Главная » Алфавитный раздел » Аграфы
Распечатать

Аграфы в творениях св. священномученика Мефодия

AAA
(3 голоса5.0 из 5)

епископ Михаил (Чуб)

 

Оглавление

 

I^

Для нас, несомненно, особый интерес должны представлять те страницы древнейшей церковной письменности, которые сохранились на славянском языке.

К числу общеизвестных исторических фактов принадлежит ведущая роль болгарской письменности в начальный период развития славянской культуры в эпоху царя Симеона (893—927); другим общеизвестным фактом является то, что преобладающее большинство произведений болгарской литературы Симеонова времени сохранилось вне Болгарии. Исключительная заслуга сохранения в своих недрах этих, единственных в своем роде, исторических ценностей принадлежит русскому народу[1].

Таким образом, русская церковно-историческая наука, в силу сложившихся обстоятельств, призвана к освоению тех ценностей, которые сохранены в дошедших до нашего времени текстах, повествующих на славянском языке о том, что было записано в древнейшую эпоху христианства, то есть в то время, которое стоит ближе всего к истокам нашей веры.

II^

Сохранившиеся до наших дней памятники древней христианской литературы, как известно, имеют особую ценность по той причине, что в них мы находим то, чем жила и дышала Церковь на заре своей истории. К числу наиболее драгоценных сокровищ христианской письменности откосятся те произведения, в которых различными авторами записывалось все, соблюдавшееся в памяти первых христиан путем устной передачи в форме Священного Предания[2]. Именно путем этого общецерковного Предания хранились аграфы, то есть слова и изречения Спасителя нашего, не вошедшие в текст наших канонических евангелий (άγραφα / λόγία / Κυριακά). Над собиранием и изучением таких аграфов трудились первоклассные специалисты[3]. Обнаружение и установление большей или меньшей достоверности изречений, так сказать, «претендующих» на включение в состав надежно засвидетельствованных аграфов, — серьезное и весьма ответственное дело. Источники, сохраняющие эти изречения, отличаются исключительным разнообразием: сюда относятся и канонические книги Нового Завета (кроме Евангелий), и апокрифическая литература, творения Отцов Церкви и церковных писателей, древние литургические тексты и надписи на камне. Известны аграфы на греческом и латинском языках, на сирийском, на коптском и арабском языке. Местностями, в которых удавалось открыть аграфы, являются преимущественно страны, входившие в состав Римской империи или, во всяком случае, испытавшие на себе более или менее сильное воздействие грекоримской культуры. Крайними точками, ограничивающими местонахождение известных в настоящее время аграфов, считаются Британия, Южный Египет и Индия. Содержание надежно засвидетельствованных аграфов может оцениваться по-разному. Но не подлежит сомнению та исключительно важная роль, которая принадлежит этим изречениям, как свидетелям жившего в Церкви Священного Предания.

Вопрос об аграфах, сохранившихся в славянском тексте, возникает в связи с изучением литературного наследства св. священномученика Мефодия (311 г.), которого принято было прежде называть Патарским. (Исследования, произведенные проф. Т. Цаном и проф. Н. Г. Бонвечем, утвердили за св. Мефодием титул «Олимпский»; славянские рукописи именуют его епископом Филиппским[4]. Творения св. Мефодия сохранились частично на греческом языке, частично — в древнем славянском переводе. Этот древний славянский перевод многократно переписывался и известен в настоящее время в ряде списков XVI и XVII столетий, хранящихся в библиотеках Москвы и Ленинграда[5]. Кроме полных списков, воспроизводящих содержание сохранившихся творений св. Мефодия, известны рукописи с фрагментами этих творений. Творения св. Мефодия неоднократно издавались, но до настоящего времени не имеется печатного издания славянского текста его трактатов. Наилучшим и наиболее полным изданием является труд проф. Н. Г. Бонвеча «Мефодий», появившийся в Лейпциге в 1917 году в серии «Oriechische Christliche Schriftsteller der ersten drei Jahrhunderte» (27 том). Греческий текст дан здесь в подлиннике, славянский — в переводе на немецкий язык[6].

Изучение духовного наследства св. Мефодия вызвало к жизни целую литературу на разных языках. До 1891 года (до первого издания, ознакомившего исследователей с славянским текстом творений св. епископа) изучение трудов св. Мефодия протекало без учета славянских текстов. Эти ранние исследования имеют большую ценность, но не охватывают всего многообразия материала. С 1891 года в круг вопросов, интересующих исследователей, вступили темы, связанные с опубликованием немецкого перевода славянских рукописей творений св. Мефодия. Проф. Н. Г. Бонвечем и другими авторами[7] произведено критическое исследование текстов, установлены источники богословия и философии св. Мефодия, изучены его догматика и этика, рассмотрен вопрос о значении трудов этого богослова, замыкающего своими творениями (хронологически) доникейскую эпоху развития богословских наук. На основании этих исследований можно утверждать, что богословие св. Мефодия, словно в фокусе, сосредоточило в себе итоги развития доникейской богословской мысли, опиравшейся на церковную традицию, и оказало значительное влияние на дальнейшее развитие православного богословия (особенно в области выработки системы аскетизма).

III^

Вопрос о церковных и внецерковных источниках богословия св. Мефодия ставился неоднократно и получил почти всестороннее освещение. К числу церковных источников, кроме книг Священного Писания, принадлежат использованные св. епископом творения различных авторов предшествовавшей эпохи: здесь встречаются имена древнейших христианских писателей — апологетов, антигностиков, представителей Александрийской, Малоазийской и Северо-Африканской богословских школ.

Проблема использования св. Мефодием той части Священного Предания, которую принято в науке обозначать термином άγραφα, до настоящего времени не ставилась. Между тем для постановки этой проблемы имеются достаточные основания.

В трактате «О различении яств» (у Г. Н. Бонвеча «De cibis») II, 2 (л. 169 об. в рукописи Q—1—265 Государственной Публичной Библиотеки в Ленинграде) имеются следующие слова: «…яко и святии они мужи искушаемыся аще крепе и мужескы стоим противу печялемь и да ведома будеть вера ны неискусный бо Богомь непотребен» (…мы подвергаемся искушениям подобно тем святым мужам, если крепко и мужественно противостоим скорбям; (это для того), чтобы вера наша была известна. А неискушенный непригоден для Бога).

Выделенные слова имеют аналогии в ряде произведений древнехристианской литературы:

Тертуллиан «О крещении» 20.

«…nam et praecesserat dictum: Neminem intentatum regna coelestia consecuturum» [«…Итак, превосходным является изречение: Никто неискушенный не наследует Небесного Царства»].

Латинская Дидаскалия (Издание Hauler XI, р. 17, 19).

«Dicit enim scriptura: Vir, qui non est temptatus, non est probatus a Deo» [«…Говорит Писание: Муж неискушенный, непригоден для Бога».] Греческая Дидаскалия (изд. Lagarde, р. 240) «λέγει γάρ ή ραφή. άνήρ άδóϰιμοζ; άπείραστος.» [«Говорит Писание: Муж неопытный непригоден».] Апостольские постановления П, 8 «λέγει γάρ ή γραφή ανήρ άδοχ’μος άπείραστος παρα τώ θεώ.» [«Говорит Писание: Муж неопытный непригоден для Бога».]

Кирилл Иерусалимский «5 Тайноводственное слово», «ϰαί πως εΐρηται άλλαχου άνήρ άπείραστος άδόϰιμοζ;».[«И так сказано в другом месте: «Муж не опытный непригоден».]

Нил Синайский «Перистерия» 4, 6. ούκ ηϰουσαν τής θείας λεγούσης φωνής άνήρ άπείραστος άδόϰίμος παρά τώ Θεώ.» [«Разве ты не слышал Божественный голос, говорящий: Муж неопытный для Бога непригоден?»]

Подобные выражения имеются также у Иоанна Златоуста (изд. Монфокона, II, 506), у Иоанна Кассиана («Собеседования» 9, 23) и у Иоанна Дамаскина («О вере» 2, 30).

Вышеприведенная цитата из трактата «О различении яств», сохранившегося только на славянском языке, дополняет серию ранее известных текстов голосом еще одного весьма авторитетного свидетеля — св. Мефодия[8].

IV^

В трактате «О прокажении» (у Бонвеча «De lepra», XV, 3—л. 200 об. в той же рукописи ГПБ) читаются такие слова: «Риза бо есть Господу Церковь от многыих събрана стран истъка ны да немощнеишии мы яко и уток болшими дрьжимся»… [Церковь есть риза Господня, собранная из многих народов; Он соткал нас так, чтобы мы — самые немощные — имели поддержку в сильнейших[9], как уток (в основе).]

В подчеркнутых словах звучит тот же мотив, который содержит в себе ранее известный аграф: «προέλεγε γάρ ήμΐν, óτι άσθενές διά του ίσχυρου αωτήσετα.» [«Было сказано нам ранее, что немощное спасется чрез сильное»][10].

В том же трактате «О прокажении» XVIII, I (рукопись, л. 204) имеется следующее выражение: «…ныне бо пияни есмы скорбьми мирьскыми и злобою всею и съшелюбы бохмо»… […мы теперь опьянены мирскими попечениями и всякими заботами и весьма любим лакомства…].

Здесь имеется (несколько менее ярко выраженное) сходство с словами, начертанными на папирусе, который содержит первую серию так назыв. λόγια Ίησου; третий λόγιον гласит следующее: «λέγει Ίησους εστιν έν μέσω του ϰόσμου ϰαί έν σαρϰί ωφϑην αύτοίς ϰάι ευρον πάντας μεϑυοντας, ϰαί ουδένα ευρον διψώντα έν αύτοΐς, ϰαί πονεΐ ή ψυχή Μου επί τοΐς ϋοΐς των άνϑρωπων οτι τυφλοί είσιν τή ϰαρδία αυτών ϰαί ου βλεπουσιν, πτωχοί ϰαί ούϰ οίδασίν τήν πτωχείαν αυτών». (Говорит Иисус: Я стоял среди мира, и во плоти был виден ими, и нашел, что все пьяны, и никого не нашел Я жаждущим среди них и скорбит душа Моя о сынах человеческих, ибо они слепы в сердце своем и не видят, нищи и не знают своей нищеты[11].

V^

Кроме указанных цитат, в трактате «О прокажении» X, 5[12] обращают на себя внимание такие слова: «Что же убо Господи Своим законуеши рабом рци и нам яко аще сътворите волю Отца Моего будете яко и светилници житиа суще исполнь вечнааго. Бдите же убо да мочни будете с Мною в пучину нетлениа внити тем съблюдаите свеща своя неугасны да в вечный внидете чертожьник». [Какой же закон даешь Ты, Господи, Твоим рабам. Скажи и нам: «Если вы исполните волю Отца Моего, то будете, как светильники, наполненные вечной жизнью. Бодрствуйте же, чтобы вам возможно было со Мною войти в пучину нетления. Поэтому сохраняйте свои светильники неугасающими, чтобы войти в чертог вечности»]. (Ср. Мф. 7, 21; 5, 16; 24, 42; 25, 1—13 и Лк. 12, 35). Выражение «скажи и нам» указывает на то, что последующие слова были уже кому-то сказаны. Ряд аграфов начинается именно такого рода оборотами речи.

Среди известных аграфов сравнительно близок к рассматриваемому текст, указанный Рэшем у Псевдо-Киприана в трактате «Об игроках» (глава 3) «…nolite exstinguere lumen, quod in vobis effulsit [«Не угашайте свет, который изливается в вас»][13].

Проф. Бонвеч (указ. соч., стр. 464—465) не отмечает, как и в вышеуказанных случаях, эти строки, как аграф[14]. Есть, однако, все основания считать, что здесь мы имеет дело с неучтенным ранее типичным аграфом, который заслуживает внимания и по своему содержанию и по авторитетности источника. Цитируемые строки, по существу, удовлетворяют основным требованиям, предъявляемым к аграфам, «претендующим» на включение в число наиболее надежно засвидетельствованных. Автор, сохранивший изречение, принадлежит к наиболее знаменитым писателям христианской древности; трактат «О прокажении», безусловно, подлинный: кроме славянского текста имеются греческие фрагменты, находящиеся в «Священных Параллелях» Иоанна Дамаскина[15].

Необходимо обратить внимание на следующее обстоятельство: непосредственно вслед за вышеприведенной цитатой из трактата «О прокажении» (X, 5) читается реплика одного из участников беседы, являющейся содержанием трактата. Эта реплика звучит так: «И я, когда слушаю о возвышенном, — возвышенными же я считаю слова Христовы, — весьма радуюсь, как бы оживляемый ими, почитаю их, как бы возводя взор к тому, что на небесах» («О прокажении» XI, I — рукопись ГПБ Q—1—265, лист 197). Как видно, здесь с подчеркнутой выразительностью говорится о том, что вышеприведенные строки должны рассматриваться, как изречение Спасителя; эти «возвышенные слова Христовы» по праву могут быть включены в число тех аграфов, которые известны исследователям из других источников.

Кроме свидетельства такого авторитетного автора, каким является св. Мефодий, в пользу «подлинности» данного аграфа говорит и его соответствие евангельскому духу чтения Христова и согласованность употребленных выражений с обычными евангельскими формулировками и оборотами речи.

VI^

Внимание исследователя привлекает к себе уже самая возможность найти новые «άγραφα» в славянских текстах и несомненное присутствие в этих текстах ранее засвидетельствованных аграфов. К этому следует добавить, что в данном случае (в творениях св. Мефодия) мы имеем дело с одним из древнейших памятников славянской письменности. Рукописи, содержащие в себе творения св. Мефодия (в том числе и рукопись Госуд. Публичной Библиотеки в Ленинграде Q—1—265, по которой цитировались вышеприведенные отрывки), известны, правда, в списках XVI и XVII вв.[16]  Однако, исследованиями опытных палеографов установлено, что эти рукописи скопированы с перевода, сделанного в Болгарии еще в X веке[17].

Таким образом, текст, в котором находятся аграфы, сохранившиеся на славянском языке, приближается, по своей древности, к «золотому веку» болгарской литературы, к эпохе царя Симеона, к тому времени, когда жили и писали такие корифеи древней славянской письменности, как ученик Святых Седмочисленников епископ Константин, пресвитер Григорий, пресвитер Иоанн Экзарх, Черноризец Храбр и анонимные авторы и переводчики, составившие своими трудами эпоху в первоначальном развитии древней славянской письменности, которая расцвела в Болгарии, а затем сыграла огромную роль в деле культурного развития Киевской Руси и всего русского народа.

 

1. Н. С. Державин, История Болгарии, т. I, М.—Л., 1945, стр. 229—245; т II, М.—Л., 1946, стр. 89—90.
2. А. И. Сагарда, Место устной традиции в истории развития древнецерковной мысли — «Журнал Московской Патриархии» 1949, № 1 и 2.
3. A. Resch, Agrapha, Leipzig. 1906. I. H. Ropes, Die Sprüche Jesu. Leipzig, 1896. B. Pick, Paralipomena: Remains of Gospels and Sayings of Chirst. Chicago, 1908.
4. «Филиппским» епископом считает св. Мефодия проф. Ф. Дикамп.
5. Москва. Рукописное отделение Государственного Исторического Музея — пять рукописей. Отдел рукописей Библиотеки имени В. И. Ленина — три рукописи. Ленинград. Отдел рукописей Библиотеки Академии Наук СССР — одна рукопись. Отдел рукописей Государственной Публичной Библиотеки — одна рукопись. Рукопись Государственной Публичной Библиотеки Q—I—265 (XV век) является наиболее ценной.
6. Первое, менее совершенное, издание было выпущено тем же проф. Н. Г. Бонвечем в Лейпциге в 1891 году.
7. К числу патрологов старшего поколения, посвятивших свои исследования св. Мефодию, относятся Меурсий, Комбефиз, Л. Алляций, Поссин, Валезий, Галланди, А. Маи, А. Ян, Г. Фритчель, кардинал Питра. В новейшее время наиболее важные исследования, кроме Н. Г. Бонвеча, выполнили Т. Цан, А. Гарнак, К. Холл и Ф. Дикамп в Германии, Ж. Фарж и А. Вайян во Франции, К. Люндберг и Ф. Бустрэм в Швеции, А. Биамонти в Италии. На русском языке нет монографий, посвященных творениям св. Мефодия, изданных типографским способом. Существует лишь перевод греческих текстов, выполненный проф. Е. Ловягиным, и ряд высказываний отдельных патрологов в их исследованиях на смежные темы, а также ряд журнальных статей.
8. Ср. A. Resch, «Agrapha», Lpz., 1906, ss. 130—132 и N. G. Bonwetsch, «Methodius», Lpz., 1917, s. 428. Ни Рэш, ни Бонвеч не отмечают указанные слова св. Мефодия, как аграф.
9. «Болшии» переведено «сильнейшие» на основании ряда аналогий; см. И. И. Срезневский, Материалы для словаря древне-русского языка, т. I, СПБ, 1893.
10. Находится в родственном Дидаскалии и Апостольским Церковным постановлениям памятнике «Суд Петра», гл. 26. Ср. A. Resch, указ. соч. стр. 104—105 и N. C. Bonwetcsh, указ. соч. стр. 470. Аграф в славянской форме не отмечен ни у Рэша, ни у Бонвеча.
11. A. Resch, указ. соч., стр. 68—69; N. G. Bonwetsch, указ. соч., стр. 473, не отмечает этих слов, как аграф.
12. Рукопись ГПБ, л. 197.
13. A. Resch, указ. соч., стр. 134—135.
14. Указаны лишь аналогии из другого произведения того же автора «Пир десяти дев» V, 2 и VI, 4, а также в «Учении 12 апостолов» XVI, 1. В «Пире» имеются и другие параллели, неучтенные проф. Бонвечем, — VI, 5 и VIII, 12, а также гимн Феклы в конце «Пира».
15. (K. Holl, «Fragmente vornicänischer Kirchenväter aus den Sacra Parallela», Leipzig, 1899).
16. В Румынии, повидимому, хранится рукопись, содержащая часть творений св. Мефодия, написанная в XIII веке: см. А. И. Яцимирский, «Славянские и русские рукописи румынских библиотек», СПБ, 1905.
17. Горский и Невоструев, «Описание славянских рукописей Московской Синодальной Библиотеки», М., 1859. Ср. Н. Г. Бонвеч, указ. сочинение, а также A. Vaillant, «Methode d’Olympe» — Patrologia Orientalis, XXII. 1930.

Журнал Московской Патриархии

Рейтинг@Mail.ru