Образец проповеди о Животворящем Кресте

Образец проповеди о Животворящем Кресте

(10 голосов5.0 из 5)

«Слово о Кре­сте для поги­ба­ю­щих юрод­ство есть, а для нас спа­са­е­мых сила Божия». (1 Кор. 1:18)

Пред­веч­ный Бог, Тво­рец, Созда­тель, Под­но­жье ног Твоих — земля,
Ты на кре­сте рас­крыл объятья
Для рас­пи­на­ю­щих Тебя.

Сего­дня мно­гие утвер­ждают, что в гре­че­ском под­лин­нике нового Завета слово «крест» вовсе отсут­ствует, что это «был не крест, а столб» (ста­у­рос).

Сле­дует заме­тить, что согласно еврей­ской тра­ди­ции биб­лей­ский текст трак­ту­ется четырьмя спо­со­бами: бук­валь­ный смысл (евр. Пешат); алле­го­ри­че­ское тол­ко­ва­ние (Ремез); сокро­венно-мисти­че­ское (Сод); парал­лель­ное пояс­не­ние тек­ста (Деруш).

И вот мы видим алле­го­ри­че­ские про­об­разы Вет­хого Завета в Новом:

Иаков имел воз­люб­лен­ного сына Иосифа, кото­рого он послал к дру­гим своим детям, и они не при­няли его («При­шел к своим, и свои Его не при­няли». Ин. 1:11).

Бра­тья про­дали Иосифа за среб­ре­ники, подобно тому, как Иска­риот пре­дает Хри­ста за серебро (Мф. 26:15).

В Египте Иосиф женится на егип­тянке, и от брака родятся два сына — Манас­сия и Ефрем. Егип­тянка сим­во­ли­зи­рует собою «церкви языч­ни­ков», а Манас­сия и Ефрем — народы, про­изо­шед­шие от Иафета и Хама.

Как апо­стол Петр и гово­рит о них: «Неко­гда не народ, а ныне народ Божий; неко­гда непо­ми­ло­ван­ные, а ныне поми­ло­ваны». (1 Петр. 2:10). И мы знаем, что Иаков (отец), любя Иосифа (сына), назы­вает не своих детей (Манас­сию и Ефрема) сво­ими и вво­дит их в колена Израиля.

Как мы и читаем об уве­ро­вав­ших из числа языч­ни­ков: «Неко­гда не народ, а ныне народ Божий». (1 Петр. 2:10). Как же языч­ники смогли стать хри­сти­а­нами и что очи­стило и воз­вы­сило их до состо­я­ния чад Божиих? Ответ один: Кровь Хри­ста, про­ли­тая на кре­сте. Таким обра­зом, крест — есть ору­дие нашего спасения.

Мы так при­выкли к изоб­ра­же­ниям рас­пя­того Хри­ста, что не чув­ствуем всего ужаса про­изо­шед­шего собы­тия. Как будто оно про­ис­хо­дило только в нашем вооб­ра­же­нии и ко кре­сту при­би­вали не живое тело, а лишь абстракт­ную фигуру.

И сего­дня крест для мно­гих людей стал почти укра­ше­нием в их жизни: мод­ные VIР-пер­соны, твор­че­ская богема, «звезды» поп-музыки и актер­ский бомонд воз­дру­жают на себя золо­тые, брил­ли­ан­то­вые, анти­квар­ные кре­сты раз­ме­ром с иерейский…/люди почти забыли или про­сто не знают его потря­са­ю­щего тра­ги­че­ского значения.

Рус­ский худож­ник Нико­лай Ге был неудо­вле­тво­рен обыч­ными кар­ти­нами рас­пя­тия — от них зри­тель ухо­дил лишь с уми­ле­нием, а между тем, думал он, надо так изоб­ра­зить муки Спа­си­теля, чтобы люди ухо­дили от этого зре­лища, раз­ди­рая свои сердца.

Умом не объ­ять вели­кой тайны Боже­ствен­ной Любви, а ее глу­бо­чай­ший смысл откры­ва­ется на кре­сте. Не ржа­вые гвозди дер­жали на нем Пре­чи­стое Тело нашего Спа­си­теля, а любовь к людям. Сердце скло­ня­ется перед этой Жерт­вой в мол­ча­нии. Неда­ром пес­но­пе­ние, посвя­щен­ное «стра­стям Гос­под­ним» при­зы­вает: «Да мол­чит вся­кая плоть чело­ве­че­ская… ибо Царь цар­ству­ю­щих и Гос­подь гос­под­ству­ю­щих при­хо­дит закла­тися и датися в снедь вер­ным… Мно­го­очи­тые Херу­вимы и шесто­кры­ла­тые Сера­фимы лица свои закрывают».

В про­логе к «Атлас­ному баш­мачку» Поль Кло­дель сильно и убе­ди­тельно запе­чат­лел ситу­а­цию веру­ю­щего, попав­шего в беду. Хри­сти­ан­ский мис­си­о­нер, брат глав­ного героя Род­риго, чело­век колеб­лю­щийся, блуж­да­ю­щий между Богом и миром в смут­ном стрем­ле­нии к при­клю­че­ниям, пред­став­лен в момент кораб­ле­кру­ше­ния. Его корабль потоп­лен пира­тами, а сам он при­вя­зан к обломку мачты, и сей­час на этом куске дерева его носит по бушу­ю­щим и реву­щим водам оке­ана. И мыс­ленно этот чело­век молится среди пеня­щихся вод­ных гро­мад: «Бла­го­дарю Тебя, Боже, что Ты так при­ко­вал меня! Вре­ме­нами, бывало, мне каза­лись тягост­ными Твои заветы, и моя воля оста­ва­лась бес­по­мощ­ной перед лицом Твоих скри­жа­лей. Но нельзя быть свя­зан­ным с Тобою более тесно, чем я сей­час, и пере­бери ныне друг за дру­гом все члены моего тела, ни один не может отде­литься от Тебя ни на йоту. Так я поис­тине при­гвож­ден ко кре­сту, а крест не дер­жится ни на чем, но носится над бездной!».

Всего лишь про­стое бревно, в любой момент гото­вое сорваться в тем­ную пучину и зато­нуть со своей ношей… Но именно это бревно накрепко свя­зы­вает его с Богом, и связь эта несо­мненна и нераз­рывна, и в глу­бине души при­гвож­ден­ный знает, что это дерево силь­нее кло­ко­чу­щей под ним без­дны, кото­рая тем не менее посто­янно при­сут­ствует всей своей гроз­ной мощью.

Слово Божие упо­ми­нает «три древа»:

«От древа позна­ния добра и зла, не ешь от него… ибо… смер­тью умрешь!» (Быт. 2:17);

«Он грехи наши Сам воз­нес Телом Своим на Древо». (1 Петр. 2:24);

«Побеж­да­ю­щему дам вку­шать от Древа Жизни». (Откр. 2:7).

Пер­вое древо — «древо сове­сти», кото­рое при­вело к духов­ной ката­строфе пер­вых людей, физи­че­ской смерти и проклятию.

Вто­рое древо — крест Гол­гоф­ский, «древо искуп­ле­ния» от про­кля­тия и смерти (Гал. 3:13, 14).

Тре­тье древо — это «Древо Жизни», путь к кото­рому будет вновь открыт для всех спа­сен­ных во Христе.

Тот, кто хочет при­кос­нуться к глу­бо­кой тайне кре­ста, пусть подой­дет к ней в молчании.

Пред­стави себе мыс­ленно даже отча­сти всю без­дну стра­да­ний, кото­рую про­шел Христос.

Когда нача­лись они? Об этом мы не можем ска­зать, Ведь Он — Агнец, заклан­ный от созда­ния мира». (Откр. 13:8). Уже схож­де­ние Его на землю, обни­ща­ние ради нас, уни­чи­же­ние, «опу­сто­ше­ние» себя от Боже­ства — кено­зис — ради чело­века — было нача­лом кре­ста. И нико­гда Он не при­бе­гал к чуду для того, чтобы облег­чить свой крест­ный путь. Он не пре­тво­рил камни в хлебы — иначе Он не был бы при­ме­ром для нас, встре­ча­ю­щих одни лишь камни в пустыне этого мира.

На одной кар­тине с изоб­ра­же­нием Рас­пя­тия под кре­стом были напи­саны слова:

«Я это делал для тебя,

А что ты сде­лал для Меня?»

Шел ли ты с Ним поприще? «Если ска­жут тебе идти поприще… иди с ним два». (Мф. 5:41).

Поприще — это 1000 шагов (1472 метра). Рим­ский офи­цер имел тяже­лую воен­ную аму­ни­цию (около 60 кг). Он мог по сво­ему усмот­ре­нию воз­ло­жить эту ношу на любого жителя Пале­стины, ска­зав ему лишь одну фразу: «Ты идешь со мной поприще!» И воз­ла­гал на этого чело­века всю свою поклажу. И этот чело­век под паля­щим жар­ким солн­цем нес ношу 1400 шагов, после чего вправе был поло­жить ее на землю. И тогда этот воин воз­ла­гал на дру­гого подоб­ную миссию.

Кири­не­янин нес крест Гос­по­день на Гол­гофу (Мф. 27:32). Он шел не одно поприще, а столько, сколько надо, так как он нес не Гос­по­день крест, а СВОЙ. Гос­подь ничего худого не сде­лал, а кири­не­янин был греш­ни­ком, и это хорошо осо­зна­вал. Поэтому он сми­ренно шел поприще свое.

Осо­знает ли каж­дый из нас свою гре­хов­ность? Несет ли он свой крест?

Крест — ось мира, по выра­же­нию скеп­тика Ренана. Он также ось, опора твоей души. Если ось не на месте — ты дол­жен пере­жи­вать шата­ние, сомне­ние, рас­те­рян­ность и неуве­рен­ность в себе. Как «трость колеблемая»…

Апо­стол Павел сви­де­тель­ствует: «Я не желаю хва­литься ничем, разве только кре­стом Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста». (Гал. 6:14); «Хочу бла­го­вест­во­вать не в пре­муд­ро­сти слова, дабы не упразд­нить кре­ста Хри­стова». (1 Кор. 1:17); «Слово о кре­сте для поги­ба­ю­щих юрод­ство есть, а для нас спа­са­е­мых сила Божия». (1 Кор. 1:18). Крест все­гда и везде стал отныне для него обра­зом стра­да­ний, победы и славы Спасителя.

Четы­рех­ко­неч­ный крест зна­ме­нует собой четыре сто­роны света — то есть искуп­ле­ние Всего чело­ве­че­ства во всех кон­цах пла­неты; четыре вре­мени года — то есть веч­ную жертву.

Цер­ков­ные гим­но­графы назы­вают Крест вопло­ще­нием Любви, где вер­ти­каль­ная линия — любовь между Богом и чело­ве­ком, гори­зон­таль­ная линия — любовь между людьми. Тво­рец веч­но­сти сжал на кре­сте веч­ность в пре­делы вре­мени — это восемь кон­цов кре­ста, где «вось­мой» день недели имеет уни­каль­ный ста­тус — это одно­вре­менно и пер­вый день недели и вось­мой, вслед за суб­бо­той — день про­слав­лен­ный чудом Вос­кре­се­ния Спа­си­теля. Поэтому он — Воскресение.

Мы нико­гда до конца не смо­жем понять всей глу­бины тайны кре­ста. Ибо любое поня­тие есть вид огра­ни­че­ния. А как воз­ло­жить гра­ницы на Без­гра­нич­ного?! Мы можем лишь скло­нить колени пред этой тай­ной, ибо тайну вопро­шают не горым умом, а сми­рен­ным сердцем.

Сколько было тьмы непониманья,
Чтоб ладонь при­би­тая Христа
Про­тя­нула нам для умыванья
При­горшни пол­ные стыда.

И опять на непро­гляд­ных водах
Сто­ком осквер­нен­ного пруда
Лилия хва­та­ется за воздух,

Как ладонь при­би­тая Христа.

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки