Апостол Павел о власти

проф. А.С. Дес­ниц­кий

Все пре­красно знают, что гово­рил апо­стол Павел об отно­ше­нии к госу­дар­ствен­ной власти (тогда совер­шенно язы­че­ской): в 13‑й главе Посла­ния к Рим­ля­нам он декла­ри­рует прин­цип полной и без­услов­ной лояль­но­сти. «Всякая душа да под­чи­ня­ется суще­ству­ю­щим вла­стям. Не бывает власти, кроме как от Бога (οὐ γὰρ ἔστιν ἐξουσία εἰ μὴ ὑπὸ θεοῦ): суще­ству­ю­щие власти Богом уста­нов­лены, и кто про­ти­вится власти, тот против уста­нов­лен­ного Богом порядка, а тако­вые навле­кают на себя осуж­де­ние. Началь­ники (ἄρκοντες) страшны тем, кто творит не добрые, а дурные дела. Хочешь не стра­шиться власти? Твори добро, и полу­чишь от нее похвалу, ведь она  — слу­жи­тель Бога слуга (θεοῦ γὰρ διάκονός ἐστιν) тебе на благо. А если тво­ришь зло — бойся, не зря она как слу­жи­тель Бога носит меч и карает тех, кто творит зло. Так что ей необ­хо­димо под­чи­няться, и не только из страха кары, но и по сове­сти. Потому вы и подати пла­тите, что те, кто этим заняты, содей­ствуют Богу (λειτουρ γοὶ θεοῦ εἰσιν) (Рим. 13:1-6, пере­вод мой).

Но тут речь идет не о власти как струк­туре или прин­ципе (это скорее пере­да­ва­лось бы словом ἀρχή), а ἐξουσία — по сути, пол­но­мо­чие что-то совер­шать, и оно не то чтобы «исхо­дит от Бога», оно, по сути, Богом дано: пред­лог шгб с роди­тель­ным паде­жом ука­зы­вает на имя дея­теля при пас­сив­ной кон­струк­ции. Перед нами не столько апо­ло­гия власти как тако­вой, сколько бого­слов­ское утвер­жде­ние: если кому-то даны некие пол­но­мо­чия и воз­мож­но­сти, то они даны Богом, и ответ­ствен­ность чело­век несет прежде всего перед Ним.

Далее в тексте упо­мя­нуты и началь­ники (ἄρχοντες) как Божьи слу­жи­тели — В НЗ греч. λειτουργός прак­ти­че­ски всегда упо­треб­ля­ется в сакраль­ном кон­тек­сте (ср. Рим. 15:16), в смысле слу­же­ния Богу. Воз­можно, в свете ска­зан­ного выше, Павел имеет в виду, что земные власти, пусть даже неосо­знанно, служат ору­ди­ями в руках Бога. При этом пре­сло­ву­тая «власть» может высту­пать и как потен­ци­аль­ная угроза, ведь в том же Посла­нии мы читаем: «Я убеж­ден, что ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни началь­ства (ἀργαί), ни насто­я­щее, ни буду­щее, и ника­кие силы в выси или в глуби, и ничто другое из сотво­рен­ного не сможет нас раз­лу­чить с любо­вью Божьей во Христе Иисусе, Гос­поде нашем» (Рим.8:38-39). Но если не могут — значит пыта­ются. Экзе­геты спорят, име­ются ли тут в виду некие духов­ные силы или земные инстан­ции, а может быть, и то и другое, но в любом случае от абсо­лю­ти­за­ции власти как тако­вой этот пассаж очень далек.

А в целом в 13‑й главе Рим­ля­нам перед нами некая иде­аль­ная кар­тинка с прак­ти­че­ским нрав­ствен­ным выво­дом: поря­доч­ное пове­де­ние должно при­во­дить к гар­мо­нии в отно­ше­ниях с зем­ными вла­стями, а зло­де­я­ние ведет к нака­за­нию. При этом Павел ука­зы­вает, что власть началь­ству­ю­щим дана от Бога и чело­век полу­чает похвалу или нака­за­ние как бы от самого Бога, дей­ству­ю­щего через них. Добавлю, что это Посла­ние было направ­лено в сто­лицу импе­рии, и шансы, что оно будет про­чи­тано при импе­ра­тор­ском дворе, были доста­точно велики. Вполне есте­ственно было выра­зить в письме мак­си­маль­ную лояль­ность к импе­ра­тор­ской власти — хри­сти­ане не гото­вят ника­кого госу­дар­ствен­ного пере­во­рота.

К любой ли власти это отно­сится? Долгое время было при­нято думать, что да. Но после Тре­тьего рейха с его «немец­ким хри­сти­ан­ством», вполне лояль­ным к фюреру, так уже не ска­жешь… А ведь уже в древ­но­сти эти слова так про­ком­мен­ти­ро­вал Иоанн Зла­то­уст (всту­пав­ший в острый кон­фликт с соб­ствен­ным импе­ра­то­ром): «Неужели всякий началь­ник постав­лен от Бога? Не то говорю я, отве­чает апо­стол. У меня теперь идет речь не о каждом началь­нике в отдель­но­сти, но о самой власти. Суще­ство­ва­ние вла­стей, при чем одни началь­ствуют, а другие под­чи­ня­ются, и то обсто­я­тель­ство, что все про­ис­хо­дит не слу­чайно и про­из­вольно, так чтобы народы носи­лись туда и сюда, подобно волнам, — всё это я назы­ваю делом Божьей Пре­муд­ро­сти».

Но Павел писал о таких вещах не только рим­ля­нам. Об отно­ше­нии внутри обще­ства и о вза­и­мо­дей­ствии с вла­стями гово­рит не в мень­шей мере и другое посла­ние — 1 Корин­фя­нам. Павел гово­рит там о вос­ста­нов­ле­нии спра­вед­ли­во­сти, когда уни­жен­ные и оскорб­лен­ные хри­сти­ане вос­тор­же­ствуют над теми, кто распял Иисуса и угне­тает их ныне. Разу­ме­ется, Павел не при­зы­вает к рево­лю­ции и ожи­дает, что эта пере­мена совер­шится по дей­ствию Бога, но тогда лояль­ность суще­ству­ю­щей власти обре­тает совсем другой смысл, это скорее призыв потер­петь и вос­при­ни­мать ее как еще один инстру­мент в руках Бога, осу­ществ­ля­ю­щего Свой таин­ствен­ный замы­сел.

Вот лишь несколько отрыв­ков: «Муд­рость мы воз­ве­щаем среди совер­шен­ных, но эта муд­рость — не та, кото­рая в нынеш­нем веке, у пра­ви­те­лей нынеш­него века, ведь их скоро не станет. Мы воз­ве­щаем муд­рость Божью, сокры­тую в тайне. Бог прежде всех веков опре­де­лил ее к нашей славе, и никто из пра­ви­те­лей нынеш­него века этого не познал, а если бы они познали, то не рас­пяли бы Гос­пода Славы» (1Кор.2:6-8). Итак, именно Иисус Хри­стос есть под­лин­ный Гос­подь., а ведь это офи­ци­аль­ный титул рим­ского импе­ра­тора (греч. κὐριος, лат. dominus). А нынеш­ние пра­ви­тели объ­яв­лены вре­мен­ными, и то, что они счи­тают муд­ро­стью, на самом деле тако­вой не явля­ется.

Соот­вет­ственно, когда она будет достиг­нута, всё поме­ня­ется местами, и те, кто сего­дня под­ле­жит суду рим­ских вла­стей, сам примет на себя роль судьи. Раз­би­рая част­ный вопрос (можно ли хри­сти­а­нину пода­вать в язы­че­ский суд на дру­гого хри­сти­а­нина?), Павел пишет весьма энер­гично: «И если кто из вас что имеет против дру­гого, как смеет он выно­сить дело на суд нече­сти­вых, а не святых? Разве не знаете, что святым над­ле­жит судить весь мир? А если вам под­су­ден весь мир, неужели вы недо­стойны быть судьями в мелких делах? Разве не знаете, что мы будем судить и анге­лов — что и гово­рить о житей­ском!» (1Кор.6:1-3).

То есть, по сути, в новой реаль­но­сти теми самыми инстру­мен­тами Божьей власти станут веру­ю­щие. И все это про­изой­дет потому, что, как ска­зано в (1Кор15:24-25), «Он пере­даст цар­ство Богу и Отцу, упразд­нив всякое началь­ство, и власть, и силу. Ему пред­стоит цар­ство­вать, доколе не поверг­нет врагов к ногам Своим». Разу­ме­ется, здесь тоже может идти речь о враж­деб­ных Богу духов­ных силах, среди кото­рых тоже может суще­ство­вать своя иерар­хия. Но вместе с тем также и о земных вла­стях, кото­рые в конце времен должны при­знать власть Божью.

Еще яснее выра­жа­ется Павел в Посла­нии Филип­пий­цам, напи­сан­ном, по всей види­мо­сти, в заклю­че­нии, в ожи­да­нии суда у рим­ского импе­ра­тора — воз­можно даже, в самом Риме. Вот что Павел пишет здесь о Христе: «Потому Бог воз­вы­сил Его и даро­вал Ему имя пре­выше всех прочих имен, чтобы перед именем Иисуса пре­кло­ни­лось всякое колено на небе­сах, на земле и в пре­ис­под­ней, чтобы всякий язык испо­ве­до­вал Иисуса Христа Гос­по­дом (κὐριος) во славу Бога Отца» (Флп.2:9-11). Таким обра­зом, под­лин­ным Царем и насто­я­щим Гос­по­дом Павел счи­тает только Иисуса.

В (Флп.3:20) он гово­рит еще более откро­венно «А наше граж­дан­ство (πολίτευμα) При­над­ле­жит небе­сам, откуда мы ждем Спа­си­теля — Гос­пода Иисуса Христа». Слово πολίτευμα озна­чает не место житель­ства, скорее это и есть «госу­дар­ство» или «граж­дан­ство». По сути, это яркая декла­ра­ция лояль­но­сти только Христу. К тому же здесь упо­треб­лено не только слово κὐριος «Γос­подь», но еще и σωτήρ «Спа­си­тель» — оба слова еще в элли­ни­сти­че­скую эпоху вошли в титу­ла­туру монар­хов.

Как согла­со­вать это с Посла­нием к Рим­ля­нам? Ника­кого про­ти­во­ре­чия нет, если пом­нить, что выска­зы­ва­ния могли опи­сы­вать реаль­ность на разных уров­нях (эмпи­ри­че­ская дан­ность и под­лин­ная суть вещей) и к тому же быть обра­щены к разным ауди­то­риям. С одной сто­роны, Павел при­зы­вает ува­жать суще­ству­ю­щий поря­док вещей и под­чи­няться тре­бо­ва­ниям вла­стей, кото­рые его под­дер­жи­вают, к тому же в этой части он мог заве­рять импер­ские власти в лояль­но­сти хри­стиан и осту­жать слиш­ком горя­чие головы, стре­мя­щи­еся к бунту (это, разу­ме­ется, лишь пред­по­ло­же­ние). С другой, он напо­ми­нает о том, что чело­ве­че­ские власти — лишь инстру­мент в руках Бога, с Кото­рым одним хри­сти­ане и выстра­и­вают свои отно­ше­ния в полной уве­рен­но­сти, что послед­нее слово всегда оста­ется за Ним и одна­жды Его после­до­ва­тели будут судить весь мир.

Как это могло выгля­деть на прак­тике, нам пока­зы­вает Посла­ние к Фили­мону. На первый взгляд вообще кажется уди­ви­тель­ным, что первые хри­сти­ане вклю­чили этот текст в канон своего Свя­щен­ного Писа­ния. Это част­ное письмо по одному кон­крет­ному поводу: Павел в заклю­че­нии встре­тил бег­лого раба по имени Онисим и обра­тил его в хри­сти­ан­ство. Преж­ний хозяин Они­сима, Фили­мон, тоже был хри­сти­а­ни­ном и уче­ни­ком Павла. И вот теперь Павел отправ­ляет Они­сима к Фили­мону (с точки зрения рим­ского права — воз­вра­щает тому похи­щен­ную у него соб­ствен­ность) вместе со своим реко­мен­да­тель­ным пись­мом.

Есте­ственно, Фили­мон имеет полное право сурово нака­зать Они­сима, но Павел уго­ва­ри­вает его не поль­зо­ваться этим правом. Он пишет (Флм.1:8-12): «Хотя во Христе я бы с полным осно­ва­нием дерзал ука­зать тебе на твой долг, лучше с любо­вью тебя попрошу. Да, я, Павел, послан­ник, а теперь и узник Христа Иисуса, прошу тебя за сына, кото­рого я родил в заклю­че­нии — за Они­сима. Пусть прежде он для тебя был негод­ным, но теперь при­го­дится и тебе, и мне. Посы­лаю его к тебе как свое сердце!»

То есть Павел дей­ствует цели­ком и пол­но­стью в рамках рим­ских зако­нов, не при­зы­вая ни к вос­ста­нию, ни к отмене раб­ства, ни к чему подоб­ному. Он пре­дельно лоялен, но эта лояль­ность внеш­няя, она, по сути, сво­дится к отказу от попы­ток бунта и мятежа. И в то же время в той новой реаль­но­сти, кото­рая начала суще­ство­вать внутри хри­сти­ан­ской общины, нет ни беглых, ни каких иных рабов, а только близ­кие отно­ше­ния между чле­нами общей семьи.

Пока­за­тельно, что себе Павел при­сва­и­вает пара­док­саль­ный титул «ста­рей­шины и заклю­чен­ного», соче­тая самое почет­ное наиме­но­ва­ние с самым пре­зрен­ным. В этой новой реаль­но­сти послед­ние ста­но­вятся пер­выми, нынеш­нее поло­же­ние дел пред­став­ля­ется вре­мен­ным, а лояль­ность суще­ству­ю­щей власти — необ­хо­ди­мое усло­вие, чтобы пере­жить это не слиш­ком бла­го­при­ят­ное время.

Вопрос не в том быть ли хри­сти­а­нину лояль­ным своему госу­дар­ству — разу­ме­ется, быть (пока это госу­дар­ство откро­венно и без­за­стен­чиво не попи­рает Божьих запо­ве­дей, как Третий рейх). А вот вопрос о том, какое место зани­мает эта лояль­ность в иерар­хии хри­сти­ан­ских цен­но­стей, актуа­лен и сего­дня…

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки