченных и не допускающих умножения, потому что известно и очевидно, что святые в будущем веке будут иметь беспредельное преуспевание в созерцании Бога. Стремление преуспевающих не прекратится никогда. Благодать, которую получают святые, укрепляет их и ведет к приобщению большего. Бог же, изобильно дающий Свою благодать, безграничен. Именно по этой причине «сыны будущего века будут преуспевать безгранично, получая благодать от благодати и неустанно совершая сладостное восхождение». Все дары, подаваемые Богом, не есть самые совершенные, потому что совершеннейшее не принимает никакого прибавления338.

Итак, согласно святителю Григорию Паламе, в будущем веке будет непрестанное развитие. Остановка отождествляется со злом. Непрестанное развитие начинается еще в этой жизни и для праведников продолжится в иной. Приобщаясь божественной славе, они обретут большее стремление и высочайшее желание. Иными словами, желаемый Бог безграничен и не может быть заключен никакой тварной человеческой природой, сколько бы сил она ни имела.

Святитель Григорий Палама опирается на место из святого Дионисия Ареопагита. Божественный Дионисий в своем труде «О небесной иерархии» говорит о трех чинах Ангелов. Первый чин выше всех и находится ближе к Богу. Низший чин находится ближе к людям. Есть и средний чин, который принимает осияния от высшего чина. Здесь святой говорит об очищении, просвещении и совершенстве Ангелов, что связано с тем, что они все более вмещают в себя сияние.

Преуспевание в богозрении, таким образом, есть и у ангельских чинов. У разных чинов различное преуспеяние. Первый чин «очищается, просвещается и совершенствуется, становясь чистым от всего низкого, полным изначального Света и причастным перводанному знанию и пониманию», «предсовершенной завершенности соразмерно себе исполняясь». И Ангелы очищаются от неведения через познание совершеннейших посвящений, даруемых согласно чину. Более совершенное посвящение приносит большее познание, и это познание называется очищением от предшествующего неведения. То же происходит и с другими ангельскими чинами339.

Нужно добавить, что будущий век, согласно святителю Григорию Паламе, называется нескончаемым, не оканчивающимся никогда, не только в понимании времени, но и с точки зрения прибавления даров. Святитель Григорий, говоря о великом достоинстве Божией Матери, потому что через Нее в мир пришел Христос, подчеркивает Ее достоинство и в будущем веке. Потому что всякое преуспевание в явлении Света, откровении тайн и прибавлении даров будет невместимо без Богородицы: «В том нескончаемом веке всякое преуспеяние в явлении божественного Света, всякое откровение божественных тайн и всякий вид духовных дарований для всех будет невместим без Нее»340.

Следовательно, святоотеческая мудрость говорит о том, что в будущей жизни у праведников не будет неподвижности, но непрестанное развитие. Это будет продолжаться безгранично, потому что по мере познания Бога желание человека будет увеличиваться, а также по той причине, что он не перестанет быть тварным, не станет нетварным по природе. Он может по благодати жить жизнью нетварного, но не по природе, что принадлежит исключительно лишь Богу, Который есть Самобытие и Саможизнь.

Это будет, естественно, с теми, кто еще прежде своей смерти вступил на ступень очищения и покаяния. То есть если человек покаялся, поисповедовался, но не успел исцелиться, ум его не успел просветиться, он по благодати Божией будет преуспевать в божественном познании. Говоря об этом, мы не принимаем латинского богословия, согласно которому если человек покаялся, но не успел исполнить своей епитимьи, то должен будет пройти через чистилище – очищающий огонь. В Православной Церкви нет и речи об удовлетворении божественного правосудия. В ней говорится о входе в стадию очищения и покаяния, хотя бы исцеление и не было завершено. В этих случаях божественная благодать и после смерти будет помогать исцелению, покаявшиеся при ее помощи будут становиться более восприимчивыми к сиянию божественного Света и причастию славы Божией.

Напротив, у непокаявшихся, не показавших на деле своего покаяния, не будет преуспевания в благе и добродетели. Я не находил таких мест у отцов, которые бы говорили о том, что нераскаянные будут двигаться к большему злу. Однако мы знаем, что, как и в раю, в аду будет градация, соответствующая духовному состоянию людей.

Христос, обращаясь к тому городу, который изгонит апостолов, говорит: Истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому (Мф. 10, 15). Слово "отраднее" говорит о том, что градация будет и в аду.

В заключение нужно сказать, что существует вечная жизнь, которая воспринимается или как вечный рай, или как вечный ад. Вот что должно быть предметом нашей заботы. Преображенные тела всех людей будут жить вечной жизнью. Воскреснут все тела, как грешников, так и праведников. Воскресение тел – это дар, данный воскресением Христовым всем людям. Только праведники переживут вознесение, потому что будут восхищены на облаках в сретение Господу на воздухе (1Фес. 4, 17). Во Второе пришествие Христово произойдет и обновление твари от тления. Для праведников приобщение славе Божией будет непрестанно умножающимся. Не будет неподвижного состояния, но приснодвижимое стояние и неподвижное движение.

Человек должен видеть тленность и временность этой жизни, чтобы взирать на вечность. Святитель Григорий Палама, истолковывая слова Писания о том, что проходит образ мира сего (1Кор. 7, 31) и время уже коротко (1Кор. 7, 29), говорит: «Кратка жизнь, близка смерть, тленен мир сей, вечно пребывающий иным». Презрение настоящего мира, приготовление к будущему миру, жизнь, согласно жительству будущего века, насколько это возможно, уклонение от того вредного, что есть в настоящем мире, «безопасно отсылает нас к миру тому»341.

Мысль наша должна быть обращена к вечной жизни, потому что наше жительство – на небесах (Флп. 3, 20). Земные люди могут жить при капитализме, социализме или марксизме, а жительство христиан – небесное. Цель человека – стремление к вечной жизни и приобщение Царству Божию, которому «не будет конца». Совершенству не будет конца, оно будет бесконечным.

* * *

307

SC 129. Р. 348–350.

308

SC104.P. 22.

309

SC 122. Р. 222.

310

См. Иером. Афанасий (Евтич), его труд о прп. Иоанне Дамаскине, «Богородица». Изд. «Преподобный Иоанн Русский». Афины, 1970. С. 262 (на греческом языке).

311

Григорий Палама. Труды. 11 ЕПЕ. С. 446 (на греческом языке).

312

Преподобный Исаак Сирин. Изд. Ригопулу. С. 326 (на греческом языке).

313

Преподобный Максим Исповедник. Добротолюбие. Т. 2. С. 49, глава 78 (на греческом языке)// Четвертая сотница о любви, 9; Добротолюбие. Т. 3. С. 225; в переводе А.И. Сидорова. Изд. «Мартис». М. 1993. Т. 1. С. 143 (на русском языке).

314

Здесь преподобный Максим использует терминологию философии Аристотеля. – Прим. пер.

315

Преподобный Максим Исповедник. Добротолюбие. Т. 2. С. 42, глава 9 (на греческом языке)// Четвертая сотница о любви, 9; Добротолюбие. Т. 3. С. 215; в переводе А.И.Сидорова. Изд. «Мартис». М. 1993. Т. 1. С. 135 (на русском языке).

316

Преподобный Фалассий. Добротолюбие. Т. 2. С. 208, глава 61 (на греческом языке)// Добротолюбие. ТСЛ, 1992. Т. 3. С. 294, сотница первая (на русском языке).

317

Преподобный Григорий Синаит. Добротолюбие. Т. 4. С. 32, глава 11 (на греческом языке)// Преподобный Григорий Синаит. Творения. М., 1999. С. 9–10 (на русском языке).

318

Преподобный Макарий Египетский. Добротолюбие. Изд. «Григорий Палама». Т. 7. С. 184 (на греческом языке)// Преподобный Макарий Египетский. Духовные беседы. Беседа 11,5, ТС Л, 1994. С. 85 (на русском языке).

319

SC122. Р. 190.

320

SC 122. Р. 204.

321

Там же. С. 206.

322

Там же. С. 208.

323

Там же. С. 210.

324

Там же. С. 212–214.

325

Там же. С. 218.

326

Там же. С. 218–220.

327

Там же. С. 220.

329

Преподобный Никодим Святогорец. Благонравие христиан. Изд. «Ригопулу». Фессалоники, 1974. С. 398–399 (на греческом языке).

330

В русском языке это глаголы несовершенного вида в настоящем времени. – Прим. пер.

331

Русский перевод дан по изданию «О жизни Моисея Законодателя».

332

Григорий Нисский. Творения. 9 ЕПЕ. С. 148–150 (на греческом языке).

333

SC 51. Р. 42.

334

ἀεικίνητος στάσις – апофатическая терминология преподобного Максима Исповедника построена на противоположностях, – Прим. пер.

335

PG. Р. 608–609.

336

См. анализ у протопресвитера Димитрия Станилоае учения преподобного Максима Исповедника: Философские и богословские вопросы. Т. 1. Издание Апостольской диаконии Элладской Церкви. Афины, 1978. С. 21 и далее; также священник Николай Людовикос. Евхаристическая онтология. Изд. «Домос». С. 217 и далее (на греческом языке).

337

Преподобный Григорий Синаит. Добротолюбие. Изд. «Пападимитриу». Т. 4. С. 38, глава 54 (на греческом языке)// Русский текст приведен по изданию: Преподобный Григорий Синаит. Творения. М., 1999. С. 24.

338

Святитель Григорий Палама. Творения. 2 ЕПЕ. С. 368–370 (на греческом языке).

339

Дионисий Ареопагит. Добротолюбие. Изд. «Григорий Палама». Т. 3. С. 274 и далее// Русский перевод приведен по изданию: Дионисий Ареопагит. О небесной иерархии. СПб, 1997. С. 71, 73.

340

Святитель Григорий Палама. Творения. 10 ЕПЕ. С. 460 (на греческом языке).

341

Святитель Григорий Палама. Творения. 9 ЕПЕ. С. 568 (на греческом языке).


Вам может быть интересно:

1. Умение умирать или Искусство жить – Двадцать пять глав о памяти смертной архимандрит Рафаил (Карелин)

2. На пороге жизни и смерти – Православное учение о жизни после смерти епископ Александр (Милеант)

3. Смерть и первородный грех митрополит Иерофей (Влахос)

4. Смерть и воскресение епископ Александр (Семёнов-Тян-Шанский)

5. Что такое жизнь протоиерей Александр Иванцов-Платонов

6. Божественная любовь по учению Библии и Православной Церкви – ВЕЧНАЯ ЖИЗНЬ И ВЕЧНАЯ СМЕРТЬ епископ Вениамин (Милов)

7. Духовные рассуждения и нравственные уроки схиархимандрита Иоанна (Маслова) – Жизнь вечная схиархимандрит Иоанн (Маслов)

8. Христианская жизнь протопресвитер Михаил Помазанский

9. Заветы жизни – ЖИЗНЬ ВО ХРИСТЕ архимандрит Епифаний (Феодоропулос)

10. Жизнь по закону духовному преподобный Серафим Глинский (Романцов)

Комментарии для сайта Cackle