О венчании. Для чего люди венчаются?

Оглав­ле­ние


Рож­де­ние хри­сти­ан­ской семьи совер­ша­ется по бла­го­сло­ве­нию Церкви, кото­рая соеди­няет двоих в единое целое в таин­стве вен­ча­ния. О такой семье суще­ствует особое Божие про­мыш­ле­ние, так как в осно­ва­нии ее лежит еван­гель­ская запо­ведь о любви.

Что нужно знать хри­сти­а­нину об этом цер­ков­ном таин­стве, как к нему под­го­то­виться? Об этом и будет наш рас­сказ, пред­на­зна­чен­ный жениху и неве­сте, гото­вя­щимся к сва­дьбе, или не вен­чан­ным супру­гам, про­жив­шим бок о бок быть может до самого золо­того юбилея. Им всем мы пред­ла­гаем заду­маться над про­стым вопро­сом, кото­рый так хорошо знали наши пра­пра­ба­бушки и пра­пра­де­душки — для чего люди вен­ча­ются?

Почему вен­ча­ние пре­сле­до­ва­лось вра­гами Церкви?

Многие из наших чита­те­лей если и не при­сут­ство­вали при совер­ше­нии цер­ков­ного вен­ча­ния, то непре­менно имеют о нем пред­став­ле­ние по мно­го­чис­лен­ным кино­филь­мам.

Прежде всего вспо­ми­на­ется царевна-неве­ста в бело­снеж­ном под­ве­неч­ном уборе. Горя­щие свечи, лику­ю­щие пес­но­пе­ния и цер­ков­ные молитвы. Тор­же­ствен­ное шествие за свя­щен­ни­ком вокруг аналоя под сенью цар­ствен­ных венцов. Пада­ю­щий с неба коло­коль­ный пере­звон, сла­вя­щий союз любви. Мно­же­ство цветов и поток радо­сти, пере­ли­ва­ю­щийся через край этого осо­бен­ного дня, когда пред Богом и людьми двое впер­вые пред­стали как муж и жена.

Стар­шее поко­ле­ние еще помнит, как совер­ша­лось тор­же­ствен­ная реги­стра­ция во дворце бра­ко­со­че­та­ния или рай­он­ном загсе в сопро­вож­де­нии сва­деб­ного марша Мен­дель­сона. И лишь немно­гие после загса осме­ли­ва­лись вен­чаться тайком…

К делам давно минув­ших дней теперь отно­сят эпоху лютых гоне­ний на Цер­ковь: раз­ру­ше­ние храмов, пре­сле­до­ва­ние духо­вен­ства, иско­ре­не­ние самой веры. Не кро­во­то­чит наша память, встре­ча­ясь с фактом недав­ней дей­стви­тель­но­сти, когда один пред­при­им­чи­вый вождь народа само­на­де­янно «про­ро­че­ство­вал», как «пока­жет по теле­ви­де­нию послед­него попа».

Так дей­ство­вали враги Христа, после­до­ва­тельно вопло­щая в жизнь свой чудо­вищ­ный план раз­ру­ше­ния России — оплота пра­во­сла­вия.

Попрана само­дер­жав­ная власть, окле­ве­тана и рас­стре­ляна семья послед­него госу­даря рос­сий­ского, чтобы навсе­гда исчезли с лица земли и памяти нашей их ико­но­пис­ные лики, данный нам на веки истин­ный образ хри­сти­ан­ского брака. Начи­нает утвер­жда­ется сата­нин­ский раз­ру­ши­тель­ный сте­рео­тип чело­ве­че­ских отно­ше­ний. Иро­ди­ада ста­но­вится иде­а­лом новой жен­щины.

Как известно, она была из рода Мак­ка­веев и внуч­кой Ирода Вели­кого. Искала цар­ских поче­стей и власти, кото­рых не имела в браке с Иродом Филип­пом, своим дво­ю­род­ным дядей. В ее жилах сме­ша­лась кровь многих злых и сла­до­страст­ных пред­ков. Она скло­нила к пре­лю­бо­дей­ной женитьбе брата своего мужа Ирода Антипу, пра­ви­теля Гали­леи.

Будучи все­на­родно изоб­ли­чена Иоан­ном Кре­сти­те­лем в нару­ше­нии закона, она, затаив злобу, искала случая рас­пра­виться со святым про­ро­ком. Ору­дием мести стала ее дочь Сало­мия. В день годов­щины вос­ше­ствия на пре­стол Ирода она уго­дила пра­ви­телю и всем гостям своим танцем, и поэтому Ирод пуб­лично пообе­щал Сало­мии любую награду, даже до поло­вины своего цар­ства. Вот как опи­сы­вает после­до­вав­шие за тем собы­тия Ф.В. Фаррар.

«Обра­до­ван­ная девица побе­жала посо­ве­то­ваться со своей мате­рью, и тут-то и пред­ста­ви­лась для Иро­ди­ады воз­мож­ность удо­вле­тво­рить свою кро­во­жад­ную мсти­тель­ность. “Проси, – ска­зала она, головы Иоанна Пред­течи, чтобы тебе теперь же дали голову этого нена­вист­ного про­рока на блюде”. Ирод с ужасом выслу­шал эту просьбу. Она отрез­вила его, так как шла вопреки всех его лучших убеж­де­ний. Если бы он спо­со­бен был на какое-нибудь муже­ство, то легко мог бы откло­нить эту просьбу, как не соот­вет­ству­ю­щую цели его обе­ща­ния. Но ложный страх перед людьми и жажда одоб­ре­ния, страсть к попу­ляр­но­сти, тще­сла­вие власти – все это пода­вило в нем лучшие побуж­де­ния. В тем­ницу послан был палач, сверк­нул меч, и, по просьбе без­стыд­ной девицы, по нау­ще­нию обе­зу­мев­шей от нена­ви­сти пре­лю­бо­дейки, вслед­ствие тще­слав­ной сла­бо­сти пре­ступ­ного царька, отсе­чена была голова вели­чай­шему из рож­ден­ных женами! Эта голова, поло­жен­ная на окро­вав­лен­ное блюдо, была под­не­сена княжне, и та отнесла ее своей матери, кото­рая излила над ней всю свою нена­висть, к какой только спо­собна была негод­ная разъ­ярен­ная жен­щина» (Ф.В. Фаррар. Из главы «Ироды» в книге «Совесть и гре­хо­па­де­ние», СПб., 1998, с. 120–121).

Впо­след­ствии все трое — Ирод Антипа, Иро­ди­ада и ее дочь Сало­мия при­няли мучи­тель­ную смерть как Божие воз­мез­дие за смерть свя­того про­рока Гос­подня Иоанна Кре­сти­теля.

Свя­щен­ное Писа­ние учит нера­зум­ное чело­ве­че­ство о путях пра­вед­ной жизни – “ибо знает Гос­подь путь пра­вед­ных, а путь нече­сти­вых погиб­нет” (Пс.1:6). И все равно с тех пор, как стоит мир, чело­ве­че­ство мно­го­кратно уго­ждало в капкан, рас­став­лен­ный духами злобы под­не­бес­ной. «Будете как боги», — слы­шится обо­льща­ю­щий шепот. И уга­сает свет разума. Куда теперь скло­нится чаша весов сво­бод­ной чело­ве­че­ской воли? Раз­рушь Цер­ковь и семью, и чело­век заблу­дится в темном лесу.

Не первый раз в исто­рии хри­сти­ан­ства про­ли­ва­ется кровь. Но не могут враги Божии одо­леть Цер­ковь. И на крови муче­ни­ков вновь вос­кре­сает вера. Неис­тре­бима любовь ко Христу всех, кто предал Ему свою жизнь и после­до­вал за Ним, взяв свой крест. «Бог есть любовь», — сви­де­тель­ствует апо­стол Иоанн Бого­слов (1Ин.4:8). Поэтому само хри­сти­ан­ство — рели­гия жерт­вен­ной любви, у кото­рой два пути: либо посвя­тить себя Богу и оста­вить мир, чтобы молиться о нем, либо, пре­бы­вая в миру, хра­нить бла­го­сло­вен­ное супру­же­ство, чтя Божию запо­ведь: «и сказал им Бог: пло­ди­тесь и раз­мно­жай­тесь, и напол­няйте землю, и обла­дайте ею» (Быт.1:28). И дал Бог обе­то­ва­ние гря­ду­щему чело­ве­че­ству, что «семя жены сотрет главу змия» (Быт.3:15), про­зре­вая чрез тыся­че­ле­тия скром­ный лик Пре­чи­стой Девы из дома Иоакима и Анны.

И вот свер­ши­лось Бого­во­че­ло­ве­че­ние. Первое, что сделал Спа­си­тель, выйдя на путь слу­же­ния — бла­го­сло­вил брач­ную чету в Кане Гали­лей­ской. По цер­ков­ному пре­да­нию это была сва­дьба Симона Кана­нита, кото­рый был потря­сен про­изо­шед­шем чудом — пре­тво­ре­нием воды в пре­крас­ное вино. «Вот Он, обе­то­ван­ный Богом, дол­го­ждан­ный Мессия!» — откры­лось ему в тот день.

С тех пор каждый брак совер­ша­ется по бла­го­сло­ве­нию Церкви, Главой кото­рой явля­ется Сам Гос­подь. Более того, хри­сти­ан­ский брак сози­дает свою незри­мую малую цер­ковь, главой кото­рой явля­ется муж, пред­сто­я­щий пред Гос­по­дом за всех своих домо­чад­цев. Каждое наше молит­вен­ное воз­ды­ха­ние известно Богу. Надобно только уметь дать место Божией заботе о нас и не забы­вать — «что посеет чело­век, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную» (Гал. 6:7–8).

И если муж и жена вне цер­ков­ной ограды, жизнь их про­хо­дит среди бушу­ю­щих стра­стей, кото­рые цар­ствуют в этом мире и крушат непроч­ные чело­ве­че­ские постро­е­ния. Вражда и ссоры, рев­ность и супру­же­ские измены чере­ду­ются в нем по замкну­тому кругу, из кото­рого нет выхода отвер­га­ю­щим Божию помощь. Об этом сви­де­тель­ствует нарас­та­ю­щая волна раз­во­дов, обре­ка­ю­щая на оди­но­че­ство и детей, и взрос­лых.

Береги честь смо­лоду

Все мы знаем эту посло­вицу, постав­лен­ную Пуш­ки­ным эпи­гра­фом к пове­сти «Капи­тан­ская дочка». А ведь это был эпи­граф к самой жизни рус­ского чело­века, ко всему его укладу и бытию.

Алек­сандр Васи­лье­вич Суво­ров потому и умно­жил славу рус­ского оружия, что извест­ные слова пол­ко­водца: «Цело­муд­рие моей дочеридороже мне жизни и соб­ствен­ной чести», — были не только сло­вами любя­щего отца. Они сви­де­тель­ство­вали о глу­бин­ной несо­кру­ши­мо­сти его духа. Потому и непо­бе­дима была суво­ров­ская армия, что жила по еван­гель­ским запо­ве­дям, состав­ляя единое духов­ное целое со своим пол­ко­вод­цем. Она могла всегда бес­страшно идти на смерть «За Бога, Царя и Оте­че­ство!». И этим крепка была наша дер­жава, в кото­рой так жил и веро­вал пра­во­слав­ный народ.

Как важно нам сего­дня при­кос­нуться душой к этой пат­ри­ар­халь­ной цело­муд­рен­но­сти, верно хра­ня­щей бла­го­че­сти­вые обычаи своих пред­ков. Они стро­или свою жизнь по слову Божьему. Тогда с жити­ями святых не рас­ста­ва­лись ни деды, ни внуки. Духов­ное насле­дие святых отцов и учи­те­лей Церкви было источ­ни­ком сокро­вен­ных раз­ду­мий о себе и о жизни. Живо­тво­ря­щее слово Свя­щен­ного Писа­ния и Свя­щен­ного Пре­да­ния мыс­ли­лось как нетлен­ное сокро­вище духа.

Так и совре­мен­ное пас­тыр­ское слово иссле­дует и пове­ряет нашу быст­ро­те­ку­щую и измен­чи­вую жизнь вечным словом Божиим, кото­рое руко­во­дит свя­щен­ни­ком, всегда нахо­дя­щимся в эпи­цен­тре чело­ве­че­ских про­блем. Для этого ему, подобно апо­сто­лам, открыты «гла­голы вечной жизни».

Как сохра­нить семью среди опас­ных водо­во­ро­тов безум­ного мира? Об этом много пишет мос­ков­ский батюшка о.Сергий Нико­лаев. Мы пред­ла­гаем фраг­мент из его книги о том, как в ста­рину гото­ви­лись к сва­дьбе.

«В преж­нее время забота о буду­щей сва­дьбе не насти­гала роди­те­лей вне­запно. Почти с рож­де­ния соби­рали для девочки имение-при­да­ное, при­ки­ды­вали заботы женитьбы сына. В бога­тых домах высших сосло­вий запи­сы­вали за детьми раз­лич­ные блага: дере­веньки, дома, откла­ды­вали деньги. В кре­стьян­ской семье девушке гото­вили укладку-сундук: шубы, одеяла, платья, руш­ники. Парню копили на сва­дьбу. Не заре­ка­ясь от раз­дела, ста­ра­лись заго­то­вить лишние сани, при­ку­пить лесу, инстру­мент. Уже мла­ден­чик имел свою соб­ствен­ность: при­нято было дарить «на зубок», а позже к име­ни­нам «денежку» на буду­щее хозяй­ство. Таким обра­зом, ребе­нок с самого дет­ства, встре­ча­ясь с пред­ме­тами и раз­го­во­рами, каса­ю­щи­мися его буду­щего брака, заду­мы­вался о само­сто­я­тель­ной семей­ной жизни.

Сва­деб­ные тор­же­ства были самым ярким собы­тием в череде семей­ных празд­ни­ков. Они выде­ля­лись своими дли­тель­ными и усто­яв­ши­мися обря­дами, совер­шенно осо­быми и пыш­ными пла­тьями. Подар­ками. Пес­нями. Про­дол­жа­лись не один день. Гостей на сва­дьбах бывало помногу. Это тоже имело свое вос­пи­та­тель­ное зна­че­ние. Стар­шая сестра или тетя, соседка в сва­деб­ном наряде, «как царевна», ста­но­ви­лась цен­тром вни­ма­ния всей семьи, всей улицы, при­хода. Девочка гля­дела, при­ме­ряя мыс­ленно к себе такую необыч­ную заботу и любовь близ­ких и, конечно же, бога­тое платье. Маль­чик смот­рел на стар­шего род­ствен­ника или бра­това при­я­теля и тоже раз­мыш­лял о небы­ва­лом почете, кото­рым окру­жают жениха. Наде­ялся когда-то испы­тать то же. В раз­го­во­рах дети долго обсуж­дали сва­деб­ные подарки, пере­чень кото­рых по обыч­ной слу­чай­но­сти ста­но­вился досто­я­нием родных и сосе­дей.

Эти подарки также пле­няли дет­ское вооб­ра­же­ние. «Почему, за что ему такое ува­же­ние и дары? Что он такое сделал, чем заслу­жил?» — думало дитя. Спра­ши­вали мать, отца. «Будешь тру­до­лю­би­вой и скром­ной, и тебя возь­мут замуж. Сошьем тебе кра­си­вое платье». «Будь хоро­шим помощ­ни­ком отцу, не лодыр­ни­чай, не озоруй — хоро­шую девушку за тебя отда­дут», — отве­чала, навер­ное, мать. От подар­ков и сапог вни­ма­ние ребенка пере­клю­ча­лось на доб­ро­де­тели. Доб­ро­де­тель полу­чала реаль­ную награду — право быть завид­ной неве­стой, завид­ным жени­хом. Грех так же имел види­мое и ощу­ти­мое нака­за­ние. «Кто тебя возь­мет, неумеху?!», «Кого за тебя отда­дут, непу­те­вый?!».

Когда-то вни­ма­ние наших сооте­че­ствен­ни­ков не было так рас­се­яно. Вол­не­ние за здо­ро­вье рим­ского папы или небы­ва­лый паво­док в Бра­зи­лии не бес­по­ко­или сердец. Зато более душев­ных сил оста­ва­лось на свои, семей­ные дела и заботы. К буду­щему браку сына или дочери под­го­тав­ли­ва­лись нешу­точно. Нрав­ствен­ность, тру­до­лю­бие, рели­ги­оз­ность, хозяй­ствен­ные навыки, опрят­ность, здо­ро­вье, послу­ша­ние роди­те­лям, забавы воз­мож­ных пре­тен­ден­тов в родню не усколь­зали от вни­ма­ния окру­жа­ю­щих. Все впе­чат­ле­ния и све­де­ния укла­ды­ва­лись в памяти до вре­мени, чтобы потом сде­лать един­ствен­ный пра­виль­ный выбор для счаст­ли­вой судьбы дочери или сына. Своему «товару» также ста­ра­лись при­дать вид, дабы потом не было укоров от род­ствен­ни­ков. «Мать по пяти раз застав­ляла пере­сти­ры­вать. По углам плат­ком про­во­дила, про­ве­ряла, чисто ли. Гово­рила: «Как замуж пой­дешь, на мне грех будет, что неряху вырас­тила». У ворот тоже не задер­жишься, обя­за­тельно из дому крик­нут, что нечего, мол, улицу высмат­ри­вать», — рас­ска­зы­вала одна жен­щина о своем вос­пи­та­нии.

И маль­чики, и девочки пом­нили, что «хоро­шая слава лежит, а худая бежит», и ста­ра­лись не дать повода для худой славы, ведь рас­пла­той за шалость в буду­щем мог стать позор­ный отказ при сва­тов­стве, а то и оди­но­че­ство.

То, что мысли под­ростка часто обра­ща­лись к буду­щему браку, не озна­чает, что у него раз­ви­ва­лась плот­ская меч­та­тель­ность. В этих думах не было ничего похот­ного. Сва­дьба при­тя­ги­вала вооб­ра­же­ние юных тем, что высве­чи­вала, откры­вала для окру­жа­ю­щих насто­я­щее досто­ин­ство чело­века. Это не всякий мог осо­знать, но каждый чув­ство­вал» (Свя­щен­ник Сергий Нико­лаев. К жени­хам и неве­стам. М., с. 5–9).

Так неспешно жила матушка Россия, вмещая в свой каждый день нехит­рую муд­рость бла­го­че­сти­вого бытия, насле­ду­е­мого из рода в род, твердо зная, что без этого невоз­можно спо­койно смот­реть в буду­щее. Это урок всем моло­дым и всем роди­те­лям, кото­рые должны знать, что для того, чтобы ока­заться с воз­жжен­ными све­чами у аналоя, жениху и неве­сте пона­до­биться вся их жизнь под роди­тель­ским кровом. Из уклада, кото­рый бытует в отчем доме жениха и неве­сты, впо­след­ствии скла­ды­ва­ется глав­ное богат­ство новой семьи.

О роди­тель­ском бла­го­сло­ве­нии, или кто выби­рает неве­сту?

Были вре­мена, когда жених и неве­ста впер­вые встре­ча­лись только в церкви на вен­ча­нии. Роди­тель­ское бла­го­сло­ве­ние и воля были непре­ре­ка­е­мым зако­ном. Послу­ша­ние и бла­го­че­стие детей воз­на­граж­дал Сам Гос­подь.

Чтобы узнать волю Божию, бывало, долго моли­лись всей семьей у святых мощей угод­ни­ков Божиих, зака­зы­вали молебны у чудо­твор­ных икон, направ­ля­лись в мона­стыри к духов­ным стар­цам, кото­рым открыто чело­ве­че­ское сердце и виден Божий Про­мысл о вопро­ша­ю­щих совета. Изве­стен такой раз­го­вор между пре­по­доб­ным Сера­фи­мом Саров­ским и бла­го­устро­и­те­лем Диве­ев­ской оби­тели Нико­лаем Алек­сан­дро­ви­чем Мото­ви­ло­вым, состо­яв­шийся в октябре 1831 года.

Мото­ви­лов пове­дал старцу свою сокро­вен­ную тайну. Уже более десяти лет, как сердце его было отдано бла­го­че­сти­вой девице Ека­те­рине Михай­ловне Язы­ко­вой. Но брак никак не устра­и­вался, что необык­но­венно печа­лило Нико­лая Алек­сан­дро­вича, так как в образе своей первой любви он нашел для себя под­линно хри­сти­ан­ский идеал само­от­вер­жен­ного жен­ского сердца и не думал искать или желать для себя никого дру­гого.

Пре­по­доб­ный Сера­фим выслу­шал его со вни­ма­нием, рас­спра­ши­вая обо всем подробно. И неожи­данно пове­дал Мото­ви­лову, что та неве­ста, кото­рая пред­на­ре­чена ему от Бога, сейчас еще мала, ей всего лишь чуть более восьми лет. И далее старец открыл пред изум­лен­ным Нико­лаем Алек­сан­дро­ви­чем те обсто­я­тель­ства, кото­рые будут слу­жить их зна­ком­ству в буду­щем и даль­ней­шему счаст­ли­вому браку.

«Ведь иное, ваше Бого­лю­бие, про­сить Гос­пода Бога, чтоб Он пред­на­рек кому неве­сту, как вот вы, напри­мер, про­сите теперь, чтобы я, убогий, упро­сил Гос­пода, чтоб Он вам пред­на­рек в неве­сты Язы­кову, — а иное, когда Гос­подь уже Сам кому какую неве­сту пред­на­рещи собла­го­из­во­лил, как вот, напри­мер, для вашего Бого­лю­бия. Неве­сте вашей теперь не более восьми лет и трех-четы­рех или пяти меся­цев. Уж это, поверьте, в точ­но­сти верно, и сам я, убогий Сера­фим, вам в том сви­де­тель­ство­вать готов… Не о тепе­реш­нем вре­мени я вам говорю, а о гря­ду­щем. Ведь я вам сказал, что жизнь велика, и в жизни многое слу­ча­ется. Так вот как с вами вперед слу­чится, что вас станут уко­рять за какую-нибудь девушку, а ее поно­сить за вас, то вот тогда-то не забудьте просьбы и мольбы убо­гого Сера­фима — жени­тесь на девушке этой!»

«И Батюшка в третий раз покло­нился мне, греш­ному, до лица земли, а я опять упал ему в ноги.

Вставши и прямо глядя мне в глаза, отец Сера­фим стал зорко в меня всмат­ри­ваться и, как бы загля­нув мне в самую душу, спро­сил:

— Ну что же, батюшка, испол­ните вы просьбу убо­гого Сера­фима?

И я сказал:

– Если Бог удо­стоит испол­нить, то поста­ра­юсь сде­лать, как вы жела­ете!

— Ну, — сказал отец Сера­фим, — бла­го­дарю вас! Не забудьте же эту девушку!… А она, скажу вам я, убогий Сера­фим, она, как ангел Божий и по душе, и по плоти..

Потом, помол­чав неко­то­рое время и всмат­ри­ва­ясь в меня про­ни­ца­тельно и как бы насквозь про­ни­зы­вая меня своим взором, он доба­вил:

— Но, может быть, вы сму­ти­тесь, когда я вам скажу ее звание?.. Она — про­стая кре­стьянка!.. Но не сму­щай­тесь сим, ваше Бого­лю­бие: она и по пра­отцу нашему Адаму, и по Гос­поде нашем Иисусе Христе сущая вам сестра!

Тут Батюшка стал гово­рить о том, как нам жить с буду­щей моей женой, и беседу свою завер­шил повто­ре­нием просьбы своей, умоляя не забы­вать ни просьбы своей, ни беседы, а затем отпу­стил с миром, ничего уже не говоря о Язы­ко­вой…

…В ука­зан­ное время Мото­ви­лов не имел еще ника­кого поня­тия ни о Диве­еве, ни о той роли, кото­рую с тече­нием вре­мени он должен был играть в судь­бах этого послед­него на земле жребия Царицы Небес­ной.

Вось­ми­лет­няя в то время девочка Елена Милю­кова еще того менее могла подо­зре­вать, что когда-нибудь выйдет замуж, да еще за бога­того дво­ря­нина, кото­рый в буду­щем не постоит ни перед чем, чтобы испол­нить завет своего Батюшки, и в мир­ском облике станет тем служ­кой Божией Матери и Сера­фи­мо­вым, каким он стал по див­ному смот­ре­нию Божи­ему впо­след­ствии» (Нико­лай Алек­сан­дро­вич Мото­ви­лов и Диве­ев­ская оби­тель. Изда­ние Свято-Троице-Сера­фимо-Диве­ев­ского жен­ского мона­стыря, 1999, с. 42,45–46,48.)

Раз браки совер­ша­ются на небе­сах, значит надо учиться слы­шать волю Божию о себе, кото­рая хри­сти­а­нину откры­ва­ется через молит­вен­ную жизнь его сердца, обра­щен­ного к Богу.

О бла­го­сло­ве­нии духов­ника

Когда вопрос о браке реша­ется людьми цер­ков­ными, то необ­хо­димо бла­го­сло­ве­ние духо­вого отца или при­ход­ского свя­щен­ника, у кото­рого жених и неве­ста испо­ве­ду­ются обычно.

Послу­ша­ние духов­нику помо­гает избе­жать тех ошибок, кото­рые так часто совер­ша­ются из-за отсут­ствия жиз­нен­ного и духов­ного опыта.

Когда в церкви совер­ша­ется вен­ча­ние?

Для цер­ков­ного вен­ча­ния жениху и неве­сте необ­хо­димо выбрать день для совер­ше­ния таин­ства вен­ча­ния и пред­ва­ри­тельно дого­во­риться со свя­щен­ни­ком. Надо знать, что бра­ко­вен­ча­ние совер­ша­ется в особые, уста­нов­лен­ные цер­ко­вью, дни – в поне­дель­ник, среду, пят­ницу и вос­кре­се­нье. Исклю­че­ние состав­ляет дни нака­нуне дву­на­де­ся­тых, хра­мо­вых и вели­ких празд­ни­ков. А также в про­дол­же­ние всех постов: Вели­кого, Пет­рова, Успен­ского и Рож­де­ствен­ского.

В про­дол­же­ние Святок – от 7 января до 20 января, во время Мас­ле­ницы, а также в тече­ние Свет­лой сед­мицы; нака­нуне и в день памяти Усек­но­ве­ния главы Иоанна Пред­течи – 11 сен­тября; нака­нуне и в празд­ник Воз­дви­же­ния Креста Гос­подня – 27 сен­тября.

Само вен­ча­ние явля­ется отдель­ной служ­бой, совер­ша­е­мой в церкви после литур­гии. В тот же день или нака­нуне жених и неве­ста при­об­ща­ются Святых Хри­сто­вых Тайн с тем, чтобы при­сту­пить к таин­ству вен­ча­ния в чистоте духов­ной.

“Наша Боже­ствен­ная Литур­гия, и в осо­бен­но­сти Евха­ри­стия есть вели­чай­шее и посто­ян­ное откро­ве­ние нам любви Божией! – сви­де­тель­ствует пас­тырь Божий святой пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский.

Для жениха и неве­сты, гото­вя­щихся к созда­нию новой семьи,— домаш­ней церкви — пре­бы­ва­ние на Боже­ствен­ной службе, осо­бенно в такой для них день, самое лучшее духов­ное укреп­ле­ние. Ведь Сам Гос­подь при­ни­мает их на своем брач­ном пиру, кото­рым явля­ется Святая Евха­ри­стия. Не слу­чайно в Еван­ге­лии Цар­ство Небес­ное не еди­но­жды упо­доб­ля­ется браку и брач­ному пиру.

См. Кален­дарь вен­ча­ний.

О сим­во­лике обру­чаль­ных колец

Таин­ство вен­ча­ния пред­ва­ря­ется обру­че­нием жениха и неве­сты. В ста­рину оно совер­ша­лось отдельно от вен­ча­ния и явля­лось испы­та­нием вер­но­сти и любви, зало­гом кото­рых явля­лись обру­чаль­ные кольца.

Само слово “обру­че­ние”, как ука­зы­вает тол­ко­вый сло­варь В.И. Даля (Тол­ко­вый сло­варь живого вели­ко­рус­ского языка В.И. Даля в 4‑х тт., Рус­ский язык, 1999, т.2, с. 616.) про­ис­хо­дит от слова “обруч”, или “кольцо”, явля­ю­ще­еся древним сим­во­лом веч­но­сти. А так как цель брака есть дости­же­ние нетлен­ного образа веч­но­сти, то и непре­мен­ным усло­вием его совер­ше­ния явля­ется обмен коль­цами между жени­хом и неве­стой.

В древ­ней Церкви епи­скоп, совер­шая обру­чаль­ное бла­го­сло­ве­ние, воз­но­сил такое молит­вен­ное бла­го­по­же­ла­ние:

“Бла­го­слови, Гос­поди, кольцо это… ибо как оно вен­чает палец чело­века… так и бла­го­дать Свя­того Духа пусть окру­жает жениха и неве­сту, чтобы они видели сыно­вей и доче­рей до тре­тьего и чет­вер­того рода, кото­рые да вос­хва­лят имя Твое”.

Мит­ро­по­лит Анто­ний Сурож­ский так опи­сы­вает про­ис­хож­де­ние дове­ри­тель­ного обмена коль­цами между жени­хом и неве­стой во время обру­че­ния:

“В древ­но­сти люди часто не умели писать, а только могли удо­сто­ве­рить письмо или доку­мент печа­тью; и реша­ю­щую роль играло то кольцо, на кото­ром была личная печать. Доку­мент, запе­чат­лен­ный этим коль­цом, был неоспо­рим. Вот это кольцо и упо­ми­на­ется в службе обру­че­ния. Когда чело­век давал кольцо дру­гому, это озна­чало, что он ему дове­ряет без­ого­во­рочно, что он ему дове­ряет свою жизнь, свою честь, свое иму­ще­ство — все. И вот когда вен­ча­ю­щи­еся обме­ни­ва­ются коль­цами (я говорю именно обме­ни­ва­ются, потому что каждый из них сна­чала наде­вает кольцо и затем три раза его пере­дает своему супругу, раньше, чем оста­вить на своей руке) — когда супруги обме­ни­ва­ются коль­цами, они как бы гово­рят друг другу: “Я тебе дове­ряю без­условно, я тебе дове­ряю во всем, я с е б я дове­ряю тебе…” (Мит­ро­по­лит Анто­ний Сурож­ский. Таин­ство любви. Беседа о хри­сти­ан­ском браке. СПб., 1999, с. 29–30.)

Таким обра­зом, кольца сви­де­тель­ствуют о нерас­тор­жи­мо­сти брач­ного союза, а “что Гос­подь соче­тал, того чело­век да не раз­лу­чает” (Мф.19:6). Эта запо­ведь всегда пре­бы­вала в серд­цах тех, кто строил свое семей­ное сча­стье с молит­вою ко Гос­поду, а не по чело­ве­че­ским муд­ро­ва­ниям.

В преж­ние вре­мена кольцо жениха было золо­тым в знак того, что он, как солнце, должен све­тить своей жене светом бла­го­ра­зу­мия и бла­го­че­стия. Кольцо у неве­сты — сереб­ря­ное, подобно луне, кото­рая заим­ствует свой свет от мужа и должна поко­ряться ему.

Также кольцо жениха может быть медным, что соот­вет­ствует жел­тому цвету, а у неве­сты — оло­вян­ным, в напо­ми­на­ние белого цвета. (Свя­щен­ник А.В. Рож­де­ствен­ский. “Семья пра­во­слав­ного хри­сти­а­нина”, 1994, с.114.)

Что озна­чают воз­жжен­ные свечи в руках жениха и неве­сты?

Перед нача­лом обру­че­ния свя­щен­ник вру­чает ново­брач­ным горя­щие свечи, назы­ва­е­мые вен­чаль­ными, кото­рые не гасятся в про­дол­же­ние всего вре­мени вен­ча­ния. Они сим­во­ли­зи­руют чистоту брака по слову Еван­ге­лия: “А посту­па­ю­щий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соде­ланы” (Ин.3:21).

Таким обра­зом, жених и неве­ста, “как чада света”, по слову апо­стола Павла (Эф.5,8), сви­де­тель­ствуют всем, что они чисты и цело­муд­ренны пред Богом. Пла­мень свечей оза­ряет начало новой жизни, где свет — источ­ник Божией свя­то­сти. Союз о Гос­поде обя­за­тельно при­вле­кает к себе бла­го­дать Божию. “Где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди них” (Мф.18:20). Жениху вру­ча­ется неве­ста и муж при­ни­мает ее от Бога и Его Церкви, по слову бла­жен­ного Симеона. (Сочи­не­ния бла­жен­ного Симеона, архи­епи­скопа Фес­са­ло­ни­кий­ского, СПб., 1856, с.353.) Все неве­сты пре­красны, как бело­снеж­ные лилии. Они радуют взор и весе­лят сердце. Не слу­чайно Архан­гел Гав­риил явился к Деве Марии с цвет­ком лилии — сим­во­лом цело­муд­рия и чистоты.

Что озна­чает каж­де­ние ново­брач­ных?

Когда жених и неве­ста стоят с воз­жжен­ными све­чами, свя­щен­ник совер­шает кре­сто­вид­ное каж­де­ние ново­брач­ных. Тем самым он при­зы­вает на них бла­го­дать Свя­того Духа, напо­ми­ная нам собы­тия из вет­хо­за­вет­ной книги Товита, где повест­ву­ется о женитьбе Товии, сына Товита на дочери Рагу­ила Сарре, пред­на­зна­чен­ной ему Богом в жены. И чтобы свер­ши­лась воля Божия, близ Сарры нахо­дился злоб­ный дух, кото­рый умерщ­вляет всех жени­хов, при­водя в отча­я­ние и неве­сту, и ее роди­те­лей.

Пла­менно моли­лись Товия и Сарра, чтобы Гос­подь бла­го­сло­вил их брач­ный союз. Молитва ново­брач­ных была услы­шана. Архан­гел Рафаил, кото­рый привел Товию в дом его неве­сты, научил его, как каж­де­нием ото­гнать вражью силу (Книга Товита, главы 6–8). Таким обра­зом, кре­сто­вид­ное каж­де­ние озна­чает неви­ди­мое, таин­ствен­ное при­сут­ствие с нами бла­го­дати Свя­того Духа, освя­ща­ю­щего нас для благих дел.

Как совер­ша­ется обру­че­ние?

Когда свя­щен­ник совер­шает каж­де­ние жениха и неве­сты, сто­я­щих с воз­жжен­ными све­чами в храме, Цер­ковь воз­но­сит молитвы, испра­ши­вая у Бога мир, необ­хо­ди­мый ново­брач­ным, молится о нис­по­сла­нии им совер­шен­ной любви и помощи, бла­го­дати для непо­роч­ного житель­ства, ибо только Единый Бог дарует брак честен и ложе несквер­ное. Молит Цер­ковь об избав­ле­нии от всякия скорби, гнева и нужды, обра­ща­ется ко Пре­бла­го­сло­вен­ной Вла­ды­чице Пре­свя­той Бого­ро­дице о заступ­ни­че­стве и спа­се­нии.

В своих молит­вах Цер­ковь вновь воз­вра­щает нас ко вре­ме­нам Вет­хого Завета. Мы вспо­ми­наем Исаака и Ревекку, кото­рых друг для друга избрал Сам Гос­подь. И свя­щен­ник, при­водя их в пример, испра­ши­вает бла­го­сло­ве­ния у Бога на обру­че­ние пред­сто­я­щих здесь жениха и неве­сты, чтобы “союз любви поло­жить им нераз­ру­ши­мый”.

Затем свя­щен­ник трижды кре­сто­об­разно бла­го­слов­ляет сна­чала жениха, а затем неве­сту коль­цами, кото­рые были освя­щены на святом пре­столе этой церкви.

Первый шаг соеди­не­ния жениха и неве­сты свя­щен­ник сопро­вож­дает сло­вами: ”Обру­ча­ется раб Божий (назы­ва­ется имя жениха) рабе Божией (назы­вает имя неве­сты) во имя Отца и Сына и Свя­таго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь”. А потом обра­ща­ется к неве­сте с теми же сло­вами: “Обру­ча­ется раба Божия (назы­вает ее имя) рабу Божьему (назы­вает его имя) во имя Отца и Сына и Свя­таго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь”.

Супру­же­ский союз несет в себе залог един­ства и веч­но­сти. Кольца наде­ва­ются на персты правых рук, зна­ме­нуя бла­го­сло­ве­ние на всякое доброе дело — “…и дес­ница раб Твоих бла­го­сло­вится” — гово­рит текст молитвы, чита­е­мой свя­щен­ни­ком после обру­че­ния. Кольца сви­де­тель­ствуют о бла­го­дат­ной помощи в сохра­не­нии супру­же­ской любви, немерк­ну­щей бла­го­даря Божией мило­сти.

Что озна­чает белый плат под ногами жениха и неве­сты?

С пением псалма царя Давида “Бла­женны все боя­щи­еся Гос­пода…” жених и неве­ста с воз­жжен­ными све­чами выхо­дят на сере­дину храма и ста­но­вятся пред ана­лоем, на кото­ром лежат Святое Еван­ге­лие и крест Хри­стов. Этим Цер­ковь пока­зы­вает, что во всех путях своей жизни, во всех начи­на­ниях, супруги должны сле­до­вать еван­гель­ским запо­ве­дям. А Крест Христа Спа­си­теля должен укреп­лять их духовно в несе­нии соб­ствен­ного креста, запо­ве­дан­ного Гос­по­дом всем хри­сти­а­нам.

Под ногами ново­брач­ных белое поло­тенце или белая ткань — символ един­ства и радо­сти нераз­дель­ного житель­ства в супру­же­стве. Как и под­ве­неч­ное платье неве­сты, эта бело­снеж­ная ткань гово­рит о чистоте и цело­муд­рии всту­па­ю­щих в брак, о том, что их мысли, чув­ства и дела так же без­упречны по отно­ше­нию друг ко другу и ко Гос­поду.

О чем жених и неве­ста воз­но­сят обеты Богу во время вен­ча­ния?

Когда смолк­нут цер­ков­ные пес­но­пе­ния и в храме станет тихо, свя­щен­ник обра­щает к жениху и неве­сте поучи­тель­ное слово Церкви, кото­рое при­го­тов­ляет их к про­из­не­се­нию брач­ных обетов.

Обеты даются веру­ю­щими или в бла­го­дар­ность Гос­поду за ока­зан­ную небес­ную помощь, или при молитве о помощи Божией. Нару­ше­ние обетов, данных Богу, состав­ляет грех против тре­тьей запо­веди Закона Божия: “Не про­из­носи имени Гос­пода, Бога твоего, напрасно”.

Поэтому прежде, чем будут про­из­не­сены обеты, свя­щен­ник вопро­шает ново­брач­ных, начи­ная с жениха: “Имеешь ли (назы­вает его имя) про­из­во­ле­ние благое и непри­нуж­ден­ное и креп­кую мысль взять себе в жены ( назы­вает имя неве­сты)…” Согла­сие жениха сви­де­тель­ствует, что отныне он готов взять на свои плечи всю ответ­ствен­ность за свою семью и будет забо­титься и о жене, и о детях, кото­рыми Гос­подь бла­го­сло­вит их союз, отныне он сознает себя главой семьи по образу Христа, явля­ю­ще­гося Главой Церкви, по неиз­ре­чен­ной любви к кото­рой взо­шед­шего на Гол­гоф­ский Крест.

И сле­ду­ю­щий вопрос свя­щен­ника: “Не обе­щался ли иной неве­сте?” Отри­ца­тель­ный ответ жениха сви­де­тель­ствует о его бла­го­ра­зу­мии и чистой сове­сти, вер­но­сти и готов­но­сти быть домо­стро­и­те­лем своей семьи, как слу­жи­тель Хри­стов и домо­стро­и­тель Таин Божиих (1Кор.4:1–2): “От домо­стро­и­те­лей же тре­бу­ется, чтобы каждый ока­зался верным”.

Те же вопросы пред­ла­гает свя­щен­ник и неве­сте: “Имеешь ли про­из­во­ле­ние благое и непри­нуж­ден­ное, и твер­дую мысль, взяти себе в мужа сего (имя жениха)…” Своим отве­том неве­ста сви­де­тель­ствует, что ей известно при­зва­ние жены и матери и она готова быть верной помощ­ни­цей мужу, любя­щей супру­гой и доб­ро­де­тель­ной мате­рью по слову пре­муд­рого Соло­мона: «Кто найдет доб­ро­де­тель­ную жену? Цена ее выше жем­чу­гов; уве­ренно в ней сердце мужа ее, и он не оста­нется без при­бытка; она воз­дает ему добром, а не злом, во все дни жизни своей” (Прит.31:10–11).

Ответы неве­сты: “Имею, чест­ный отче”, “Не обе­ща­лась, чест­ный отче” также сви­де­тель­ствуют о ее бла­го­нра­вии и бла­го­че­стии, готов­но­сти быть мужу и детям надеж­ной опорой в жизни.

Брач­ные обеты жениха и неве­сты под­твер­ждают пред Богом и Цер­ко­вью доб­ро­воль­ность и неру­ши­мость их наме­ре­ний. В хри­сти­ан­ском браке такое сви­де­тель­ство явля­ется глав­ным усло­вием для при­зна­ния жениха и неве­сты — мужем и женой.

«Поло­жил еси на главах их венцы…»

Когда жени­хом и неве­стой про­из­не­сены брач­ные обеты свя­щен­ник при­сту­пает к совер­ше­нию таин­ства вен­ча­ния. Как любое цер­ков­ное дей­ствие оно начи­на­ется с молит­вен­ного про­ше­ния, при­зы­ва­ю­щего бла­го­сло­ве­ние и милость Божию на всех моля­щихся. Свя­щен­ник вспо­ми­нает Богом бла­го­сло­вен­ные браки святых пра­от­цев и при­зы­вает на буду­щую семью бла­го­сло­ве­ние Гос­подне, кото­рого спо­до­би­лись Авраам и Сарра, Исаак и Ревекка, Иаков и Рахиль, Иосиф и Асе­нефа, Заха­рия и Ели­за­вета; свя­щен­ник вспо­ми­нает бла­го­сло­ве­ние брач­ной четы Гос­по­дом в Кане Гали­лей­ской и просит Его, неви­димо пред­сто­я­щего здесь, бла­го­сло­вить союз рабов Божиих, чьи имена он громко назы­вает и молит о даро­ва­нии им мирной и долгой супру­же­ской жизни, бла­го­сло­ве­ние буду­щим детям и бла­го­по­лу­чие всему дому.

В сле­ду­ю­щей молитве свя­щен­ник молит Гос­пода сохра­нить бра­чу­ю­щихся, как сохра­нены были в ков­чеге Ной и вся его семья, как чудесно спасся Иона во чреве кито­вом и три отрока в пещи Вави­лон­ской обрели в огне небес­ную про­хладу.

Воз­но­сится ко Гос­поду и особое про­ше­ние о роди­те­лях, чьи молитвы “утвер­ждают осно­ва­ния домов” (Сир.3:9).

И вот насту­пает тай­но­со­вер­ши­тель­ная минута, когда свя­щен­ник воз­ла­гает на бла­го­сло­вен­ную чету венцы — зна­ме­ние цар­ской власти.

Свя­щен­ник, взяв венец, зна­ме­нует им кре­сто­об­разно жениха и дает ему цело­вать образ Спа­си­теля, при­креп­лен­ный к перед­ней части венца и освя­ща­ю­щий его. Венчая жениха, свя­щен­ник про­из­но­сит: “Вен­ча­ется раб Божий (назы­вает его имя) рабе Божией (назы­вает имя неве­сты) во имя Отца и Сына и Свя­таго Духа”.

Бла­го­сло­вив таким же обра­зом неве­сту и дав ей при­ло­житься к образу Пре­свя­той Бого­ро­дицы, укра­ша­ю­щему ее венец, свя­щен­ник вен­чает ее, про­из­нося: “Вен­ча­ется раба Божия (имя неве­сты) рабу Божию (имя жениха) во имя Отца и Сына и Свя­таго Духа”.

Воз­ло­же­нием венцов Цер­ковь воз­дает жениху и неве­сте особую честь за духов­ный подвиг соблю­де­ния цело­муд­рия до брака.

При воз­гласе свя­щен­ника: “Гос­поди Боже наш, славою и честию венчай я (их)”, — свер­ша­ется таин­ство брака. Цер­ковь про­воз­гла­шает вен­ча­ю­щихся родо­на­чаль­ни­ками новой хри­сти­ан­ской семьи – малой церкви. Цер­ков­ное бла­го­сло­ве­ние зна­ме­нует веч­ность и нерас­тор­жи­мость рож­ден­ного союза: “Что Бог соче­тал, того чело­век да не раз­лу­чает” (Мф.19:6).

Кто такие сви­де­тели при вен­ча­нии?

Когда свя­щен­ник воз­ла­гает венцы на главу жениха и неве­сты, то при­ни­мают и держат их вос­при­ем­ники, или сви­де­тели. За неве­стой стоит ее подруга, а за жени­хом — друг. Они явля­ются молит­вен­ными хра­ни­те­лями этого брака, духов­ными настав­ни­ками, поэтому “должны быть пра­во­слав­ными и бого­лю­би­выми” (Сочи­не­ние бла­жен­ного Симеона, архи­епи­скопа Фес­са­ло­ни­кий­ского, 1856, СПб, с. 357.), — допол­няет бла­жен­ный Симеон.

Чему научает мужа и жену слово свя­того апо­стола Павла и еван­гель­ское чтение о брач­ном пире в Кане Гали­лей­ской?

И слово апо­стола Павла к цер­ков­ной общине Эфеса, и еван­гель­ское чтение о пире в Кане Гали­лей­ской гово­рят о глав­ном — о послу­ша­нии как непре­лож­ном законе всех вза­и­мо­от­но­ше­ний между хри­сти­а­нами.

“Что скажет Он вам, то и сде­лайте”, — гово­рит Божия Матерь. И вот испол­нили, как было ска­зано, и обрели нежданно в сосу­дах вино с избыт­ком.

И святой апо­стол Павел при­зы­вает веру­ю­щих: “Пови­нуй­тесь друг другу в страхе Божием” (Эф.5,21). То есть ради Христа, ради любви к Нему. И мир входит в их дома и сердца, и бла­го­слов­ляет Гос­подь, даруя им блага земные и небес­ные.

По слову св.Иоанна Зла­то­уста, от супру­же­ства зави­сит не только вре­мен­ное сча­стье, но даже вечное спа­се­ние (О хри­сти­ан­ском браке и обя­зан­но­стях мужа и жены. Учение св. Иоанна Зла­то­уста., 1995, с.8.). И сколь много при­об­ре­тает чело­век, когда строит свою жизнь на само­от­вер­жен­ной любви к ближ­нему. Этому научает слово Божие, кото­рое воз­гла­ша­ется в храме во время вен­ча­ния. И слово апо­стола Павла сви­де­тель­ствует о том, что брак есть таин­ство: “Посему оста­вит чело­век отца своего и мать и при­ле­пится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика” (Еф.5:31–32).

Брач­ный союз подо­бен нерас­тор­жи­мому един­ству Христа и Его Неве­сты-Церкви, идущих во имя любви друг ко другу на доб­ро­воль­ную крест­ную жертву. Гос­подь во имя любви и спа­се­ния чело­ве­че­ства вос­хо­дит на Гол­гофу. Цер­ковь, чьи верные чада жизнью во славу Божию и смер­тью за святую пра­во­слав­ную веру сви­де­тель­ство­вали свою любовь к Богу на про­тя­же­нии двух тыся­че­ле­тий непре­стан­ной духов­ной брани.

Что сим­во­ли­зи­рует испи­тие вина из общей чаши моло­дыми?

После чтения Еван­ге­лия Цер­ковь вновь воз­но­сит свои молитвы о ново­брач­ных. Затем свя­щен­ник при­но­сит чашу с вином и, бла­го­сло­вив ее, подает ново­брач­ным. Жених и неве­ста пооче­редно пьют из нее во озна­ме­но­ва­ние отныне их нераз­дель­ного бытия, как духов­ного, так и телес­ного, а также во сви­де­тель­ство их еди­не­ния в бла­го­мыс­лии о Боге.
В древ­но­сти эта чаша была чашей Евха­ри­стии, во многих визан­тий­ских и сла­вян­ских бого­слу­жеб­ных книгах  нередко при­сут­ство­вали два чаши: евха­ри­сти­че­ская и с бла­го­слов­лен­ным вином; послед­няя и оста­лась в совре­мен­ном чино­по­сле­до­ва­нии.

О хож­де­нии вокруг аналоя

Затем свя­щен­ник соеди­няет правые руки супру­гов в знак их еди­не­ния во Христе и покры­вает их концом епи­тра­хили, что сим­во­ли­зи­рует вру­че­ние мужу чрез руки свя­щен­ника жены от Самой Церкви. Далее он, держа в руках крест, трижды обво­дит их вокруг аналоя, на кото­ром лежит Еван­ге­лие. Круг во все вре­мена служил знаком веч­но­сти, потому хож­де­ние вокруг аналоя сим­во­ли­зи­рует нерас­тор­жи­мость заклю­чен­ного союза. Оно совер­ша­ется трижды во славу Святой Троицы.

Следуя за свя­щен­ни­ком, ново­брач­ные поют цер­ков­ные тро­пари, смысл кото­рых откры­вает сокро­вен­ное зна­че­ние их брака как еди­не­ние во Христе для слу­же­ния Богу.

“Исае ликуй, Дева име во чреве, и роди сына Эмма­ну­ила, Бога же и чело­века, восток имя Ему: Его же вели­ча­юще, Деву убла­жаем”.

Так Цер­ковь вос­пе­вает самое радост­ное собы­тие во Все­лен­ной — Рож­де­ство Хри­стово. Это пес­но­пе­ние в кон­тек­сте с про­ис­хо­дя­щим в данный момент в храме рас­кры­вает ново­брач­ным, что рож­де­ние их семьи нахо­дится теперь в череде цер­ков­ных собы­тий и имеет ту же цель, что и Бого­во­че­ло­ве­че­ние — спа­се­ние друг друга для вечной жизни со Хри­стом.

Затем вос­пе­ва­ется тро­парь “Святии муче­ницы, добре стра­даль­че­ство­вав­шии, и вен­чав­ши­ися, моли­теся ко Гос­поду, поми­ло­ва­тися душам нашим”.

Это молит­вен­ное взы­ва­ние к тем, кто принял доб­ро­воль­ное стра­да­ние, при­нес­шее венец муче­ни­че­ства, и спо­до­бился через это Цар­ства Небес­ного. Цер­ковь тем самым гово­рит нам, что добрые супруги тер­пе­нием скор­бей упо­доб­ля­ются хри­сти­а­нам, стя­жав­шим муче­ни­че­ские венцы за свой крест­ный подвиг испо­вед­ни­че­ства веры во Христа.

В завер­ше­нии вос­пе­ва­ется тро­парь “Слава Тебе Христе Боже, апо­сто­лов похвало, муче­ни­ков радо­ва­ние, ихже про­по­ведь, Троице Еди­но­сущ­ная”.

Это пес­но­пе­ние напо­ми­нает, что путь бла­го­ве­стия Хри­стова ожи­дает каж­дого хри­сти­а­нина, ибо по слову апо­стола Павла: ”Сердце верует к пра­вед­но­сти, уста испо­ве­дуют ко спа­се­нию” (Рим.10:10). Следуя этим путем, муж и жена должны быть прежде всего достой­ным при­ме­ром для своих детей и вер­ными помощ­ни­ками друг другу.

Напут­ствен­ное слово Церкви

В ста­рину ново­брач­ные семь дней пре­бы­вали осе­нен­ные вен­цами и только на вось­мой день особым чином в храме раз­ре­ша­лись от них. В совре­мен­ной прак­тике отъ­я­тие венцов совер­ша­ется по окон­ча­нии тор­же­ствен­ного шествия. Свя­щен­ник про­из­но­сит об этом крат­кую молитву. Но всю после­ду­ю­щую жизнь эти венцы будут незримо укра­шать мужа и жену, если они будут всегда сле­до­вать правде Божией, хра­нить мир и любовь друг ко другу.

Заклю­чает вен­ча­ние особая молитва о ново­брач­ных, в кото­рой свя­щен­ник испра­ши­вает у Гос­пода бла­го­сло­ве­ние на всю их жизнь, а также бла­го­ча­дие и дол­го­жи­тие. Обра­ща­ется он и к Божией Матери, испро­сив­шей у Гос­пода мило­сти для ново­брач­ных в Кане Гали­лей­ской.

Вспо­ми­на­ются в этом молит­вен­ном про­ше­нии и бого­вен­чан­ные святые рав­ноап­о­столь­ные царица Елена и царь Кон­стан­тин, особо чтимые Цер­ко­вью. Они первые из земных царей при­няли хри­сти­ан­скую веру и утвер­дили ее как госу­дар­ствен­ную, при­ведя в лоно Святой Церкви Хри­сто­вой всю под­власт­ную им все­лен­ную.

В молитве о ново­брач­ных Цер­ковь обра­ща­ется к свя­тому вели­ко­му­че­нику Про­ко­пию, кото­рый своими стра­да­ни­ями за Христа вооду­ше­вил стя­жать венцы муче­ни­че­ства две­на­дцать бла­го­род­ных женщин, взо­шед­ших на крест, как на брач­ный пир.

Подоб­ными при­ме­рами ново­брач­ные при­зы­ва­ются Цер­ко­вью хра­нить в сердце апо­столь­скую рев­ность и слу­жить Богу своими тру­дами, ибо отныне они являют собой малую цер­ковь, бла­го­сло­вен­ную в день их вен­ча­ния Гос­по­дом нашим Иису­сом Хри­стом.

“Многия и благия лета…” вос­пе­вает ново­брач­ным Цер­ковь, а свя­щен­ник обра­ща­ется к ним с пас­тыр­ским словом, кото­рое они должны выслу­шать с особым вни­ма­нием, ибо по наитию во время свер­ше­ния таин­ства свя­щен­ник гово­рит слово не столько от себя, сколько откры­ва­е­мое ему Гос­по­дом по бла­го­дати свя­щен­ства, гово­рит именно то, что важно для пред­сто­я­щих пред ним и перед Богом. Его слово будет о самом необ­хо­ди­мом на поприще семей­ной жизни, где они при­званы слу­жить ближ­ним и Богу.

О нерас­тор­жи­мо­сти цер­ков­ного брака

Цер­ков­ный брак нерас­тор­жим, за исклю­че­нием слу­чаев смерти одного из супру­гов или вины пре­лю­бо­де­я­ния. Об этом нам сви­де­тель­ствует Свя­щен­ное Писа­ние:

«Жена свя­зана зако­ном, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, сво­бодна выйти, за кого хочет, только в Гос­поде» (1Кор.7:39).

«Они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог соче­тал, того чело­век да не раз­лу­чает»

(Мф.19:6).

«Без­брач­ным же и вдовам говорю: хорошо им оста­ваться, как Я; но если не могут воз­дер­жаться, пусть всту­пают в брак; ибо лучше всту­пить в брак, нежели раз­жи­гаться»

(1Кор.7:8–9).

«А Я говорю вам: кто раз­во­дится с женою своею, кроме вины любо­де­я­ния, тот подает ей повод пре­лю­бо­дей­ство­вать; и кто женится на раз­ве­ден­ной, тот пре­лю­бо­дей­ствует» (Мф.5:32).

Что может пре­пят­ство­вать хри­сти­ан­скому браку?

Пра­во­слав­ная Цер­ковь счи­тает граж­дан­ский брак лишен­ным бла­го­дати как чело­ве­че­ское устро­е­ние, но как факт при­знает и не счи­тает его неза­кон­ным блуд­ным сожи­тель­ством. Однако усло­вия заклю­че­ния брака по граж­дан­скому зако­но­да­тель­ству и по цер­ков­ным кано­нам имеют раз­ли­чия. Не всякий граж­дан­ский брак может быть освя­щен Цер­ко­вью.

Цер­ковь не допус­кает вступ­ле­ние в брак более трех раз, тогда как по граж­дан­скому зако­но­да­тель­ству раз­ре­шен чет­вер­тый и пятый брак, кото­рые Цер­ковь не бла­го­слов­ляет.

Вен­ча­ние невоз­можно, если кто-либо из супру­гов не крещен и не соби­ра­ется при­нять кре­ще­ние перед вен­ча­нием или пришел на вен­ча­ние по чужой воле.

Вен­ча­ние невоз­можно, если один из супру­гов фак­ти­че­ски состоит в браке с другим лицом. Для этого необ­хо­димо рас­тор­же­ние граж­дан­ского брака, а если брак был цер­ков­ный, обя­за­тельно взять раз­ре­ше­ние архи­ерея на рас­тор­же­ние его и бла­го­сло­ве­ние на вступ­ле­ние в новый брак.

Пре­пят­ствием к совер­ше­нию бра­ко­вен­ча­ния явля­ется кров­ное или духов­ное род­ство жениха и неве­сты. Если они явля­ются вос­при­ем­ни­ками при кре­ще­нии одного чело­века, то их брак не может быть бла­го­слов­лен Цер­ко­вью. 

О сва­деб­ной тра­пезе

Святая Цер­ковь предо­сте­ре­гает от небла­го­го­вей­ного пове­де­ния после совер­ше­ния таин­ства вен­ча­ния как самих ново­брач­ных, так и при­гла­шен­ных гостей. В 53‑м пра­виле Лаоди­кий­ского Собора ска­зано: «Не подо­бает на браки ходя­щим ска­кати или пля­сати, но скромно вече­ряти и обе­дати, как при­лично хри­сти­а­нам». Брач­ный пир должен быть чужд вся­кого невоз­дер­жа­ния и непри­ли­чия. Об этом должны поза­бо­титься сви­де­тели на сва­дьбе, кото­рые по рус­скому обычаю явля­ются одно­вре­менно и почет­ными гостями, и бла­го­че­сти­выми разум­ными хозя­е­вами на брач­ном тор­же­стве. 

О супру­же­ской жизни

В поста­нов­ле­нии одного из Кар­фа­ген­ских Собо­ров гово­рится: «Жених и неве­ста, по полу­че­нии бла­го­сло­ве­ния, должны про­во­дить сле­ду­ю­щую ночь в дев­стве из бла­го­го­ве­ния к полу­чен­ному бла­го­сло­ве­нию».

Цер­ковь осуж­дает невоз­дер­жан­ное про­ве­де­ние моло­дыми супру­гами «медо­вого месяца». Их сдер­жан­ность и уме­рен­ность будут воз­на­граж­дены тихой радо­стью и сча­стьем первых дней новой, сов­мест­ной жизни.

Также воз­дер­жа­ние тре­бу­ется по цер­ков­ным кано­нам во все вос­крес­ные и празд­нич­ные дни, дни при­ча­ще­ния, пока­я­ния и поста. Пре­по­доб­ный Сера­фим Саров­ский гово­рил юноше, всту­па­ю­щему в брак: «…И еще хра­ните чистоту, хра­ните среды и пят­ницы, и празд­нич­ные, и вос­крес­ные дни. За не хра­не­ние чистоты, за не соблю­де­ние среды и пят­ницы супру­гами дети родятся мерт­выми, а при не хра­не­нии празд­ни­ков и вос­крес­ных дней жены уми­рают родами».

То же писал в одном письме и старец Амвро­сий Оптин­ский: «Болезнь жены вашей, может быть, про­изо­шла по вашей же вине: или не почи­тали празд­ни­ков в супру­же­ских отно­ше­ниях, или не соблю­дали супру­же­ской вер­но­сти, за что и нака­зы­ва­е­тесь болез­нями жены».

Умение сдер­жи­вать себя в супру­же­ской жизни при­но­сит благие плоды душев­ного мира и бла­го­ден­ствия в семье, укреп­ляют мужа и жену духовно, делает их спо­соб­ными про­ти­во­сто­ять скор­бям и испы­та­ниям, неиз­беж­ным в семей­ной жизни, вос­пи­ты­вают их спо­соб­ным к жерт­вен­но­сти и само­огра­ни­че­нию. 

Каким святым молиться о бла­го­по­луч­ном браке?

Во всех пра­во­слав­ных молит­во­сло­вах можно найти молитвы на разные случаи семей­ной жизни. Каждое наше молит­вен­ное воз­ды­ха­ние Гос­подь слышит, но в жизни нас окру­жает именно то, что бла­го­по­требно для спа­се­ния нашей души, кото­рая в очах Божиих без­ценна. «Сту­чите и отвер­зется..», — гово­рит нам Гос­подь.

О бла­го­сло­ве­нии на вступ­ле­ние в брак молятся Пре­свя­той Бого­ро­дице в честь Ее иконы «Казан­ская», бла­го­вер­ному князю Петру и кня­гине Фев­ро­нии, Муром­ским чудо­твор­цам.

О совете и любви между мужем и женой молятся свя­тому апо­столу и еван­ге­ли­сту Иоанну Бого­слову.

О всякой семей­ной и быто­вой нужде — святой бла­жен­ной Ксении Петер­бург­ской.

При без­ча­дии совер­шают молитвы пра­вед­ным бого­от­цам Иоакиму и Анне, свя­тому про­року Заха­рии и Ели­са­вете. При жела­нии иметь дитя муж­ского пола — пре­по­доб­ному Алек­сан­дру Свир­скому.

О вос­пи­та­нии детей в хри­сти­ан­ском бла­го­че­стии — муче­нице Софии и пре­по­доб­ному Сергию Радо­неж­скому.

О помощи в житей­ских делах, о бла­го­сло­ве­нии Божием над домом — свя­щен­но­му­че­нику Власию, епи­скопу Сева­стий­скому.  

«Без Бога не до порога»

Мы наде­емся, что наш рас­сказ о цер­ков­ном таин­стве вен­ча­ния помо­жет чита­телю серьезно заду­маться о себе самом. Послед­ние поко­ле­ния рос­сиян выпали из цер­ков­ной жизни и почти сто лет были лишены какого бы то ни было рели­ги­оз­ного опыта. Боль­шин­ство из нас так и про­дол­жает жить, следуя обще­при­ня­тым стан­дар­там, плывя по тече­нию среди соблаз­нов мира сего. Разве среди этого гро­хота, толчеи и кру­го­вра­ще­ния най­дется место для веч­но­сти? Разве может Гос­подь, сту­ча­щий в наше сердце, быть услы­шан? Разве такая жизнь не подобна нари­со­ван­ному солнцу, кото­рое и не светит, и не греет?

Но стоит пере­сту­пить порог храма, стоит при­со­еди­нить свое сердце к общей молитве, как неве­до­мое прежде бытие откроет нам сокро­вен­ную радость обще­ния с Богом. Тогда станет оче­вид­ным и непре­лож­ным мно­го­ве­ко­вой опыт рус­ской жизни, запе­чат­лен­ный в про­стых словах “Без Бога не до порога”.

В заклю­че­нии нашего рас­сказа о цер­ков­ном вен­ча­ния напом­ним глав­ное — это таин­ство есть особое бла­го­сло­ве­ние Церкви, Главой кото­рой явля­ется Сам Гос­подь. Поэтому так важно при­сту­пить к нему под­го­тов­лен­ным, собран­ным, чистым, без обмана, чтобы оно совер­ши­лось не в осуж­де­ние, а во спа­се­ние души. Тогда семей­ная жизнь будет иметь проч­ное, незыб­ле­мое осно­ва­ние. И все молитвы, про­из­не­сен­ные в этот день в храме, при­не­сут свои благие плоды, “ибо у Бога не оста­нется бес­силь­ным ника­кое слово” (Лк.1:37).

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки