прот. Александр Мень

Па́вла св. апо́стола посла́ния

Па́вла св. апо́стола посла́ния, раздел новозаветного *канона, состоящий из 14 посланий. В каждом из них, кроме Евр., апостол Павел во вступительных словах называет себя по имени. Павла св. апостола послания принято делить на 4 группы: 1) Ранние послания (1–2 Фес.; иногда к ним присоединяют Гал.); 2) Большие послания (Рим., 1–2 Кор., Гал.); 3) *Послания из уз, т.е. написанные в то время, когда апостол находился под стражей (Еф., Флп., Кол., Флм.) и 4) пастырские послания (1–2 Тим., Тит.). Особняком стоит Евр., завершающее раздел. Павла св. апостола послания содержат автобиографические темы, но главное их содержание заключено в том провозвестии, которое апостол Павел называл своим Евангелием (2Кор.4:3; Гал.1:11). Павла св. апостола послания обращены главным образом к церковным общинам, за исключением Флм. и Пастырских посланий, адресованных отдельным лицам. Древнейшими *рукописями посланий являются папирусные *кодексы конца 2 – начала 3 вв. (Р30 и Р46).

1. Значение апостола Павла. Павел Тарсянин не был непосредственным учеником Иисуса Христа и, по-видимому, не знал Господа во дни Его земной жизни; нередко проповедь «апостола язычников» встречала непонимание и даже оппозицию в раннехристианских общинах, и тем не менее Церковь признала в его лице боговдохновенного свидетеля Христова, великого учителя веры и жизни. Миссионерские труды апостола Павла сделали его одной из ключевых фигур первохристианства, а его послания стали неисчерпаемым источником духовного богатства Церкви, который питал ее на протяжении всей истории христианства. Как отмечал русский богослов П.Иванов (1938), апостол Павел более других апостолов олицетворял собой динамический элемент в христианстве, противостоящий стагнации и косности. «Только через св. Павла, – отмечает *Глубоковский, – Евангелие Христово сохранилось в апостольском веке и сделалось потом стихией, претворяющей историю».

При всем формальном отличии Евангелия Павла от Благовестия Самого Господа именно Тарсянин стал истинным продолжателем Христа. Он первым смог осмыслить сотериологическую тайну Евангелия и поведал миру о преображающей силе Христовой благодати. Апостол раньше других преодолел традиционализм старозаветного законничества, богословски обосновал миссию среди язычников, стал глашатаем христианского *универсализма и любви, свободы и жизни во Христе. Он сохранил для Церкви Ветхий Завет, но не как статичную норму, а как «детоводителя ко Христу». То, что для этих свершений был призван человек, не принадлежавший к очевидцам евангельских событий, говорит об исполнении пророчества Иисуса о наставлении через Духа Истины (Ин.15:26).

Действием Божественного Духа определилось и то, что писания апостола Павла, вызывавшие столько споров и нареканий, были включены Церковью в канон Библии. Они являются самыми ранними из известных нам документов христианства и написаны, видимо, еще до *синоптических Евангелий в рамках живой первоначальной традиции.

Сама личность апостола имеет для Церкви непреходящую ценность. «Новый Завет, – отмечает *Алло, – в своей большой части состоит из двух жизнеописаний: Христа в Евангелиях, а затем одного из Его апостолов, пришедшего последним, – св. Павла. Это удивительный, имеющий огромное значение факт». Апостол Павел – это первый христианский богослов и первый христианский мистик, запечатлевший свой духовный опыт. В его посланиях для нас сохранено не только прошлое Церкви, ее истоки, но заключается и мерило ее настоящего, и вектор, указывающий ей путь в будущее.

2. Сборник посланий апостола Павла и их канонизация. Апостол сам заботился о том, чтобы его письма были сохранены и получили распространение (см. Кол.4:16; 1Фес.5:27). В сборник их объединили, по-видимому, довольно рано. Существовало по крайней мере три послания, которые в этот сборник не вошли, поскольку были утрачены (см. раздел о 1–2 Кор. и Кол.). В некоторых древних рукописях встречается послание к Лаодикийцам, которое уже в святоотеческую эпоху признали *апокрифом. Апокрифической является и переписка апостола Павла с философом Сенекой.

В 1 в. на Павла св. апостола послания ссылается свт.*Климент Римский, а в начале 2 в. сщмч.*Игнатий Антиохийский и сщмч.*Поликарп Смирнский. Первый засвидетельствованный в истории сборник посланий был опубликован около 144 еретиком *Маркионом. В него входили все послания, кроме Пастырских и Евр.; однако Церковь расценила это собрание как неполное и урезанное. Окото 170 *Мураториев канон перечисляет 13 Павла св. апостола послания (кроме Евр.), а около 348 свт. Кирилл Иерусалимский называет все 14 посланий. Это наиболее ранняя дата, указывающая на канонизацию всего сборника. Произошла она не позже 3 в., т.к. этим временем датируются древнейшие кодексы, включающие Евр.

● Прот.*Горский А., Образование канона священных книг, ПТО, 1871, №24; его же, О первоначальном христианстве в связи с вопросом о происхождении новозаветного канона – против Баура, ЧОЛДП, 1877, №1; *Муретов М. Д., Апокрифическая переписка апостола Павла с Коринфянами, Серг. Пос.,1896; прот.*Рождественский В. Г., История новозаветного канона, ХЧ, 1872–1874; *Filson F., A New Testament History, L.,1978, p.383 ff.

3. Толкование и изучение посланий имеет многовековую историю, которая далеко не закончилась. «Так неповторимо ярок образ этого человека, что “павловский вопрос” останется навсегда одним из центральных вопросов всей христианской истории, источником вдохновения для всех, “камнем преткновения” для многих» (прот. А.Шмеман). Влияние Павла св. апостола посланий стало заметно уже на исходе апостольского века. Оно сказывается в 1–2 Петр., причем во (2Петр.3:15–16) отмечено, что появились читатели, которые плохо понимали мысль св. Павла из-за «неудобовразумительности» некоторых его выражений.

В *святоотеческий период возникла дискуссия относительно *атрибуции Евр. В частности, *Тертуллиан приписывал его Варнаве, а *Ориген был склонен считать вопрос об авторе Евр. открытым. Первые развернутые комментарии на Павла св. апостола послания появляются в 3–4 вв. Древнейший из известных нам был написан Оригеном (на Рим., Гал., Еф.); однако большая часть их принадлежит экзегетам *антиохийской и *эдесской школ: свт.*Иоанну Златоусту, *Феодору Мопсуестскому, блж.*Феодориту, прп.*Ефрему Сирину, которым позднее следовали *Экумений (10 в.) и блж.*Феофилакт Болгарский (11 в.). Иоанн Златоуст был одним из первых, кто ясно осознал все значение апостола Павла («Беседы в похвалу св. апостолу Павлу»).

Из латинских комментаторов к Павла св. апостола посланиям обращались блж.*Иероним, свт.*Амвросий Медиоланский, Г.М.*Викторин, *Пелагий, блж.*Августин и неизвестный писатель 4 в., которого *Эразм Роттердамский назвал «Амвросиастером». Учение св. Павла о спасающей благодати сыграло огромную роль в формировании сотериологии блж. Августина (ср. его спор с Пелагием). Из средневековых схоластических толкований наибольшим авторитетом пользовались комментарии *Фомы Аквината.

Древние и средневековые экзегеты стремились не столько к уяснению целостного богословия апостола, сколько к уточнению смысла конкретных текстов в их историческом, догматическом. и нравственном. значении. В период же Реформации на Западе стержневые идеи св. Павла стали предметом пристального изучения. Именно они послужили отправной точкой для *Лютера, искавшего выход из своего духовного кризиса. Истолковав понятие «праведности Божьей» не в этическом или юридическом смысле, а как спасающую силу Господа, определив веру как уверенность в спасении, Лютер заложил основы протестантского богословия. Из Павла св. апостола посланий *Кальвин вывел свою доктрину о предопределении. В отличие от них *Гроций (1642) интерпретировал Павла св. апостола послания независимо от догматической полемики своего времени, стремясь понять мысль апостола Павла в ее непосредственном историческом контексте. Возродился интерес и к исагогическому аспекту посланий. Так, Лютер высказал гипотезу, согласно которой Евр. принадлежит Аполлосу (эта гипотеза имеет сторонников и в наше время).

Проблема атрибуции Павла св. апостола посланий особенно остро встала в эпоху Просвещения и *рационализма. Кроме Евр., больше всего сомнений вызывали Пастырские послания. Следуя за *Шлейермахером, И.*Айххорн категорически отверг их подлинность (1812). Еще дальше пошла *тюбингенская школа в лице своего главы *Баура. В работе «Павел, апостол Иисуса Христа» (1845) и других трудах Баур развил чисто историческую интерпретацию Нового Завета, согласно которой Павла св. апостола послания являются документами *языко-христианских общин в Церкви («павлинистов»); причем, как отмечает Глубоковский, «павлинистской идеологии» Баур придал черты, свойственные учению Маркиона. В интересах своей концепции он вынужден был отодвинуть датировку почти всех книг Нового Завета к концу 2 в. Однако Большие послания он все же признал Павловыми. В тот же период Б.Бауэр, представитель *мифологической школы, объявил подложными все Павла св. апостола послания.

Гиперкритические выводы тюбингенцев и «мифологистов» встретили обоснованную критику ученых всех конфессий. Тем не менее дебаты об авторстве Кол. и Еф. и особенно Пастырских посланий продолжались. Что же касается Евр., то почти все комментаторы, даже консервативные (например, *Фаррар), признали его вышедшим из круга учеников апостола Павла. Немалый вклад в разработку вопроса о подлинности Павла св. апостола посланий и в их экзегезу внесли православные библеисты (в т.ч. А.*Бухарев, *Василий Богдашевский и др.). Важной вехой в изучении биографии апостола был труд английского археолога *Рэмзи (1895) в защиту достоверности данных Деяний. Машинный анализ Павла св. апостола посланий (1966) показал, что наибольшее стилистическое и языковое сходство имеют Большие послания и Флм.

Общепринятым в 19–20 вв. стал тезис о решающей роли апостола Павла в развитии ранней Церкви. В оценке же его богословия мнения разошлись. Иудаистские комментаторы (*Клаузнер, *Флуссер и др.) рассматривали учение апостола о Законе как отход от учения Иисуса. Представители *либерально-протестантской школы и рационалистические авторы (например, *Ренан), видели в апостоле Павле человека, обременившего догматикой «чистую религию Иисуса», хотя были и такие, которые считали, что между Евангелием Христа и Евангелием Павла есть преемственная связь (*Гарнак). Последний взгляд поддерживали ортодоксальные богословы разных исповеданий; однако они не могли принять девиза либеральной школы: «Назад от Павла к религии Иисуса» (*Юлихер).

Прогресс в методах *сравнительно-религиозного изучения Библии привел к поискам эллинистических истоков богословия Павла. *Пфляйдерер, *Буссе, *Райценштайн и другие пытались истолковать его в свете античных мистерий (учение о «тайне» и личном спасении). С этой целью привлекался и гипотетический дохристианский гностицизм. В 1905 *Вреде высказал идею, впоследствии подхваченную *Бультманом, о том, что апостол Павел еще до своего призвания верил в Мессию как небесное Существо. Опираясь на эту идею, *Древс заявил, что именно Павел был настоящим основателем христианства, строившим свое богословие на почве греко-римской мифологии.

С другой стороны, возникли также тенденции интерпретировать Павла, исходя только из доктрин *раввинистической экзегезы *междузаветного периода (Т.Кляйн). Все эти попытки были критически рассмотрены в капитальном исследовании Глубоковского («Благовестие св. апостола Павла по его происхождению и существу»), который привел аргументы в пользу независимости Павловой мысли. Одновременно с ним к аналогичному заключению пришел А.*Швейцер, давший эсхатологическую интерпретацию веры и учения апостола (1911, 1930). Главной заслугой Швейцера был его тонкий анализ природы *мистицизма апостола Павла, понимаемого как жизнь, смерть и воскресение человека во Христе.

В 1919 *Барт в своем комментарии к Рим. истолковал это послание как приговор всем самостоятельным усилиям человека (в т.ч. и религиозным) найти спасение, которое в действительности обретается лишь в свободном даре благодати. *Экзистенциалистское толкование Павла св. апостола посланий развили Бультман и его школа, определившая учение Павла как форму богословской *антропологии (при этом игнорировался историко-космический аспект Павловой *керигмы). Бультман стремился найти за тем, что сказано в Павла св. апостола посланиях, то, о чем апостол хотел сказать своим читателям. Такой подход нашел широкую поддержку, хотя конкретные его применения оказались спорными (см. статью *Демифологизация). В 30-х гг. Г.У.*Робинсон привлек для понимания *экклезиологии апостола идею корпоративной личности, а *Додд указал на апостола Павла как на выразителя идеи *«осуществленной эсхатологии», преодолевшего ориентацию первохристиан на скорую *Парусию. В 40-х гг. У.Д.Дэвис вернулся к сопоставлению богословия Павла и раввинистической традиции. Последние работы (еп.*Кассиана, *Борнкамма, *Фицмайера, Э.Сандерса, Г.Ридербоса и др.) подтвердили тезис, выдвинутый в начале века Глубоковским, о том, что эллинизм и иудейство того времени были лишь внешними формами, которые св. Павел использовал для своего Евангелия. По существу же оно коренится в уникальном личном опыте апостола, в Ветхом Завете и в воспринятом им *Предании Церкви.

● Почти вся литература до начала 20 в. указана и проанализирована в трудах Н.Н.*Глубоковского; см. также: Bultmann R., Zur Geschichte der Paulus-Forschung, «Theologische Rundschau», N.F., 1928, Jg.I; id., Neueste Paulus-Forschung, «Theologische Rundschau», N.F., 1934, Jg.VI, 1936, Jg.VIII; Ellis E., Paul and His Recent Interpreters, Grand Rapids (Mich.), 1961; Rengstorf K.N. (hrsg.), Das Paulus-Bild in der neueren deutschen Forschung, Darmstadt, 19692; Schelkle K.H., Paulus. Lehrer der Väter, Düss., 1956; Schweitzer А, Paul and His Interpreters; a Critical History, L.,1912.

4. Жизненный путь св. апостола Павла. Основные события жизни апостола описаны в Деяниях, автор которых, евангелист Лука, был одно время спутником Павла (см. статью *Деяния св. апостолов); описание это далеко не полное, и при реконструкции биографии апостола нужно привлекать Павла св. апостола послания и другие источники. Хотя в этом направлении проделана немалая работа, остается ряд пробелов, которые приходится заполнять гипотезами.

Будущий «просветитель язычников» родился на юге Малой Азии, в столичном киликийском городе Тарс, где веками соприкасались культуры Востока и Запада. Дата рождения апостола приходится на первое десятилетие 1 в. Отец его принадлежал к колену Вениаминову и назвал сына в честь героя вениамитов царя Саула (Савла). Как и многие иудеи, Савл носил второе латинское имя – Paulus. Семья имела потомственное римское гражданство и, несомненно, близко контактировала с языческой средой, но сам Павел подчеркивал, что он был не «эллинистом», усвоившим западную культуру, а «евреем из евреев», т.е. сохранил в *диаспоре знание отеческого языка и устои предков.

В доме родителей Павел получил строгое воспитание в духе фарисейских традиций и готовился стать учителем Закона (Деян.22:3; Флп.3:5). Для этого его отправили в Иерусалим, где он учился у «патриарха» фарисеев Гамалиила I. В школе Гамалиила Павел, по собств. признанию, выделялся пламенной приверженностью к вере. В 35 (или 36) он стал свидетелем и участником расправы фанатиков над св. Стефаном и активно включился в преследование христиан-эллинистов (Деян.7:58; 8:1; 9:1–2; Гал.1:13–14). На пути в Дамаск, куда он направился, чтобы пресечь распространение новой веры, совершилось его внезапное обращение (Деян.9:3–19; 22:4–16; 26:12–18; Гал.1:16). Это, однако, не было обращением в том смысле, что Савл обрел иного Бога. Он не сомневался, что сохранил верность Богу отцов, Богу Библии, что именно по Его воле Иисус Назарянин открылся ему как обетованный Спаситель. Таким образом., это было призвание, подобное призванию древних пророков (ср. Гал.1:15 и Иер.1:5).

Став последователем Иисуса, Савл жил в Аравии, т.е. в Набатее, затем начал проповедовать в Дамаске (Гал.1:17). Но вскоре он вынужден скрыться из города, поскольку местная иудейская община настроила против него наместника царя Ареты (Деян.9:19–25; 2Кор.11:32). Около 39 Павел прибыл в Иерусалим, где христиане сначала отнеслись к нему с недоверием. Лишь стараниями апостола Варнавы он был введен в круг братьев, познакомился с апостолом Петром, апостолом Иоанном и Иаковом Праведным (Гал.1:18–19). В 39–43 он жил на родине, в Тарсе, откуда Варнава призвал его в Антиохию для участия в трудах на ниве Господней. Выбор Варнавы был не случайным. Он знал от Павла, что тот поставлен Самим Христом для проповеди язычникам, а именно в Антиохии произошли массовые обращения в христианство «эллинов» (греков, сирийцев, римлян).

Возникновение смешанной еврейско-эллинской общины создало множество сложных проблем, которые, как надеялся Варнава, Павел помог бы разрешить. Иудейство в междузаветный период стало целостной системой, определяющей все стороны жизни. Возникал вопрос: либо вводить новообращенных «эллинов» в эту систему, либо смириться с двумя формами Церкви, что создавало бы препятствия при общении верующих. Первое решение апостол Павел уже тогда считал неоправданным, второе, вероятно, допускал, но крайне неохотно. В течение всей его дальнейшей жизни эта проблема оставалась одной из самых трудных и болезненных. Защитники соблюдения правил, обязательных для членов ветхозаветной общины, ссылались на прямые свидетельства слова Божьего (напр., Быт.17:9–10). Апостол не отрицал, что эти правила даны по воле Господней, но указывал на спасающую веру во Христа, которая лишает сотериологического значения как формальную принадлежность к израильской общине, так и ее обряды. Однако в полном объеме вопрос решен так и не был. Он просто потерял свою актуальность, когда иудейская община отвергла христианство, а христиане-евреи постепенно растворились в массе христиан-эллинов или же образовали обособленные иудео-христианские секты (см. статью*Иудео-христианство).

В 46 апостол Павел вместе с Варнавой и Марком отправился в свое 1-е миссионерское путешествие. Они посетили о. Кипр, города Памфилии и Писидии на юге Малой Азии (имперская провинция Галатия), шли, всюду держась римских военно-торговых дорог. Свою проповедь Христа апостол обычно начинал в синагогах, где собирались иудеи и *прозелиты, и затем переходил к язычникам, которые стали его основной паствой. В 49 Павел с Варнавой прибыли в Иерусалим, где состоялся «апостольский собор», отменивший для христиан-неевреев обязанность соблюдать уставы ветхозаветного Закона.

Во время своего 2-го миссионерского путешествия (50–53) апостол Павел обошел города Сирии, Малой Азии и впервые высадился на европейском берегу. Его сопровождали иерусалимский пророк Сильван (Сила), листрянин Тимофей и греческий врач Лука (будущий евангелист). Апостол основал церкви в римских городах Македонии, в Фессалониках и Коринфе. Коринфская община стала первой большой языко-христианской церковью, руководимой апостолом Павлом (Деян.15–18).

1-е и 2-е путешествия были отмечены острыми спорами Павла с руководством иудейских общин. Только маленькая иудейская община г. Филиппы целиком приняла евангельское учение; в других местах проповедь Евангелия была встречена как новшество – сначала с недоумением, а затем с враждебностью (для этого времени вообще характерна конфронтация между различными течениями внутри иудейства). Было несколько случаев, когда против миссионеров вооружались и язычники, но положение Павла как римского гражданина не раз защищало его. Кроме того, в провинциях имперские власти относились к новым религиям терпимо, а само язычество переживало кризис. Все это способствовало миссии среди эллинов.

3-е миссионерское путешествие (53–58) было предпринято апостолом Павлом из Антиохии с целью посетить и духовно укрепить уже прежде основанные им общины и создать новые. Он пересек Малую Азию, побывал в городах Македонии и Греции, два года провел в Эфесе и отплыл из Милета в Иудею, куда хотел попасть на праздник. Он вез пожертвования для Иерусалимской церкви, которые были данью уважения к ней как к Церкви-Матери и знаком общехристианского единства. Однако св. Иаков принял апостола довольно сдержанно, т.к. не одобрял его отношения к Закону. А через несколько дней апостол Павел подвергся в Храме нападению фанатиков и был арестован римскими властями.

Доставленный под конвоем в Кесарию, он два года ждал суда и, по преданию, был в конце концов оправдан прокуратором и царем Агриппой II. Чтобы избежать нового покушения со стороны врагов, апостол Павел воспользовался своей привилегией римского гражданина и потребовал императорского суда. Прокуратор отправил его морским путем в Рим, куда он прибыл около 60 после долгого и нелегкого путешествия (кораблекрушение и вынужденная задержка на Мальте). Рассказ Деян. обрывается предположительно на 63 г., не сообщая, был ли Павел оправдан. Есть основания считать, что процесс имел благоприятный для апостола исход, хотя Гарнак, Брюс и другие историки считают, что св. Павел был осужден и казнен в связи с начавшимся в Риме гонением Нерона (лето 64). По преданию, сохраненному у Климента Римского и в Мураториевом каноне, апостол принял мученическую смерть лишь несколько лет спустя, успев осуществить свой давний замысел: достичь западной границы империи – Испании. В любом случае именно в Риме он был приговорен к смерти и обезглавлен.

Память св. апостола Павла Православная Церковь празднует одновременно с памятью св. апостола Петра 29 июня.

● Кроме канонических текстов (Деян., послания) о жизни апостола Павла повествует ряд *апокрифов: Деяния апостола Павла; Сказание о мученичестве апостола Павла; переписка апостола Павла с философом Сенекой; послание к Лаодикийцам; Апокалипсис апостола Павла. Однако историческая ценность их весьма невелика. См. их англ. перевод в ANT, 1975, и библиографию к статье *Апокрифы.

Архим. Анатолий. Дельфийская надпись и ее значение для хронологии апостола Павла, Киево-Могилянский сборник, XXV, К.,1913; *Артоболевский И.А., К вопросу о разработке священно-исторического материала для жизнеописания св. апостола Павла, БВ, 1899, №12; его же, Проконсул Сергий Павел и волхв Вариисус, ВиР, 1898,№16,21; его же, Первое путешествие св. апостола Павла с проповедью Евангелия, Серг.Пос., 1900; Бранденбург И.Р., Как Савл стал Павлом (без м. и г.); *Вреде В., Павел, пер. с нем., М.,1907; *Глаголев Д.С., Второе великое путешествие св. апостола Павла с проповедью Евангелия, Тула, 1893; *Глубоковский Н.Н., Обращение Савла и «Евангелие» св. апостола Павла, ВиР, 1896, №4–7; иером.*Григорий (Борисоглебский), Третье великое благовестническое путешествие св. апостола Павла, Серг.Пос.,1892; *Жебелев С.А., Апостол Павел и его послания, Пг.,1922; архиеп.*Иннокентий (Борисов), Жизнь св. апостола Павла, Соч., т.9, СПб.-М.,1872; Куликов В., Начало христианства в Европе, БВс, 1973, №4; *Курциус Э., Апостол Павел в Афинах и следы греческого влияния в его языке и миросозерцании, СПб.,1894; *Лопухин А.П., Апостол Павел в центрах классического мира, ХЧ, 1896, № 1; М-в В., Чудо перед Дамаском, ВиР, 1903, №22–23; свящ. Мень А., Светочи первохристианства, ЖМП, 1961, №7; еп. *Михаил (Лузин), Библейская наука. Академические чтения по Священному Писанию Нового Завета, т. III, вып. 1: Св. апостол Павел и его послания, Тула, 1905; прот.*Михайловский В., Жизнь св. апостола Павла, СПб.,1872 (по *Шаффу); Никитин А., Фарисеи и саддукеи и отношение их к христианству в век апостольский, ЧОЛДП, 1890, кн.3; свящ.*Никольский Н., Св. апостол Павел (его жизнь и деятельность), ЖМП, 1950, №8–11; его же, Суд над апостолом Павлом и его кесарийские и римские узы, ЖМП, 1960, №1; свящ.*Орлов Н., Последние годы жизни св. апостола Павла, «Странник», 1913, №9–11; Павлович А.Л., Кораблекрушение Павла на Средиземном море при свете новейших археологических открытий, ХЧ, 1893, №2; Петрушевский П., Святые первоверховные апостолы Петр и Павел, К.,1887; *Ренан Э., Апостолы, СПб., 1907, репр. изд., М.,1991; его же, Апостол Павел, СПб.,1907, репр. изд., Ярославль, 1991; его же, Антихрист, СПб.,1907, репр. изд., М.,1991; свящ. Рудницкий Н., Жизнь и труды св. апостола Павла, ч.1–2, СПб.,1911–1912; свящ. Смирнов Н., Апелляция св. апостола Павла к кесарю, К.,1915; *Сольский С., Прощальная беседа апостола Павла с ефесскими пастырями, К.,1860; *Троицкий Ф., Апостол языков Павел и апостолы обрезания в их отношении друг к другу в жизни и учении, вып.1–2, Каз.,1894; *Фаррар Ф., Жизнь и труды св. апостола Павла, пер. с англ., ч.1–2, СПб.,19114; Чтения о св. апостоле Павле, ВЧ, 1872–1873; архим.*Феодор (Бухарев А.М.), Несколько статей о св. апостоле Павле, СПб.,1860; Шнеллер Л., По следам апостола Павла, СПб.,1898; Ястребов А., Св. апостол Павел в Афинах, ЖМП, 1953, №6; Ben-Chorin Sch., Paulus, Münch.,1970; *Bornkamm G., Paulus, Stuttg., 1969 (англ. пер.: Paul. Paulus., N.Y.,1970); *Bruce F., The Epistles of Paul, PCB, p. 927–939; Claude R., Le converti de Damas, P.,1970; Colson J., Paul, apôtre et martyr, P.,1977; Cothenet E., St.Paul en son temps, P.,1978; Davies W.D., Paul and Rabbinical Judaism, L.,1958; id., The Apostolic Age and the Life of Paul, PCB, p.870–881; *Deissmann A., Paulus, Tüb., 1911 (англ. пер.: St.Paul, L.,1912); *Dibelius M., Paulus, B.,1956 (англ. пер.: Paul, Phil., 1957); Hagner D.A., Harris M.J. (ed.), Pauline Studies, Exeter, 1980; *Hengel M., Acts and the History of Earliest Christianity, Phil.,1980; Hock R., The Social Context of Paul’s Ministry, Phil.,1980; Jewett R., A Chronology of Paul’s Life, N.Y.,1980; Ludemann G., Paul, Apostle to the Gentiles, Phil.,1984; MacDonald D.R., The Legend and the Apostle, Phil.,1983; *Mаnek J., Apostol Pavel, Praha, 1952; Meinardus O., St.Paul in Ephesus and the Cities of Galatia and Cyprus, New Rochelle (N.Y.), 1979; id., St.Paul in Greece, ibid., 1979; id., St.Paul’s Last Jorney, ibid.,1979; *Schillebeeckx Е., Paul the Apostle, N.Y.,1983; *Tresmontant C., Saint Paul et le mystère du Christ, P.,1956 (англ. пер.: Saint Paul and the Mystery of Christ, N.Y.,1957); Pax W.E., In the Footsteps of St.Paul, Jerusalem, 1977; Vesco J.L., En Méditerranée avec l’Apôtre Paul, P.,1972; Zilka F., Pawel z Tarsu, Krakо́w, 1983; см. указатели литературыры в JBC, v.2, p.215; NCS, p.890; NCE, v.11, p.11–12; ODCC, p.1048; RGG, Bd.5, S.166–190; MB, 1978, №5,6,12, а также библиографию к статьям: *Деяния Апостолов; *История библейская.

5. Личность апостола Павла и его послания. Как справедливо подчеркивал Бультман, объяснить учение апостола Павла, исходя только из личных особенностей и биографии апостола, невозможно. Тем не менее *богочеловеческая природа Писания требует от экзегета и вообще любого читателя посланий учета этих особенностей, ибо *Откровение возвещено нам через конкретную живую личность. Характер Тарсянина, специфика его стиля и обстоятельств, при которых возникли послания, чрезвычайно важны для приобщения к его мысли.

а) Древнее и, по-видимому, достоверное предание сохранило память о внешности апостола (Деяния Павла и Феклы, см. статью *Апокрифы). Согласно этому преданию, апостола Павел был человеком маленького роста и выглядел скорее невзрачно: лысая голова, сросшиеся брови, горбатый нос, густая борода. Но то же предание утверждает, что в облике его было нечто глубоко привлекательное. Как видно из Деяний и посланий, натура апостола отличалась контрастами. Энергичный, неутомимый, способный выносить труднейшие физические и нравственные испытания, он в то же время бывал робок, впадал в уныние, мучился каким- то недугом.

Некоторые биографы считают, что «подобно другим великим людям истории, например Цезарю и Наполеону, Павел страдал приступами падучей болезни» (*Вреде). Другие склоняются к мысли, что «жало в плоть» – это малярия, которой Павел заболел в болотистых низинах Памфилии. Апостол Павел мог быть нежен, как заботливый отец или как кормилица, пестующая ребенка (по его собственному выражению), но он же бывал суров и резок, особенно в полемике. Под обманчивой невзрачной внешностью апостола Павла крылись непреклонная воля, целеустремленность и стойкий дух, что не раз проявлялось в критические моменты. Так, однажды, когда корабль, на котором он плыл, попал в шторм, один лишь Павел сохранил хладнокровие и тем спас всех от гибели (Деян.27). Будучи вспыльчивым от природы, он научился сдерживать себя, проявляя при этом удивительное смирение и такт. Ему было не чуждо чувство юмора, и он умел находчивым словом разрядить атмосферу (суд в Кесарии).

Призвание, застигшее Тарсянина на подступах к Дамаску, наложило печать на всю его жизнь. С этого момента он постоянно ощущал себя в присутствии Божьем. Каждый свой шаг он стремился согласовать с велением Духа Христова. Но меньше всего апостола можно сравнить с отрешенным созерцателем. Он не уклонялся от решения множества важных вопросов и обнаружил немалый организаторский талант и здравый смысл. Ему было присуще чувство огромной ответственности в отношении к ученикам и основанным им общинам. Он считал себя «должником» тех городов и стран, где еще не слышали о Христе (Рим.1:14). Как и у всех верующих того поколения, чувство близости Христа принимало у Павла форму ожидания скорой *Парусии (1Фес.4:15–17). Поэтому он стремился привлечь как можно больше людей на спасительный путь, прежде чем Господь снова явится миру для Своей последней жатвы.

Как полагают его биографы, Павел разработал нечто вроде «стратегического плана» завоевания мира для Христа. Ради этой цели он не щадил себя: пересек моря на утлых суденышках, шел по безлюдным горным дорогам и перевалам, путешествуя среди тысяч опасностей, ночуя на постоялых дворах, а порой и под открытым небом. Многолетняя жизнь в скитаниях, без родного крова, без семьи не сделала апостола Павла сумрачным и замкнутым. У него повсюду были друзья, которых он искренне любил и которые отвечали ему тем же.

Но насколько велика была преданность учеников апостола, настолько же была велика ненависть его противников. В глазах правоверных иудеев он был оскорбителем Закона Божьего, нечестивцем, заслуживающим смерти. Иерусалимские христиане, хотя и уважали его миссионерское рвение, считали, что он покушается на священные устои предков. Некоторые приверженцы апостола Петра и Двенадцати пытались подорвать авторитет Павла. Наиболее нетерпимые из них даже отправлялись в места, где он проповедовал, с целью дискредитировать его учение. Образованные греки встречали его проповедь смехом, как это случилось в Афинах, а языческая толпа несколько раз едва не растерзала его (Листры, Эфес). Имперская полиция охраняла права Павла как римского гражданина; тем не менее, когда она видела в нем сеятеля смуты, ему не удавалось избежать римских бичей и тюрьмы. В конце концов именно по приговору римских властей апостол был казнен. Таким образом, не будет преувеличением сказать, что апостол Павел бросил вызов всему миру, имея мало человеческих шансов победить. Но победа осталась за ним.

б) Составляя свои послания, апостол Павел следовал установившейся в иудействе практике обмена письмами между общинами. Поскольку почта в те времена служила главным образом правительственным нуждам, частные лица отправляли корреспонденцию с нарочными; так поступал и апостол.

Датировка Павла св. апостола посланий основывается на внутренних данных, и в целом хронология их может считаться установленной. Исключение составляют Пастырские послания и Гал. Некоторые экзегеты датируют Гал. серединой 50-х гг., но ряд комментаторов (например, *Брюс) считают, что это самое раннее послание и что оно написано незадолго до «апостольского собора», т.е. около 48. В любом случае, Павла св. апостола послания едва ли могли быть написаны позже 70, когда падение Иерусалима дало бы Павлу и его ученикам важнейший аргумент в полемике с иудействующими. Между тем в посланиях нет ни малейшего намека на это событие (тезис, выдвинутый автором данной книги в 1968, а затем подробно развитый Джоном *Робинсоном в 1976). В наст. время датировку всех 14 Павла св. апостола посланий представляют следующим образом.

Послание Место и время написания

Галатам Антиохия, 48 (?), около 54 (?)

1–2 Фессалоникийцам Коринф, около 50–52

1–2 Коринфянам Македония, Эфес, около 56–57

Римлянам Коринф, зима 57–58

Колоссянам, Филиппийцам,

Филимону и Ефесянам Рим, около 60–63

Титу Эфес, около 66

1 Тимофею Македония, около 66 (?)

2 Тимофею Рим, около 67 (?)

Евреям Италия (?), около 65–69 (?)

Послания апостола Павла были важным составным элементом в его миссионерской проповеди, но в основном они преследовали пастырские цели: с их помощью апостол на расстоянии продолжал руководить жизнью новообращенных. Он взял себе за правило писать не к пресвитерам церквей, а ко всем верующим, чем подчеркивал их общее участие в деле Божьем. По литературному *жанру наследие апостола представляет собой нечто среднее между частным письмом и посланием.

Являясь Словом Божьим, возвещенным через Его посланника, Павла св. апостола послания одновременно остаются исповедью души, волнующим человеческим документом, наиболее личным из всего Нового Завета. Это не бесстрастное поучение или богословский трактат, а строки, словно написанные кровью, в которых отражены переживания пишущего. В них нет ни искусственности, ни нарочитости, какие встречаются в философских и литературных посланиях той эпохи. Апостол заботился не о форме, а о том, чтобы донести до людей Благую Весть и свои сокровенные думы. Хотя в посланиях есть формальные элементы античной эпистолярной традиции, апостол проявлял в отношении к ней большую свободу. Библейский дух и собственный пламенный темперамент Павла нарушали привычный строй языка. «С удивительным жаром души Павел соединял необычайную бедность выражения. Его преследует какое-нибудь слово, и он повторяет его при каждом удобном случае по несколько раз на одной странице. Это не бесплодность, а сосредоточенность ума и полное равнодушие к стилю» (*Ренан). При этом Тарсянин обладал несомненным литературным даром. Многие его выражения, такие как «жало в плоть», «нет ни эллина, ни иудея», «буква убивает, дух животворит», «кто не хочет трудиться, тот и не ешь» и др., стали крылатыми.

Хотя апостол родился в диаспоре, воспитание и образование его были исключительно иудейскими, что сказалось и на посланиях. Он хорошо знал греческий язык, но не был в такой степени пропитан эллинством, как его старший современник *Филон. Есть мнение, что в Иерусалим он приехал в ранние годы (*Унник). Его стиль мышления, способ выражаться, манера аргументации редко выходили за границы Ветхого Завета и отеческого предания. Редкие отголоски античной литературы и философии в Павла св. апостола посланиях показывают, насколько мало он испытал влияние греко-римских идей. И если в его терминологии можно найти следы стоицизма, то он почерпнул знание о нем не из книг, а из ходячих воззрений окружающей среды.

Свои послания апостол Павел обычно диктовал, чем объясняются многие их характерные черты. Длинные периоды сменяются меткими афоризмами; ритмичные строки, навеянные Писанием, подобные молитве или псалму, переходят в диатрибу (см. статью Жанры литературные) или в теплое и простое излияние дружеских чувств. Порой нить рассуждения внезапно прерывается взрывами негодования, возгласами, вопросами.

Нередко, как показали исследования, апостол Павел вкраплял в послания отрывки из первохристианских гимнов. Это сочетание разных тональностей и стилей придает Павла св. апостола посланиям неповторимое своеобразие. Еще одна их особенность – печаль и тревога, которые сквозят во мн. посланиях. Обычно они писались в напряженнейшей борьбе за души, в обстановке споров и волнений, когда апостол вынужден был защищаться и вести полемику. «Отец» своих церквей, он редко бывал за них спокоен. Раскол в коринфской общине, недостойное поведение братьев, оппозиция христиан-законников – таковы были непосредственные поводы к написанию Больших посланий. Но несгибаемая вера проповедника, его мудрость и упование неизменно торжествуют над неудачами и искушениями. Послания как бы служат иллюстрацией к словам Господа: «Сила Моя совершается в немощи» (2Кор.12:9).

Святоотеческие комментарии: Амвросиастер, Migne. PL, t.17; прп.*Ефрем Сирин, Толкование послания божественного Павла, Серг.Пос.,1913; блж.*Иероним, Толкование на послания апостола Павла к Галатам и Ефесянам, Творения, К.,1903, т.17; *Иоанн Златоуст, Толкование на послания св. апостола Павла, Творения, СПб.,1904–1905, т.10–11; *Ориген, Фрагмент толкований на Рим: Bauernfeind O., Der Römerbrieftext des Origenes, 1923 (его комментарии на Гал. и Еф. утрачены); *Феодор Мопсуестский, Фрагменты, Migne. PG, t.66; блж.*Феодорит Киррский, Толкование на четырнадцать посланий св. апостола Павла, Твор., 1861, т.7; блж.*Феофилакт, Толкование на Новый Завет, СПб.,1911; *Икумений (Экумений), Пастырские послания апостола Павла к Тимофею и Титу. Толкование, пер. с греч., К.,1880.

● *Аверинцев С.С., Павел, МНМ, т.2; *Арсеньев Н.С., Религиозный опыт апостола Павла, Мюнхен, 1960; Барвинок В., Об изображениях св. апостолов Петра и Павла, СПб., 1912; *Богдашевский Д. (еп.Василий), О личности св. апостола Павла, ТКДА, 1906, №1; *Голубев М., Характер св. апостола Павла, ХЧ, 1864, т.II; Иванов А.В., Руководство к изъяснительному чтению книг Нового Завета. Обозрение посланий апостольских и Апокалипсиса, СПб.,18663; Иванов П., Завет апостола Павла, «Путь», 1938, №55; еп.*Кассиан (Безобразов), Христос и первое христианское поколение, Париж, 1950; свящ. Лебедев В., Послание св. апостолов и Апокалипсис, т.1–3, Тамбов, 1901–1906; еп.*Михаил (Лузин), Толковый Апостол, т.1–2, К.,1905; Нахимовский А., Апостол Павел в рус. переводе, «Вестник РХД», 1983, №138; еп.*Никанор (Каменский), Толковый Апостол, ч.1–3, СПб.,1905; *Розанов Н.П., Обозрение посланий св. апостолов, М.,1886, вып.1–3; *Скабалланович М., Из Апостола (трудные места), К.,1911; Соколов В., Апостол Павел. Характеристика личности, Пг.,1915; Allo E., Paul, apôtre de Jésus-Christ, P.,1961; Armogathe J.-R., Paul ou l’impossible unité, P.,1980; *Bruce F., The Epistles of Paul, PCB, p.927–939; Brunot A., Le génie littéraire de St.Paul, P.,1955; Caird G.B., Paul’s Letters from Prison, L.,1976; Doohan H., Leadership in Paul, Collegeville, 1984; Grassi J.A., The Secret of Paul the Apostle, Maryknoll (N.Y.), 1978; Keck L.E., Furnish V.P., The Pauline Letters, Nashville, 1984; Lapide P., Stuhl-macher P., Paul: Rabbi and Apostle, Minneapolis, 1984; Leander E.K., Paul and His Letters, 1979; Norquist M., How to Read and Pray St.Paul, Ligouri, 1979; Rigaux B., St.Paul et ses lettres, P.,1962; *Schillebeeckx E., Paulus der Völkerapostel, Mainz, 1982 (англ. пер.: Paul the Apostle, N.Y.,1983); Smyth B.F., Paul: Mystic and Missionary, Maryknoll (N.Y.), 1980; см. также библиографию к разделу 3, к разделам, посвященным отдельным посланиям, и к статьм: *Исагогика; *Комментарии библейские; *Новый Завет; *Толковые Библии.

6. Евангелие св. апостола Павла не только формально, но и по существу является органической частью Библии, обоих ее Заветов. Тем не менее оно имеет собственный облик, отличающий его от богословия других священных писателей, например апостола Иакова или апостола Иоанна. Впрочем, привести его в стройную логическую систему до конца едва ли возможно. Апостол Павел, как и большинство библейских авторов, не был философом или теологом-систематиком. Поток его мысли – живое целое, полное *антиномий, диалектики, парадоксов, многозначных понятий. В целях полемики апостол нередко заострял свою мысль, что подчас приводило к ее одностороннему пониманию (против такого искажения мысли Павла направлено Иак.2:14–26). Попытки до конца исчерпать глубину Откровения апостола Павла так и не дали полных результатов, хотя споры вокруг него шли, начиная со времен «апостольского собора» (49). Трудность связного концептуального изложения Евангелия апостола Павла усугубляется еще и тем, что оно запечатлено в письмах, за которыми стоит много невысказанного. Однако христианское сознание не может этим смущаться. Тот, кто верит в промыслительность истории библейского текста, верит и в то, что уцелело самое необходимое для Церкви.

а) Прежде всего очевидно, что апостол не проповедовал совершенно нового учения о Боге: он получил его из Писания Ветхого Завета (которое цитирует около 90 раз) и отеческой религиозной традиции. Он говорит о едином Боге-Творце, Чья «вечная сила» проявляется в творении (Рим.1:20), о Боге, Который осуществляет в истории Свои замыслы, непостижимые для ограниченного естественного разума (Рим.11:33–36), о Боге, сделавшем израильский народ инструментом Домостроительства, «корнем» освященной мессианской общины (Рим.11:16). Человеческая греховность ее членов не смогла стать неодолимой преградой для свершения Божьих замыслов, ибо Его «дары и призвание» остаются «непреложными» (Рим.11:29; см. статю *Остаток).

Из Ветхого Завета, иудейского Предания и собств. наблюдений Павел знал о греховном состоянии человечества. Но он осознал силу зла с необыкновенной остротой и конкретностью, не просто как несовершенство, а как универсальную болезнь. Он знал также, что воля Божья заключается в освобождении людей от этого недуга. Воля Сущего выражена в заповедях Писания, которое апостол Павел обычно называет νόμος, Закон. Закон «свят» и «духовен» (Рим.7:12–14). В согласии с пророками апостол Павел учил, что не формальная принадлежность к общине, а исполнение воли Господней есть истинная верность Завету. «Обрезание ничто и необрезание ничто, но все – в соблюдении заповедей Божьих» (1Кор.7:19). Подобно многим мудрецам иудейства и Самому Господу, апостол Павел считал, что основу заповедей Закона составляет любовь к Богу и человеку: «Заповеди: “не прелюбодействуй”, “не убивай”, “не кради”, “не лжесвидетельствуй”, “не пожелай чужого” и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя» (Рим.13:9).

Здесь мы еще не находим уникального своеобразия Павлова Евангелия. Несомненно, что все перечисленное входило в символ веры Савла еще до его призвания. От этого же периода Павел унаследовал методы и понятия раввинистической экзегетики – деление истории на два эона: мир сей (евр. העולם הזה, ха-ола́м ха-зе́) и мир мессианский, грядущий (евр. הבא העולם, ха- ола́м ха-ба́), и идею корпоративной личности. Подлинное Евангелие Павла начинается с опыта у Дамаска, хотя сам факт инициативы, идущей от Бога, соответствовал его изначальной вере в активный характер Откровения (призвание Авраама, Моисея, пророков). Дамасский опыт постоянно обогащался новыми откровениями (ср. 2Кор.12:1–4) и размышлениями, поэтому в богословии апостола Павла прослеживается определенная динамика. Так, пребывание в Риме внесло нечто новое в учение Павла, если сравнить его с учением предыдущего периода. Однако «в том и другом периоде основной тип учения апостола оставался единым» (Н.Розанов).

б) Савл-гонитель был побежден Христом, познал на себе силу Его превозмогающей благодати. Эта сила стала для Павла проявлением «тайны», предначертанной от века, тайны спасения мира. Апостол употребляет слово «тайна» (греч. μυστήριον), не имея в виду какие-то секретные обряды, подобные эллинистическим мистериям. Согласно его учению, тайна – это благое Домостроительство Творца, которое прежде было сокрытым (Рим.16:25), но во Христе явило себя в своей покоряющей мощи.

в) На пути в Дамаск Савлу явилось не неведомое небесное Существо, а живой Иисус Назарянин, заговоривший с ним на еврейском языке (Деян.26:14), Тот самый Иисус, последователей Которого он гнал, ослепленный религиозным фанатизмом. Но это был Иисус не уничиженный, а прославленный, восставший из мертвых. Свою встречу со Христом Павел ставит в один ряд с другими явлениями Воскресшего (1Кор.15:3–9). Встреча с Назарянином, распятым и воскресшим, стала основой Павлова благовестия. Бог, писал сам апостол, «благоволил открыть во мне Сына Своего» (Гал.1:15–16).

Таким образом, в сознании Тарсянина произошла коренная перемена *христологии (Дж.Фицмайер). Осужденный Синедрионом и казненный на кресте Пилатом оказался именно Тем, о Ком возвещали пророки. Самым таинственным было то, что в Мессии соединилось Божественное и человеческое, что в Его лице Бог вошел в земную историю. Из этого потрясшего все существо Павла опыта вытекали важнейшие принципы его *керигмы, того, что он сам называл «своим Евангелием». Если Назарянин умер на кресте, значит, Его смерть – неотъемлемая часть спасения. Если Он – Мессия, значит, наступил мир грядущий, ха-ола́м ха-ба́, эсхатологический эон, когда поистине «творится все новое» (ср. Ис.43:19). «Именуя Иисуса “Господом”, Павел одним этим возносит Его выше всех обусловленных временем представлений, которые привлекались для объяснения тайны Его личности, утверждает Его как превышающее все определения духовное Существо, Которому мы должны отдать себя без остатка» (А.Швейцер).

г) После Дамаска Павел стал новым человеком. Но он знал, что такой переворот может пережить каждый человек, обретший в общении со Христом единство с Богом, немыслимое в Ветхом Завете. Христос принес людям Новый Завет. Этот Завет, в согласии с пророками (Иер.31:31), меняет самый характер отношений между земным и небесным. Страстный приверженец заповедей Закона, Павел пережил нечто такое, чего не знал в своем ветхозаветном прошлом. Сила Христова преобразила его, дала возможность побеждать зло, чего первый Закон не давал. Соединившись с падшим человеком, безгрешный Господь дарует грешникам спасение. Оно осуществляется в духовном единстве с Иисусом Христом.

д) Ответ Павла на дамасский призыв был безусловным и исполненным доверия. Он принял решение вручить себя Христу и остался Ему верен до конца. В этой самоотдаче он пережил опыт спасения. Его дает не обрядовый или этический регламент, пусть даже завещанный Божьим Законом, а «жизнь во Христе», «подражание» Ему, мистический союз с Ним. Такова подлинная вера, которая спасает независимо от Закона.

е) Открывшаяся апостолу перспектива определила и его взгляд на Закон как на «детоводителя ко Христу», как на временную ступень Богопознания. Не принадлежность к избранной общине, не усилия соблюсти заветные уставы ведут к вхождению в высшую жизнь, а Христос, единственный Ходатай человека. Различие между иудейским и языческим образом жизни меркнет перед светом Христовым и Его спасающей благодатью. Это вовсе не значит, что заповеди потеряли свою «святость» и «духовность». Когда апостол говорит: «Во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью» (Гал.5:6), он имеет в виду нераздельность веры и любви, доверия ко Христу и следования заповедям. Но соблюдение их для истинно верующего достигается не совершенствованием человека, а превращением его в «новую тварь» (2Кор.5:17). Это путь к бытию, радикально отличающемуся от жизни «под Законом». Христианская любовь и человечность есть плод Духа Христова; она созревает под лучами любви Христовой, которая «объемлет» людей (2Кор.5:14). Не запрет и повеление, а приобщение к небесной любви делает человека любящим. Если же в нем нет любви, он далек от Бога, даже если он считает, что обрел великие откровения и совершил великие подвиги (1Кор.13). Бытие во Христе, в любви Спасителя и есть Царство Божие, возвещенное впервые в Галилее.

ж) «Савл, Савл! Что ты гонишь меня?» – воззвал Господь к гонителю Церкви. Это означало, что Мессия отождествляет Себя со Своими верными, со Своей Церковью. Здесь ядро экклезиологии апостола Павла. Она осмысливается через корпоративные пророческие образы Сына Человеческого (Дан.7) и страждущего *Служителя Господня (Ис.53).

Община Нового Завета есть не просто преемница ветхозаветной общины, но основа будущего человечества. Подобно тому как древний Адам включал в себя весь падший человеческий род, в «новом Адаме», Христе, зарождается новая реальность, Вселенская Церковь. Она дитя Жертвы Христовой, ибо, как в Ветхом Завете кровь жертвы, символизируя жизнь, соединяла членов общины между собой и с Богом, так и Кровь, пролитая на кресте, соединяет членов единого Тела, глава которого Христос. Видимыми знаками этой тайны являются крещение и Евхаристия. Они отображают единение верных во Христе. Крещаемый «облекается во Христа», как бы соединяется с Ним. В то же время он обретает единство с братьями. «Мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1Кор.10:17). Иными словами, Евхаристическая трапеза есть знамение, знак того, что Церковь имеет единство в Распятом и Воскресшем.

Через Церковь апостол Павел познал и Христа в Его земной жизни. Поэтому он дорожил ее *Преданием, полученным как бы от Самого Господа (1Кор.11:23–25). Он говорит о Его рождении от рода Давидова, о Его жизни по Закону, о Тайной Вечери, о смерти на кресте и восстании из мертвых. Приводит он и некоторые речения Христовы, но таких ссылок в Павла св. апостола посланиях сравнительно немного, так как он уступал здесь первенство непосредственным свидетелям евангельских событий.

з) Обращение Павла тесно связано с призывом идти на проповедь к язычникам (Гал.1:16). Уже в Ветхом Завете прозвучали первые мотивы библейского универсализма. Но чаще всего он толковался так, что язычники, познавшие Бога, должны войти в уже существующую Церковь народа Божьего (ср., например, Ис.2:2–4). Такое понимание осуществилось в прозелитизме междузаветного периода. Но для апостола прозелитизм был лишь преходящей фазой. Поскольку спасение идет не от Закона, а от спасающей силы Христовой, Закон не может рассматриваться в сотериологической перспективе. Создается новая общность, для которой «нет различия между Иудеем и Еллином» (Рим.10:12).

В истории Домостроительства евреи остаются «возлюбленными Божьими ради отцов», ибо им было «вверено слово Божие» (Рим.11:28; 3:2). Даже отказ большинства иудеев принять распятого Мессию не уничтожает этого факта. Апостол образно сравнивает Израиль с садовой маслиной, а «Еллинов» – с привитыми ветвями дикой маслины. Когда привитые ветви, «Еллины», войдут в силу, оживет и корень древа Божьего – Израиль (Рим.11:2426). В свете спасительной эсхатологической тайны все барьеры между народами рушатся; Церковь есть родной дом для каждого, кто призывает имя Господа Иисуса. При всей любви апостола Павла к собственному народу (Рим.10:1) в его учении безраздельно царит евангельский универсализм. Стена, отделявшая израильтян от других народов, является для него лишь преходящим историческим наследием, ибо «конец Закона – Христос» (Рим.10:4). Более того, апостол, по велению Спасителя (Деян.22:21) и с согласия Церкви (Гал.2:9), делом всей жизни сделал именно проповедь иноплеменникам.

Тема «конца Закона» при жизни апостола стала предметом острой внутрицерковной полемики, поскольку его взгляды опирались главным образом на личное Откровение. Апостол Иаков, напротив, считал, что христиане-евреи и христиане из язычников должны жить по собственным независимым принципам (ср. Деян.15:19–21). Однако, если сегодня трактовать эту проблему в ее узко историческом смысле, т.е. в рамках проблем 1 в., то существенная часть Павла св. апостола посланий превратится в документ, говорящий лишь о далеком прошлом. На деле же за полемикой стояла более широкая проблема, которая имеет непреходящее значение.

А.Швейцер показал, что апостол Павел дал пример Церкви в том, чтобы смело следовать внутренней логике веры, невзирая на устоявшиеся традиции. Антиномизм апостола Павла противостоял законнической психологии как таковой и выходил далеко за пределы старого иудейского законничества. Мысль о «законе» как о неподвижной ритуально-этической системе, обеспечивающей спасение, была постоянным соблазном для церковного сознания. «Законничество, – пишет еп.Кассиан (Безобразов), – наблюдается нередко и в христианстве, как его искажение, вызываемое человеческой немощью». Поэтому Евангелие апостола Павла, которое Глубоковский назвал «благовестием христианской свободы», навсегда остается актуальным.

● Митр. Антоний (Блюм), Что значит быть христианином по апостолу Павлу, ЖМП, 1983, №6; прот. Беляев И., Учение св. апостола Павла о вере, ч.1–3, М.,1900; Виноградов П., Св. апостол Павел как обличитель иудейства, СПб.,1874; *Глубоковский Н.Н., Благовестие св. Апостола Павла по его происхождению и существу, кн.1–3, СПб.,1905, 1910, 1912; его же, Ветхозаветный закон по его происхождению, предназначению и достоинству, «Путь», 1928, №10; свящ. Городцов С., Мысли пастыря о некоторых изречениях св. апостола Павла, относящихся к пастырскому служению, Тифлис, 1903; свящ. Гумилевский Н., Учение св. апостола Павла о душевном и духовном человеке, Серг.Пос.,1913; *Лебедев А.П., Исторический процесс религиозно-нравственного развития человечества по апостолу Павлу, ВиР, 1907, №4,5; архиеп. Михаил (Мудьюгин), Вера в богословии св. апостола Павла, ЖМП, 1982, №12; Муравьев В., Новый человек по учению апостола Павла, ВиР, 1904, №22–23; *Мышцын В., Учение св. апостола Павла о законе дел и законе веры, Серг.Пос.,1894; Оксиюк (митр.*Макарий), Учение св. апостола Павла об оправдании, К.,1914; Симон Ф., Психология апостола Павла, пер. с нем., М.,1907; *Сольский С., Сверхъестественные элементы в новозаветном откровении по свидетельствам Евангелий и Посланиям апостола Павла, К.,1877; свящ. Страхов В., Вера в близость «парусии», или второго пришествия Господа, в первохристианстве и у св. апостола Павла, Серг.Пос., 1914; Banks R., Paul’s Idea of Community, Grand Rapids (Mich.), 1980; *Bruce F.F., Paul: Apostle of the Free Spirit, Exeter (Eng.), 1981; *Dodd Ch., The Meaning of Paul for Today, L.-N.Y.,1920; *Fitzmeyer J.A., Pauline Theology, Englewood Cliffs (N.Y.), 1967; Furnish V.P., The Moral Teaching of Paul, Nashville, 1979; Hooker M.D., A Preface to Paul, N.Y.,1980; *Käsemann Е., Paulinische Perspektiven, Tüb., 1969 (англ. пер.: Perspectives on Paul, Phil.,1971); Jewett R., Paul’s Anthropological Terms, Leiden, 1971; Martin R.P., Reconciliation: A Study of Paul’s Theology, Atlanta, 1980; O’Connor, Murphy J., L’existance chrétienne selon St.Paul, P., 1974; Ridderbos H., Paul. An Outline of His Theology, Grand Rapids (Mich.), 1975; Richards H., Reading Paul Today, Atlanta, 1980; Richardson P., Paul’s Ethic of Freedom, Phil.,1979; Sanders E.P., Paul and Palestinian Judaism, Phil.,1977; id., Paul, the Law and the Jewish People, ibid., 1983; Soucek J., Theologie Apostola Pavla, Praha, 1976; Vanhoye A. (ed.), L’apôtre Paul, P.,1986; Wcela E., Paul, the Theologian, 1978; прочую иностранную библиографию см. в указанных работах, в JBC, PCB, NCCS, в кн.: *Metzger B.M. (ed.), Index to Periodical Literature on the Apostle Paul, Leiden, 1970.

7. Послание к Римлянам занимает первое место в собрании Павла св. апостола посланий; состоит из 16 глав. Древнейшая рукопись относится к рубежу 2–3 вв.

а) Подлинность, обстоятельства и дата написания. Принадлежность Рим. апостолу Павлу не оспаривалась почти никем из критиков, даже из числа радикальных. Также не вызывают разногласий время и место написания Рим. После примирения с коринфскими христианами (см. раздел о Кор.) апостол Павел остался у них на несколько месяцев. В Коринфе он начал готовиться к миссионерским путешествиям по западным областям империи, но сначала решил посетить Иерусалим и вручить пожертвования Церкви-Матери. Перед этой поездкой в Палестину, которая внушала ему тревогу, апостол и написал Рим. (конец 57 – начало 58). Цель послания была достаточно определенной. «Просветитель язычников» хотел изложить римским христианам сущность своего Благовестия. Этим и объясняется характер послания, которое приближается к связному богословскому трактату, хотя и в нем апостол Павел сохраняет свободный диалогический стиль.

б) Римские христиане. В послании нигде не названа «Римская церковь», что навело некоторых экзегетов на мысль, что в то время в столице империи еще не было организованной общины. Это казалось тем более правдоподобным, что апостол предпочитал благовествовать в городах, где еще не возвещалось имя Христово. Однако косвенные данные свидетельствуют против этой гипотезы. Апостол Павел знает, что вера римских христиан «возвещается во всем мире» (Рим.1:8), и, следовательно, их община была хорошо известна. Повествуя о гонении 64 г., Тацит упоминает об «огромном множестве» христиан в Риме (Анналы XV, 44). Вполне возможно, что в мировой столице того времени была не одна, а несколько общин, а некоторые районы города оставались вне поля зрения миссионеров. Такая гипотеза решает и спорный вопрос: кто преобладал среди римских верных – евреи или обращенные из язычников (апостол в Рим. обращается то к тем, то к другим)? Намерение Павла прийти с проповедью в город, где уже были христиане, возможно, связано с необходимостью иметь опорный пункт для миссии на Западе (Рим.15:20–24).

в) Проблема 16-й главы. Эта глава содержит приветы множеству лиц, по-видимому, хорошо знакомых апостолу. Среди них Прискилла и Акила, бывшие его сподвижниками в Эфесе (Рим.16:3). Ряд комментаторов считает маловероятным, чтобы у Павла было столько друзей в городе, где он никогда не бывал, и делает вывод, что 16-я глава есть дополнение, написанное для другой общины (эфесской?). Гипотеза эта правдоподобна, и ее, казалось бы, подтверждает тот факт, что в ряде древних рукописей слово «в Риме» в (Рим.1:7) опущено. Значит, могла существовать версия Рим., превращенная апостолом в окружное (соборное) послание, обращенное к другим общинам. Тем не менее гипотеза принимается далеко не всеми библеистами. Ее противники указывают на существование постоянных контактов между Римом и другими городами империи; люди, которых Павел знал на Востоке, могли в 57–58 оказаться в столице (тем более, что, согласно (Деян.18:2) Акила и Прискилла пришли из Италии). Перечисление этих имен, возможно, объясняется тем, что апостол обращался именно к знакомым ему христианам, жившим в городе, где он еще не бывал и куда давно стремился (Рим 1:11).

г) Другие текстологические проблемы Рим. В некоторых латинских манускриптах послания отсутствуют гл.15–16. Предполагается, что они были устранены Маркионом, чтобы привести Рим. в соответствие со своей доктриной. *Доксология (Рим.16:25–27) поставлена в некоторых рукописях в конец гл.14 (так и в синодальном переводе). Не исключено, что она была внесена в Рим. после написания послания либо самим апостолом, либо кем-нибудь из его учеников.

д) Композиция и богословие Рим. Послание четко делится на 5 частей:

1) вступление (Рим.1:1–17);

2) всеобщность греха (Рим.1:18–3:20);

3) универсальная сила спасающей благодати (Рим.3:21–8:39);

4) жизнь во Христе (Рим.12:1–15:13);

5) заключение и приветствия (Рим.15:14–16:24).

Этот стройный план нарушается лишь особым историософским экскурсом о судьбах Израиля и христиан из язычников (Рим.9–11). Многие комментаторы предполагают, что апостол Павел вставил сюда текст из своего особого послания на эту тему, но столь же возможно, что мысль его естественным образом отклонилась от основного течения.

Вначале апостол дает ужасающую картину нравственного падения античного общества, картину, вполне подтверждаемую свидетельствами греко-римских авторов (Петрония, Марциала, Ювенала, Светония, Тацита). Апостол рассматривает разложение языческого мира как результат его отказа от истинного Бога, Которого можно познать из творения. Не имея высшего Откровения, язычники получили совесть как своего рода Божий закон, но пренебрегли этим законом. На первый взгляд, такой приговор язычеству не выходит за рамки отношения иудеев к иноплеменникам. Но со 2-й главы иллюзия эта рассеивается. Апостол Павел показывает, что и те, кому дан Божий Закон, также живут в противоречии с ним. В самом Писании и в реальной жизни Павел находит подтверждение тому, что «все совратились с пути». Лицемерная самоуспокоенность иудеев, гордых своим благочестием, стоит нравственной распущенности язычников. «Закона совести» и писаного Божьего Закона оказалось недостаточно, чтобы победить общую болезнь человечества.

Спасение, говорит далее апостол, приходит от Иисуса Христа «независимо от закона». Оно достигается не нравственными усилиями человека, а дается «даром» по благодати Спасителя. Только Он может оправдать людей, очистить их от греха. Сила Его «оправдания» имеет универсальный характер, распространяясь на «обрезанных по вере и необрезанных чрез веру». Предвидя вопрос, не уничтожается ли этим Писание, апостол приводит историю Авраама из Книги Бытия. На чем основана ветхозаветная община? Не на заслугах Авраама, а на его доверии к Богу, к Его обетованию. Ради этой веры и было дано обрезание как знак участия в общине верных. Вера предшествовала обрезанию. Но теперь предметом веры становится уже не обетование Божье, а спасительный подвиг Иисуса Христа.

Миссия Иисуса шире миссии Авраама и Моисея. Он является вселенской тайной. Христос не новый Авраам и не новый Моисей; Он – новый Адам. Если с древнего Адама начинается жизнь падшего человечества, то Христос спасает и объемлет возрожденный мир, полагает начало новому человечеству. В Его искуплении проявляется сила Божья. Закон был нужен человеку, чтобы он увидел нравственный идеал и осознал свое бессилие исполнить его. Уставы Закона лишь обострили сознание греховности. Парадоксальным образом «святой» Закон (Рим.7:12) усугубил грех, который продолжал царствовать среди людей.

Грех стоял как препятствие для определенного Богом бессмертия человека. Но вот наступила обетованная эсхатологическая эра. Бог явился во Христе Иисусе, и, соединяясь с Ним, верные обретают новую жизнь и залог бессмертия. Старый человек должен умереть и родиться новый, облеченный во Христа. Но такой человек уже не связан обязательствами Закона. Он подобен вдове, которая после смерти мужа стала свободной. Все прежнее умирает с ним, когда он соединяется с Распятым и Воскресшим. Не простое послушание заповедям одушевляет отныне верующего, а единство с Безгрешным. Вера во Христа открывает человеку совершенно новое бытие. Он уже живет «не по плоти», а «по духу». И это преображение человека со временем окажет воздействие на всю тварь. В лице обновленных «сынов Божьих» она «будет освобождена от рабства».

Историософский экскурс глав (Рим.9–11) поясняет, почему Благая Весть не была принята Израилем в целом, хотя ему были даны и «усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение и обетование; их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всеми Бог». Во-первых, истинные израильтяне – это только верный *«остаток». Во-вторых, «ожесточение» Израиля промыслительно способствовало массовому обращению язычников. Но поскольку обетования непреложны, рано или поздно «весь Израиль спасется». Все это, однако, не означает, что Бог лицеприятен. В новой жизни, в жизни во Христе «нет различия между Иудеем и Еллином, потому что один Господь у всех».

В 4-й части Рим. апостол показывает, что жизнь во Христе требует от человека готовности принять спасение. Здесь заповеди вновь обретают силу и значение. Но это не просто повторение ветхозаветных заповедей, а преображение их в свете Евангелия. «Будьте братолюбивы друг ко другу с нежностью... – призывает апостол христиан, – духом пламенейте; Господу служите, утешайтесь надеждою; в скорби будьте терпеливы, в молитве постоянны; в нуждах святых принимайте участие[...] Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте. Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими. Будьте единомысленны между собою[...] Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми» (Рим.12:10–18).

Иными словами, основа христианской этики есть любовь. Любящий должен быть снисходителен к тем, кто еще придает значение старым обрядам и запретам. «Лучше не есть мяса, не пить вина и не делать ничего такого, от чего брат твой претыкается, или соблазняется, или изнемогает» (Рим.14:21). Это снисхождение есть акт любви, которая пресекает все распри. Она есть высшее, что может принести человек в ответ на любовь Христа Спасителя.

Переводы: Послание апостола Павла христианской церкви в Риме, пер. А.Нахимовского, «Вестник РХД», 1983, №138.

● *Богдашевский (еп.Василий), Неповрежденность послания св. апостола Павла к Римлянам, ТКДА, 1904, №6; Боор Вернер, де, Послание к римлянам, Корнталь, 1989; Жизнь, посвященная возвышенной цели. Пособие к изучению послания апостола Павла к Римлянам, Буэнос-Айрес (б. г.); архиеп.*Ириней (Клементьевский), Послание св. апостола Павла к римлянам со истолкованием, М.,1787; еп.*Михаил (Лузин), Библейская наука. Академические чтения по Священному Писанию Нового Завета, т.3, вып.2: Римская церковь и послание к римлянам, Тула, 1906; Пробудись к жизни: Парафраз Послания к Римлянам, Wheaton, 1983; *Розанов Н.П., К Римлянам послание св. апостола Павла, ТБ, т.10; его же, О послании апостола Павла к Римлянам, там же; *Тярк О.А., Послание к Римлянам, БВс, 1972, №3–6, 1973, №1–6, 1974, №1–4; еп.*Феофан (Говоров), Толкование на послание св. апостола Павла к Римлянам, кн.1–2, М.,1890; *Barrett C.K., Reading Through Romans, L.-Phil.,1977; *Bruce F.F., The Epistles of Paul to the Romans, Grand Rapids (Mich.), 1963; *Fitzmeyer J.A., Romans, NCE, v.12; *Hunter A.M., The Epistle to the Romans, L.,1957; Kertelge K., The Epistle to the Romans, L.-N.Y.,1972; * Käsemann Е., Commentary on Romans, Grand Rapids (Mich.), 1980; Lyonnet S., Le message de l’épître aux Romains, P., 1971; id., Les étapes de l’histoire du salut selon l’Epître aux Romains, P.,1969; *Maly E.H., Romans, Wilmington, 1979; Minear P.S., The Obedience of Faith, L.,1971; Moxnes H., Theology in Conflict, Leiden, 1980; Stagg F., , Galatians, Romans, Atlanta, 1980; Zilonka P., Romans, Chi.,1979; прочую библиографию см. в статьях: *Исагогика; *Новый Завет; *Толковые Библии и в RFIB, t.2; JBC, v.2; NCCS; PCB.

8. 1–2 Послания к Коринфянам, два послания св. апостола .Павла к христианам греческого города Коринфа, тесно связанные между собой тематически и хронологически. 1 Кор состоит из 16 глав, 2 Кор – из 13 глав. Древнейшая рукопись относится к рубежу 2–3 вв. В каноне занимают 2-е место после Рим.

а) Коринфская церковь и 1–2 Кор. Апостол Павел впервые попал в Коринф во время своего 2-го путешествия, около 51. После неудачи в Афинах (Деян.17:16–34) он пешком направился на юг Греции, назначив своему помощнику Тимофею встречу в столице провинции Ахайи – Коринфе.

Это был многолюдный торговый центр, расположенный на перешейке между двух морей. Город славился искусством и ремеслами. Обилие увеселительных заведений привлекало в него толпы приезжих и матросов, прибывавших сюда сорить деньгами. Развращенность коринфян давно вошла в поговорку, поэтому апостол не ожидал от них ничего доброго и шел в Коринф «в немощи и в страхе и в великом трепете» (1Кор.2:3). В еврейском квартале он нашел единоверцев Акилу и Прискиллу (Приску), мужа и жену, высланных императором Клавдием вместе с другими иудеями из Рима. Они содержали мастерскую палаток, и апостол мог трудиться у них, зарабатывая себе на жизнь (Деян.18:1–3).

Коринфская синагога считалась самой знаменитой в провинции, и ее раввины пользовались немалым влиянием в диаспоре. Павел каждую субботу ходил туда для бесед; но только после прибытия Тимофея и Сильвана он открыто заговорил об Иисусе Назарянине как о Мессии, Который в уничиженном виде предварил Свой грядущий приход в Славе. Результат превзошел все ожидания: крестился сам начальник синагоги Крисп с семьей (Павел вопреки своему обыкновению сам совершил крещение) и уважаемый член общины Юст, в доме которого рядом с синагогой гостил апостол. Но это не избавило миссионеров от враждебных происков ортодоксальной партии. Под ее давлением Криспа отстранили от должности, заменили неким Сосфеном, а новому учению объявили войну. Тогда Павел перенес свою проповедь в дом римлянина по имени Гай. В знак начала нового этапа миссии он также сам крестил его и Стефанаса, первого грека, обращенного в Коринфе. Стефанас был избран Павлом в качестве руководителя молодой церкви. О составе ее свидетельствуют слова апостола: «Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных» (1Кор.1:26). Впрочем, были в их числе и знатные люди, например, городской казначей и начальник обществ. работ Ераст, имя которого сохранилось на одной обнаруженной в Коринфе надписи.

Памятуя об инциденте в Афинах, апостол Павел больше не рассчитывал на логические аргументы. «Когда я приходил к вам, братия... я рассудил быть у вас незнающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого» (1Кор.2:1–2). Быстрый рост общины заставил апостола задержаться в городе дольше, чем обычно. Интриги противников Павла ни к чему не привели. Когда они пытались подать на него в суд и отвели к проконсулу Ахайи Люцию Галлиону, этот образованный римлянин (брат философа Сенеки) отказался разбирать дело Павла. Полтора года прожил апостол в Коринфе, наставляя первую большую языкохристианскую общину. Покинув ее, он продолжал пристально следить за ее жизнью.

Весной 57, когда Павел находился в Эфесе, он написал коринфянам послание, которое до нас не дошло, но содержание его известно. В нем апостол предостерегал от соблазнов, распущенности и от участия в языческих празднествах (1Кор.5:9–13). Тревога за общину оказалась не напрасной. Вскоре из Коринфа приехали люди от некой Хлои и сообщили о распрях среди верующих. С тех пор как в Коринфе побывали ученики Кифы (апостола Петра) или сам апостол, некоторые отшатнулись от Павла и стали именоваться «Кифиными», другие защищали авторитет Павла, а третьи объявили себя приверженцами красноречивого христианского учителя из Александрии, Аполлоса. Были и такие, кто вообще отвергал авторитет наставников и называл себя «Христовыми». Кроме того, Павлу стало известно, что один член общины взял в жены свою мачеху вопреки всем иудейским и римским законам. Ослабление нравственных устоев сказалось и на братских трапезах.

Эти и другие факты требовали от апостола срочной поездки в Коринф. Однако прибытие в Эфес старейшин Коринфской церкви, горячо преданных Павлу, на время успокоило его, и он ограничился тем, что написал коринфянам новое письмо (1 Кор.). Письмо отвез Тимофей и вернулся с дурными вестями. Оказалось, что споры и нестроения в Коринфе все еще продолжаются. Поэтому апостол изменил свои планы и, не дождавшись, как он хотел, Пятидесятницы, отправился морем прямо в Коринф.

Свидание было печальным. Община в целом осталась глухой к упрекам Павла, а один из братьев даже оскорбил его. Апостол возвратился в Эфес в самом мрачном расположении духа и снова написал коринфянам (это послание, написанное «со многими слезами», не сохранилось). Языческий мятеж против христиан (Деян.19:23–40) вынудил апостола покинуть Эфес, и он ушел в Троаду, рассчитывая найти там своего помощника Тита. Однако встреча не состоялась. Немедля он отправился в Македонию, охваченный тревогой. «Плоть наша, – писал он, – не имела никакого покоя, но мы были стеснены отовсюду: отвне – нападения, внутри – страхи» (2Кор.7:5). Утешился он только в Македонии среди дорогих его сердцу филиппийцев, где нашел и Тита, и Тимофея, и других верных друзей. Они обрадовали его сообщением, что письмо пробудило совесть коринфян, которые каялись и выражали надежду еще раз увидеть у себя апостола. Павел хотел немедленно выполнить их просьбу, но рассудил, что торопиться не следует. Лето 57 он провел в Македонии и Иллирии, проповедуя Евангелие, а коринфянам написал еще одно послание (2 Кор). Только поздней осенью, когда закончилась навигация, он пешком отправился в Коринф и пробыл там 3 месяца.

б) 1 Кор.: композиция и содержание. Основная тема 1 Кор. – Церковь и жизненный идеал членов Церкви. Оно может быть разделено на 6 частей: 1) введение (1Кор.1:1–9); 2) против разделений среди христиан (1Кор.1:10–6:20); 3) ответы на вопросы, волнующие коринфских верующих (1Кор.7:1–11:1); 4) наставление о евхаристических вечерях (1Кор.11:2–14:40); 5) тайна воскресения из мертвых (1Кор.15); 6) заключение (1Кор.16).

Призывая в письме к единству, апостол отнюдь не желал сковывать свободу верующих жестким догматизмом. «Надлежит быть и разномыслиям между вами, – писал он, – дабы открылись между вами искусные» (1Кор.11:19). Он проявил великодушную широту, прекрасно сознавая, что есть разница между ним, апостолом Петром и красноречивым Аполлосом. Но разнообразие дарований не должно становиться причиной раздоров. Церковь – это Сам Господь. «Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» (1Кор.1:13). Даже ревность тех, кто защищал его авторитет, не могла радовать апостола. Словно предвидя, что некоторые комментаторы в будущем объявят его истинным основателем христианства, он отверг такое преувеличение своей роли. «Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос» (1Кор.3:11). Он, Павел, насадил Коринфскую общину, Аполлос трудился над насажденными, но оба они без Христа – ничто. Что значат человеческие таланты и мудрость, когда действует сила Духа Христова?

Тем, кто ждет логических доводов или доказательств с помощью чудес, трудно принять Евангелие. «Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость. Потому что немудрое Божье премудрее человеков, и немощное Божье сильнее человеков» (1Кор.1:22–25). Смело говоря о «безумии проповеди», Павел возвращается к дорогой ему теме христианской свободы. Не навязанные аргументы (будь то чудо или голос рассудка), а свободная любовь к Тому, Кто умер за людей смертью, на которую обрекали рабов, бандитов и преступников. В Нем, пригвожденном к позорному столбу, нет ничего, что влекло бы к себе людей принудительно. Ведь человека обычно прельщает либо внешняя мощь, либо мощь разума. А на Голгофе мы видим предел унижения. Но именно так явил Себя миру Сын Божий. Его смерть – не случайность: она связана с таинственным замыслом, определяющим весь ход духовной истории. Бог от века предвидел скорбную участь Мессии на земле. Именно через Крест Он дарует спасение. Эта сокрытая прежде истина открывается только теперь, и не рассуждением, а властью Духа, Который проникает в самое существо человека, позволяя ему познать в орудии казни символ высшей любви Бога к людям.

Церковь есть средоточие Духа Христова. Сам Господь сравнивает Царство Божие с растущим организмом; точно так же и природа Церкви – этой почвы для роста Царства – постигнута апостолом как живое тело, в котором воплощается Христос. Это чисто библейский взгляд. Согласно пророку Даниилу, «народ святых» заключен в личности Сына Человеческого, объемлется Им. Апостол пережил это таинство во всей его конкретной реальности. Община верных – не просто братство людей, подобное другим союзам и ассоциациям, а Тело Христово.

Вот почему с такой болью отзывается св. Павел на все нестроения и грехи членов Церкви. Он требует порвать общение с кровосмесителем, страстно восстает против тех, кто потворствовал распущенности. Совершающий грех грешит против храма Святого Духа. Такое же преступление против Церкви есть всякая несправедливость. Павлу было известно, что верующие, забыв о своем достоинстве, ведут судебные тяжбы друг против друга. «Как смеет кто у вас, – пишет он, – имея дело с другим, судиться у нечестивых, а не у святых?.. Для чего бы вам лучше не терпеть лишения?» (1Кор.6:1,7).

На вопрос о браке Павел дает двоякий ответ: «Вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем», даже если один из супругов язычник (1Кор.7:10 сл.). Лично же Павел склонялся к безбрачию, но не потому, что он отвергал семью, а ввиду скорого конца мира. Впрочем, эту мысль Павел не выдает за веление свыше (1Кор.7:25). Люди должны соразмерять свои силы и выбирать соответствующий путь.

Как человека Востока, апостола Павла смущали некоторые обычаи коринфян. Поэтому он требует, чтобы женщины, молясь и проповедуя, надевали на голову покрывало (есть мнение, что непокрытая голова считалась признаком куртизанки). Апостол признает традиционное главенство мужа, но не в том смысле, в каком его понимало патриархальное право. Отношения супругов он сравнивает с любовью, соединяющей Отца и Сына, Христа и Церковь. Основа брака – в глубоком и полном единении. «Ни муж без жены, ни жена без мужа, в Господе. Ибо, как жена от мужа, так и муж через жену; все же – от Бога» (1Кор.11:11–12). Слова же Павла о том, что во Христе «нет мужеского пола, ни женского» (Гал.3:28), окончательно сводят на нет попытки толковать мысль апостола как защиту мужского деспотизма.

Остается лишь неясность в конце послания (1Кор.14:34–35), когда апостол рекомендует женам молчать во время собрания и лишь дома спрашивать своих мужей. Как это совместить с тем, что женщины, по свидетельству самого апостола Павла, пророчествовали (т. е. проповедовали), и с тем, что у него были помощницы-миссионерки (например, Еводия), а еще раньше дочери Филиппа получили дар пророчества? К тому же не все женщины имели мужей, которые могли бы просвещать их дома. Многие комментаторы на этом основании считают указанные строки вставкой, тем более что в них есть ссылка на авторитет Закона. В некоторых рукописях эти строки помещены в другое место послания. Если же текст принадлежит апостолу Павлу, его надо понимать иначе. Быть может, апостол имел в виду не проповеди и молитву в собрании, а участие женщин в спорах и обсуждении дел общины. В таком случае перед нами боязнь соблазна, т.к. в ту эпоху подобная активность женщин считалась непристойной.

Следует помнить, что апостол не помышлял о перемене существующих в мире порядков. Дни «века сего» сочтены. Каждому лучше оставаться в том положении, в каком он был. Иудей ли он, иноплеменник, свободный или раб – все это уже не имеет значения. Важно только одно – жить во Христе и пребывать перед Богом.

Отвечая на вопрос о пище, «освященной» языческими жрецами, апостол дает понять, что Церковь не может иметь ничего общего с культом политеизма. Приобщение Чаше Христовой несовместимо с языческими трапезами в честь богов. При этом Павел не одобрял щепетильности тех, кто боялся покупать на базаре мясо, принесенное после совершения над ним языческих обрядов. Поскольку языческих богов не существует, все принадлежит Богу. И если «апостольский собор» запретил употреблять идоложертвенное в пищу, запрет этот есть скорее уступка «немощным в вере», сделанная из опасения соблазнить их.

Особенно огорчали апостола слухи об ослабевшей братской любви во время евхаристических трапез. Святая Трапеза есть соучастие в смерти Христовой, а не простое принятие пищи. Между тем иные превращают вечерю в светскую пирушку, а те, кто побогаче, торопятся съесть и выпить принесенное с собой в ущерб другим. Это – оскорбление Вечери Господней и духа Церкви.

Из споров коринфян, кто из их наставников лучше, видно, что они не обрели еще настоящей веры. Перед Богом все Его служители равны. Однако коринфяне не правы, забывая, что он, Павел, родил их во Христе Иисусе через Евангелие (1Кор.4:15). Он трудился своими руками, чтобы не дать повод клеветникам и не обременять никого, хотя и имел право пользоваться материальной поддержкой общины. Он был слугой для всех, будучи свободным, и считался с мнением и чувствами каждого. «Для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев[...] для чуждых закона – как чуждый закона, – не будучи чужд закона пред Богом[... ] для немощных был как немощный[...] Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1Кор.9:20–22).

У каждого истинного апостола и служителя Христова есть в Церкви свое призвание, свой дар, свое место, подобно тому как каждая часть тела имеет свое предназначение. Из множества даров апостол останавливается на «даре языков». В Коринфе многие молились «языками», и сам апостол молился таким образом (1Кор.14:18).

Молитва «языками» выражалась в экстатическом славословии, которое не имело характера внятной речи. Слова в нем уступали таинственным ритмам, сотканным, точно музыка, из одних звуков. Это был спонтанный поток изливающегося чувства, подобный тому, что проявился в первую Пятидесятницу. Несмотря на то что апостол принимал эту «музыкальную» форму молитвы, он советовал на общих собраниях отдавать предпочтение «пророчеству», т.е. осмысленным речам. Молиться, писал он, нужно «и умом», а не только непосредственным порывом чувства, тем более что молитва «языками» способна оттолкнуть новичков: со стороны она может выглядеть как «беснование» (1Кор.14:23).

Апостол Павел настаивал на том, что никакие «восхищения» и экстазы не могут заменить главного – христианской любви. Она есть путь и дар высочайший. Она выше сверхъестественных знамений, выше подвигов и созерцаний. «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая, или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, – нет мне в том никакой пользы» (1Кор.13:1 сл.). Этот «гимн любви» – вершина Евангелия Павла. Он излился из его уст на одном дыхании, точно у человека, пораженного ослепительным светом.

Конец послания посвящен тайне воскресения. Апостол помнил, как шесть лет назад афиняне высмеяли его, едва он заговорил о воскресении. Сама эта идея была глубоко чужда греческой мысли. Страстная любовь эллинов к пластической красоте несла на себе печать меланхолии: ведь вечность принадлежала лишь духовному миру. Зримый мир, согласно Платону, только бледная неверная тень незримого. Современник апостола, Сенека, учил презирать собственное тело. Такой спиритуалистический взгляд был полной противоположностью библейскому учению, которое открывало, что все созданное, в т.ч. и плоть – творение Божье. Человек – цельное двуединое существо, а не дух, томящийся в темнице. Земная жизнь есть необходимый этап перед возрождением все той же человеческой цельности, хотя уже на более высоком уровне.

Провозглашая истину воскресения, апостол исходил из исторического события – восстания Христа из гроба. Отец воскресил Сына Своего, Который стал «первенцем из умерших», открывающим путь ко всеобщему воскресению. Поэтому христианская проповедь и вера тщетны, если не было Воскресения Христова. Однако всеобщее воскресение вернет людей не к прежнему состоянию, но преобразит их. Первый Адам был только «душою живою», подверженной смерти (от нее его предохраняло лишь Древо Жизни). Глава же возрожденного человечества изменит природу людей так, что дух займет в ней подобающее ему царственное положение. Эта вселенская цель Божья осуществляется не без борьбы. Будучи членом человечества, Сыном земнородной Жены и в то же время Сыном Неба, Христос поразит всех врагов божественной гармонии, включая «последнего врага», смерть.

Бытие Христа открывается апостолу не статически, а в «восхождении». Сначала уничиженный, Он являет Свою мессианскую славу, восстав из гроба; затем Его слава распространяется на все мироздание, вплоть до последнего дня, когда пред Ним склонятся все космические силы. «Когда же (Бог) все покорит Ему, тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем» (1Кор.15:28). Говоря иначе, Богочеловек приведет всю тварь и людей, с которыми Он связан тесными узами, к тому неизреченному бытию, где Сущий царит безраздельно, к полному торжеству Царства Божьего.

Таково светлое, жизнеутверждающее, полное надежды библейское благовестие, которое апостол народов противопоставил тоскующему спиритуализму эллинов. Жизнь во всей ее полноте устремится к вечным горизонтам. Тело, пусть пока и немощное, не гробница, а храм Духа; человек не только в своей «невидимой части», а целиком, как он и задуман, обретет бессмертное бытие в Боге.

в) 2 Кор.: композиция и содержание. 2 Кор. богословски менее насыщенно, чем 1 Кор. Во многом оно носит апологетический характер, но в то же время 2 Кор. содержит темы, на которых строилось богословие церковного священнослужения и миссии благовестника вообще. По своему плану послание делится на 5 частей:

1) введение (2Кор.1:1–11);

2) апология апостола Павла (2Кор.1:12–7:16);

3) вопрос о пожертвованиях для Иерусалимской церкви (2Кор.8:19:15);

4) явление силы Христовой в служении миссионера (2Кор.10:1–13:10);

5) заключение (2Кор.13:11–13).

Во 2 Кор. апостол Павел как нигде подробно описывает свои злоключения, трудности и опасности, которые постоянно сопровождали его. Он задается вопросом: что соблазнило и поколебало коринфян? Авторитет, которым окружены другие апостолы? Но по существу, он, Павел, им не уступает, хотя и неискусен в слове. «Они Евреи? и я. Израильтяне? и я. Семя Авраамово? и я. Христовы служители? в безумии говорю: я больше. Я гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти» (2Кор.11:22–23). А те «лжебратия», которые обвиняют его в самозванстве, – не кто иные, как люди, лишь принимающие вид апостолов Христовых. Он же сам не ищет человеческой славы. «Ибо мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа; а мы – рабы ваши для Иисуса» (2Кор.4:5). Бог, в начале веков повелевший воссиять свету, зажег новый свет Духа в сердцах Своих посланников. Их апостольское служение есть чудо спасающего Господа, тайна явления Его в людях, предназначенных Им для проповеди. Пусть он, Павел, слаб, пусть носит свое сокровище в «скудельном сосуде», пусть его гонят и поносят, словно обманщика, его дело – часть спасительного плана Божьего. «Мы – посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом» (2Кор.5:20).

Нигде в Писании с такой глубиной не раскрывается тайна апостольского служения, как во 2 Кор. С одной стороны, немощный, страдающий человек, а с другой, власть Духа Божьего, которая делает посланца «соработником» Христа Спасителя. Оправдание и примирение совершаются через пастыря как через орудие Господне. Именно сейчас в самой апостольской миссии продолжает осуществляться сотериологическая тайна. «Вот, теперь, – говорит Павел, – время благоприятное, вот теперь день спасения» (2Кор.6:2). Сам Христос повелевает апостолу стать выше буквы древнего Писания и учить о свободе чад Божьих. «Такую уверенность мы имеем в Боге чрез Христа не потому, чтобы мы сами способны были помыслить что от себя, как бы от себя, но способность наша от Бога: Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит» (2Кор.3:4–6).

Однако без вспаханной земли семя Слова не сможет взойти. Без участия самих верующих дело благовестника останется бесплодным сизифовым трудом. И, конечно, все будет напрасно без доверия к тому, кто несет Благую Весть. Апостол в который раз возвращается к дням своего призвания, вспоминает о видениях, которые нельзя описать словами, о помощи свыше, которая являлась именно в моменты болезней и неудач. «Когда я немощен, тогда силен», – говорит он (2Кор.12:10), и этот парадокс отражает реальность, явленную в его жизни.

Вопрос о помощи нуждающимся иерусалимским христианам был в глазах апостола немаловажным. Для него это не просто акт братской любви, а знак единства Церкви, которая связана с *Первообщиной. Он искал единства не только со своими церквами, но со всеми верными, рассеянными по миру, даже с теми, которые ставили его авторитет под сомнение. Это вытекало из веры апостола в Церковь как целостное Тело Христово.

● *Богдашевский Д. (еп.Василий), К изъяснению первого послания св. апостола Павла к Коринфянам (1Кор.1:18–6:20), ТКДА, 1911, №4–5; *Голубев М., Обозрение Посланий св. апостола Павла к Коринфянам, СПб.,1861; Кесарев Г., Светлая и темная сторона церкви Коринфской по первому посланию к Коринфянам, Саратов, 1890; свящ. Корсун Г, Труды св. апостола Павла в Коринфе и первое послание его к тамошним христианам, ВиР, 1910, №17; еп.*Михаил (Лузин), Библейская Наука. Коринфская церковь и послания к коринфянам, Тула, 1906, т.IV, вып.1; *Муретов М. Д., Новозаветная песнь любви в сравнении с «Пиром» Платона и Песнью Песней, Серг.Пос.,1903; его же, Есть ли указание на духовные браки в 1Кор.7,36–38 и 9,5? БВ, 1903, №6,7/8; его же, Пророчества и языкотворение как знамение для верующих и неверов, Серг.Пос.,1904; его же, Знание отчасти и самопознание (1Кор.13,12), БВ, 1905, №2; *Некрасов А., Чтение греческого текста Посланий св. апостола Павла. 1 Послание к Коринфянам, ПС, 1889, т.II-III; *Розанов Н.П., Первое послание св. Апостола Павла к Коринфянам, ТБ, т.11; его же, Второе послание св. Апостола Павла к Коринфянам, там же; Суханов В., О даре языков в древней Церкви, Чернигов, 1914; еп.*Феофан (Говоров), Толкование первого послания св. Апостола Павла к Коринфянам, М.,1893; его же, Толкование второго послания св. Апостола Павла к Коринфянам, М.,1894; прот.*Фивейский М., Духовные дарования в древней Церкви, Серг.Пос., 1908; *Barrett C.K., A Commentary on the First Epistle to the Corinthians, L.,1968; id., A Commentary to the Second Epistle to Corinthians, L., 1973; id., The Signs of an Apostle, L.,1970; Senft Ch., Première é pître de saint Paul aux Corinthiens, Genève, 1979; Tasker R.V., Second Epistle of St.Paul to the Corinthians, Grand Rapids (Mich.), 1968; Walter E., Der Erste Brief an die Korinther, Düss., 1969 (англ. пер: The First Epistle to the Corinthians, N.Y.,1971); прочую иностранную библиографию см. в RFIB, PCB, NCCS и во «Введении в Новый Завет» *Кюммеля.

9. Послание к Галатам, последнее по порядку из Больших посланий, включенное в новозаветный канон. Подлинность его в настоящее время никем из библеистов не оспаривается. Послание состоит из 6 глав. Древнейшая рукопись относится к рубежу 2 и 3 вв.

а) Повод к написанию и основная тема Гал. Послание написано от лица апостола Павла и его спутников (Гал.1:1–2) к христианам провинции Галатии. Оно полемически направлено против лиц, которые, придя в Галатию, убедили верующих, что для полноты своего обращения они должны принять правила ветхозаветного Закона (в частности, обрезание). Вероятно, они прикрывались авторитетом Иакова Праведного, хотя нет доказательств, что он одобрял их позицию. Как и в Рим., центральное место в Гал. занимает вопрос об отношении Закона к Евангелию. Полемика в защиту апостольского авторитета Павла сближает Гал. с 2 Кор.

б) Вопрос об адресате и дате послания до настоящего времени остается дискуссионным. Галаты, народ кельтского происхождения, переселились в Малую Азию из Галлии в 3 в. до н.э. В 25 до н.э. римляне подчинили Галатское царство и превратили его в провинцию с центром в Анкире (современная Анкара, столица Турции). Провинция включала Фригию, Писидию, Ликаонию, т.е. в нее входили и южные области, где галаты не составляли основного населения. Существуют две точки зрения на проблему, к кому именно обращено послание. 1) Одни экзегеты (Н. Розанов, *Лагранж, *Марксен, Ф.Амио и др.) полагают, что речь идет о жителях северной Галатии (собственно галатах), которых апостол Павел посещал дважды во время 2-го и 3-го путешествий (Деян.16:6; 18:23; ср. Гал.1:9; 4:19). 2) Другие исследователи (Э.Ренан, У.Рэмзи, *Цан, *Ости и др.) указывают на упоминание в Гал. Варнавы, спутника Павла в 1-м путешествии, и делают из этого вывод, что послание адресовано жителям южной Галатии (Антиохии Писидийской, Иконии, Листры, Дервии). Впервые «южногалатийская» теория была сформулирована в 1748 немецким библеистом И.Шмидтом.

Определение даты послания зависит от интерпретации слов самого апостола о его посещениях Иерусалима. Согласно Гал., апостол Павел после своего обращения три года был в Аравии, затем пришел в Иерусалим (около 39), где впервые встретился с апостолами Петром, Иоанном и Иаковом, Братом Господним. Второй раз он с Варнавой и Титом приходил в Иерусалим «14 лет спустя» (Гал.2:1). Вероятно, отсчет ведется не от 1-го посещения, а от даты призвания апостола, и, т.о., 2-е посещение должно быть отнесено к 49, когда был собран «апостольский собор» (см. статью *Деяния св. Апостолов). Между тем в Гал. нет прямой ссылки на «собор» и его постановления. Это затруднение решается комментаторами двояко.

Ряд авторов объясняет молчание апостола о «соборе» тем, что Гал. было написано раньше, около 48. Недостаток этой гипотезы в том, что Деян. ничего не говорят о посещении апостолом Иудеи перед «собором». Защитники гипотезы иногда отождествляют свидетельство (Гал.2:1) с рассказом (Деян.11:27–30) (приход Павла и Варнавы в Иерусалим во дни голода, около 46). Но в таком случае дату обращения Павла следует отнести к 32, когда Арета еще не владел Дамаском (что противоречит 2Кор.11:32). Другие библеисты отождествляют сообщение (Гал.2:1 сл.) с рассказом Деян. о «соборе» и датируют послание серединой 50-х гг. Какая бы из двух точек зрения ни была принята, это не влияет на понимание смысла Гал. и его провозвестия.

в) Композиция и содержание Гал. Послание делится на 5 частей:

1) вступление (Гал.1:1–10);

2) божественное основание миссии апостола Павла (Гал.1:11–2:21);

3) Закон и Евангелие (Гал.3:1–4:31);

4) христианская свобода (Гал.5:1–6:10);

5) заключение (Гал.6:11–18).

С проблемой соотношения требований Закона и новой жизни во Христе апостол Павел столкнулся еще в начале своего служения в Антиохии. Как полагает Ф.В.Филсон, практически эта проблема была решена в духе любви: христиане из язычников на общих трапезах воздерживались от того, что могло бы соблазнить их еврейских братьев. Конфликт возник лишь после того, как посланцы иерусалимских христиан потребовали от христиан из язычников соблюдения обрядов Закона. Апостол Павел, напротив, считал, что с приходом *мессианской эры все прежние уставы теряют сотериологическое значение. Этого принципа он держался и создавая новые общины в Малой Азии. Узнав об этом, христиане-законники организовали контрмиссию и всюду склоняли новообращенных принимать обрезание. Они ссылались на «столпов» Церкви, на Двенадцать апостолов и всячески подрывали авторитет Павла.

Простодушные галаты легко поддались этим увещаниям, отреклись от своего учителя и поспешили принять обрезание. Известие о случившемся глубоко потрясло апостола Павла. Он немедленно отправил галатийским христианам послание. Оно начинается с торжественных слов, в которых четко и недвусмысленно заявлено о его правах и призвании. «Павел Апостол, избранный не человеками и не через человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским: благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа[...] Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово». Апостол не отрицает, что его соперники проповедуют Благую Весть; он лишь указывает, что в их устах она получила превратный оттенок.

Наиболее резкий отпор Павел дает методам «лжебратий», которые в его отсутствие говорят о нем неправду, желая очернить его и унизить. Между тем он трудился не для себя, а для Господа; его послали на проповедь не люди, а Сам Христос, служителем Которого он избран от утробы матери. Учение, которое он, Павел, возвещал галатам, – не человеческое измышление, а Слово Божье. Апостол вспоминает, как прежде, будучи ревнителем Закона, он гнал Церковь и как ему открылась тайна Сына Божьего. Поэтому ему не было нужды учиться у других: его научил Сам Воскресший. Правда, в Иерусалиме он познакомился со «столпами» Церкви, но несет людям не их слова, а благовестие Христа.

Галатов уверяют, что Тарсянин не имел одобрения «столпов». Это ложь, ибо «почитаемые столпами» подали ему и Варнаве «руку общения», чтобы им идти с проповедью к язычникам, причем их свободу ничем не связали. Павел никогда бы не дерзнул отвергать Закон Божий; Сам Господь открыл ему, что время Закона пришло к своему завершению. Он говорит это, будучи евреем, сыном народа, которому дан Закон. «Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнавши, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал.2:15–16). «Дела Закона» – это система, охватывающая все стороны жизни, регламентирующая каждый шаг человека. Любая мелочь повседневного быта ею предусмотрена. «Жить по-иудейски» (как позднее «жить по-мусульмански») значит быть целиком погруженным в такую систему. Но для апостола это лишь азбука, начальная школа веры, воспитательное средство. Во Христе человек получает высшую свободу.

Объясняя смысл этой новой фазы духовной истории, Павел использует слово оправдание (δικαίωσις). В узком значении оно является термином юридическим, но у апостола Павла оно несет бесконечно большую смысловую нагрузку. В еврейском языке оно происходит от того же корня, что и слово «праведность», а праведным, т.е. свободным от зла, можно считать лишь одного Творца. Человеческая, земная праведность всегда относительна и условна. В сущности, никто не может претендовать на абсолютную праведность, достигнутую собственными силами.

Уже в Ветхом Завете жила вера, что оправдание придет от Самого Бога как дар Его милосердия (Иер.23:6; 33:16). До прихода Мессии условно «праведным» мог считаться человек, который в меру своих возможностей «жил по закону», однако подлинного оправдания все равно не существовало. Его осуществили не наши усилия, а искупительная, спасающая сила Господня. Это Он, а никто другой, приближает к Себе человека и через Мессию дарует грешным прощение. Они оправданы Богом и потому отныне уповают не на систему Закона, а на высшую небесную любовь, которая открывает перед человеком возможность соединиться с Богом во Христе Иисусе. Входя в Новый Завет Господа, верующие идут путем Христовым. Закон повелевал «извне», тайна же спасения преображает человека изнутри. «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божьего, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. Не отвергаю благодати Божьей. А если законом оправдание, то Христос напрасно умер» (Гал.2:19–21).

Задача, которую ставил перед собой апостол в послании, была намного труднее, чем у приверженцев старых канонов, говоривших, что конкретно делать, как поступать, что соблюдать. Ведь все религии имели свои системы правил. Последовательной логике законников, опиравшихся на Писание, Павел мог противопоставить лишь живой опыт благодати. Он напоминает о духовной радости новообращенных, об их самоотверженной любви, о пророчествах и знаках свыше. Неужели этого мало, чтобы понять: чудо единения с Богом во Христе есть дар; его нельзя заработать.

Что прибавило галатам обрезание? Ни обрезание, ни соблюдение «дней, месяцев, времен и лет» ветхозаветного календаря ни на шаг не приблизило их ко Христу. Когда они были язычниками, они боготворили творение, находясь в рабстве у «стихий». Подчинившись же формальным условиям «подзаконной жизни», они только сменили одно рабство на другое и тем самым отреклись не от Павла, своего учителя, а от Самого Христа. «О, несмысленные Галаты! – восклицает апостол. – Кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый? Сие только хочу знать от вас: чрез дела ли закона вы получили Духа, или чрез наставление в вере? Так ли вы несмысленны, что, начавши духом, теперь оканчиваете плотию?» (Гал.3:1–3).

Апостол мог догадываться, что ортодоксы, толкуя галатам о необходимости принять уставы Закона, читали им из Библии, доказывали «на строке» свою правоту. На это Павел отвечает, также ссылаясь на Писания. Основой Завета был не Закон, а вера Авраама. Патриарх был возвеличен за то, что поверил Богу и вручил себя Его покровительству. Закон же дан после Авраама, через «посредника» (Моисея), с целью приучить людей всегда помнить о Боге и показать, насколько мало они способны достигнуть идеала даже условной праведности. Уже в Ветхом Завете пророк Аввакум знал, что человек «своею верою жив будет». Закон учил служению Богу, но не имел преображающей силы. Он был лишь оградой, которая указывала на границу между добром и злом. До «пришествия веры» в спасающего Господа «мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак, закон был для нас детоводителем ко Христу, дабы нам оправдаться верою» (Гал.3:23–24). Сегодня откровение веры дано в лице Иисуса. И дано с божественной щедростью – уже не только сынам Авраамовым по происхождению, как вначале, а всем его духовным детям по вере: иудеям и эллинам, рабам и свободным, мужчинам и женщинам (Гал.3:28–29).

Порицатели апостола Павла напоминали, что Сам Христос соблюдал Закон. Да, отвечал апостол, Он подчинился Закону, но одновременно возвысился над ним. Как Человек Он прошел путь «подзаконной жизни», но не ради порабощения букве, а ради любящей сыновней покорности Отцу, пославшему Его в мир. Он единственный Избранник, истинный Сын, уничиживший Себя по воле Отца, ради людей. И поэтому Он дарует всем верующим в Него радость усыновления Богу. «А как вы – сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: “Авва, Отче!” Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа... Итак стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (Гал.4:6–7; 5:1). Рабством апостол называет сведение веры к формальным правилам, т.е. к тому, что было всего доступнее людям. Но этот несовершенный вид богопочитания есть признак уходящего мира. Бог заложил основание для мира нового.

Свобода христианина не означает, по учению апостола, полного отказа от внешних проявлений веры, как утверждали мн. протестантские комментаторы. Он высоко ставил порядок в общине на евхаристических собраниях, целостность нового народа Божьего. Апостол лишь желал привлечь галатов к самому существу Евангелия: человек, умерший во Христе для греха и воскрешенный с Ним, становится «новой тварью», обретает жизнь в Боге, возносится на ту безмерную высоту, где многое, считавшееся важным, становится второстепенным. «Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью» (Гал.5:6). Последними тремя словами отметается всякая возможность считать себя верными Господу без верности Его нравственным заповедям.

Христианская свобода есть свобода и от рабства греху. Именно эта свобода перед лицом благодати подразумевает встречную волю человека к добру. Вот почему апостол, не боясь впасть в противоречие, говорит, что нравственные нормы Закона имеют ценность для христианина. «Ибо весь Закон в одном слове заключается: “люби ближнего твоего, как самого себя”» (Гал.5:14). Эта мысль не принадлежит Павлу; она восходит к ветхозаветной традиции и к словам Самого Христа.

Итак, апостол утверждает, что вера не просто субъективное переживание, а новая жизнь, даруемая свыше и созидаемая при участии человека. Апостол Павел не ссылается прямо на *Нагорную проповедь, но с предельной точностью выражает ее дух. Следование за Иисусом есть «подражание» Ему. Присутствие Его Духа познается по практическим плодам. «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона... Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал.5:22–23; 6:2). Апостол Павел поясняет наиболее серьезным из своих оппонентов, что Спаситель возвещает новую мессианскую эру, с приходом которой Он дарует Новый Завет и Новый Закон (ср. указания на «Тору Мессии» в *Талмуде: Шаббат 151б, Нидда 161б и в *таргуме на Ис.12:3). В Гал. апостол Павел предстает как благовестник христианской свободы, как великий пророк Церкви, которого по праву называют «первым после Единственного». В его Евангелии все, кроме двух тайн – благодати спасающего Христа и служения Ему верой, воплощенной в любви, – отступает на второй план. И, следовательно, нельзя согласиться с теми западными экзегетами, которые называли Павла реформатором, «изменившим русло реки, текущей из Галилеи». Проповедь его есть законный и благодатный плод того древа, что насадил Христос. Евангелие «апостола народов» – это подлинная Благая Весть, Закон Мессии.

● Архим.*Агафангел (Соловьев), Объяснение Послания св. апостола Павла к галатам, СПб.,1854; прот.*Галахов И., Послание св. апостола Павла к Галатам, Каз.,1897; *Глубоковский Н.Н., Благовестие христианской свободы в послании св. апостола Павла к Гала там, СПб.,1902; Коноплев Н., Краткий обзор послания апостола Павла к Галатам, БВс,1956, №5; *Некрасов А., Ходатай единого несть: Бог же един есть (филологическое объяснение Гал.3,20), ПС, 1869, т.ІІІ; *Розанов Н.П., Послание к Галатам, ТБ, т.11; еп.*Феофан (Говоров), Толкование на Послание св. апостола Павла к Галатам, М.,1893; архим.*Филарет (Гумилевский), Опыт объяснения на послание апостола Павла к Галатам, Чернигов, 1862; Betz H.D., Galatians, Phil.,1979; Bligh J., Galatians, L.,1969; *Ebeling G., The Truth of the Gospel, Phil.,1985; O’Neill J.C., The Recovery of Paul’s Letter to the Galatians, L.,1972; прочую иностранную библиографию см. в RFIB; JBC, v.2; NCCS, PCB.

10) Послание к ефесянам входит в число посланий, написанных «из уз» (Еф.3:1); состоит из 6 глав. Древнейшая рукопись датируется рубежом 2–3 вв.

а) Посланиями «из уз» называются 5 посланий (Еф., Кол., Флп., Флм. и 2 Тим.), в которых сказано, что апостол писал их, находясь в заключении. Вопрос же, где именно находился апостол Павел под стражей: в Эфесе, Кесарии или Риме, – остается дискуссионным, поскольку прямых указаний в Павла св. апостола посланиях нет. Подавляющее большинство комментаторов склоняется к тому, что в этих посланиях речь идет именно о римских «узах» (см. Послания «из уз»).

б) Каноничность Еф. Послание было очень рано включено в сборник Павловых писаний. Уже в самом начале 2 в. сщмч.*Игнатий Антиохийский в своем Послании к ефесянам (12) говорит о Еф. как о произведении апостола Павла. Аналогичные свидетельства имеются в Мураториевом каноне, у свт.*Иринея Лионского (Против ересей, V,2,3), у *Климента Александрийского (Строматы, IV,8) и др.

в) Апостол Павел и Эфесская церковь. Впервые апостол Павел посетил Эфес летом 52 по пути из Коринфа в Иерусалим (Деян.18:19–21). Во время своего 3-го путешествия, осенью 54, он вторично прибыл в Эфес и оставался там два года (Деян.19:1 сл.). Эфес был одним из крупнейших городов Малой Азии, преимущественно с греческим населением. Знаменитый храм Артемиды, одно из «чудес света», привлекал ежегодно тысячи паломников. О богатстве и красоте города можно судить по описаниям древних авторов и сохранившимся доныне развалинам.

В Эфесе апостол Павел достиг вершины своего миссионерского успеха. В доме некоего Тиранноса он снимал помещение, где устроил школу для подготовки служителей Слова. В его трудах участвовало много помощников: Акила и Приска, прибывшие из Коринфа, александриец Аполлос и др. Покинуть город апостола Павла побудило не только желание посетить Македонию и Коринф, но и беспорядки, спровоцированные ремесленниками, изготовлявшими статуэтки богини и модели храма для паломников (Деян.19:23 сл.). Отправляясь в последнее путешествие в Иерусалим, апостол имел в Милете свидание со старейшинами Эфесской церкви (Деян.20:17 сл.).

г) Вопрос об адресате Еф. представляет немалые трудности. В ряде древних рукописей (например, в *Синайском кодексе) не сказано, что послание обращено к эфесянам. В таком виде читал Еф. и свт.*Василий Великий (Против Евномия, II,19). По мнению Маркиона, Еф. написано христианам Лаодикии (ср.Кол.4:16).

Из послания можно заключить, что Павел знал своих читателей лишь заочно (Еф.1:15–16). В нем нет личных обращений и приветствий; между тем у апостола в Эфесе было немало друзей и сподвижников. На этом основании еще в 1654 английский епископ Юсхер выдвинул предположение, что Еф. было написано как окружное послание общинам Малой Азии, а слово «Эфес» было вставлено в экземпляр, направленный христианам этого города. Ряд веских аргументов против гипотезы Юсхера был выдвинут епископом Василием (Богдашевским), однако в настоящее время она продолжает пользоваться широкой поддержкой библеистов.

д) Особенности Еф. и вопрос об авторстве. В отличие от других Павла св. апостола посланий Еф. представляет собой род проповеди-размышления, отмеченной местами почти литургической торжественностью стиля. Еф. изобилует обширными периодами; в нем есть 36 слов, нигде больше апостолом Павлом не употребляемых, и 39 слов, вообще не встречающихся в других книгах Нового Завета. Тема Закона, веры и оправдания уступает в Еф. мистико-экклезиологической теме и тайне вселенских свершений Христа.

Христология и *эсхатология послания также имеют ряд особенностей (см. ниже). На этом основании, начиная с Э. Эванстона (18 в.), многие экзегеты, особенно протестантские, рассматривали Еф. как произведение псевдонимное (*Де Ветте, *Баур, *Дибелиус, *Марксен и др.). Позднее к ним присоединились и многие католические библеисты (*Харрингтон и др.). Бросается в глаза множество параллелей между Еф. и Кол. (напр., Еф.1:7; Кол.1:14; Еф.5:6; Кол.3:6), что часто рассматривалось как аргумент против подлинности Еф. Однако это сходство вполне объяснимо тем, что апостол Павел писал оба послания одновременно (и то, и другое было отправлено с Тихиком) и развивал в них сходные мысли. Что касается специфики Еф., то ее можно понять как отражение нового этапа в раскрытии Евангелия апостола Павла. Находясь под домашним арестом в Риме, апостол многое обдумывал заново, и он мог прибегнуть к иной форме изложения своих мыслей, нежели к привычной ранее.

Экзегеты, защищающие авторство апостола Павла (напр., *Серфо), видят в Еф. синтез и итог богословия апостола Павла, его «лебединую песнь». Некоторые комментаторы считают, что послание представляет собой свободное изложение мыслей апостола, сделанное его учеником. По мнению *Бенуа, ученик лишь отредактировал текст, записанный за апостолом Павлом. В любом случае Еф. содержит все основные положения Павлова Евангелия.

е) Композиция и содержание Еф. Как и Рим., Еф. можно условно разделить на две части: догматическую (Еф.1:33:21) и практическую (Еф.4:1–6:20). Их обрамляют вступительные и заключит. строки (Еф.1:1–2; 6:21–24).

Догматич. часть начинается древней формулой славословия: «Благословен Бог» (ср.Пс 118:12). Апостол созерцает величественную тайну грядущего единства всей твари в Боге, тайну, к-рая входила в предначертания Творца «прежде создания мира» (Еф.1:4). Вера, воспринявшая весть о спасении, обогащается теперь «познанием», дальнейшим раскрытием универсальных замыслов Божьих. Разделенному и порабощенному злом человечеству открывается царство гармонии. Центром и главой нового, преображенного мира – не только людей, но «всего земного и небесного» – является Сам Христос. Ему противостоят силы зла, вполне реальные, которые до полной победы света властвуют над мирозданием. Следуя иудейской фразеологии *междузаветного периода, апостол говорит о сатане как о «князе, господствующем в воздухе» (Еф.2:2). «Воздух», сфера, где позволено действовать падшим духам, был образным символом незримости темных сил. Как отмечают многие экзегеты, в своей антитезе света и тьмы Еф. сближается с богословсеим языком *Кумрана.

Смерть и Воскресение Христовы ознаменовали начало торжества света над тьмой. Будучи Сыном Божьим и одновременно смертным человеком, Воскресший Христос вознесен над всем мирозданием как его Царь и Посредник между Творцом и творением. Он – средоточие и Глава Церкви, которая «есть тело Его, полнота Наполняющего все во всем» (Еф.1:22–23). Вожделенное единство творения обусловлено волей «одного Бога и Отца всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас» (Еф.4:6). Силою Христовой преображается и пронизывается небесным светом все земнородное. «Благодаря Христу вся человеческая история окружена любовью Божьей; она выражена в абсолютном и свободном присутствии в мире божественной тайны. Мирское и светское остаются мирским и светским, а не духовным, но они освящаются этим Присутствием» (*Схиллебекс).

История, согласно Еф., является «домостроительством тайны», постепенным процессом одухотворения мира. Эта тайна была прежде сокрыта от людей (Еф.3:4–6), ибо тогда Откровение было заключено в узких рамках ветхозаветной Церкви. Язычники были «отчуждены от общества Израильского, чужды заветов обетования, не имели надежды» (Еф.2:12). Но Кровь Христова связала незримыми узами и иудеев, и язычников (Еф.2:13–14); пала преграда, о которой напоминала стена, отделявшая в Храме иноплеменников (Еф.2:14). Язычники стали «сонаследниками» обетования, «сопричастниками» Христу, усыновленными Богу. И совершается это через жертву Христову и апостольское благовествование. Тайна включает явление Церкви, в которой царит «единство духа в союзе мира». Церковь представляет собой «одно тело и один дух», в ней «один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех» (Еф.4:3–6). Потенциально она объемлет весь человеческий род. Она не статична, но рост ее совершается постепенно, идя к зрелости, которую апостол называет «полным возрастом Христовым» (Еф.4:13). Каждый человек имеет в ней свое предназначение. Особое место в Церкви занимают те, кому поручено миссионерское и пастырское служение.

Христианин, принявший Дух Спасителя, должен «отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях» (Еф.4:22). Начертывая идеал жизни по Евангелию, апостол призывает «подражать Богу» (Еф.5:1; ср. Мф.5:48). «Живите, – говорит он, – в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас» (Еф.5:2). Все человеческие отношения в Церкви призваны строиться в соответствии с этим идеалом. Так, например, любовь мужа к жене уподобляется жертвенной любви Христа к Своей Церкви.

Послание дает ответ на важнейший вопрос об отношении между миром и Богом, о конечной цели бытия. Ответ Еф. можно выразить одним словом: освящение, или, прибегая к святоотеческому термину, словом «теозис», обожение твари. Как показал о. Дж.Мелони в своей работе «Космический Христос» (1967), учение Еф. о вселенском преображении нашло свое развитие у св. отцов и в позднейшей христианской мысли (например, у *Тейяра де Шардена).

Богдашевский Д. (еп.*Василий), Послание св. апостола Павла к Ефесянам. Исагогико-экзегетическое исследование, К.,1904 (наиболее полный труд на рус. яз.); Гладкий И.К., Учение апостола Павла о сошествии Иисуса Христа во ад, ВиР, 1911, №9; *Розанов Н.П., Послание к Ефесянам, ТБ, т.11; прот. Скворцов И., Записки на послание к Ефесянам, К.,1838; *Смирнов С.К., Филологические замечания о языке новозаветном в сличении с классическим при чтении послания Апостола Павла к Ефесянам, М.,1873; *Тярк О.А., Послание к Ефесянам, БВс, 1967–1970; еп.*Феофан (Говоров), Толкование послания св. Апостола Павла к Ефесеям, М.,1893; *Bruce F.F., The Epistles to the Colossians, to Philemon and to the Ephesians, Grand Rapids (Mich.), 1984; *Caird G.B., Paul’s Letters from Prison, Oxf., 1976; Foulkes F., Epistle of Paul to the Ephesians, L.,1963; Getty M.A., Ephesians, Philippians, Colossians, Chi.,1981; Swain L., Ephesians, Dublin, 1980; Thompson G.H., The Letters of Paul to the Ephesians, to the Colossians and to Philemon, L.,1967; Viviano B., The Letter of Ephesians, BTD, 1979, №102; прочую библиографию см. в статьях: *Исагогика; *Комментарии библейские; *Новый Завет; Толкование Библии и в JBC; NCCS; PCB; RFIB.

11. Послание к Филиппийцам, как и Еф., входит в число Посланий «из уз» (Флп.1:13). Включает 4 главы. Древнейшая рукопись относится к концу 3 в. Подлинность Флп. почти никем из библеистов не оспаривается.

а) Апостол Павел и церковь Филипп. Македонский город Филиппы основан в 4 в. до н.э. царем Филиппом, отцом Александра Великого. После подчинения Филипп Риму город был превращен в колонию (42 до н.э.) и заселен римскими ветеранами. В апостольские времена там жило больше выходцев из Италии, чем коренных македонцев. Апостол Павел прибыл в Филиппы около 49 в сопровождении Сильвана, Тимофея и Луки. По своему обычаю, он решил сначала проповедовать среди иудеев, однако выяснилось, что в Филиппах их очень мало. Была лишь горстка лиц, исповедующих иудейство, которые собирались для молитвы за городскими воротами у реки. Дождавшись субботы, миссионеры отправились к указанному месту и нашли группу женщин, с которыми и вступили в беседу. В результате почти все они с радостью приняли Благую Весть, а за ними обратились и несколько мужчин (Епафродит, Климент и др.).

Таким образом, Филиппы стали единственным местом, где маленькая иудейская община целиком превратилась в новозаветную. Нигде к апостолу не относились с такой преданной любовью, как в Филиппах. Только от филиппийцев он согласился принимать материальную помощь, т.к. был убежден в искренности их чувств. Позднее Павел еще раз посетил Филиппы и постоянно поддерживал связь с этой общиной, которую любил больше других. Послание к ней он написал около 63, незадолго до освобождения (Флп.2:24), и отправил с Епафродитом, делившим с апостолом тяготы римского заключения.

б) Композиция и содержание Флп. Послание принято делить на 6 частей:

1) вступление (Флп.1:1–11);

2) узы апостола в Риме (Флп.1:12–26);

3) единство Церкви и жизнь во Христе (Флп.1:27–2:18);

4) сообщение о Тимофее и Епафродите (Флп.2:19–30);

5) истинный путь спасения (Флп.3:1–4:1);

6) заключительные наставления и приветствия (Флп.4:2–23).

Возможно, филиппийские христиане были преимущ. простыми, малообразованными людьми, и поэтому в послании нет сложных богословских идей, которые отличают Еф. и Кол. Послание проникнуто теплотой и сердечностью; видно, как глубоко апостол был привязан ко всем членам общины. Особенно выделяет он Лидию из Фиатир, ревностную христианку, в доме которой он останавливался и которая оказывала ему помощь. Еще в дни первого посещения Филипп апостол подвергся репрессиям со стороны властей (его спасло лишь звание римского гражданина). По-видимому, и в отсутствие Павла верующие испытывали притеснения. Апостол ободряет их, говоря, что дар Божий – не только веровать во Христа, но также «страдать за Него» (Флп.1:28–29).

Послание содержит и догматические темы. Его христология выражена в гимне, который, по мнению многих экзегетов, был сложен еще в Первообщине. «Он (Христос), будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп.2:6–11).

По смыслу этот гимн очень близок к христологии Еф. и Кол. Но в нем важное место занимает тема двух Адамов (ср. Рим. и Гал.). Мятежному Первочеловеку противостоит смиренный Богочеловек. Первый захотел быть равным Богу помимо Самого Бога, а второй, будучи Адамом небесным, уничижил Себя, исполняя волю Отца. Первый Адам пал, второй – вознесен над всем творением. В этой антитезе противопоставляется ложное самоутверждение и полная отдача воле Божественной. Подвиг Того, Кто стал рабом, слугой для спасения мира, есть идеал для Его последователей.

Христианам-законникам апостол напоминает, что с точки зрения иудейства он имел все преимущества: коренной израильтянин, ревностный фарисей и даже гонитель Церкви в молодые годы. «Но что для меня было преимуществом, – заключает он, – то ради Христа я почел тщетою» (Флп.3:7). Старое потеряло силу, поскольку явился Искупитель. «Для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере» (Флп.3:8–9). Впрочем, апостол резко восстает против тех, кто извращает его мысль и думает, что спасение Божье не требует нравственного подвига (Флп.3:18–19). Этот подвиг есть естественный ответ на любовь Божью и благодать Христову, которые приведут верных к воскресению. Умершие во Христе обретут то же прославленное тело, что и воскресший Господь.

● [*Бухарев А.М. (архим.Феодор)] Послание св. апостола Павла к Филиппийцам, ПТО, 1854, т.13; еп.*Макарий (Миролюбов), Объяснение послания св. апостола Павла к Филиппийцам, Орел, 1869; Назарьевский И., Послание св. апостола Павла к Филиппийцам. Опыт исагогического и экзегетического исследования, Серг.Пос.,1893; *Розанов Н.П., Послание к Филиппийцам, ТБ, т.11; еп.*Феофан (Говоров), Толкование на Послание св. апостола Павла к Филиппийцам и Солунянам, М.,1895; *Barth K., Erklärung des Philipperbriefes, Münch., 1928; Beare F.W., A Commentary on the Epistle to the Philippians, L.,1969; *Bruce F.F., Philippians, Basingstoke (Eng.), 1984; Collange J.-F., L’épître de Saint Paul aux Philippiens, Neuchâtel, 1973; Gnilka J., Der Brief an die Philipper, Düss.,1969 (англ. пер.: The Epistle to the Philippians, N.Y.,1971); Grayston K., The Letters of Paul to the Philippians and to the Thessalonians, L.-Camb.,1967; Martin R.P., Philippians, L.,1976; прочую библиографию см. в статьях: *Исагогика; *Комментарии библейские; *Новый Завет; *Толковые Библии и в RFIB; JBC; NCCS; PCB.

12. Послание к Колоссянам написано «из уз» от лица апостола Павла и Тимофея (Кол.1:1). Состоит из 4 глав. Древнейшая из сохранившихся рукописей Кол. относится к концу 2 – началу 3 вв.

а) Колосские христиане. Город Колоссы был расположен во Фригии (Малая Азия) по соседству с Лаодикией и Иераполисом. Апостол Павел никогда не посещал его лично, но во время пребывания в Эфесе направлял туда для проповеди своих помощников. Основателем Колосской общины был, по-видимому, Епафрас (Кол.1:7). Район Колосс издавна являлся центром религиозных движений. Принявшие христианство колоссяне жили в окружении сект и школ протогностического толка, которые пытались ассимилировать христианские идеи и внести в Церковь собственные доктрины. Эта опасность встревожила апостола Павла, когда он услышал о положении дел в Колоссах от Епафраса, и, зная, что верные относятся к нему с любовью и уважением, он написал им послание с просьбой переправить его также и в Лаодикийскую общину (Кол.4:16).

б) Особенности Кол. и вопрос об авторстве послания. Как и Еф., Кол. насыщено богатым богословским содержанием и сосредоточено вокруг проблем христологии и экклезиологии. Хотя оно носит более личный характер, чем Еф., и не является посланием-трактатом, оно во многом отличается от других Павла св. апостола посланий . В нем встречается 34 слова, которых нет в других книгах Нового Завета, 10 слов можно найти только в Еф.; зато многие характерные для апостола Павла выражения отсутствуют. Отмеченные выше (см. раздел 10) параллели между Еф и Кол. трактуются по-разному, но большинство экзегетов считает, что Кол. написано раньше и послужило образцом для Еф. Часто эти параллели далеки от тождества и оттенки мысли меняются.

Развернутую аргументацию против принадлежности Кол. Апостолу Павлу дал Баур (1845), а за ним последовали многие протестантские и некоторые католические экзегеты. Аргументы защитников подлинности Кол. те же, что и в случае с Еф. Еще Ренан (1873) писал: «Разницу в стиле и во взглядах, какие замечаются в них, мы скорее склонны приписать естественному прогрессу в мировоззрении Павла». Позднее такие радикальные критики, как И.*Вайсс, *Буссе, *Дибелиус, отстаивали принадлежность послания апостолу. Из русских авторов наиболее основательные доводы в пользу подлинности Кол. были собраны *Мухиным. По мнению Э.*Швейцера, в Кол. содержатся мысли апостола Павла, изложенные Тимофеем.

в) Композиция и содержание послания. Кол. содержит три основные темы:

1) учение о Христе как Творце, Искупителе и Главе Церкви (Кол.1:12–23);

2) обличение лжеучителей (Кол.1:24–3:4);

3) нравственные наставления (Кол.3:5–4:6).

Вступление и заключение касаются обстоятельств, при которых послание было отправлено (Кол.1:1–11; 4:7–18). В частности, апостол сообщает, что послание доставят колоссянам Тихик и Онисим (см. Флм.), и передает привет от своих сподвижников (Аристарха, Марка, Луки и др.).

Вероучительная часть послания направлена против предшественников гностицизма, которые пытались отождествить Христа с одним из небесных тварных существ. Возражая им, апостол говорит о Господе как о «рожденном прежде всякой твари» (Кол.1:15). Предвосхищая христологию Ин., он учит, что «во Христе было сотворено все, ибо Он есть вечная Божия Премудрость» (ср. Пс.103:24: «Ты все сотворил в Премудрости», синодальный перевод: «Все соделал Ты премудро»). В Нем обитает «всякая полнота» (Кол.1:19).

Если в оккультных доктринах «полнота» (греч. πλήρωμα) означала высшую природу Божества, то апостол отождествляет эту природу с Христом. Через Него и в Нем падший мир примиряется с Богом. «Он есть глава тела Церкви; Он – начаток, первенец из мертвых» (Кол.1:18), соединившийся с тварью и освятивший ее. Как и в Еф., послание свидетельствует об откровении тайны – тайны спасения всех народов. Явление Спасителя среди людей сделало излишними древние уставы, пищевые и прочие запреты, которые соблюдались как в Ветхом Завете, так и в язычестве. При свете Христовом меркнут все национальные, сословные и культурные перегородки, разделяющие людей. В Его Церкви «нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного но все и во всем Христос» (Кол.3:11). Воскресение есть тайна будущего. Но и в нынешнем веке оно уже совершается. «Вы воскресли со Христом», – говорит апостол (Кол.3:1). Таким образом., в Кол. преображение человека во Христе становится *«осуществленной эсхатологией».

● Еп.*Михаил (Лузин), Библейская наука. Колосская церковь и послание к колоссянам, Тула, 1906, т.V, вып.1; Мухин Н.Ф., Послание св. Апостола Павла к Колоссянам. Опыт исагогико-экзегетического исследования, К.,1897; *Розанов Н.П., Послание к Колоссянам, ТБ, т.11; еп.*Феофан (Говоров), Толкование Послания св. Апостола Павла к Колоссянам и Филимону, М.,1892; Getty M.A., Ephesians, Philippians, Colossians, Chi.,1981; Gnilka J., Der Kolosserbrief, Freiburg, 1980; Lohse E.A., Die Briefe an die Kolosser und an Philemon, Gött., 1968 (англ. пер.: Colossians and Philemon; a Commentary on the Epistles... , Phil.,1971); *Pokorny P., Der Brief des Paulus an die Kolosser, B.,1987; Rogers P.V., Colossians, Dublin, 1980; Moule H.C.G., Colossian and Philemon studies, L.,1975; Thompson G.H., The Letters of Paul to the Ephesians, to the Colossians and to Philemon, L.,1967; прочую библиографию см. в статьях: *Исагогика; *Комментарии библейские; *Новый Завет; *Толковые Библии и в RFIB, t.2; JBC, v.2; NCCS; PCB.

13. 1 Послание к Фессалоникийцам, одно из ранних Павла св. апостола посланий. Подлинность его не оспаривается никем, кроме представителей мифологической теории. Послание включает 3 главы. Оно написано от лица апостола Павла, Силуана (Силы, Сильвана) и Тимофея. Древнейшая из сохранившихся рукописей датируется концом 2 – началом 3 в.

а) Время и обстоятельства написания 1 Фес. Фессалоники (совр. Салоники) важный македонский порт, расположенный на севере полуострова Халкидики. Апостол Павел и его спутники прибыли туда из Филипп во время своего 2-го путешествия. Около месяца миссионеры вели беседы в фессалоникийской синагоге, «открывая и доказывая» иудеям, что Мессия уже приходил в мир перед Своим последним явлением и что Ему надлежало пострадать, умереть и воскреснуть. «Некоторые из них, – пишет евангелист Лука, – уверовали и присоединились к Павлу и Силе, как и из Еллинов, чтущих Бога, великое множество, так и из знатных женщин немало» (Деян.17:4). Однако руководство общины скоро поняло, что проповедуется новое учение, и попыталось воспрепятствовать Павлу и Силе. Начальники синагоги подкупили «негодных людей», слонявшихся в гавани, чтобы те подали жалобу на миссионеров. Сбежавшаяся толпа, узнав, что Павел и Сила живут у некоего иудея Ясона, вломилась к нему, требуя их выдачи. Но поскольку проповедников там не оказалось, схватили самого Ясона и с криками повели к городским властям. Его обвинили в том, что он дал приют людям, которые возмущают порядок в государстве.

На первых порах магистрат ограничился тем, что отпустил Ясона под денежный залог, но впоследствии начал репрессии против сторонников нового учения. «Вы, братия, – писал позднее апостол фессалоникийцам, – сделались подражателями церквам Божиим во Христе Иисусе, находящимся в Иудее, потому что и вы то же потерпели от своих единоплеменников, что и те от Иудеев» (Фес.2:14). Не желая ареста апостолов, братья ночью отправили их в Верию, македонский городок, расположенный в 10 км от порта. Находясь в Коринфе (около 51), апостол продолжал заботиться о духовной жизни новообращенных фессалоникийцев. От Тимофея ему стало известно, что в общине началось брожение, вызванное ожиданием скорого конца мира. Это и побудило его написать 1 Фес.

б) Композиция и содержание послания. 1 Фес. можно разделить на 7 частей:

1) вступительное обращение (1Фес.1:1);

2) благодарение Богу за духовную ревность Фессалоникийской церкви (1Фес.1:2–10);

3) защита Павлова благовестия от нападок его врагов из иудеев (1Фес.2:1–3:13);

4) нравств. увещания (1Фес.4:1–12);

5) *Парусия и воскресение мертвых (1Фес.4:13–5:11);

6) наставления о жизни в общине (1Фес.5:12–24);

7) заключение (1Фес.5:25–28).

Из 1 Фес. явствует, с какой любовью относился апостол к фессалоникийцам. Суровое сердце Павла полно нежности, которую он нисколько не скрывает. Он признается, что, живя в Ахайе, вдали от Македонии, он чувствует себя осиротелым. «Теперь же, когда пришел к нам от вас Тимофей и принес нам добрую весть о вере и любви вашей, и что вы всегда имеете добрую память о нас, желая нас видеть, как и мы вас, – то мы, при всей скорби и нужде нашей, утешились вами, братия» (1Фес.3:6–7). Главное, что волнует новообращенных: когда придет конец?

Этот вопрос задавали еще апостолы Самому Христу, но прямого ответа не получили. Им лишь дано было знать, что Суд уже начался и что беспечных Судия может застигнуть врасплох, как «тать в нощи». В общинах Павла продолжал звучать эсхатологический возглас: *«Маранафа!», «Гряди, Господи!». Однако апостол не хотел приносить требования сегодняшнего дня в жертву апокалиптическим чаяниям. Реальность духовного общения со Христом, радость знать, что Он здесь, с верными, – вот что было главным. Павла огорчало, что умы фессалоникийцев слишком заняты вычислением «времен и сроков» (Фес.5:1), того, что от людей не зависит.

В 1 Фес. апостол старается рассеять недоумение, смущавшее верных: неужели умершие братья не смогут увидеть Господа в славе? «Если мы веруем, – отвечает он, – что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним» (1Фес.4:14). Он ссылается на «слово Господне», согласно которому пробудившиеся от смертного сна первыми встретят Мессию, а затем уже все живущие, которые сохранили верность, будут вознесены в неземные обители и все «всегда с Господом будут». Значит, кончина того или иного брата или сестры не должна быть причиной утраты надежд.

Что же касается сроков, то апостол Павел, строго следуя завету Христову, решительно отклоняет все попытки проникнуть в область неведомого. Он напоминает призыв Спасителя – быть готовыми всегда. Любящие Господа не должны страшиться великого Дня. Только для упорствующих в духовной слепоте он будет страшен. «Вы, братия, не во тьме, чтобы день застал вас, как тать; ибо все вы – сыны света и сыны дня; мы – не сыны ночи, ни тьмы. Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться» (1Фес.5:4–6). Это значит, что огонь веры должен гореть, как и прежде, но не должен превращаться в губительный пожар. Христианам надо «более преуспевать и усердно стараться о том, чтобы жить тихо, делать свое дело и работать своими собственными руками» (1Фес.4:10–11).

Апостол сознательно охлаждает жар нездоровой экзальтации, призывая заботиться о достойной жизни сегодня, вместо того чтобы постоянно пытаться заглянуть в будущее. «Вразумляйте бесчинных, утешайте малодушных, поддерживайте слабых, будьте долготерпеливы ко всем. Смотрите, чтобы кто кому не воздавал злом за зло; но всегда ищите добра и друг другу и всем. Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе. Духа не угашайте. Пророчества не уничижайте. Все испытывайте, хорошего держитесь. Удерживайтесь от всякого рода зла» (5:14–22).

14. 2 Послание к Фессалоникийцам по тематике примыкает к 1 Фес. Состоит из 3 глав.

а) Обстоятельства и дата написания 2 Фес. Послание было написано вскоре после 1 Фес. и вызвано теми же волнениями вокруг ожидания Парусии. Нашлись люди, которые, считая, что конец близок, бросили свои повседневные занятия и труд. Это было главной побудительной причиной, заставившей апостола Павла написать 2 Фес. «Когда мы были у вас, – обращается он к фессалоникийцам, – то завещавали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь. Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего не делают, а суетятся» (2Фес.3:10–11). Павлу стало известно, что кто-то распространил в общине текст пророчества, приписываемого самому апостолу. Из него недвусмысленно следовало, что гибель мира при дверях. Павлу надо было как можно скорее пресечь соблазн, успокоить людей, дать им необходимые разъяснения. 2 Фес относится скорее всего к 52.

Подлинность 2 Фес. оспаривалась тюбингенской школой и рядом позднейших протестантских и католических экзегетов. Православные комментаторы единодушно приписывают его апостолу Павлу, указывая, что аргументы против подлинности (отличия в стиле, словаре, идеях) трудно признать основательными.

б) Композиция и содержание 2 Фес. Послание принято делить на 5 частей:

1) вступление (2Фес.1:1–2);

2) Церковь в испытаниях и в ожидании Парусии (2Фес.1:3–12);

3) День Господень и тайна беззакония (2Фес.2:1–3:5);

4) против сеющих смущение (2Фес.3:6–15);

5) заключение (2Фес.3:16–18).

Диктуя 2 Послание к фессалоникийским христианам, апостол не отрекается от своих прежних слов о пришествии Господа: он лишь предостерегает от легковерия, напоминая, что именно им было сказано, когда он проповедовал в Фессалониках. «Молим вас, братия, [...] не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как бы нами посланного, будто уже наступает День Христов. Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придет, доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога. Не помните ли, что я, еще находясь у вас, говорил вам это?» (2Фес.2:1–5). В данном случае апостол имел в виду как ветхозаветные предсказания (ср. Дан.11:36–37), так и слова Иисусовы (см. статью *Малый Апокалипсис). В них говорилось о временном торжестве врагов Божьих, которые будут попирать Его удел. Иначе говоря, эти пророчества указывали на рост демонического полюса истории по мере приближения Суда (см. статью Даниила книга). Напоминая это учение о лжемессии, антихристе, апостол Павел сдерживал нетерпение тех, кому казалось, будто наступает День Христов.

С наступлением *мессианской эры «тайна беззакония», восстающего против Божественного Домостроительства, «уже в действии». Зло концентрируется и набирает силу, чтобы в последний раз обрушиться на верных. Но осталась некая преграда, которая пока «удерживает» разгул антихристовой стихии (2Фес.2:7). Начиная с *Гроция немало комментаторов видели здесь намек на положение Римской империи в середине 1 в. В те дни, когда писал Павел, мировая держава действительно была охвачена вакханалией зла. Недавно был свергнут безумный Калигула, свирепствовал подозрительный Клавдий, придворный заговор вел к престолу Нерона. Однако сомнительно, чтобы пророчество апостола имело столь конкретный характер. Не случайно Господь Иисус говорит о многих *лжемессиях, антихристах. В каждую эпоху противники Духа Христова идут к своим целям, преодолевая какие-то препятствия, которые до времени «удерживают» их. В любом случае апостол Павел дает ясно понять, что время последнего антихриста еще впереди.

Отвергая бесплодность гаданий фессалоникийцев, он настоятельно просит не отходить от того, что им было проповедано. Он даже не побоялся употребить ради этого термин предание, распространенный в среде его бывших учителей фарисеев. Но речь шла не о том «предании человеческом», которое осуждал Христос (Мк.7:8). Когда апостол говорит: «Стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим» (2Фес.2:15), – он призывает к верности изначальному благовестию. Оно должно служить для христиан твердым ориентиром и лекарством от иллюзий.

Особенно подчеркивает Павел оздоровляющую роль трудовой жизни, поскольку хорошо знал презрительное отношение к труду в греко-римской среде: на труд смотрели как на унизительную повинность, недостойную свободных людей. Апостол категорически отверг попытки оправдать такой взгляд наступлением последних времен. Он сам работал не покладая рук и к этому же призывал свою паству. В заключение, решив раз и навсегда отделить свои послания от тех, которые ему приписывают, Павел указывает на знак подлинности: «Приветствие моею рукою Павловою, что служит знаком во всяком послании, пишу я так: благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь».

Беляев А., Исторический способ изъяснения учения апостола Павла о человеке греха, ВиР, 1899, №12; *Богословский М.И., Человек беззакония. История комментария 2Сол. II,1–12, ПС, 1885, т.2–3; еп.*Михаил (Лузин), Библейская наука. Фессалоникийская Церковь и послание к Фессалоникийцам, Тула, 1906, т.V, вып.2; свящ. Страхов В.Н., Второе послание св. апостола Павла к Фессалоникийцам. Исагогико-экзегетическое исследование, Серг.Пос.,1911; его же, Вера в близость «парусии», или Второе пришествие Господа в первохристианстве и у св. апостола Павла, Серг.Пос.,1914; *Титов Ф., Первое послание апостола Павла к Фессалоникийцам, К.,1893; Фадюхин С., Первое послание к Фессалоникийцам, БВс, 1967–1968; Фаминский К.Н., Первое послание Апостола Павла к Фессалоникийцам, ТБ, т.11; его же, Второе послание к Фессалоникийцам св. Апостола Павла, там же; еп.*Феофан (Говоров), Толкования Посланий св. Апостола Павла к Филиппийцам и Солунянам, М.,1895; Grayston K., The Letters of Paul to the Philippians and to the Thessalonians, L.-Camb.,1967; Morris L., The Epistles of Paul to the Thessalonians, L.,1956; Reese J.M., 1 and 2 Thessalonians, Collegeville, 1980; Schürmann H., Der erste Brief an die Thessalonicher, Lpz.,1961 (англ. пер.: The First Epistle to the Thessalonians, N.Y.,1969); id., Der zweite Brief an die Thessalonicher, Lpz.,1962 (англ. пер.: The Second Epistle to the Thessalonians, N.Y.,1969); прочую библиографию см. в статьях: *Исагогика; *Комментарии библейские; *Новый Завет, *Толковые Библии и в RFIB, t.2; JBC, v.2; NCCS; PCB.

15. Послание к Филимону принадлежит к числу написанных «из уз». Состоит из 1 главы. Подлинность его почти никем не оспаривалась. Древнейший список Флм. относится к 4 в.

Флм. является одним из четырех (наряду с 1–2 Тим. и Тит.) посланий, обращенных к отдельному лицу, причем оно представляет собой единственное дошедшее до нас частное письмо апостола по конкретному поводу. Филимон был одним из руководителей Колосской церкви, которую апостол хотел посетить после своего освобождения. Флм. написано в конце 63. К этому времени апостол Павел уже считал себя старым человеком (Флм.1:9). Вероятнее всего, поводом к написанию Флм. послужила встреча апостола в Риме с неким Онисимом, беглым рабом, который бежал от Филимона, своего хозяина. Павел обратил его ко Христу и теперь посылал в Колоссы с сопроводительным письмом, ходатайствуя за беглеца. «Прими его, – писал он, – как мое сердце». Называя Онисима своим сыном, которого он родил во Христе, и представляя его Филимону как его «брата», апостол тем самым отвергает распространенное в его время отношение к рабам как к одушевленной вещи. Это был нравственный переворот, ниспровергающий сам принцип рабовладения.

● *Берсье Е., Раб Онисим, в его книге: Беседы, СПб.,18912, т.2; Тищев Ф., Обстоятельства происхождения послания св. апостола Павла к Филимону, К.,1894; *Розанов Н.П., Послание к Филимону, ТБ, т.11; Petersen N.R., Rediscovering Paul, Fortress, 1985; Thompson G.H., The Letters of Paul to the Ephesians, to the Colossians and to Philemon, L.,1967; о Пастырских посланиях и Посланиях к евреям см. статьи, посвященные этим посланиям.

Комментарии для сайта Cackle