Херувимы

Херуви́мы — 1) ангель­ский чин (сте­пень ангель­ской иерар­хии), при­над­ле­жа­щий к триаде высших ангель­ских чинов (в свя­то­оте­че­ской лите­ра­туре нередко пере­чис­ля­ется после чина сера­фи­мов, но иногда, в перечне ангель­ских сте­пе­ней, ста­вится не на второй, а на первой пози­ции); 2) ангелы, пред­ста­ви­тели этого чина.

Согласно тол­ко­ва­нию «Дио­ни­сия Аре­о­па­гита», назва­ние «херу­вимы» «озна­чает их силу – знать и созер­цать Бога, спо­соб­ность при­ни­мать высший свет и созер­цать Боже­ствен­ное бла­го­ле­пие при самом первом его про­яв­ле­нии, мудрое их искус­ство – пре­по­да­вать и сооб­щать обильно другим даро­ван­ную им самим муд­рость»1. Между тем известны и другие тол­ко­ва­ния этого име­но­ва­ния. Есть пред­по­ло­же­ние, что еврей­ское слово «керу­бим» в форме мно­же­ствен­ного числа может быть свя­зано с аккад­ским гла­го­лом в зна­че­нии «бла­го­слов­лять, хва­лить, молиться».

Херу­вимы в Ветхом Завете

В Библии херу­вимы неод­но­кратно пред­стают в виде анге­лов, на кото­рых вос­се­дает Бог (1Цар.4:4; 2Цар.6:2; 4Цар.19:15; 1Пар.13:6; 2Цар.22:11 и Пс.17:11). С одной сто­роны, когда речь идет о ков­чеге Завета, это ука­зы­вает на ковчег, как на место осо­бого Божьего при­сут­ствия, с другой, в более широ­ком кон­тек­сте, на особую духовно-бла­го­дат­ную бли­зость херу­ви­мов к Богу.

В сюжете о гре­хо­па­де­нии Адама и Евы гово­рится о том, что после изгна­ния первых людей из рая херу­виму было пору­чено охра­нять путь к дереву жизни в рай­ском саду: «И изгнал Адама, и поста­вил на востоке у сада Едем­ского Херу­вима и пла­мен­ный меч обра­ща­ю­щийся, чтобы охра­нять путь к дереву жизни» (Быт.3:24).

В биб­лей­ских текстах херу­вимы часто бывают пред­став­лены в виде раз­лич­ных сим­во­ли­че­ских обра­зов: известны образы херу­ви­мов, выре­зан­ные из мас­лич­ного дерева и позо­ло­чен­ные или в виде рельеф­ной резьбы, а также литые из золота и выши­тые в тка­не­вой атри­бу­тике скинии и Святая Святых (3Цар.6:23–29; 2Пар.3:7; 2Пар.3:10–13).

Биб­лей­ская сим­во­лика пред­став­ляет их кры­ла­тыми, что, с одной сто­роны, ука­зы­вает на их при­над­леж­ность к небу, а с другой – на их спо­соб­ность к быст­рому пере­ме­ще­нию. Опи­са­ния их лиц весьма раз­ли­ча­ются: у херу­ви­мов ков­чега Завета есть только одно лицо; херу­вимы в храме Иезе­ки­иля дву­лики (Иез.41:18), а те, что опи­саны в его виде­нии, обла­дают четырьмя лицами (Иез.1:4–28). Их крылья были рас­про­стер­тыми и под­дер­жи­вали свод, над кото­рым в вели­ко­ле­пии вос­се­дал Бог. Когда они дви­га­лись, их крылья изда­вали шум.

Внеш­ний вид херу­ви­мов, пред­став­лен­ный в раз­лич­ных книгах Библии, сим­во­ли­че­ски ука­зы­вает на неко­то­рые их осо­бен­но­сти и каче­ства. Не сле­дует пони­мать бук­вально, что такого рода внеш­ние опи­са­ния харак­те­ри­зуют их про­стран­ствен­ную форму. В сочи­не­нии «О небес­ной иерар­хии», автор­ство кото­рого при­пи­сы­ва­ется Дио­ни­сию Аре­о­па­гиту, гово­рится о том, что опи­са­ние изоб­ра­же­ний «нужно для того, чтобы мы не пред­став­ляли грубо, подобно невеж­дам, небес­ных и Бого­по­доб­ных умных сил, име­ю­щими много ног и лиц, нося­щими скот­ский образ волов или зве­ри­ный вид львов, с изо­гну­тым клювом орлов, или с пти­чьими перьями; равно не вооб­ра­жали бы и того, будто на небе нахо­дятся огне­вид­ные колес­ницы, веще­ствен­ные троны, нужные для воз­се­да­ния на них Боже­ства, мно­го­цвет­ные кони, вое­на­чаль­ники, воору­жен­ные копьями, и многое тому подоб­ное, пока­зан­ное нам Св. Писа­нием под мно­го­раз­лич­ными таин­ствен­ными сим­во­лами (Иез.1:7; Дан.7:9; Зах.1:8; 2Мак.3:252.

Херу­вимы в хри­сти­ан­ской пись­мен­но­сти

В связи с тем, что опи­са­ния херу­ви­мов в Библии раз­но­об­разны, в свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции воз­никло мно­же­ство спо­со­бов для тол­ко­ва­ния их обра­зов. Как пра­вило, авторы схо­ди­лись во мнении, что каждый эле­мент внеш­него вида дан­ного ангель­ского чина пред­став­ляет собой символ, однако интер­пре­та­ции их зна­че­ний часто отли­ча­лись. Многое зави­село от кон­тек­ста, в кото­ром херу­вимы были упо­мя­нуты в Писа­нии.

В сочи­не­нии «О небес­ной иерар­хии» херу­вимы сле­дуют после сера­фи­мов и отно­сятся ко вто­рому чину первой триады ангель­ских сил. Их основ­ное свой­ство – «знать и созер­цать Бога, спо­соб­ность при­ни­мать высший свет и созер­цать Боже­ствен­ное бла­го­ле­пие при самом первом его про­яв­ле­нии, мудрое их искус­ство – пре­по­да­вать и сооб­щать обильно другим даро­ван­ную им самим муд­рость»3.

Кли­мент Алек­сан­дрий­ский пола­гает, что уста­нов­лен­ные на ков­чеге Завета фигуры херу­ви­мов пред­став­ляют собой лишь сим­во­ли­че­ское изоб­ра­же­ние и не явля­ются вос­про­из­ве­де­нием их реаль­ного облика. Свою пози­цию он аргу­мен­ти­рует запре­том Бога на изоб­ра­же­ние святых пред­ме­тов (сле­до­ва­тельно, и херу­ви­мов) и невоз­мож­но­стью для вос­при­я­тия чело­ве­ком небес­ных существ. Кли­мент дает сле­ду­ю­щее объ­яс­не­ние облику литых из золота фигур: «Имя Херу­вима озна­чает “вели­кое знание”. Вместе они имели две­на­дцать кры­льев, как ука­за­ние на чув­ствен­ный мир, две­на­дцать знаков Зоди­ака и опре­де­ля­е­мый ими ход вре­мени. …изоб­ра­же­ние херу­ви­мов имеет сим­во­ли­че­ское зна­че­ние: лицо явля­ется сим­во­лом души, крылья – слу­же­ния и дей­ствия воз­вы­ша­ю­щихся слева и справа сил, а уста – гимн славе в непре­стан­ном созер­ца­нии» (кн. 5, VI. 35. 6–7; 36. 3–4)4.

В воору­жен­ном пла­мен­ным мечом страже Едем­ского сада, постав­лен­ного после изгна­ния первых людей, Бла­жен­ный Авгу­стин видел вре­мен­ную кару. По его мнению, меч назы­ва­ется пла­мен­ным потому, что «всякое стра­да­ние словно жжет». При этом глав­ная цель пла­мени не истреб­ле­ние, а очи­ще­ние5. Иоанн Зла­то­уст же напро­тив, вос­при­ни­мал этот образ как знак того, что после нару­ше­ния запо­веди вход в рай для чело­века стал недо­сти­жи­мым. В «Бесе­дах на книгу Бытия» он пишет о том, что эпитет ангель­скому оружию «обра­ща­е­мое» был дан Мои­сеем, чтобы пока­зать, как заграж­дало оно все воз­мож­ные пути и «непре­станно вызы­вало страх и вос­по­ми­на­ние»6. Исходя из пони­ма­ния имени херу­ви­мов как «вели­кое знание», Иоанн Зла­то­уст в беседе «О тво­ре­нии мира» даёт объ­яс­не­ние образу херу­ви­мов как пре­муд­ро­сти, «на кото­рой Он (Бог) почи­вает». Там же он даёт объ­яс­не­ние нали­чию мно­же­ства глаз на всех частях их тела: «пре­муд­рость смот­рит всюду, имеет повсюду отвер­стое око»7. В слове «Против ано­меев» он выска­зы­вает мнение, что «херу­вимы служат Богу пре­сто­лами; это ска­зано о херу­ви­мах не потому, чтобы Бог нуж­дался в пре­столе, а чтобы отсюда ты ура­зу­мел досто­ин­ство этих сил»8.

Пре­по­доб­ный Ефрем Сирин истол­ко­вал образ четы­рёх зверей из виде­ния Про­рока Иезе­ки­иля как херу­ви­мов. Он считал, что херу­вимы были пред­став­лены в виде льва, тельца и орла по при­чине вос­при­я­тия людьми этих живот­ных как наи­бо­лее бла­го­род­ных и силь­ных. В лице льва он видел ука­за­ние на «царей и князей века сего, кото­рые вос­при­и­мут на себя иго Церкви, изоб­ра­жа­е­мой под видом колес­ницы, или поко­рятся Еван­ге­лию». В лице орла содер­жится ука­за­ние на при­ше­ствие Мессии свыше. Все вместе они ука­зы­вали на мно­же­ство разных наро­дов, кото­рые в буду­щем примут Еван­ге­лие9.


При­ме­ча­ния:

1 Дио­ни­сий Аре­о­па­гит. Глава VII. О Сера­фи­мах, Херу­ви­мах и Пре­сто­лах, и о первой их Иерар­хии / О небес­ной иерар­хии.

2 Дио­ни­сий Аре­о­па­гит. Глава II. О том, что Боже­ствен­ные и небес­ные пред­меты при­лично изоб­ра­жа­ются под сим­во­лами, даже с ними и несход­ными изоб­ра­же­ния для опи­са­ния, умных Сил, не име­ю­щих образа, имея в виду, как выше ска­зано, наш разум, забо­тясь о свой­ствен­ной и ему срод­ной спо­соб­но­сти воз­вы­шаться от доль­него к гор­нему, и при­спо­соб­ляя к его поня­тиям свои таин­ствен­ные свя­щен­ные изоб­ра­же­ния. / О небес­ной иерар­хии.

3 Дио­ни­сий Аре­о­па­гит. Глава VII. О Сера­фи­мах, Херу­ви­мах и Пре­сто­лах, и о первой их Иерар­хии / О небес­ной иерар­хии.

4 Пре­сви­тер Кли­мент Алек­сан­дрий­ский. Стро­маты.

5 Биб­лей­ские ком­мен­та­рии отцов Церкви и других авто­ров IVIII веков. Ветхий Завет. Тверь, 2004. Т. 1. С. 123.

6 Cвя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст. Беседа XVIII / Беседы на книгу Бытия. 

7 Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст.  Его же беседа о втором дне тво­ре­ния. А также против ска­зав­шего, что нам, хри­сти­а­нам, не сле­дует гово­рить при освя­ще­нии: «Гос­подь Саваоф» / О тво­ре­нии мира.

8 Cвя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст. Слово третье. / Против ано­меев. 

9 Препо­доб­ный Ефрем Сирин. Глава 1 / Книга про­рока Иезе­ки­иля.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки