Нужна ли внешность духовной жизни?

«Бог в душе»

про­то­и­рей Сергей Нико­лаев

Обра­ща­ясь к хри­сти­а­нам гре­че­ского города Коринфа, апо­стол Павел писал: «…к стыду вашему скажу, неко­то­рые из вас не знают Бога» (1Кор. 15:34). Апо­стол упре­кает не языч­ни­ков, дей­стви­тельно не знав­ших истин­ного Бога, а своих же бра­тьев по вере. Почему же? За что? Да потому, что пред­став­ле­ние о Боге у нема­лой части хри­стиан коринф­ской общины не выхо­дило за рамки» «Он суще­ствует». Дальше начи­на­лось неве­де­ние. Неве­домы были не свой­ства Божии, ни дела Его. Вера жила сама по себе, не имея плода, не имея прак­тики, не вопло­щая себя в делах и стрем­ле­ниях. Каким был чело­век до про­све­ще­ния словом Хри­сто­вым, таким и оста­вался.

Минуло почти две тысячи лет, ушли в мир иной те, кого пытался усты­дить неве­же­ством Апо­стол, слав­ный город Коринф поте­рял былое вели­чие и назва­ние, кажется, чего и вспо­ми­нать «дела давно минув­ших дней»? Однако и сего­дня очень ко вре­мени звучат слова: «Неко­то­рые из вас не знают Бога». Как часто вера и наших совре­мен­ни­ков огра­ни­чи­ва­ется лишь при­зна­нием суще­ство­ва­ния Бога! Многие ли смогут ска­зать, в какого Бога они верят? Где Он нахо­дится и откуда взялся? Чем зани­ма­ется? Какой Он? Что Ему от нас нужно? Одни не знают Его еще, пока что, до вре­мени, но стре­мятся узнать. Не о них речь. Другие упорно знать не хотят. Им довольно верить в «нечто туману даль». Вот о них-то, упор­ных, чаще всего и при­хо­дится слы­шать: «Бог меня в душе».

На чем же осно­вано неже­ла­ние «знать Бога»? На неже­ла­нии менять свою жизнь. Ведь знание о свой­ствах Бога непре­менно вме­ши­ва­ется в нашу жизнь. Раз­де­лит все наши деяния, слова и мысли на Божьи и не Божьи. Среди не Божьих, или гре­хов­ных, могут, и даже обя­за­тельно ока­жутся, при­выч­ные и при­ят­ные для нас дела и вожде­лен­ные цели. А когда к своему греху нет непри­язни и рас­ста­ваться с ним нет охоты, да к тому же непри­ятно ощу­щать себя греш­ни­ком, во тогда-то – самое время туман­ной фразе: «Бог у меня в душе». Оно так удобно – незна­ние Бога и Божьего закона: нет закона – нет и греха. Нет греха – нет и ответ­ствен­но­сти.

Веря в «незна­е­мого» Бога можно любой без­нрав­ствен­ный посту­пок пред­ста­вить (даже самому себе) как высо­ко­нрав­ствен­ный. Муж уходит из семьи к другой жен­щине, потому что раз­лю­бил жену, и счи­тает для себя без­нрав­ствен­ным при­тво­ряться любя­щим. Или жена уез­жает от мужа, потому что счи­тает его пример вред­ным для детей. Знаю случай, когда жен­щина, мно­го­дет­ная мать, поки­нула мужа, потому что он был недо­ста­точно цер­ко­вен.

Или еще, пришли как-то на цер­ков­ный двор два моло­дых чело­века и про­тя­ги­вают мне боль­шой золо­той натель­ный крест: «Мы хотим пере­дать его в цер­ковь». Я спро­сил у них: «А это ваш крест?» – «Нет, это крест одного нехо­ро­шего чело­века». – «Он сам отдал вам его?» – «Нет, мы забрали у него крест, потому что этот чело­век не имеет права носить его». Кстати, они забрали у него и еще неко­то­рые вещи, на кото­рые, по их пред­став­ле­ниям, он также не имел права. А вот каким обра­зом они опре­де­лили, что нехо­ро­шесть того чело­века пре­вос­хо­дит их личную нехо­ро­шесть, они не объ­яс­нили. Понятно, что крест я не взял. Вот вам пример своей правды, своей нрав­ствен­но­сти, своего «Бога в душе».

Кому-то «Бог в душе» не мешает (конечно, из «высших» побуж­де­ний) сооб­щать о про­ступ­ках одних ближ­них другим ближ­ним и при этом не счи­тать это сплет­ней. «Это ведь скры­вать правду от обще­ствен­но­сти – без­нрав­ственно, а открыть чужой грех – очень даже нрав­ственно», – думает общи­тель­ная соседка или шуст­рый жур­на­лист. Думает так, потому что не знает, что перед Богом грех, а что – нет. Не знать Бога – вели­чай­шая беда. «Неве­де­ние не ведает своего неве­де­ния, неве­де­ние удо­вле­тво­рено своим веде­нием… Оно спо­собно наде­лать мно­же­ство зла, нисколько не подо­зре­вая, что делает его», – писал свя­ти­тель Игна­тий Брян­ча­ни­нов.

«Бог в душе»… А как ты смог при­гла­сить Его туда? Высшее Суще­ство, Все­со­вер­шен­ный Дух? Да к тому же Личный Дух, то есть Лич­ность, име­ю­щую Свои личные свой­ства, или, как гово­рят о людях, харак­тер. Как ты опре­де­лил, что Он там? Ты ведь совсем не знаком с Ним. Скорее всего, то, что ты ощу­ща­ешь в душе и о чем гово­ришь – это бог твоей души. То, что ты сам назвал богом. Твое пер­со­наль­ное боже­ство, по зако­нам кото­рого ты ста­ра­ешься жить. Вообще-то, и законы эти – твои соб­ствен­ные законы. И полу­ча­ется, что у всех людей они разные. И если на уровне тре­тьего класса они разные у дво­еч­ника и отлич­ника, то что же дальше?

Когда сло­вами «Бог в душе» исчер­пы­ва­ется вся духов­ная жизнь, нелепо гово­рить о вере. Точнее – это тоже вера, но мерт­вая. «И бесы веруют» в Бога, по словам Апо­стола (Иак. 2:19). Как может про­явиться вера у «не зна­ю­щего Бога»? Она мерт­вым, несо­зи­да­ю­щим грузом будет лежать в его душе. Именно грузом, неудоб­ным и тяже­лым. Потому что состо­я­ние при­зна­ния Бога без при­зы­ва­ния Бога, то есть без актив­ного дей­ствен­ного жела­ния обще­ния с Ним, без про­яв­ле­ния веры в Него, очень тяжко для чело­век.

«Неви­ди­мая» вера

О вере так же можно услы­шать: «Он очень веру­ю­щий чело­век, но верит в душе. Без всяких внеш­них атри­бу­тов». Гово­рят, пола­гая, что вера в Бога, как явле­ние духов­ное, должна быть неви­ди­мой. На самом деле вера всего лишь отча­сти неви­дима, потому что живая вера непре­менно выра­зит себя внеш­ним обра­зом. Так же как Бог, Кото­рый есть Все­со­вер­шен­ный Дух, неви­дим, но про­яв­ле­ния Его могут быть видны. Тому пример – весь наш сотво­рен­ный Гос­по­дом види­мый мир.

О вере в душе, или, еще усу­губ­ляя – вере в глу­бине души, обычно гово­рят с оттен­ком неко­то­рого пре­вос­ход­ства перед верой види­мой, с внеш­ними атри­бу­тами. Еще бы! Ведь внеш­нее так легко под­де­лать, а в глу­бине души нет надоб­но­сти фаль­ши­вить. Все равно никому не видно, что там, на донышке, нахо­дится. Поэтому счи­та­ется, что вера-неви­димка – более насто­я­щая и заслу­жи­вает боль­шего ува­же­ния. Правда, чем отли­ча­ется глу­бинно-веру­ю­щий чело­век от неве­ру­ю­щего – не совсем понятно… Да мы и не станем срав­ни­вать, а лучше предо­ста­вим слово свят. Фео­фану Затвор­нику: «Вера, когда жива и пла­менна, не может укры­ваться в сердце без обна­ру­же­ния, а сама собой выхо­дит и в слове, и во взоре, и в дви­же­нии, и в делах».

В дока­за­тель­ство того, что истин­ная вера выра­жает себя и во взоре, и в дви­же­нии, при­веду неко­то­рое вос­по­ми­на­ние. Это сейчас в цер­ков­ные празд­ники все могут бес­пре­пят­ственно посе­щать храм. И веру­ю­щие, и просто любо­пыт­ные. Лет сорок назад попасть на пас­халь­ную службу просто так, погла­зеть, было не так-то просто. Перед цер­ков­ными калит­ками и две­рями стоял кордон из дру­жин­ни­ков-ком­со­моль­цев. Они должны были про­пус­кать в цер­ковь веру­ю­щих и не пус­кать – любо­пыт­ству­ю­щих. Зада­ние дели­кат­ное и на первый взгляд – труд­ное. Ладно еще, если лишний деся­ток слу­чай­ных зевак про­гля­дишь и пустишь на службу, а если веру­ю­щему чело­веку вход пре­гра­дишь? Ведь вся эта про­пуск­ная ком­па­ния была устро­ена якобы исклю­чи­тельно в инте­ре­сах веру­ю­щих. Частично оно, конечно, так и было. Но что инте­ресно, сколько я не наблю­дал тогда за дру­жин­ни­ками, не помню, чтобы они хоть раз ошиб­лись именно в отно­ше­нии веру­ю­щих и кого-то не пустили. Хотя они не спра­ши­вали: верит чело­век в Бога или просто посмот­реть пришел. Веру­ю­щих они сразу опре­де­ляли. Значит, неви­ди­мая вера как-то види­мым обра­зом про­яв­ля­лась «и во взоре, и в дви­же­нии».

Вера непре­менно выра­жает себя и в образе жизни, а именно – в бла­го­че­стии, то есть в благом почи­та­нии Бога, в устро­е­нии своей жизни по Божьему закону. «Бла­го­че­стие – это при­знак духовно живу­щего чело­века», – гово­рит свят. Тихон Задон­ский. К сожа­ле­нию, сего­дня рас­хо­жее поня­тие духов­ной жизни несколько иное, чем в Церкви. Сего­дня духов­ной жизнью при­нято назы­вать чтение жур­на­лов, посе­ще­ние кон­цер­тов, выста­вок, клубов, свет­ских тусо­вок. В этом смысле самые духов­ные люди в нашем обще­стве это арти­сты, худож­ники, теле­ве­ду­щие. Попро­буйте ска­зать, что худож­ник такой-то или артист сякой-то не живет духов­ной жизнью. Вас засмеют. В духов­но­сти сле­саря или повара еще могут усо­мниться, но в духов­но­сти арти­ста или моде­льера – нико­гда.

Правда такая духов­ность ни к чему не обя­зы­вает и бла­го­че­стие ей не к чему. Она вполне сов­ме­стима и с самой грубой лек­си­кой, и с уча­стием в раз­вра­ща­ю­щих нравы теле­про­ек­тах, и с гре­хами против есте­ства. Но речь не о ней.

Вера в Бога под­ра­зу­ме­вает стрем­ле­ние к спра­вед­ли­во­сти, то есть к состо­я­нию правоты перед Богом. Не некое сер­деч­ное стрем­ле­ние, неви­ди­мое посто­рон­нему оку, а вполне кон­крет­ное, про­яв­ля­ю­ще­еся в делах, поступ­ках, словах. Вера чело­века усмат­ри­ва­ется не из его заяв­ле­ния о ней, не из его душев­ного устро­е­ния и интел­лекта, а из его дей­ствий, пове­де­ния, отно­ше­ний с дру­гими людьми, из его оценки своих поступ­ков.

Веришь в душе? Но во что? «Будьте всегда готовы вся­кому, тре­бу­ю­щему у вас отчета в вашем упо­ва­нии, дать ответ с кро­то­стью и бла­го­го­ве­нием», – гово­рит Апо­стол (1Пет. 3:15). Веруя, мы непре­менно должны знать, во что веруем. Именно поэтому при Кре­ще­нии взрос­лого чело­века о него тре­бу­ется про­чте­ние Сим­вола веры, то есть молитвы, где после­до­ва­тельно пере­чис­ля­ются объ­екты его веры, поня­тия и явле­ния, состав­ля­ю­щие ее. А как же иначе? «Пра­вило веры нашей начи­на­ется зна­нием, про­хо­дит через чув­ство и завер­ша­ется жизнью, овла­де­вая через это всеми силами суще­ства нашего и уко­ре­ня­ясь в осно­вах его» (свят. Феофан Затвор­ник).

Когда о своей вере гово­рят: «Верю, но в душе» – чаще всего лука­вят. Лука­вят из боязни жиз­нен­ных изме­не­ний, боясь духов­ной жизни, как лишней нагрузки. Так проще – верить в глу­бине души, не давая воли своей вере, никак не обо­зна­чая ее. Но есть ли смысл в такой закон­сер­ви­ро­ван­ной вере? При­бли­жает ли она к спа­се­нию? Дает ли надежду на жизнь вечную?

Зачем нужны посред­ники?

Коли­че­ство веру­ю­щих и цер­ков­ных людей не оди­на­ково. Ведь цер­ков­ная жизнь вклю­чает в себя пра­вила, обя­зан­но­сти, огра­ни­че­ния. Не говорю, что она состоит только из огра­ни­че­ний и обя­зан­но­стей, но они есть. Эти-то огра­ни­че­ния и оста­нав­ли­вают нема­лое число веру­ю­щих на пороге Церкви. Таин­ство кре­ще­ния да малень­кий натель­ный кре­стик на шнурке или цепочке оста­ются для них един­ствен­ной связью с Пра­во­сла­вием.

Есть люди добрые, тру­до­лю­би­вые, поря­доч­ные от при­роды или бла­го­даря вос­пи­та­нию. Каза­лось бы, зачем им нужна Цер­ковь? Может, они могли бы достичь Цар­ства Небес­ного и без нее? Чело­веку, нико­гда не совер­шав­шему дурных поступ­ков, трудно пове­рить, что его душа может погиб­нуть, что и ей нужна помощь. Однако попро­буйте спро­сить такого, во всем поря­доч­ного, чело­века, откуда у него взя­лось мнение о своей поря­доч­но­сти? Отсут­ствие упре­ков сове­сти? Но есть люди, у кото­рых совесть вообще молчит. У нас нема­лая часть пре­ступ­ни­ков счи­тает себя невинно постра­дав­шими. Может быть, это мнение других людей? Но если это друзья или зна­ко­мые, где уве­рен­ность, что они объ­ек­тивны? Личное мнение? Но можно при­ве­сти мно­же­ство при­ме­ров, когда чело­век рас­смат­ри­вает свою поря­доч­ность просто на фоне непо­ря­доч­но­сти других. «Пью, но на свои», «часто упре­каю, но не бью», «беру взятки, но бор­зыми щен­ками». Свя­щен­ник Алек­сандр Ель­ча­ни­нов писал: «Сле­пота к своим грехам – от при­стра­стия. Мы, пожа­луй, много видим, но оце­ни­ваем непра­вильно, изви­няем, даем непра­виль­ное соот­но­ше­ние: чув­ство почти инстинк­тив­ное». Грех позна­ется лишь на фоне отсут­ствия греха, то есть Истины. А это воз­можно только в Церкви, где пре­бы­вает эта Истина, Кото­рая есть Хри­стос.

Про­жить жизнь поря­доч­ным, чест­ным чело­ве­ком можно, но спа­стись без Церкви нельзя. Наде­ю­щийся достиг­нуть Цар­ства Небес­ного своими силами подо­бен чело­веку, кото­рый про­чи­тал дома учеб­ник по вожде­нию само­лета и думает, что уже может само­сто­я­тельно доле­теть до нуж­ного места.

Спа­си­тель пришел в этот мир и постра­дал в нем ради созда­ния Церкви. И до Него были на земле про­роки и учи­теля, учив­шие как надо жить. Однако пример и бла­го­дат­ная помощь, без кото­рой невоз­можно сле­до­вать в своей жизни этим запо­ве­дям и уче­ниям, были даны только Хри­стом. «Я с вами во все дни до скон­ча­ния века» (Мф. 28:20), – обещал Он. И пре­бы­вает с нами неви­димо в Таин­ствах Своей Церкви, через кото­рые нам даются силы про­во­дить жизнь честно и дви­гаться в сто­рону Цар­ства Небес­ного.

Самое глав­ное Таин­ство – При­ча­стие. В Еван­ге­лии от Иоанна Гос­подь гово­рит: «Если не будете есть Плоти Сына Чело­ве­че­ского и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6:53). Без При­ча­стия о Небес­ном граж­дан­стве можно и не меч­тать, да и здесь, на земле, трудно оста­ваться в рамках духов­ного закона. Если вне Церкви гре­хов­ная жизнь прак­ти­че­ски норма, то внутри нее это скорее исклю­че­ние. Обра­тим вни­ма­ние на куриль­щи­ков. Сколько из них хотели бы бро­сить курить?! Но как мал про­цент тех, кому это уда­лось. А вот в Церкви куря­щий чело­век – ред­кость. То же и со сквер­но­сло­вием. Такова реаль­ная бла­го­дать цер­ков­ной жизни, помо­га­ю­щая чело­веку пре­одо­леть свой грех. В Церкви, конечно, есть греш­ники. Но вне Церкви – нет святых.

Так назы­ва­е­мые «внеш­ние риту­алы Церкви», кото­рые кажутся ненуж­ными нецер­ков­ному чело­веку, ока­зы­ва­ются необ­хо­ди­мыми, исходя их двух­со­став­но­сти чело­века. Чело­век имеет види­мую и неви­ди­мую состав­ля­ю­щие. Полу­чая бла­го­дать в Таин­ствах, чело­век по своей при­роде нуж­да­ется в телес­ном под­твер­жде­нии того, что Таин­ство совер­ши­лось. При кре­ще­нии чело­века погру­жают в освя­щен­ную воду и при этом вслух про­из­но­сят слова молитвы. Испо­ве­ду­ясь, мы назы­ваем свои грехи, пре­кло­няем голову, а свя­щен­ник покры­вает ее епи­тра­хи­лью и читает раз­ре­ши­тель­ную молитву. Соеди­ня­ясь с Хри­стом в Таин­стве при­ча­стия, мы при­ни­маем Его Пре­чи­стую Плоть и Кровь под видом хлеба и вина. И т.д. Духов­ные пере­жи­ва­ния очень тонки и не всегда могут быть пра­вильно вос­при­няты чело­ве­ком, потому так пре­мудро устро­ено в Церкви, что в ней есть и внеш­няя состав­ля­ю­щая.

Сам Гос­подь сопро­вож­дал какое-либо духов­ное дей­ствие внеш­ним – при­к­ло­нял колена, воз­во­дил очи. Так как в чело­веке душа и тело свя­заны, то состо­я­ние души есте­ственно отра­жа­ется и на состо­я­нии тела. И наобо­рот.

Кроме того внеш­ние обряды Церкви пока­зы­вают, что Цер­ковь и все мы едины, в какую бы пра­во­слав­ную цер­ковь мы не пришли даже в другой стране. Везде служба совер­ша­ется оди­на­ково, везде есть иконы, горят лам­пады, свя­щен­но­слу­жи­тели обла­чены в оди­на­ко­вые одежды, совер­шают оди­на­ко­вые дей­ствия. Цер­ковь – это обще­ство людей, объ­еди­нен­ных Таин­ствами. Мы гово­рим, что Цер­ковь – это тело Хри­стово. Но такое объ­еди­не­ние в единое тело вряд ли воз­можно без единых цер­ков­ных обря­дов. А значит – они нужны.

Чело­века спа­сает не чест­ная жизнь, не поступки, потому что тогда неза­чем было бы вопло­щаться и стра­дать Сыну Божию. Чело­века спа­сает Сам Гос­подь. Но как? Через бла­го­дать, кото­рая дается ему в Церкви. По словам свят. Фила­рета Мос­ков­ского, как необ­хо­дима чело­веку для рож­де­ния в жизнь утроба матери, так же необ­хо­дима ему для духов­ного рож­де­ния духов­ная утроба матери Церкви.

«Верить в душе», не будучи членом Церкви, все равно, как носить фото­гра­фию люби­мого чело­века в кар­мане, избе­гая встреч с ним. Такой «роман» обре­чен. «Вне Церкви нет духов­ной жизни и духовно живу­щих лиц», – писал свят. Феофан Затвор­ник. То, что многие при­ни­мают за духов­ную жизнь «без посред­ни­ков», на самом деле просто букет эмо­ци­о­нально-интел­лек­ту­аль­ных пере­жи­ва­ний в ком­плекте с рели­ги­оз­ной атри­бу­ти­кой. Раз­го­вор о Боге за чаем, при свечах и под ико­нами.

И чтобы не закан­чи­вать раз­го­вор на этой груст­ной и кому-то обид­ной ноте, еще раз напомню – буду­щая наша жизнь начи­на­ется здесь, на земле. Узнать, что такое вечное муче­ние, пусть в мик­ро­ско­пи­че­ской дозе, можно и вне Церкви. Но полу­чить пред­став­ле­ние о буду­щем бла­жен­стве воз­можно только в Церкви. И каждый цер­ков­ный чело­век испы­тал это на соб­ствен­ном опыте. Гос­подь каж­дому по-своему дает почув­ство­вать его. Бог, как гово­рил старец Паисий Свя­то­го­рец, иногда дает чело­веку кон­фетку просто так, неза­слу­женно, чтобы пока­зать, какая ему на небе­сах уго­то­вана небес­ная кон­ди­тер­ская. Желаю и вам этого слад­кого знания.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки