священник Георгий Максимов

Священное Писание: Коран или Библия?

Первое, на что обращает внимание любой человек, желающий узнать ту или иную религию – на книгу, считающуюся в данной религии священным писанием, основу учения и образа жизни верующих.

В нашей стране после православных христиан крупнейшей по численности является мусульманская община, и потому контакты у православных христиан с мусульманами происходят чаще, чем с представителями других религий.

Такие контакты нередко приобретают характер дискуссий о вере, поэтому кажется вполне оправданным обратить внимание на книги, считающиеся священным писанием в христианстве и в исламе – Библию и Коран. И в большей степени на то, как понимают термин «священное писание» христиане и мусульмане, и какие аргументы предлагают в подтверждение своей веры, и насколько эти аргументы убедительны.

Это стоит сделать также и потому, что, как правило, почти любая серьезная дискуссия о вере между христианином и мусульманином обязательно касается вопроса о том, что является истинным Словом Божиим – Коран, или Библия, а что – не является.

Для читателя-христианина нет нужды подробно объяснять, что такое Библия, которую он сам регулярно читает и слушает во время богослужения. А вот с Кораном он знаком гораздо меньше, так что не лишним будет сказать о нем подробнее.

>Коран, по мнению мусульман, является их священной книгой, он представляет собой запись тех «откровений», которые Мухаммед изрекал на протяжении двадцати с лишним лет. Откровения эти собраны в суры (главы), состоящие из аятов (стихов). В канонической версии Корана 114 сур. (Коран)

Коран в понимании мусульман – это прямая речь Аллаха, обращенная к людям. А Мухаммед только передатчик, посредник, через которого слово Аллаха было доведено до людей. Поэтому речь почти всегда идет от лица Аллаха.

Содержание книги охватывает пересказ библейских историй, историй доисламской Аравии и древнего мира, нравственные и юридические установления, полемику с немусульманами, описание страшного суда и посмертного воздаяния и т.п. Большинство сур объединяют отрывки, произнесенные в разное время и по разным поводам. Композиция книги выглядит формальной, названия сур произвольны, характерны резкие смысловые и тематические переходы, неясности, повторы, бессвязное повествование. Большая часть Корана представляет собой рифмованную прозу, не имеющую постоянного размера и рифмы.

При жизни Мухаммеда многие мусульмане записывали его откровения. Сам он, как считают, был неграмотным, и записей не вел. После его смерти еще при двух его преемниках мусульмане довольствовались устной памятью и отдельными записями. Затем несколько сподвижников Мухаммеда стали составлять известные им аяты в один свод. Выявились расхождения. Дабы преодолеть возникновение разногласий, третий халиф – Осман около 650 г. организовал комиссию по стандартизации текста Корана и сведению его в один корпус под руководством Зейда ибн Сабита – последнего писца Мухаммеда.

По всему халифату начали собирать и изыскивать сохранившиеся записи. Их сложили в главы, часто без всякой тематической систематизации и разместили в порядке убывания: ближе к началу располагались пространные суры, ближе к концу – короткие.

Полученный текст был объявлен единственно верным, Осман послал в основные города мусульманского мира по одной копии из тех, которые они написали, и приказал, чтобы весь остальной коранический материал, будь то фрагментарные записи или полный текст, был сожжен, что вызвало тогда возмущение многих мусульман.

Текст Корана подвергался изменениям в начале VIII века, когда по поручению правителя Ирака ал-Хаджжаджа (ум. 714) в нем были проставлены диакритические знаки, необходимые для того, чтобы отличить одну арабскую букву от других, изображаемых одинаково с нею, затем в Х веке, когда благодаря деятельности Ибн Муджахида (ум. 935) были закреплены допустимые варианты огласовок текста1, ограничившиеся семью «каноническими» традициями, две из которых в итоге стали доминирующими. Наконец, еще позже была проведена работа по внесению в текст Корана знаков препинания, дабы избежать опасности противоположного понимания фраз типа «казнить нельзя помиловать».

Как мусульмане учат о Коране и о Библии?

Современное мусульманское учение о Коране сформулировано следующим образом: «Коран является словом Аллаха, поэтому он всегда существовал, он не был сотворен Аллахом. Тот Коран, который сегодня имеется на руках – проявление в материальном мире извечного Корана – слова Аллаха. Пророк Мухаммед с помощью откровения получил эту Книгу и, ничего не добавляя своего и ничего не утрачивая, передал ее своим сподвижникам. Поэтому Коран не содержит ничего, кроме слов Аллаха. Более того, текст Корана никто не сможет изменить по своему желанию»2. «Коран до единого слова, до единой буквы остался в таком же виде, в каком был ниспослан Всевышним, в нем нет изменений ни в едином слове или огласовке»3.

К XI веку в исламе окончательно сформировалась концепция «неподражаемости» Корана (иджаз) – абсолютного совершенства его содержания и формы, свидетельствующего, что он есть главное чудо ислама, создать равное которому никто не в силах. Также из-за этого учения в исламе было выработано положение о непереводимости Корана. В настоящее время мусульмане активно переводят Коран на другие языки, но рассматривают такие переводы лишь как толкования Корана, а не как священный текст.

Что же касается мусульманского отношения к Библии, то оно определяется в третьей из шести догматических основ ислама («акида»): «вера в писания Аллаха». Под этим подразумевается признание того факта, что Аллах ниспосылал некоторым Своим посланникам Священные Писания. В Коране упоминаются: некие свитки, которые Аллах ниспослал Аврааму; Тора, которая была ниспослана Моисею; Псалтирь, которая была дарована Давиду; Евангелие, которое было ниспослано Иисусу, и Коран, который был ниспослан Мухаммеду. Кроме того, мусульмане верят, что Аллах ниспосылал и иные Писания другим Своим посланникам.

Эта вера вовсе не означает, что мусульмане считают Священным Писанием то, что реально имеется в Ветхом и Новом Завете. По учению ислама, Библия была искажена иудеями и христианами и потому Тора, Псалтирь и Евангелие не являются теми книгами, которые якобы на самом деле были ниспосланы Моисею, Давиду и Иисусу, и которые не сохранились.

Священным Писанием считается только Коран, который якобы сохранился неизменным и который был послан всему человечеству, в отличие от предыдущих Писаний, которые, как убеждены мусульмане, были посланы только одному конкретному народу. Мусульмане признают в Библии лишь то, что согласно с Кораном, а все, что противоречит ему, они объявляют позднейшими человеческими искажениями.

По их мнению, иудеи исказили Ветхий Завет, а христиане – Евангелие. Очень часто мусульманские полемисты утверждают, что это искажение якобы произвел апостол Павел, и, не менее часто, уверяют, будто Новый Завет сложился только в IV веке, и только тогда, на Первом Вселенском Соборе Православной Церкви появились у христиан все те учения, которым противоречит Коран – а именно, о Триединстве Божием, о том, что Христос – Бог и Сын Божий, о Его крестной смерти, и т.д.

Чем это отличается от христианского учения о Библии и о Коране?

Коран у мусульман и Библия у христиан одинаково называются Словом Божиим. Может показаться, что и понимание у мусульман и христиан одно и тоже. То есть, что Библия – для христиан, то и Коран – для мусульман. Но это не так, и сходства здесь меньше, чем различий.

Что такое Библия? Чтобы это понять, достаточно прочесть название двух частей этой Книги: Ветхий Завет, Новый Завет.

Итак, Библия – это Завет, договор, заключенный между Богом и людьми. Заключенный добровольно обеими сторонами.

С Авраамом и Моисеем, через праотцев и пророков Бог заключает Завет со всем народом Израиля, евреями. При этом сразу же подчеркивается универсальное значение завета с Авраамом, ибо обещает ему Господь: и благословятся в тебе все племена земные (Быт. 12, 3), что и произошло во Христе Иисусе, потомке Авраама по плоти, ибо во Христе был исполнен Ветхий и заключен Новый Завет с Новым Израилем,? с христианами, которыми стали представители всех племен земных.

У этого Завета есть и все признаки любого нормального договора. Оговариваются условия:

Если ты, когда перейдете [за Иордан], будешь слушать гласа Господа Бога твоего, тщательно исполнять все заповеди Его, которые заповедую тебе сегодня, то Господь Бог твой поставит тебя выше всех народов земли (Втор. 28, 1); Если же не будешь слушать гласа Господа Бога твоего и не будешь стараться исполнять все заповеди Его и постановления Его, которые я заповедую тебе сегодня, то придут на тебя все проклятия сии и постигнут тебя (Втор. 28, 15).

Но условия эти принимаются добровольно. Весь Израиль добровольно и непринужденно принимает на себя обязательства: И созвал Моисей всех [сынов] Израилевых и сказал им: …Все вы сегодня стоите пред лицем Господа Бога вашего… чтобы вступить тебе в завет Господа Бога твоего и в клятвенный договор с Ним, который Господь Бог твой сегодня поставляет с тобою, дабы соделать тебя сегодня Его народом, и Ему быть тебе Богом, как Он говорил тебе и как клялся отцам твоим Аврааму, Исааку и Иакову (Втор. 29, 2–15). (Моисей спускается с горы Синай)

И Библия есть документ этого Завета. В ней перечислены не только условия договора, но и события, связанные с его соблюдением. Книга Завета честно, подробно и без прикрас сообщает о том, как этот договор соблюдался в истории обеими заключившими его сторонами. В этом отношении можно привести аналогию с векселем, на котором при передаче его другому лицу делаются соответствующие пометки.

Библия описывает заключенный Завет, но не является самим Заветом как таковым. Так на любом договоре пишется «Договор», но договор состоит в факте, а не в тексте. Текст есть только фиксация на бумаге условий реально состоявшегося договора. Понятно, что договор сам по себе важнее документа. Документ вторичен и имеет служебное достоинство.

Зачем нужен документ? Только для одного – чтобы стороны не забыли о данных обязательствах. Но для Бога в том нужды нет, ибо Он Свой Завет помнит прекрасно и не исказит Его никогда.

А вот человеку нужен документ, но не по какой иной причине, как по слабости. А вообще же, как писал святитель Иоанн Златоуст: «По настоящему, нам не следовало бы иметь и нужды в помощи Писания, а надлежало бы вести жизнь столь чистую, чтобы вместо книг служила нашим душам благодать Духа, и чтобы, как те исписаны чернилами, так и наши сердца были исписаны Духом. Но так как мы отвергли такую благодать, то воспользуемся уж хотя бы вторым путем» 4 .

При всех сходствах и различиях, между Кораном и Библией есть одно важнейшее различие: Коран не есть Завет. Ни в каком из значений этого слова, Коран не является документом завета, и вообще не рассматривается как договор или что-то подобное.

Согласно мусульманским представлениям, Коран – это приказ Аллаха. И само название его нередко выводят из повеления «Кара!» («Читай!»), которое требовал у Мухаммеда мучавший его дух, явившийся ночью, когда тот спал в пещере на горе Хира. Коран по форме – это непрерывный монолог Аллаха, который припоминает те или иные поступки, цитирует людей, джиннов, животных и насекомых, полемизирует с врагами Мухаммеда, обещает и приказывает ему самому и его последователям.

Другой аспект, который не позволяет отнести Коран к завету – это характер взаимоотношений Аллаха и человека, как они описаны в самом Коране. К примеру: «Вот сказал ему его Господь: «Предайся!» Он сказал: «Я предался Господу миров!» И завещал это Авраам своим сынам и Иаков: «О сыны мои! Поистине, Аллах избрал для вас религию; не умирайте же без того, чтобы не быть вам предавшимся!"" (2, 131–132).

Аллах приказывает Аврааму: «Подчинись!». И тот покорно подчиняется. Ни о какой свободе выбора речи не идет. Никакого свободного общения с Богом, как описано для Авраама в 15 или 18 главах книги Бытия, где, в частности, сказано, что Авраам не бездумно подчинился, но добровольно поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность (Быт. 15, 6).

Коран ничего не говорит о завете, который бы заключал Аллах с мусульманами. Взаимоотношения Аллаха с человечеством строятся по образцу Корана. Аллах ниспослылает пророкам и посланникам каждому свой текст. Задача посланника передать текст, который по сути является инструкцией по правильному поведению. Легко видеть, что при таком понимании текст имеет самодовлеющее значение. Он должен быть передан без искажений, в точности.

Итак, существенное разногласие – понятие Завета.

Содержание и суть Библии – Завет Бога и человека.

Коран же не мыслится в исламе Книгой Завета, в нем доминирует прямо противоположная идея покорности и принуждения, причем настолько, что даже есть представление о людях, которых будут вести в мусульманский рай в цепях – согласно одному хадису, Мухаммед сказал, толкуя аят «предались Ему те, кто на небесах и на земле, вольно и невольно"(3, 83):"Предавшиеся Аллаху невольно – это плененные народы, кого привели к исламу в цепях и оковах и кого ведут в рай против их воли»5 .

Есть и еще одно отличие в понимании Священного Писания в исламе и христианстве. Для мусульман характерно представление о механическом запоминании диктуемого священного текста, при котором роль пророка носит пассивный характер. По их вере, Мухаммед лишь передал слово в слово то, что услышал от Джибрила, а тот передал слово в слово то, что прочитал в небесном вечном Коране – «хранимой скрижали». Но такое отношение к пророчеству более характерно как раз для язычества, в котором прорицатель становился неким пассивным орудием для духов, которые через него вещают. Христиане же знают, что человек, как свободное и разумное творение Божие, призван к сотрудничеству с Богом, Который уважает свободу Своего творения. Поэтому, хотя и все Писание богодухновенно (2Тим. 3, 16), но изрекали его святые Божие человеки, будучи движимы Духом Святым (2Пет. 1, 21). То есть, у пророка сохраняется возможность мыслить и передавать слова Божественного Откровения на языке человеческой речи, не искажая смысла Откровения, так как Дух Святой содействует в этом пророку. « ">

Богодухновенность Священного Писания в христианстве мыслится не как принадлежность каждой черты, каждого знака Богу, диктующему свои откровения евангелисту, который выступает при этом лишь как пассивное орудие, но как сотрудничество, соработничество Святого Духа – Бога и человека, при котором не подавляются индивидуальные особенности личности пишущего и его творческая воля, но Божественным наитием вдохновляются, напитываются истиной и благословляются.

Так в строгом соответствии с идеей завета между Богом и человеком, в Священном Писании участвуют две стороны: Сам Господь и принимающий Его Откровение пророк Божий. Именно поэтому речь и стиль, особенности построения фраз и изложение пророчеств у разных пророков в Ветхом Завете отличается, однако единство веры и суть пророчеств одна и та же. Равным образом и евангелисты могли по-разному излагать одни и те же происшествия, но суть их благовестия – одна и та же. Как сказал святитель Василий Великий, «Святой Дух никогда не лишает разума того, кого Он вдохновляет, иначе подобное действие было бы бесовским»6 .

Итак, мы выяснили существенное различие в понимании того, что такое Священное Писание для христиан и для мусульман. В первом случае это документ договора между Богом и человеком, а во втором – запись Божественных приказов человечеству.

Теперь самое время перейти к вопросу о том, как обосновывается истинность Писания в христианстве, а как – в исламе. Какие предлагаются критерии для определения того, что этот текст не просто литературный памятник, а слово Божие.

Краткие сведения о Коране

Коран является священной книгой мусульман, он представляет собой запись тех “откровений”, которые Мухаммед изрекал на протяжении двадцати с лишним лет. Откровения эти собраны в суры (главы), состоящие из аятов (стихов). В канонической версии Корана 114 сур.

Коран в понимании мусульман – это прямая речь Аллаха, обращённая к людям. А Мухаммед только передатчик, посредник, через которого слово Аллаха было доведено до людей. Поэтому речь почти всегда идёт от лица Аллаха. Говорит он, как правило, во множественном числе первого лица («мы»), что, однако сами мусульмане не воспринимают как свидетельство его множественности, но как форму изъяснения, подобающую великому.

Содержание охватывает пересказ библейских историй, историй доисламской Аравии и древнего мира, нравственные и юридические установления, полемику с немусульманами, описание страшного суда и посмертного воздаяния и т.п. Большинство сур, за редчайшим исключением (1, 12, 55, 113, 114) объединяют отрывки, произнесённые в разное время и по разным поводам. Композиция книги выглядит формальной, названия сур произвольны, характерны резкие смысловые и тематические переходы, неясности, повторы, бессвязное повествование. Большая часть Корана представляет собой рифмованную прозу, не имеющую постоянного размера и рифмы.

Все суры, за исключением 9-й, начинаются с “басмалы” – формулы, переводимой как “Во имя Аллаха, милостивого, милосердного”. Первоначально суры не имели названий, однако позднее они появились. Существование разных традиций передачи текста привело и к возникновению различных названий для одной суры. Так, например, у 98 суры зафиксировано семь названий.

Коран считается священной книгой только на арабском языке. Переводы не считаются собственно Кораном, хотя и производятся для понимания смысла. Однако в молитвенно-ритуальной жизни Коран можно читать только на арабском.

При жизни Мухаммеда многие мусульмане записывали его откровения. Сам он, как считают, был неграмотным, и записей не вёл. После его смерти ещё при нескольких его преемниках мусульмане довольствовались устной памятью и отдельными записями. Однако в сражениях погибли многие знатоки коранических откровений, а среди существующих списков обнаружились серьёзные расхождения. Дабы преодолеть возникновение разногласий из-за священного текста, третий халиф – Осман около 650 г. организовал комиссию по стандартизации текста Корана и сведению его в один корпус под руководством Зейда ибн Сабита – последнего писца Мухаммеда.

По всему халифату начали собирать и изыскивать сохранившиеся записи. Их сложили в главы, часто без всякой тематической систематизации и разместили в порядке убывания: ближе к началу располагались пространные суры, ближе к концу – короткие.

Полученный текст был объявлен единственно верным, Осман послал в основные города мусульманского мира по одной копии из тех, которые они написали, и приказал, чтобы весь остальной коранический материал, будь то фрагментарные записи или полный текст, был сожжен (Бухари, 6.61.510), что вызвало возмущение многих мусульман, обвинявших Османа в том, что он “уничтожил Книгу Аллаха” (Ибн Аби Дауд, Китаб ал-Масахиф, с. 36).

Текст Корана подвергался изменениям тогда, когда в нём были проставлены диакритические знаки, необходимые для того, чтобы отличить одну арабскую букву от других, изображаемых одинаково с нею. Последнее имело место не ранее 702 года, когда был основан город Васит, где, согласно преданию, была проделана эта работа по поручению правителя Ирака ал-Хаджжаджа (ум. 714) его писцами Насром б. Амисом (ум. 707) и Яхйей б. Ямуром (ум. 746). В главе “Что было изменено ал-Хаджджаджем в „тексте Османа“” Ибн Аби Дауд перечислил одиннадцать изменений, внесенных наместником Ирака (Ибн Аби Дауд, Китаб ал-Масахиф, с. 117).

Но и после этого до окончательной стандартизации текста было ещё далеко.. Поскольку древнее арабское письмо сложилось как консонантное, т.е. состоящее только из согласных букв, и Коран первоначально записывался без огласовок и диакритики, со временем возникло несколько школ, каждая из которых отстаивала свои варианты чтения (кирааты), возникавшие из-за различия в огласовках, позволяемых грамматикой языка. Например, записанное таким типом письма русское КРВ могло быть прочитано и как КРОВЬ и как КОРОВА и как КРИВО и т.п. Это приводило иногда к важным смысловым разночтениям: например, аят 63 суры 43 в одном кираате читается со словом ‘ilmun (знание): “Истинно, он – знание часа”; а в другом кираате – ‘alamun (знак, признак): “Истинно, Он – признак часа”, или 2:140: по кираату Хафса: taquluna “вы говорите”, а по кираату Варша: yaquluna “они говорят”, и т.д.

Целых три века исламской истории консонантную основу Корана читали, огласовывая её так, как кто захочет – в соответствии с правилами грамматики арабского языка. Этот период завершился благодаря деятельности Ибн Муджахида (ум. 935), который написал официальное сочинение, закреплявшее систему допустимых коранических “чтений”. Она ограничивала варианты огласовок семью традициями, которые все были признаны одинаково правомерными, а использование других вариантов – запрещено. Точка зрения Ибн Муджахида стала проводиться в жизнь с помощью судебных решений, непокорных богословов били плетьми и заставляли публично читать отречение от своих неканонических кираатов.

Семь способов чтения представляли собой следующие: Нафи (Медина), Ибн Касир (Мекка), Ибн Амир (Дамаск), Абу Амр (Басра), Асим, Хамза и ал-Кисай (Куфа). Со временем возникли мусульманские предания о том, что, сам Мухаммед ввёл и узаконил семь чтений, якобы Коран был послан ему семь раз в семи узаконенных позднее кираатах. Два кираата – “по Варшу” (пересмотренное чтение Нафи) и “по Хафсу” (пересмотренное чтение Асим) – в итоге стали доминирующими. Коран в первой традиции издаётся сейчас в странах Северной Африки (Марокко, Алжир) а также в Йемене, иногда – в Каире и в Саудовской Аравии. Во второй традиции Коран издаётся во всех остальных странах мусульманского мира.

И уже много после предпринятой Ибн Муджахидом стабилизации системы “чтений” была проведена работа по внесению знаков препинания, дабы избежать опасности противоположного понимания фраз типа “казнить нельзя помиловать”.

Краткие сведения о Библии

Библия состоит из семидесяти семи книг – пятидесяти книг Ветхого Завета и двадцати семи книг Нового Завета. Несмотря на то, что её записывали на протяжении нескольких тысячелетий десятки святых людей на разных языках, она, в отличие от Корана, имеет полную композиционную завершённость и внутреннее логическое единство. Это действительно единое произведение..

Оно начинается с книги Бытия, где описывается начало нашего мира – его сотворение Богом, в том числе и создание первых людей – Адама и Евы, их грехопадение, изгнание из рая, распространение человеческого рода и всё большое укоренение греха и идолопоклонства среди людей. Описывается, как нашёлся один праведник – Авраам, который поверил Богу и Бог заключил с ним завет: и поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими после тебя в роды их, завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя и дам тебе и потомкам твоим после тебя землю, по которой ты странствуешь, всю землю Ханаанскую, во владение вечное; и буду им Богом (Быт 17:7–8). При этом Бог даёт два обетования, первое: что потомки Авраама получат землю Ханаанскую, и второе, имеющее значение для всего человечества: и благословятся в тебе все племена земные (Бытие 12:1–3).

Так Бог создаёт от патриарха Авраама особый народ, и когда тот оказывается в Египетском плену, через пророка Моисея освобождает потомков Авраама, даёт им землю Ханаанскую, чем исполняет первое обетование, и заключает завет уже со всем народом: Не с вами только одними я поставляю сей завет и сей клятвенный договор, но как с теми, которые сегодня здесь с нами стоят пред лицем Господа Бога нашего, так и с теми, которых нет здесь с нами сегодня (Втор 29:2–15).

В книгах Второзаконие и Левит приводятся подробные указания, связанные с соблюдением этого завета, в книгах Притч, и Премудростей даются советы о том, как строить свою жизнь, чтобы не нарушать волю Божию, в книгах Иова, Ионы, Екклесиаста, Псалтыри содержатся сведения, необходимые для назидания и познания тайн Божиих.

В книгах Иисуса Навина, Судей, Царств, Паралипоменон рассказывается о том, как избранный Богом народ соблюдал, либо нарушал этот завет. За нарушение завета еврейский народ был порабощён царём Навуходоносором и оказался в Вавилонском плену, об условиях жизни в котором рассказывает книга Есфирь. Когда же народ покаялся и обратился от греха идолопоклонства к Своему Богу, Господь вернул его в землю обетованную, о чём повествуют книги Ездры и Неемии, а о дальнейшей истории евреев – Маккавейские книги.

При этом Бог призывал в народе пророков, через которых возвещал Свою волю и давал новые обетования, в том числе, о том, что: вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь (Иер 31:31–32). И что этот новый завет будет вечным: и дам вам завет вечный, неизменные милости, обещанные Давиду… Вот, ты призовешь народ, которого ты не знал, и народы, которые тебя не знали, поспешат к тебе ради Господа Бога твоего (Ис 55:3,5).

И говорит о том, Кто принесёт этот завет: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Ис 7:14), что значит “С нами Бог”.

И когда родился от Девы истинный Бог и истинный человек Иисус Христос, и, после трёх лет проповеди, в прощальную ночь, перед тем как идти на страдания и смерть, Он, сидя с учениками, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов (Мф 26:27–28). А после Своего воскресения, как мы помним, Он послал апостолов на проповедь всем народам, и тем самым исполнилось второе обетование Бога Аврааму, а также пророчество Исайи. А затем Господь Иисус восшёл на небо и сел одесную Отца Своего, и так исполнилось слово пророка Давида: Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня (Пс 109:1).

О жизни, смерти и воскресении Христа повествуют новозаветные книги Евангелия, написанные апостолами Матфеем, Иоанном, Марком и Лукой. Книга Деяний апостольских рассказывает о появлении Церкви Божией, то есть, сообщества верных, христиан, нового народа Отца, искупленного Кровью Господа.

В посланиях апостолов Иакова, Петра, Иоанна, Иуды и Павла приводятся указания, связанные с соблюдением Нового завета, советы о том, как строить свою жизнь во Христе, и сведения, необходимые для назидания и познания тайн Божиих, открывшихся в Новом Завете.

Наконец, последняя книга Библии – Апокалипсис, повествует о конце нашего мира, грядущем поражении сил зла, всеобщем воскресении и страшном суде Божием, за которым следует справедливое воздаяние для каждого и исполнение обетований нового завета для последовавших за Христом: а тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин 1:12).

Как мусульмане учат о Коране и о Библии?

Современное мусульманское учение о Коране сформулировано следующим образом: “Коран является словом Аллаха, поэтому он всегда существовал, он не был сотворён Аллахом. Тот Коран, который сегодня имеется на руках – проявление в материальном мире извечного Корана – слова Аллаха. Пророк Мухаммед с помощью откровения получил эту Книгу и, ничего не добавляя своего и, ничего не утрачивая, передал её своим сподвижникам. Поэтому Коран не содержит ничего, кроме слов Аллаха. Более того, текст Корана никто не сможет изменить по своему желанию. Аллах обещает сам хранить и оберегать Коран” . “Коран до единого слова, до единой буквы остался в таком же виде, в каком был ниспослан Всевышним, в нём нет изменений ни в едином слове или огласовке” .. Источник Корана – небесный прототип, называемый матерью книги (43.4) и хранимой скрижалью (85.21), из которого до Мухаммеда ниспосылалось откровение другим пророкам – Аврааму, Моисею, Давиду, Иисусу.

К XI веку в исламе окончательно сформировалась концепция «неподражаемости» Корана (иджаз) – абсолютного совершенства его содержания и формы, свидетельствующего, что он есть главное чудо ислама, создать равное которому никто не в силах. Хотя в средние века находились арабские поэты, писавшие подражания Корану, например, Абу-л-Атахъя (825) и Мутанабби (965).

Также из-за этого учения в исламе было выработано положение о непереводимости Корана, хотя уже в VII веке, согласно мусульманской историографии, появился первый персидский перевод Салмана ал-Фарси, а в VIII веке – берберский перевод. Но после установления доктрины неподражаемости Корана, лишь в ХХ веке в Турции при Кемале Ататюрке появились первые сделанные мусульманами переводы Корана, не маскирующиеся под комментарий. В настоящее время мусульмане активно переводят Коран на другие языки, однако рассматривают такие переводы лишь как толкования Корана, а не как священный текст.

По мере систематизации исламского вероучения, развивалась наука о способах толкования Корана – тафсир. Наиболее авторитетные суннитские комментарии к Корану составили: ат-Табари (ум. 923), аз-Замахшари (ум. 1144), Фахр ад-Дин ар-Рази (ум. 1209) и Джалал ад-Дин ас-Суйюти (ум.1459).

Что же касается мусульманского отношения к Библии, то оно определяется в третьей из шести догматических основ ислама (“акида”): “вера в писания Аллаха”. Под этим подразумевается признание того факта, что Аллах ниспосылал некоторым Своим посланникам Священные Писания. В Коране упоминаются: некие свитки, которые Аллах ниспослал Аврааму; Тора, которая была ниспослана Моисею; Псалтирь, который был дарован Давиду; Евангелие, которое было ниспослано Иисусу, и Коран, который был ниспослан Мухаммеду. Кроме того, мусульмане верят, что Аллах ниспосылал и иные Писания другим Своим посланникам.

Эта вера вовсе не означает, что мусульмане считают Священным Писанием то, что реально имеется в Ветхом и Новом Завете. По учению ислама, Библия была искажена иудеями и христианами и потому Тора, Псалтырь и Евангелие не являются теми книгами, которые якобы на самом деле были ниспосланы Моисею, Давиду и Иисусу, и которые не сохранились.

Священным Писанием считается только Коран, который якобы сохранился неизменным и который был послан всему человечеству, в отличие от предыдущих Писаний, которые, как убеждены мусульмане, были посланы только одному конкретному народу. Мусульмане признают в Библии лишь то, что согласно с Кораном, а всё, что противоречит ему, они объявляют позднейшими человеческими искажениями.

По их мнению, иудеи исказили Ветхий Завет, а христиане – Евангелие. Очень часто мусульманские полемисты утверждают, что это искажение якобы произвёл апостол Павел, и, не менее часто, уверяют, будто Новый Завет сложился только в IV веке, и только тогда, на Первом Вселенском Соборе Православной Церкви появились у христиан все те учения, которым противоречит Коран – а именно, о Триединстве Божием, о том, что Христос – Бог и Сын Божий, о Его крестной смерти, и т.д.

Чем это отличается от христианского учения о Библии и о Коране?

Коран у мусульман и Библия у христиан являются важнейшими религиозными святынями. И одинаково называются Словом Божьим. Для поверхностного взгляда может показаться, что и понимание у мусульман и христиан одно и тоже. То есть, что Библия – для христиан, то и Коран – для мусульман. Но это не так, и сходства здесь меньше, чем различий.

Что такое Библия?

Чтобы это понять, достаточно прочесть заголовок этой Книги.

Ветхий Завет.

Новый Завет.

Завет!

Библия – это Завет, договор, заключённый между Богом и людьми. Заключённый добровольно обеими сторонами. Причём, по этому договору обе стороны берут на себя взаимные обязательства!

Бог Библии есть Творец, Создатель Вселенной, Которому в ней нет никакой нужды. И в том величайшее снисхождение и милость Его к творению, что Он, не переставая быть Богом и Господом, возводит отношения с человеком на такую высоту, что не повелевает, но предлагает заключить договор…

С Авраамом и Моисеем, через праотцев и пророков Бог заключает Завет со всем народом Израиля, евреями. При этом сразу же подчёркивается универсальное значение завета с Авраамом, ибо обещает ему Господь: “и благословятся в тебе все племена земные” (Быт 12:3), что и произошло во Христе Иисусе, потомке Авраама по плоти, ибо во Христе был исполнен Ветхий и заключён Новый Завет со всем Новым Израилем, – с христианами, которыми стали представители всех племен земных.

У этого Завета есть и все признаки любого нормального договора. Оговариваются условия:

Если ты, когда перейдете [за Иордан], будешь слушать гласа Господа Бога твоего, тщательно исполнять все заповеди Его, которые заповедую тебе сегодня, то Господь Бог твой поставит тебя выше всех народов земли; (Втор 28:1), Если же не будешь слушать гласа Господа Бога твоего и не будешь стараться исполнять все заповеди Его и постановления Его, которые я заповедую тебе сегодня, то придут на тебя все проклятия сии и постигнут тебя (Втор 28:15).

Но условия эти принимаются добровольно. Весь Израиль добровольно и непринуждённо принимает на себя обязательства:

И созвал Моисей всех [сынов] Израилевых и сказал им: вы видели все, что сделал Господь пред глазами … Соблюдайте же слова завета сего. Все вы сегодня стоите пред лицем Господа Бога вашего… чтобы вступить тебе в завет Господа Бога твоего и в клятвенный договор с Ним, который Господь Бог твой сегодня поставляет с тобою, дабы соделать тебя сегодня Его народом, и Ему быть тебе Богом, как Он говорил тебе и как клялся отцам твоим Аврааму, Исааку и Иакову. Не с вами только одними я поставляю сей завет и сей клятвенный договор, но как с теми, которые сегодня здесь с нами стоят пред лицем Господа Бога нашего, так и с теми, которых нет здесь с нами сегодня (Втор 29:2–15).

И Библия есть документ этого Завета. В ней перечислены не только условия договора, но и события, связанные с его соблюдением. Книга Завета честно, подробно и без прикрас сообщает о том, как этот договор соблюдался в истории обеими заключившими его сторонами. В этом отношении можно привести аналогию с векселем, на котором при передаче его другому лицу делаются соответствующие пометки.

Библия описывает заключённый Завет, но не является самим Заветом как таковым. Так на любом договоре пишется “Договор”, но договор состоит в факте, а не в тексте. Текст есть только фиксация на бумаге условий реально состоявшегося договора. Понятно, что договор сам по себе важнее документа. Документ вторичен и имеет служебное достоинство.

Зачем нужен документ? Только для одного – чтобы стороны не забыли о данных обязательствах. Поэтому, например, для Бога не нужно никакой особой хранимой на небесах “скрижали”, ибо Бог Свой Завет помнит прекрасно и не исказит Его никогда.

А вот человеку нужен документ, но не по какой иной причине, как по слабости.. А вообще же, как писал свт. Иоанн Златоуст: “По настоящему, нам не следовало бы иметь и нужды в помощи Писания, а надлежало бы вести жизнь столь чистую, чтобы вместо книг служила нашим душам благодать Духа, и чтобы, как те исписаны чернилами, так и наши сердца были исписаны Духом. Но так как мы отвергли такую благодать, то воспользуемся уж хотя бы вторым путём. А что первый путь был лучше, это Бог показал и словом и делом. В самом деле, с Ноем, Авраамом и его потомками, равно как с Иовом и Моисеем, Бог беседовал не через письмена, а непосредственно, потому что находил их ум чистым” .

При всех сходствах и различиях, подлинных и мнимых, между Кораном и Библией есть одно важнейшее различие: Коран не есть Завет. Ни в каком из значений этого слова, Коран не является документом завета, и вообще не рассматривается как договор или что-то подобное.

Согласно мусульманским представлениям, Коран – это приказ Аллаха. И само название его нередко выводят из повеления “Кара!” (“Читай!”), которое требовал у Мухаммеда мучавший его дух, явившийся ночью, когда тот спал в пещере на горе Хира. Коран, согласно форме – это непрерывный монолог Аллаха, который припоминает те или иные поступки, цитирует людей, джиннов, животных и насекомых, полемизирует с врагами Мухаммеда, обещает и приказывает ему самому и его последователям.

Другой аспект, который не позволяет отнести Коран к завету – это характер взаимоотношений Аллаха и человека, как они описаны в самом Коране. К примеру: “Вот сказал ему его Господь: «Предайся!» Он сказал: «Я предался Господу миров!» И завещал это Авраам своим сынам и Иаков: «О сыны мои! Поистине, Аллах избрал для вас религию; не умирайте же без того, чтобы не быть вам предавшимся!"” (2.131–132).

Аллах приказывает Аврааму: Подчинись! И тот покорно подчиняется. Ни о какой свободе выбора речи не идёт. Никакого свободного общения с Богом, как описано для Авраама в 15 или 18 главах книги Бытия, где, в частности, сказано, что Авраам не бездумно подчинился, но добровольно поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность (Быт 15:6).

Коран ничего не говорит о завете, который бы заключал Аллах с мусульманами. Взаимоотношения Аллаха с человечеством строятся по образцу Корана. Аллах ниспослылает пророкам и посланникам каждому свой текст. Задача посланника передать текст, который по сути является инструкцией по правильному поведению. Легко видеть, что при таком понимании текст имеет самодовлеющее значение. Он должен быть передан без искажений, в точности.

Итак, существенное разногласие – понятие Завета

Содержание и суть Библии – Завет Бога и человека.

Идея Завета настолько укоренена в Библии, что даже урезав большую часть её объёма, не удастся эту идею истребить. Настолько пронизывает она библейский текст в самых разнообразных направлениях.

Коран же не мыслится в исламе Книгой Завета, в нём доминирует прямо противоположная идея покорности и принуждения, причём настолько, что даже есть представление о людях, которых будут вести в мусульманский рай в цепях – согласно одному хадису, Мухаммед сказал, толкуя аят “предались Ему те, кто на небесах и на земле, вольно и невольно” (3.83): “Предавшиеся Аллаху невольно – это пленённые народы, кого привели к исламу в цепях и оковах и кого ведут в рай против их воли” .

Есть и ещё одно отличие в понимании Священного Писания в исламе и христианстве. Для мусульман характерно представление о механическом запоминании диктуемого священного текста, при котором роль пророка носит пассивный характер. По их вере, Мухаммед лишь передал слово в слово то, что услышал от Джибрила, а тот передал слово в слово то, что прочитал в небесном вечном Коране – “хранимой скрижали”.

Но такое отношение к пророчеству более характерно как раз для язычества, в котором прорицатель становился неким пассивным орудием для духов, которые через него вещают. Христиане же знают, что человек, как свободное и разумное творение Божье призван к сотрудничеству с Богом, Который уважает свободу Своего творения. Поэтому, хотя и все Писание богодухновенно (2Тим 3:16), но изрекали его святые Божие человеки, будучи движимы Духом Святым (2Пет 1:21). То есть, у пророка сохраняется возможность мыслить и передавать слова Божественного Откровения, на языке человеческой речи не искажая смысла Откровения, так как Дух Святой содействует в этом пророку.

Богодухновенность Священного Писания в христианстве мыслится не как принадлежность каждой черты, каждого знака Богу, диктующему свои откровения евангелисту, который выступает при этом лишь как пассивное орудие, но как сотрудничество, соработничество Святого Духа – Бога и человека, при котором не подавляются индивидуальные особенности личности пишущего и его творческая воля, но Божественным наитием вдохновляются, напитываются истиной и благословляются. Поэтому, например, св. Иустин Философ высказывается следующим образом: “пророчественный Дух вместе с патриархом Иаковом говорит...” (Разговор с Трифоном Иудеем, 53).

Так в строгом соответствии с идеей завета между Богом и человеком, в Священном Писании участвуют две стороны: Сам Господь и принимающий Его Откровение пророк Божий. Именно поэтому речь и стиль, особенности построения фраз и изложение пророчеств у разных пророков в Ветхом Завете отличается, однако единство веры и суть пророчеств одна и та же. Равным образом и евангелисты могли по-разному излагать одни и те же происшествия, но суть их благовестия – одна и та же. Как сказал свт. Василий Великий, “Святой Дух никогда не лишает разума того, кого Он вдохновляет, иначе подобное действие было бы бесовским” .

Итак, мы выяснили существенное различие в понимании того, что такое Священное Писание для христиан и для мусульман. В первом случае это документ договора между человеком и Богом, а во втором – запись Божественных приказов человечеству.

Теперь самое время перейти к вопросу о том, как обосновывается истинность Писания в христианстве, а как – в исламе. Какие предлагаются критерии для определения того, что этот текст не просто литературный памятник, а слово Божие.

Критерии Корана

Для начала проанализируем критерии Корана.. Первый из них – непротиворечивость.

В Коране сказано: “Разве же они не размыслят о Коране? Ведь если бы он был не от Аллаха, то они нашли бы там много противоречий” (4.82).

Эту цитату нередко случается слышать от мусульман. Иногда её даже опускают, подразумевая как нечто очевидное, и сразу переходят к следующим утверждениям: а) в Коране противоречий нет, б) в Библии их множество. Отсюда поспешно делают вывод, что Коран – это истинное откровение, а Библия – нет.

Однако прежде всё-таки стоит разобраться – может ли вообще разумный человек принять этот критерий в качестве достоверного? Рассматривая его, приходится ответить отрицательно.

Это исключительно коранический критерий истинности Откровения. Если мы намерены доказать богооткровенность Корана, то как можно приводить критерии из самого Корана? Это логическая ошибка, – доказательством не может быть то, что ещё само нуждается в доказательствах. Следовательно, критерий должен быть очевидным, согласным со здравым смыслом, который и даровал нам Творец для различения истины от лжи.

Однако христианам критерий “непротиворечивости” совершенно неочевиден. Более того, он не согласуется с представлением о Боге, свойственным всякому человеку. Даже мусульмане утверждают бесконечное превосходство ума Аллаха над ограниченным умом человека, и в этом они согласны с истиной: Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших (Ис 55:8–9).

Но если так, то неужели при столкновении с глубинами Божественной премудрости наш ум не будет огорошен парадоксами? Напротив, логичнее ожидать, что при чтении Слова Божия наше сознание увидит в нём столько противоречий, сколько мысли Автора выше мыслей читателя. Такое постоянно случается среди обычных людей, когда какой-нибудь школьник возьмётся читать книгу не по возрасту. Разве же можно ожидать, что Божественное Писание будет яснее букваря?

Но если даже предположить, что Бог захотел сделать Своё Слово доступным и потому непротиворечивым для всех людей, то почему же тогда одни читатели находят в Коране некоторые противоречия, другие – находят иные, третьи же, по их утверждениям, не находят никаких?

Но предположим, что в Коране действительно нет противоречий. Неужели это доказывает, он – от Бога? Совершенно нет!

Потому что есть много вполне человеческих по авторству книг, в которых противоречия отсутствуют. Вообще составить непротиворечивый текст не так уж сложно.

Допустим, кто-то принесёт следующий текст: “Волга впадает в Каспийское море”, и скажет: этот текст я получил от Бога. Если бы он был не от Бога, то вы бы нашли в нём много противоречий. Видите противоречия? Нет? Значит, признавайте это божественным откровением, а меня – посланником Божиим!

Признают ли его мусульмане? Думается, вряд ли. Вот по той же причине и христиане не могут не только признать Коран, но и сам коранический критерий богооткровенности. Ибо отсутствие противоречий говорит всего лишь о хорошей работе редактора, а не о божественности автора текста.

Итак, сам по себе этот критерий не может подтвердить богооткровенность чего бы то ни было, в том числе и Корана. Непротиворечивость может быть обеспечена банальной рутинной работой составителей и редакторов текста.

Но кроме того, даже если бы мы вдруг, распрощавшись со здравым смыслом, и приняли этот критерий, то мы всё равно не сможем признать Коран словом Божиим, потому что в Коране противоречия… есть!

Так, длительность Судного дня в одном месте определяется в тысячу лет (Коран 32.4), а в другом – в пятьдесят тысяч лет (Коран 70.4). Также и в 50.37 говорится, что творение неба и земли закончилось в шесть дней, тогда как в 41.8–11 говорится о восьми днях. В 17.105 сказано, что фараон был потоплен, а в 10.90–92, что он обратился и был спасен. Прелюбодеяние наказывается 100 ударами (24.2), или же содержанием взаперти до смерти (4.19). Желающие находят и больше примеров.

Как же с этим быть? Ведь любой мусульманин, если его наймут на работу, пообещав зарплату в пятьдесят тысяч рублей, а потом заплатят только одну тысячу, заметит здесь весьма явное противоречие. То же самое, если, к примеру, суд приговорит его к шести дням общественных работ, а заставят работать восемь дней!

В спорах мусульмане утверждают, что, будто бы, в Коране всё равно нет противоречий, они лишь представляются неокрепшим умам. И что если ты узрел противоречие, то не сомневайся и будь уверен, что оно только мерещится.

Но такое объяснение, во-первых, не соответствует тому, что заявлено в Коране, а во-вторых, совсем не помогает мусульманам.

Почему не помогает? А потому, что христиане точно также могут сказать про Библию: “в ней тоже нет противоречий, а если вам, дорогие мусульмане, они там видятся, то можем посоветовать “размыслить” над ней ещё раз, почему бы нет?” Если такое понимание защищает Коран, то тем паче – Библию.

А почему не соответствует Корану? Потому что там буквально говорится не о наличии (или отсутствии) в Коране противоречий, а о том, что, размыслив, мы какие-то противоречия найдём.

Великое число людей размышляло о Коране и – находило там противоречия. Среди этих людей были прп. Иоанн Дамаскин, прп. Максим Грек и другие православные святые, бывшие не только людьми высокой праведности, но и высочайшей учёности.

Предположим, что и в наше время человек, читающий Коран, может заметить подобное. Вот, в книге Исход (24:7) написано, что на горе Синай израильтяне пообещали Моисею: Все, что сказал Господь, сделаем, и будем послушны, но в Коране говорится, что когда их призвали повиноваться закону Божию на горе, они ответили: “Мы слышали, но не повинуемся” (Коран 2:93). А в другом месте: “из иудеев некоторые искажают слова [Писания] на их местах и говорят: «Мы слышали, но не повинуемся”… (Коран 4:46). Что же за абсурд? В первом месте книги одни и те же слова выдаются за слово Аллаха, а во втором – за человеческие искажения?

И для всякого человека, который находит такие противоречия в Коране, это не просто повод, а обязанность отвергнуть Коран. И на возражения, что найденное им – это лишь кажущееся противоречие, он, поразмыслив, может указать, что Коран не говорит о подлинности противоречия, а исключительно о факте его обнаружения: “если Коран не от Аллаха – найдёте противоречия”. Вот, найдено противоречие. Значит – Коран не от Аллаха.

Второй критерий, о котором отчасти уже говорилось выше – это постулируемая неподражаемость Корана. В качестве доказательства божественного происхождения этой книги её автор предлагает сомневающимся попробовать создать хотя бы одну суру, подобную суре Корана и утверждает, что даже все люди вместе не смогут этого сделать (2.21–22).

Но и этот критерий совершенно неочевиден и неудовлетворителен. Частично мы уже показали в главе о Мухаммеде, теперь же можно показать это ещё и с другой стороны. Дело в том, что не ясно, кто должен быть арбитром, определяющим: удалось ли создать суру, равную коранической, или нет?

Вот, например, как мы помним, современник Мухаммеда поэт ан-Надр ибн аль-Харис считал, что его стихи лучше сур Корана, и был за это убит, когда попал в плен к “пророку”. Но, что интересно, и более поздние арабские поэты, жившие уже в мусульманскую эпоху, были весьма скептически настроены к художественным качествам Корана: «известный поэт Башшара ибн Бурд (ум. 783 г.), на многолюдном собрании в Басре, выслушав стихотворения современных ему поэтов, сказал о некоторых из них: «Эти стихи лучше любой суры Корана». А его младший современник поэт Абу ал-Атахия (ум. 825) считал, что некоторые из его собственных стихотворений по своим качествам намного выше коранических сур». Ар-Раванди (ум. 906) утверждал, что у проповедника Актама ибн ас-Сайфи можно найти куда более изящную прозу, чем в Коране. Тогда же известный поэт Абу ал-Ала Маарри позволяет себе сочинить рифмованную параллель к Корану, полностью в манере «святой книги», разделив её на суры и аяты .

Кроме того и светские учёные-арабисты утверждают, что Коран – отнюдь не вершина арабской словесности: “Среди мест, рассчитанных на действие поэтической формой, много неудачного. Рюккерт много стихов оставил без перевода, так как даже при искусной передаче нельзя было бы их спасти от упрёка в эстетическом несовершенстве”, “многие западные исследователи полагают, что стиль некоторых произведений арабской литературы, цитируемых в книге ал-Бакиллани “Иджаз ал-Куран”, намного лучшего качества, чем однообразный тон Корана” .

Наконец, христиане имеют в своём литературном наследии образцы прекрасной поэзии – стихи свт. Григория Богослова и прп. Феодора Студита на греческом, прп. Романа Сладкопевца на сирийском, свт. Самона Газского на арабском, – все они создали намного больше, чем десять сур Корана, и по количеству и по качеству.

Как же быть с этими фактами? Допустим, некий поэт Иванов заявит: я – пророк и мои стихи – это слово Божие. А доказательство в том, что никто в целом мире не сможет создать таких прекрасных стихов. И ему скажут на это: да не такие уж хорошие твои стихи, вот, у Случевского, Апухтина, Гумилёва, Набокова – намного лучше. И что же? Кто должен решать этот спор, быть арбитром, определяющим соответствие заявленному критерию? Сам поэт? Его почитатели? Или его критики?

Так мы видим, что и второй мусульманский критерий богооткровенности Корана несостоятелен – ни сам по себе, ни в приложении к исламскому “священному писанию”.

Но с Кораном есть и ещё одна серьёзная проблема. В исламе Откровение понимается исключительно в качестве «небесного диктанта», некоего текста, переданного от Бога через Мухаммеда «на языке арабском ясном». При таком понимании значение точной записи и передачи приобретает абсолютное значение.

Достаточно мельчайшего расхождения, и все основания Корана рухнут, вся мусульманская вера окажется подвешенной в воздухе. Поэтому догматическое учение ислама определяет, что в Коране ни слово, ни буква, ни черта не были никогда изменены, что к тексту Корана не примешалось ничего человеческого и любой Коран, который мы купим сейчас, – это тот же Коран, который был передан «архангелом Гавриилом Мухаммеду» и окончательно записан при халифе Османе.

Но этот догмат разбивается о твердь реальности..

Во-первых, сами же мусульманские предания и труды ранних исламских учёных изобилуют примерами не то что стихов, но целых сур, безвозвратно утраченных до письменной фиксации книги.

По этому поводу еще на заре ислама высказывался АбдАллах ибн Омар: “Пусть никто из вас не говорит: “Я получил весь Коран”. Откуда он может знать, что это весь Коран, когда значительная его часть исчезла? Пусть лучше он скажет: “Я получил то, что сохранилось” (Ас-Суйути, Ал-Иткан, с. 524). “Многие (отрывки) Корана, ниспосланные свыше, были известны тем, кто умер в день Йамама… но они были неизвестны (тем, кто) выжил, они не были записаны, и ни Абу Бакр, ни Омар, ни Осман (в то время) не имели собранного воедино Корана, и они не были обнаружены ни единым (человеком) после них” (Ибн Аби Дауд, Китаб ал-Масахиф, с. 23).

Неудовольствие текстом Корана, составленным Зейдом (который ныне мусульмане считают священным), высказывали даже жёны Мухаммеда. Есть хадис, где говорится, что Айша попросила переписать для неё Коран, и когда переписчик дошёл до аята “Свои молитвы строго соблюдайте, особенно среднюю молитву и благоговейно стойте перед Господом” (Коран 2.238), велела добавить слова ва салатил-аср, означающие “и послеобеденную молитву”. Она добавила, что слышала аят именно в таком виде от “посланника Аллаха” (Ал-Муватта Малика, с. 64).

А во-вторых, текстология Корана полностью опровергает мусульманскую веру в сохранность и неизменность его текста.

Например, возьмём современный наиболее известный и распространённый текст Корана – египетское выверенное издание 1924 года, и один из древних коранических манускриптов – “Самаркандский” Коран. Многие мусульмане верят, что – это одна из тех нескольких копий, которые были разосланы халифом Османом в качестве канонических, хотя учёные его датируют VIII веком по Р.Х.

И при сравнении их мы увидим, что, к примеру, в аяте 2.284 слово “он”, имеющееся в Самаркандском Коране, в Коране 1924 г. заменено на слово “Аллах”, а в аяте 3.37 версия 1924 г. добавляет слово “воистину”, которого нет в древнем тексте, а в 3.78 версии 1924 г. добавлен большой фрагмент текста, отсутствовавший в Самаркандском списке .

И это не единственный пример.

Исследованная Е.А. Резваном рукопись Е-20, датируемая концом VIII в., показывает текст, отличающийся от современного “канонического” Корана. На одном этапе в ней был исправлен ряд ошибок переписчика, а на втором этапе – исправлены четыре неканонических “чтения”, восходящие к версии Ибн Масуда. Но даже после внесения всех исправлений текст сохранил оригинальные, неканонические варианты .

Также и ранние рукописи, обнаруженные в г. Сане, выявили множество новых “чтений”, не зафиксированных мусульманской традицией. Они же выявили и последовательности сур, не совпадающие ни с порядком османовской редакции, ни с порядками расположения сур в списках Ибн Масуда и Убайи б. Кааба (тех сподвижников Мухаммеда, кто, не приняв османовского текста, составили свои варианты Корана) .

Коротко говоря, перед нами доказанный факт: текст древних рукописей Корана отличается от современного, а значит, коранический текст претерпевал изменения со стороны поздних переписчиков и редакторов, которые вносили в него «ясность» по своему разумению и усмотрению. А значит, в соответствии с мусульманскими критериями, – Коран искажён, миссия Мухаммеда не удалась, и нужно ждать нового пророка, который придёт и принесёт исправленное откровение!

Итак, всем трём мусульманским критериям – непротиворечивости, неподражаемости и текстуальной неискажённости, как мы видим, Коран не соответствует. Тем не менее, исламские полемисты любят утверждать, что, якобы, искажена как раз Библия, и в доказательство этого ссылаются на противоречия в ней – например, в разном изложении разными евангелистами одних и тех же событий, а также на то, что в разных древних рукописях Библии встречаются разночтения.

Однако, в отличие от мусульман, для христиан это совершенно не составляет никакой проблемы. Ибо все сколько-нибудь сведущие христиане всегда знали о расхождениях в тексте.

Блаженный Иероним (V век) в своих толкованиях на Евангелие от Матфея приводит наиболее распространённые в его время разночтения, классифицируя их то как ошибки переводчиков, то как описки переписчиков и т.п. Описывая два варианта, он, что интересно, даёт духовное толкование на оба. Блаженный Августин (V в.) также приводит некоторые разночтения в своём труде “О согласии евангелистов”. Святой Иоанн Златоуст (V в.) в ”Беседах на Евангелие от Иоанна Богослова” упоминает об одном разночтении Нового Завета. Святитель Филарет Московский (ХIX в.) в работе “О догматическом достоинстве и охранительном употреблении греческого LXX толковников и славянского переводов Св. Писания” затрагивает вопрос о разночтениях между различными переводами Писания, произошедших “частью от несовершенства языка во время составления перевода, частью от неверности переписчиков, и других причин”.

В отличие от ислама, в Православии не стесняются и не скрывают разночтений, например, в Синодальном издании русского перевода Нового Завета учтено и отмечено 109 разночтений (они помещены в скобки).

В чём же причина такого удивительного спокойствия?

Как раз в том, что в христианстве нет и не было мусульманского представления о том, что в Слове Божием не может быть противоречий, а также и о том, что будто бы текст рукописей Библии не может измениться “ни словом, ни буквой”. А нет его потому, что совершенно иначе понимается сама суть Откровения, как уже было сказано.

Говоря о различном описании одного и того же события у двух Евангелистов блаженный Августин отвечает: “конечно, нет противоречия в том, что тот или другой (евангелист) держится своего, присущего ему одному стиля и способа выражения. Нет также противоречия и в том, когда один говорит то, что другой пропускает... Но, несомненно, кто-нибудь думает, что силою Духа Святого евангелистам должно было быть дано такое свойство, чтобы они были единогласны во всём: и в словах, и в их расположении, и в их количестве; такой не понимает, что... (благодаря этому) нам становится понятным, что нужно искать истину не столько в словах и оборотах речи, сколько в передаче (мыслей и) событий” .

Христиане веруют не в текст, а в Бога. Христиане не есть служители мёртвых букв, но – Бога Живого и Истинного, ибо Бог дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит (2Кор 3:6). Идея буквальной неизменности Писания чужда христианству.

Господь знал, что нечто из Его слов мы на время забудем. И что найдутся люди, которые пойдут на сознательное искажение Писания. Поэтому Бог не оставил Своей Церкви. Поэтому Он дал ей Духа Своего Святого: Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлёт Отец во имя Моё, научит вас всему и напомнит вам всё, что Я говорил вам (Ин 14:26).

И воистину Бог охраняет Своё слово. Вспомним пример, который мусульманские полемисты обычно приводят в доказательство “несохранности” Библии – знаменитое 1Ин 5– ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святой Дух; и Сии три суть едино.

Некоторые неграмотные мусульмане уверяют, будто этот текст появился в Библии только в XVI веке, на основании того, что его не встречается в более древних греческих рукописях. Это так, но это лишь полуправда.

А вся правда состоит в том, что данный стих прослеживается в латинской традиции с древнейших времён. В конце II века его цитирует Тертуллиан, в середине III века – священномученик Киприан Карфагенский, в IV веке – Идаций, Присциллиан, блаженный Иероним Стридонский, в V веке – православные отцы на Карфагенском соборе 485 года, к этому же столетию относятся два древних латинских манускрипта, включающих этот стих. В VI веке стих цитируют такие авторы как Фульгенций и Кассиодор, в VII веке – святой Исидор Севильский, к тому же есть ещё один латинский манускрипт, датированный этим веком, включающий 7 стих, в VIII веке его цитирует святой Беда Достопочтенный, и так далее. То есть, на латинском православном Западе этот текст был известен очень давно, и прослеживается в каждом столетии. Установлено, что этот текст был в Итале – старолатинском переводе, выполненном во II веке. А также этот текст есть в древнем армянском переводе, и на сирийском его цитирует как часть Писания автор VII века Иаков Эдесский, а на греческом – св. Афанасий Александрийский.

Итак, на деле мы имеем не текст, возникший в Библии в XVI веке, но текст, прослеживающийся с глубочайшей древности – в латинском и армянском переводах, у ряда латинских святых отцов, сирийского писателя и у нескольких греческих. То, что этот стих на несколько столетий “выпал” из греческого текста, равно как и из некоторых зависимых от него переводов, в том числе, славянских, а потом вернулся в греческие и славянские Библии, свидетельствует как раз о том, что Господь хранит Библейский текст, и промыслом Своим восстанавливает его в целостности. Так Бог защищает Библию: Он буквально восстановил утраченный людьми отрывок!

Критерии Библии.

Но кто-нибудь из читателей может заметить: вот, вы нападаете на Коран, а что можете сказать о Библии? Вы доказали несостоятельность мусульманского критерия божественного происхождения Корана, а есть ли у вас самих критерии понадёжнее для Библии?

Конечно же, Церковь Христова такие критерии имеет, и ни от кого их не скрывает.

Во-первых, один из признаков, которые предлагаются Библией в качестве определяющих и отличающих подлинное пророчество от ложного – это чудо. То есть, необыкновенное событие, причём такое, которое невозможно подстроить, ни даже предвидеть человеческим умом его появление.

Господь Иисус Христос говорил о Себе иудеям: а если творю, то, когда не верите Мне, верьте делам Моим, чтобы узнать и поверить, что Отец во Мне и Я в Нем (Ин 10:38)

Вот еще пример. Царь Езекия вопрошает Господа и Тот через пророка Исайю возвещает царю: И вот тебе знамение от Господа, что Господь исполнит слово, которое Он изрек. Вот, я возвращу назад на десять ступеней солнечную тень, которая прошла по ступеням Ахазовым. И возвратилось солнце на десять ступеней по ступеням, по которым оно сходило (Ис 38:7–8).

Что здесь обращает на себя внимание? То, что истинность этого критерия вполне очевидна. Бог даёт понять, что Он – Хозяин этого мира, его Творец и Промыслитель.

Но, быть может, кто-то скажет: эти чудеса произошли в прошлом, и мы не были их свидетелями. Однако здесь есть вполне ясный ответ – Тот, Кто творил божественные чудеса в прошлом, может творить их и сейчас, так, чтобы любой желающий мог в том убедиться.

И Он творит!

Недостатка в истинных чудесах в Православной Церкви нет. Каждый желающий может убедиться в том, например, наблюдая регулярное чудо схождения Благодатного огня в Иерусалиме.

Это чудо известно с древнейших времён, самые ранние христианские упоминания о нём мы находим в IV веке, нехристианские – с IX (арабские историки Бируни и Масуди). По характеру своему чудо сие совершенно просто, и в то же время необъяснимо естественными законами природы: из года в год, из века в век каждую Великую Субботу от Гроба Господня в Иерусалиме в руки православного патриарха прямо из воздуха сходит необычный огонь, который патриарх на свечах передаёт молящимся в храме. Огонь этот обладает особыми свойствами: первые несколько минут после схождения он совершенно не обжигает, даже ткань и волосы. Чудесные свойства сохраняются на протяжении нескольких минут, после чего пламя приобретает свойства обычного огня.

В истории трижды пытались помешать чуду или отобрать его у православных.. Первыми это сделали мусульмане в Х веке – по свидетельству исламского историка ал-Бируни, «однажды эмир приказал заменить фитили медной проволокой, надеясь что лампады не загорятся, и само чудо не произойдет. Но тогда же когда огонь сошел, медь загорелась» . Вторую попытку предприняли католики, – когда они захватили Иерусалим во время Первого Крестового похода, то изгнали православных христиан из Гроба Господня и из всех храмов Иерусалима, пуская туда только латинян. Но в 1101 г. в Великую Субботу не совершилось чуда сошествия Святого огня в Кувуклии, пока не были приглашены православные христиане. Тогда король Балдуин I позаботился о возвращении местным христианам их прав . Наконец, в третий раз подобное произошло в 1579 году, когда армяне-монофизиты подкупили Иерусалимского пашу, убедив его позволить им одним быть в храме Воскресения Христова в Великую Субботу. Православные не были допущены внутрь храма, но вместе с патриархом Софронием IV стояли на площади, перед закрытыми вратами. И Благодатный Огонь сошёл рядом с православными, то есть снаружи храма, причём, выйдя из каменной колонны, в которой он оставил на века память об этом событии.

Господь трижды показал, что это чудо является только православным христианам, и каждый год на протяжении столетий при контроле со стороны иноверцев – мусульман и иудеев, – оно продолжается!

Любой желающий при обычных для путешествия в Святую Землю усилиях и затратах может поехать и посмотреть на чудо своими глазами. Автору известен случай, когда одному из мусульман православные посоветовали совершить эту поездку, и он нашёл средства и мужество последовать совету. По возвращении он крестился.

Чудо схождения Благодатного Огня – одно из многих в Православии. Но его особое значение – в наглядном подтверждении Библии. Ниспосылаемый Огонь указывает место погребения Христа, согласно Евангелию. И происходит это во время, когда православные отмечают канун праздника Воскресения Христа, также в Евангелиях описанного. Тем в совокупности подтверждается истинность христианской веры и сказанного в Св. Писании.

Однако, чудо – не единственный критерий.

Второй – пророчества. Об истинности этого критерия (Втор 18:17–22) и соответствия его здравому смыслу уже было сказано в предыдущей главе. Он очевиден, потому что будущего не знает никто, кроме Бога. И тех, кому Он открывает.

В предыдущей главе мы уже приводили пример пророчества, сбывшегося спустя столетия после произнесения – слова Иисуса Христа о женщине с алавастровым сосудом. Это далеко не единственный пример. Можно привести и другие.

На протяжении многих веков одним из крупнейших центров древнего мира являлся город Вавилон. В дни своего расцвета Вавилон мог похвастаться и древностью, и динамикой развития. По всем человеческим меркам он был несокрушимой твердыней.

Но пророки сообщают решение Бога о Вавилоне:

И Вавилон, краса царства, гордость Халдеев, будет ниспровержен Богом, как Содом и Гоморра. Не заселится никогда, и в роды родов не будет жителей в нём... Но будут обитать в нём звери пустыни, и домы наполнятся филинами; и страусы поселятся, и косматые будут скакать там. Шакалы будут выть в чертогах их, и гиены – в увеселительных домах (Ис 13:19–22). И не возьмут из тебя камня для углов, и камня для основания. Но вечно будешь запустением, говорит Господь (Иер 51:26).

Согласитесь, весьма определённое пророчество. Оно касается конкретного города, и предсказывает ему не просто потерю столичного значения, но полное исчезновение, и не какой-то период запустения, но на веки вечные отсутствие здесь людских поселений, и даже конкретно указывает животных, которые будут обитать на развалинах.

Во время произнесения пророчества в VIII веке до Рождества Христова эти слова казались невероятными – к тому времени Вавилон стоял уже полторы тысячи лет, и находился в расцвете.

Но в VI веке до Р.Х. город был захвачен и частично разрушен войсками персидского царя Кира. В IV веке до Р.Х. Вавилоном овладел Александр Македонский, который решил возродить хиреющее поселение, восстановить главный языческий храм и сделать Вавилон столицей своего царства. Однако сразу после этого решения великий полководец заболел и умер – раньше, чем даже были разобраны развалины. Один из его преемников – Селевк, не только не продолжил замысла Александра, но и вовсе переселил большую часть жителей Вавилона в другой город.

Древнейший список книги пророка Исайи – Qisa датируется II в. до Р.Х., а древнейший папирус с текстом книги пророка Иеримии – III в. до Р.Х. В то время Вавилон ещё был населён. А к I в. по Р.Х. полностью исполняется пророчество – в 116 году проезжавший мимо император Траян застал здесь “лишь курганы и легенды о них”.

В XIX веке по Р.Х. европейские учёные начали раскопки на месте проклятого города. Судьба Вавилона поразила их, поражает и современных исследователей. «Какой контраст между уровнем древней цивилизации и нынешним запустением! – восклицает известный археолог Керман Килпрект. – Дикие звери, кабаны, гиены, шакалы и волки, иной раз даже львы – вот кто населяет теперь заросли близ Вавилона».

Сравните приведённые выше слова Библии, и убедитесь. Всё в точности. По пунктам. И даже такой сложный для прогнозиста пункт, как заявление, что Вавилон никогда не возродится. У обычных людей есть даже поговорка-каламбур: “никогда не говори никогда”, – и это естественно, ибо мы не знаем, что нам предстоит, поэтому зарекаться чревато.

Но Тот, Кто владеет историей, знает. И Его “никогда” – это действительно Никогда. В чём успели убедиться и наши современники.

Мало кто помнит сейчас, но в конце 1980-х годов лидер Ирака Саддам Хуссейн приказал подготовить проект возрождения Вавилона. Он хотел устроить здесь город с гостиницами и увеселительными заведениями, превратив его в крупнейший туристический центр Ближнего Востока. Вполне осуществимый – по мирским меркам – проект. Первые работы начались в 1991-м году… и в нём закончились. Из-за “бури в пустыне”. Позднее Саддам ещё раз попытался вернуться к проекту, и вновь неудачно. Теперь рядом с Вавилоном стоит военная база США, и научная общественность сокрушается о том, что под гусеницами бронетехники окончательно и бесповоротно гибнут фундаменты VII века до Р.Х.

Но эти фундаменты, “помнящие” современников Иеремии, лишь напоминают об исполнении слова Божия, и кары для тех, кто дерзнёт противостать ему. Думал ли Александр Македонский, что всего через несколько лет город, выбранный им для столицы, вообще лишится большинства жителей? Думал ли Саддам Хуссейн, утверждая план “туристического” Вавилона, что всего через несколько лет по этим курганам будут разъезжать американские танки?

Так мы видим буквальное исполнение слова Божия на протяжении тысяч лет, в том числе и в наше время.

Аналогично Вавилону суд Божий произнесён над некоторыми другими городами. Это: Тир, Сидон, Самария, Газа, Аскалон, Петра, Ниневия, Фивы, Мемфис, Хоразин, Вифсаида, Капернаум и прочие. А также над целыми областями, как например над Едомом, Моавом и Аммоном. Во всех случаях исследователи поражаются исключительными совпадениями библейского слова и реальности. Так сказано Богом через пророка Иезекииля о некогда роскошном торговом городе Тире: И сделаю тебя голою скалою, будешь местом для расстилания сетей: не будешь вновь построен, ибо Я, Господь, сказал это, говорит Господь Бог (Иез 26:14). Неподалёку от нынешнего городка Сур находится место древнего Тира. Здесь теперь стоит маленькая рыбацкая деревушка, что является окончательным исполнением пророчества. Тир, ремесленный и коммерческий центр мира на протяжении веков, погиб, чтобы никогда больше не возродиться. Рыбаки, расстилающие свои сети на скалах, некогда служивших основанием древнего города, – это последнее звено в цепи пророчеств Иезекииля, сделанных двадцать пять веков тому назад.

И снова мы видим – Слово Божие исполнилось точно и детально. Потому что тот, кто передавал его – действительно общался с Тем, Кто превыше времени, и точно знает то, что произойдёт тысячелетия спустя. И книга, в которой записаны эти слова, действительно имеет право называться Священным Писанием, и пользоваться доверием, как к слову Божию.

Итак, мы видим, что озвученный нами критерий подлинности точен и согласен с разумом, и Библия вполне проходит его проверку. Хотя мы привели только два примера пророчеств, а всего их – куда как больше. Исследователи насчитали тысячи сбывшихся библейских пророчеств!

Поразмыслив над этим, для интеллектуально честного человека станет ясно, почему христиане считают Библию истинным откровением Божиим, а Коран таковым не признают.

Выше было показано, что для веры христиан совершенно никакой проблемы не составляет то, что в одном из древних манускриптов Евангелия пропущена буква, или слова идут в другом порядке, или вместо “кровати” переписчик употребил слово “койка” – всё это никоим образом не подвергает сомнению нашу веру. И в самом деле – представьте, что вы заключили с кем-то договор, допустим, о выполнении работы. Тексты договора вы дали на распечатку разным людям, и потом получили десять экземпляров. И, если вы вдруг увидите, что на одном из них из-за сканера не пропечаталась буква в слове, а в другом увидите, что вместо слова “Заказчик” стоит ваше имя и фамилия, то неужели такие “разночтения” заставят Вас подвергнуть сомнению само содержание и сам факт договора, если суть его осталась той же, если есть и подписи и печати, и, тем более, если другая сторона, заключившая его, добросовестно выполняет договор?

Исследователи сводят все вообще разночтения всех дошедших до нас рукописей Нового Завета к 0,5% от всего текста. И 95% всех этих разночтений встречаются в исключительно малом количестве списков. Что же до оставшихся 5%, то они настолько незначительны, что их включение или исключение не приводит ни к какому существенному изменению смысла тех фрагментов, в которых они присутствуют .

Также и небольшие отличия в описании разными евангелистами одних событий – например, сколько было исцелённых бесноватых и т.п. – не составляют проблемы, и это замечательно объяснено блж. Августином, чьи слова приведены выше.

Но обвинения в том, что, будто бы, Библия имеет смысловые и существенные искажения, христиане совершенно отметают. Нет, историческая, догматическая и пророческая часть Священного Писания не подвергались никакому изменению.

Надо сказать, что христианам кажется противным здравому смыслу мусульманское учение о том, что Бог посылал одно за другим священные писания, а потом смертные люди их искажали до неузнаваемости, так что приходилось посылать новых пророков с новыми писаниями, которые также искажались, – и так до Корана.

Непонятно, почему Бог спокойно позволяет людям искажать Своё откровение, а с мусульманами «очнулся» и вдруг обеспечил точность передачи истины? Где здесь логика? Где здесь представления, достойные Бога? Неужели Он до этого был не в состоянии соблюсти собственное Откровение? Да и после, как мы видим – ведь и с Кораном не получилось, и в него вмешались смертные люди, редакторы и переписчики, так что нынешний текст явно отличается от того, который был в VII веке. Что же это получается – либо Бог – неудачник, либо Ему нет дела до Собственного Слова? И то, и другое предположения – кощунственны, а иной альтернативы нет.

Кроме того, догмат о том, что христиане и иудеи исказили Библию, опровергают сами же мусульманские полемисты, пытающиеся изыскать “противоречия” в Библии, а также места, которые, как им кажется, опровергают христианскую веру. Ведь если бы христиане действительно проводили бы целенаправленную редактуру Библии, вроде той, что провели мусульмане с Кораном при халифе Османе, то для них не составило бы никакого труда убрать все эти места. И разом сняли бы все проблемы. И мусульманским полемистам не на что было бы указывать.

Но ничего подобного не было. Как порадовались бы мусульмане, если бы в истории христианства был бы пример, когда христианами уничтожались бы все древние манускрипты Евангелия! Как воскликнули бы, что, вот, признак искажения и “уничтожения улик”. Но нет, это в исламской истории халиф Осман приказал сжечь оригиналы Корана, а христиане, напротив, бережно хранили оригиналы Писания. Так, по свидетельству Тертуллиана, на рубеже II и III веков подлинники новозаветных текстов хранились в апостольских церквах, а свт. Петр Александрийский в конце III века пишет о том, что в его время верующие Эфеса хранили подлинник Евангелия от Иоанна.

В нашем распоряжении есть фрагменты рукописей Евангелий от Иоанна (папирус Рэйнланда 457, манускрипт Бодмер II), Матфея (папирус Эджертон и др.), Марка, Луки (папирус р75), датируемые I и II веками, и они показывают по содержанию тот же самый текст, что мы имеем сейчас. Неискажённость Нового Завета подтверждается и его обширным цитированием у древних авторов. Всё, известное на сегодня из Нового Завета, за исключением около одиннадцати стихов, может быть обнаружено в творениях ранних писателей I – III вв.

Текстуально Евангелие подтверждено намного лучше и надёжнее Корана, поскольку самый ранний из имеющихся на сегодняшний день, список Евангелия отстоит от времени написания самого Евангелия на 25–30 лет, а самый ранний список Корана на 50 лет со времени составления и примерно на 70 со времени его написания.

Но нет нужды писать об этом подробно, тогда как достаточно указать, что согласно Корану, Иисус был послан “в подтверждение истинности того, что ниспослано до Него в Торе” (сура 3, аят 44 (50)”, а также призыв: “О, Яхья (Иоанн Креститель), держись Писания сильно!” И даровали мы ему мудрость, когда он был мальчиком” (Коран 19.13); “И Марьям верила в слова ее Господа и в Его Книги” (Коран 66.12).

Из этих слов совершенно ясно, что в I веке по Р.Х., во время жизни Девы Марии, Иоанна Крестителя и Иисуса Христа, Писание, с точки зрения автора Корана, было истинным и неискаженным.

Благодаря кумранским находкам мы сейчас располагаем множеством текстов Ветхого Завета, которые датируются III-I вв. до Р.Х. и по сути они совершенно не отличаются от того библейского текста, которым пользуются христиане. Значит, или Библия всё-таки не была искажена, или Коран говорит неправду, утверждая, что в I в. по Р.Х. существовала и была распространена неискажённая Библия!

Что же касается идей о том, будто именно апостол Павел исказил христианство, привнеся в него те идеи, которым противоречит Коран, то их опровергнуть ещё легче.

Достаточно указать на тот факт, что ни одно Евангелие не написано ап. Павлом. Весьма наивно полагать, будто раннехристианская община, в которой ещё большинство членов были знакомы со Христом при Его земной жизни, которая возглавляется 12-ю ближайшими Его учениками, – так легко приняла бы в свои ряды недавнего гонителя и ненавистника, если бы тот проповедовал хоть чуть иначе, нежели верует Церковь. Напротив, именно потому и был он принят, что проповедовал иудеям и язычникам то же, во что уже до этого веровал каждый христианин. К тому же, в посланиях ап. Павла догматически нет никакого принципиального новшества, нет ни одного вероучительного положения, которое не присутствовало бы в других книгах Нового Завета.

Сам он считал себя посланником Божиим (см. Гал 1:11– 2:21). Одного такого утверждения было достаточно мусульманам, чтобы признать Мухаммеда посланником Аллаха, но апостол Павел, в отличие от него, подтверждал свои слова и чудесами (Павел воскрешал умерших, изгонял злых духов, исцелял болезни, и карал слепотой волшебника), и свидетельством других апостолов (Гал 1:18–2,10), и многократным предсказанием будущего (Деян 20:22–23, 29–30 и др.).

Не случайно апостол Петр включал его послания в состав священного Писания: “долготерпение Господа нашего почитайте спасением, как и возлюбленный брат наш Павел, по данной ему премудрости, написал вам, как он говорит об этом и во всех посланиях, в которых есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания” (2Петр. 3, 15–16).

А вот как отзываются о нём все апостолы, собравшиеся в Иерусалиме: Апостолы и пресвитеры и братия – находящимся в Антиохии, Сирии и Киликии: радоваться... мы, собравшись, единодушно рассудили, избрав мужей, послать их к вам с возлюбленными нашими Варнавою и Павлом, человеками, предавшими души свои за имя Господа нашего Иисуса Христа (Деян 15:23; 25–26).

В своей вере апостол Павел исповедал чистое единобожие: нет иного Бога, кроме Единого (1Кор 8:4). Он верил в Бога-Творца и Вседержителя. Не только верил в ангелов, но и встречался с ними (Деян 27:23). Учил, что “все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности» (2Тим 3:16). Верил в пророков Божиих (Деян 24:14). Учил о воскресении всех мертвых, наступлении судного дня и будущем воздаянии (Деян 17:31). Павел боролся с идолами и запрещал есть посвященное им (1Кор 10:14–22) и, обращаясь к язычникам, призывал их, говоря: “благовествуем вам, чтобы вы обратились от сих ложных к Богу Живому, Который сотворил небо и землю, и море, и все, что в них, Который в прошедших родах попустил всем народам ходить своими путями, хотя и не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавая нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и весельем сердца наши” (Деян 14:15–17). Что же ложного и языческого в этом учении? Да и казнили Павла именно за отказ поклониться ложным богам.

Он и заповедал другим, и сам непрестанно молился Богу (1Фес 5:17) простирая руки к Нему (1Тим 2:8) и поклонялся Ему (Деян 20:36). Часто в молитвах Павел проводил целую ночь (Деян 20:11). Он всю жизнь работал своими руками, чтобы ничем не пользоваться от обращенных. Напротив, он всегда заботился о бедных христианах и подавал обильную милостыню (1Кор 16:1–4; 2Кор 8:1–9; Гал 2:10).

Апостол Павел любил соблюдать пост (Деян 13:1–2; 2Кор 11:27) и призывал исследовать писания пророков (2Тим 2:14–17). Желая узнавать волю Господа и поклониться Ему, апостол многократно совершал паломничество в Иерусалимский храм (Деян 21и др.).

В свете всего приведённого любой разумный человек может сделать вывод о несостоятельности мусульманских претензий к апостолу Павлу. Даже по их критериям он был благочестивым праведником.

* * *

1

Поскольку древнее арабское письмо состояло только из согласных букв, то огласовывать ее мог каждый по своему разумению, как считал нужным и как позволяла грамматика арабского языка.

2

Хайдар Али. Курс лекций по основам ислама. Казань, 1997. – Сс. 21–22.

3

ал-Маудуди Абу ал-Аала. Принципы ислама. – С. 72.

4

Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на Святого Матфея Евангелиста. Кн. I, Беседа 1.

5

ас-Суйути Джалал ад-Дин. Совершенство в коранических науках. М., 2000. – С. 116.

6

Цит. по: Евдокимов П. Православие. М., 2002. – С. 272.



Источник: Православие и ислам / Диакон Георгий Максимов. - Изд. 3-е, испр. и доп. - Москва : Православное миссионерское о-во им. прп. Серапиона Кожеозерского, 2012. - 223 с. ISBN 978-966-1691-06-02

Вам может быть интересно:

1. Религия Креста и религия полумесяца священник Георгий Максимов

2. Любовь – сущность христианства – Мнимое благочестие Мухаммеда священномученик Александр Миропольский

3. Диалоги с мусульманами епископ Феодор Карский

4. Против язычников, или магометан святитель Симеон Солунский

5. История религий – Глава 3. Ислам митрополит Иларион (Алфеев)

6. Заблуждения мусульманства протоиерей Иоанн Морев

7. Сличение исламского учения о именах Божиих с христианским Гордий Семёнович Саблуков

8. Полемика с католицизмом священномученик Горазд (Павлик)

9. Диспут со «Свидетелями Иеговы» протоиерей Олег Стеняев

10. Религиозно-философские основы истории – Ислам Лев Александрович Тихомиров

Комментарии для сайта Cackle