- От гравюры к иконе
- «Народная икона» от производителей гуталиновой упаковки
- Иконы советского времени: из подручных материалов
- От карманного образка до иконостаса
- Китайская икона – святыня или нет?
На протяжении двухтысячелетней истории искусства иконописи появлялись и исчезали разные манеры и стили письма, появлялись новые праздники и святые, а в их честь создавались иконы. Параллельно с традиционным иконописанием уже почти 200 лет развивается промышленное производство печатных икон, которые сегодня украшают дома и даже храмы. Как и почему они появились и как относиться к образам, созданным не рукой иконописца, а на печатных станках? Есть ли разница, перед каким образом молиться, если все равно при молитве мы обращаемся к святому первообразу?
От гравюры к иконе
С появлением в Европе гравюр связано проникновение на Русь печатных изображений религиозного содержания: в XVI веке листы с библейскими сюжетами привозили из Ливонии. Нетрадиционная для православной иконографии манера производила большое впечатление и оказала определенное влияние на древние иконописные традиции, что тревожило представителей Церкви. В 1690 году патриарх Иоаким (Савелов) в Духовном завещании заповедал писать на досках по древним переводам с греческих изображений, а с латинских и немецких «соблазных изображений не писати, ибо и Пресвятую Богородицу … еретики пишут непокровену главу и власы украшенну, и многих святых жен непокровенными главами, мужей своестранными обычаи». Патриарх призывал, «чтоб на бумажных листах икон святых не печатали и немецких еретических не покупали и в рядах и по крестцам не продавали»; а если сему кто учинится преслушен и начнет ради корысти своей такими листами впредь торговать и развращенно неправо печатать, тому быть от великих государей в жестоком наказании», а иконы «неправо писанные – тыя вон износити».
«Народная икона» от производителей гуталиновой упаковки
Настоящее распространение печатной иконы началось с 1830-40-х годов, с появлением технологий хромолитографии. Иконы того периода печатались в небольших мастерских и были невысокого качества. В 1880-е годы печать цветных икон стала массовой. Продукция одесской мастерской выходца из казаков Ефима Фесенко «Хромолитография и Типография» отличалась хорошей печатью и даже получила награду на Всемирной выставке в 1896 году в Италии. Поначалу появление печатной иконы было принято даже с воодушевлением: в иконописном деле наблюдался упадок, а образа промышленного производства могли вытеснить иконы низкого художественного уровня.
В 1890 гг. фабриканты Жако и Бонакер, выпускающие жестяные баночки для гуталина, наладили производство в Москве, где иконы печатали сразу на металлической фольге и крепили на деревянные доски. Такие образа было трудно отличить от писаных икон в дорогих окладах с эмалевым покрытием, они были устойчивее к воздействию влаги и не выгорали. И даже иконописные мастерские стали получать заказы на письмо икон «под Жако», которые по большей части изготовлялись в академической манере и по западным образцам.
Но уже в начале XX века против печатной иконы выступил Комитет попечительства о русской иконописи, требуя запретить промышленное производство. Членов Комитета волновал упадок традиционной иконописи: печатные иконы вытесняли писаные вручную дешевизной и доступностью, в то же время качество исполнения традиционных икон заметно снижалось. Руководители Комитета Шереметев и Кондаков лично посещали городские и монастырские мастерские и лавки и признали, что уровень некоторых мастеров можно назвать лишь «грубой мазней». Так, писаные иконы, выставленные в киевских лавках, не покупали, предпочитая им фабричные образки от Жако, которые на их фоне «выглядели шедеврами», по свидетельству членов Комитета попечительства о русской иконе. Но и от жестяных печатных икон они не были в восторге: «с особо неприятным чувством почти во всех видишь тот слащаво-прикрашенный вкус, который сложился в живописи конфетных коробок». Искусство иконописи переживало деградацию и утрату «личного религиозного чувства и благочестия», с болью писал управляющий Комитета, историк древнерусского и византийского искусства Н.П. Кондаков[1].
Причина инициативы запрета иконопечатания была скорее в качестве, а не в принципе воспроизведения изображения, ведь каноны не ограничивают технику создания святого образа: 7-й Вселенский Собор определяет святые иконы как «написанные красками и из дробных камений и из другого способного к тому вещества устрояемые». И поэтому, когда в конце концов стало ясно, что иконописные мастерские ни по качеству, ни по количеству не в состоянии удовлетворить растущий спрос, Комитет принял решение организовать собственное производство канонических печатных икон, но это так и не было реализовано.
Иконы советского времени: из подручных материалов
В послереволюционное время по понятным причинам иконы долгое время не печатали и практически не писали. Но чаще всего верующие Советского Союза молились перед иконами кустарного производства, в качестве основы которых использовались раскрашенные черно-белые фотографии канонических образов. Оклады и киоты делались из фольги – серебристой, которую использовали для упаковки чая и более качественной для упаковки бутылок с молоком и кефиром, а сам промысел и иконы назывались «фолежными» от слова фольга.
От карманного образка до иконостаса
Первые с 1917 года церковные мастерские открылись в годы послаблений Церкви после Великой Отечественной войны, в 1949 году в подвалах Новодевичьего монастыря, в том числе цех по производству икон, которые так же делали из черно-белых фотографий. Позднее из этих мастерских выросло большое производство, с 1980 года известное как «Софрино».
Там начали выпускать маленькие лаконичные образа на оргалите или картоне, без отделки и украшений – просто наклеивали изображение на основу. Позднее освоили изготовление больших икон до 2 метров высотой и даже иконостасов – за умеренную стоимость и 2 месяца можно изготовить иконостас на основе фото для храма в воинской части или бедного восстанавливающегося прихода.
Китайская икона – святыня или нет?
Если патриарх Иоаким в XVII веке был озабочен несоответствием печатных изображений православным канонам, сегодня вполне канонические изображения производят в условиях, которые смущают верующих. В последние годы церковные лавки, православные магазины и маркетплейсы наводнили изделия из Китая – иконы, крестики, церковная утварь. Не все это плохого качества – но многие задаются вопросом: если икону производят иноверцы, можно ли использовать ее для молитвы?
В СМИ не раз появлялись материалы о таких производствах – о благоговении и молитве, сопровождающей труд, там и речи нет, чаще всего работники даже не являются христианами. Понятно, что процесс производства печатной иконы в корне отличается от иконописного ремесла – массовый выпуск не предполагает молитвенной сосредоточенности. Но сложно принять, что зачастую на таком производстве работают неверующие люди, и не только в Китае. Людям кажется, что такое отношение оскверняет образ и оскорбляет их чувства.
Однако святые отцы VII Вселенского Собора постановили, что «над многими из таких предметов, которые мы признаем святыми, не читается священной молитвы, потому что они по самому имени своему полны святости и благодати. Поэтому такие предметы мы почитаем, как достойные почитания, и лобызаем их. Таким образом и самый образ Животворящего Креста, хотя на освящение его и не полагается особой молитвы, считается нами достойным почитания и служит достаточным для нас средством к получению освящения… То же самое и относительно иконы: обозначая ее известным именем, мы относим честь ее к первообразу; целуя ее и с почтением поклоняясь ей, мы получаем освящение. Равным образом, когда мы целуем и объемлем различные священные сосуды, то надеемся, что получим чрез них некоторое освящение»[2].
С появлением в России в XVII веке католических и протестантских печатных гравюр и живописания в иконописи в западной манере совпало по времени введение чина освящения иконы, и в храмы для освящения стали приносить неканонические изображения, о чем писал иконовед Успенский: «…часто приносят в храм картину с религиозным сюжетом, которая иконой ни в какой мере не является, и думают, что если священник ее освятит, то она от этого станет иконой. Но чин освящения не есть магическая формула, превращающая один предмет в другой: изображение, которое иконой не является, от освящения ею стать не может»[3].
А вот как отличить канонический образ, располагающий к молитве и несущий благодать – это большая тема, которая требует отдельного рассмотрения.
[1] Известия Комитета попечительства о русской иконе, вып. 1, 1902.
[2] Деяния Вселенских Соборов. Т. 4. С. 541.
[3] Успенский Л.А. Богословие иконы. С. 115. Примеч. 30 к с. 99.
Комментировать