Военное искусство в книгах Священного Писания. Книги Бытие и Исход

Н. Лишин

Оглав­ле­ние


Вве­де­ние

Так совер­шены небо и земля и все воин­ство их (Быт.2:1)

Бого­дух­но­вен­ность Свя­щен­ного Писа­ния не поз­во­ляет нам отно­ситься к нему с чисто чело­ве­че­ской точки зрения. Всё в нём ведёт нас к позна­нию бытий­ного смысла суще­ство­ва­ния твар­ного. Нет в свя­щен­ных текстах ни мало­зна­чи­мых тем, ни пустых дей­ствий. Каждый шаг Свя­щен­ного Писа­ния поз­во­ляет чело­веку познать Божий про­мы­сел не только о тех, о ком пишет Библия, но и о мире и о самом себе.

Воен­ное искус­ство как область Свя­щен­ного Писа­ния зача­стую отно­сят только к исто­ри­че­скому аспекту вет­хо­за­вет­ных тек­стов, и лишь эпи­зо­ди­че­ски неко­то­рые иссле­до­ва­тели при­вя­зы­вают кое-какие моменты к выш­нему смот­ре­нию о чело­веке, причём в основ­ном сводя всё к фено­мену чуда. Неужели этот пласт Биб­лей­ских тек­стов, состав­ля­ю­щих зна­чи­тель­ную часть всего повест­во­ва­ния, так и оста­нется в обла­сти исто­ри­че­ских фактов, нахо­дя­щих или не нахо­дя­щих под­твер­жде­ния в общей массе миро­вой хро­ники?

Но если про­ве­сти анализ вет­хо­за­вет­ных тек­стов с точки зрения совре­мен­ного воен­ного искус­ства, не ока­жется ли, что и в этой обла­сти чело­ве­че­ство упорно билось над созда­нием и выра­бот­кой иде­ально про­ра­бо­тан­ных так­ти­че­ских и стра­те­ги­че­ских схем веде­ния войны, а Библия за много лет до этого ска­зала своё слово в этой обла­сти? Каким обра­зом свер­ша­лись те или иные победы, отчего про­ис­хо­дили пора­же­ния, кто и как руко­во­дил собы­ти­ями в Ветхом Завете? Отве­тим: Бог — будем неправы, отве­тим: чело­век — опять оши­бёмся. Сможем ли раз­де­лить тексты на две части: на чело­ве­че­скую и Боже­ствен­ную? Вряд ли дерз­нёт кто-нибудь. А если попы­таться уло­вить ту неви­ди­мую, но всегда при­сут­ству­ю­щую и неиз­менно дей­ству­ю­щую от начала веков связь между свер­ше­ни­ями двух воль, Боже­ствен­ной и чело­ве­че­ской, через призму воен­ного искус­ства?

Как и любая другая чело­ве­че­ская наука, наука вое­вать рас­смат­ри­ва­ется её иссле­до­ва­те­лями как посте­пен­ное раз­ви­тие от про­стых форм к слож­ным. Какое же место в этом про­цессе зани­мает воен­ное искус­ство, опи­сан­ное в книгах Свя­щен­ного Писа­ния? Соот­вет­ствует ли оно своему вре­мени, как об этом пишут воен­ные тео­ре­тики совре­мен­но­сти, или, может быть, Писа­ние смогло пред­вос­хи­тить совре­мен­ную мысль? А если и то, и другое, то кто скажет, что соот­вет­ствие вре­мени не есть Божие, или что чудо не в Его власти? Но эта статья рас­счи­тана на тех, кто в чело­ве­че­ском видит Божие, находя ту самую синер­гию, ради кото­рой и явлено нам Писа­ние, чтобы научать нас ска­зан­ному Сыном Чело­ве­че­ским: Ищите же прежде Цар­ства Божия и правды Его, и это все при­ло­жится вам (Мф.6:33).

Для того, чтобы более точно пони­мать пред­мет иссле­до­ва­ний, сразу при­ве­дём опре­де­ле­ние тер­мина “воен­ное искус­ство” в том виде, в кото­ром оно дано авто­ром труда “Исто­рия воен­ного искус­ства”, про­фес­со­ром гене­рал-май­о­ром Е. А. Рази­ным: “Воен­ное искус­ство — состав­ная часть воен­ной науки, изу­ча­ю­щая спо­собы под­го­товки и веде­ния войны, опе­ра­ции и боя, орга­ни­за­цию воору­жён­ных сил, основы обу­че­ния и вос­пи­та­ния войск. Воен­ное искус­ство вклю­чает в себя стра­те­гию, так­тику, кото­рые нахо­дятся в тесной вза­и­мо­связи и вза­и­мо­дей­ствии между собой”[1].

При этом необ­хо­димо отли­чать от воен­ного искус­ства такие смеж­ные дис­ци­плины, как воен­ную исто­рию, при­зван­ную опре­де­лять и иссле­до­вать фак­ти­че­ское собы­тие и его про­стран­ственно-вре­мен­ные харак­те­ри­стики, и воен­ную науку в целом как поня­тие более широ­кое и все­объ­ем­лю­щее. Мы в мень­шей сте­пени будем касаться вопро­сов исто­рич­но­сти про­ис­хо­див­ших сра­же­ний и войн, кото­рые вели народы биб­лей­ских госу­дарств, их точ­ного место- и вре­мяо­пре­де­ле­ния. По многим из подоб­ных вопро­сов совре­мен­ная биб­ле­и­стика и вспо­мо­га­тель­ные ей науки не выра­бо­тали еди­ного мнения в связи с недо­стат­ком чётко интер­пре­ти­ру­е­мых мате­ри­а­лов. Основ­ным направ­ле­нием иссле­до­ва­ний в данной статье станет рас­смот­ре­ние книг Свя­щен­ного Писа­ния как источ­ни­ков древ­ней воен­ной мысли, вопло­щён­ной в так­ти­че­ских при­ё­мах талант­ли­вых пол­ко­вод­цев или в стра­те­гии мудрых пра­ви­те­лей древ­них царств.

Рас­кры­вая биб­лей­ский источ­ник, мы видим, как на заднем плане про­мыс­ли­тель­ного води­тель­ства народа Божьего то там, то здесь про­скаль­зы­вают гени­аль­ные по своей новизне и изоб­ре­та­тель­но­сти приёмы веде­ния боевых дей­ствий, вопло­щён­ные в чело­ве­че­ских дея­ниях, соглас­ных или про­тив­ных воле Божьей. Ряд древ­них авто­ров, явля­ю­щихся при­знан­ными авто­ри­те­тами в обла­сти воен­ного искус­ства, такие как Сунь-Цзы в Китае, Фуки­дид и Ксе­но­фонт в Греции, Поли­бий, Веге­ций и Фрон­тин в Риме, Псевдо-Мав­ри­кий в Восточ­ной Рим­ской импе­рии и многие другие, мно­го­кратно пере­пи­сы­ва­ются и ана­ли­зи­ру­ются воен­ными тео­ре­ти­ками всего мира, между тем как исто­ри­че­ские сокро­вища Свя­щен­ного Писа­ния в этой обла­сти не про­ана­ли­зи­ро­ваны и не входят в миро­вую сокро­вищ­ницу воен­ной исто­ри­че­ской мысли, явля­ясь при этом источ­ни­ком гораздо более древним, чем книги выше­пе­ре­чис­лен­ных авто­ров. Е. А. Разин, опи­сы­вая воен­ное искус­ство древ­него Египта, писал: “Мно­го­чис­лен­ные доку­мен­таль­ные и мате­ри­аль­ные источ­ники исто­рии древ­него Египта и осо­бенно Асси­рии дают нам пред­став­ле­ние о древ­ней­ших исто­ках воен­ного искус­ства. В отно­ше­нии других древ­ней­ших госу­дарств такими дан­ными мы, к сожа­ле­нию, не рас­по­ла­гаем”[2]. Целью пред­ла­га­е­мого иссле­до­ва­ния явля­ется не опро­вер­же­ние этого утвер­жде­ния, но скорее попытка вскрыть ещё один доку­мен­таль­ный источ­ник, спо­соб­ный внести свежую струю в поиски “древ­ней­ших исто­ков воен­ного искус­ства”.

Вопросы воен­ного искус­ства, затра­ги­ва­е­мые в Свя­щен­ном Писа­нии, каса­ются боль­шин­ства, если не всех, аспек­тов боевой дея­тель­но­сти наро­дов древ­но­сти. Многие из них не теряют своей акту­аль­но­сти и по сей день, являя про­то­типы, а иногда и образ­цо­вые приёмы воен­ного искус­ства. Раз­ведка, опо­ве­ще­ние, манев­ри­ро­ва­ние и управ­ле­ние в бою, пре­сле­до­ва­ние про­тив­ника не будут терять своей акту­аль­но­сти при любых воору­жён­ных столк­но­ве­ниях, как про­шлых, так и буду­щих. Под­твер­ждая эту же мысль, авторы книги “Биб­лей­ские сра­же­ния” пишут: “При всех коли­че­ствен­ных изме­не­ниях, свя­зан­ных с совре­мен­ным воору­же­нием, те же самые основ­ные законы — стра­те­гия и так­тика, кото­рые дей­ствуют в совре­мен­ном воен­ном искус­стве, при­ме­ня­лись и в войнах далё­кого про­шлого”[3].

Рас­смат­ри­вая Свя­щен­ное Писа­ние как источ­ник воен­ной мысли, мы нахо­димся в более при­ви­ле­ги­ро­ван­ном поло­же­нии по срав­не­нию с дру­гими иссле­до­ва­те­лями биб­лей­ских тек­стов, для кото­рых вопрос исто­рич­но­сти собы­тий выхо­дил на первый план, так как фик­са­ция воен­ной теории в этих древ­ней­ших текстах уже ука­зы­вает на её исто­рич­ность. При этом осталь­ные детали про­ис­хо­див­ших собы­тий учи­ты­ва­ются с той сте­пе­нью пол­ноты, кото­рой достигли на данном этапе раз­ви­тия совре­мен­ная биб­ле­и­стика, архео­ло­гия и другие смеж­ные науки. По мере воз­мож­но­сти будут рас­смот­рены те из воз­мож­ных вари­ан­тов, кото­рые могут быть допу­щены пред­став­лен­ными опи­са­ни­ями и не про­ти­во­ре­чат дан­ному исто­ри­че­скому пери­оду.

Говоря о воен­ном искус­стве биб­лей­ского пери­ода жизни чело­ве­че­ства, нельзя не затро­нуть вопроса, каса­ю­ще­гося харак­те­ри­стик мест­но­сти, на кото­рой про­ис­хо­дили раз­би­ра­е­мые собы­тия, тем более что они прак­ти­че­ски не меня­ются на про­тя­же­нии всего опи­сы­ва­е­мого пери­ода. Подроб­ное опи­са­ние ланд­шафта, поло­же­ния стран и эко­но­ми­че­ских ресур­сов тер­ри­то­рии Малой, Сред­ней Азии и Египта даны во многих рабо­тах. Ссылки на неко­то­рые из них должны дать чита­телю гео­гра­фи­че­ское пред­став­ле­ние, необ­хо­ди­мое при изу­че­нии вопро­сов воен­ного искус­ства в книгах Свя­щен­ного Писа­ния[4]. Отдельно хочется поре­ко­мен­до­вать Биб­лей­ский атлас Тима Даули[5] с заме­ча­тель­ными иллю­стра­ци­ями, кото­рые дают доста­точ­ное пред­став­ле­ние о кар­то­гра­фии и гео­гра­фии реги­она. Необ­хо­димо дать и основ­ные осо­бен­но­сти южного побе­ре­жья Сре­ди­зем­ного моря, кото­рые чита­ю­щий должен дер­жать в голове для пра­виль­ного пони­ма­ния причин столь частых столк­но­ве­ний в этом и по сей день неспо­кой­ном реги­оне. Для рас­смат­ри­ва­е­мого пери­ода вре­мени выде­ля­ются три основ­ных фак­тора:

  1. Стра­те­ги­че­ский фактор — страны Север­ной Африки и Ара­вий­ского полу­ост­рова могли иметь устой­чи­вую связь со стра­нами Малой Азии и Месо­по­та­мией только по доро­гам, про­хо­див­шим через тер­ри­то­рию Пале­стины, поскольку при­ле­га­ю­щие тер­ри­то­рии были заняты пусты­нями. Исходя из этого, любая из стран, пре­тен­ду­ю­щая на “миро­вое гос­под­ство” в рамках рас­смат­ри­ва­е­мого реги­она, не могла не пере­дви­гать свои войска по Обе­то­ван­ной земле, где в основ­ном и встре­ча­лась с вой­сками про­ти­во­сто­я­щей сто­роны.
  2. Эко­но­ми­че­ский фактор — ввиду всё тех же дорож­ных усло­вий тор­го­вые пути также про­ле­гали через южное побе­ре­жье Сре­ди­зем­ного моря. Поэтому обла­да­тель данной тер­ри­то­рии не только мог бес­пре­пят­ственно участ­во­вать в миро­вой тор­говле, но и полу­чать бас­но­слов­ные при­были только лишь с про­хо­дя­щих кара­ва­нов, что, конечно, отри­ца­тельно ска­зы­ва­лось на военно-поли­ти­­че­ской ста­биль­но­сти реги­она. Вспом­ним судьбу Трои, обла­дав­шей при­мерно таким же поло­же­нием. О выго­дах обла­да­ния этим реги­о­ном гово­рит прав­ле­ние Соло­мона, при кото­ром госу­дар­ство, не будучи тер­ри­то­ри­аль­ной импе­рией, полу­чало еже­год­ную при­быль в 666 талан­тов (1 талант = 125 кг) золота. Похо­жая ситу­а­ция в плане обла­да­ния исклю­чи­тель­ной тор­го­вой арте­рией сего­дня наблю­да­ется разве что у Панамы с её кана­лом.
  3. Гео­гра­фи­че­ский фактор — опи­сы­ва­е­мая мест­ность — сильно пере­се­чён­ная, осо­бенно на юге, с боль­шим пере­па­дом высот. Горы обла­дают хоро­шим обо­ро­ни­тель­ным ресур­сом. Кре­по­сти, постро­ен­ные на горных отве­сах, как бы про­дол­жая горный массив и сли­ва­ясь с ним, весьма сложны для осады и тре­буют для их штурма недю­жин­ной воен­ной инже­не­рии и сме­калки в нужных про­пор­циях. Узкие про­ходы, лёгкие для обо­роны, могут стать гибель­ной ловуш­кой для непреду­смот­ри­тель­ных пол­ко­вод­цев. Вода всегда явля­лась стра­те­ги­че­ским ресур­сом, и тем силь­нее воз­рас­тает её роль в кли­ма­ти­че­ских усло­виях Сиро-Пале­стин­ского реги­она.

Вот те при­род­ные осо­бен­но­сти, кото­рые будут ока­зы­вать силь­ное вли­я­ние на собы­тия, опи­сы­ва­е­мые в Свя­щен­ном Писа­нии.

Чело­век нахо­дится в настолько падшем состо­я­нии, что война, сде­лав­шись неотъ­ем­ле­мой частью его дея­тель­но­сти, при­сут­ствует и в Свя­щен­ном Писа­нии. Но на вер­шине этой гре­хов­но­сти стоит вопло­ще­ние выс­шего слу­же­ния любви, ибо нет больше той любви, как если кто поло­жит душу свою за друзей своих (Ин 15:13). Или, как сказал в одной из своих лекций про­фес­сор А. Осипов, “война и мир — про­блема изна­чаль­ная в исто­рии чело­ве­че­ства и не име­ю­щая, по-види­мому, в ней конца, поскольку грех, пора­зив­ший чело­века, неис­тре­бим в земных усло­виях бытия”.

“Но (и в таком состо­я­нии) не пре­зрел чело­века Мило­сер­дый, даро­вав­ший ему бытие и бла­жен­ное состо­я­ние, но пер­во­на­чально вра­зум­лял его мно­гими спо­со­бами и при­зы­вал к обра­ще­нию — сте­на­нием и тря­се­нием (Быт.4:14), водным пото­пом и истреб­ле­нием всего почти чело­ве­че­ского рода (Быт.6:13), сме­ше­нием и раз­де­ле­нием языков (Быт.11:7–8), руко­вод­ством Анге­лов (Быт.18:2 и др.), сожже­нием горо­дов (Быт.19:24 и др.), про­об­ра­зо­ва­тель­ными бого­яв­ле­ни­ями, вой­нами, побе­дами, пора­же­ни­ями, зна­ме­ни­ями и чуде­сами, явле­нием раз­лич­ных сил, зако­ном и про­ро­ками. Всем этим име­лось в виду достиг­нуть истреб­ле­ния греха, раз­лив­ше­гося мно­го­раз­лич­ными пото­ками, пора­бо­тив­шего себе чело­века и нагро­моз­див­шего жизнь вся­кого вида поро­ком, а также — и воз­вра­ще­ние чело­века к бла­жен­ному состо­я­нию”, — писал пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, видя и в войнах мило­серд­ный Про­мы­сел Божий о чело­веке.

Битва пяти царей против четы­рёх

(около 1900 г. до Р. Х.)

кто про­льет кровь чело­ве­че­скую, того кровь про­льется рукою чело­века: ибо чело­век создан по образу Божию (Быт.9:6)

Уже опи­са­ние воен­ных столк­но­ве­ний эпохи пат­ри­ар­хов даёт пред­став­ле­ние о воен­ном искус­стве того вре­мени. Четыр­на­дца­тая глава книги Бытия сразу предо­став­ляет обиль­ный мате­риал для иссле­до­ва­теля стра­те­гии и так­тики древ­него мира. Первые стихи этой главы вводят чита­теля в военно-поли­ти­че­скую ситу­а­цию в районе Малой и Сред­ней Азии, говоря об аль­ян­сах и воен­ных союзах между пра­ви­те­лями и под­чи­нён­ными им тер­ри­то­ри­ями.

И было во дни Амра­фела, царя Сен­на­ар­ского, Ариоха, царя Елла­сар­ского, Кедор­лао­мера, царя Елам­ского, и Фидала, царя Гоим­ского, пошли они войною против Беры, царя Содом­ского, против Бирши, царя Гоморр­ского, Шинава, царя Адмы, Шеме­вера, царяСево­им­ского, и против царя Белы, кото­рая есть Сигор (Быт.14:1–2).

Первый упо­мя­ну­тый в Писа­нии союз — это союз четы­рёх месо­по­там­ских царей Амра­фела (Хам­му­рапи), Ариоха, Кедор­лао­мера и Фидала. Данные, вскользь упо­мя­ну­тые в Ветхом Завете, скры­вают мас­штаб этого военно-поли­ти­че­ского объ­еди­не­ния, однако исто­ри­че­ской науке стал изве­стен доку­мент, опи­сы­ва­ю­щий объ­еди­ни­тель­ные тен­ден­ции того вре­мени в данном реги­оне, и вот какую оценку даёт им воен­ный исто­рик Е. А. Разин: «Воен­ная мощь нового госу­дар­ства была столь велика, что к Сар­гону обра­ща­лись за воен­ной помо­щью тор­го­вые коло­нии семи­тов, нахо­див­ше­еся в Малой Азии. Ко вре­мени прав­ле­ния внука Сар­гона I отно­сится первый доку­мен­тально засви­де­тель­ство­ван­ный воен­ный дого­вор о вза­и­мо­по­мощи, заклю­чён­ный “Шуме­ром и Акка­дом” с царь­ками госу­дар­ства Элам, нахо­див­ше­гося в юго-запад­ной части нынеш­него Ирана»[6]. Саргон I правил в XXIV веке до Р. Х., поэтому время прав­ле­ния его внука доста­точно близко под­хо­дит к рас­смат­ри­ва­е­мому пери­оду. Упо­мя­ну­тые в доку­менте “царьки госу­дар­ства Элам” с боль­шой долей веро­ят­но­сти ко вре­мени жизни Авра­ама и соста­вили свой соб­ствен­ный союз, есте­ственно, не без ведома, а может быть и с подачи тогдаш­него пра­ви­теля Вави­лона, кото­рый в XIX веке до Р. Х. стал новым поли­ти­че­ским и эко­но­ми­че­ским цен­тром в Меж­ду­ре­чье.

Ещё одно объ­еди­не­ние, упо­мя­ну­тое в тексте Писа­ния сразу после четы­рёх царей Меж­ду­ре­чья — это объ­еди­не­ние пяти горо­дов Сид­дим­ской долины: Содома, Гоморры, Адмы, Сево­има и Белы, рас­по­ло­жен­ных на юге Мёрт­вого моря, кото­рые, будучи дан­ни­ками пра­ви­те­лей Меж­ду­ре­чья в тече­ние 12 лет, отка­за­лись выпол­нить нало­жен­ные на них обя­за­тель­ства.

Две­на­дцать лет были они в пора­бо­ще­нии у Кедор­лао­мера, а в три­на­дца­том году воз­му­ти­лись. В четыр­на­дца­том году пришел Кедор­лао­мер и цари, кото­рые с ним, и пора­зили Рефа­и­мов в Аште­роф-Кар­на­име, Зуз­и­мов в Гаме, Эмимов в Шаве-Кири­а­фа­име, и Хор­реев в горе их Сеире, до Эл-Фарана, что при пустыне. И воз­вра­тив­шись оттуда, они пришли к источ­нику Мишпат, кото­рый есть Кадес, и пора­зили всю страну Ама­ли­ки­тян, и также Амор­реев, живу­щих в Хаца­цон-Фамаре (Быт.14:4–7).

Кедор­лао­мер, видимо, будучи главою дан­ного военно-поли­ти­­че­ского объ­еди­не­ния, соби­рает объ­еди­нён­ную армию. При этом обра­тим вни­ма­ние на то, что армии раз­лич­ных пра­ви­те­лей при­хо­дят не к месту сра­же­ния и не идут отдельно, как это зача­стую про­ис­хо­дило в исто­рии, что при­во­дило и к уни­что­же­нию армий по частям (бой под Каде­шем в 1312 г. до Р. Х.[7]), и к рас­паду союзов, а соби­ра­ются в зара­нее опре­де­лён­ном месте, что гово­рит о высо­кой орга­ни­за­ции древ­них царей. Можно гово­рить о нали­чии у такой армии цен­тра­ли­зо­ван­ного штаба, выра­ба­ты­ва­ю­щего планы воен­ного управ­ле­ния на ранних этапах под­го­товки похода.

Из опи­са­ния после­ду­ю­щих собы­тий явствует и тот факт, что невы­плата дани яви­лась лишь пово­дом или частич­ной при­чи­ной к соби­ра­нию Кедор­лао­ме­ром объ­еди­нён­ной армии. Потре­бо­вался целый год для под­го­товки к этому походу. Сущ­ность кара­тель­ной экс­пе­ди­ции Библия вскры­вает бла­го­даря тому, что захва­ты­ва­е­мые пункты никак не отно­сятся к отка­зав­шимся пла­тить дань царям. И, судя по тому, что армия Кедор­лао­мера бук­вально прошла мимо пер­во­на­чаль­ной цели похода, дойдя через земли Хореев по горно-пустын­ной тер­ри­то­рии до Крас­ного моря, захва­тив Эль-Фаран, ста­но­вится ясно, что Кедор­лао­мер в тече­ние года гото­вил не просто кара­тель­ную экс­пе­ди­цию, а пол­но­цен­ный заво­е­ва­тель­ный поход. В этом реше­нии чита­ется стра­те­ги­че­ская гра­мот­ность пра­ви­теля, решив­шего пол­но­стью исполь­зо­вать необ­хо­ди­мость сбора союз­ни­че­ской армии, так как нужно было не только покры­вать рас­ходы на содер­жа­ние своих войск и на оплату уча­стия союз­ни­ков, если они этого тре­бо­вали, но и полу­чать при­быль. Иначе воен­ный поход не имел бы смысла.

Мы не имеем воз­мож­но­сти судить о поте­рях, кото­рые несла армия Кедор­лао­мера при заво­е­ва­нии горо­дов, скорее всего они были неве­лики, но тот факт, что каждый новый город, заво­ё­ван­ный объ­еди­нён­ной армией, при­но­сил ей новое коли­че­ство тро­феев, уве­ли­чи­вая обоз, бес­спорно выте­кает из целей, кото­рые пре­сле­до­вали воен­ные дей­ствия древ­но­сти. Вопрос о поте­рях можно счи­тать незна­чи­тель­ным, так как армия могла вос­пол­нять люд­ские потери из захва­чен­ных посе­ле­ний, тем более что нет сооб­ще­ний о каких-либо затруд­не­ниях, воз­ник­ших при заво­е­ва­нии. Веро­ятно, многие из посе­ле­ний в виду более орга­ни­зо­ван­ного и мощ­ного про­тив­ника могли просто пере­хо­дить без сопро­тив­ле­ния под патро­нат нового вла­дыки.

Необ­хо­димо отме­тить, что еги­пет­ский фараон, напри­мер, в тот же период во время боль­ших похо­дов уси­ли­вал своё войско за счёт поко­рён­ных сосед­них племён[8]. Вполне веро­ятно, что правите­ли Месо­по­та­мии исполь­зо­вали ту же так­тику. Вновь поко­рён­ные народы или, воз­можно, уже бывшие до этого под про­тек­то­ра­том этих пра­ви­те­лей, обя­заны были в каче­стве повин­но­сти выста­вить свои воен­ные под­раз­де­ле­ния под зна­мёна поко­ри­те­лей. Тогда тот марш­рут, кото­рый осу­ще­ствил Кедор­лао­мер со своими союз­ни­ками, пред­стаёт в несколько ином аспекте. Кедор­лао­мер не имел доста­точ­ного коли­че­ства сил для того, чтобы ата­ко­вать вышед­шие из-под кон­троля города. Тем более ценно его реше­ние, при­ня­тое из ана­лиза сло­жив­шейся обста­новки и повли­яв­шее на изме­не­ние соот­но­ше­ния сил в пред­сто­я­щей битве. Учи­ты­вая началь­ную цель похода и то, что войска вышли к этой цели прямым путём, а затем просто прошли мимо, про­дол­жив дви­же­ние для заво­е­ва­ний других упо­мя­ну­тых в тексте горо­дов, сде­лаем вывод о том, что месо­по­там­ские пра­ви­тели изме­нили свои пер­во­на­чаль­ные планы. Если подоб­ные стра­те­ги­че­ские реше­ния дей­стви­тельно при­ни­ма­лись, что назы­ва­ется, “на ходу”, то надо кон­ста­ти­ро­вать, что Свя­щен­ное Писа­ние явило нам пер­вей­ший обра­зец дей­ствий выс­шего команд­ного звена в соот­вет­ствии с реаль­ной опе­ра­тивно-так­ти­чес­кой обста­нов­кой. Такая про­ра­ботка дей­ствий редко встре­ча­ется в миро­вой исто­рии. В боль­шин­стве слу­чаев пол­ко­водцы, оце­ни­вая сла­бость своих сил, укло­ня­лись от боя (дик­та­тор Квинт Фабий Максим Кунк­та­тор в 217 г. до Р. Х.), реже воз­вра­ща­лись домой из-за неже­ла­ния позора, зани­мали выжи­да­тель­ную пози­цию, а зача­стую и ата­ко­вали про­тив­ника, наде­ясь на удачу или на свой талант, как, напри­мер, Алек­сандр Маке­дон­ский в битве при реке Граник (334 г. до Р. Х.). Здесь же нет ничего подоб­ного, вся опе­ра­ция пере­пла­ни­ру­ется для нара­щи­ва­ния своих сил за счёт поко­ре­ния более мелких и слабых посе­ле­ний. Подоб­ные дей­ствия воз­можны были только при нали­чии хоро­шего знания обста­новки в реги­оне (об одном из вари­ан­тов орга­ни­за­ции древ­ней “стра­те­ги­че­ской” раз­ведки будет рас­ска­зано в главе “Исход”), кото­рым, видимо, обла­дал Кедор­лао­мер. Как такое реше­ние повли­яло на даль­ней­ший ход собы­тий, увидим из после­ду­ю­щих тек­стов.

Все сии соеди­ни­лись в долине Сиддим, где ныне море Соле­ное (Быт.14:3).

И вот, нако­нец, объ­еди­нён­ная армия четы­рёх царей, собран­ная под пред­ло­гом вер­нуть в под­чи­не­ние пяте­рых пра­ви­те­лей Сид­дим­ской долины, на обрат­ном пути после успешно про­ве­дён­ного заво­е­ва­тель­ного похода выхо­дит к своей окон­ча­тель­ной цели. Стра­те­ги­че­ские упу­ще­ния пяти царей при­ве­дут их к раз­грому, но сейчас трудно опре­де­лить при­чину этих про­счё­тов. Вряд ли можно пред­по­ло­жить, что цари Содома и Гоморры не знали о при­бли­же­нии армии Кедор­лао­мера, тем более учи­ты­вая то, как впо­след­ствии, после битвы в Сид­дим­ской долине инфор­ма­ция о пора­же­нии дошла до Авра­ама. Также мало­ве­ро­ятно, что отка­зав­ши­еся пла­тить дань цари могли сомне­ваться в том, что восточ­ный вла­дыка попы­та­ется вер­нуть над ними свой кон­троль. Более при­ем­ле­мым пред­став­ля­ется то, что пра­ви­тели всё-таки имели опре­де­лён­ные небес­поч­вен­ные надежды на свои силы. Сам отказ от уплаты дани гово­рит о том, что эти города окрепли и готовы были отста­и­вать свою неза­ви­си­мость. В пользу такой смелой оценки пятью царями своего могу­ще­ства может сви­де­тель­ство­вать и при­ве­дён­ный выше анализ того, что месо­по­там­ское воин­ство не реши­лось ата­ко­вать их, про­ходя мимо этой тер­ри­то­рии в первый раз. Нехватка сил Кедор­лао­мера под­твер­жда­ется и смелым пове­де­нием пяти горо­дов. После­ду­ю­щие опи­сан­ные собы­тия ука­зы­вают на те самые стра­те­ги­че­ские про­счёты царей Пяти­гра­дия, в основу кото­рых, как мы видим, могла лечь их само­уве­рен­ность.

И вышли царь Содом­ский, царь Гоморр­ский, царь Адмы, царь Сево­им­ский и царь Белы, кото­рая есть Сигор; и всту­пили в сра­же­ние с ними в долине Сиддим, с Кедор­лао­ме­ром, царем Елам­ским, Фида­лом, царем Гоим­ским, Амра­фе­лом, царем Сен­на­ар­ским, Ариохом, царем Елла­сар­ским, — четыре царя против пяти (Быт.14:8–9).

Первой ошиб­кой пяти царей стало отсут­ствие какой-либо реак­ции на появ­ле­ние армии Кедор­лао­мера в пре­де­лах их горо­дов. Об этом гово­рит тот факт, что армии пяти царей собра­лись вместе только на поле боя, в долине Сиддим, и нет ника­кого упо­ми­на­ния о каком-либо едином армей­ском коман­до­ва­нии в полную про­ти­во­по­лож­ность дей­ствиям Кедор­лао­мера. В подоб­ной ситу­а­ции, даже если не брать в расчёт могу­щие быть раз­но­гла­сия в рядах пяти царей, отсут­ствие еди­но­на­ча­лия на поле боя лишает армию воз­мож­но­сти осу­ществ­ле­ния каких-либо сов­мест­ных дей­ствий. И несмотря на то, что пять царей имели пре­иму­ще­ство обо­ро­ня­ю­щейся сто­роны и доста­точ­ное время на под­го­товку обо­ро­ни­тель­ных рубе­жей, этого не только не было сде­лано, но и более того, Кедор­лао­мер сумел выну­дить их при­нять бой на своих усло­виях: В долине же Сиддим было много смо­ля­ных ям. И цари Содом­ский и Гоморр­ский, обра­тив­шись в бег­ство, упали в них, а осталь­ные убе­жали в горы (Быт.14:10). Смо­ля­ные ямы — вот что сумел учесть Кедор­лао­мер при пла­ни­ро­ва­нии боя! Пре­крас­ный пример исполь­зо­ва­ния мест­но­сти для уни­что­же­ния войск про­тив­ника, про­ве­дён­ный пол­ко­вод­цем XX века до Р. Х., что на про­тя­же­нии всей воен­ной исто­рии будет являться харак­тер­ной чертой гра­мот­ного пла­ни­ро­ва­ния воен­ных опе­ра­ций и путём к успеху в любом бою как древ­но­сти, так и совре­мен­но­сти (бой при Абритте в 251 г. по Р. Х., когда скифы зама­нили римлян в болото[9]).

Кедор­лао­мер одер­жал победу, но части войска его про­тив­ни­ков уда­лось спа­стись бег­ством в горы, тогда как под­раз­де­ле­ния царей Содом­ского и Гоморр­ского были пол­но­стью или частично загнаны в смо­ля­ные ямы. Итогом этой битвы стало отсут­ствие у пяти горо­дов какой-либо защиты, и они под­вер­га­ются пол­ному разо­ре­нию, а их насе­ле­ние уводят в раб­ство. Этот факт сам по себе тре­бует более вни­ма­тель­ной оценки, так как именно боль­шой обоз воен­ных тро­феев станет в даль­ней­шем одной из глав­ных причин пора­же­ния войска Кедор­лао­мера.

Побе­ди­тели взяли все иму­ще­ство Содома и Гоморры и весь запас их и ушли. И взяли Лота, пле­мян­ника Авра­мова, жив­шего в Содоме, и иму­ще­ство его и ушли. И пришел один из уце­лев­ших и изве­стил Аврама Еврея, жив­шего тогда у дуб­равы Мамре… (Быт.14:11–13).

Вместе с осталь­ными жите­лями пяти горо­дов в плен к Кедор­лао­меру попа­дает Лот — пле­мян­ник Авра­ама. Отме­тим тот факт, что Авраам вовремя полу­чает необ­хо­ди­мую инфор­ма­цию об исходе битвы. Чело­век, при­нес­ший инфор­ма­цию, назы­ва­ется в Писа­нии уце­лев­шим, а это значит, что он отпра­вился к Авра­аму как мини­мум после того, как был пленён Лот. Каким обра­зом ему уда­лось спа­стись, текст Писа­ния не гово­рит. Можно пред­по­ло­жить, что он либо где-то спря­тался, либо скры­вался за чертой города, но кажется оче­вид­ным, что гонец не просто спасся или бежал, но уже изна­чально имел своей зада­чей доло­жить Авра­аму о про­ис­хо­див­ших собы­тиях. Авраам, полу­чив инфор­ма­цию, прин­ци­пи­ально был осве­дом­лён о двух момен­тах: во-первых, его пле­мян­ник жив, а во-вторых, он уведён в плен вместе с армией Кедор­лао­мера. Только эти два пункта посла­ния вместе могли заста­вить Авра­ама пуститься в пре­сле­до­ва­ние огром­ной армии могу­ще­ствен­ных царей с севера. Разумно пред­по­ло­жить, что гонец не только спе­ци­ально дожи­дался, чем закон­чится поход Кедор­лао­мера в Пяти­гра­дии, но и уже зара­нее знал, кому он поне­сёт собран­ную инфор­ма­цию. Скорее всего, Лот назна­чил одного из своих людей таким посыль­ным-раз­вед­чи­ком, хотя не исклю­чено, что и Авраам мог иметь своего чело­века для того, чтобы вла­деть опе­ра­тивно-стра­те­­ги­че­ской обста­нов­кой в сосед­нем реги­оне. Ведь для него, может быть, более необ­хо­ди­мой была инфор­ма­ция о даль­ней­шем направ­ле­нии армии заво­е­ва­теля, для того, чтобы вовремя под­го­то­вить обо­рону своей земли. Но неза­ви­симо от того, на кого рабо­тал гонец, ясно видно, что он зани­мался сбором инфор­ма­ции, прежде чем бежать к Авра­аму. И еврей­ский глагол, пере­ве­дён­ный в рус­ском Сино­даль­ном пере­воде как изве­стил, имеет более чёткое воен­ное зна­че­ние: доно­сить и докла­ды­вать. Таким обра­зом, мы впер­вые встре­ча­емся в тексте Свя­щен­ного Писа­ния с орга­ни­за­цией и веде­нием воен­ной раз­ведки.

Теперь нам пред­стоит оце­нить ту опе­ра­тив­ность, с кото­рой Авра­аму уда­лось орга­ни­зо­вать и про­ве­сти пре­сле­до­ва­ние про­тив­ника. Рас­сто­я­ние, кото­рое прошла армия Кедор­лао­мера до места встречи с отря­дом Авра­ама (город Дан), и рас­сто­я­ние, кото­рое пре­одо­лел отряд Авра­ама до этого же места, при­мерно оди­на­ковы и состав­ляют по доро­гам (обе армии шли парал­лель­ными доро­гами по разные сто­роны Иор­дана) при­мерно 250 км. Учи­ты­вая, что армия Кедор­лао­мера была нагру­жена воен­ными тро­фе­ями, и самая мед­лен­ная её часть с обо­зами и плен­ни­ками не могла пре­одо­ле­вать более чем 20 км в сутки, весь путь этой части войска должен был занять не меньше двух недель вре­мени, тогда как отряды лег­ко­во­ору­жён­ной пехоты под пред­во­ди­тель­ством Авра­ама вполне могли про­хо­дить за сутки по 30 км. Это поз­во­ляло им иметь более пяти дней в запасе с того момента, когда Кедор­лао­мер дви­нулся в обрат­ный путь после победы в долине Сиддим.

Авраам свое­вре­менно полу­чает инфор­ма­цию об исходе битвы. Гонцу для того, чтобы добе­жать от стана Лотова (а именно из этого района после гра­бежа выдви­ну­лась в обрат­ный путь армия Кедор­лао­мера) до рас­по­ло­же­ния Авра­ама (50 км) потре­бо­ва­лось не более двух дней. Поэтому Авраам для фор­ми­ро­ва­ния отряда имел, по самым кри­ти­че­ским под­счё­там, не менее трёх дней. В тех усло­виях этого было вполне доста­точно, чтобы орга­ни­зо­вать погоню. Таким обра­зом, чело­век, выпол­ня­ю­щий функ­цию раз­вед­чика-гонца, сыграл реша­ю­щую роль в даль­ней­ших собы­тиях.

Теперь попы­та­емся разо­браться, какими силами обла­дал Авраам для осво­бож­де­ния пле­мян­ника.

И пришел один из уце­лев­ших и изве­стил Аврама Еврея, жив­шего тогда у дуб­равы Мамре, Амор­ре­я­нина, брата Эшколу и брата Анеру, кото­рые были союз­ники Авра­мовы (Быт.14:13).

Из биб­лей­ского текста сле­дует, что помимо Авра­ама о тра­ге­дии в Сид­дим­ской долине изве­ща­ются также и трое его союз­ни­ков. При­ме­ча­тельно, что речь скорее всего идёт о так назы­ва­е­мом “дого­воре о вза­и­мо­по­мощи”, то есть вовле­че­ние в воен­ные дей­ствия одной из сторон авто­ма­ти­че­ски при­во­дит к втя­ги­ва­нию в кон­фликт и всех других участ­ни­ков дого­вора. Подоб­ные отно­ше­ния в данной ситу­а­ции неуди­ви­тельны, так как текст прямо гово­рит о род­ствен­ных отно­ше­ниях между сто­ро­нами.

Аврам, услы­шав, что Лот срод­ник его взят в плен, воору­жил рабов своих, рож­ден­ных в доме его, триста восем­на­дцать, и пре­сле­до­вал непри­я­те­лей до Дана (Быт.14:14).

Наи­бо­лее разумно пред­по­ло­жить, что из текста сле­дует то, что Авраам со своими людьми чис­лен­но­стью в 318 чело­век, плюс ещё трое род­ствен­ных князей, видимо, каждый со своей дру­жи­ной при­мерно той же чис­лен­но­сти, высту­пают в поход. Тогда общее коли­че­ство собран­ных людей соста­вит около 1000 чело­век, что вполне при­ем­лемо для выпол­ня­е­мой задачи.

То, что гово­рил Иосиф Флавий у стен оса­ждён­ного рим­ля­нами Иеру­са­лима в 70 г. по Р. Х. о том, что “…ему (Авра­аму) под­чи­ня­лось триста восем­на­дцать пол­ко­вод­цев, каждый из кото­рых рас­по­ла­гал несмет­ным вой­ском…”[10], скорее можно отне­сти к алле­го­рич­но­сти его повест­во­ва­ния, свя­зан­ной с кри­тич­но­стью момента, чем к дей­стви­тель­ному пони­ма­нию этого отрывка. Хотя если под несмет­ным вой­ском пред­по­ло­жить членов семьи, а 318 “князей” — это главы этих семей, то полу­ча­ется орга­ни­за­ция, напо­ми­на­ю­щая отряд сред­не­ве­ко­вого рыцаря, кото­рый, идя на войну, имел у себя несколько ору­же­нос­цев, и таким обра­зом в сумме полу­ча­ется при­мерно такая же цифра в 1000 чело­век. Нет резона пред­по­ла­гать, что в погоню пусти­лось всего 318 чело­век, так как такое коли­че­ство людей кажется недо­ста­точ­ным даже для рас­смат­ри­ва­е­мой эпохи. Как будет пока­зано при опи­са­нии собы­тий Исхода (книга Чисел), сред­няя еврей­ская семья момента еги­пет­ского раб­ства имела около 30 мужчин, спо­соб­ных дер­жать в руках оружие, а каждое колено — около 50 тысяч. Но евреи в Египте сильно умно­жи­лись, поэтому рас­счи­ты­вать чис­лен­ность армии как 300x30=9000 некор­ректно для рас­смат­ри­ва­е­мого пери­ода даже исходя из того, что Авраам ещё не полу­чил обе­то­ва­ния об умно­же­нии своего рода как песка мор­ского (Быт.22:17).

Фраза о воору­же­нии рабов, рож­дён­ных в доме его, не должна вызы­вать сму­ще­ния. Это не была первая рабо­вла­дель­че­ская армия. Еврей­ский лек­си­кон Стронга даёт пере­вод этого слова как “слуга”, но даже поня­тие раба как того, кто рабо­тает в доме, в те вре­мена не несло того нега­тив­ного оттенка, кото­рый оно имеет сейчас. Что и пока­зы­вает харак­те­ри­стика “рож­дён­ный в доме его”. Поэтому струк­тура армии Авра­ама и его союз­ни­ков была пле­мен­ная, и каждое под­раз­де­ле­ние состо­яло из мно­го­чис­лен­ных род­ствен­ни­ков, спо­соб­ных сра­жаться в данный момент. А система ком­плек­то­ва­ния воору­же­нием сво­ди­лась к раз­даче оружия, нахо­дя­ще­гося в мирное время под кон­тро­лем главы пле­мени.

Непо­сред­ственно боевые дей­ствия армии Авра­ама можно раз­де­лить на три фазы: погоня, вне­зап­ная атака и даль­ней­шее пре­сле­до­ва­ние про­тив­ника.

пре­сле­до­вал непри­я­те­лей до Дана; и, раз­де­лив­шись, напал на них ночью, сам и рабы его, и пора­зил их, и пре­сле­до­вал их до Ховы, что по левую сто­рону Дамаска (Быт.14:14–15).

Срав­ним опи­сан­ные в Свя­щен­ном Писа­нии собы­тия с выдерж­кой из работы “О пере­не­се­нии осады” гре­че­ского воен­ного и поли­ти­че­ского дея­теля, одного из пол­ко­вод­цев Аркад­ского союза, автора ряда книг по теории воен­ного дела Энея Так­тика (Aeneas Tacticus, IV век до Р. Х.), кото­рый 15 веков спустя после собы­тий биб­лей­ского текста реко­мен­дует пол­ко­вод­цам: “…Если же про­тив­ник скро­ется от тебя или успеет увезти награб­лен­ное из страны, то не нужно про­из­во­дить пре­сле­до­ва­ние его по тем же самым доро­гам и той же самой мест­но­сти. Напро­тив, здесь сле­дует появ­ляться лишь незна­чи­тель­ным отря­дам и при пре­сле­до­ва­нии не напа­дать с тыла самим и не навле­кать подо­зре­ний про­тив­ника. Все же осталь­ные, обла­дая доста­точно боль­шой силой, должны пере­дви­гаться воз­можно быст­рее, идя по другим доро­гам, и, опе­ре­див про­дви­га­ю­ще­гося про­тив­ника, в его стране устро­ить засады на гра­нице. Конечно, ты опе­ре­дишь про­тив­ника и при­дёшь раньше в его пре­делы, так как, утом­лён­ный гра­бе­жами, очу­тив­шись в своих пре­де­лах и чув­ствуя себя в без­опас­но­сти, он пре­дастся бес­печ­но­сти и будет не в состо­я­нии спа­стись…”[11].

Посмот­рев на марш­рут дви­же­ния двух армий, опре­де­ляем из работы Энея Так­тика те так­ти­че­ские моменты, кото­рым сле­до­вал Авраам: 1) не пре­сле­до­вать про­тив­ника по тому же пути; 2) не напа­дать с тыла; 3) опе­ре­дить пре­сле­ду­е­мого; 4) устро­ить засаду на гра­нице.

Итак, мы видим, что Авраам посту­пил по всем пра­ви­лам военно-тео­ре­ти­че­ской мысли, кото­рая только через пол­тора десятка веков нашла своё отра­же­ние в рабо­тах воен­ных тео­ре­ти­ков.

Стоит отме­тить ещё один не самый про­стой приём воен­ного искус­ства, кото­рый и днём не всегда полу­ча­лось осу­ществ­лять пол­ко­вод­цам раз­лич­ных эпох, а Авра­аму уда­ётся выпол­нить в тёмное время суток: раз­де­ле­ние отряда на несколько групп и управ­ле­ние ими. Факт такого раз­де­ле­ния даёт пред­став­ле­ние не только о зара­нее спла­ни­ро­ван­ном веде­нии боя, но и о нали­чии команд­ного состава низ­шего звена, спо­соб­ного управ­лять более мел­кими под­раз­де­ле­ни­ями, чем впо­след­ствии так сла­ви­лась рим­ская армия.

Как про­те­кал сам бой, в Библии не ска­зано, но фаза пре­сле­до­ва­ния раз­би­того про­тив­ника гово­рит о силь­ном потря­се­нии войска Кедор­лао­мера и даёт бога­тую пищу для попытки вос­ста­но­вить собы­тия той ночи.

Во-первых, необ­хо­димо опре­де­лить, что из себя могло пред­став­лять могу­ще­ствен­ное войско четы­рёх царей, воз­вра­щав­шихся домой из успешно про­ве­дён­ного заво­е­ва­тель­ного похода. Битва в Сид­дим­ской долине не могла про­изойти без потерь для Кедор­лао­мера, бога­тая добыча резко сни­жала не только мобиль­ность войска, но и морально-боевые каче­ства воинов, осо­бенно по мере их при­бли­же­ния к родным местам, о чём писал и Эней Тактик. Не будем забы­вать о том, что в битве Кедор­лао­мер, веро­ятно, не пола­гался на чис­лен­ность своей армии, а при­влёк под­чи­нён­ные пле­мена. Но после победы и явного отсут­ствия про­тив­ника союз­ники были рас­пу­щены, так как они были набраны на юге от Сид­дим­ской долины, а обрат­ный путь в Месо­по­та­мию лежал на север. Всё это зна­чи­тельно сокра­щало чис­лен­ность войска. Помимо этого плен­ные, ведо­мые с армией, тре­бо­вали отвле­че­ния сил на их охрану. Всё это, с учётом про­дол­жи­тель­но­сти пере­хода и не очень хоро­ших усло­вий про­дви­же­ния вдоль реки Иордан, ока­зы­вало отри­ца­тель­ное вли­я­ние на бди­тель­ность войска. Учи­ты­вая неболь­шую ширину дорог Пале­стины, где узкие пере­валы посто­янно про­ре­за­ются гор­ными реками, впа­да­ю­щими в Иордан, можно пред­ста­вить, насколько сильно рас­тя­ну­лась армия, а тем более её обоз, ско­рость кото­рого явно усту­пала ско­ро­сти боевых под­раз­де­ле­ний и штаба армии. Всё это неми­ну­емо при­во­дило к тому, что не подо­зре­вав­ший об опас­но­сти ввиду опять-таки скрыт­но­сти опе­ра­ции, кото­рой уда­лось достичь Авра­аму, арьер­гард войска Кедор­лао­мера ока­зался не только не готов к ноч­ному напа­де­нию, но и по сути дела остался без вер­хов­ного коман­до­ва­ния, кото­рое на правах побе­ди­те­лей могло поз­во­лить себе вер­нуться домой с три­ум­фом до того, как подой­дёт обоз с тро­фе­ями. Ночь, вне­зап­ность атаки, нако­пив­ша­яся уста­лость и отсут­ствие вер­хов­ного коман­до­ва­ния при созда­нии Авра­амом необ­хо­ди­мого шумо­вого и све­то­вого оформ­ле­ния своих дей­ствий неми­ну­емо обра­щают войска Кедор­лао­мера в бег­ство. В прин­ципе воинам Авра­ама было доста­точно с кри­ками напасть на ночной лагерь с разных направ­ле­ний, так как при­ме­не­ние, напри­мер, факе­лов могло легко вскрыть мало­чис­лен­ность его войска. В кино­кар­тине “Бытие” гол­ли­вуд­ский режис­сер пред­по­ло­жил, что Авраам исполь­зо­вал рога­тый скот с при­вя­зан­ными к рогам факе­лами при напа­де­нии на лагерь, чтобы ввести про­тив­ника в заблуж­де­ние. Версия на первый взгляд кажется не очень прав­до­по­доб­ной, но исполь­зо­ва­ние рога­тых живот­ных с при­вя­зы­ва­нием к рогам раз­лич­ных пред­ме­тов встре­ча­ется в антич­ных источ­ни­ках по воен­ному искус­ству. Тот же Эней Тактик сове­тует: “Если же сам наме­ре­ва­ешься вызвать тре­вогу в лагере про­тив­ника, то надо выпу­стить в его лагерь стад­ных тёлок с коло­коль­чи­ками, а также и другой вьюч­ный скот, напоив его вином”[12]. Учи­ты­вая, что Авра­амовы люди были пас­ту­хами, такое раз­ви­тие собы­тий вполне могло иметь место. Но при этом нужно чётко пони­мать, что эти живот­ные не могли сопро­вож­дать Авра­ама во время его марш-броска от дуб­равы Мамре, и в Библии об этом ничего не гово­рится, поэтому, несмотря на тео­ре­ти­че­скую воз­мож­ность при­ме­не­ния подоб­ного эле­мента, будет разум­нее не рас­смат­ри­вать его как реально про­ве­дён­ный.

Орга­ни­зо­вав пре­сле­до­ва­ние бегу­щего про­тив­ника, Авраам лишает Кедор­лао­мера воз­мож­но­сти пере­стро­е­ния войска для нане­се­ния контр­удара. Рас­сто­я­ние от Дана до Ховы состав­ляет около 45 кило­мет­ров, кото­рые, как повест­вует Писа­ние, Авраам пре­одо­ле­вает, пре­сле­дуя про­тив­ника. Таким обра­зом, и здесь Авраам избе­гает ошибки многих после­ду­ю­щих пол­ко­вод­цев, кото­рые, удо­вле­тво­рив­шись пер­выми пло­дами битвы, при­сту­пают к раз­граб­ле­нию лагеря про­тив­ника, давая ему шанс кар­ди­нально изме­нить так­ти­че­скую ситу­а­цию. Напри­мер, хетты в 1312 году до Р. Х. в бою под Каде­шем, разбив один из отря­дов Рам­сеса II, при­ня­лись гра­бить лагерь егип­тян. Свежие силы егип­тян, при­быв­шие на попол­не­ние еги­пет­ского войска, ата­ко­вали хеттов. Все нахо­див­ши­еся в лагере хетты были уни­что­жены[13].

В исто­рии воен­ного искус­ства пре­сле­до­ва­ние врага вне поля боя с целью его пол­ного уни­что­же­ния, про­ве­дён­ное маке­дон­ской кон­ни­цей в битве при Гав­га­ме­лах в 331 году до Р. Х., опи­сы­ва­ется не иначе как новый момент в так­тике[14]. При этом маке­дон­ская кон­ница, пре­сле­дуя врага, пре­одо­лела 75 кило­мет­ров, тогда как войску Авра­ама уда­лось пре­одо­леть больше поло­вины этого рас­сто­я­ния в пешем порядке.

При­ве­дён­ный выше анализ пока­зы­вает не только мно­го­об­ра­зие при­ё­мов воен­ного искус­ства и послед­ствий так­ти­че­ских ошибок, что, без­условно, могло бы лечь в основу любого учеб­ника по воен­ному искус­ству как древ­но­сти, так и совре­мен­но­сти, но и откры­вает для иссле­до­ва­теля уди­ви­тель­ную лич­ность пол­ко­водца, кото­рый сумел в рамках одной воен­ной кам­па­нии скон­цен­три­ро­вать мно­же­ство бле­стяще испол­нен­ных воен­ных при­ё­мов задолго до Алек­сандра Маке­дон­ского и Цезаря.

и воз­вра­тил все иму­ще­ство и Лота, срод­ника своего, и иму­ще­ство его воз­вра­тил, также и женщин и народ <…> кроме того, что съели отроки, и кроме доли, при­над­ле­жа­щей людям, кото­рые ходили со мною; Анер, Эшкол и Мамрий пусть возь­мут свою долю (Быт.14:16,24).

Рас­ходы на войну Авраам покрыл из добычи, полу­чен­ной в резуль­тате победы. При этом видно, какова смета воен­ных дей­ствий того пери­ода: рас­ходы на про­ви­ант и оплата уча­стия союз­ни­ков. Из того факта, что Авраам, вернув всё то, что было уве­зено Кедор­лао­ме­ром из Пяти­гра­дия, и взяв из этого только на необ­хо­ди­мые рас­ходы, сам остался без при­были, выте­кает пред­по­ло­же­ние о том, что всё-таки основ­ная доля добычи, полу­чен­ная Кедор­лао­ме­ром в резуль­тате всей кам­па­нии, дви­га­лась с боль­шей ско­ро­стью где-то в голове колонны, воз­можно вместе со штабом и самим пол­ко­вод­цем. Таким обра­зом, Авра­аму скорее всего уда­лось напасть на замы­ка­ю­щие под­раз­де­ле­ния армии, видимо, не пред­став­ляв­шие боль­шой цен­но­сти для Кедор­лао­мера, так как впо­след­ствии мы не наблю­даем ответ­ных дей­ствий, но там к сча­стью для Авра­ама нахо­дился Лот.

и заклю­чили союз в Вир­са­вии. И встал Ави­ме­лех, и Ахузаф, неве­сто­во­ди­тель его, и Фихол, вое­на­чаль­ник его, и воз­вра­ти­лись в землю Фили­стим­скую <…> И жил Авраам в земле Фили­стим­ской, как стран­ник, дни многие (Быт.21:32,34).

После победы Авраам поль­зу­ется славою успеш­ного вое­на­чаль­ника, и фили­стим­ский пра­ви­тель по совету своего глав­но­ко­ман­ду­ю­щего заклю­чает с ним союз. Воз­можно, здесь идёт речь о дого­воре найма его армии для охраны одного из стра­те­ги­че­ских направ­ле­ний с правом посе­ле­ния на мест­но­сти.

Позже заклю­ча­ется дого­вор с сыном Авра­ама, но уже на других усло­виях — теперь это дого­вор равных о нена­па­де­нии, и Исаак уже живёт как само­сто­я­тель­ный пра­ви­тель, а не на тер­ри­то­рии фили­стим­ского госу­даря:

Пришел к нему из Герара Ави­ме­лех и Ахузаф, друг его, и Фихол, вое­на­чаль­ник его. Исаак сказал им: для чего вы пришли ко мне, когда вы воз­не­на­ви­дели меня и выслали меня от себя? Они ска­зали: мы ясно уви­дели, что Гос­подь с тобою, и потому мы ска­зали: поста­вим между нами и тобою клятву и заклю­чим с тобою союз, чтобы ты не делал нам зла, как и мы не кос­ну­лись до тебя, а делали тебе одно доброе и отпу­стили тебя с миром; теперь ты бла­го­сло­вен Гос­по­дом (Быт.26:26–29).

Обра­тим вни­ма­ние и на то, что Свя­щен­ное Писа­ние ука­зы­вает нам неко­то­рые воин­ские долж­но­сти, такие как вое­на­чаль­ник. Инте­ресно, что чело­век, ука­зан­ный в этой долж­но­сти — Фихол, при­сут­ствует на обоих встре­чах: и с Авра­амом, и с Иса­а­ком. Видно, что уро­вень вопро­сов, в кото­рых участ­вует “вое­на­чаль­ник”, не огра­ни­чи­ва­ется только воен­ной дея­тель­но­стью, но каса­ется и вопро­сов внеш­не­по­ли­ти­че­ского обес­пе­че­ния без­опас­но­сти гра­ницы. Судя по его обя­зан­но­стям и уровню сове­тов, в кото­рых он при­ни­мает уча­стие, его долж­ность может соот­вет­ство­вать посту нынеш­него мини­стра обо­роны.

В заклю­че­ние сде­лаем выводы по воен­ному искус­ству, кото­рые мог бы полу­чить какой-нибудь воен­ный тео­ре­тик, изучи он опи­сан­ные в Свя­щен­ном Писа­нии собы­тия:

  1. Гото­вясь к войне, необ­хо­димо собрать союз­ни­че­ские силы до начала воен­ной опе­ра­ции и орга­ни­зо­вать объ­еди­нён­ное коман­до­ва­ние. При­ме­ром исполь­зо­ва­ния этого прин­ципа служат дей­ствия военно-поли­ти­че­ского руко­вод­ства США при пла­ни­ро­ва­нии совре­мен­ных боевых опе­ра­ций с исполь­зо­ва­нием мно­го­на­ци­о­наль­ных сил.
  2. Кон­цен­три­руя боль­шие силы для выпол­не­ния воен­ной опе­ра­ции, помимо основ­ных задач, необ­хо­димо опре­де­лять и допол­ни­тель­ные задачи с целью мак­си­мально эффек­тив­ного исполь­зо­ва­ния затрат на ком­плек­то­ва­ние армии. Под­раз­де­ле­ния армии США при выпол­не­нии своих задач в боль­шин­стве слу­чаев имеют основ­ные и вто­рич­ные цели.
  3. Скры­тие основ­ных целей опе­ра­ции. (Пра­вило из настав­ле­ний по мас­ки­ровке в совре­мен­ных армиях).
  4. В случае бое­вого пере­веса сил про­тив­ника сле­дует избе­гать пря­мого столк­но­ве­ния с ним, изыс­ки­вая резервы для полу­че­ния так­ти­че­ского пре­вос­ход­ства.
  5. Под­го­товка обо­роны есть про­цесс бес­ко­неч­ный. Осо­бенно важно гото­вить обо­ро­ни­тель­ные рубежи, зная о при­бли­же­нии про­тив­ника.
  6. Гото­вясь к сра­же­нию, необ­хо­димо учи­ты­вать осо­бен­но­сти мест­но­сти и исполь­зо­вать их в своих целях. Четыре главы трак­тата Сунь-Цзы, одного из клас­си­ков воен­ной теории Китая (VIV век до Р. Х.), посвя­щены вопро­сам уме­лого исполь­зо­ва­ния мест­но­сти[15].
  7. Раз­ве­ды­ва­тель­ная инфор­ма­ция уве­ли­чи­вает шансы на успех опе­ра­ции.
  8. Орга­ни­зуя поход­ные колонны, необ­хо­димо обес­пе­чить охра­не­ние, рав­но­мер­ное дви­же­ние и управ­ле­ние всеми под­раз­де­ле­ни­ями колонны с исполь­зо­ва­нием аван­гард­ных и арьер­гард­ных соеди­не­ний.
  9. Не допус­кать сто­я­нок без обо­ру­до­ва­ния лагеря с защит­ными укреп­ле­ни­ями. (Бле­стяще реа­ли­зо­вано в рим­ской армии).
  10. О том, как пре­сле­до­вать ухо­дя­щего побе­ди­теля, смотри выше отры­вок из работы Энея Так­тика.
  11. Эффект вне­зап­но­сти при напа­де­нии на про­тив­ника ночью можно уси­лить, пред­ва­ри­тельно раз­де­лив свою армию на отряды и осу­ще­ствив атаку с раз­лич­ных направ­ле­ний.
  12. Если про­тив­ник разбит, не стоит зани­маться гра­бе­жом лагеря, а напро­тив, сохра­няя дис­ци­плину строя, орга­ни­зо­вать его пре­сле­до­ва­ние с целью пол­ного уни­что­же­ния.

При­ве­дён­ные выше пра­вила состав­ляют довольно вну­ши­тель­ную область воен­ного искус­ства и охва­ты­вают собой такие раз­делы, как пла­ни­ро­ва­ние опе­ра­ций на стра­те­ги­че­ском уровне, орга­ни­за­ция обо­роны, так­ти­че­ские маневры в ходе боя и вне его, а также приёмы, отно­ся­щи­еся к воен­ной хит­ро­сти. У воен­ных исто­ри­ков нет бога­того пись­мен­ного мате­ри­ала, опи­сы­ва­ю­щего при­ме­не­ние этих эле­мен­тов уже в начале вто­рого тыся­че­ле­тия до Р. Х., но мы видим, что такой мате­риал при­сут­ствует в тексте Вет­хого Завета.

Опе­ра­ция “Исход”

(около 1280 год до Р. Х.)[16]

И изгнал Адама, и поста­вил на востоке у сада Едем­ского Херу­вима и пла­мен­ный меч обра­ща­ю­щийся, чтобы охра­нять путь к дереву жизни. (Быт.3:24)

Прежде всего обра­тим вни­ма­ние на неко­то­рые эпи­зоды книги Бытия, каса­ю­щи­еся данной про­бле­ма­тики. Несколько при­ё­мов воен­ной дея­тель­но­сти мы встре­чаем при опи­са­нии жизни древ­них пат­ри­ар­хов.

только на том усло­вии мы согла­симся с вами и посе­лимся у вас, если вы будете как мы, чтобы и у вас весь муже­ский пол был обре­зан <…> На третий день, когда они были в болезни, два сына Иакова, Симеон и Левий, братья Динины, взяли каждый свой меч, и смело напали на город, и умерт­вили весь муже­ский пол (Быт.34:15,25).

Воен­ная хит­рость, не раз при­во­див­шая к жела­е­мому резуль­тату, здесь опи­ра­ется на опыт­ное позна­ние физио­ло­ги­че­ских явле­ний, про­ис­хо­дя­щих после обре­за­ния. Фак­ти­че­ски можно утвер­ждать, что речь идёт о при­ме­не­нии своего рода “био­ло­ги­че­ского оружия”. Исто­рия войн довольно часто сви­де­тель­ствует об исполь­зо­ва­нии наци­о­наль­ных осо­бен­но­стей для дости­же­ния воен­ного пре­вос­ход­ства, но в основ­ном это при­меры того, как эти осо­бен­но­сти обо­ра­чи­ва­ются ката­стро­фой для дан­ного народа. Напри­мер, мусуль­мане под­вер­га­лись уни­что­же­нию в час все­об­щей молитвы. Однако здесь мы встре­ча­емся с уни­каль­ным слу­чаем, когда одному народу уда­лось навя­зать дру­гому свою тра­ди­цию, а после, вос­поль­зо­вав­шись её обря­до­выми послед­стви­ями, уни­что­жить послед­ний. Тео­ре­ти­че­ски такой приём мог быть осу­ществ­лён и впо­след­ствии, и не только евре­ями, но и, напри­мер, испо­вед­ни­ками ислама, также совер­ша­ю­щих обряд обре­за­ния. А фак­ти­че­ски повто­рить данный приём никому не уда­лось (по край­ней мере об этом ничего не известно исто­ри­че­ской науке), что лишний раз сви­де­тель­ствует об уни­каль­но­сти текста Свя­щен­ного Писа­ния как лите­ра­тур­ного источ­ника по воен­ному искус­ству.

И вспом­нил Иосиф сны, кото­рые сни­лись ему о них; и сказал им: вы согля­да­таи, вы пришли высмот­реть наготу земли сей. Они ска­зали ему: нет, гос­по­дин наш; рабы твои пришли купить пищи (Быт.42:9–10).

В этой фразе, ска­зан­ной Иоси­фом своим бра­тьям, рас­кры­ва­ются как прин­ципы веде­ния раз­ведки, кото­рую условно можно счи­тать стра­те­ги­че­ской, так и нали­чие мето­дов контр­раз­ведки. Отсюда ста­но­вится оче­видно, что воен­ные столк­но­ве­ния древ­них эпох не были одно­значно след­ствием прямых воен­ных реше­ний, осно­ван­ных на амби­циях того или иного пра­ви­теля. Более того, война древ­но­сти не была, как можно было бы пола­гать, только лишь пред­ме­том дей­ствия армей­ских под­раз­де­ле­ний. Посто­ян­ное про­ти­во­сто­я­ние (не боевое) держав, стран и наро­дов было, как и сейчас, одно­вре­менно и “хлебом”, и забо­той древ­них владык. Уди­ви­тельно, но при кажу­щейся есте­ствен­но­сти пере­ме­ще­ния людей между госу­дар­ствами в рас­смат­ри­ва­е­мую эпоху ока­зы­ва­ется, что в круг обя­зан­но­стей госу­дар­ствен­ных дея­те­лей вхо­дило пре­се­че­ние попы­ток веде­ния шпи­о­нажа. Это ярко демон­стри­рует первая же при­шед­шая на ум Иосифу фраза о согля­да­таях, когда ему потре­бо­ва­лось скрыть своё вол­не­ние, не вызвав подо­зре­ния у про­си­те­лей. Вообще не исклю­чено, что подоб­ная подо­зри­тель­ность отно­си­лась не только к бра­тьям Иосифа, но явля­лась стан­дарт­ной формой “допроса” посе­ти­те­лей дома фара­она. Так как он фак­ти­че­ски явля­ется пра­ви­тель­ством госу­дар­ства, то чело­век, попав­ший туда, потен­ци­ально полу­чает инфор­ма­цию о состо­я­нии дел в стране, что и явля­ется пред­ме­том стра­те­ги­че­ской раз­ведки. Обы­ден­ность подоб­ного явле­ния под­твер­ждает и то, что братья без тени удив­ле­ния начи­нают отри­цать свою при­част­ность к аген­туре ино­стран­ной раз­ведки:

мы все дети одного чело­века; мы люди чест­ные; рабы твои не бывали согля­да­та­ями. Он сказал им: нет, вы пришли высмот­реть наготу земли сей. Они ска­зали: нас, рабов твоих, две­на­дцать бра­тьев; мы сыно­вья одного чело­века в земле Хана­ан­ской, и вот, мень­ший теперь с отцом нашим, а одного не стало. И сказал им Иосиф: это самое я и гово­рил вам, сказав: вы согля­да­таи; вот как вы будете испы­таны: кля­нусь жизнью фара­она, вы не вый­дете отсюда, если не придет сюда мень­ший брат ваш (Быт.42:11–15).

Инте­ре­сен и вывод Иосифа после попытки бра­тьев оправ­даться: это самое я и гово­рил вам, сказав: вы согля­да­таи. С одной сто­роны, почему же? — ведь они рас­ска­зали ему о своём про­ис­хож­де­нии, а с другой — как раз это и рас­кры­вает их при­част­ность к пра­ви­тель­ству сосед­него госу­дар­ства. Надо учи­ты­вать, что тор­го­вая миссия тех времён лежит в веде­нии тор­го­вых кара­ва­нов, а совсем не на детях пра­ви­те­лей. Этим фактом, видимо, и поль­зу­ется Иосиф, обви­няя бра­тьев в шпи­о­наже. Но если Иосиф ведёт с ними свою игру, выра­жа­ясь тер­ми­нами раз­ведки, то братья, напро­тив, вос­при­ни­мают ситу­а­цию бук­вально, причём её есте­ствен­ность не вызы­вает у них сомне­ний. Они согла­ша­ются с мето­дом Иосифа, кото­рый, как они, видимо, пола­гают, имеет своими обя­зан­но­стями веде­ние контр­раз­ве­ды­ва­тель­ной дея­тель­но­сти, про­ве­рить их правоту.

Вот неко­то­рые зари­совки, кото­рые не хоте­лось бы упу­стить из виду, прежде чем перейти к теме Исхода.

И вос­стал в Египте новый царь, кото­рый не знал Иосифа, и сказал народу своему: вот, народ сынов Изра­и­ле­вых мно­го­чис­лен и силь­нее нас; пере­хит­рим же его, чтобы он не раз­мно­жался; иначе, когда слу­чится война, соеди­нится и он с нашими непри­я­те­лями, и воору­жится против нас (Исх.1:8–10).

Пред­по­сылки военно-поли­ти­че­ской неста­биль­но­сти и их пони­ма­ние с точки зрения совре­мен­ной трак­товки опи­саны в книге “Биб­лей­ские сра­же­ния”, в кото­рой пози­ция авто­ров вполне соот­вет­ствует нашей тема­тике, и её основ­ные пункты вкратце изло­жены далее по тексту. Изра­иль­ский народ ста­но­вится “потен­ци­ально небла­го­на­дёж­ным эле­мен­том внутри страны”. Реше­ние данной про­блемы в исто­рии прак­ти­ко­ва­лось двумя основ­ными спо­со­бами. Первый — это асси­ми­ля­ция чуже­зем­ного насе­ле­ния и вклю­че­ние его в состав основ­ной нации. Такую поли­тику про­во­дил Алек­сандр Маке­дон­ский. Другой, более часто исполь­зу­е­мый, хотя зача­стую при­во­дя­щий к обрат­ным резуль­та­там, подход — при­ве­де­ние чуже­зем­цев к покор­но­сти сило­выми мето­дами, что и было сде­лано в отно­ше­нии еврей­ского народа[17].

Фараон сказал им: пусть будет так, Гос­подь с вами! я готов отпу­стить вас: но зачем с детьми? видите, у вас худое наме­ре­ние! (Исх.10:10).

Этот отры­вок пере­кли­ка­ется с преды­ду­щим ана­ли­зом мето­дов веде­ния раз­ведки древними госу­дар­ствами. Выявив нали­чие тако­вой как класса внеш­не­по­ли­ти­че­ской дея­тель­но­сти, нахо­дим во фразе фара­она то же пони­ма­ние ситу­а­ции, что в совре­мен­ных госу­дар­ствах про­смат­ри­ва­ется отно­си­тельно соб­ствен­ных аген­тов раз­ведки, кото­рые, осу­ществ­ляя свою дея­тель­ность за гра­ни­цей, должны в каче­стве гаранта чистоты своих наме­ре­ний остав­лять на родине семью и детей. В том же направ­ле­нии, кото­рое настолько верно, насколько и жестоко, мыслил и фараон.

Наблю­дайте опрес­ноки, ибо в сей самый день Я вывел опол­че­ния ваши из земли Еги­пет­ской, и наблю­дайте день сей в роды ваши, как уста­нов­ле­ние вечное (Исх.12:17).

Уже на началь­ном этапе “исхода”, пред­вос­хи­щая пред­сто­я­щий путь, Гос­подь ука­зы­вает на необ­хо­ди­мость фор­ми­ро­ва­ния изра­иль­ского народа как воен­ной орга­ни­за­ции, ещё, может быть, не осо­зна­ва­е­мой самими людьми. Он выво­дит не только народ, не только людей, но уже опол­че­ния, зара­нее готовя их к непро­стой сво­боде суще­ство­ва­ния. Может быть, здесь испод­воль пока­зы­ва­ется, что в этих рамках нашего зем­ного суще­ство­ва­ния каждый народ, жела­ю­щий жить в усло­виях сво­боды как физи­че­ской, так и духов­ной, должен выхо­дить из раб­ства “по опол­че­ниям”. Фак­ти­че­ски про­блема войны и мира решена в пользу “хоро­шей войны” против “пло­хого мира” как мира, где отсут­ствие кро­во­про­ли­тия оправ­ды­вает отвер­же­ние Бога (напри­мер, в свет­ском обще­стве веро­тер­пи­мо­сти — как запрета на веро­ис­по­ве­да­ние). Всё-таки вер­ши­ной цен­но­стей явля­ется Бог, несмотря на есте­ствен­ное жела­ние сде­лать ею земную жизнь чело­века[18].

И ещё одно наблю­де­ние можно при­ве­сти в каче­стве ком­мен­та­рия к дан­ному отрывку: все граж­дане совре­мен­ного Изра­иля, а также все про­жи­ва­ю­щие на тер­ри­то­рии госу­дар­ства, по дости­же­нии 18 лет под­ле­жат при­зыву на службу в Армию обо­роны Изра­иля. То есть слово Гос­подне о выводе еврей­ского народа из Египта по опол­че­ниям в миро­вой пер­спек­тиве пред­вос­хи­тило судьбу этого народа, до сих пор живу­щего опол­че­нием и явля­ю­щего, по оценке спе­ци­а­ли­стов, необык­но­венно высо­кий потен­циал, поз­во­ля­ю­щий про­ти­во­сто­ять пер­ма­нент­ной воен­ной угрозе со сто­роны араб­ских стран. Даль­ней­ший анализ тек­стов Писа­ния пока­жет, как про­ис­хо­дило ста­нов­ле­ние еврей­ской армии, опре­де­лив­шее по слову Божию её уни­каль­ность. Изра­иль­ская армия и по сей день, осо­знанно или нет, сохра­няет данное ей Боже­ствен­ное опре­де­ле­ние и в полном смысле слова являет собой обще­на­ци­о­наль­ный состав, не обра­зуя замкну­тую про­фес­си­о­наль­ную кор­по­ра­цию в отли­чие от боль­шин­ства других армий.

И сде­лали сыны Изра­и­левы по слову Моисея и про­сили у Егип­тян вещей сереб­ря­ных и вещей золо­тых и одежд. Гос­подь же дал милость народу Своему в глазах Егип­тян: и они давали ему, и обо­брал он Егип­тян (Исх.12:35–36).

Рука Гос­пода лежит на дея­ниях Моисея. Хотя и сам он обу­чался при дворе фара­она и навер­няка был обучен воен­ному делу, но уни­каль­ность под­го­товки к походу скорее гово­рит о Божием замысле. То, что Египет “спон­си­ро­вал” поход Моисея, можно (с сожа­ле­нием) срав­нить в новей­шей исто­рии с тем, что рус­ские воору­жили чечен­ских бое­ви­ков, против кото­рых потом сами и вое­вали. Конечно, нельзя срав­ни­вать Божий замы­сел с халат­но­стью госу­дар­ства, при­зван­ного обе­ре­гать свой народ. Но в том, что в обоих слу­чаях обес­пе­че­ние про­тив­ника про­хо­дит за счёт средств своего народа, ана­ло­гия налицо.

И отпра­ви­лись сыны Изра­и­левы из Раам­сеса в Сокхоф до шести­сот тысяч пеших мужчин, кроме детей (Исх.12:37).

Чис­лен­ность воин­ства изра­иль­ского, а это именно 600 тысяч чело­век воин­ского кон­тин­гента, да ещё и с ука­за­нием рода войск — пехоты, гово­рит о доста­точно мощной силе, кото­рая ока­зы­ва­ется в руках Моисея. Вопрос пол­ного отсут­ствия даже эле­мен­тар­ной воен­ной выучки сейчас не то что остро стоит перед изра­иль­тя­нами, а он даже и не под­ни­ма­ется вовсе ввиду невоз­мож­но­сти его реше­ния на данном этапе похода. Поэтому пока только Божие Про­ви­де­нье ведёт их и пол­но­стью руко­во­дит опе­ра­цией. Только Бог видит в них опол­че­ния, только Он опре­де­ляет их как 600 тысяч потен­ци­ально спо­соб­ных сра­жаться пехо­тин­цев. Они сами этого ещё не осо­знают и об этом не думают. Кстати, инте­ресно, но чис­лен­ность совре­мен­ных изра­иль­ских воору­жён­ных сил при полной моби­ли­за­ции оце­ни­ва­ется экс­пер­тами в 631 тыс. чело­век.

В момент выхода евреев из Египта нет и речи о нали­чии каких-либо воен­ных навы­ков ни у бойцов, ни у коман­ди­ров. Отсут­ствие их и у тех, и у других пре­вра­тило бы всю эту массу народа в пред­мет для изби­е­ния вой­ском фара­она даже при неболь­шом отряде про­фес­си­о­наль­ных воинов. При­ме­ром этого может слу­жить уни­что­же­ние отря­дом Кор­теса (около 50 чело­век) при­мерно 5 тысяч индей­цев. Стоит ли гово­рить о таком необыч­ном эле­менте воен­ного искус­ства, как Божья воля, без кото­рой, строго говоря, не слу­чи­лось ни одной победы и ни одного пора­же­ния? Это не та самая пре­сло­ву­тая удача, на кото­рую спи­сано так много нело­гич­ных, якобы не из чего не выте­ка­ю­щих послед­ствий. Это тот эле­мент воен­ной дея­тель­но­сти, кото­рый можно и должно знать и учи­ты­вать, осо­бенно для армий хри­сти­ан­ских наро­дов. И в данном случае речь идёт даже не о чудес­ных вспо­мо­ще­ство­ва­ниях Божьих, а об отста­и­ва­нии правды и истины как долге перед Богом. Мно­же­ство при­ме­ров спра­вед­ли­во­сти подоб­ных выво­дов даёт исто­рия России. Подоб­ные раз­мыш­ле­ния необ­хо­димы для того, чтобы в даль­ней­шем опре­де­лить, в чём же кро­ется секрет успеха дей­ствий Моисея. А его успех — в его пра­вед­но­сти. Урок биб­лей­ских строк для всех воен­ных прак­ти­ков и тео­ре­ти­ков состоит в том, что и знание воен­ного дела, и про­фес­си­о­на­лизм воинов, и другие важные фак­торы воен­ной дея­тель­но­сти лишь в той мере спо­соб­ствуют успеху, в какой это не про­тивно Боже­ствен­ной воле.

По про­ше­ствии четы­рех­сот трид­цати лет, в этот самый день вышло все опол­че­ние Гос­подне из земли Еги­пет­ской ночью <…> В этот самый день Гос­подь вывел сынов Изра­и­ле­вых из земли Еги­пет­ской по опол­че­ниям их (Исх.12:41,51).

Гос­подь выво­дит опол­че­ния ночью. Приём настолько успеш­ный, насколько же и слож­ный, тем более когда речь идёт о при­мерно двух мил­ли­о­нах чело­век, и не все они муж­чины, спо­соб­ные, хотя бы потен­ци­ально, быть вои­нами. Строго говоря, пока исход скорее похож на пере­се­ле­ние народа, чем он и явля­ется по своей сути, но Гос­подь ведь ведёт опол­че­ния. Да и непри­я­тель появится в бли­жай­шие дни. Подоб­ные пере­се­ле­ния редко про­хо­дили без боестолк­но­ве­ний, где зачин­щи­ками были и пере­дви­га­ю­щи­еся народы, и их гоня­щие. Библия являет нам первый лите­ра­тур­ный памят­ник, опи­сы­ва­ю­щий такое собы­тие, да ещё изнутри пере­ме­ща­ю­ще­гося народа. То, что поз­во­ляет клас­си­фи­ци­ро­вать подоб­ное пере­дви­же­ние именно как воен­ную опе­ра­цию, а не как дви­же­ние народ­ных масс, хотя бы они и состо­яли в основ­ном из членов семей одного пле­мени, это сжа­тость этой опе­ра­ции во вре­мени и нали­чие чёткой орга­ни­за­ции марш­рута дви­же­ния, начи­ная от нали­чия конеч­ной цели (И когда введет тебя Гос­подь Бог твой в землю Хана­ан­скую, Исх.13:11) и закан­чи­вая выбо­ром вре­мени дви­же­ния. Вообще говоря, исто­рия ночных похо­дов насчи­ты­вает не так уж много при­ме­ров. Сам факт ноч­ного похода гово­рит об эле­менте скрыт­но­сти, кото­рого уда­лось достичь его орга­ни­за­тору. Ввиду того, что фараон сам отпу­стил Изра­иль, ночь скрыла не факт исхода как тако­вой, а его цели и послед­ствия, что поз­во­лило Изра­илю выиг­рать какое-то время. Будет излишне гово­рить о том состо­я­нии, в кото­ром нахо­дился Египет в ночь исхода, так как это не есть ни след­ствие, ни при­чина каких-либо воен­ных дей­ствий или реше­ний. Это лишь та создав­ша­яся обста­новка, кото­рая спо­соб­ство­вала выводу изра­иль­ского народа. Помимо про­чего, у ночных пере­хо­дов в данном реги­оне есть и другая прак­ти­че­ская сто­рона — это климат, поз­во­ля­ю­щий эко­но­мить силы и дающий воз­мож­ность пре­одо­ле­вать ночью боль­шее рас­сто­я­ние, чем днём. Итак, в Пяти­кни­жии Моисея нахо­дим ещё один так­ти­че­ский приём воен­ного искус­ства, не встре­чав­шийся ранее — это ночной пере­ход боль­шой массы людей с целью обес­пе­че­ния скрыт­но­сти, в данном случае пред­по­ло­жи­тельно — направ­ле­ния дви­же­ния и пре­одо­ле­ния жарких кли­ма­ти­че­ских усло­вий, с целью сбе­ре­же­ния сил. Ветхий Завет, есте­ственно, не акцен­ти­рует вни­ма­ние чита­теля на важ­но­сти дан­ного момента с точки зрения воен­ного искус­ства, но мы можем исполь­зо­вать выдержку из книги рус­ского исто­рика Е. В. Тарле “Наше­ствие Напо­леона на Россию”, в кото­рой он опи­сы­вает вне­зап­ный “исход” рус­ской армии под коман­до­ва­нием Барк­лая де Толли из Витеб­ска: “…Сна­чала Напо­леон не хотел верить Мюрату. Он не допус­кал, чтобы рус­ская армия могла так бес­шумно сняться ночью с лагеря и бес­следно скрыться. Импе­ра­тор велел под­хо­дить к поки­ну­тому рус­скому лагерю со всеми предо­сто­рож­но­стями, боясь засады и вне­зап­ного напа­де­ния. Мёрт­вое мол­ча­ние царило в рус­ском лагере. Фран­цузы при­бли­зи­лись, — лагерь был совер­шенно пуст. Ни людей, ни вещей — ничего не ока­за­лось. Вошли в город: ни одного чело­века на улицах. Даже в домах оста­лись далеко не все жители. Остав­ши­еся не только ровно ничего не знали о пути, по кото­рому ушла рус­ская армия, но поня­тия не имели вообще о факте её вне­зап­ного исчез­но­ве­ния.

В тече­ние несколь­ких часов кава­ле­рий­ские отряды, разо­слан­ные Напо­лео­ном, рыс­кали по всем доро­гам около Витеб­ска и, изму­чен­ные неслы­хан­ной жарой и томи­мые жаждой, вер­ну­лись во вторую поло­вину дня одни за дру­гими, ничего точ­ного не узнав. Пески, в кото­рых тонули ноги лоша­дей, жгучая пыль, тучей носив­ша­яся вокруг и ослеп­ляв­шая их, полное отсут­ствие воды — всё это делало раз­ведки мучи­тель­ным и бес­плод­ным заня­тием”[19].

И испекли они из теста, кото­рое вынесли из Египта, прес­ные лепешки (Исх.12:39).

Ещё один нема­ло­важ­ный пока­за­тель того, насколько изра­иль­ский народ был под­го­тов­лен к походу. Еды было взято ровно столько, сколько тре­бо­ва­лось для крат­ко­сроч­ного пере­хода, чтобы не пере­гру­жать колонну обо­зами. Каждый чело­век нёс свою ношу без излиш­ков, что поз­во­ляло обес­пе­чить довольно при­лич­ную ско­рость, несмотря на раз­но­род­ный состав людей.

Когда же фараон отпу­стил народ, Бог не повел его по дороге земли Фили­стим­ской, потому что она близка; ибо сказал Бог: чтобы не рас­ка­ялся народ, увидев войну, и не воз­вра­тился в Египет. И обвел Бог народ доро­гою пустын­ною к Черм­ному морю. И вышли сыны Изра­и­левы воору­жен­ные из земли Еги­пет­ской (Исх.13:17–18).

Выбор марш­рута дви­же­ния Изра­иля осно­ван на ана­лизе сло­жив­шейся опе­ра­тивно-так­ти­че­ской обста­новки, как она пони­ма­лась бы совре­мен­ными спе­ци­а­ли­стами. Фараон, ведя в то время войны с сосед­ними наро­дами, зани­мал своими вой­сками неко­то­рые стра­те­ги­че­ские направ­ле­ния, что в конеч­ном счёте сво­ди­лось к посто­ян­ному пере­ме­ще­нию боевых под­раз­де­ле­ний по дорож­ным ком­му­ни­ка­циям в этих направ­ле­ниях. Соот­вет­ственно, осу­ществ­лять пере­ме­ще­ние такого боль­шого числа людей по этим доро­гам было нельзя, и Моисей ведёт их по пути, где встреча с вой­сками фара­она воз­можна только с одного направ­ле­ния — с тыла.

Впе­чат­ле­ние, что народ, вышед­ший за Мои­сеем, не пред­став­лял собой непо­сред­ствен­ной воен­ной угрозы, обман­чиво, так как вышли сыны Изра­и­левы воору­жен­ные из земли Еги­пет­ской. Пока сложно гово­рить о составе воору­же­ния изра­иль­ского воина, но нали­чие оружия как тако­вого гово­рит о пони­ма­нии в народе и своего ста­туса, и тех послед­ствий, с кото­рыми при­дётся столк­нуться. Мор­де­хай Гишон в своём иссле­до­ва­нии ука­зы­вает на само­до­ста­точ­ность изра­иль­ского пле­мени в плане воору­же­ния, осно­ван­ную на нали­чии в народе куз­не­цов и ремес­лен­ни­ков. Как пишет Гишон, “эта их само­до­ста­точ­ность обес­пе­чи­вала мак­си­маль­ную манев­рен­ность на войне, поэтому при хоро­шем коман­до­ва­нии пле­мен­ное опол­че­ние могло высту­пать на равных с лучше воору­жён­ным регу­ляр­ным вой­ском”[20]. (Кстати, подоб­ный анализ при­во­дят спе­ци­а­ли­сты при оценке тан­ко­вого состава совет­ских и немец­ких войск в Вели­кой оте­че­ствен­ной войне: совет­ские танки в силу своих кон­струк­тив­ных осо­бен­но­стей были ремон­то­при­годны прямо на линии фронта силами тех­ни­че­ского состава боевых частей и могли участ­во­вать в боевой опе­ра­ции на всём её про­тя­же­нии, несмотря на поломки и повре­жде­ния, в то время как немец­кие машины, пре­вос­хо­див­шие по мощ­но­сти наши, при полу­че­нии повре­жде­ний должны были транс­пор­ти­ро­ваться на завод, снижая уком­плек­то­ван­ность своих под­раз­де­ле­ний.)

Итак, кратко под­ве­дём итоги тех клю­че­вых момен­тов воен­ного искус­ства, кото­рые были опи­саны в начале исхода. Во-первых, перед пла­ни­ро­ва­нием похода была изу­чена и учтена опе­ра­тив­ная обста­новка. Во-вторых, исходя из этого, было про­ве­дено тща­тель­ное пла­ни­ро­ва­ние марш­рута дви­же­ния и вре­мени его начала. В‑треть­их, было орга­ни­зо­вано про­до­воль­ствен­ное снаб­же­ние колонны и её воору­же­ние. Далее рас­смот­рим дей­ствия и маневры, совер­ша­е­мые как со сто­роны еврей­ского народа, так и со сто­роны фара­она.

скажи сынам Изра­и­ле­вым, чтобы они обра­ти­лись и рас­по­ло­жи­лись станом пред Пи-Гахи­ро­фом, между Мигдо­лом и между морем, пред Ваал-Цефо­ном; напро­тив его поставьте стан у моря (Исх.14:2).

Три вывода из дви­же­ния изра­иль­ского народа делает А.П. Лопу­хин в своей “Тол­ко­вой Библии”, опи­сы­вая этот текст. Первый — это то, что рас­по­ло­же­ние изра­иль­тян в виду еги­пет­ских кре­по­стей поз­во­ляет им на какое-то время под­дер­жи­вать иллю­зию не исхода, а трёх­днев­ного путе­ше­ствия для жерт­во­при­но­ше­ния. Второй, как вывод из обход­ного пути, кото­рым повёл Бог еврей­ский народ, — это то, что пере­чис­лен­ные кре­по­сти таили в это время мини­маль­ную воен­ную угрозу. И третий вывод — резкое изме­не­ние направ­ле­ния (обра­ще­ние) дви­же­ния с восточ­ного на юго-запад­ное заста­вит фара­она думать о сынах Изра­и­ле­вых: они заблу­ди­лись в земле сей, заперла их пустыня (Исх.14:3)[21]. Все эти выводы вполне уга­ды­вают смысл про­ис­хо­див­шего с пози­ции совре­мен­ной воен­ной стра­те­гии. А вот что из этого отрывка необ­хо­димо выде­лить как нов­ше­ство в воен­ном искус­стве, так это стан у моря. Евреи не только вышли к морю, но и шли вдоль моря, пока не дошли до этого места. Обра­тив­шись к позд­ней­шей исто­рии войн, мы увидим, что многие вое­на­чаль­ники, совер­шая марши, выстра­и­вая боевую линию, раз­би­вая лагерь, ста­ра­лись по воз­мож­но­сти “упе­реть” фланг своего войска в любую из есте­ствен­ных пре­град с целью не допу­стить ни обход­ного маневра про­тив­ника, ни удара в непри­кры­тый фланг. Образ­цо­вым исполь­зо­ва­нием мест­но­сти можно счи­тать такое рас­по­ло­же­ние войска, когда оба фланга при­крыты есте­ствен­ным пре­пят­ствием, как напри­мер, в битве при Мара­фоне (490 год до Р. Х.). Ведь направ­ле­ние глав­ного удара — это то, что скры­ва­ется самым тща­тель­ным обра­зом, и то, что более всего хотят узнать друг о друге про­тив­ники перед боем. Разве что время начала атаки имеет равную зна­чи­мость, но этот аспект при­об­рёл свою важ­ность в войнах близ­ких к нам эпох, когда про­ти­во­сто­я­ние не закан­чи­ва­лось бит­вами, а атаки могли быть совер­шены в любое время суток, как, напри­мер, начало арт­об­стрела в Кур­ской битве. Для древ­него мира дей­ствия Моисея носили харак­тер уни­кально про­ду­ман­ной опе­ра­ции. Фак­ти­че­ски ему уда­лось не столько узнать, откуда будет дей­ство­вать фараон в случае погони, сколько заста­вить фара­она дей­ство­вать с того направ­ле­ния, с кото­рого его будет ожи­дать Моисей. И, конечно, уже готов сле­ду­ю­щий шаг:

А Я оже­сточу сердце фара­она, и он пого­нится за ними, и покажу славу Мою на фара­оне и на всем войске его; и познают все Егип­тяне, что Я Гос­подь. И сде­лали так. И воз­ве­щено было царю Еги­пет­скому, что народ бежал; и обра­ти­лось сердце фара­она и рабов его против народа сего, и они ска­зали: что это мы сде­лали? зачем отпу­стили Изра­иль­тян, чтобы они не рабо­тали нам? (Исх.14:4–5).

Как видно из этого отрывка, погоня вхо­дила в общий план исхода, и Гос­подь оже­сто­чает сердце фара­она для того, чтобы послед­ний погнался за Изра­и­лем. Может быть, раз­гадка раз­би­тия лагеря Мои­сеем пред Пи-Гахи­ро­фом, между Мигдо­лом и между морем, пред Ваал-Цефо­ном совсем не в тех при­чи­нах, на кото­рые ука­зы­вают биб­ле­и­сты, ставя в основу его дей­ствий жела­ние обма­нуть и как можно неза­мет­нее скрыться от фара­она. Если бы только на месте Моисея был Алек­сандр Вели­кий, Цезарь или Сци­пион Афри­кан­ский, ох, как бы рас­пи­сы­вали в веках эту бле­стя­щую опе­ра­цию воен­ные исто­рики! К сожа­ле­нию, совре­мен­ная биб­ле­и­стика не даёт образ Моисея как сорат­ника Божьего в деле уни­что­же­ния еги­пет­ского войска, видя в даль­ней­ших собы­тиях лишь чудо, необ­хо­ди­мость кото­рого вызвала тупи­ко­вая так­ти­че­ская ситу­а­ция. Пока ещё не видно до конца всей задумки, кажется, что в дей­ствиях Моисея — ошибка на ошибке, и только вме­ша­тель­ство Бога может спасти его народ. И пра­вильно вопит, видя всё это, народ еврей­ский: и ска­зали Моисею: разве нет гробов в Египте, что ты привел нас уми­рать в пустыне? что это ты сделал с нами, выведя нас из Египта? (Исх.14:11). Да, Моисею при­хо­дится дей­ство­вать в оди­ночку, и он дей­ствует, вопло­щая не ошибки, от кото­рых его спа­сает Бог, а вели­ко­леп­ный стра­те­ги­че­ский замы­сел, кото­рым Бог ему дал коман­до­вать, дабы познали все егип­тяне, Кто Гос­подь. Итак, рас­по­ло­же­ние лагеря в виду еги­пет­ских кре­по­стей при­во­дит к про­гно­зи­ру­е­мому резуль­тату: воз­ве­щено было царю Еги­пет­скому, что народ бежал. Поня­тен вопрос егип­тян: зачем отпу­стили Изра­иль­тян, чтобы они не рабо­тали нам? Эко­но­ми­че­ский ущерб огро­мен для Египта, и здесь можно было бы гово­рить об исто­ри­че­ском при­мере под­рыва военно-про­мыш­лен­ного потен­ци­ала, но эта тема уже затра­ги­ва­лась в начале опи­са­ния исхода, и дава­лись неко­то­рые ссылки. Вопрос егип­тян только под­твер­ждает важ­ность реше­ния про­блемы удер­жа­ния рабо­чей силы в под­чи­не­нии. Вер­нёмся к спор­ному вопросу о том, зачем Моисей, ведя евреев обход­ным путем, избе­гая воен­ных дорог, рас­по­ла­гает свой лагерь в строго опре­де­лён­ном месте, вблизи несколь­ких еги­пет­ских кре­по­стей и как бы ждёт там. То, что слу­чи­лось дальше, про­счи­ты­ва­лось и без особых воен­ных позна­ний:

Фараон запряг колес­ницу свою и народ свой взял с собою; и взял шесть­сот колес­ниц отбор­ных и все колес­ницы Еги­пет­ские, и началь­ни­ков над всеми ими. И оже­сто­чил Гос­подь сердце фара­она, царя Еги­пет­ского и рабов его, и он погнался за сынами Изра­и­ле­выми; сыны же Изра­и­левы шли под рукою высо­кою. И погна­лись за ними Егип­тяне, и все кони с колес­ни­цами фара­она, и всад­ники, и все войско его, и настигли их рас­по­ло­жив­шихся у моря, при Пи-Гахи­рофе пред Ваал-Цефо­ном (Исх.14:6–9).

Здесь для пра­виль­ного пони­ма­ния даль­ней­ших собы­тий важно отме­тить, что автор, а это Моисей, кото­рый испол­няет весь этот план, шести­кратно в этом корот­ком отрывке акцен­ти­рует вни­ма­ние на том, что именно кон­ница пусти­лась в погоню за Изра­и­лем. Причём еги­пет­ская кон­ница — это колес­ницы как отдель­ный и само­сто­я­тель­ный вид воору­же­ния, пре­красно под­хо­див­ший для атаки на откры­той мест­но­сти. В то же время в преды­ду­щих отрыв­ках о войске евреев насто­я­тельно гово­ри­лось как о пехоте. Зачем вет­хо­за­вет­ный текст так чётко раз­гра­ни­чи­вает составы армий, если нет ника­кого стра­те­ги­че­ского замысла, а народ Божий в итоге спа­са­ется только чудом?

Нет сомне­ний, что Моисей был пре­красно осве­дом­лён о составе воору­же­ния еги­пет­ской армии и о том, на чём может его пре­сле­до­вать фараон. Бес­спорно, Египет обла­дал пехо­той, но пре­сле­до­ва­ние пешей колонны пешей же армией по рав­нин­ным местам при нали­чии кон­ницы нера­зумно, тем более что шансы побе­дить в откры­том сра­же­нии с шести­сот­ты­сяч­ным вой­ском (поход­ное войско фара­она, по исто­ри­че­ским данным, в лучшем случае при­бли­жа­лось к двум десят­кам тысяч) не могли не вызвать сомне­ния. Это если мы закроем глаза на тот факт, что были дороги, где шла война, и навер­няка какие-то силы Египта в ней участ­во­вали. Сме­ши­вать кон­ницу и пехоту — значит резко пони­жать ско­рость войска. Таким обра­зом, можно уве­ренно гово­рить о том, что то, что появится на гори­зонте в каче­стве армии фара­она, будет состо­ять из колес­ниц. Что и про­изо­шло: Фараон при­бли­зился, и сыны Изра­и­левы огля­ну­лись, и вот, Егип­тяне идут за ними: и весьма устра­ши­лись и возо­пили сыны Изра­и­левы к Гос­поду (Исх.14:10).

Но Моисей сказал народу: не бой­тесь, стойте — и уви­дите спа­се­ние Гос­подне, кото­рое Он соде­лает вам ныне, ибо Егип­тян, кото­рых видите вы ныне, более не уви­дите во веки; Гос­подь будет побо­рать за вас, а вы будьте спо­койны (Исх.14:13–14).

“Я иду побе­дить армию без пол­ко­водца, чтобы потом побе­дить пол­ко­водца без армии”, — сказал Цезарь, решив, как будет дей­ство­вать в войне с Пом­пеем. Две фразы, ска­зан­ные раз­ными людьми, в разные эпохи и по разным пово­дам, но одна уве­рен­ность людей, кото­рые уже пред­вос­хи­тили исход собы­тий.

И сказал Гос­подь Моисею: что ты вопи­ешь ко Мне? скажи сынам Изра­и­ле­вым, чтоб они шли, а ты под­ними жезл твой и про­стри руку твою на море, и раз­дели его, и прой­дут сыны Изра­и­левы среди моря по суше; Я же оже­сточу сердце фара­она и всех Егип­тян, и они пойдут вслед за ними; и покажу славу Мою на фара­оне и на всем войске его, на колес­ни­цах его и на всад­ни­ках его; и узнают все Егип­тяне, что Я Гос­подь, когда покажу славу Мою на фара­оне, на колес­ни­цах его и на всад­ни­ках его (Исх.14:15–18).

Опять обра­тимся не к содер­жа­нию, а к дина­мике фразы, кото­рая гово­рит бук­вально сле­ду­ю­щее: “Теперь уже пора, под­ни­май стан и веди его, фараон пойдёт за вами”. То есть пришёл тот момент, кото­рого дожи­да­лись, и кото­рый кро­пот­ливо гото­вился и про­счи­ты­вался на каждом этапе. Теперь фараон видит евреев, видит их бес­по­мощ­ность, сознаёт свою победу, считая дело уже сде­лан­ным. Здесь Моисей играет на пси­хо­ло­ги­че­ском моменте, ему надо заста­вить фара­она пойти за изра­иль­тя­нами, когда они начнут “усколь­зать” от него через море. Как видим, евреи гото­вят не побег от егип­тян, а раз­гром еги­пет­ского войска. И опять же, как изю­минка всего замысла, под­чёр­ки­ва­ется, что войско фара­о­ново — это колес­ницы.

И дви­нулся Ангел Божий, шедший пред станом сынов Изра­и­ле­вых, и пошел позади их; дви­нулся и столп облач­ный от лица их и стал позади их; и вошел в сре­дину между станом Еги­пет­ским и между станом сынов Изра­и­ле­вых, и был обла­ком и мраком для одних и осве­щал ночь для других, и не сбли­зи­лись одни с дру­гими во всю ночь. И про­стер Моисей руку свою на море, и гнал Гос­подь море силь­ным восточ­ным ветром всю ночь и сделал море сушею, и рас­сту­пи­лись воды. И пошли сыны Изра­и­левы среди моря по суше: воды же были им стеною по правую и по левую сто­рону (Исх.14:19–22).

Обра­тим вни­ма­ние на то, что Моисею опять уда­лось исполь­зо­вать ночь в каче­стве при­кры­тия своего отхода, когда мрак не поз­во­лил вой­скам фара­она уви­деть момент начала дви­же­ния изра­иль­ского стана. Так как чис­лен­ность изра­иль­тян зна­чи­тельно пре­вос­хо­дила мобиль­ное еги­пет­ское войско, а фараон считал, что запер евреев, прижав их к воде, то ни в коем случае нельзя было раньше вре­мени рас­кры­вать гото­вя­щийся маневр. Огром­ная для такого дви­же­ния чело­ве­че­ская масса не могла бы без­на­ка­занно пере­пра­виться на другую сто­рону, если бы в стане фара­она заме­тили началь­ную фазу или даже сере­дину маневра. Поэтому было важно не только исполь­зо­вать в полном объёме время суток — ночь, кото­рая сни­жала види­мость, хотя могла быть доста­точно ясной, но и исполь­зо­вать допол­ни­тель­ные визу­аль­ные заграж­де­ния, поз­во­ля­ю­щие обес­пе­чить скрыт­ность маневра. Это и опи­сано в при­ве­дён­ном отрывке. Облач­ный столп при силь­ном восточ­ном ветре, кото­рый дул всю ночь, был обла­ком и мраком для одних и осве­щал ночь для других. Таким обра­зом, мрак попа­дал на лагерь фара­она, кото­рый был рас­по­ло­жен на западе от стана изра­иль­ского, а свет осве­щал для евреев море, в кото­рое они и всту­пали. И основ­ная масса еврей­ского народа поки­нула рас­по­ло­же­ние лагеря и начала пере­праву через море, не вызвав подо­зре­ний у егип­тян.

Вообще само по себе чудо то, как Моисею уда­лось нала­дить фор­си­ро­ва­ние водной пре­грады таким боль­шим коли­че­ством людей менее чем за 24 часа. Напри­мер, армия Напо­леона чис­лен­но­стью в 400 тысяч чело­век фор­си­ро­вала Неман по четы­рём мостам, три из кото­рых были спе­ци­ально воз­ве­дены для пере­правы, в тече­ние четы­рёх с поло­ви­ной дней[22]. И это про­фес­си­о­наль­ная армия, в кото­рой подоб­ные маневры посто­янно отра­ба­ты­ва­ются.

Из всего выше­ска­зан­ного напра­ши­ва­ется вывод о том, что Моисей пере­прав­лял людей не один день и может быть не за один раз. Не здесь ли кро­ется и при­чина того, что изра­иль­тяне, выйдя к морю и зная, что фараон рано или поздно дого­нит их, вдруг ни с того ни с сего оста­нав­ли­ва­ются перед морем, раз­би­вают лагерь и ждут, что с ними будет дальше?! Всё было бы так нелепо, если бы не чёткий расчёт Моисея, кото­рый знал, для чего ему нужно выиг­ран­ное время. Мор­де­хай Гишон в своих иссле­до­ва­ниях иден­ти­фи­ци­рует место столк­но­ве­ния между изра­иль­тя­нами и пре­сле­до­вав­шими их егип­тя­нами как узкую полосу земли между Сре­ди­зем­ным морем и солё­ной лагу­ной, извест­ной как Сер­бон­ское море[23]. Но неза­ви­симо от того, каким обра­зом и в резуль­тате чего там появи­лось место, глу­бина воды кото­рого поз­во­ляла дви­гаться людям, колонна, выйдя к морю, не оста­но­ви­лась, а сразу же при­сту­пила к фор­си­ро­ва­нию водной пре­грады, насколько поз­во­ляли про­пуск­ная спо­соб­ность и усло­вия мест­но­сти. При этом те, кто ожидал своей оче­реди для пере­правы на другую сто­рону, раз­били лагерь, в кото­ром они нахо­ди­лись, пока не подо­шли войска егип­тян. Здесь и пона­до­бился Моисею трюк с кострами, так часто выру­чав­ший пол­ко­вод­цев. При­ка­зав раз­жечь такое коли­че­ство кост­ров, чтобы фараон пове­рил, что в лагере при­сут­ствуют все изра­иль­тяне, Моисей не только сбил фара­она со счёта, но и, как след­ствие, дал ему понять, что евреи заперты, и им уже никуда не деться, чем окон­ча­тельно усыпил бди­тель­ность еги­пет­ского вое­на­чаль­ника. Может воз­ник­нуть вопрос, почему же фараон сразу не ата­ко­вал изра­иль­тян? Ответ, как видится, кро­ется во всё-таки мало­чис­лен­ном войске егип­тян по срав­не­нию с огром­ной люд­ской массой. И здесь фараон разумно раз­мыс­лил о том, что раз евреи заперты, то теперь можно и подо­ждать под­креп­ле­ния, чтобы не просто уни­что­жить про­тив­ника, а вновь под­чи­нить его с помо­щью силы. Ведь не стоит забы­вать о том эко­но­ми­че­ском фак­торе, кото­рый обес­пе­чи­вали изра­иль­тяне в Египте. Конечно же, фараон не хотел лишить себя такого коли­че­ства рабов, пере­бив их всех, да ещё под­верг­нув опас­но­сти своё войско. Разумно не став рис­ко­вать, фараон менял общую опе­ра­тив­ную ситу­а­цию в свою пользу. Вторым объ­ек­тив­ным фак­то­ром, объ­яс­ня­ю­щим неже­ла­ние фара­она ата­ко­вать про­тив­ника, была реаль­ная воз­мож­ность вер­нуть евреев путём пере­го­во­ров. Ведь довольно дли­тель­ный пере­го­вор­ный про­цесс, про­ис­хо­див­ший между фара­о­ном и Мои­сеем при попытке послед­него выйти из Египта, может ярко харак­те­ри­зо­вать склон­ность к подоб­ным дей­ствиям обеих сторон. Этими довольно суще­ствен­ными поло­же­ни­ями вполне можно опе­ри­ро­вать, объ­яс­няя при­чины рас­по­ло­же­ния еги­пет­ского лагеря напро­тив еврей­ского и нето­роп­ли­во­сти фара­она.

Теперь для Моисея оста­вался наи­бо­лее слож­ный маневр — выве­сти арьер­гард колонны, кото­рым, видимо, и коман­до­вал сам Моисей, поэтому именно этот момент эпи­че­ски пред­став­лен в книге Бытия как наи­бо­лее зна­чи­мый с точки зрения писа­теля-оче­видца, он же писа­тель-орга­ни­за­тор. Неиз­вестно, сколько людей ухо­дило послед­ними со своим про­ро­ком, но это то мини­маль­ное число людей, необ­хо­ди­мое для под­дер­жа­ния види­мо­сти при­сут­ствия в лагере всего народа. Без этого пере­ста­нет суще­ство­вать иллю­зия “запер­то­сти” евреев, на кото­рой так здо­рово играет Моисей.

Вот как раз на этих остав­шихся с Мои­сеем людей и выпала орга­ни­за­ция чёт­кого выхода из лагеря на без­опас­ное рас­сто­я­ние до момента вскры­тия этого маневра фара­о­ном. И здесь цена ошибки могла быть очень боль­шой, поэтому нет сомне­ния, что тех, кто участ­во­вал в под­го­товке и осу­ществ­ле­нии этого маневра, должна была отли­чать высо­кая дис­ци­плина и спо­соб­ность к сов­мест­ным сла­жен­ным дей­ствиям. Этими людьми должны были стать лучшие из числа 600 тысяч пехо­тин­цев, и они в даль­ней­шем вполне могли назы­ваться “гвар­дией” — отбор­ными вой­сками.

Нельзя упус­кать из вида и фразу воды же были им стеною по правую и по левую сто­рону, так как здесь явно ука­зы­ва­ется на то, что им, евреям, воды справа и слева слу­жили защи­той. От чего могли защи­тить такие зыбкие стены, гото­вые погло­тить их самих в любую минуту? Ско­рость колес­ниц еги­пет­ских конечно мно­го­кратно пре­вы­шала ско­рость пехо­тинца, и фараон, имейся у него хотя бы один шанс не лезть в это море за Изра­и­лем, а совер­шить флан­го­вый маневр по любой другой поз­во­ля­ю­щей это мест­но­сти, несо­мненно совер­шил бы его. Но воды по правую и по левую сто­рону лишали его и этой воз­мож­но­сти. Итак, место, выбран­ное Мои­сеем, пред­по­ла­гало один-един­ствен­ный путь.

Погна­лись Егип­тяне, и вошли за ними в сре­дину моря все кони фара­она, колес­ницы его и всад­ники его. И в утрен­нюю стражу воз­зрел Гос­подь на стан Егип­тян из столпа огнен­ного и облач­ного и привел в заме­ша­тель­ство стан Егип­тян; и отнял колеса у колес­ниц их, так что они влекли их с трудом. И ска­зали Егип­тяне: побе­жим от Изра­иль­тян, потому что Гос­подь побо­рает за них против Егип­тян. И сказал Гос­подь Моисею: про­стри руку твою на море, и да обра­тятся воды на Егип­тян, на колес­ницы их и на всад­ни­ков их. И про­стер Моисей руку свою на море, и к утру вода воз­вра­ти­лась в свое место; а Егип­тяне бежали навстречу воде. Так пото­пил Гос­подь Егип­тян среди моря (Исх.14:23–27).

Моисей хорошо знал эту мест­ность, на кото­рой сейчас раз­во­ра­чи­ва­лись опи­сы­ва­е­мые собы­тия. Ещё во время своих ски­та­ний, после того, как он в оди­ночку поки­нул Египет, он в тече­ние 40 лет пас­ту­хом бродил по тем местам, куда теперь вёл еврей­ский народ. К сожа­ле­нию, в Писа­нии нет таких данных, но хочется думать, что Моисей пре­красно знал, куда он придёт со своим наро­дом и где будет совер­шать пере­праву.

Ещё раз автор делает акцент на конной состав­ля­ю­щей фара­о­нова войска: все кони фара­она, колес­ницы его и всад­ники его, кото­рые вынуж­дены, ввиду неожи­данно (для егип­тян) открыв­шихся обсто­я­тельств, пре­сле­до­вать отряд Моисея на его усло­виях.

Перейдя на другую сто­рону моря, изра­иль­тяне не убе­гают сломя голову в открыв­ши­еся для них теперь про­сторы пустыни. Нет. А кон­ница фара­она в стре­ми­тель­ной атаке наго­няет хвост изра­иль­ской колонны и тут пыла­ю­щая земля воз­дви­гает перед ними огнен­ную стену и из столпа огнен­ного и облач­ного при­во­дится в заме­ша­тель­ство стан Егип­тян. Огонь надви­га­ется на еги­пет­ские колес­ницы. Мест­ность, по кото­рой про­хо­дила погоня, была вре­ме­нами покры­ва­ема водой в тече­ние доста­точно дли­тель­ных про­ме­жут­ков вре­мени, и можно легко пред­по­ло­жить, что поверх­ность земли, осво­бож­дён­ная от воды, была мало про­хо­дима для кон­ницы. Это мог быть либо забо­ло­чен­ный уча­сток, где, напри­мер Моисей знал про­ходы, или просто сильно заилен­ная почва, где вязли (отнял) колеса у колес­ниц их, на что и ука­зы­вает автор и что очень под­хо­дит для той мест­но­сти. Причём, как видим, пехота доста­точно спо­койно прошла по этому участку, достиг­нув про­ти­во­по­лож­ной сто­роны берега. Егип­тяне в попытке раз­вер­нуть колес­ницы и уйти от надви­га­ю­ще­гося огня теряют ско­рость и не могут про­дол­жать дви­же­ние, потому что ока­за­лись на заилен­ной мест­но­сти и не могли уже исполь­зо­вать быст­роту зако­пав­шихся колё­сами в иле колес­ниц и отсту­пить на них. Но убегая назад от огня, егип­тяне бежали навстречу воде.

Ошибка фара­она заклю­ча­ется в том, что совер­ша­е­мый маневр про­из­во­дится на незна­ко­мой мест­но­сти, без пред­ва­ри­тель­ной реко­гнос­ци­ровки. А Моисей сыграл на есте­ствен­ном чув­стве любого пол­ко­водца, — догнать ухо­дя­щего на глазах и прак­ти­че­ски без­оруж­ного про­тив­ника, тем более, что ещё недавно он, как каза­лось, был пол­но­стью заперт, и победа была неми­ну­е­мой. Сколько пол­ко­вод­цев не попа­лось бы на этот детально про­ра­бо­тан­ный план? Сомни­тельно, что нашелся бы хоть один. И вода воз­вра­ти­лась и покрыла колес­ницы и всад­ни­ков всего войска фара­о­нова, вошед­ших за ними в море; не оста­лось ни одного из них. А сыны Изра­и­левы прошли по суше среди моря (Исх.14:28–29).

Теперь, для боль­шей ясно­сти про­ис­хо­див­шего, собе­рём все фраг­менты разыг­ры­вав­ше­гося военно-исто­ри­че­ского дей­ства воедино и раз­бе­рём план Моисея по пунк­там:

Моисей, пла­ни­руя вывод изра­иль­тян из Египта, про­во­дит глу­бо­кий стра­те­ги­че­ский анализ сил, с кото­рыми ему пред­стоит дей­ство­вать, как с той, так и с другой сто­роны. Слож­ность задачи состоит в том, что необ­хо­димо найти такой пункт, где можно создать пре­иму­ще­ство в свою пользу.

Хоро­шее знание реги­она и его при­род­ных осо­бен­но­стей поз­во­ляет ему наде­яться на исполь­зо­ва­ние усло­вий мест­но­сти, дающих пре­иму­ще­ство пехоте перед кон­ни­цей вообще или хотя бы перед колёс­ным видом тех­ники (колес­ни­цами) в част­но­сти.

Сле­ду­ю­щим этапом необ­хо­димо было заста­вить фара­она дей­ство­вать строго в соот­вет­ствии с планом Моисея, в основе кото­рого стоит вызов в погоню за Изра­и­лем только кон­ного состава еги­пет­ского войска. Для этого Моисей при­бе­гает к дез­ин­фор­ма­ции про­тив­ника созда­нием легенды вывода народа якобы с целью трёх­днев­ного похода для бого­по­кло­не­ния. Эти три дня и должны стать той раз­ни­цей во вре­мени, бла­го­даря кото­рой вклю­че­ние в состав пре­сле­до­ва­те­лей отря­дов пехоты уже не будет иметь смысла.

Для под­дер­жа­ния этой легенды Моисей ведёт свой народ в виду опор­ных пунк­тов Египта, чтобы фараон мог отсле­жи­вать его пере­ме­ще­ние. (Фараон, видимо, нахо­дился в той же морально-пси­хо­ло­ги­че­ской ситу­а­ции, в какой Сталин нахо­дился перед нача­лом Вели­кой оте­че­ствен­ной войны, когда раз­ведка убе­ди­тельно докла­ды­вала о гото­вя­щемся немец­ком втор­же­нии, а он упорно верил в пакт Моло­това-Риббен­тропа о нена­па­де­нии. Так же и фара­ону очень хоте­лось верить, что изра­иль­тяне вер­нутся через три дня.)

Создав необ­хо­ди­мый вре­мен­ной задел, Моисей под­хо­дит к тому месту, где соби­ра­ется уло­вить войска фара­она, и с Божьей помо­щью орга­ни­зует пере­праву основ­ной части своего народа на другую сто­рону.

Фараон, поняв неиз­беж­ность орга­ни­за­ции погони, начи­нает в свою оче­редь дей­ство­вать чётко по плану Моисея. Кон­ница ввиду цейт­нота дви­жется без под­держки пехоты, что явля­ется оче­ред­ной, хотя и вынуж­ден­ной, ошиб­кой фара­она с точки зрения воен­ного искус­ства. Достиг­нув лагеря изра­иль­тян, фараон ждёт под­креп­ле­ния, а Моисей “погоды”. И когда Моисей про­во­дит маневр выхода из лагеря, обес­пе­чив необ­хо­ди­мую скрыт­ность маневра, а фараон, не увидев всего про­ис­хо­дя­щего, бро­са­ется за ним, Моисею уда­ётся бле­стяще завер­шить свой план, кото­рый при­во­дит к пол­ному осво­бож­де­нию изра­иль­ского народа от пре­сле­до­ва­ния, так как в разыг­рав­шейся стихии тем, кто остался на запад­ном берегу, будет даже неясно, что слу­чи­лось с самим Изра­и­лем. Его тоже будут счи­тать погиб­шим.

А теперь, выйдя за рамки воен­ного искус­ства, увидим в дей­ствиях Моисея про­об­раз того, как Хри­стос явился на землю, чтобы выве­сти людей из раб­ства. Явился без боязни в самую гущу этого раб­ства, приняв зрак раба, как Моисей пред фара­о­ном, открыто учил о том, что Бог силен выве­сти всех, и, когда уче­ники Его пошли за Ним, Он, будучи крот­ким, вводил в дей­ствие вели­чай­ший план по уни­что­же­нию смерти (Египта). Когда перед дья­во­лом (пред кре­по­стями еги­пет­скими) поста­вил Он Свою плоть, народ, собрав­шийся вокруг креста, кото­рый неко­гда слушал Его учение и верил Ему, кричал, видя, что всё, что “исход” закон­чился ничем: других спасал, а Себя не может спасти (Мк.15:31) (неужели нет гробов в Египте). Он вызвал к Себе смерть со всеми её колес­ни­цами и всад­ни­ками. И Боже­ство Его было обла­ком и мраком для одних и осве­щало ночь для других. И когда смерть погна­лась за Ним, чтобы пожрать Его, Он прошёл сквозь ад, не будучи улов­лен, а силы бесов­ские устре­ми­лись за Ним в надежде скорой победы, но они и смерть отныне были обра­щены в бег­ство сия­ю­щим огнём Его Боже­ства, сме­тены живи­тель­ными водами Его вос­кре­се­ния. Коня (диа­вола) и всад­ника его (смерть) вверг­нул Он в море. Отсюда сле­ду­ю­щий гимн:

Исход 15 глава:

1 Пою Гос­поду, ибо Он высоко пре­воз­несся; коня и всад­ника его вверг­нул в море.
4 Колес­ницы фара­она и войско его вверг­нул Он в море, и избран­ные вое­на­чаль­ники его пото­нули в Черм­ном море.
5 Пучины покрыли их: они пошли в глу­бину, как камень.
6 Дес­ница Твоя, Гос­поди, про­сла­ви­лась силою; дес­ница Твоя, Гос­поди, сра­зила врага.
7 Вели­чием славы Твоей Ты низ­ло­жил вос­став­ших против Тебя. Ты послал гнев Твой, и он попа­лил их, как солому.
9 Враг сказал: пого­нюсь, настигну, раз­делю добычу; насы­тится ими душа моя, обнажу меч мой, истре­бит их рука моя.
10 Ты дунул духом Твоим, и покрыло их море: они погру­зи­лись, как свинец, в вели­ких водах.
14 Услы­шали народы и тре­пе­щут: ужас объял жите­лей Фили­стим­ских;
15 тогда сму­ти­лись князья Едо­мовы, трепет объял вождей Моавит­ских, уныли все жители Хана­ана.
16 Да напа­дет на них страх и ужас; от вели­чия мышцы Твоей да оне­меют они, как камень, доколе про­хо­дит народ Твой, Гос­поди, доколе про­хо­дит сей народ, кото­рый Ты при­об­рел.
19 Когда вошли кони фара­она с колес­ни­цами его и с всад­ни­ками его в море, то Гос­подь обра­тил на них воды мор­ские, а сыны Изра­и­левы прошли по суше среди моря.
21 …коня и всад­ника его вверг­нул в море.

Исход (часть вторая)

И сказал Гос­подь Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля напол­ни­лась от них зло­де­я­ни­ями; и вот, Я истреблю их с земли. (Быт.6:13)

В преды­ду­щей главе мы уви­дели, как вопло­щён­ный через Моисея Боже­ствен­ный Про­мы­сел поз­во­лил изра­иль­скому народу совер­шить фан­та­сти­че­ский прорыв из центра Египта к его гра­ни­цам, избе­жав пря­мого боестолк­но­ве­ния, тем самым сохра­нив от бес­смыс­лен­ных жертв ещё не гото­вый к сра­же­ниям народ. Фак­ти­че­ски до этого мы и могли гово­рить только о таланте одного пол­ко­водца, кото­рый своим планом смог изба­вить Изра­иль от пре­сле­до­ва­ния. Но слово Божие об опол­че­ниях не оста­нется бес­силь­ным, ибо даль­ней­ший путь Изра­иля — это его посте­пен­ное ста­нов­ле­ние как воин­ства.

И дви­ну­лось все обще­ство сынов Изра­и­ле­вых из пустыни Син в путь свой, по пове­ле­нию Гос­подню, и рас­по­ло­жи­лось станом в Рефи­диме, и не было воды пить народу (Исх.17:1).

После пере­хода через Крас­ное (Чёрм­ное) море Моисей резко пово­ра­чи­вает на юг в сто­рону пустыни, чем сни­жает угрозу слу­чай­ного обна­ру­же­ния народа изра­иль­ского теми или иными силами, дей­ству­ю­щими в реги­оне. Ведь если фараон узнает о том, что еврей­ский народ жив и ски­та­ется в боль­шой нужде по пустыне, то скорее всего он не упу­стит воз­мож­но­сти ото­мстить своим бывшим рабам или попро­бо­вать снова вер­нуть их в своё под­чи­не­ние. Про­гно­зи­руя такое раз­ви­тие ситу­а­ции, Моисей дей­ствует со стра­те­ги­че­ским раз­ма­хом, осу­ществ­ляя быст­рое пере­дви­же­ние по пустыне, чтобы в крат­чай­шие сроки при­быть в мест­ность, сокры­тую от согля­да­таев других доми­ни­ру­ю­щих госу­дарств. Военно-поли­ти­­чес­кая обста­новка спо­соб­ствует этому, так как ещё в начале исхода упо­ми­на­лись войны, кото­рые велись на доро­гах, веду­щих из Египта. По самым грубым под­счё­там, если взять общее рас­сто­я­ние, пре­одо­лён­ное изра­иль­ским наро­дом (при­мерно 400 км) по пустыне, и время в 40 дней, то полу­чится, что сред­няя ско­рость народа соста­вила при­мерно 10 км в день, что явля­ется в общем непло­хой ско­ро­стью для такой боль­шой массы людей. Об этой ско­ро­сти хорошо ска­зано в Исходе 19:4: вы видели, что Я сделал Егип­тя­нам, и как Я носил вас как бы на орли­ных кры­льях, и принес вас к Себе. Напри­мер, в 1500 году до Р. Х. 20 тысяч­ное войско фара­она пре­одо­лело рас­сто­я­ние от Газы до Кар­мель­ских гор (130–145 км) за 12 дней[24], что лишь на 1,2 км в день больше, чем дви­гался весь народ Изра­иля. Как видим, и здесь Моисею уда­лось вопло­тить один из прин­ци­пов воен­ной науки Цезаря (а позже и Суво­рова), осно­ван­ный на ско­ро­сти совер­ше­ния стра­те­ги­че­ского манёвра; доста­точно вспом­нить зна­ме­ни­тую галль­скую войну. Орга­ни­за­ция быст­рого пере­ме­ще­ния такой огром­ной массы людей на боль­ших про­стран­ствах тре­бует нема­лого таланта, но Моисею уда­лось выпол­нить основ­ную задачу и увести свой народ с мно­го­люд­ных путей. Однако слож­ность данной опе­ра­ции и невоз­мож­ность преду­смот­реть все нюансы не замед­лила ска­заться, о чём и повест­вует сле­ду­ю­щий отры­вок.

И пришли Ама­ли­ки­тяне и вое­вали с Изра­иль­тя­нами в Рефи­диме (Исх.17:8).

Считаю необ­хо­ди­мым при­ве­сти здесь выдержку из “Тол­ко­вой Библии” А.П. Лопу­хина, кото­рая хорошо иллю­стри­рует неко­то­рые аспекты этого напа­де­ния: “Ама­ли­ки­тяне, потомки Исава через сына его Ели­фаза (см. Быт 36:12), — коче­вой, живу­щий гра­бе­жом народ, зани­мали про­стран­ство между Иду­меей и Синаем. Судя по сви­де­тель­ству Втор 25:17–18 (Помни, как посту­пил с тобою Амалик на пути, когда вы шли из Египта: как он встре­тил тебя на пути, и побил сзади тебя всех осла­бев­ших, когда ты устал и уто­мился, и не побо­ялся он Бога), они напали не на глав­ные силы и массы народа, а на послед­ние уто­мив­ши­еся в пути и потому отстав­шие ряды”[25].

При­чи­ной такого напа­де­ния на изра­иль­тян стало есте­ствен­ное паде­ние дис­ци­плины или вообще её отсут­ствие у них. Навер­ное, сложно назвать более зна­чи­мый фактор воен­ной состав­ля­ю­щей любого объ­еди­не­ния, чем дис­ци­плина. Напри­мер, известно, что рим­ские воины сильно усту­пали по физи­че­ским пара­мет­рам окру­жав­шим их пле­ме­нам, осо­бенно север­ным, и смогли их заво­е­вать во многом бла­го­даря высо­кому уровню дис­ци­плины. И такое явле­ние, как деци­ма­ция, хорошо пока­зы­вает, насколько серьёзно они к этому отно­си­лись. Отсут­ствие дис­ци­плины в еврей­ском народе заметно про­яв­ля­ется на всём про­тя­же­нии его вет­хо­за­вет­ного суще­ство­ва­ния и дости­гает своих пиков в моменты непо­кор­но­сти не только води­те­лям, но и Самому Богу. В данной ситу­а­ции три фак­тора этого явле­ния могут слу­жить уроком для изу­че­ния теории и прак­тики воен­ного искус­ства.

Первый фактор, наи­бо­лее рас­про­стра­нён­ный и в даль­ней­шей исто­рии — фактор общей потери бди­тель­но­сти после одер­жан­ной победы. Избе­жав, каза­лось, уже неми­ну­е­мого пора­же­ния от войска егип­тян и почув­ство­вав первые веяния сво­боды, изра­иль­тяне, ощущая себя в без­опас­но­сти, дви­га­лись по пустыне, не соблю­дая порядка дви­же­ния и, видимо, сильно рас­тя­нув колонну. Второй фактор, при­вед­ший к паде­нию дис­ци­плины — это явное отсут­ствие авто­ри­тета у Моисея и непол­ное дове­рие к нему со сто­роны вышед­шего народа, кото­рый сна­чала бежал от егип­тян, потом желал к ним вер­нуться, при этом мало кто пони­мал Божий Про­мы­сел о себе; каждый скорее хотел улуч­шить свою участь, чем испол­нить вышнее смот­ре­ние. И третий фактор, при­вед­ший к недис­ци­пли­ни­ро­ван­но­сти — это труд­но­сти с полу­че­нием не только про­ви­анта, но и воды, что никак не могло поло­жи­тельно ска­зы­ваться на общем настро­е­нии и так изму­чен­ного долгим пере­хо­дом и устав­шего народа.

Конечно, учи­ты­вая при­ве­дён­ную цитату из Лопу­хина и ссылку на Вто­ро­за­ко­ние, надо пони­мать, что в данном случае пра­виль­нее гово­рить не о воен­ном искус­стве, а скорее о его отсут­ствии у тех, кто вёл изра­иль­ский народ. При­чина этого, воз­можно, кро­ется в паде­нии бди­тель­но­сти, кото­рое в свою оче­редь при­вело к про­счё­там именно со сто­роны началь­ни­ков народа и Моисея в первую оче­редь.

Первой ошиб­кой было то, что, всту­пив на новую тер­ри­то­рию, не орга­ни­зо­вали раз­ведку мест­но­сти — ничего не гово­рится о выслан­ных вперёд и в сто­роны от дви­же­ния колонны отря­дах для опре­де­ле­ния нали­чия в этих местах коче­вых племён. Второй недо­пу­сти­мой ошиб­кой изра­иль­тян стало отсут­ствие арьер­гард­ного охра­не­ния колонны. Может быть, не было и вообще ника­кого охра­не­ния, а не только в арьер­гарде, но, как резонно заме­чено у Лопу­хина, на такую массу народа ама­ли­ки­тяне напасть не реши­лись, поэтому будем гово­рить о той части колонны, кото­рая под­верг­лась атаке. Ещё один важный орга­ни­за­ци­он­ный момент при дви­же­нии колонны — это место нахож­де­ния наи­бо­лее уяз­ви­мой её части. Такое место всегда должно быть в центре, ближе к голове или хвосту колонны, но ни в коем случае не спе­реди и не сзади. В этом случае мы видим, что устав­шие и отстав­шие ока­за­лись не только в конце, но, воз­можно, вообще в отрыве от основ­ных сил. Отсут­ствие воен­ного опыта хорошо демон­стри­рует, как одно и то же под­раз­де­ле­ние, недавно вопло­тив гени­аль­ный замы­сел, не спра­ви­лось с орга­ни­за­ци­он­ной рути­ной.

В прин­ципе мы видим, как вет­хо­за­вет­ные тексты не просто дают нам образцы воен­ного искус­ства, но и поз­во­ляют гово­рить о накоп­ле­нии неко­то­рого опыта по част­ным его вопро­сам. Вспом­ним дей­ствия Авра­ама, опи­сан­ные в первой части данной статьи, когда он сумел “пой­мать” арьер­гард воз­вра­щав­шейся с побе­дой армии “четы­рёх царей”. Теперь подоб­ный приём был при­ме­нён против изра­иль­тян, недо­ста­точно изу­чив­ших опыт своего пат­ри­арха.

Но именно этот момент вет­хо­за­вет­ной исто­рии можно назвать момен­том зарож­де­ния изра­иль­ской армии: Моисей сказал Иисусу: выбери нам мужей силь­ных и пойди, сра­зись с Ама­ли­ки­тя­нами; завтра я стану на вер­шине холма, и жезл Божий будет в руке моей (Исх.17:9).

Только теперь Моисей про­во­дит набор отряда, кото­рый должен будет выпол­нить боевую задачу по осво­бож­де­нию тер­ри­то­рии, заня­той изра­иль­тя­нами, от при­сут­ствия на ней враж­деб­ных ама­ли­ки­тян. Начи­на­ется целе­на­прав­лен­ное фор­ми­ро­ва­ние войска, мужей силь­ных, спо­соб­ных одер­жать победу над про­тив­ни­ком. Не забыл Моисей и об укреп­ле­нии бое­вого духа своих воинов, сказав им о жезле Божьем, кото­рый, как все знали, творил через Моисея вели­кие чудеса. Это должно было при­дать воинам больше сме­ло­сти в бою.

И сделал Иисус, как сказал ему Моисей, и пошел сра­зиться с Ама­ли­ки­тя­нами; а Моисей и Аарон и Ор взошли на вер­шину холма (Исх.17:10).

В про­цессе зарож­де­ния армии начи­нает фор­ми­ро­ваться и команд­ная система управ­ле­ния вой­сками. Из при­ве­дён­ного отрывка видно, что для осу­ществ­ле­ния руко­вод­ства вой­сками в бою и для вопло­ще­ния замыс­лов Моисея был назна­чен Иисус, кото­рый фак­ти­че­ски и являлся первым вое­на­чаль­ни­ком Изра­иля, воз­гла­вив­шим ото­бран­ных людей в сра­же­нии с ама­ли­ки­тя­нами. Здесь Моисей, про­жив­ший в Египте долгое время, частично копи­рует схему бое­вого управ­ле­ния, суще­ство­вав­шую в еги­пет­ской армии. Фара­оны, в зави­си­мо­сти от слож­но­сти ситу­а­ции, нахо­ди­лись на разных команд­ных уров­нях по отно­ше­нию к вой­скам, начи­ная с того, что могли вообще отстра­ниться от сра­же­ния, дове­рив коман­до­ва­ние своим “вели­ким началь­ни­кам войск”[26], и закан­чи­вая непо­сред­ствен­ным уча­стием в битве в прямом сопри­кос­но­ве­нии с про­тив­ни­ком. В случае с Мои­сеем мы видим, как он, дове­рив управ­ле­ние своему коман­диру, сам занял пози­цию, удоб­ную для наблю­де­ния.

И когда Моисей под­ни­мал руки свои, одо­ле­вал Изра­иль, а когда опус­кал руки свои, одо­ле­вал Амалик; но руки Мои­се­евы отя­же­лели, и тогда взяли камень и под­ло­жили под него, и он сел на нем, Аарон же и Ор под­дер­жи­вали руки его, один с одной, а другой с другой сто­роны. И были руки его под­няты до захож­де­ния солнца (Исх.17:11–12).

Исход битвы коле­бался и грозил не быть решён­ным до захода солнца, а тогда постав­лен­ная задача по осво­бож­де­нию тер­ри­то­рии не была бы выпол­нена, и застать врас­плох ама­ли­ки­тян во второй раз могло и не полу­читься, так как они уже пред­став­ляли, с какой силой им при­дётся иметь дело в даль­ней­шем. Поэтому бой принял неесте­ственно затяж­ной харак­тер, и вол­но­об­раз­ные атаки про­дол­жа­лись до победы: И низ­ло­жил Иисус Ама­лика и народ его острием меча (Исх.17:13). Та настой­чи­вость, с кото­рой Моисей при­зы­вает про­дол­жать сра­же­ние, в воен­ной исто­рии часто объ­яс­ня­ется без­вы­ход­но­стью сло­жив­шейся ситу­а­ции. При осаде Алезии Цезарь сам бро­сился в битву, пони­мая, что пора­же­ние пере­черк­нёт всё[27]. Видимо, Моисей имел свои осно­ва­ния к неосла­бе­ва­е­мому натиску на про­тив­ника. В каче­стве пищи для раз­мыш­ле­ния воен­ного тео­ре­тика, помимо пред­ло­жен­ной выше необ­хо­ди­мо­сти раз­гро­мить ама­ли­ки­тян в первом же столк­но­ве­нии, напра­ши­ва­ются мысли о необ­хо­ди­мо­сти первой победы для только что рож­дён­ной еврей­ской армии, так как повторно набран­ная армия будет гораздо слабее, поскольку в первую ото­браны лучшие.

Ори­ги­нально для своего вре­мени исполь­зо­вал Моисей рож­дён­ный уже много после него прин­цип: “лучшая защита — это напа­де­ние”. Пони­мая, что обо­ру­до­ва­ние хорошо защи­щён­ного лагеря по объ­ек­тив­ным при­чи­нам в данных усло­виях невоз­можно, Моисей просто решил лишить про­тив­ника всякой воз­мож­но­сти напа­де­ния, пол­но­стью раз­гро­мив его.

и выбрал Моисей из всего Изра­иля спо­соб­ных людей и поста­вил их началь­ни­ками народа, тыся­че­на­чаль­ни­ками, сто­на­чаль­ни­ками, пяти­де­ся­тина­чаль­ни­ками и деся­тина­чаль­ни­ками и пись­мо­во­ди­те­лями (Исх.18:25).

Помимо фор­ми­ро­ва­ния самой армии, Моисей фор­ми­рует довольно стан­дарт­ную, но чёткую команд­ную систему, суще­ство­вав­шую до него и суще­ству­ю­щую по сей день, в основе кото­рой лежит деся­тич­ная система счис­ле­ния. Низшим команд­ным соста­вом явля­ются коман­ду­ю­щие деся­тью чело­ве­ками (коман­дир отде­ле­ния), далее сотней (сотник, коман­дир роты) и тыся­чей (тысяч­ник, коман­дир полка). Из этих цифр можно сде­лать вывод, что вою­ю­щая часть Изра­иля не пре­вы­шала два­дцати тысяч чело­век, иначе, видимо, должны были быть деся­ти­ты­ся­че­на­чаль­ники (коман­ду­ю­щие армией). Похоже, что эту долж­ность и зани­мал Иисус Навин. Но даже цифра 20000 доста­точно велика для армий той эпохи. Вот что пишет о коли­че­ствен­ном составе еги­пет­ской армии А. В. Авдиев: “Конечно, чис­лен­ность насе­ле­ния Египта поз­во­ляла выста­вить зна­чи­тельно более мно­го­чис­лен­ные войска. Так, Мас­перо пола­гает, что армия фара­о­нов XVIII дина­стии могла быть дове­дена до 120 и даже 130 тыс. чело­век. Но не сле­дует забы­вать того, что крайне низкий уро­вень тех­ники, при­ми­тив­ные усло­вия транс­порта, отсут­ствие регу­ляр­ного и орга­ни­зо­ван­ного снаб­же­ния не поз­во­ляли дово­дить армию до такой высо­кой для того вре­мени цифры. Поэтому вряд ли можно пред­по­ла­гать, чтобы фара­оны, даже во время наи­выс­шего рас­цвета воен­ного дела и воен­ной поли­тики в период XVIII дина­стии, выстав­ляли одно­вре­менно более 25–30 тыс. воинов”[28].

пусть побьют его кам­нями, или застре­лят стре­лою (Исх.19:13).

С точки зрения воен­ного искус­ства данная часть при­каза Моисея при­ве­дена лишь как первое ука­за­ние Свя­щен­ного Писа­ния на нали­чие в его войске такого типа воору­же­ния, как лук и соот­вет­ственно на нали­чие луч­ни­ков. До этого упо­ми­на­лась только пехота, без какого-либо прин­ци­пи­аль­ного ука­за­ния на её раз­де­ле­ние по типам. Теперь Свя­щен­ное Писа­ние ука­зы­вает на нали­чие как мини­мум двух видов воинов в армии Моисея, хотя пока неясен прин­цип их вза­и­мо­дей­ствия в бою. Воз­можно, луч­ники не играли суще­ствен­ной роли в воен­ных опе­ра­циях изра­иль­тян той эпохи, так как упо­ми­на­ние о них совер­шенно отсут­ствует при опи­са­нии боевых дей­ствий первых книг Вет­хого Завета.

Далее инте­ресно рас­смот­реть неко­то­рые зако­но­да­тель­ные моменты из полу­чен­ных Мои­сеем на горе Синай запо­ве­дей, кото­рые так или иначе станут еврей­ским зако­ном, регла­мен­ти­ру­ю­щим отно­ше­ния, свя­зан­ные с наси­лием над лич­но­стью, что может рас­смат­ри­ваться в рамках данной работы как одна из первых попы­ток созда­ния воен­ного права.

Не убивай <…> Не кради <…> Не желай дома ближ­него твоего; не желай жены ближ­него твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни вся­кого скота его, ничего, что у ближ­него твоего (Исх.20:13,15,17).

Первое, что можно выне­сти из Дека­лога, — это огра­ни­че­ние любого наси­лия, свя­зан­ного с личной выго­дой или личным реше­нием. Поэтому в сле­ду­ю­щей главе идёт разъ­яс­не­ние о том, как, за что и кто должен или может быть умерщ­влён.

Из текста Исх 21:12–14,18–22,26 видно, как скру­пу­лёзно в еврей­ском законе отно­сятся к смерти и к нане­се­нию повре­жде­ния, но надо учи­ты­вать, что эти пра­вила регла­мен­ти­руют жизнь внутри изра­иль­ской общины, и нет осно­ва­ний гово­рить, что они рас­про­стра­ня­лись и на вза­и­мо­от­но­ше­ния с ино­пле­мен­ни­ками. Но в сле­ду­ю­щем отрывке мы встре­ча­емся с такими частями закона, кото­рые в прин­ципе дают осно­ва­ние для начала воен­ных дей­ствий: Кто укра­дет чело­века из сынов Изра­и­ле­вых и пора­бо­тив его про­даст его, или най­дется он в руках у него, то должно пре­дать его смерти <…> отдай душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу, обо­жже­ние за обо­жже­ние, рану за рану, ушиб за ушиб (Исх.21:16,23–25).

То есть мы видим, что закон пред­пи­сы­вает адек­ватно отве­чать за нане­сён­ное повре­жде­ние, что с одной сто­роны должно огра­ни­чи­вать агрес­сию в отно­ше­нии к винов­ному, а с другой — тре­бует обя­за­тель­ного воз­мез­дия, кото­рое может при­во­дить к воен­ным кон­флик­там, если винов­ник нашёл убе­жище в сосед­нем пле­мени или сам явля­ется ино­пле­мен­ни­ком.

Далее снова обра­тимся к Тол­ко­вой Библии Лопу­хина и при­ве­дём без изме­не­ния цитату из его тол­ко­ва­ния на Исход 23:4–5, кото­рая как нельзя лучше под­хо­дит к теме данных иссле­до­ва­ний: “Если най­дешь вола врага твоего, или осла его заблу­див­ше­гося, при­веди его к нему; если уви­дишь осла врага твоего упав­шим под ношею своею, то не остав­ляй его; раз­вьючь вместе с ним.

Спра­вед­ли­вость застав­ляет отно­ситься и к врагу, как к брату (Втор 22:1–4). Эта мысль и пояс­ня­ется двумя при­ме­рами помощи врагу в бед­ствии, причём во втором случае помощь тре­бует уже больше само­от­вер­же­ния, так как гораздо труд­нее рабо­тать вместе с врагом в его инте­ре­сах (раз­вьючь вместе с ним — ст. 5), чем помочь врагу в его отсут­ствие (ст. 4)”.

Также закон закла­ды­вает мораль­ные прин­ципы, не поз­во­ля­ю­щие агрес­сию против пра­вого и невин­ного, обещая Божий гнев: Уда­ляйся от неправды и не умерщ­вляй невин­ного и пра­вого, ибо Я не оправ­даю без­за­кон­ника (Исх.23:7).

Даров не при­ни­май, ибо дары сле­пыми делают зрячих и пре­вра­щают дело правых (Исх.23:8).

Инте­рес­ное заме­ча­ние, отно­ся­ще­еся к этому пери­оду, сопо­ста­ви­мому по вре­мени с появ­ле­нием ори­ги­нала кры­ла­того выра­же­ния Timeo danaos et dona ferentes ‘Боюсь данай­цев и дары при­но­ся­щих’[29]. Закон уже закла­ды­вает основы пси­хо­ло­ги­че­ской борьбы с улов­ками про­тив­ника и пре­ду­пре­ждает о пагуб­ном вли­я­нии жажды наживы на при­ни­ма­е­мые военно-поли­ти­че­ские реше­ния.

При­шельца не обижай и не при­тес­няй его: вы знаете душу при­шельца, потому что сами были при­шель­цами в земле Еги­пет­ской (Исх.23:9).

При этом у изра­иль­тян фор­ми­ру­ется прин­цип мило­сти­вого отно­ше­ния к ино­зем­цам и отсюда, воз­можно, — гуман­ное отно­ше­ние к воен­но­плен­ным, напо­ми­на­ю­щее неко­то­рые пункты совре­мен­ной Женев­ской кон­вен­ции.

Итак, общее направ­ле­ние еврей­ского зако­но­да­тель­ства в обла­сти воен­ного права — это одна из первых попы­ток в исто­рии создать доку­мент, кото­рый поз­во­лял бы гово­рить о спра­вед­ли­во­сти в таком слож­ном вопросе, как вопрос физи­че­ского наси­лия над лич­но­стью. Не запре­щая тако­вое в прин­ципе из-за невоз­мож­но­сти дости­же­ния пол­ного мира в усло­виях зем­ного суще­ство­ва­ния чело­ве­че­ства, Закон Божий дал первые основы, регу­ли­ру­ю­щие необ­хо­ди­мость при­ме­не­ния силы, и пока­зал, что война может быть как спра­вед­ли­вой, так и нет.

вы будете у Меня наро­дом избран­ным из всех племен, ибо вся земля Моя; вы будете у Меня цар­ствен­ным свя­щен­ством и наро­дом святым. Сии слова скажи сынам Изра­и­ле­вым. Если ты будешь слу­шать гласа Его и испол­нять все, что скажу тебе, то врагом буду врагов твоих и про­тив­ни­ком про­тив­ни­ков твоих. Когда пойдет пред тобою Ангел Мой и пове­дет тебя к Амор­реям, Хет­теям, Фере­зеям, Хана­неям, Гер­ге­сеям, Евеям и Иеву­сеям, и истреблю их от лица вашего (Исх.23:22–23).

При этом в созна­нии народа фор­ми­ру­ется так назы­ва­е­мая насту­па­тель­ная воен­ная док­трина. Опре­де­ля­ется не только агрес­сив­ный харак­тер дей­ствий, что есте­ственно для обез­зе­ме­лен­ного народа и его состо­я­ния пере­се­ле­ния, но и основ­ные направ­ле­ния после­до­ва­тель­ных ударов. Вот это само по себе кажется уни­каль­ным для той ситу­а­ции, в кото­рой нахо­дится еврей­ский народ. На первый взгляд может пока­заться, что в сло­жив­шихся усло­виях ему при­дётся вести борьбу за выжи­ва­ние и дей­ство­вать исклю­чи­тельно по ситу­а­ции. Но данный отры­вок пока­зы­вает, что не зря Гос­подь выво­дил из Египта не народ, а опол­че­ния. Фак­ти­че­ски из Египта вышла заво­е­ва­тель­ная армия со своим стра­те­ги­че­ским планом, и этот план инте­ре­сен тем, что помимо выпол­не­ния воен­ных целей было запла­ни­ро­вано сфор­ми­ро­вать саму бое­спо­соб­ную армию в поход­ных усло­виях. Мы смело можем утвер­ждать уни­каль­ность в чело­ве­че­ской исто­рии подоб­ного пре­це­дента фор­ми­ро­ва­ния войска “на марше”. Исто­рия подоб­ных при­ме­ров не знает, если не брать в расчёт случаи, когда армия страны (харак­терно для России) всту­пает в войну совер­шенно не соот­вет­ству­ю­щей совре­мен­ным ей тре­бо­ва­ниям и начи­нает пере­во­ору­же­ние уже в ходе войны, свя­зы­вая про­тив­ника изну­ри­тель­ными боями и манёв­рами на боль­ших тер­ри­то­риях (1812, 1941–45), а после — с успе­хом решает про­блему в свою пользу.

…не покло­няйся богам их, и не служи им, и не под­ра­жай делам их, но сокруши их и раз­рушь столбы их… (Исх.23:24).

Ещё один док­три­наль­ный пункт еврей­ской воен­ной кон­цеп­ции, заклю­ча­ю­щий в себе ука­за­ние на то, что делать с поко­рён­ными наро­дами, дабы не поте­рять своего моно­те­и­сти­че­ского инди­ви­ду­а­лизма. Так как после победы в войне суще­ствует опас­ность асси­ми­ля­ци­он­ного рас­тво­ре­ния в чужом, более мно­го­чис­лен­ном и менее наци­о­нально выра­жен­ном народе, пред­ла­га­ется под­верг­нуть раз­ру­ше­нию всё, что прин­ци­пи­ально отли­чает захва­чен­ный народ от евреев, но при этом нет запрета на то, чтобы люди из захва­чен­ных наро­дов жили по-еврей­ски.

Ужас Мой пошлю пред тобою, и в сму­ще­ние при­веду всякий народ, к кото­рому ты при­дешь, и буду обра­щать к тебе тыл всех врагов твоих; пошлю пред тобою шерш­ней, и они пого­нят от лица твоего Амор­реев, Евеев, Иеву­сеев, Хана­неев и Хет­теев; не выгоню их от лица твоего в один год, чтобы земля не сде­ла­лась пуста и не умно­жи­лись против тебя звери поле­вые: мало-помалу буду про­го­нять их от тебя, доколе ты не раз­мно­жишься и не возь­мешь во вла­де­ние земли сей (Исх.23:27–31).

Инте­рес­ная и ори­ги­наль­ная мето­дика, опи­сы­ва­е­мая в этих стро­ках, каса­ется пла­но­мер­ного захвата обла­стей, наме­чен­ных к заво­е­ва­нию. Вместо более рас­про­стра­нён­ной в воен­ной исто­рии так­тики ско­рей­шего захвата тер­ри­то­рии про­тив­ника с целью не допу­стить орга­ни­за­ции сопро­тив­ле­ния, здесь при­сут­ствует более глу­бо­кий план; данная док­трина гораздо глубже, чем теория воен­ного захвата, учи­ты­вает труд­но­сти, кото­рые воз­ник­нут у народа (армии) на опу­сто­шён­ной войной земле. Напри­мер, быст­рый и опу­сто­ши­тель­ный марш Напо­леона по России привёл к тому, что его армия, не про­иг­рав сра­же­ния, ока­за­лась на захва­чен­ной, но непри­год­ной к суще­ство­ва­нию земле. Изра­иль, имея своей целью не просто полу­че­ние воен­ного пре­вос­ход­ства, а заво­е­ва­ние земли, на кото­рой ему пред­стоит жить и раз­ви­ваться, при­ме­няя эту док­трину, полу­чает не только пло­щадь, но и при­год­ную для нор­маль­ного суще­ство­ва­ния землю уже в момент её непо­сред­ствен­ного заво­е­ва­ния.

Про­веду пре­делы твои от моря Черм­ного до моря Фили­стим­ского и от пустыни до реки вели­кой Евфрата, ибо предам в руки ваши жите­лей сей земли, и про­го­нишь их от лица твоего; не сме­ши­вайся и не заклю­чай союза ни с ними, ни с богами их; не должны они жить в земле твоей, чтобы они не ввели тебя в грех против Меня; ибо если ты будешь слу­жить богам их, то это будет тебе сетью (Исх.23:31–33).

И в этом отрывке мы видим как общий итог под­твер­жде­ние прин­ци­пов пла­ни­ро­ва­ния буду­щих форм дей­ствия по захвату тер­ри­то­рии. Во-первых, это посте­пен­ное и очень пла­но­мер­ное наступ­ле­ние, наце­лен­ное на захват довольно боль­шого про­стран­ства, гра­ницы кото­рого опи­саны в этом отрывке. Можно ска­зать, что евреям неод­но­кратно уда­ва­лось в ходе исто­рии зани­мать тер­ри­то­рию именно в этих гра­ни­цах (Давид (1006–968 до Р. Х.), Соло­мон (968–928 до Р. Х.), Иеро­воам II в союзе с Озией (785–750 до Р. Х.)[30]). Во-вторых, асси­ми­ля­ция строго запре­щена. Анализ воз­мож­ных военно-эко­но­ми­че­ских послед­ствий этого вари­анта при­во­дится при опи­са­нии ситу­а­ции в Египте к моменту исхода. И в тре­тьих, харак­тер­ный для евреев запрет на рели­ги­оз­ное сме­ше­ние, дабы не поте­рять бла­го­во­ле­ние пред очами Божьими, что также неод­но­кратно про­ис­хо­дило в исто­рии Изра­иля. Вот, навер­ное, три осно­во­по­ла­га­ю­щие направ­ле­ния, чётко зало­жен­ные в теорию военно-стра­те­ги­че­ского раз­ви­тия изра­иль­ского народа.

И услы­шал Иисус голос народа шумя­щего и сказал Моисею: воен­ный крик в стане. Но Моисей сказал: это не крик побеж­да­ю­щих и не вопль пора­жа­е­мых; я слышу голос поющих (Исх.32:17–18).

Иисус Навин как глав­но­ко­ман­ду­ю­щий войска изра­иль­ского, услы­шав шум в лагере, есте­ственно пред­по­ло­жил, что его при­чина — это оче­ред­ная атака враж­деб­ных племён; победа над Ама­ли­ком не давала уве­рен­но­сти в без­опас­но­сти, и дви­же­ние народа скорее всего про­хо­дило в посто­ян­ном напря­же­нии. С одной сто­роны, это должно было поло­жи­тельно ска­заться на бое­го­тов­но­сти изра­иль­ского войска, с другой — ситу­а­ция посто­ян­ной нервно-пси­хо­ло­ги­че­ской нагрузки при мало­ве­рии в воз­мож­ность еже­днев­ного про­пи­та­ния при­во­дит к неко­ему эмо­ци­о­наль­ному выплеску, кото­рый в данном случае вылился в попытку покло­не­ния более мате­ри­аль­ному и ося­за­е­мому тельцу, при­сут­ствие кото­рого созда­вало види­мость про­текта. А стресс от всех пери­пе­тий, свя­зан­ных с исхо­дом, был снят раз­гуль­ным весе­льем, о чём и сказал Моисей Иисусу Навину.

Моисей увидел, что это народ необуз­дан­ный, ибо Аарон допу­стил его до необуз­дан­но­сти, к посрам­ле­нию пред вра­гами его (Исх.32:25).

В данном случае в словах Моисея при­сут­ствуют два момента. Во-первых, он выго­ва­ри­вает Аарону, кото­рого оста­вил началь­ни­ком в отсут­ствие себя и Иисуса Навина, фак­ти­че­ски обви­нив его в неспо­соб­но­сти под­дер­жи­вать дис­ци­плину в лагере, а значит, и в слабом управ­ле­нии. И во-вторых, одно­значно опре­де­ляет воз­мож­ные послед­ствия подоб­ного паде­ния дис­ци­плины, такие как оче­ред­ные пора­же­ния от врагов. Если вспом­нить, что выше, когда речь шла о при­чи­нах, по кото­рым ама­ли­ки­тя­нам так легко уда­лось “нака­зать” пере­шед­ших Крас­ное море евреев, то основ­ной из этих причин была дис­ци­плина. Теперь на стра­ни­цах Вет­хого Завета уже сам Моисей ука­зы­вает на нали­чие этой при­чины. Далее опи­сы­ва­ется один из спо­со­бов вос­ста­нов­ле­ния дис­ци­плины, суще­ству­ю­щий в разных мас­шта­бах прак­ти­че­ски в каждой совре­мен­ной армии в воен­ное время, и тем более он был широко рас­про­стра­нён в армиях древ­но­сти. Мы уже упо­ми­нали о деци­ма­ции в рим­ской армии, а вот, воз­можно, первый исто­ри­че­ски зафик­си­ро­ван­ный в лите­ра­тур­ном источ­нике обра­зец при­ме­не­ния данной меры нака­за­ния:

И стал Моисей в воро­тах стана и сказал: кто Гос­по­день, иди ко мне! И собра­лись к нему все сыны Леви­ины. И он сказал им: так гово­рит Гос­подь Бог Изра­и­лев: воз­ло­жите каждый свой меч на бедро свое, прой­дите по стану от ворот до ворот и обратно, и уби­вайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближ­него своего. И сде­лали сыны Леви­ины по слову Моисея: и пало в тот день из народа около трех тысяч чело­век (Исх.32:26–28).

Инте­рес­ным для нас явля­ется и тот факт, что данная миссия выпала на колено Левино. Можно ска­зать, что в этом колене буду­щих слу­жи­те­лей алтаря Гос­подня наи­бо­лее про­яви­лась рев­ность по Богу, и они, отклик­нув­шись на призыв Моисея, начали вер­шить суд. А второе наблю­де­ние, кото­рое скорее даёт пищу для раз­мыш­ле­ния, исходя из того деле­ния народа, кото­рое опи­сано в книге Чисел, — это что либо левиты на тот момент неплохо вла­дели боевым ору­жием, либо те, кто под­вергся подоб­ной рас­праве, уже были усми­рены или как мини­мум не имели оружия. Книга Чисел гово­рит, что левиты были исклю­чены из войска и их функ­ци­о­наль­ные обя­зан­но­сти сво­ди­лись к рабо­там, свя­зан­ным со слу­же­нием при алтаре. Но на их плечи ложится также обя­зан­ность по охране свя­тыни. Инте­ресно, что Моисей не пору­чает охрану самого свя­того, что есть в еврей­ском народе, какому-либо отряду из боевых под­раз­де­ле­ний Изра­иля, а пору­чает это дело свя­щен­но­слу­жи­те­лям. Что это? Бес­печ­ность Моисея или такое дове­рие свя­щен­ни­кам в ратном деле? Окинув взгля­дом исто­рию раз­ви­тия элит­ных воен­ных отря­дов, вспом­ним личную гвар­дию рим­ского импе­ра­тора — пре­то­ри­ан­цев или хотя бы личную охрану фран­цуз­ских коро­лей — муш­ке­тё­ров. Ни те, ни другие не были в составе регу­ляр­ных армий, хотя и частенько ока­зы­ва­лись на полях сра­же­ний, если этого тре­бо­вали обсто­я­тель­ства. Все подоб­ного рода под­раз­де­ле­ния всегда счи­та­лись луч­шими вой­сками, и всегда их прямой обя­зан­но­стью была защита самого свя­щен­ного. Поэтому не будем исклю­чать воз­мож­но­сти, что в этой стычке в еврей­ском народе заро­ди­лось элит­ное под­раз­де­ле­ние, свя­щен­ной обя­зан­но­стью кото­рого в буду­щем станет посто­ян­ное исполь­зо­ва­ние холод­ного оружия для при­не­се­ния жертвы. И этот день стал для леви­тов днём их пер­вого слу­же­ния, когда они с ору­жием в руках смогли дока­зать свою бес­ком­про­мисс­ную пре­дан­ность и веру. Исходя из этой сцены, вообще можно сде­лать мно­же­ство инте­рес­ных дога­док в плане воен­ной орга­ни­за­ции еврей­ского народа. Совер­шенно ясно и то, что у Моисея при­ме­ня­лась та же система воору­же­ния людей в случае необ­хо­ди­мо­сти, кото­рая была и при Авра­аме (смотри “битву пяти царей против четы­рёх”). То есть оружие хра­ни­лось в опре­де­лён­ном месте и было недо­ступно без осо­бого рас­по­ря­же­ния главы народа. Даже сотни лет суще­ство­ва­ния еврей­ского народа в еги­пет­ской земле не повли­яли на этот воен­ный прин­цип, и спустя шесть­сот лет биб­лей­ской хро­но­ло­гии Изра­иль сохра­няет пре­ем­ствен­ность в воен­ном деле. Поэтому оружие в стане ока­за­лось только у тех, кто под­дер­жал Моисея и полу­чил от него раз­ре­ше­ние воз­ло­жить меч на бедра свои. Видим, что данная система, несмотря на то, что явно сни­жает уро­вень бое­го­тов­но­сти, вместе с тем и заметно умень­шает воз­мож­ность воен­ного пере­во­рота. Так она и сра­бо­тала при появ­ле­нии Моисея, ути­хо­ми­рив зачин­щи­ков с помо­щью неболь­шого, но воору­жён­ного отряда верных людей.

и пошлю пред тобою Ангела Моего, и про­гоню Хана­неев, Амор­реев, Хет­теев, Фере­зеев, Гер­ге­сеев, Евеев и Иеву­сеев, и введет он вас в землю, где течет молоко и мед; ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погу­бить Мне вас на пути, потому что вы народ жесто­ко­вый­ный (Исх.33:2–3).

Итак, заво­е­ва­тель­ная док­трина еврей­ского народа вклю­чает в себя план захвата тер­ри­то­рии, на кото­рой про­жи­вало семь племён, кото­рые посто­янно упо­ми­на­ются в книге Исход как буду­щие цели для изра­иль­ского войска. Сле­ду­ю­щий отры­вок из 34 главы не вносит ника­ких новых знаний о прин­ци­пах веде­ния войны, пред­пи­сы­ва­е­мых еврей­скому народу зако­ном. О них речь шла выше, поэтому этот отры­вок мы дадим без ком­мен­та­риев в каче­стве общего итога воен­ной про­граммы Изра­иля:

Глава 34

11 сохрани то, что пове­ле­ваю тебе ныне: вот, Я изго­няю от лица твоего Амор­реев, Хана­неев, Хет­теев, Фере­зеев, Евеев, Гер­ге­сеев и Иеву­сеев;
12 смотри, не всту­пай в союз с жите­лями той земли, в кото­рую ты вой­дешь, дабы они не сде­ла­лись сетью среди вас.
13 Жерт­вен­ники их раз­рушьте, столбы их сокру­шите, выру­бите свя­щен­ные рощи их, и изва­я­ния богов их сожгите огнем,
14 ибо ты не должен покло­няться богу иному, кроме Гос­пода Бога, потому что имя Его — рев­ни­тель; Он Бог рев­ни­тель.
15 Не всту­пай в союз с жите­лями той земли, чтобы, когда они будут блу­до­дей­ство­вать вслед богов своих и при­но­сить жертвы богам своим, не при­гла­сили и тебя, и ты не вкусил бы жертвы их;
16 и не бери из доче­рей их жен сынам своим и доче­рей своих не давай в заму­же­ство за сыно­вей их, дабы дочери их, блу­до­дей­ствуя вслед богов своих, не ввели и сынов твоих в блу­же­ние вслед богов своих.

Теперь обоб­щим те эле­менты воен­ного искус­ства, кото­рые при­сутствуют во второй части книги Исход:

  • Орга­ни­за­ция стра­те­ги­че­ского манёвра с целью недо­пу­ще­ния обна­ру­же­ния про­тив­ни­ком и ухода из-под удара.
  • Ошибки в управ­ле­нии дви­же­нием и рас­по­ло­же­нии отдель­ных частей колонны, поз­во­лив­шие про­тив­нику совер­шить успеш­ную атаку на арьер­гард­ное под­раз­де­ле­ние.
  • Мно­го­уров­не­вая система команд­ного состава, рас­пре­де­лён­ные функ­ции управ­ле­ния боем.
  • Неод­но­крат­ное паде­ние дис­ци­плины внутри народа, вызвав­шее необ­хо­ди­мость при­бе­гать к край­ним мерам для её вос­ста­нов­ле­ния.
  • Война начи­нает фор­ми­ро­вать морально-нрав­ствен­ные аспекты. Скла­ды­ва­ется воен­ное право. Обо­зна­ча­ются первые прин­ципы пове­де­ния воинов в ходе воен­ных опе­ра­ций по отно­ше­нию к раз­лич­ным слоям насе­ле­ния про­тив­ника.
  • Нали­чие у древ­него госу­дар­ства чёткой насту­па­тель­ной док­трины воору­же­ния на дол­го­сроч­ный период его суще­ство­ва­ния.

Эти выводы в оче­ред­ной раз наглядно демон­стри­руют доста­точно силь­ный мате­риал по воен­ному искус­ству, откры­ва­ю­щийся в текстах Свя­щен­ного Писа­ния, и несмотря на то, что они сде­ланы на осно­ва­нии только части книги Исход, они тем не менее доста­точно хорошо впи­сы­ва­ются в воен­ную прак­тику после­ду­ю­щих эпох.

Заклю­че­ние

Я бла­го­слов­ляя бла­го­словлю тебя и умно­жая умножу семя твое, как звезды небес­ные и как песок на берегу моря; и овла­деет семя твое горо­дами врагов своих. (Быт.22:17)

Исходя из целей данной работы и основ­ных направ­ле­ний иссле­до­ва­ния, обо­зна­чен­ных во всту­пи­тель­ной части, под­ве­дём неко­то­рые итоги, кото­рые стали резуль­та­том рас­смот­ре­ния тек­стов Свя­щен­ного Писа­ния с пози­ции той обла­сти чело­ве­че­ских знаний, кото­рая назы­ва­ется воен­ным искус­ством. Анализ вопро­сов, свя­зан­ных с веде­нием воору­жён­ной борьбы в первых двух книгах Пяти­кни­жия Моисея, обна­ру­жи­вает не только мно­го­об­ра­зие её форм и мето­дов, спо­соб­ных уже одним этим увлечь иску­шён­ного чита­теля, но и их новизну для вре­мени их появ­ле­ния как в исто­рии, так и в текстах Писа­ния, а зача­стую и исто­ри­че­скую уни­каль­ность. Вет­хо­за­вет­ные книги Бытие и Исход, помимо клас­си­че­ских для воен­ной науки при­ё­мов, хранят в себе опи­са­ние таких спе­ци­фи­че­ских образ­цов воен­ного искус­ства, кото­рые вряд ли удастся найти в других источ­ни­ках.

Обоб­щая весь полу­чен­ный в резуль­тате иссле­до­ва­ний мате­риал по опи­сан­ным в свя­щен­ных текстах вопро­сам воен­ной дея­тель­но­сти, оста­ю­щейся до сих пор неиз­вест­ным боль­шин­ству спе­ци­а­ли­стов, оха­рак­те­ри­зуем основ­ные под­ходы к ней на тер­ри­то­рии древ­ней Пале­стины и Египта в период со II тыся­че­ле­тия по первую поло­вину XIII века до Р. Х. Во-первых, воору­жён­ная борьба этой эпохи являет собой обра­зец высо­кой орга­ни­за­ции воен­ной системы, исклю­ча­ю­щий всякую воз­мож­ность гово­рить о при­ми­ти­визме боестолк­но­ве­ний древ­но­сти. Во-вторых, воен­ное искус­ство того пери­ода не только не выгля­дит сла­бо­раз­ви­тым по отно­ше­нию к после­ду­ю­щим пери­о­дам, но и во многом пред­вос­хи­щает буду­щих гениев, кото­рые спустя тыся­че­ле­тие от времён Авра­ама и Моисея про­сла­вят свои имена в воен­ном деле, фак­ти­че­ски повто­рив чита­е­мый нами вет­хо­за­вет­ный источ­ник.

Говоря о боевой дея­тель­но­сти древ­но­сти, уда­лось рас­крыть основ­ные её этапы, харак­те­ри­зу­ю­щие глу­бину и живость, при­сут­ству­ю­щие в вопро­сах обес­пе­че­ния без­опас­но­сти и защиты своих инте­ре­сов в стра­нах биб­лей­ской эпохи.

Вет­хо­за­вет­ные тексты дают осно­ва­ние гово­рить о нали­чии в древ­них цар­ствах и кня­же­ствах высо­ко­ор­га­ни­зо­ван­ной раз­ве­ды­ва­тель­ной дея­тель­но­сти на всех уров­нях, начи­ная от добычи раз­ве­ды­ва­тель­ной инфор­ма­ции в инте­ре­сах выс­шего поли­ти­че­ского руко­вод­ства, и закан­чи­вая так­ти­че­ской раз­вед­кой в низших воен­ных зве­ньях, что само по себе пока­зы­вает общий уро­вень военно-поли­ти­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний.

Важным эле­мен­том под­го­товки к веде­нию войны в целом и боя в част­но­сти явля­ется вопрос пла­ни­ро­ва­ния дей­ствий, мно­го­кратно встре­ча­ю­щийся в тексте Писа­ния, что пока­зы­вает нали­чие и штабов, и сове­ща­тель­ных орга­нов как в самих армиях, так и в госу­дар­ствен­ных орга­нах руко­вод­ства.

Манёвры, явля­ясь неотъ­ем­ле­мой частью дей­ствия воору­жён­ных сил, в Свя­щен­ном Писа­нии пора­жают не только своей слож­но­стью, но и глу­би­ной исполь­зо­ва­ния опе­ра­тив­ного про­стран­ства. При этом цель, зало­жен­ная в осно­ва­ние того или иного манёвра, зача­стую дости­га­ется только в ходе слож­ной мно­го­хо­до­вой ком­би­на­ции, и её резуль­тат иссле­до­ва­тели Библии часто при­пи­сы­вают чуду. Но чудом, может быть, сле­дует счи­тать не нару­ше­ние зако­но­мер­но­стей, а цепочку их исполь­зо­ва­ния, при­во­дя­щую к жела­е­мому резуль­тату, кото­рую чело­ве­че­ское разу­ме­ние, ведó­мое Боже­ствен­ным про­ви­де­нием, выстра­и­вает, как в шах­мат­ной партии.

Вопросы созда­ния поли­ти­че­ских союзов и дого­во­ров с раз­лич­ными усло­ви­ями мно­го­сто­рон­них отно­ше­ний хорошо иллю­стри­руют живую военно-поли­ти­че­скую жизнь древ­него обще­ства.

Итак, все выше­пе­ре­чис­лен­ные общие пункты и направ­ле­ния воен­ной дея­тель­но­сти, полу­чен­ные из двух первых книг Вет­хого Завета, поз­во­ляют уви­деть в древ­них цар­ствах не просто омерт­вев­шие архео­ло­ги­че­ские останки, но через призму воен­ной науки рас­смот­реть вполне реаль­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния, ничуть не усту­па­ю­щие по насы­щен­но­сти и накалу совре­мен­ной нам дея­тель­но­сти.

Теперь, обра­ща­ясь непо­сред­ственно к воен­ной состав­ля­ю­щей иссле­до­ва­ний, соста­вим клас­си­че­скую схему дей­ствий и правил, осно­ван­ную на изу­че­нии бое­вого опыта, пред­ла­га­е­мого Биб­лией при опи­са­нии войн древ­но­сти:

  • веде­ние стра­те­ги­че­ской раз­ведки,
  • опре­де­ле­ние целей, задач и основ­ных направ­ле­ний ударов пред­сто­я­щих опе­ра­ций,
  • выра­ботка стра­те­ги­че­ского плана,
  • созда­ние чёт­кого управ­ле­ния и орга­ни­за­ции войска,
  • стра­те­ги­че­ское манев­ри­ро­ва­ние, при­во­дя­щее к эффекту вне­зап­но­сти или созда­ю­щее бла­го­при­ят­ные усло­вия для войск,
  • так­ти­че­ская раз­ведка,
  • состав­ле­ние схемы боя с учётом осо­бен­но­стей вре­мени, мест­но­сти и слабых сторон про­тив­ника,
  • так­ти­че­ское манев­ри­ро­ва­ние,
  • орга­ни­за­ция пре­сле­до­ва­ния отсту­па­ю­щего про­тив­ника,
  • мак­си­маль­ное исполь­зо­ва­ние достиг­ну­того резуль­тата.

Как видим, вет­хо­за­вет­ный источ­ник военно-тео­ре­ти­че­ских знаний, накоп­лен­ных наро­дом Изра­иля, в боль­шом коли­че­стве при­ме­ров борьбы за суще­ство­ва­ние при неко­то­ром обоб­ща­ю­щем ана­лизе вполне спра­вед­ливо может кон­ку­ри­ро­вать с при­знан­ными авто­ри­те­тами клас­си­че­ской воен­ной мысли. При этом зача­стую глу­бина про­ра­ботки вопроса намного серьёз­нее, чем это кажется на первый взгляд при поверх­ност­ном чтении тек­стов.

Про­водя срав­ни­тель­ный анализ тек­стов с обще­из­вест­ными при­ме­рами воен­ной дея­тель­но­сти, мы брали широ­кий вре­мен­ной диа­па­зон образ­цов воен­ной мысли. Это были и при­меры, близ­кие по вре­мени к вет­хо­за­вет­ным собы­тиям, и при­меры из послед­них воен­ных кон­флик­тов с уча­стием под­раз­де­ле­ний армии США, кото­рые так непри­вычно упо­ми­на­ются вместе с дея­тель­но­стью древ­них пат­ри­ар­хов. Этим хоте­лось при­влечь вни­ма­ние чита­теля к извеч­но­сти и в то же время неиз­мен­но­сти темы войны для суще­ству­ю­щего миро­по­рядка. Несмотря на то, что воен­ное искус­ство Вет­хого Завета ока­за­лось много старше, чем обще­при­знан­ные источ­ники данной обла­сти, оно пере­жило многие из них и по сей день исполь­зу­ется и будет исполь­зо­ваться в кон­флик­тах эпох. Поэтому не стоит при­ни­мать во вни­ма­ние резуль­таты данной работы исклю­чи­тельно как поиск ещё одного арха­ич­ного источ­ника, спо­соб­ного побо­роться за звание древ­ней­шего. Нет, живой опыт воен­ных успе­хов и пора­же­ний, при­сут­ству­ю­щий в Ветхом Завете, во многом может быть пере­ло­жен, учтён и при­ме­нён в усло­виях совре­мен­ных войн. Писа­ние ещё и ещё под­чёр­ки­вает те моменты, кото­рые давно вошли в боевые уставы многих совре­мен­ных армий.

Итак, вет­хо­за­вет­ные тексты дают довольно бога­тую пищу для людей, зани­ма­ю­щихся изу­че­нием исто­рии раз­ви­тия воен­ного искус­ства. Причём, как видим, есть и обрат­ный резуль­тат — знания по воен­ному искус­ству могут пока­зы­вать не только осмыс­лен­ность дей­ствий, про­ис­хо­дя­щих на стра­ни­цах Свя­щен­ного Писа­ния, но и глу­бину их про­ра­ботки и гра­мот­ность воен­ной мысли тех, кто их реа­ли­зо­вы­вал с точки зрения совре­мен­ного пони­ма­ния данной обла­сти. Много инте­рес­ных и довольно зна­чи­мых эле­мен­тов воору­жён­ной борьбы было най­дено в текстах этих двух книг, и боль­шин­ство из них были пред­ло­жены чита­телю в этой статье. Речь шла и о вопро­сах, каса­ю­щихся био­ло­ги­че­ского воз­дей­ствия на про­тив­ника, и пра­во­вых аспек­тов войны. Для ана­лиза были взяты началь­ные книги Вет­хого Завета как наи­бо­лее зна­чи­мые с точки зрения дати­ровки самих собы­тий и их пись­мен­ного засви­де­тель­ство­ва­ния. При­ме­няя кри­ти­че­ский подход к ана­лизу вре­мени появ­ле­ния этих тек­стов в “миро­вой копилке знаний”, можно ска­зать о том, что вопрос вре­мен­нóго ана­лиза при­ё­мов воен­ного искус­ства имеет свои нюансы. Напри­мер, если саму битву пяти царей против четы­рёх можно дати­ро­вать XIX в. до Р. Х., то самая ранняя версия появ­ле­ния книги Бытие отно­сится ко вре­мени Моисея (XIII в. до Р. Х.), хотя тот кано­ни­че­ский вид, в кото­ром она более или менее похожа на наш текст, появился во вре­мена объ­еди­не­ния двух тра­ди­ций и созда­ния кано­ни­че­ского Пяти­кни­жия (вре­мена про­рока Исайи, VIII в. до Р. Х.), а вре­ме­нем доступа к этим книгам миро­вой обще­ствен­но­сти при­хо­дится счи­тать 300 г. до Р. Х. — время появ­ле­ния Сеп­ту­а­гинты. Отсюда воз­ни­кает ещё одна очень важная задача, свя­зан­ная со срав­не­нием дости­же­ний воен­ной мысли в текстах Вет­хого Завета и в миро­вой лите­ра­туре. То есть для чистоты экс­пе­ри­мента по опре­де­ле­нию пер­вен­ства собы­тия и там, и там при­дется оттал­ки­ваться либо от вре­мени свер­ше­ния этого собы­тия, либо от вре­мени его фик­са­ции, либо от вре­мени его огласки для “широ­кой обще­ствен­но­сти”. Конечно, такой анализ может стать осно­ва­нием для допол­ни­тель­ного иссле­до­ва­ния на подоб­ную тему.

В заклю­че­ние хочется отме­тить, что первые книги Вет­хого Завета содер­жат в себе уни­каль­ные образцы воен­ного искус­ства, поз­во­ля­ю­щие, во-первых, зна­чи­тельно обо­га­тить данную область чело­ве­че­ских знаний, во-вторых, в оче­ред­ной раз под­твер­дить уни­каль­ность самих тек­стов и в‑третьих, дать чита­телю воз­мож­ность ещё глубже понять про­ис­хо­дя­щие на стра­ни­цах Свя­щен­ного Писа­ния собы­тия и дать буду­щим иссле­до­ва­те­лям допол­ни­тель­ную почву для их ана­лиза.

Пройдя неболь­шой отре­зок вет­хо­за­вет­ного воен­ного пути, мы не оста­лись разо­ча­ро­ван­ными в наших поис­ках. Много ли най­дётся тех, кто наде­ялся и в этой обла­сти чело­ве­че­ских знаний полу­чить науче­ние о вышнем? Неужели всё Свя­щен­ное Писа­ние в каждом своём уголке несёт вели­чину выше уровня чело­ве­че­ского пости­же­ния, неужели отсут­ствие в этих книгах Божьего Про­мысла опре­де­ля­ется лишь гра­ни­цей чело­ве­че­ского неве­рия (недо­ве­рия)? Что может быть более несов­ме­стимо с жизнью, чем война? Но и здесь Тот, Кто есть Путь, Истина и Жизнь, являет Себя людям, ищущим Его, поз­во­ляя им достичь высоты в том, что Он не есть, пока­зы­вая, как при­кла­ды­ва­ется к чело­веку всё осталь­ное, если прежде искать Цар­ства Божия и правды Его (Мф.6:33).


При­ме­ча­ния:

[1] Разин Е. А. Исто­рия воен­ного искус­ства XXXI в. до н. э. — VI в. н. э. СПб., 1999. С. 10.

[2] Там же. С. 34.

[3] Херцог Х., Гишон М. Биб­лей­ские сра­же­ния. М., 2005. С. 21.

[4] Павел Орозий. Исто­рия против языч­ни­ков. Книги IVII. СПб., 2004. С. 88–114; Херцог Х., Гишон М. Указ. соч. С. 27–36; Циркин Ю. Исто­рия биб­лей­ских стран. М., 2003. С. 3–4.

[5] Даули Т. Биб­лей­ский атлас. Рос­сий­ское биб­лей­ское обще­ство, 2003.

[6] Разин Е. А. Указ. соч. С. 58.

[7] Там же. С. 50.

[8] Там же. С. 36–37.

[9] Там же. С. 449–450.

[10] Иосиф Флавий. Иудей­ская война. М., 2006. С. 344. Книга пятая.

[11] Эней Тактик. О пере­не­се­нии осады // Сочи­не­ния древ­не­гре­че­ских и визан­тий­ских авто­ров. Воен­ная мысль антич­но­сти. М., 2002. С. 61–62.

[12] Там же. С. 82.

[13] Разин Е. А. Указ. соч. C. 34.

[14] Там же. С. 233–234.

[15] Там же. С. 119­–120.

[16] Даули Т. Биб­лей­ский Атлас. Рос­сий­ское биб­лей­ское обще­ство, 2003. С. 21.

[17] Херцог Х., Гишон М. Биб­лей­ские сра­же­ния. М., 2005. С. 36–37.

[18] Такое про­ти­во­по­став­ле­ние при всей его внеш­ней эффект­но­сти нельзя не при­знать ложным. Дело даже не в том, что про­ти­во­по­став­ля­ются цен­но­сти разных стра­тов, а в том, что Бог (если это истин­ный Бог), при­ня­тый как вер­шина цен­но­стей, учит ценить чело­ве­че­скую жизнь. Стоит пом­нить, что в Еван­ге­лии Хри­стос про­ти­во­по­став­ле­ние цен­но­сти чело­века и суб­боты раз­ре­шает в пользу чело­века. — Ред.

[19] Тарле Е. В. Наше­ствие Напо­леона на Россию (элек­трон­ная версия). Глава II. От втор­же­ния Напо­леона до начала наступ­ле­ния вели­кой армии на Смо­ленск.

[20] Херцог Х., Гишон М. Биб­лей­ские сра­же­ния. С. 38.

[21] Тол­ко­вая Библия или ком­мен­та­рий на все книги Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого и Нового Заве­тов / Изд. пре­ем­ни­ков А. П. Лопу­хина (элек­трон­ная версия). Исход. Глава 14.

[22] Тарле Е. В. Наше­ствие Напо­леона на Россию. Глава I. Перед столк­но­ве­нием.

[23] Херцог Х., Гишон М. Биб­лей­ские сра­же­ния. С. 39.

[24] Разин Е. А. Исто­рия воен­ного искус­ства XXXI в. до н. э. – VI в. н. э. СПб., 1999. С. 46.

[25] Тол­ко­вая Библия или ком­мен­та­рий на все книги Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого и Нового Заве­тов / Изд. пре­ем­ни­ков А. П. Лопу­хина (элек­трон­ная версия). Исход. Глава 17.

[26] Авдиев А. В. Воен­ная исто­рия древ­него Египта. Т. 2. Гл. VI. Орга­ни­за­ция и тех­ника воен­ного дела в период круп­ных войн XVIXV вв. до н. э.

[27] Виль­гельм Вегнер. Рим: Начало, рас­про­стра­не­ние и паде­ние все­мир­ной импе­рии римлян. Т. 2. Минск, 2002. С. 119, Гней Помпей, Юлий Цезарь и Марк Красс.

[28] Авдиев А. В. Воен­ная исто­рия древ­него Египта. Т. 2. Гл. VI.

[29] Латин­ский пере­вод фразы из гоме­ров­ского эпоса сильно “моложе” по вре­мени, чем гре­че­ский ори­ги­нал. — Ред.

[30] Херцог Х., Гишон М. Биб­лей­ские сра­же­ния. М., 2005. С. 14–15, Хро­но­ло­ги­че­ская таб­лица.

опуб­ли­ко­вано в аль­ма­нахе “Альфа и Омега”, № 58, 59, 60; 2010, 2011.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки