святитель Серафим (Соболев)

Глава седьмая

1. Тщетная попытка о. Булгакова обосновать свое учение о Софии на учении св. Афанасия

Впрочем, несмотря на такое отрицательное отношение к объяснению данных слов кн. Притчей о Премудрости Божией св. Афанасием Великим, о. Булгаков каким-то образом находит в этом толковании благоприятное для себя учение о Софии. Прот. Булгаков заявляет, что о той Софии, о которой он учит, будто бы учит и св. Афанасий Великий. В своем сочинении «Купина Неопалимая» он говорит: «в учении св. Афанасия Великого появляется... характерное различие Премудрости извечной и Премудрости тварной, вписанной в мир, причем текст 8:22 (кн. Притчей), по его мнению, говорит и о той и о другой. В таком случае и возникает вопрос об этой Премудрости, и фактически св. Афанасий излагает здесь учение о Софии, как первообразе творения (так понимает этот текст и Митрополит Макарий. Догмат. Богосл. 1. §38, 366, который говорит здесь, ссылаясь на отцов Церкви, – в частности на Иоанна Дамаскина и св. Дионисия Ареопагита о первообразах πρωτότυπα и предначертаниях παραδείγματα вещей в Боге). Таким образом, центр тяжести в истолковании переносится с ипостасного Логоса на Премудрость Божию, чрез Него раскрываемую в Духе Святом. Как говорит св. Григорий Богослов: «чем занята была мысль Божия, прежде, нежели Всевышний, царствуя в пустоте веков, создал вселенную и украсил ее формами? Она созерцала вожделенную светлость Своея доброты... Мирородный Ум разсматривал также в великих умопредставлениях Своих Им же составленные образы мира, который произведен впоследствии, но для Бога и тогда был настоящим» (Слово 4-е). «Этот предвечный мир, – говорит прот. Булгаков, – есть основание мира сотворенного, и о нем-то, об этой Премудрости Божией и говорится в Притчах. Этот мир, в творении из ничего, становится миром тварным, оставаясь самотождественным по онтологической основе. Посему и можно говорить о сотворении мира, как грядущем боговоплощении, как истолковывает это св. Афанасий»288.

Итак, прот. Булгаков полагает, что св. Афанасий, при объяснении им текста из книги Притчей 8:22, учит о Премудрости предвечной, как первообразе творения и о премудрости тварной. Будем пока говорить о первой. По свидетельству о. Булгакова указание на эту Премудрость, будто бы, видит в означенном библейском тексте и М. Макарий вместе с св. отцами – Иоанном Дамаскиным, Дионисием Ареопагитом и Григорием Богословом.

Прежде всего, нас весьма удивляет обращение прот. Булгакова к святоотеческому авторитету, в виду его отрицательного отношения к этому авторитету при толковании св. отцами Св. Писания и в частности – данного текста. К тому же вышеприведенное нами святоотеческое толкование рассматриваемых слов кн. Притчей не дает ровно никакого основания приписывать св. отцам Церкви учение о Премудрости в смысле особого существа, не тождественного ни Богу, ни тварям, о котором учат о. о. Булгаков и Флоренский.

Однако, со всею тщательностью постараемся уяснить, нет ли в самом деле хотя 6ы самого малейшего повода, и прежде всего в учении св. Афанасия Великого, думать, что оно содержит в себе мысль о предвечной Софии, в смысле учения наших софианцев?

О. протоиерей хорошо знает, что св. Афанасий под Премудростию Божией разумеет Премудрость Ипостасную, Слово Божие, Единородного Сына. В своей книге «Купина Неопалимая», он, например, приводит такие слова Афанасия Великого: «Слово приточно говорит о Себе: созда Мя, когда облеклось Оно в созданную плоть. Будучи Сыном и Отцом, имея Бога, как собственное Его рождение, теперь однако же Отца именует Господом, не потому, что Сын – раб, но потому, что приял на Себя зрак раба» (11:50, ср 51). Здесь указуется «не на начало бытия, не на тварную сущность Сына, но на обновление, которое по Его благодеянию совершается в нас... домостроительство о делах, какое совершил Он в плоти (11:53, 55, 62, бб, 74)»289. «Св. Афанасий, – говорит прот. Булгаков, – без конца возвращается к своему апологетическому истолкованию этого текста (Притч. 8 гл., 22 ст.); причем и он, и его противник, ни на минуту не сомневаются отнести его непосредственно к Логосу»290. О. Булгаков по поводу истолкования Афанасием Великим слов: «Господь созда Мя» в том именно смысле, что здесь говорится об Ипостасной Премудрости, о Сыне Божием, даже полемизирует с Великим Отцом Церкви. Он называет такое истолкование сего текста односторонним291, находит, что постановка этого вопроса у св. Афанасия не отличается надлежащей отчетливостию; видит здесь незаконченность, неточности и незавершенные учения292, объясняет толкование Афанасием Великим данного текста из кн. Притчей (8 гл. 22 ст.) полемической борьбой его с арианством293, в основе которой будто были недоразумение и ошибочность в переводе текста294.

Словом, по свидетельству самого же Булгакова, св. Афанасий Великий учит о Премудрости Божией, как о Второй Божественной Ипостаси. Несмотря на это он в то же время свидетельствует, что сей св. отец Церкви наряду с этим учит и о другой, предвечной премудрости, как первообразе творения, которая, по учению прот. Булгакова, является идеей, сущей в Самом Боге, причем она, как говорит о. протоиерей, не есть идея абстрактная, а есть живая личность, не тождественная с Божественными Ипостасями295.

На это мы должны сказать, что такому великому заблуждению св. отец Церкви не только никогда не подпадал, но ревностно его опровергал. Будем говорить его же собственными словами.

В окружном своем послании к епископам Египта и Ливии против ариан св. Афанасий пишет: «Писания говорят, что Он (Христос) есть Отчее Слово, Которым небеса утвердишася (Пс. 32:6)... чрез Которого вся быша (Ин. 1:8); сии же (ариане), став изобретателями новых догматов и вымыслов, вводят иное слово, говорят, что есть другая Отчая премудрость, а Христос по примышлению, по причине словесных тварей, именуется Словом и Премудростию, и не видят, сколько из этого выходит нелепостей».

«Если Писания утверждают, что Он (Господь) есть Слово и Премудрость, а им не угодно, чтобы был Господь Словом и Премудростию, то этим безбожникам и противникам Писаний явно неугодно и бытие Его… Они (ариане) могут научиться хотя у подобных им демонов; потому что, не многих признавая, возглашали, но Сего единого ведая, говорили: Ты Святый Божий (Мк. 1:24), и Сын Божий (Мф. 8:29). И тот, кто внушил им ересь, искушая на горе, не сказал: аще и Ты Сын ecu Божий, предполагая, что есть и другие сыны, но говорит: аще Сын ecu Божий (Мф. 4:3), признавая, что Он один есть Сын... Отрицают того, Который истинно есть Бог и истинное Слово, осмеливаются же представлять Его себе тварью... И если твари чрез Него пришли в бытие, Сам же Он – тварь; то чрез кого Сам Он пришел в бытие?.. И еще: ежели, кроме Господа, есть иная во Отце сущая премудрость, то и Премудрость приведена в бытие премудростию. И ежели Премудрость есть Слово Божие, то и Слово словом произведено. И ежели Слово Божие есть Сын, то Сын сотворен сыном»296.

Ту же мысль высказывает св. Афанасий и во втором своем слове на ариан, заявляя: «нет другого Слова, или другой Премудрости, но одно Оно есть истинный Отчий Сын; …яко Тем создана быша всяческая (Кол. 1:16)".

«Итак, – говорит здесь св. отец, – если в Божественных Писаниях не отыскивается иной премудрости, кроме сего Сына, и от Отцов не слыхали мы ничего подобного; еретики же исповедуют и написали, что есть премудрость несозданно соприсущая Отцу, Ему собственно принадлежащая и зиждительница мира: то Сын сей будет Тот самый, Который, и по их словам, вечно соприсущ Отцу. Ибо Он есть и Зиждитель, как написано: вся Премудростию сотворил еси…

Посему, неудивительно, что ариане... иногда утверждают, что премудростей много, а иногда объявляют, что Она одна; то применяют Премудрость к гусенице, то говорят, что Она соприсуща и собственно принадлежит Отцу; иногда одного Отца принимают несозданным, иногда же и Премудрость и силу Его именуют несозданною; спорят с нами, утверждающими, что Слово Божие всегда пребывает, и сами же забывают слова свои, говоря, что Премудрость несозданно соприсуща Богу. Так во всем омрачены они умом, отрицают истинную Премудрость, и отыскивают премудрость несуществующую, подобно манихеям измышляют себе иного Бога и отрицают Бога истиннаго»297.

Прот. Булгаков, несомненно знает о таком резком осуждении св. Афанасием ариан за их учение о другой предвечной премудрости будто бы сущей в самом Боге; как знает он и то, что сей великий св. отец под Премудростию Божией разумеет Вторую Божественную Ипостась. Как после этого о. Булгаков мог заявить, что Афанасий Великий в объяснении 22-го ст. 8 гл. кн. Притчей излагает учение о предвечной Премудрости, как первообразе творения, т.е. о Премудрости, о которой учит он – о. Булгаков?!

2. Тщетная попытка о. Булгакова обосновать свое учение о Софии на «Догматическом Богословии» М. Макария

Совершенно напрасно прот. Булгаков хочет найти опору для своего учения о предвечной Премудрости, как первообразе творения в «Догматике» М. Макария, полагая, что последний эту предвечную Премудрость имеет в виду, когда говорит о первообразах и предначертаниях словами св. Иоанна Дамаскина и Дионисия Ареопагита. А также напрасно обращается о. Булгаков с тою же целью и к словам св. Григория Богослова. У М. Макария, в его «Догматическом Богословии», нет учения о предвечной Премудрости в смысле учения о. Булгакова.

Действительно, в §58, на который ссылается прот. Булгаков, находятся слова указанных и даже других св. отцов Церкви о первообразах и предначертаниях всех вещей мира в уме Божием или, что то же – о вечных умопредставлениях Божиих, в которых мир существовал еще прежде, нежели получил подлинное (реальное) бытие298. Но чтобы М. Макарий мыслил под этими образами и предначертаниями предвечную Премудрость, о которой учит о. Булгаков, это ни откуда не видно.

Напротив, мы видим и притом в том же §58, что М. Макарий совершенно расходится с прот. Булгаковым в понимании 23, 24, 29 стихов VIII главы кн. Притчей, разумея здесь Ипостасную Божественную Премудрость, чрез Которую Бог сотворил мир. Ни о каком другом посредстве в отношениях Бога к тварям в смысле учения о. Булгакова он не говорит в данном месте, как и нигде в своей «Догматике». Поэтому М. Макарий здесь учит о сотворении мира Ипостасною Премудростию или Словом Божиим. Что именно этою Ипостасною а не другою премудростию Бог сотворил мир, о сем он говорит и в §54, ссылаясь на 23, 24 и 25 стихи той же VIII главы кн. Притчей и на слова Ап. Павла (Евр. 1:2), что сею-то Ипостасною Премудростию или Сыном Своим Бог Отец и веки сотвори299 . Что М. Макарием не допускается учение о предвечной Премудрости, как особом посредствующем существе между Богом и тварями, это видно также из §104, где он приводит такие слова св. Афанасия Великого: «Престолы, серафимы и херувимы поучаются непосредственно от Бога, как высшие из всех и ближайшие к Богу…»300. Мысль, допускающую непосредственное отношение Бога к тварям, мы находим и в § 108, в котором говорится, что Божественный промысел действует в мире и непосредственно своею всемощною силою, и посредством существ, подчиненных сему промыслу (Ангелов)301.

He могли разуметь этой предвечной Премудрости, как особого посредствующего существа в смысле учения о. Булгакова и св. Иоанн Дамаскин и Дионисий Ареопагит, когда говорили о первообразах и предначертаниях. И самый факт ссылки на них М. Макария в данном случае свидетельствует лишь о том, как он и эти св. отцы были далеки от точки зрения прот. Булгакова. В § 59 означенной «Догматики» приводятся такие слова св. Григория Богослова и Иоанна Дамаскина: «поелику, – говорит первый, – для Благости недовольно было упражняться только в созерцании Себя самой, а надлежало, чтобы благо разливалось, шло далее и далее, чтобы число облагодетельствованных было как можно большее (ибо сие свойственно высочайшей благости); то Бог измышляет, во-первых, ангельские силы, – и мысль стала делом» (Слово 45-е)». «Благий и всеблагий Бог, – говорит св. Иоанн Дамаскин, – не удовольствовался созерцанием Себя Самого, но по (преизбытку) благости Своей благоволил, чтобы произошли существа, пользующиеся Его благодеяниями и причастные Его благости (Точное изложение прав. веры, кн. II, гл. 2)». Та же мысль, по словам М. Макария, встречается у св. Дионисия Аpeопагита (de divin. nomin. cap. 4) и у других св. отцов Церкви302.

Если бы предвечная София, о которой учит о. Булгаков, действительно существовала как отдельная личность, то означенные св. отцы не позабыли бы сказать, что до сотворения мира Бог созерцал не только Себя Самого, но и предвечную Софию, – это посредствующее существо, которое, по учению о. о. Булгакова и Флоренского, не есть Бог и не есть тварь303. Вот почему в § 54 того же Догматического Богословия приводятся слова св. Иоанна Дамаскина, которые вместе с вышеприведенными его словами исключают всякую мысль о существовании такой Софии. «Все существа, – говорит он, – или сотворены, или не сотворены»304.

Правда, о. Булгаков приводит слова св. Григория Богослова, из коих видно, что Бог до сотворения мира помимо светлости Своей доброты… «разсматривал также в великих умопредставлениях Своих Им же составленные образы мира»305. Но в десятом своем слове о человеческой добродетели св. Григорий Богослов говорит: «да будет непреложно Известною следующая истина: Первое чистое естество – Троица, а потом ангельская природа; в третьих же – я, человек, поставленный в равновесии между жизнью и болезненною смертью...»306. Эти слова показывают, что между Богом и людьми кроме ангельской сущности нет никакой иной сущности, никакого посредствующего существа в смысле учения прот. Булгакова. Потому приписывать св. Григорию Богослову мысль, что под «образами мира, составленными Богом», он разумеет именно предвечную Софию, как особое посредствующее между Богом и людьми существо, нет ровно никакого основания.

Ясно отсюда, что под первообразами и предначертаниями всех вещей мира, этими умопредставлениями Божиими, в которых мир существовал до своего сотворения, св. отцы никогда не подразумевали предвечной Премудрости Божией, о которой учит прот. Булгаков. Они мыслили первообразы всего тварного принадлежащими не этой Софии, а Премудрости Ипостасной – Самому Богу; и разумели под ними, как мыслею или идеей Божией, Бога Отца, a иногда и Бога Сына, как мы говорили об этом раньше.

Таким образом, М. Макарий не только в своей «Догматике» не дает никакой опоры о. Булгакову для его учения о предвечной Софии, но говорит против сего учения.

3. Свидетельство «Догматического Богословия» М. Макария о Платоне. «Душа мира» по учению Платона и о. Булгакова

Этого мало. М. Макарий дополняет вышеприведенные нами святоотеческие отрицательные мнения о философе Платоне. Он показывает, какая путаница была у Платона в его учении о Боге. А между тем Платон имеет такое важное, основоположительное значение в софийном миросозерцании прот. Булгакова.

В § 29 своего «Догматич. Богословия» М. Макарий говорит: «Постижимость» догмата о Св. Троице думают доказать тем..., что понятие о Божеской Троице находят у философа Платона. Но и Платон говорит в этом случае с такою неотчетливостию и сбивчивостию, что лучшие из последователей его не знали, как его разуметь, и одни думали, что учитель их допускал трех богов: бога высшего, который есть причина всего и отец мира; бога второго – низшего, который создан от перваго, есть какой-то ум, и чрез которого все сотворено; наконец, бога третьего, еще низшего, который создан от второго и есть душа мира, или даже самый мир; а другие полагали, что Платон допускал собственно не троицу, а четверицу в Боге: потому что три начала всего, друг другу подчиненные, подчинял еще какой-то высшей единице. Отсюда – очевидно, что между учением Платона о трех или четырех богах неравного достоинства и учением христианским о трех равночестных Лицах во Едином Боге нет ни малейшего сходства, и некоторые из учителей Церкви не без основания называли Платона предтечею Ария; естественно заключить, что понятие о божественной Троице Платон высказывал не как плод собственного соображения и разумного сознания (иначе он высказывал бы их с отчетливостию), а как понятия, откуда-то заимствованные, и, может быть, неправильно или недостаточно усвоенные; а мог он позаимствовать эти понятия или из слышанных преданий религий языческих, или, как утверждали многие христианские учители, из священных книг ветхого завета и обращения с Иудеями»307.

Дополнительно к словам М. Макария о Платоне мы должны сказать, что по учению прот. Булгакова София есть душа мира308, которая не есть Бог, и не есть тварь. A по учению Платона, как видим, душою мира является третий бог и притом бог созданный. Имея в виду такое различие указанных двух точек зрения на один и тот же предмет и такое крайне несостоятельное учение Платона о Боге в глазах христианского миросозерцания, остается удивляться, как мог о. Булгаков положить в основание своего учения о Софии учение Платона?!

Так печально обстоит дело со ссылкой прот. Булгакова на св. Афанасия Алесандрийского, на «Догматическое Богословие» М. Макария, на св. Иоанна Дамаскина, Дионисия Ареопагита и Григория Богослова в целях святоотеческого обоснования своего учения о предвечной Премудрости,

4. Учение некоторых св. отцов Церкви о Премудрости Божией, как о Св. Духе и общецерковное учение о Премудрости, как о Сыне Божием

В той же книге «Купина Неопалимая» есть у о. Булгакова еще одна ссылка на святоотеческое учение. Он указывает на св. Феофила, епископа Антиохийского и св. Иринея, епископа Лионского, которые Духа Святаго называли Премудростию309. Это обстоятельство дает повод ему видеть спорность и неясность у св. отцов в их учении о Премудрости Божией310.

Относительно этой ссылки прот. Булгакова мы должны сказать, что никакой спорности и неясности в означенном святоотеческом учении нет. Не надо забывать, что св. Феофил и св. Ириней жили во втором веке311, когда учение об Иисусе Христе и в частности, как о Премудрости Божией, окончательно еще не установилось в общецерковном сознании. Таким установившимся вне всякого сомнения для всей Вселенской Церкви мы видим это учение в эпоху Вселенских Соборов, о чем свидетельствуют их «Деяния».

Так, из «Деяний» I Вселенского Собора и в частности из послания Александра, епископа Александрийского к Александру епископу Константинопольскому ясно видно, что уже в то время православная Церновь отождествляла Премудрость Божию со Второю Божественною Ипостасию, Сыном Божиим312.

В «Деяниях» того же I-го Вселенского Собора, где передается спор философа с Собором, от лица последнего приводятся такие слова: «Сын Божий, по принятому словоупотреблению, называется Премудростию, – потому что Он есть Божия Премудрость... Премудрость Бога и Отца есть воистину Бог от Самого Бога, Вечный от Вечного, Истинный от Истинного; потому что Он по существу всегда есть Сын вечного Бога и Отца"… Собор говорит здесь о непостижимой Премудрости, «Которая создала... все сотворенное, – о Премудрости несозданной, безначальной, т.е. о Христе; потому что Христос есть Божия Сила и Божия Премудрость (1Кор. 1:24313.

В «Деяниях» Собора Ефесского, III-го Вселенского, мы читаем следующие слова св. Кирилла Александрийского против несториан: «Особенно же припомню, – говорит он, – что богодухновенный Павел так написал: Христос Божия сила и Божия премудрость (1Кор. 1:24). И опять не дерзай пустословить, что преуспевание возрастом, премудростию и Благодатию приписываем человеку, ибо это, я думаю, ни что иное, как разделять на два одного Христа, но как сказано прежде, будучи предвечным Сыном, называется предопределенным в Сына Божия в последние времена век, усвояющим себе по домостроительству рождение своей плоти. Таким образом говорится и о сущей Премудрости родившего, что Она преуспевала в премудрости, хотя Она совершенна, как Бог, и в то время, как добровольно приняла на себя чрез совершеннейшее соединение свойства человеческие»314.

В «Деяниях» того же Собора Ефесского, III-го Вселенского, помещена, заслушанная на соборе беседа Феодота епископа Анкирскаго, в которой содержатся такие слова сего святителя: «Но как мы проповедуем, – говорит он (Ап. Павел), – Христа распятого, которого также называем Божией силою и Божиею премудростию (самем же званным, иудеем же и еллином Христа Божию силу и Божию премудрость, 1Кор. 1:24), проповедуя, что распятый есть Божия премудрость: то еллины называют это безумием, не умея верить чудодействию Божию, а в рассуждении всех вещей употребляя свои умствования, и думая, что мы наносим оскорбление Богу, когда говорим, что Он усвоил Себе наши страдания, чтобы спасти страждущих»315.

В «Деяниях» Собора Константинопольского III-го, VI-го Вселенского, приводится слово от лица Собора к Императору Константину, где находятся такие изречения: «Поэтому и Христос Бог наш, Отчая премудрость и сила, чрез Которую все сотворено и содержится, выставляет против них (еретиков) в удобное время своих ратоборцев, которые берутся за меч духовный, чтобы поразить и уничтожить тех, которые поднимают руку на Его собственный народ и пытаются разбойнически занять святилище Церкви»316.

Наконец в «Деяниях» Никейского II-го, VII-го Вселенского Собора, находится Высочайшая грамота Императора Константина и Императрицы Ирины, где, мы читаем следующие строки: «Самосущая Премудрость Бога и Отца, Господь наш Иисус Христос. истинный Бог наш, явившийся во плоти и Своим великим божественным домостроительством освободивший нас от сетей идолопоклонства, облекшись в наше естество, обновил его содействием единодушного Своего Духа и соделавшись первым архиереем, Он и нас, священные мужи, удостоил сего наименования»317.

Что наименование – Премудрость Божия относилось всею православною Церковью ко Второй Божественной Ипостаси, об этом свидетельствует и вышеотмеченный нами факг посвящения храмов Господу Иисусу Христу, именно, как Премудрости Божией с самых древних веков и до настоящего времени в разных православных странах.

Таким образом оттого, что св. Феофил и св. Ириней называли Премудростию Св. Духа не могло произойти неясности и спорности в учении св. отцов Церкви об Иисусе Христе, как Премудрости Божией. Это наименование Второй Божественной Ипостаси было воспринято, как видим мы, всею вселенскою Церковию в качестве ясной и бесспорной истины.

Впрочем, ссылка о. Булгакова на указанных св. отцов Церкви не только не говорит в пользу его учения о Софии, но и ниспровергает это учение. Хотя св. Феофил и св. Ириней и называют Св. Духа Премудростию Божиею, тем не менее последнюю отождествляют с Третьей Божественной Ипостасию, – с Самим Богом. A по словам прот. Булгакова, София не отождествляется с Божественными Ипостасями, она не есть Бог, а есть нечто среднее между Богом и тварью. Значит, о. Булгаков совершенно расходится в своем софийном учении с учением св. Феофила и Иринея. И наше удивление, каким образом он находит для себя возможным ссылаться на св. отцов, при таком расхождении с ними, остается во всей своей силе и после этой последней его ссылки на св. отцов Церкви, о коих идет речь.

5. Тщетная попытка о. Флоренского обосновать свое учение о Софии на учении св. Афанасия

Такое же удивление вызывает в нас и о. Флоренский попыткою найти опору для своего учения о предвечной Софии в виде премирного, ипостасного собрания Божественных первообразов сущего в учении св. Афанасия Великого; и в особенности – своим заявлением, что вся его книга «Столп и утверждение истины» построена на основах учения св. Афанасия (Александрийского), что она исходит из идей сего отца Церкви318.

Говоря об указанной попытке о. Флоренского, мы имеем в виду его ссылку на приведенные нами выше слова Ап. Павла: избра нас в Нем прежде сложения мира319 и истолкование, также отмеченное нами в свое время, данного текста в словах св. Афанасия: «Как же избрал прежде, нежели получили мы бытие, если не были мы… предызображены в Нем»320.

Одно только упускает здесь из вида о. Флоренский, что и означенные слова Aп. Павла и толкование этих слов св. Афанасием абсолютно не говорят о предвечной Софии, как отдельной ипостасной личности в виде Божественных первообразов сущего, а говорят исключительно только о Божественной Личности Христа, а именно, что в Нем мы были избраны прежде сложения мира, в Нем мы были предызображены от вечности воссозданными.

Чтобы кто не подумал, что под словом «в Нем» имеется в виду иное какое-либо существо помимо Христа, св. Афанасий, в толковании данных слов из приведенного им места Апостольского послания, говорит: «Да и неприлично было бы нашей жизни быть основанною в ином, а не в сущем прежде век321, Господе, им же и веки сотворены (Евр. 1:2)322.

Что же касается вышеобозначенного заявления о. Флоренского, то мы не будем говорить, насколько соответствует все содержание его книги учению св. Афанасия Великого. Но касательно учения о. Флоренского о Софии, мы должны сказать, что оно не может быть основанным на учении св. Афанасия, ибо между тем и другим учением о Премудрости Божией нет ровно ничего общего. Св. Афанасий Великий под Премудростию Божией разумеет Вторую Божественную Ипостась, Сына Божия. A o. Флоренский, как и прот. Булгаков, не отождествляет Премудрости Божией с Логосом и вообще с Божественными Ипостасями323. София, по учению о. Флоренского, есть особое существо «великое, царственное и женственное, которое, не будучи Богом, ни вечным Сыном Божиим, ни ангелом, принимает почитание и от завершителя ветхого Завета и от родоначальницы нового», т.е. от Иоанна Крестителя и Божией Матери324. Между учением св. Афанасия и о. Флоренского о Премудрости Божией такое же сходство, как между светом и тьмою, между истиною и ложью, жизнью и смертью. Даже больше того, св. Афанасий, говоря о Премудрости Божией, говорит не только о том, что существует, но что является источником жизни всех созданных существ. А о. Флоренский, как и о. Булгаков, говоря о Софии, говорит о том, чего никогда не было, чего нет в действительности и никогда не будет.

* * *

288

«Купина Неопалимая», стр. 281–282.

289

«Куп. Неоп.», стр. 273.

290

Ibid., стр. 271.

291

Ibid., стр. 271.

292

Ibid., стр. 266.

293

Ibid., стр. 263.

294

Ibid., стp. 271, 279, 239.

295

«Свет невечерний», стр. 212.

296

Твор. св. Афанасия Вел., часть II, стр, 28–29; срав. Слово второе на ариан, стр. 343–344.

297

Ibid., стр. 313–314; сравн. Твор. Бл. Августина ч. 4-я: О граде Божием. Кн. II-я, гл. X, стр. 189, 192. Киев, 1905 г.

298

Православное Догматическое богословие Макария, Архиеп. Харьковского. Том I, изд. третье. Образ творения. §58, стр.365–367. СПБ. 1868.

299

Ibid., стр. 360

300

Ibid., стр. 539–541; сравн. § 105, стр. 544–545.

301

Ibid, стр. 559.

302

Ibid., стр. 370.

303

«Свет невечерний», стр. 212, 214; «Столп и утвержд. истины», стр. 390.

304

Догм. Богосл. М. Макария, стр. 354; «Точн. изл. прав. веры», кн. I, стр. 5, СПБ., 1894 г.

305

«Куп. Неоп.», стр. 281.

306

Творен. св. Григория Богослова, ч. II, стр. 39.

307

Догм. Богосл. М. Макария, стр. 207–208.

308

«Свет невечерний», стр. 224–225.

309

«Купина Неопалимая». Экскурс II, стр. 240.

310

Ibid., стр. 240.

311

Св. Феофил, епископ Антиохийский умер в 80-х годах II в., Св. Ириней, еп. Лионский – родился в 130 г.; умер в 202 г.

312

«Деяния Вселенских Соборов», изданные в Рус. переводе при Казан. Дух Академии. Казань. Том I, издание второе, 1887 г., стр. 19–28.

313

Ibid., стр.51–52.

314

«Деяния» – II том. Изд. второе. Казань. 1883 г., стр. 33.

315

Ibid., стр. 89.

316

«Деяния». Том VI. Изд. второе. Казань. 1882 г., стр. 242.

317

«Деяния». Том VII. Изд. второе. Казань. 1891 г., стр. 39.

318

«Столп и утверждение истины», стр. 348; сравн. 330, 332.

319

Ibid. стр. 348–349.

322

Твор. св. Афанасия Вел., ч. II, Слово второе на ариан, стр. 362.

323

«Столп и утверждение истины», стр. 383.

324

Ibid., стр. 390.



Источник: Новое учение о Софии- премудрости Божией / архиеп. Серафим Соболев. – (Репринтное издание 1935 г.) / Изд.: Св.-Троицкiй Монастырь, Джорданвиллъ, Н.I. США 1993. – 525 с. ISBN 0-88465-054-5

Вам может быть интересно:

1. "Мы не должны бояться никаких страданий…". Творения. Том I – Сборник планов и конспектов бесед и проповедей Епископа Аркадия священномученик Аркадий (Остальский)

2. Строматы (перевод Н. Корсунского) – Книга пятая пресвитер Климент Александрийский

3. Полное собрание сочинений. Том I – А) Слова обще назидательные. митрополит Антоний (Храповицкий)

4. Собрание сочинений. Том 3 Сергей Иосифович Фудель

5. По поводу книги архимандрита Сергия "Православное учение о спасении" святитель Серафим (Соболев)

6. Полное собрание творений прп. Романа Сладкопевца (список на греческом языке) – Новый Завет. Последние дни земной жизни Господа Иисуса Христа. преподобный Роман Сладкопевец

7. Религиозное влияние иудеев на мир языческий в конце ветхозаветной и начале новозаветной истории и прозелиты иудейства профессор Владимир Петрович Рыбинский

8. Симфония по творениям святителя Димитрия Ростовского – Премудрость Божия святитель Димитрий Ростовский

9. Алфавитный указатель на книгу Святого Иоанна Лествичника, называемую "Лествица" – У преподобный Иоанн Лествичник

10. Новые книги профессор Сергей Михайлович Зарин

Комментарии для сайта Cackle