• Цвет полей:

• Цвет фона:


• Шрифт: Book Antiqua Arial Times
• Размер: 14pt 12pt 11pt 10pt
• Выравнивание: по левому краю по ширине
 
Практическая Гомилетика. Проповеди на Церковные праздники Пособия по гомилетике

Практическая Гомилетика. Проповеди на Церковные праздники

 
Рейтинг публикации:
(1 голос: 5 из 5)

С тех пор, как человек отпал от Бога и стал смертен, возникло время, которое отсчитывает нам дни, часы и годы. И все наше богослужение живет во времени.

 

Оглавление

 

Начало Церковного Новолетия. 14 сентября н.с. (1 сентября с.с.)

Начало церковного новолетия. (Протоиерея Димитрия Смирнова)

С тех пор, как человек отпал от Бога и стал смертен, возникло время, которое отсчитывает нам дни, часы и годы. И все наше богослужение живет во времени. Сегодня заканчивается церковный год, завтрашний воскресный день совпал с новолетием. Весь круг церковных праздников начинается снова. И вот, как всегда, когда мы задумываемся о времени, мы невольно оборачиваемся назад. Мы живем в настоящем, но оно всегда миг, который невозможно уловить; будущее нам неведомо, и поэтому ум наш обращается на прошлое. Давайте оглянемся на прошедший церковный год и поразмыслим о том, что было нами упущено.

Начнем с православного богослужения. Оно устроено так, что одна часть его все время остается неизменной, а другая меняется. Полностью, досконально богослужебный круг повторяется раз в пятьсот с лишним лет. Поэтому никто, даже если он всю свою жизнь ежедневно утром и вечером ходит в храм, не может дважды попасть на одну и ту же службу, каждая служба уникальна. И при внимательном созерцании эта разница видна, хотя на первый взгляд все как бы похоже. Вот как две березы — кажется, что они одинаковы: стволы белые, листики зеленые с зубчиками; а если приглядеться, то они разные: у одной такие сучки, у другой другие, и листики разные, и количество их не совпадает. У Бога в Церкви так же, как и в Его творении, полное разнообразие.

В богослужении каждый участвует — а оно предполагает именно участие — в ту меру, в какую он способен. Одному служба навевает некие чувства, и он этим ограничивается; другой участвует в нем слухом; третий только зрением — смотрит, что происходит, а в слух ничего не входит. Кто-то участвует и умом — старается вникнуть в смысл происходящего и в смысл читаемого и певаемого. А иной еще в сердце все опускает, то есть не просто следит за службой, а молится духом, каждое произнесенное слово становится и его молитвой.

Отцы называли богослужение жизнью во Святом Духе, потому что познание Бога совершается в молитве, а через богослужение мы учимся молитве и учимся вечной жизни, которая есть также познание Бога. Из этой временной жизни мы все перейдем в вечность, но она будет у каждого своя. Как жизнь здесь у всех разная, так и вечность нам предстоит разная. Но если в земной жизни наблюдаются некие изменения: мы стареем, умнеем или, наоборот, глупеем от времени, — то там такого изменения нет. Известно, что от того, насколько мы здесь духовно преуспеем, и зависит наша вечная участь.

Что происходит с человеком, с его душой, когда он покидает этот временный мир? Если он сподобляется вечной жизни, то есть созерцания Бога, то непрестанно славословит Бога. Именно поэтому апостол Павел заповедал нам непрестанно молиться — для того, чтобы стяжать этот дар. Чтобы всегда, и днем, и ночью, что бы мы ни делали, мы своим умом, сердцем прославляли Бога и тем самым подготовили себя к вечности. Потому что в вечной жизни не нужно будет ни хлеб сеять, ни в очереди стоять, ни рубашки гладить — там только одно занятие: либо страдать от своих страстей, которые будут разрывать нас на части, либо славословить Бога.

И через православное христианское богослужение мы учимся славить Бога. Поэтому каждый раз, когда мы приходим в храм, независимо от того, понимаем мы или не понимаем, что здесь происходит; чувствуем что-то или не чувствуем; независимо от того, все слова молитвы входят в наш ум или какая-то только маленькая толика, — все равно мы посещаем великую школу молитвы, где учимся «молиться духом, молиться и умом», учимся молиться душой и нашим сознанием. Чтобы это учение было успешно, нам надо стараться вникать в богослужение. Каждый праздник, который мы пропустили, есть невозвратная потеря, потому что любой день в православном христианском богослужении имеет великое назидание и свои особенности, он имеет свое чтение, свой тропарь, свою духовную окраску.

Каждый раз, когда мы пропускаем службу — по лени и нерадению или в силу каких-то обстоятельств, которые не дают нам возможности прийти в храм, — нам надо об этом скорбеть. Время течет, праздник уходит, и мы как бы не изучаем того, что могли бы изучить. Хотя, к сожалению, и когда мы пребываем в храме, участвуя в богослужении, многое проходит мимо наших ушей. Нам нужно еще очень долго привыкать, очень долго настраиваться и долго еще учиться молиться. Вот как ребенок — он же не сразу учится читать: сначала по слогам, потом отдельные слова, потом предложения; а потом он еще бесчисленное множество лет делает ошибки в этих предложениях — сначала орфографические, буквы пропускает; потом учится запятые правильно расставлять.

Так же и в духовной жизни мы постоянно учимся. И оглядываясь на прошедший год, каждому из нас надо подумать: ну а чему я, собственно, научился, что я познал в этом году, к чему пришел? Вот прожил год и ходил этот год в храм. Было ли это просто хождение либо это было все-таки следование умом и сердцем за течением праздников, этих великих уроков, которые преподает Церковь, — уроков благочестия? Что я познал из закона Божия хотя бы умом, что начал из него воплощать в своей жизни?

Нам нужно наблюдать за собой. Но как это возможно? Господь сказал: «Царство Божие не приходит приметным образом». Поэтому, вглядываясь в свою душу, мы не можем понять, близки мы к Богу или далеки, не можем познать свою высоту или низость и степень своего падения, ибо нужно обязательно смотреть со стороны. Но тем не менее существуют некие вехи на нашем пути, которые мы можем и обязательно должны наблюдать для того, чтобы нам, «забывая заднее, простираться вперед», как апостол Павел нам заповедал, а не топтаться на месте.

Вот начинается новолетие, мы как бы поступаем в новый класс этой духовной школы, где Церковь через свои праздники, через свои песнопения, через чтение святых Писаний будет нас учить Царствию Небесному, учить приобретать те навыки, которые необходимы для жизни духовной, и искоренять те навыки, которые этому препятствуют.

Каждый из нас по крещению является сыном Божиим. Попробуем сравнить то царское достоинство, которое мы имеем от Христа, со своей собственной жизнью, и мы увидим, что она никак не соответствует тому высокому призванию, которому мы должны следовать. В человеке все состоит из привычек. Мы привыкли ко греху, привыкли к мирской жизни, нам очень трудно «из грязи выбраться в князи». И чтобы двигаться в духовной жизни, нужно прежде всего преодолеть этот греховный навык.

Какие вехи существуют на этом пути? Во-первых, надо начать это движение. Сначала необходимо приучить себя постоянно, неуклонно посещать храм — как ребенку, прежде чем научиться чему-нибудь в школе, надо выработать навык ежедневно в школу ходить. Когда первоклассник впервые приходит с урока, мама спрашивает: «Ну, что вам сегодня рассказывали?» А он ничего не помнит, потому что еще не научился запоминать того, что слышал. Перво-наперво в школе даже и уроков на дом не задают; ребенок сначала должен приучиться ходить в школу.

Посему требовать какого-либо духовного развития или понимания духовной жизни от человека, который постоянно не ходит в храм, просто бессмысленно. И чему-то научить человека, исправить его, если он не ходит на богослужение, практически невозможно. И чем-то помочь человеку в его духовной борьбе в этой жизни тоже затруднительно. Посещение храма — это первое и главное условие. Тем из нас, у кого такого навыка еще нет, надо его приобрести, потому что в противном случае их духовная жизнь, скорее всего, так и не сможет начаться.

Для начала надо научиться ходить на воскресную службу — в субботу вечером и в воскресенье утром. Это центр нашего богослужения, его апогей, вершина седмичной службы. Потом необходимо посещать двунадесятые праздники — двенадцать самых главных праздников года. Многие скажут: я работаю; как я могу прийти, если праздник совпадает с будним днем? Да, ты не можешь прийти на Божественную литургию, но на всенощное бдение прийти не только возможно, но и нужно, потому что вся литургическая красота данного праздника раскрывается именно во всенощном бдении, которое есть подготовка к кульминации, к литургии. Приходя на него, мы можем духовно участвовать в тех праздниках, которые есть в церковном году. Это первый этап.

Но иной этот навык уже приобрел, и не только навык, но и любовь к богослужению, к которому он стремится, которое он стал понимать и чувствовать. Чувствовать его красоту — не земную, а Небесную, потому что через богослужение мы приобщаемся к Небесной жизни, оно направляет наш ум на высокие предметы богословия и все время взывает к нашей совести и покаянию. Что делать дальше?

Второй этап — это рассматривание собственного сердца. Нужно смотреть, что в нашем сердце происходит. Каким образом можно это делать? Через те поступки, которые мы совершаем. Второй этап духовной жизни заключается в том, что в течение дня нам надо смотреть за собой: что мы делаем, что говорим, как себя ведем, и сравнивать это с тем, чему учит нас Святая Церковь через богослужение и через Евангелие. Тогда мы увидим множество поступков, прямо противоречащих тому, чему учит Господь. Вот эти дела, мысли, слова, противоречащие закону Божию, противоречащие воле Божией, и есть грех, который нам мешает взойти на Небо.

И чем больше мы будем ходить в храм, тем больше будем видеть в себе грехов. Если мы каждый день не видим в себе бесчисленное множество грехов, значит, мы еще не вступили во второй этап своего духовного развития, не положили еще начало покаянию, и нам нужно вновь и вновь ходить в храм, вновь и вновь просить у Бога Его милости, — просить до тех пор, пока не откроется у нас духовное видение. Оно заключается в том, чтобы увидеть, что мы люди грешные, что мы постоянно противимся воле Божией и вольно, и невольно.

Когда мы это увидим, можно будет сказать, что мы начали духовно прозревать, начали ощущать свою духовную несостоятельность. И если, познав свой грех, мы будем продолжать ходить в храм, продолжать молиться, каяться в своих грехах, то почувствуем, что грехи в нас как будто увеличиваются. Начинал в храм ходить — вроде ничего особенного не замечал за собой, а чем больше хожу, тем становлюсь более грешным. Нет, на самом деле более грешным не становишься, а просто больше видишь в себе духовных болезней. Это видение духовных своих недугов есть начало духовной жизни.

После этого человек вступает в следующий этап своего духовного развития — самый длительный, самый трудный. Он заключается в том, что человек искореняет в себе те грехи, которые видит, и по мере искоренения начинает видеть все новые и новые. Увидел в себе какой-то грех и стал с ним бороться. На эту борьбу может уйти очень много времени. И человек задумывается: в чем же дело, почему борьба моя неуспешна? Я замечаю в себе грех, я с ним борюсь, я прошу помощи Божией, я причащаюсь Святых Христовых Тайн, но все как бы топчусь на месте, ни вперед, ни назад. Тогда он начинает понимать, что каждый грех — это всего лишь побег, у которого есть свой корень, и, пока не истребить корень, побег будет продолжать зеленеть, грех будет цвести. Бесполезно сорняк подрезать, он вырастет снова, надо обязательно вырвать его с корнем.

Наблюдая за собой, за своей жизнью, за своими греховными проявлениями, мы можем определить свои главные духовные заболевания, которые святые отцы называют страстями, что в переводе со славянского значит страдания. То есть мы переходим в такую стадию, когда грех становится уже не радостен и сладок, а ненавистен и приносит нам страдания. Апостол Павел говорит: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю», потому что «живет во мне закон греха». Когда мы познаем главную страсть, которая действует в нас, мы все силы своей души должны употребить на ее искоренение. Тогда по мере истребления одной страсти будет выявляться другая; по уничтожении другой будет проявляться третья. И так всю жизнь до тех пор, пока мы полностью не очистимся от страстей. Подай, Господи!

Полное очищение от страстей и есть чистота сердечная. Тогда человек становится бесстрастен. Бесстрастный не значит невозмутимый — нет, это тот, у которого в сердце уже нет никаких греховных страстей; у него только одна страсть — любовь к Богу. Она проявляется в любви к ближнему и вообще ко всему живому и неживому творению Божьему. Если нет любви к ближнему, нету любви ко всякому творению, значит, собственно, и нет любви к Богу. А если нет любви к Богу, значит, есть любовь к чему-то еще — к различным идолам, грехам, потому что наши страсти нудят нас к ним.

Достигнув очищения сердца от страстей, мы узрим Бога, мы с Богом будем общаться непосредственно. Если сейчас нам нужно сквозь толщу помыслов, рассеяние, лень, сонливость, еще кучу всяких вещей прорываться к Богу, как бы кричать из глубины души, взывать к Нему, то тогда общение с Ним будет ничем не затруднено. Но для этого нужно очень долго работать. И тогда мы узнаем, что такое непрестанная молитва, чистое созерцание Бога, подлинное безмолвие. Можно себя приучить постоянно бормотать какое-то слово, выработать такой навык, но непрестанная молитва — это совсем другое. Она должна быть именно сердечной, в ней должно участвовать сердце. А участвовать оно может только в том случае, если оно очищено от страстей.

Если же человек пытается достичь сердечной молитвы, не очистив свое сердце, он становится часто бесноватым. Многие люди, еретики или заблуждающиеся, пытаются с помощью Иисусовой молитвы войти в какие-то духовные состояния, но они, кроме сумасшедшего дома, в результате ничего не получают, потому что со свиным рылом лезут в калашный ряд. Поэтому даже некоторые чудаки говорят: нельзя Иисусову молитву читать, с ума сойдешь. Нет, не сойдешь, если будешь совместно с молитвой совершать очищение своего сердца от греха. Нужно прежде очистить сердце, а уже потом стремиться к высоте созерцания Божества.

Это состояние очищенного сердца и неотступного предстояния Богу и есть святость, потому что в чистом сердце обычно поселяется Дух Святый. Человек тогда становится пророком, становится рабом Божиим, он, собственно, уже не живет для себя и, как апостол Павел, может сказать: «Не я живу, но живет во мне Христос». У него и мысли, и слова, и дела, и внешность — все Христово. Он как живой Христос, потому что является частью Тела Христова, целиком становится членом Церкви. И если Господь сразу не забирает его на Небеса, то только по одной причине, что, может быть, у него есть какие-нибудь особенные дарования, которыми он может послужить Богу на земле, то есть людям.

У Бога только одна забота: как бы людей привести на Небо. И если кто-то имеет к этому способности, Господь, бывает, оставляет его в мире для того, чтобы он потрудился. Человек уже предпринял труд для очищения своего сердца, но может еще потрудиться для очищения сердец других. Серафим Саровский так говорил: «Стяжи мирный дух, и вокруг тебя спасутся тысячи». Если где-нибудь заводится святой человек, вокруг него сразу тысячи спасаются. И чем более свят человек, чем больше он облагодатствован Святым Духом, тем больше количество спасаемых людей вокруг нас.

Бывают такие ослепительные святые, которые спасают сотни тысяч и даже миллионы людей. Например, Сергий Радонежский. Он обладал такой благодатью, что спас не только себя и монахов, своих учеников (десятки их стали святыми), — он всю Россию перевернул своей святостью, собрал ее воедино так, что она смогла выйти из того страшного тупика, в котором находилась во время татаро-монгольского пленения, попущенного россиянам за их грехи, за отступление от Бога, междоусобицу, нарушение закона любви. Господь попустил им побыть под татарами, чтобы они немножко, так сказать, опомнились, а потом послал Сергия Радонежского, собравшего все духовные силы Руси воедино, — и создалось заново наше государство, в котором мы с вами, слава Богу, живем.

Вот такой путь и нам всем предстоит, только каждому в свою меру. А начало его — посещение храма. Все мы ученики, все мы в начале этого пути, и от этого начала зависит дальнейшее. Дом всегда строится с фундамента. По милости Божией, все мы, каждый из нас вступает в новолетие, в новый церковный год. Пусть этот год не пройдет зря, пусть он пройдет так, чтобы мы хоть что-то усвоили. Господь через скорби, через болезни, через всякие жизненные обстоятельства будет нам помогать усваивать эту духовную науку, эти теоретические знания, которые мы приобретаем на богослужении. То, что мы недоделаем: недомолимся, недопостимся, недопоймем, как бы пропустим эти теоретические занятия, — мы будем усваивать уже на практических занятиях, живя обычной жизнью. Мы будем падать в грехи, расшибать себе нос, скатываться вниз, карабкаться наверх и все начинать сначала. Может быть, будем оставаться на второй год.

А многие остаются не только на второй год, но и на третий, а часто и на сороковой. Потому что, к сожалению, некоторые нерадивые по сорок лет в храм ходят, но никакого развития в них не происходит, не прибывает в них любовь. А раз не прибывает, значит, они не стали Христовыми, еще не поняли самого главного закона христианства — закона любви. Раз это человеку не понятно, значит, до сих пор его хождение в храм бессмысленно. Потому что Церковь существует не для того, чтобы молебны и панихиды служить, поминать о здравии и за упокой. За здравие и за упокой молятся и у мусульман — пойди в мечеть да помолись.

В чем отличие Православного исповедания христианства? Православное исповедание христианства есть жизнь во Святом Духе. Нам дано колоссальное сокровище: будучи людьми грешными, недостойными Царствия Божия, не имеющими на душе даже светлого пятна, тем не менее, по милости Божией, мы можем стоять на Небесах. И каждый раз, вступая в храм и участвуя в богослужении, мы стоим на Небе: «В храме стояще славы Твоея, на Небеси стояти мним». Это воистину так, с тех пор, как Христос пришел на землю и основал Церковь — это Небо, сошедшее на апостолов в Духе Святом. Господь основал Церковь, чтобы нам через нее восходить на Небо. Поэтому чем больше мы умом, сердцем, чувствами, всем нашим составом вникнем в эту жизнь церковную, в церковность, в ее благодатный закон, тем больше будем приобщаться Небесной жизни, тем больше будем приобщаться Христу, вечности, то есть тому, что для нас всех уготовано и, возможно, очень скоро нас ждет.

И суд Божий, собственно, в этом и состоит. Не думайте, что там будут подсчитывать, сколько раз ты поругался или сколько раз ты кому-то яблочко подарил, — нет. Суд состоит вот в чем: стоит человек перед Отцом, и сердце его известно Богу, он Богу открыт. И Господь смотрит, может этот человек жить в Царствии Божием или нет. Если может, Господь его берет. Если не может, Он его отстраняет от Царствия Небесного «во тьму кромешную, где плач и скрежет зубовный». Можно сказать: ох, как ужасно! Нет, это не ужасно, это просто закономерно. Возьмем рыбу и птицу — рыба в воде плавает, ей там хорошо, а птица в небе летает, ей там хорошо. Но если их поменять местами, обе задохнутся. Вот так и человек: если грешника в Царствие Небесное поместить, он сгорит; и если праведника поместить в преисподнюю, он будет гореть. Поэтому каждому свое; на что способна душа человека, то он и приобретает.

Если мы хотим достичь Небесной жизни, созерцания Пресвятой Троицы, надо свое сердце очистить, чтобы уже здесь, на земле, приобщиться к Небу. Если мы этого не достигнем, будем свою жизнь проводить во грехах, то такую же греховную наследуем и вечность. Пока мы еще здесь, на земле, у нас есть возможность покаяния, исправления, очищения, а при переходе за гроб этой возможности уже не будет. Как человеку, кончившему школу, если он там ничему не научился, уже поздно учиться, надо было раньше. Наша жизнь — это тоже школа, некий университет. Получим мы доступ в Царствие Небесное или не получим и нас выгонят оттуда со второго или с третьего курса?

Господь все для нас сделал: Он дал нам прекрасный закон Божий, и Он нам Сам помогает эти духовные уроки учить, Сам нас исправляет, ведет, поддерживает, все о нас печется и заботится. Если у нас есть благодарность и любовь к Богу, то мы постепенно будем это чувство развивать, углублять до тех пор, пока в нашем сердце ничего не останется, только один Христос. Мы больше ничего не будем любить, ничто нам так не будет мило, только Он один. Мы к Нему одному прилепимся, Ему одному будем служить, а все множество всякой суеты, в которой мы живем, померкнет.

Там, в вечности, не будет ничего из того, что составляет нашу теперешнюю жизнь. Там нас ждет либо вечное блаженство, либо вечное страдание. Блаженство от чистоты сердечной, потому что человек с чистым сердцем ни от чего не страдает, ничему не завидует, ни к чему мирскому не стремится, ему ничего земного не надо — он всем обладает, он обладает Самим Богом. Бывает такое состояние, полнота всяческого обладания, когда ничего не нужно — ни хлеба, ни сокровищ, ни каких-то развлечений. Все просто теряет смысл, когда человек приобрел Бога, потому что по сравнению с Богом все ничто.

А если человек обладает страстями? То в одном хочется согрешить, то в другом, — но как ни греши, не насытишься. И когда жизнь кончится, там уже греха не будет. Останется только одно желание, которое осуществить невозможно. Вот оно и страдание. Представьте человека, который сгорает от блуда — не год, не два, не миллион лет, не миллиард, а вечность. Как это страшно. А есть еще сребролюбие, обжорство, осуждение, гневливость, злопамятность — представляете, какой клубок? Что за жизнь мы там себе готовим, если не очистим свое сердце? Здесь мы на какие-то секунды можем ослабить огонь греха. Вот дико хочется выпить — ну выпил, и все, на душе легче. Здесь кто-то тебя обидел — взял задал (обычно детям, ни в чем не виноватым); злобу сорвал — и на душе легче. А там-то не сорвешь, там эта злоба так и будет в тебе кипеть, она будет тебя жечь — вот она, геенна огненная. Страсти греховные останутся, а возможности их удовлетворить не будет.

А человек, у которого одна только страсть — Бог, эту страсть сможет удовлетворить; он будет непрестанно Бога созерцать и прославлять, непрестанно Богом любоваться; он будет жить с Ним одной жизнью. Вот это, собственно, и есть вечная жизнь, это есть спасение, это есть Царствие Небесное, это есть святость — как угодно можно называть.

С завтрашнего дня мы вступаем в новый класс. Если за предыдущий год мы чему-то научились, слава Богу, пойдем дальше, не будем топтаться на месте, не будем зря времени терять — оно очень коротко. Наша жизнь, к сожалению, ничтожно коротка. Будем же трудиться для Господа, чтобы достигнуть Царствия Небесного. Аминь.

Крестовоздвиженский храм, 13 сентября 1986 года.

Рождество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии. 21 сентября н.с. (8 сентября с.с.)

Историко-экзегетическое содержание праздника. (Епископа Александра Милеанта)

В горной области на север от Иерусалима, на откосе одной из гор около Эздрелонской долины, лежал Назарет. Это был небольшой городок, ничем в истории себя не проявивший, почему евреи даже несколько презрительно отзывались о нем, говоря: «Из Назарета может ли быть что доброе?»

В этом-то городке жила благочестивая чета Иоакима и Анны, которых Господь избрал стать прародителями Спасителя мира. Иоаким происходил из дома царя Давида, а Анна — из священнического рода. Племянница Анны, праведная Елизавета, стала потом матерью Иоанна Крестителя и двоюродной сестрой будущей Девы Марии.

Праведный Иоаким был человеком зажиточным, имея большое количество скота. Вся жизнь этой праведной четы, несмотря на богатство, была проникнута духом благоговейной любви к Богу и милосердия к ближним. За эти качества они пользовались всеобщей любовью и уважением. Удручала их, однако, одна скорбь: они были бездетными, что у евреев считалось признаком наказания Божия. Они непрестанно просили у Бога послать им радость в ребенке, хотя уже в старости им мало оставалось надежды на это. Иоаким был особенно огорчен своим бесчадием и однажды, принося свой дар Богу, он услышал от некого Рувима жесткий укор: «Зачем ты прежде других желаешь принести свои дары Богу? Ведь ты недостоин, как бесплодный! » От великого горя праведный Иоаким удалился в пустыню для поста и молитвы.

Узнав об этом, праведная Анна, признавая себя виновницей их бесчадия, тоже восскорбела и стала еще усерднее молиться Богу, чтобы Он услышал ее и послал ей дитя. В одном из таких молитвенных моментов явился ей Ангел Господень и сказал: «Твоя молитва услышана Богом, и ты зачнешь и родишь дочь благословенную, выше всех земных дочерей. Ради Нее благословятся все роды земные. Нареки Ее Мария».

Услышав эти радостные слова, праведная Анна поклонилась Ангелу и сказала: «Жив Господь Бог мой! Если у меня действительно родится дитя, то я отдам его Господу на служение. Пусть оно служит Ему, восхваляя Его имя во всю жизнь».

Тот же Ангел Господень явился и праведному Иоакиму, сказав ему: «Бог милостиво принял твои молитвы. Жена твоя Анна зачнет и родит дочь, о которой весь мир будет радоваться. Вот и знамение верности моих слов: иди в Иерусалим, и там у золотых ворот ты встретишь свою жену».

Святой Иоаким немедля отравился в Иерусалим, взяв с собой дары как для жертвы Богу, так и для священников.

Придя в Иерусалим, Иоаким встретил свою жену Анну, как предсказал Ангел, и они рассказали друг другу все, возвещенное им, и, проведя еще некоторое время в Иерусалиме возвратились домой, в Назарет. По прошествии положенного срока чревоношения праведная Анна родила дочь, Которую назвала Марией, как повелел ей Ангел.

По прошествии года святой Иоаким устроил пир, на который созвал священников, старейшин и всех своих знакомых. На этом пиру он поднял свою Благословенную Дочь и, показывая всем, просил священников благословить Ее.

Зачатие святой Анной празднуется Церковью 22 декабря н.с. (9 декабря с.с), называя это зачатие преславным и святым. Однако Православная Церковь не признает это зачатие бессеменным и непорочным, как учит католическая церковь, которая в 19 веке провозгласила догмат «Непорочного зачатия». Среди католиков высказывались возражения против такого учения, почему на Триденском соборе оно считалось лишь мнением. Но в 1854 году папа Пий 9-ый возвел мнение о непорочном зачатии Девы Марии в степень догмата, не имея на то никаких данных ни в Священном Писании, ни в учении Отцов Церкви.

Православная же Церковь лишь рождение Господа нашего Иисуса Христа признает непорочным, ибо Он был рожден чудесным образом — от Духа Свята и Марии Девы. Дева же Мария родилась естественным путем и, хотя лично была безгрешной, все же имела природу, поврежденную прародительским грехом, и потому Сама нуждалась в искуплении. По словам св. Амвросия, «из всех рожденных женами только один свят совершенно: Господь наш Иисус Христос, Который по особенному, новому образу непорочного рождения, не испытал земного повреждения».

В православной христианской богословской литературе есть много трактатов, направленных против непорочного зачатия святой Анной Девы Марии. Мы приведем только мнение проф. Киевской Духовной Академии, прот. И. М. Скворцова, сказавшего: «Евангелие свидетельствует, что Святой Дух нисшел на Святую Деву и осенил Ее, и вследствие этого рождаемое от Нее — свято, совершенно чисто, безгрешно. Нужно ли поэтому, чтобы Святая Дева Сама родилась без порока? Не вследствие того, что Она от рождения была свята, а вследствие сошествия на Нее Святого Духа, как в чистейший и достойнейший сосуд. Предание свидетельствует, что Богоматери необходимо было приготовление в храме с 3-х летнего возраста. Первородный грех не мог в Ней развиваться. Воспитание при храме и молитва очищали в Ней всю душу. Окончательное же освящение было в день Благовещения. Но как мог быть очищен первородный грех, когда еще не совершилось искупление? Эта тайна благословенного Семени Жены, от века уготованного. Благодать Святого Духа могла поставить в минуту зачатия Сына Божия все существо Богоматери на такую высоту смирения и благоговения, что в зачатии не участвовало ничто человечески поврежденное».

Рождество Божией Матери. (Архиепископа Сурожского Антония)

В Своем Евангелии Господь и Бог наш говорит: Когда наступает время младенцу родиться, то бывает скорбь: когда же родится — пребывает одна радость, ибо новая жизнь вошла в мир… И когда рождается ребенок, окружающие дивятся: какова будет судьба этого младенца? Рождение младенца — только первый день его; какова будет долгая чреда дней, составляющих человеческую жизнь? И каков будет последний день, который подведет итог всему, что было жизнью этого человека?

Сегодня мы празднуем рождение Божией Матери, и наша мысль обращена к Ней. Она родилась, — как говорит Евангелие, — не от хотения плоти и не от хотения мужа; Она родилась от Бога. Она родилась как последнее, заключительное звено длинной цепи людей, мужчин и женщин, которые на протяжении всей человеческой истории боролись: они боролись за чистоту, боролись за веру и полноту, боролись за цельность, боролись, дабы на первом месте в их жизни был Бог, и они поклонились бы Ему в истине и послужили Ему со всей верностью. В этом длинном ряду людей были и грешники, в жизни которых, может быть, была только одна черта, искупающая их существование; были в нем и святые, в чьей жизни едва сыщется какой недостаток. Но всем им приходилось бороться, и у всех них одна черта была общей: они боролись во имя Божие — против самих себя, не против других — для того, чтобы восторжествовал Бог. И постепенно, из столетия в столетие, они подготовили Наследницу своего рода, Которая должна была родиться, как и всякий младенец, в ряду добра и зла, греха и святости, но была бы таким ребенком, который изберет добро с самого начала и будет жить в чистоте и во всецелой верности своему человеческому величию…

Сегодня родилась Божия Матерь; сегодня начинается преодоление того разделения, которое существовало между Богом и человеком с момента падения; родилась Та, Которая станет Мостом между Небом и землей; Та, Которая станет Дверью Воплощения, дверью, раскрывающейся на Небо. Будем радоваться сегодня, ибо начало спасения пришло; станем думать о Ней с лаской, дивиться на Нее и просить Ее научить нас — может быть, не уподобиться Ей, потому что большинство из нас не может на это надеяться, но — любить Ее с благоговением, поклоняться Ей так, чтобы стать достойными быть одного с Ней рода: рода человеческого, от которого родился Бог, потому что Она явила такую совершенную верность. Аминь.

(21 сентября 1981 г.)

Память праведных Богоотцов Иоакима и Анны. 22 сентября н.с. (9 сентября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святой праведный Иоаким, сын Варпафира, был потомком царя Давида, которому Бог обещал, что от семени его потомков родится Спаситель мира. Праведная Анна была дочерью Матфана и по отцу была из колена Левина, а по матери — из колена Иудина. Супруги жили в Назарете Галилейском. Они не имели детей до глубокой старости и всю жизнь скорбели об этом. Им приходилось переносить презрение и насмешки, так как в то время бесчадие считалось позором. Но они никогда не роптали и только горячо молились Богу, смиренно уповая на Его Волю. Однажды, во время большого праздника, дары, которые праведный Иоаким взял в Иерусалим для принесения их Богу, не были приняты священником Рувимом, который считал, что бездетный муж недостоин приносить жертву Богу. Это очень опечалило старца, и он, считая себя самым грешным из людей, решил не возвращаться домой, а поселиться в одиночестве в пустынном месте. Его праведная супруга Анна, узнав, какому унижению подвергся ее муж, стала в посте и молитве скорбно просить Бога о даровании ей ребенка. В пустынном уединении и постничестве о том же просил Бога и праведный Иоаким. И молитва святых супругов была услышана: им обоим Ангел возвестил о том, что родится у них Дочь, Которую благословит весь род человеческий. По повелению Небесного Вестника, праведные Иоаким и Анна встретились в Иерусалиме, где, по обетованию Божию, у них и родилась Дочь, нареченная Марией.

Святой Иоаким преставился через несколько лет по введении во храм Благословенной своей Дочери, в 80-летнем возрасте. Святая Анна скончалась 70-ти лет, через два года после него, проведя их при храме, рядом с Дочерью.

Слово в день празднования праведным Богоотцам Иоакиму и Анне. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Радуйтеся, Иоакиме и Анно: радуйтеся, яко радости и спасения Ходатаица… нам раждается.

Друзья! Вчера мы праздновали Рождество Той, Которая стала Матерью всего человечества, Которая Своим Рождеством положила начало нашему спасению. Ибо Она едина и единого ввела Христа во вселенную — спасение душ наших, ибо Она едина и Ею единой земная с небесными совокупились. И не было пред величием совершившегося события в тот день места памяти о ком-то другом. Но сегодня Святая Церковь, еще продолжая праздновать Рождество Богоотроковицы, предлагает нам воздать благодарную молитвенную память тем, кому мы обязаны появлением Ее в мире. Это родители Пресвятой, Пречистой и Преблагословенной Владычицы нашей Богородицы — Иоаким и Анна!

Кто они, как жили, как сохраняли непоколебимой веру свою и надежду на Бога в то время, когда уже наметился упадок ее в израильском народе? Мать и отец Той, Которая стала Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим, — потомки благословенных Богом родов. Иоаким — сын царского рода Давидова и Анна — первосвященнического рода Левиина по отцу и из колена Иудина по матери жили в Назарете Галилейском.

Соединенные союзом любви в честном браке, они сохранили его как великое Таинство, полагающее начало и человеческой, и священной истории. Относясь к браку как к венцу и завершению Божественного домостроительства, они ожидали благословенного плода как исполнения своего предназначения на земле. Эта высшая цель жизни — родить и воспитать потомство для Бога и в Боге — подогревалась еще и всеобщим ожиданием в израильском народе Мессии — Избавителя и Спасителя мира. И тайная, в подсознании гнездящаяся мысль: «Не я ли обрету благословение Божие послужить столь великой цели?» — питала надежды многих.

Явное было Божие благословение на доме супругов: богатство и всяческий достаток сопутствовали им. Но не для кого было им собирать имение. Дом их оставался бездетным. И это обстоятельство укрепляло и вдохновляло их на духовные подвиги, усердие и постоянство в молитве.

Благочестие супругов, рождающееся всецелым обращением к Богу и надеждой получить просимое, одаривало и Божий храм, и Божий люд — бедных и странных — щедрыми жертвами. Именно в это время невидимо созидался дом души их.

Терпение, навыкнув во времени, родило глубочайшее смирение. Ведь именно оно, возросшее и покоящееся на твердом уповании на волю Божию, ограждало их от ропота в момент тяжкого испытания, сквозь которое предстояло им пройти в старости своей.

Годы шли. И если в молодых летах супруги еще жили надеждой на исполнение своего благочестивого желания, то состарившись, они с недоумением и прискорбием взирали на бесплодно прожитую жизнь. Ибо бесплодие (по народному поверью) обличало благочестивую чету в каких-то неведомых им грехах и давало повод к поношению и оскорблению от окружающих. И обрушилось это поношение на них тем более и тем неожиданнее, что они в своей преданности Богу начали уже было забывать и самое желание чада.

В один из великих праздников старец Иоаким пришел в Иерусалимский храм с намерением принести жертву Господу, но приношение было отвергнуто священником. И больно ударили старца слова священника о том, что жертва бездетного не может быть приятна Богу. Неожиданный упрек поразил сердце праведника. И, не зная за собой греха, он принимает поношение как справедливый гнев Божий, преследующий его бесчадием.

Смиренное сознание своей греховности ведет старца в пустыню в одиночестве предстоять Богу в молитве и посте, призывая на себя Божие милосердие. Сорок дней напряженного молитвенного подвига подъял старец.

О чем молился он, что просил, чем дышало его сердце? Сокрыто это от глаз людских. Ведомо это одному Богу. Мы же все знаем, что совершилось невозможное людям. «Иде-же хощет Бог побеждается естества чин… И утроба нераждающая раждает».

Но не один нес свой сорокадневный подвиг Иоаким. Его верная богобоязненная супруга Анна, соединяясь с ним в супружестве в одно существо, и теперь в горе вторит молитвой супругу. И она знает, что просить. Не останавливаясь пред естественными преградами к исполнению ее прошения, она просит чуда. «Разреши болезнь сердца моего и разверзи узы моего неплодия! Да будет рожденное мною принесено в дар Тебе и да благословится и прославится в нем Твое милосердие».

Пройден искус целой жизнью. И жизнь воспитала и явила праведников. Они всю жизнь верно служили Богу, они звали Его непрестанно и неотступно, они звали Его и тогда, когда ожидать просимого было уже бессмысленно.

Сколько примеров знаем мы, подтверждающих, что у Бога нет ничего невозможного. Одно мановение Его — и вмиг все меняется. Он один все может — и падших восстановить, и заблудших обратить, и соблазнившихся исправить, и грешников, совершивших преступления, переменить и соделать праведными, и умерших оживить, и обветшалое обновить.

Если Господь творит несущее сущим, нигде и никогда не являющемуся дарует бытие, тем легче Ему поправить то, что есть и что давно уже было. Господь чудодействует и творит необыкновенные дела, но совершает это не вдруг, не тотчас в ответ на прошение, но испытывая и упражняя терпение терпящих и надежду верных. Нам же, по примеру праведников, надо не падать духом.

Да, в Священном Писании и священной истории нет ни одной лишней буквы, ни одного ненужного события, но все дается живущим в пример и назидание на все времена.

Недолго после рождения Дщери прожили престарелые Ее родители. Исполняя данный Богу обет, они трехлетнюю Юницу ввели в храм Господень воспитаться в Боге. Через несколько лет после этого события они скончались. Иоаким в восьмидесятилетнем возрасте и Анна, пережив супруга на два года, семидесяти лет, отошли ко Господу. Благочестие же свое, воспитанное в превратностях жизни, они передали Дщери своей, вручив Ее Богу воспитатися во Святая Святых.

И по примеру Иоакима и Анны, по примеру всех праведников, живущих во все времена, можно сказать, что нет иного действительного искушения и страха, кроме греха. Только грех разоряет жизнь и губит все живое. Все же прочее, каково бы оно ни было, — кратковременно и не вредит бодрому духу, укорененному в Боге исполнением данных Ему обетов.

И сегодня, вспоминая благочестивую семью Иоакима и Анны и рожденную ими благословенную Дщерь, не оглянемся ли мы на себя, на наше время с его духом разорения, а не созидания. И не зададим ли себе вопрос: в чем причина, где корень жестокой и мрачной непогоды, обступившей мир и ставящей его на край гибели?

Не мы ли — разорители домашней церкви, не мы ли — нарушители старинных правил семейного порядка, не мы ли — отдавшие чад своих на воспитание в страну далече, где питают их волчцами и тернием и уводят от Отца Небесного, уводят от родителей земных.

Жизнь — трудное дело. И она становится невыносимо трудна, когда из нее изгоняется Бог. Ведь когда изгоняется Бог из дома, на Его место приходят злейшие духи, сеющие свои смертоносные плевелы. Мрак и тьма давно начали осуществлять свои смертоносные планы, восстав на семью, на материнство, которое кроет в себе будущее мира — воспитание потомства.

И надо нам с вами это понимать, ибо это — наше настоящее и наше будущее. И в этом наша ответственность пред Богом. Ответственность страшная!

Вслушайтесь в слова, которые сказал великий учитель Церкви Иоанн Златоуст: «Родители, которые пренебрегают воспитывать своих детей по-христиански, беззаконнее детоубийц, ибо детоубийцы тело от души разлучают, а они и душу, и тело ввергают в геенну огненную».

За семьдесят лет пленения Церкви сколько поколений выросло порабощенными мраком безбожия и зараженными материалистическим духом стяжательства и накопления. Люди выросли без Бога. И теперь мы с вами должны входить в реальную обстановку жизни нашей, терпеливостью своей в трудах и молитве пытаться исправить то, что было нарушено.

Всем нам необходимо понять сейчас, что надо срочно спасать от тлетворного духа времени и возвращать Богу нашу малую церковь, нашу семью. Надо именно в ней возжечь лампаду христианской жизни в Боге. И только в этом — спасение мира, наше спасение.

Мы не преуспеем сразу, нам будет крайне трудно, но делать надо ради жизни в вечности.

Ведь отцы и матери, Богом благословенные творцы и покровители детей своих, ответственны за них и за себя. И не наше ли дело теперь, в пустыне мира, где царят одиночество, суета и равнодушие, тревожная неуверенность и злоба, создать очаг молитвы. Надо помнить, что где двое или трое собраны во имя Божие, там и Господь посреди них.

Тогда оживет дом! И один, и другой, и третий. Устроятся расстроенные безбожием порядки внутренней жизни семьи и каждого человека. И Царство Божие, вернувшееся в душу, снова начнет преображать мир. И вернутся дети к Богу, и вернутся к родителям своим из непогоды окружающего мира.

В Священном Писании Господь дает и не раз напоминает родителям об их особой власти и праве по отношению к детям, дает им особую силу ходатайствовать о детях пред Богом. Так давайте же, дорогие мои, пользоваться этой силой и этой властью. Но для этого всем нам надо иметь несомненную веру и дерзновение в молитве.

Есть и еще одно условие, без которого плода не будет, — это наш повседневный труд в деле воспитания детей. Много, много слез проливается теперь матерью над детьми и от детей. Какую невыносимую тугу и боль несет ее сердце, видя чад, отвергающих благое и сознательно избирающих злое.

Мать начинает молиться, она просит Бога о помощи, но не получает ее. Почему же? Да потому, дорогие мои, что нельзя возлагать на Бога то, что обязаны были сделать мы сами. Ведь именно родители в первую очередь должны заботиться о детях, засевать землю их сердечек добрыми семенами веры и страха Божия. А посеяв, кропотливо взращивать посеянное и охранять от непогоды дурных влияний. И для этого нужен труд, нужно духовное напряжение, надо всегда помнить о детях и о своей ответственности за них пред Богом.

Отцы и матери! Одни без детей своих вы спастись не можете — и это надо помнить! Что можем мы ждать от детей, если наша забота о них будет ограничиваться только стремлением накормить и одеть их? А кто сделает остальное? Улица? Школа?

Да и нельзя, дорогие мои, забывать еще одно. Слова чужого человека, даже и благонамеренного, действуют на ум ребенка, слово же матери касается непосредственно его сердечка, а слово и пример отца дают чаду силу и энергию к воплощению.

Так не ограничивайте своего влияния на детей только заботой раз в неделю привести их в церковь и оставить в ней на их же произвол. Нет, это не возродит живой веры. Ваша забота должна состоять в воспитании в детях страха Божия, во внушении им православных христианских понятий, в научении их своим примером, всей жизнью своей. Вникайте в жизнь чада, знайте его думы. Разговаривайте с ним обо всем. Благословляйте детей ежедневно утром и вечером, даже и тогда, когда их нет дома.

А христианский строй жизни в семье с постами, молитвенным правилом утром и вечером, хотя бы кратким и с учетом детских возможностей и занятости, с посещением храма всей семьей и приобщением всем вместе к Таинствам — все это незримо будет созидать детскую душу. И посеянное в детской душе непременно прозябнет и в зрелые годы.

Веками утвержденный опыт показывает, что крестное знамение имеет великую силу на все действия человека и во все продолжение жизни. Поэтому необходимо укоренять в детях обычай чаще ограждать себя крестным знамением, особенно перед принятием пищи, ложась спать и просыпаясь, перед выходом из дома. «Иже крестом ограждаемы, врагу противляемся » — это спасет детей наших от многих бед и опасностей.

В старину того почитали несчастным, кто знает все, но не знает Бога. И того считали счастливым, кто знает Бога, хотя бы и не знал ничего другого. Это не значит, что осуждали образованность, нет, просто мудрость Божия не шла ни в какое сравнение с мудростью человеческой. Ибо мудрость Божия снабдевает людей высшей правдой и истиной. И постоянное благочестие, обретенное знанием законов Божиих и заповедей Христа на пути Христовом, ограждает от заблуждений на пути мудрости человеческой.

Так надлежит нам учить детей наших сейчас, воспитывая в них высшую нравственность христианскую, чтобы жили они, чтобы живы были мы и не захлебнулся бы мир злом окончательно. Так примером нашим и трудом нашим должно нам воспитывать чад своих. Жить по совести, жить по правде.

Будем же всегда помнить свою ответственность и приводить на память слова святых мужей: «Малое деревце, куда наклонишь его, туда и будет расти. Новый сосуд будет издавать тот запах, каким напитаете его вы, вливая в него или смрадную жидкость, или ароматную и чистую».

Исповедуя во всеуслышание в семье Божию Доброту и Божие Промышление, будем же давать детям первые уроки богопознания и молитвы. Это будет самый важный урок благочестия, который сохранится в сердце на всю жизнь и сохранит ребенка в этой жизни для Жизни Вечной. А закончу я словами святого учителя Церкви Иоанна Златоуста: «Нет никакого высшего искусства, как искусство воспитания. Мудрый воспитатель создает живой образ, смотря на который, радуется Бог и люди». Так, чтобы не плакать нам ныне от чад своих, чтобы не оплакивать их и себя, когда они вырастут, и чтобы нынешние слезы не стали началом будущих, не будем делать дело Божие — воспитание детей — с небрежением.

Друзья, если мы и теперь не восчувствуем грозящей нам опасности духовного одичания человечества, теряющего постепенно образ и подобие Божие, если не приостановим процесс богоотступничества и утери веры в семьях своих, в себе, то близок срок, когда осуществятся слова Христа Спасителя:»…Сын Человеческий, пришедши, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18:8). Аминь.

22 (9) сентября 1991 года

Воздвижение Креста Господня. 27 сентября н.с. (14 сентября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника. (Епископа Александра Милеанта)

Крест, на котором был распят Господь наш Иисус Христос, обрела святая равноапостольная царица Елена, мать Константина Великого. С воцарением ее сына, царица Елена жила при дворе. Не вмешиваясь в политические дела, она посвящала оставшиеся годы своей жизни на укрепление христианской веры. Невозможно представить ничего печальнее и безотраднее того состояния, в котором последнее римское завоевание оставило Палестину. На развалинах города Давида был восстановлен новый город, украшенный языческими храмами и другими памятниками идолослужения. Алтарь Юпитера помещен был на том самом месте, где прежде стоял храм Соломона. Намеренно или случайно места, освященные рождением и смертью Спасителя, были осквернены капищами, посвященными гнусным мистериям. Над главными городскими воротами поставлено было изображение свиньи, дабы этою ненавистною израильтянам эмблемой заставить их еще более удаляться от своего священного города.

По прибытии в Иерусалим первым желанием императрицы было посетить место погребения Спасителя. «Пойдем, — сказала она, — пойдем почтить то место, где священные стопы Его перестали шествовать». Но, к великому ее удивлению, никто не мог в точности указать это место. Уже с давнего времени язычники завалили пещеру, в которой погребен был Иисус Христос, дабы лишить ее почитания, какое оказывали ей христиане. Мало-помалу и сами христиане перестали посещать пещеру, дабы не оказать какого-либо почтения предметам идолослужения, намеренно поставленным язычниками на святом месте. Затем, вследствие совершившихся в Иерусалиме политических переворотов, пожаров и опустошений, самое расположение города намного изменилось. Новое поколение, населявшее город, почти утратило предания о святых местах. От всеобщего забвения сохранилось только место рождения Спасителя — Вифлеемская пещера. Но Елена не отступила пред этими препятствиями. По ее приглашению, к ней собрались образованнейшие из христиан и иудеев, и в ее присутствии произвели топографическое исследование о месте страданий Иисуса Христа. Рассказывают, что в этом случае оказал большие услуги один иудей, наследовавший от своих предков тайну о святых христианских местах.

Едва только определено было место страдания Иисуса Христа, как сама Елена, во главе работников и воинов, поспешила на указанное место и велела его расчистить. Работа представляла большие затруднения; нужно было разрушить большое количество построек, возвышавшихся на холме голгофском и его окрестностях. Но Елена имела повеление от Константина не отступать ни пред какими затруднениями. Разрушали и дома, и храмы языческие, копали глубокие ямы, и притом заботились как можно дальше уносить выкопанные материалы, дабы очистить святое место от всего, что было сделано руками язычников. Святая Елена побуждала всех к труду горячими словами. «Вот, — говорила она, — место сражения, но где же знамение победы? Я ищу этого знамения нашего спасения, и не нахожу его. Как! Я царствую, а крест моего Спасителя лежит в прахе!.. Как вы хотите, чтобы я считала себя спасенною, когда я не вижу знамения моего искупления?»

Наконец, чрезвычайные усилия святой Елены Господь благословил полным успехом: под развалинами капища Венеры открыта была пещера святого гроба и, по свидетельству всех историков, (кроме Евсевия), найдены три деревянных креста, сохранившихся совершенно невредимыми. Никто не сомневался, что эти кресты были орудиями казни Иисуса Христа и двух разбойников, с Ним распятых. Затруднение состояло только в том, каким образом узнать на котором из трех крестов пострадал Богочеловек.

К месту, где лежали кресты, принесена была женщина, одержимая неисцелимою болезнью; достали из пещеры три найденные креста. Епископ Иерусалимский Макарий, императрица Елена и все присутствующие пали на колени, прося Господа указать им древо спасения. Затем на больную по очереди были положены два креста, но безуспешно. Но едва только третий крест коснулся членов умирающей, как она открыла глаза, встала на ноги и начала ходить, прославляя Господа.

Едва только Господь силою чуда засвидетельствовал истинный крест Христов, как святая Елена, с сердцем, исполненным радости и одновременно страха, поспешила приблизиться к священному древу. Она желала, но вместе с тем считала себя недостойною прикоснуться и облобызать столь великую святыню. С чувствами глубочайшего благоговения преклонилась она пред крестом Христовым.

До отъезда из Палестины царица очень деятельно занялась сооружением церкви Воскресения и Креста Христова, которую решили воздвигнуть над святою гробницею. Кроме этого храма, Елена начала строить еще другие два: над пещерою Вифлеемской, где родился Спаситель, и на горе Елеонской — откуда Он вознесся на небо. Среди всеобщего торжества, окруженная любовью и уважением всех христиан, Елена почувствовала приближение смерти и скончалась, имея от рождения около 80 лет. Она умерла в начале 328 года на руках своего сына и внука Констанция; она увещевала управлять вверенными ему Богом народами справедливо, делать добро, не превозноситься, а служить Господу со страхом и трепетом.

На Воздвижение Честного Креста Господня. (Отца Виктора Ильенко)

Когда пред нами лежит крест и мы, поклонившись ему до земли, явили тем наше к нему благоговение и готовы целовать его сердцем и устами, чтобы сим выразить нашу любовь к распятому Иисусу Христу, — в эти самые минуты побеседуем о значении Креста Христова.

Крест — хранитель всея вселенный, Крест — красота Церкви, Крест — царей держава, Крест — верных утверждение, Крест — ангелов слава и демонов язва!

Крест — христиан упование, заблудших наставниче, обуреваемых пристанище, в бранях победа, вселенной утверждение, недужных врачу, мертвых воскресение!

Церковные поэты, составители стихир, этими наименованиями Креста Христова стремились не только выразить силу и значение его, но и расположить нас верить в него.

Для нас естественно и положить на себе крестное знамение, и носить его на груди, и видеть повсюду его: и в храмах и на кладбищах и на возвышенных местах. Крест вместе с проповедью о Христе распятом так глубоко вошел в жизнь человечества, что никакие силы уже не в состоянии его уничтожить. Если же когда настанет время, что его не будет видно; если придут такие жуткие дни, когда креста будут стыдиться и бояться показать веру в него, то это будет верным знаком скорого второго пришествия Христова для суда над миром, прелюбодейным и грешным. Тогда-то явится, уже не в потаенных местах, а на небе, так что все будут видеть, знамение Сына человеческого, вожделенный для нас, христиан, Крест Христов, и тогда восплачутся пред ним все племена земные. (Мф. 24:30).

Крест Христов не только в первые годы проповеди апостольской был для одних соблазном, а для других безумием; не только люди, впервые слышавшие проповедь о Господе распятом, смущались, недоумевали и не верили тому, что наше спасение могло совершиться таким именно, как будто странным и страшным образом, но и те, кто с детства христианин, приходя в возраст, соблазняются проповедью Церкви о нашем спасении через страдания Сына Божия на кресте. И не столько соблазняются фактом распятия Сына Божия, сколько словами Спасителя: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Если страдания Христовы приемлются верою, то учение Церкви о том, что для нашего спасения и мы должны сораспяться Христу, плоть свою распять со страстьми и похотьми, безропотно нести крест жизни, — это учение не всегда находит отклик, не всегда признается за единственный путь ко спасению. Проще и яснее говоря, — и верующие часто не понимают смысла страданий, скорбей, горестей и болезней, которыми надлежит нам в Царствие Божие внити. (Деян. 14:22).

Вместо того, чтобы терпеливо нести крест жизни с верою в распятого Спасителя и этим приготовить себя к Царствию Божию, современное нам человечество все силы и возможности прилагает к тому, чтобы устроиться со всеми удобствами здесь на земле. Эта тяга к земному благополучию, к беспечальной жизни рождает в отдельных лицах холодность к Богу, маловерие и даже совершенное отпадение от веры, а в массах — неудержимое влечение к социальным и государственным переворотам, которые будто бы должны привести к всеобщему счастью.

Некогда диавол соблазнял первых людей: «Если вкусите от древа познания добра и зла, то будете сами, как боги». Другими словами — откажитесь от Бога, не слушайте Его, — и вам будет хорошо, лучше, чем сейчас. Не то же ли самое происходит и теперь? Вы хотите счастья, как бы так спрашивает каждого прежний соблазнитель диавол, — откажитесь тогда от Евангелия, которое требует от вас поста, воздержания, покаяния, плача о грехах; откажитесь от Христа, распятого, обещающего вам Царство небесное, — и вы устроитесь прекрасно на земле, будете счастливы. И поскольку желание счастья, благобытия врожденно человеку, трудно ему устоять пред этим соблазнительным призывом, трудно ему бороться со своим желанием пожить здесь во все свое удовольствие. И потому все меньше и меньше становится число верных учеников у Спасителя нашего.

На наше счастье мы не видим, чтобы отказавшиеся от Господа люди были бы действительно счастливы, чтобы их жизнь текла без печалей. Это нам урок и спасительное предостережение!

Но самым лучшим средством против сего соблазна является близость к Господу Иисусу Христу, распятому, правда, но и воскресшему и обещавшему нам, Его верным ученикам, наследие вечной жизни. (Иоан. 12:25-26).

Кто с Господом, у того образ распятого Христа всегда пред глазами. Кто с Господом, тот помнит о воскресении Христовом. Кто с Господом, тот ожидает жизни будущего века, тот крепко держится за эту надежду и в ней черпает силы нести свой крест до конца.

Итак, други-братия, полагая на себе крестное знамение, переноситесь мыслью ко Христу распятому, зрите Его очами веры, укрепляйтесь в вере и любви к Нему, — тогда никакой соблазн не сможет отлучить нас от Господа.

Аминь.

Тараскон на Арьеже, 1941 г.

Воздвижение Креста Господня. (Архиепископа Сурожского Антония)

С трепетом и с глубоким сознанием священного ужаса мы поклоняемся сегодня перед Крестом Господним. И вместе с этим мы празднуем победу Божию над грехом, над злом, надо всем, что разделяет человека и мир от Него…

Художественные изображения Креста часто заслоняют в нашем сознании тот крест, каким Спаситель нес его на Голгофу, крест, на котором умирал Господь. В те далекие времена крест значил смерть преступника; смерть такого преступника, перед которым содрогалось ужасом человеческое сознание; преступника, который людьми, народом, градом был извержен вон, которому места не было среди людей, и путь его, через жестокую смерть, лежал во дно адово. Таким видели Спасителя предавшие Его на смерть, осудившие Его на распятие, пригвоздившие Его ко кресту, глумившиеся над Ним в часы Его умирания; Он был для них преступником, который заслуживал последнего извержения из среды людей и смерти, то есть исключения из среды живых.

Православные христианские иконы и распятия являют нам покой смерти Христовой; западные распятия нам показывают мучительную смерть человека, но реальность сочетает и то и другое, являясь чем-то еще большим, нежели просто смерть человека, который сумел всей жизнью и всей смертью своей любить, до победы Божией. Христос перед Своим распятием говорил Своим ученикам: Никто не отнимает у Меня жизни — Я ее Сам отдаю… И в молитве перед освящением Святых Даров мы говорим, что Христос был предан — нет, не предан! Он Сам Себя отдал на крестную смерть нашего ради спасения…

Распятие Христово — это действие свободной Божественной любви, это действие свободной воли Спасителя Христа, отдающего Себя на смерть, чтобы другие могли жить — жить вечной жизнью, жить с Богом. Иуда Его предал; Петр от Него отрекся, трое из учеников спали в Гефсиманском саду: все бежали. Ирод цинично над Ним насмехался; Пилат от страха перед людьми предал Его на смерть; первосвященники, по слепой вере и зависти, требовали Его распятия — но в конечном итоге Христос стал человеком, жил, страдал и умер, потому что я, и ты, и каждый из нас в отдельности и все вместе мы потеряли Бога грехом, забывчивостью, себялюбием — каждый из нас. Потому что для каждого из нас, как Спаситель сказал в одном видении, Он претерпел бы весь ужас Гефсиманской ночи и весь ужас крестного умирания и смерти… Он свободно отдал Свою жизнь для тебя и для меня — не коллективно для нас, а ради каждого из нас, потому что каждый из нас Ему так дорог, так Им возлюблен, что цена ему — вся жизнь, и весь ужас, и все страдание, и вся смерть Христова.

И этому всему знаком является крест, потому что, в конечном итоге, любовь, верность, преданность испытываются не словами, даже не жизнью, а отдачей своей жизни; не только смертью, а отречением от себя таким полным, таким совершенным, что от человека остается только любовь: крестная, жертвенная, отдающая себя любовь, умирание и смерть самому себе для того, чтобы жил другой.

И вот мы поклоняемся Кресту, который для нас означает все это, и победу Божию; и как благоговейно должны мы совершать крестное знамение, относиться к тому, что оно значит для нас. Когда мы кладем на себя крест, мы кладем на себя знак, перед которым дрожат все темные силы, раз сразившиеся с Богом — крестом и побежденные этим крестом. Мы этого не умеем ощутить, но темные силы трепещут и отходят от креста Господня.

Но вместе с тем, когда мы совершаем крестное знамение, мы как бы на себя берем крест Христов; мы решаемся следовать за Ним, а путь Христос нам указал: Отвергнись себя, возьми крест и иди за Мной; чтобы никто у тебя не отнимал жизни, отдавай ее каждый день, каждый час, пока не придет время отдать ее раз и навсегда в руки Божии. И пусть вся твоя жизнь будет несением этого креста — знамения победы и готовности твоей так жить и так умирать, как умирал Господь.

И как благоговейно должны мы совершать крест, зная, помня, что крестом мы исповедуем всю веру свою, складывая три пальца вместе, чем свидетельствуем нашу веру во Святую Троицу, и сгибая остальные два пальца, чем напоминаем самим себе, темным силам и каждому, что мы верим во Христа — и Бога, и Человека, сошедшего на землю и отдавшего Свою жизнь за нас.

Поэтому, когда будете подходить ко кресту сегодня на прощание, — поклонитесь ему благоговейно, любовно, трепетно, но, приложившись к нему, отдавая ему поцелуй веры и поцелуй любви, примите заповедь Господню: Отвергнись себя! Возьми свой крест и последуй за Мной — куда бы Я ни пошел… Аминь.

(27 сентября 1981 г.)

Слово о Кресте. (Отца Виктора Ильенко)

О треблаженное древо, на немже распяся Христос Царь и Господь!

В этих кратких словах церковной песни — и похвала святому кресту и объяснение того чудесного факта, что крест, орудие позорнейшей казни, стал нашим украшением, стал честен, треблажен, что вместо того, чтобы навлечь на Распятого проклятие, ибо сказано в Священном Писании: «Проклят всяк, висяй на древе», крест сам освятился и стал орудием и символом благословения.

В Риме распинали только рабов; раб же там за человека не считался: провинившегося раба, без всякого суда или обращения к властям, хозяин его просто бросал в бассейн на съедение моренам.

В Римских провинциях подвергали казни распятием только бунтовщиков и разбойников. И вдруг в том же Риме, на арене Колизея, на той самой арене, песок которой пропитан кровью христианских мучеников, воздвигается крест с надписью: «Ave сruх, unica spes nostra » (Хвала Кресту, единственной надежде нашей!).

Что же случилось, чтобы могла произойти такая чудесная метаморфоза?!

Крест освятился распятием и смертью на нем Иисуса Христа Сына Божия. И то, что было дотоле ужасом, позором и мукой, стало достолюбезным, почитаемым, похваляемым, вожделенным, благоговейно целуемым.

Вслушайтесь в стихиры и тропари, которыми церковь ублажает честный крест! Чувствуется, что эти слова могли быть впервые сказаны только в Иерусалиме, только у подлинного древа креста Господня. Это значит, что церковь Христова от седой древности, можно сказать, с первого дня своего бытия, уже любила и почитала крест Господень. Эта любовь передалась и нам. И удивительное дело! Мы даже внешне, в самой манере нашего почитания Креста похожи на первохристиан. Паломница в Палестину конца IV в. — испанская монахиня Сильвия — описывает, как тогда целовали крест Господень: «Проходит народ один за другим; все — наклоняясь и касаясь Креста сначала лбом, потом глазами и, поцеловав Крест, проходят»…

О том, что Крест когда-то станет знаком победы и спасения, мы находим упоминания, как бы предвозвестия, еще в Ветхом Завете. Так Моисей во время битвы иудеев с амаликитянами стоял на вершине холма и когда он поднимал руки свои (крестообразно), то одолевал Израиль, а когда опускал, — то Амалик, так что для окончательной победы Аарон и Ор поддерживали руки его до захождения солнца (Исход, 17:11).

Крест есть знак-знамение нашего спасения. У пророка Иезекииля есть такое место в его книге (гл. 9, ст. 46): показал ему Господь в видении гибель Иерусалима за его отступление от Бога. Послал Господь ангела и сказал: «Пройди посреди города и на челах людей скорбящих и воздыхающих о всех мерзостях, совершающихся среди него, сделай знак». А другим ангелам сказал: «идите и поражайте без жалости и без пощады старца, юношу, деву и младенца, бейте до смерти, но не троньте ни одного человека, на котором знак».

Что это за знак? Это — буква «тау», которая писалась — Т, т.е. приблизительно так, как изображают Голгофский крест некоторые ученые археологи. Итак, в этой гибели иерусалимлян были пощажены имевшие на челах своих знак креста. Так и мы с вами в минуту опасности прежде всего касаемся чела нашего, совершая крестное знамение. И оно подлинно есть сила Божия, спасающая человека.

Есть у древнего историка христианской церкви Феодорита Кирского такое сказание об Юлиане Отступнике: «Наконец, Юлиан нашел человека, который обещал ему предсказать, что будет с ним в жизни. Приведши Юлиана в одно идольское капище, тот человек начал вызывать лукавых демонов. Когда же демоны явились в обыкновенном своем виде, ужас невольно сообщился Юлиану и заставил его положить на челе крестное знамение. Увидев это знамение Христовой победы и собственного поражения, демоны мгновенно исчезли. Волшебник узнал о причине их бегства и стал укорять Юлиана. Юлиан признался ему в своем испуге и при этом выразил изумление, как велика сила Креста, если демоны не устояли пред его изображением».

Но знамение Креста и стихиями повелевает! Об этом свидетельствует следующий рассказ из жития святого Саввы Освященного.

«Случилось там одному брату, имевшему пекарское послушание в хлебопекарне, промокнуть под дождем; стояла же зима, и солнца не было. Не имевший где просушить свои одежды, вложил он их в хлебопекарную печь поверх дров и забыл. Вскоре же пришли братия печь хлебы и разожгли огонь, не зная, что пекарь положил в ней сушить свои одежды. Когда же дрова взялись огнем, вспомнил пекарь о одеждах своих и очень печалился о них. Был там и блаженный Савва, который увидев скорбь собрата, ознаменовав себя крестным знамением, вошел в горящую печь. И о чудо! Отрок Савва любви ради к брату (и ограждаемый силой крестного знамения), вышел неврежденно из раскаленной печи, неся в руках своих одежды собрата-пекаря, нигде не поврежденный огнем. Видя сие чудо, братия пришли в благоговейный ужас » (Житие святого Саввы, 5 декабря).

Итак, други-братия, с верою да изображаем на себе крестное знамение, дабы и нам оно было во спасение от опасностей и победой над лукавыми демонами.

Непобедимая и непостижимая и божественная сила честного и животворящего Креста, не остави нас, грешных!

Лос Анжелес, 1954 г.

Тремя или Четырьмя Гвоздями было Прибито Тело Христово? (Отца Виктора Ильенко)

Издавна распятия православное и католическое отличаются тем, что ноги Христовы на православном распятии имеют более естественную позу и прибиты двумя гвоздями, а на католическом — одним. А как же были они пригвождены на самом деле? и откуда пошла католическая традиция?

Римский обычай распятия состоял в том, что осужденный на мучительную смерть на кресте был прибиваем двумя гвоздями в руки и двумя — в ноги. В комедии Плавта «Мостеллария » один из персонажей говорит: «Дам золотой талант тому, кто первый поднимется на крест с тем, чтобы его прибили двумя гвоздями в руки и двумя в ноги».

Древнехристианские писатели свидетельствуют, что тело Христово было пригвождено четырьмя гвоздями. У святого Киприана Карфагенского (250 г.) говорится, что гвоздями были пронзены святые ноги Христовы. Также и Феофан в своей хронике утверждает, что святая Елена нашла вместе с крестом Господним доску с надписью и 4 гвоздя. Святой Григорий Турский (538-594) такими словами подтверждает это обще христианское верование: «Что было четыре Господних гвоздя, вот чем можно объяснить: два были вбиты в руки и два в ноги».

Теперь, если мы обратимся к изображением распятия, находимым в катакомбах, то и здесь мы увидим подтверждение этого мнения. Древнейшее распятие относится к 7-му веку и находится в катакомбах святого Валентина под Римом. На нем фигура Христа облечена в длинную тунику, ноги и руки прибиты четырьмя гвоздями. И как замечает римский археолог О. Марукки: «Это число гвоздей соответствует древней традиции».

От последующих веков 8-го и 9-го остались два изображения Христа распятого в подземных римских церквах. На одном — распятие аналогично тому, что находится в катакомбах святого Валентина, а на другом тело Христово прикрыто лишь опоясанием. Однако же в обоих случаях видны четыре гвоздя.

Если мы вглядимся в распятия 7-9 вв., то нас поразит царственное спокойствие и тела Христова и в особенности Его лика. Руки растянуты под прямым углом к телу; тела, покрытого туникой, совсем не видно; нет напряжения в ногах; вся фигура Распятого как бы не имеет веса. У художника совсем не чувствуется желания изобразить страдание или поразить зрителя знанием анатомии человеческого тела, или еще — растрогать его и вызвать сочувствие к Распятому. Пред тайной страданий Богочеловека останавливался тогдашний художник в благоговейном молчании и страхе. И то, что он осмеливался изобразить, было в совершенном соответствии с евангельской историей, краткой, простой и трогательной. Эта художественная традиция не удержалась на Западе, где уже, начиная с 12-го века стали появляться распятия, в которых художник старался изобразить муку страждущего на кресте Спасителя в чертах Его лица и в позе тела. И с того же времени вошло в обычай представлять распятие Христа с тремя гвоздями, т.е. ноги прибиты одним гвоздем. И это, по мнению проф. Марукки, было сделано для того, чтобы дать телу более художественную позу, способную растрогать верующих.

На востоке же первохристианская традиция удержалась даже до сего дня. Православная душа, созерцая своего Спасителя и Господа, пригвожденным ко кресту, всецело погружается в тайну вольного распятия и смерти Начальника жизни, и для нее достаточно одного слова, одного намека, чтобы углубиться в эту тайну и пережить ее. Всякое излишне реальное Внешнее впечатление, возбуждающее чувствительность, могло бы только помешать духовному переживанию.

Вглядитесь в православное распятие! Тело — в спокойном положении, голова — в естественном наклоне; нет потоков крови из ран, нет следов бичевания, нет муки ни в лице, ни в членах тела. Если все это было на Голгофе, и видевшие «позор сей » уходили оттуда, бия себя в грудь, то нам для сокрушения сердечного уже не нужно этого видеть.

Православное распятие, как мы сказали выше, и в 20 в. остается в гармоническом соответствии с простотой евангельского рассказа о крестных страданиях Спасителя нашего. И потому его действие на душу так сильно.

Лос-Анжелес, 1954 г.

На Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Днесь Владыка твари, и Господь славы, на Кресте пригвождается, и в ребра прободается, желчи и оцта вкушает, сладость церковная, венцем от терния облагается…

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Невольная скорбь наполняет ныне нашу душу, изливаясь нередко и в самых слезах, когда слышим мы из евангельского чтения и умилительных песнопений трогательное повествование о страданиях Господа нашего Иисуса Христа. И нам ли, христианам, членам Тела Его, облагодетельствованным Им, не сострадать Ему, уязвляемому венцом терновым, нам ли не сокрушаться со всей горестью при виде невыразимых мучений своего величайшего Благодетеля?

Не только трудно, но положительно невозможно представить себе что-либо поразительнее голгофского зрелища. Здесь — неизреченное чудо Божественной любви к непокорному созданию, человеку. Началось оно, это чудо, еще в раю земном, вместе с созданием человека, и совершилось на Голгофе смертью Богочеловека.

Созданный по любви Божественной первозданный человек был наделен всеми совершенствами и удовольствиями жизни. Чего бы еще мог желать он себе в раю, получивший от Бога все необходимое? Если бы нас спросили: «Что вам нужно, чтобы жизнь ваша была блаженной?», то мы бы, вероятно, ответили: «Нам желательно, чтобы на земле не было никаких бедствий, несчастий, скорбей, чтобы все только наслаждались всем, не имея причин враждовать друг с другом, и, наконец, чтобы люди никогда не умирали, а вечно блаженствовали».

Так? И представьте себе, дорогие братия и сестры, что все это человеку было дано: человек еще не успел заявить об этом желании, а ему любвеобильным Богом дано было все без его просьбы. Бог — Всемогущая Любовь — сотворил человека не для чего-нибудь иного, а именно для блаженства, и блаженства вечного. Чтобы человек мог вкусить всю полноту этого блаженства, любвеобильный Творец дал человеку разум и свободу. Но человек остается человеком всегда. Каковы есть люди со своими наклонностями сейчас, это мы знаем. Те же греховные наклонности были присущи и первым людям.

Человек, получивший от Бога все для блаженства, не довольствуется своим прекрасным состоянием, он думает: «Мало мне этого». Искусительные слова змия: будете, как боги (Быт. 3:5) — породили у человека желание быть Богом. Малым чем умаленный от Ангелов (см.: Пс. 8:6 [1]), царь, которому были подчинены все земные животные и звери, человек в раю сладости не считает себя довольным своим состоянием. И пожелал человек того, что несообразно с его ограниченной, тварной природой, и таким образом совершился первый великий грех.

И вот начинается история страданий человечества, начинается длинный ряд противлений Божественной воле, заблуждений, преступлений и бедствий непокорной, ничем не вразумляющейся твари. Сколько обетований, заветов, угроз и наказаний Божиих было употреблено для вразумления и восстановления падшего человека!

Наконец, для возведения его в первое, утраченное грехом состояние в последние дни было приведено в исполнение такое средство, какое могла изобрести только Божественная бесконечная любовь. Сам Сын Божий принял на Себя человеческую плоть! Бог сделался человеком, чтобы сделать человека Богом — сделать тем, к чему человек так дерзновенно стремился некогда. Богочеловек, никакого греха не сотворивший, принес Себя в жертву за грехи всего мира. Правосудие Божие, требующее наказания виновного, удовлетворялось. От Вифлеема до Голгофы простирался Крестный Подвиг Его, и на Голгофе он завершился.

Эта горечь чаши всех зол людских, которую за человечество надлежало испить Спасителю на Голгофе, так была ужасна для Безгрешного, что приводила Его в скорбь и печаль. Отче Мой, — молился Он в саду Гефсиманском, — если возможно, да минует Меня чаша сия (Мф. 26:39). Душа Моя скорбит смертельно (Мф. 26:38). Скорбит, конечно, не потому, чтобы Его страшила предстоящая смерть. Смерть страшна для грешников, страшна по неизвестности, точнее, по неизведанности будущей участи за гробом. Для Сына Божия такой страх был невозможен. Все Ему известно, и будущее — как настоящее. Скорбит же — от представления ужасающей, неизобразимой массы человеческих беззаконий, от тяжести наказаний за эти беззакония.

Какова была тяжесть мук Божественного Страдальца, мы, дорогие братия и сестры, слышали из прочитанного сейчас евангельского чтения. Но Евангелие передает нам лишь страдания внешние, осязаемые внешними чувствами зрителей, не раскрывая того, что происходило в Его духе, не изъясняя тайны внутренних страданий Богочеловека. А что может сравниться с этими страданиями? Много было в мире страдальцев, бесчеловечно загубленных, много и еще будет их, но такого Страдальца не было и не будет никогда.

Тяжело страдать праведнику, страдать незаслуженно, без вины, но если он в людях не встретит правды, то может еще найти утешение в том, что есть Бог Правосудный, Который не оставит его никогда. Вера эта способна облегчить самые тяжелые страдания. Но распятый Христос лишен и этого единственного утешения. Вся полнота Божественного Правосудия обрушилась на Него своей тяжестью, потому что Он понес на Себе всю совокупность преступлений грешного мира, как говорит Пророк: грехи мира нашего на Нем (см.: Ис. 53:5 [2]). Человеческому естеству Спасителя показалось, что Отец оставил Его, и из страдальческой души исторгся потрясающий вопль: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?(Мф. 27:46) Нет слов, достойных, чтобы изобразить все величие Голгофской Жертвы, всю полноту беспредельной Божественной любви к преступному человечеству.

Как же отнеслось человечество к этому беспримерному событию на Голгофе? Люди не только вознесли своего Благодетеля на Крест, но не переставали издеваться над Ним, страдающим на Кресте. Наконец: Совершилось! (Ин. 19:30). Совершилось страшное и преславное таинство, совершилось событие неописуемое, беспримерное: Божественный Страдалец испустил дух!

Не стерпела, не выдержала этой минуты природа бесчувственная: вся тварь изменилась от страха, содрогнулась от ужаса, солнце померкло, и тьма покрыла землю, обагренную Кровью Богочеловека, скалы расселись, завеса церковная раздралась, открыв Святое святых, гробовые пещеры отверзлись, и поднялись мертвецы от своего непробудного сна. И живые встрепенулись, когда услышали гром небесных знамений, услышали — и раскаялись. Одни из них уже исповедали Распятого Сыном Божиим, а другие в ужасе и страхе видя происходившее, возвращалисьс места злодеяния, бия себя в грудь (Лк. 23:48). Все же, кто кричал: Распни, распни Его! (Лк. 23:21), и начальники их, не обратившиеся к вере и не покаявшиеся, конечно, приняли достойное по делам своим и испытывают сейчас беспросветное горе в месте вечных мучений.

Но, дорогие братия и сестры, как для нас ни естествен плач о мучительных страданиях Господа у подножия Креста, нам более нужно плакать здесь о самих себе, о грехах своих. Плачьте о себе и о детях ваших (Лк. 23:28), — сказал иерусалимским женщинам Божественный Крестоносец на пути к месту распятия. К себе самим надо обратиться. Эти люди, которые смотрели на распятие и, может быть, кричали в свое время: Распни, распни Его!, были в неведении, были введены в заблуждение своими начальниками и не знали точно, что Христос есть Сын Божий и что Он воскреснет. А мы с вами, дорогие, всё это знаем твердо, и поэтому с нас будет и спрошено больше. Правда, мы чтим с благоговением Крест Господень и поклоняемся распятому ради нас Господу, но чувствуем ли мы, дорогие братия и сестры, что торжественный обряд поклонения Кресту служит не воспоминанием только события, когда-то совершившего, но служит и наглядным напоминанием, что за каждого из нас страдал Иисус Христос.

Не от тех и не за тех только Он страдал, которые Его пригвождали, но Он страдал и за каждого из нас, здесь предстоящих. Крест Христов вещает нам, что грехи наши — величайшее зло, ибо они-то и были причиной крестной смерти нашего Спасителя. Что, предаваясь им, мы становимся врагами Богу и самим себе. Что правда бесконечна и карает она беззаконие самым страшным образом, она излила всю чашу гнева своего даже на Богочеловека, благоволившего понести на Себе грехи мира. Что, следовательно, удел грешника, если он останется грешником, — неизбежное вечное его мучение.

Крест Христов говорит нам о бесконечной любви к грешному роду человеческому Отца Небесного, Который не пощадил Сына Своего Единородного, но за нас предал Его, и о крайнем, изумительном самоотвержении Сына Божия. И нам ли не воздавать Ему за то взаимной любовью и исполнением Его заповедей! Крест Христов напоминает нам о Горнем нашем Отечестве, вход куда в течение тысячелетий был закрыт, но наконец, с явлением Креста Господня, отверзся; напоминает нам о тех вечных благах, которые уготованы там для всех любящих Бога еще от сложения мира. О край родной, край сердцу вожделенный! Кто из земных странников не пожелал бы со временем переселиться в тебя? Кто после многотрудных подвигов и трудов, слез и плача не поспешил бы с радостью успокоиться в твоих светлых обителях, где нет уже слез и печалей, а одно нескончаемое блаженство? Но грехи, грехи не допускают нас, дорогие братия и сестры, во дворы Отца Небесного, не дадут они нам даже издали узреть Горний Иерусалим, град наш, Отечество наше, которого здесь мы только взыскуем. Сладостно бьется сердце праведника, когда, взирая на Древо Крестное, переносится он, хотя бы и мыслью только, в рай сладости, отверстый для него этим священным Древом. И, напротив, как же надо грешникам возрыдать у подножия Креста Господня, когда они живо представят себе, что этот рай сладости может быть для них потерян навсегда!

Дорогие братия и сестры, можем ли мы, искупленные такой ценой, оставаться равнодушными, помышляя о тяжести перенесенных нашим Спасителем страданий? Можем ли мы не проникаться чувством благоговейного удивления при мысли, что так позорно и мучительно страдает не простой человек, а Богочеловек, и страдает добровольно, хотя целые легионы Ангелов по Его мановению могли явиться на Его защиту? Можем ли мы, наконец, в смиренном сознании своего ничтожества, своих великих грехов не чувствовать к Нему сердечной любви и благодарности при мысли о благодеяниях, принесенных человеческому роду Его крестной смертью? Ею снято вечное проклятие, тяготевшее на людях, ею люди примирились с Богом, ею нам открыт рай.

Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне?(Пс. 115:3)? Блага наши ему не нужны (см.: Пс. 15:2 [3]). Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс. 50:19). С Креста простирает Он к нам Свои пречистые распятые руки и кротко призывает нас: Сын мой! отдай сердце твое мне (Притч. 23:26). Для нашего счастья сделано все. От нас зависит откликнуться на этот нежный призыв: Готово сердце мое, Боже, готово сердце мое (Пс. 56:8) взывати Ти: Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим! Аминь.

1961 г.

Память Святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. 30 сентября н.с. (17 сентября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святые мученицы Вера, Надежда и Любовь родились в Италии. Их мать, святая София, была благочестивой вдовой-христианкой. Назвав своих дочерей именами трех христианских добродетелей, София воспитывала их в любви ко Господу Иисусу Христу.

Святая София и дочери ее не скрывали своей веры во Христа и открыто исповедовали ее перед всеми. Наместник Антиох донес об этом императору Адриану (117-138), и тот велел привести их в Рим. Понимая, зачем их ведут к императору, святые девы горячо молились Господу Иисусу Христу, прося, чтобы Он послал им силы не устрашиться предстоящих мук и смерти. Когда же святые девы с матерью предстали перед императором, все присутствовавшие изумились их спокойствию: казалось, что они были званы на светлое торжество, а не на истязания. Призывая по очереди сестер, Адриан убеждал их принести жертву богине Артемиде. Юные девы (Вере было 12, Надежде — 10 и Любови — 9 лет) оставались непреклонны. Тогда император приказал жестоко истязать их: святых девиц жгли на железной решетке, бросали в раскаленную печь и в котел с кипящей смолой, но Господь Своей Невидимой Силой хранил их. Младшую, Любовь, привязали к колесу и били палками, пока тело ее не превратилось в сплошную кровавую рану. Перенося невиданные муки, святые девы прославляли своего Небесного Жениха и оставались непоколебимыми в вере. Святую Софию подвергли иной, тяжелейшей, пытке: мать была вынуждена смотреть на страдания своих дочерей. Но она проявила необыкновенное мужество и все время убеждала девиц вытерпеть мучения во Имя Небесного Жениха. Все три девицы с радостью встречали свою мученическую кончину. Они были обезглавлены.

Чтобы продлить душевные страдания святой Софии, император разрешил ей взять тела дочерей. София положила останки их в ковчег и отвезла с почестями на колеснице за город и похоронила на высоком месте. Три дня святая София, не отходя, сидела у могилы дочерей и, наконец, предала там свою душу Господу. Верующие погребли тело ее на том же месте. Мощи святых мучениц с 777 года покоятся в Эльзасе, в церкви Эшо.

В день памяти святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня Святая Церковь прославляет память святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, ублажая их страдания за веру в Господа нашего Иисуса Христа.

Чтобы иметь представление о характере страданий святых мучениц, необходимо вспомнить время и обстоятельства, при которых совершался их мученический подвиг. Святая София жила в городе Риме, в Италии, во времена царствования императора Адриана. Лишившись еще в молодые годы своего супруга, она принялась за воспитание своих малолетних деток — дочерей Веры, Надежды и Любови, из которых Вера была самая старшая — двенадцати лет, Надежде было десять, а Любови — девять лет. Будучи сама благочестивой и усердной христианкой, она старалась и дочерям своим привить тот же дух благочестия, веры и любви ко Господу нашему Иисусу Христу. Располагая достаточными материальными средствами, София всецело предалась подвигам христианского милосердия, помогая бедным. Дети, которые вообще увлекаются примерами, видели в ее жизни хороший образец для подражания, и потому неудивительно, что настроены они были весьма благочестиво.

«Дети мои, — говорила им святая София, — вы должны прежде всего быть достойны своего высокого христианского звания и украшаться христианскими добродетелями веры, надежды и любви сообразно с вашими именами». Они — и мать, и дочери ее — имели горячую веру в Бога, в Троице славимого, а также в будущую блаженную жизнь, которую Бог обещает дать всем возлюбившим Его от всей души. Но более той любви, как если кто положит душу свою за Христа, нет на земле. Мученический подвиг за Христа поставлен на самой вершине христианских добродетелей. В то время воздвиглось страшное гонение на христиан, было много мучеников в Риме, и святая София часто беседовала о них со своими дочерьми.

Но вот нашелся один доносчик, который, видя ее благочестивое житие, сообщил о ней наместнику города Рима Антиоху, и тот потребовал святую Софию с дочерьми на суд к императору Адриану. Святая хорошо понимала, что ожидает ее на этом суде, если она твердо исповедает христианскую веру, но об этом она не беспокоилась. Беспокоилась София лишь за своих дочерей, которых, как она знала, судьи не постесняются предать на мучения. Устоят ли они в исповедничестве или нет — вот что ее тревожило. И веруя, что Господь может их укрепить, они вчетвером помолились Господу, сказав: «Боже, Спасителю наш! Помоги нам славы ради имени Твоего», и, осенив себя крестным знамением, отправились во дворец императора Адриана.

Последний удивился их спокойствию и бесстрашию и, расспросив об их вере, ничего им на этот раз не сделал, отослав их на три дня в дом одной знатной римлянки в надежде, что та сумеет разубедить их. Но святое семейство было непоколебимо. Все отпущенное время они провели в молитве, приготовляя себя к ожидающим их мучениям. «Дети мои милые, — говорила святая София своим маленьким дочерям, — вот близок день, в который вы увенчаетесь мученическим венцом на Небесах и как невесты явитесь перед своим Женихом и радостно вступите в Его светлый чертог. Не жалейте отдать за веру в Спасителя на муки вашего юного тела и вашей цветущей красоты и не жалейте временной жизни. Господь Иисус Христос все возвратит вам: раны ваши исцелятся и тела ваши будут светиться небесной красотою. Временную жизнь заменит вам бесконечное блаженство в Царстве небесной славы». Святая София хорошо понимала, что детей ее язычники будут стараться заставить отречься от Христа обещанием подарков и всяких удовольствий в этой жизни, потому она и старалась изобразить эти земные радости и утехи недостойными христианина, которому уготовано блаженство на Небе. Она умоляла их пребыть верными Христу. «Не бойтесь мук, — продолжала она, — я верую, что Спаситель не оставит вас среди страданий. Он будет с вами неотступно, станет укреплять вас Своею благодатью, сплетая вам неувядающие венцы». После этого и подобных увещаний сестры воспламенились еще большей любовью ко Господу Иисусу Христу и выражали сильное желание открыто исповедать Его Богом перед язычниками.

Через три дня святое семейство опять было позвано на суд к императору. Он же, видя, что они остаются в исповедании христианской веры непреклонными, решил, что скорее удастся вынудить сестер к отречению от Христа, если разговаривать с каждой из них по отдельности.

Первой была призвана Вера, которая на предложение воздать почести богам, ответила отказом, за что ее немилосердно стали бить по обнаженному телу, удивляясь притом сверхъестественному терпению девочки, ибо она не издала ни одного стона или жалобы. Тогда мучители усугубили ее страдания, а именно: отрезали у нее груди, что вызвало негодование и осуждение даже со стороны самих язычников. Затем ее положили на раскаленную железную решетку, но никакого вреда от этого мученица не получила. Затем погружали ее в кипящую смолу с маслом — и здесь, среди самых тяжких страданий, хранил рабу Свою Господь Спаситель.

Тогда мучители, придя в неистовство и злобу, приговорили ее к смерти через отсечение главы. Когда Вера услышала этот приговор, то радостно сказала матери своей: «Молись о мне, мать моя, чтобы я совершила свое течение и перешла к желанному концу и узрела бы любимого мною Господа и Спасителя моего». Мать же отвечала ей: «Ты, Вера, воздаешь мне добром. Иди к Жениху своему и помяни меня перед Ним и помолись о сестрах своих». И так святая Вера прославила Бога той же смертью, что и святой Предтеча Господень Иоанн.

После того мучители расправились и с Надеждой, и Любовью, так же предав их смерти чрез усечение головы. Святая же мать их София за это время перенесла невыносимые душевные страдания. Она была истинной мученицей без пролития крови. Язычники не захотели предавать ее мукам телесным; наоборот, разрешили ей похоронить своих дочерей за городом, и она, не отходя от могилы, тихо проливала свои слезы, прося Господа, чтобы Он и ее душу приобщил к душам святых мучениц. Господь исполнил ее просьбу, и она в третий день мирно почила на могиле своих дочерей. Христиане похоронили ее в той же могиле и почитали святую Софию мученицей Христовой, ибо мучима она была не менее возлюбленных чад своих, хотя и не пришлось ей пострадать, подобно им, телом.

Дорогие братия и сестры, святая София, имея глубокую веру в Бога и в будущую вечную жизнь, убеждала дочерей не дорожить своей цветущей юностью, своей временной жизнью ради приобретения жизни будущей и этим оказала им самую большую любовь. Так же должны и мы смотреть на эту кратковременную, скоропреходящую жизнь и ничего не предпочитать будущей вечной жизни, которой не будет конца. Земная жизнь наша похожа на пар, который появляется, потом исчезает, — и нет его. Родится человек, цветет здоровьем, красотою, потом стареет и умирает — и нет более человека. А если так, то жертвовать временной жизнью ради целей высших есть дело похвальное. Если положить жизнь свою ради ближнего есть высокая степень добродетели, то пожертвовать ею ради Христа есть мученический подвиг, который будет увенчан Самим Господом. Ведь и слово Его гласит: Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее (Мк. 8:35).Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне (Мф. 10:28).Всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным (Мф. 10:32).Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня (Мф. 10:37). Таким образом, Господь требует от нас жертвенной любви к Нему, любви делом, подобно тому, как засвидетельствовали ее делом святые мученицы Вера, Надежда, Любовь и матерь их София, принеся Ему свои жизни.

Итак, будем помнить, дорогие, что жизнь наша кратковременна и что дана она нам для приготовления себя к вечности, что наступит, непременно наступит Воскресение и будущая вечная жизнь. Расположим же свою земную жизнь так, чтобы не осквернить нам себя никаким пороком, чтобы вместе со святым апостолом Павлом каждый из нас смог сказать: Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный (2 Тим. 4:7-8), чего и благожелаю удостоиться себе и всем вам по благодати Господа нашего Иисуса Христа. Аминь.

1964 г.

Память Евангелиста Иоанна Богослова. 9 октября н.с. (успение) (26 сентября с.с.) 21 мая н.с. (рождество) (8 мая с.с.)

Историко-экзегетическое содержание праздника

Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов был сыном Зеведея и Саломии — дочери святого Иосифа Обручника. Одновременно со своим старшим братом Иаковом он был призван Господом нашим Иисусом Христом в число Своих учеников на Геннисаретском озере. Оставив своего отца, оба брата последовали за Господом.

Апостол Иоанн был особенно любим Спасителем за жертвенную любовь и девственную чистоту. После своего призвания апостол не расставался с Господом и был одним из трех учеников, которых Он особенно приблизил к Себе. Святой Иоанн Богослов присутствовал при воскрешении Господом дочери Иаира и был свидетелем Преображения Господня на Фаворе. Во время Тайной Вечери он возлежал рядом с Господом и по знаку апостола Петра, приникнув к груди Спасителя, спросил об имени предателя. Апостол Иоанн следовал за Господом, когда Его, связанного, вели из Гефсиманского сада на суд беззаконных первосвященников Анны и Каиафы, он же находился во дворе архиерейском при допросах своего Божественного Учителя и неотступно следовал за Ним по Крестному пути, скорбя всем сердцем. У подножия Креста он плакал вместе с Божией Матерью и услышал обращенные к Ней с высоты Креста слова Распятого Господа: «Жено, се сын Твой » и к нему: «Се Матерь твоя » (Ин. 19:26-27). С этого времени апостол Иоанн, как любящий сын, заботился о Пресвятой Деве Марии и служил Ей до Ее Успения, никуда не отлучаясь из Иерусалима.

После Успения Божией Матери апостол Иоанн, по выпавшему ему жребию, направился в Ефес и другие Малоазийские города для проповеди Евангелия, взяв с собой своего ученика Прохора. Они отправились в путь на корабле, который потонул во время сильной бури. Все путешественники были выброшены на сушу, только апостол Иоанн остался в морской пучине. Прохор горько рыдал, лишившись своего духовного отца и наставника, и пошел в Ефес один. На четырнадцатый день пути он стоял на берегу моря и увидел, что волна выбросила на берег человека. Подойдя к нему, он узнал апостола Иоанна, которого Господь сохранял живым четырнадцать дней в морской глубине. Учитель и ученик отправились в Ефес, где апостол Иоанн непрестанно проповедовал язычникам о Христе. Его проповедь сопровождалась многочисленными и великими чудесами, так что число уверовавших увеличивалось с каждым днем.

В это время началось гонение на христиан императора Нерона (56-68 гг.). Апостола Иоанна отвели на суд в Рим. За исповедание веры в Господа Иисуса Христа апостол Иоанн был приговорен к смерти, но Господь сохранил Своего избранника. Апостол выпил предложенную ему чашу со смертельным ядом и остался живым, затем вышел невредимым из котла с кипящим маслом, в который был брошен по приказанию мучителя. После этого апостола Иоанна сослали в заточение на остров Патмос, где он прожил много лет. По пути следования к месту ссылки апостол Иоанн совершил много чудес. На острове Патмос проповедь, сопровождавшаяся чудесами, привлекла к нему всех жителей острова, которых апостол Иоанн просветил светом Евангелия. Он изгнал многочисленных бесов из идольских капищ и исцелил великое множество больных. Волхвы различными бесовскими наваждениями оказывали большое сопротивление проповеди святого апостола. Особенно устрашал всех надменный волхв Кинопс, похвалявшийся тем, что доведет до гибели апостола. Но великий Иоанн — Сын Громов, как именовал его Сам Господь, силой действующей через него благодати Божией разрушил все ухищрения бесовские, на которые надеялся Кинопс, и гордый волхв бесславно погиб в морской пучине.

Апостол Иоанн удалился со своим учеником Прохором на пустынную гору, где наложил на себя трехдневный пост. Во время молитвы апостола гора заколебалась, загремел гром. Прохор в страхе упал на землю. Апостол Иоанн поднял его и приказал записывать то, что он будет говорить. «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель « (Откр. 1:8), — возвещал Дух Божий через святого апостола. Так около 67 года была написана Книга Откровения (Апокалипсис) святого апостола Иоанна Богослова. В этой книге раскрыты тайны судеб Церкви и конца мира.

После длительной ссылки апостол Иоанн получил свободу и вернулся в Ефес, где продолжал свою деятельность, поучая христиан остерегаться лжеучителей и их лжеучений. Около 95 года апостол Иоанн написал в Ефесе Евангелие. Он призывал всех христиан любить Господа и друг друга и этим исполнить заповеди Христовы. Апостолом любви именует Церковь святого Иоанна, ибо он постоянно учил, что без любви человек не может приблизиться к Богу. В трех Посланиях, написанных апостолом Иоанном, говорится о значении любви к Богу и ближним. Уже в глубокой старости, узнав о юноше, совратившемся с пути истинного и сделавшемся предводителем шайки разбойников, апостол Иоанн пошел искать его в пустыню. Увидев святого старца, виновный стал скрываться, но апостол побежал за ним и умолял его остановиться, обещая грех юноши взять на себя, лишь бы тот покаялся и не губил своей души. Тронутый теплотой любви святого старца, юноша действительно покаялся и исправил свою жизнь.

Святой апостол Иоанн скончался в возрасте ста с лишним лет. Он намного пережил всех остальных очевидцев Господа, долго оставаясь единственным живым свидетелем земных путей Спасителя.

Когда настало время отшествия апостола Иоанна к Богу, он удалился за пределы Ефеса с семью своими учениками и повелел приготовить для себя в земле крестообразную могилу, в которую лег, сказав ученикам, чтобы они засыпали его землей. Ученики с плачем целовали своего любимого наставника, но, не решаясь ослушаться, исполнили его повеление. Они закрыли лицо святого платом и закопали могилу. Узнав об этом, остальные ученики апостола пришли к месту его погребения и раскопали могилу, но ничего в ней не нашли.

Каждый год из могилы святого апостола Иоанна 21 мая н.с. (8 с.с.) выступал тонкий прах, который верующие собирали и исцелялись им от болезней. Поэтому Церковь празднует память святого апостола Иоанна Богослова еще и 21 мая.

Господь дал своему любимому ученику Иоанну и его брату имя «сынов грома » — вестника устрашающего в своей очистительной силе небесного огня. Этим самым Спаситель указывал на пламенный, огненный, жертвенный характер христианской любви, проповедником которой был апостол Иоанн Богослов.

Орел — символ высокого парения Богословской мысли — иконографический знак евангелиста Иоанна Богослова. Наименование Богослова Святая Церковь дала из учеников Христовых только святому Иоанну, тайнозрителю Судеб Божиих.

Апостол Иоанн Богослов. (Архиепископа Сурожского Антония)

Мы празднуем сегодня день святого Иоанна Богослова, учителя любви, Апостола любви. И кажется нам, что эта любовь должна быть так пламенна и возвышенна, что она должна нестись в небо, как бы даже не касаясь земли. А вместе с этим та любовь, о которой говорит святой тайнозритель Иоанн, написавший дивное Евангелие, имевший видение на острове Патмос, — это любовь конкретная, живая, реальная. И он настаивает на этом, подчеркивает, что если мы говорим, что любим Бога, но деятельной, конкретной, творческой любовью не любим человека, то мы лжем; ибо мы не можем по праву говорить, что любим невидимого нами Бога, когда реальный человек, чья нужда бросается в глаза, остается нам безразличен. И вот здесь тайна настоящей христианской любви: как бы она ни была возвышенна, как бы она ни уносила нас к Престолу Господню, как бы она ни пламенела небесным пламенем, она должна быть до конца конкретна и до конца выражена на земле. Если этого нет, то она — мечта, то она — ложь, то ее нет вообще!

И вот, перед лицом этого благовестия о любви, войдем в себя и вдумаемся в свою любовь: сколько людей вокруг нас, которых мы просто любим; и сколько людей, среди будто любимых нами, которые могут нас обойти своим вниманием — и мы не оскорбились бы, пройти мимо нас и забыть о нас — и не охладела бы наша любовь? Сколько людей среди любимых нами, о которых мы всегда помним без того, чтобы им нужно было напоминать о себе? И сколько таких людей, которые напомнят о себе — и встретят только радость, а не чувство раздражения?

Нам рано, большей частью, думать о том, что мы такое малое количество людей любим, а пора бы, пора задуматься над тем, как мы любим любимых, как мы любим тех, которые нам как будто дороги: если это любовь живая, творчески вдумчивая, если эта любовь способна выискивать случай, чтобы проявить себя, если она чуткая, если она тонкая, если она постоянно настороже, — тогда это любовь земная, достойная Неба. Иначе — нет.

Войдем в себя перед лицом этой красоты любви, которую нам описывает Иоанн, которая явлена в его жизни, которую Христос не только проповедовал, но и явил, вдумаемся в свою любовь и попробуем любить: сначала по-человечески, но по-настоящему, достойночеловека; а затем будем постепенно вырастать до того, чтобы любить еще одного человека, и еще лучшей любовью, ширить эту любовь, обнимать все большее и большее количество людей лаской, пониманием и жертвой нашей жизни. И тогда и мы вырастем постепенно до того, чтобы понять, что такое любовь Христова; и в какой-то день и нам, может быть, будет дано хоть одного человека, по слову Апостола Павла, принять так, как нас принимает Христос! Аминь.

На преставление святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня Святая Православная Церковь светло празднует день отшествия ко Господу одного из первых Апостолов, одного из любимых учеников Христовых, святого Иоанна Богослова.

Святой Иоанн, сын Галилейского рыбаря Зеведея и Саломии, до своего обращения ко Христу был учеником Иоанна Предтечи. После же обращения ко Христу святой Иоанн никогда уже не отходил от Господа, потому что полюбил Его своим чистым сердцем больше всего на свете. Во время земной жизни Спасителя Иоанн в числе трех ближайших учеников Его удостоился быть свидетелем явления Божественной славы на горе Фаворе, присутствовал при воскрешении дочери Иаира; на Тайной Вечере Господь открыл ему Своего предателя — Иуду.

Проникнутый любовью к своему Господу и Небесному Учителю, Иоанн один из всех учеников стоял у Креста во время страданий Господних, и ему, как чистому девственнику, Господь со Креста поручил в предсмертные Свои минуты заботу о Своей Пречистой Матери. До Успения Божией Матери Апостол жил в Иерусалиме, а после Ее Успения — в городе Ефесе, где и проповедовал Евангелие Христово. За проповедь эту он был сослан сперва в Рим, где его подвергли пыткам. Когда же яд и кипящее масло не повредили ему, император Домициан сослал его на остров Патмос, где он и написал Апокалипсис, в котором изложена будущая судьба Христианской Церкви и всего мира.

При добром преемнике Домициана, Нерве, святой Иоанн был освобожден и опять возвратился в Ефес, где и скончался мирно, едва ли не один из всех Апостолов. Кроме Апокалипсиса, им написано Евангелие и три соборных послания. Апостола Иоанна Богослова обычно именуют Апостолом Любви, потому что он преимущественно проповедовал взаимную друг ко другу любовь. Святой Иоанн, сам проникнутый глубокой любовью к жившим при нем христианам и ко всем христианам вообще, очень желал, чтобы между ними распространялись мир и любовь, а не вражда и ненависть. Он придавал заповеди о любви самое высокое значение и считал, что исполнения ее одной достаточно для спасения.

Предание говорит, что когда он глубоко состарился и не мог ходить по разным странам с проповедью Евангелия, то сидя в своем доме постоянно повторял приходящим к нему: «Детки, любите друг друга! » Когда же его спрашивали, почему он так часто повторяет эти слова, он отвечал: «Кто исполнит заповедь о любви, тот исполнит все заповеди». И в посланиях своих к христианам, которые дошли до нас, он часто повторял: «Будем любить Бога, потому что Он прежде возлюбил нас. Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь. Кто любит Бога, тот должен любить и ближнего своего, потому что, кто не любит брата своего, тот этим показывает, что не любит и Бога. Как Христос положил за нас жизнь, так и мы должны полагать жизнь свою за братьев: кто любит брата своего, тот во свете ходит, а кто ненавидит, тот во тьме » (см.: 1 Ин. 3:16 [4]; 4:4-21 и др.). Равно и в Евангелии он обращает, главным образом, внимание на те случаи из жизни Спасителя, в которых по преимуществу выражалась любовь Господа к людям и которые возбуждают любовь к Нему.

Какие причины побуждают нас, чтобы мы любили друг друга? Прежде всего, по своей природе мы братья, потому что все произошли от одного прародителя — Адама, а на Небесах у нас общий Отец — Бог. Значит, все мы составляем одно великое семейство и потому должны любить друг друга, как единокровные. Кроме того, составляя одно семейство человеческое, все мы, будучи христианами, находимся в еще более близком родстве между собою, потому что, по учению апостола Павла, составляем одно духовное тело, у которого Глава — Христос (см.: Рим. 12:5 [5]; Ефес.1:23 [6]; 4:15-16 [7]). А в каком отношении друг ко другу находятся члены в естественном теле? Враждуют ли они между собой? Вооружается ли, например, рука против ноги или глаз против уха? Нет, они действуют между собой согласно, взаимно друг другу содействуют и находятся в таком содружестве, что если страдает один член, то с ним страждут и другие (см.: 1 Кор. 12:26 [8]). Если же так действуют неразумные члены, то тем более должны поступать так мы, разумные члены духовного тела, коего Глава — Христос — желает, чтобы мы жили в мире и согласии между собой.

Господь Иисус Христос более всего заповедует, чтобы мы любили друг друга. Вспомните, о чем Он молил и что внушал Апостолам перед страданиями Своими. «Отче Святый, — взывал Он к Отцу Своему Небесному, — соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы » (см.: Ин. 17:11, 15 [9]). Дети, — говорил Он Апостолам, — заповедь новую даю вам, да любите друг друга (Ин. 13:33-34). Видите, как сильно желал Иисус Христос, чтобы мы жили во взаимной любви!

Иисус Христос не только заповедал нам любить других людей, но и явил в Себе Самом Свою Божественную любовь к нам. Для чего Он, будучи Богом, сошел с Небес на землю и принял на Себя бренную плоть нашу? По любви к нам, людям. Почему Он, невинный, подвергся тяжким страданиям и был распят на Кресте, как беззаконник? По той же любви к нам. Почему Он долготерпит наши грехи и не только милует нас, но еще и посылает нам разные дары благодати? По любви к нам.

Мы должны любить друг друга еще и потому, что любовь к ближним имеет высокое нравственное достоинство, составляет великое совершенство христианина. Она уподобляет нас Богу, потому что Бог есть Любовь. Бог во всем действует по любви к Своим творениям, в особенности же к нам, людям, которых Он так любит, что Сына Своего Единородного послал в мир, да живы будем Им (см.: Ин. 3:16). Любовь есть источник и совокупность всех иных добродетелей, а потому она и выше всех добродетелей. Теперь пребывают сии три, — пишет апостол Павел, — вера, надежда, любовь; но любовь из них больше(1 Кор. 13:13). Без любви все наши знания, подвиги и сама вера не имеют нравственной цены.

Аминь.

1960 г.

Покров Божьей Матери. 14 октября н.с. (1 октября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

14 октября Русская Православная Церковь празднует Покров Пресвятой Богородицы в память события, произошедшего более тысячи лет назад в святом городе Константинополе. Память об этом событии бережно хранится народом нашим на протяжении всех десяти веков. Чудо, случившееся в 911 году во Влахернском храме, воспринимается всеми верующими людьми как близкое и дорогое каждому сердцу. Ведь заступничество Божией Матери, Ее защиту и Ее Покров мы чувствуем всегда и в собственной жизни, и в жизни нашей измученной России.

Праздник Покрова издревле любим и почитаем русским народом. Чудо, прославленное Церковью, произошло в храме во время всенощного бдения, когда город Константинополь — тогда Православная греческая столица — был окружен многочисленным неприятелем. Все находившиеся в церкви, а среди них и император Лев, и императрица, и множество придворных, горячо молились об избавлении от врага. Свою молитву к Господу и Божией Матери возносил и святой Андрей, принявший на себя подвиг юродства Христа ради. Многие в городе смеялись над святым Андреем, били и толкали его.

Благодушно терпя издевательства и голод, он ходил по улицам в одном рубище, проводил ночи на холоде, а милостыню, которую подавали ему, раздавал другим нищим. Господь наградил святого Андрея даром прозорливости. Молясь во время всенощной вместе со всеми прихожанами, он увидел вдруг Пресвятую Деву, шествовавшую по воздуху в окружении сонма ангелов и святых. Преклонив колени, Богоматерь долго молилась, а затем, подойдя к престолу храма, сняла со своей головы покрывало (покров) и распростерла его над молившимися в храме людьми, знаменуя тем подаваемую Ею всему христианскому миру защиту от видимых и невидимых врагов. Покров в руках Ее сиял «паче лучей солнечных».

Святой Андрей со страхом и трепетом созерцал это Божественное видение и спросил стоящего рядом своего ученика, блаженного Епифания: «Видишь ли, брат, Царицу и Госпожу, молящуюся о всем мире?»

— «Вижу, святой отче, и ужасаюсь». Пречистая Дева стояла «на воздусе молебно простирающу всечестные Свои руци, просяще умирения миру и спасения душ наших», — говорится в праздничной стихире. Святые Андрей и Епифаний, удостоившиеся созерцать молящуюся Богоматерь, долгое время смотрели на распростертое пред народом покрывало и на блиставшую, наподобие молнии, Славу Господню. Доколе была там Пресвятая Богородица, видимо было и покрывало, по отшествии же Ее сделалось и оно невидимым, но, взяв его с собою, Она сохранила благодать, бывшую там. Заступничеством Пречистой Девы враг был отогнан от стен Константинополя, а память о чудесном явлении Богородицы осталась в народе.

На Руси праздник Покрова был введен святым князем Андреем Боголюбским, внуком Владимира Мономаха, в XII веке. В 1165 году близ Владимира был построен всемирно известный шедевр древнерусского зодчества — храм Покрова на Нерли. Другой известнейший собор в честь Покрова Божией Матери (храм Василия Блаженного) расположен в центре Москвы. Его строительство связано с походом царя Иоанна Грозного на Казань в 1552 году. В праздник Покрова Богородицы русские войска одержали решающую победу над татарами. Он был установлен на нашей земле, ибо Матерь Божия не оставляет нас своим заступлением и молится Господу нашему за всех нас, здравствующих и почивших, поскольку у Бога все живы, и нет в Церкви погибших телесно, но могут быть погибающие духовно.

Никогда, возможно, не откроется тайна такого почитания этого праздника у русских. Хотя по одной из версий (небесспорных, конечно) состоит она в следующем.

В войске, осадившим Константинополь, было много и русских язычников, «искателей приключений», наводивших в то время ужас на всех обитателей Причерноморья. И вот застигнутые внезапной бурей, разметавшей корабли, вернувшись домой после неудачного похода, они рассказали своим соплеменникам о великом чуде, явленном греческим Богом по молитвам к нему греков. Возможно событие это оказало и определенное влияние в переходе руссов в христианство, как пример невиданного милосердия неизвестного Бога, не только охранившего византийцев от нападения, но и простершего свою длань над бывшими завоевателями, чтобы спасти души их и их потомков. Потому же, возможно, и осталось в генетической памяти русских православных христиан как событие, способствовавшее изменению судьбы целого народа.

Покров Пресвятой Богородицы. (Протоиерея Димитрия Смирнова)

Все люди стремятся к блаженству, к счастью, все хотят жить хорошо. И в сегодняшнем Евангелии Господь нам говорит, как этого достичь: надо слушать слово Божие и хранить его в своем сердце. Кто учился в школе, знает, что учителя наши чаще всего были недовольны тем, что у нас в одно ухо влетает, а в другое вылетает и ничего не остается. Это им было больше всего обидно.

Так и Господь. Он принес на землю слово Божие и хотел бы, чтобы оно как-то осело в человеке, чтобы он хранил его в своем сердце. Не только в уме хранил — этого недостаточно, потому что просто запомнить мало, это ничего не даст — до тех пор, пока человек не примет его сердцем. Только всем сердцем согласившись со словом Божиим, он будет жить так, как оно велит. Вот этого Господь и хочет, поэтому Он сказал: «Блажени слышащии слово Божие и хранящии е». И нам надо этому научиться.

Мы ходим в храм и каждый раз слышим здесь отрывки из Евангелия, то есть маленькие частицы слова Божия. Евангелие нам надо вместить в себя полностью, но невозможно на каждом богослужении прочитать его целиком. Поэтому святая Церковь избирает отрывки — они называются по-славянски «зачала», — которые читаются в каждый день года и в каждый праздник особенный. Богослужение наше так устроено, что если ходить в храм ежедневно, то мы услышим все Евангелие. Однако мало кто может быть на службе каждый день, поэтому во всех странах мира воскресенье — день выходной, когда никто не работает. Так Господь устроил для того, чтобы в этот день люди могли прийти и послушать слово Божие. Для воскресных и праздничных чтений святая Церковь избирает такие отрывки из Священного Писания, которые наиболее для нас важны. Но, конечно, просто прийти в храм недостаточно, можно все мимо ушей пропустить и выйти пустым, потому что ты ничем не наполнился, ничего не понял, ничто в твою голову не проникло.

Сегодняшнее Евангелие от Луки, отрывок, который мы часто в храме слышим, называют Богородичным. Когда бывает праздник какой-нибудь иконы Божией Матери, или Ее Рождество, или отмечается любое другое событие, с Ней связанное, читается это зачало о Марфе и Марии. Чему же оно нас учит? Мы знаем, что у человека очень много земных забот: ему надо поесть, попить и постель приготовить, надо и постирать, и убраться; все это занимает очень много сил и времени. И Господь не говорит, что это маловажно, но Он учит, что есть вещи более важные. Более важная вещь — это заниматься своим сердцем, духовной жизнью.

Можно и обед сготовить, в этом нет ничего дурного; можно и постель убрать после того, как встал, и это неплохо; можно даже полы подмести, и это хорошо. Но если мы живем так, что просыпаемся, готовим, чистим, моем, потом на работу идем и приходим домой уже обессиленными, дома отдыхаем, телевизор смотрим, ну а потом, сколько у нас осталось сил и времени, молимся Богу — то Господь говорит, что такая жизнь неправильная. Если мы будем так жить, мы не достигнем того, к чему стремимся, не достигнем блаженства. Надо, наоборот, сперва в храм сходить, сперва помолиться, сперва заняться своей душой, Евангелие почитать, а если время останется, тогда можно и покушать; если время останется, можно и поспать, и квартиру убрать, и постирать.

Но мы самое главное, к сожалению, оставляем на потом. Некоторые так и заявляют: мне некогда часто в храм ходить, я с внуками сижу. Что же в этом плохого? С внуками сидеть надо? Да, бывает такая необходимость. Но представь себе, что ты завтра умрешь. И что, твои внуки на улице останутся без призора? Нет? Значит, найдется возможность куда-то их пристроить? А вот спасут ли тебя твои внуки от вечной погибели? Господь учит: едино на потребу только есть. Потому что сколько ни стирай белье постельное — поспишь на нем некоторое время, и оно опять испачкается; сколько квартиру ни мой, все равно она будет грязная; сколько ни ешь, все равно есть захочется. То есть эти дела в некотором роде бессмысленны, потому что мы едим, едим, едим, а потом все равно умираем. Спрашивается, зачем мы истребили такое огромное количество пищи, если тело наше умрет; какой в этом смысл? Никакого. Но мы все о телесном помышляем и заботимся, а вот о душе нашей, которая бессмертна, которая никогда не умирает, — о ней нерадим.

Хорошо, если кто раз в неделю в храм придет; хорошо, если раз в несколько дней или раз в месяц подготовит свою душу к причастию; хорошо, если постарается какие-то заповеди Божии исполнять. Но ведь нужно, чтобы человек научился молиться непрестанно, заповеди Божии исполнял все — а он сидит телевизор смотрит. Ты что, уже Евангелие выучил? У тебя времени очень много? Как же ты кино смотришь? Ну какое может быть кино, когда ты еще не знаешь наизусть Священного Писания? Сперва ведь нужно знать, а уж потом исполнять. А человек не знает, и ему неохота. За чем-то другим он в очереди стоит, а Евангелия у него до сих пор нет, не может купить — лень или денег жалко.

Вот в чем наша беда. Поэтому жизнь наша такая тяжелая и мрачная, поэтому мы попадаем во всякие беды. Потому и с детьми мы так мучаемся, что кормить мы их кормили, поить поили, одевать одевали, да еще старались получше одевать, и все это оказалось никому не нужным делом. А вот душой ребенка никто не занимался, никто его не учил молиться, никто не учил его заповедям Божиим, никто его в храм не водил, никто его не причащал, на ночь его в постельке не благословлял. Так вот он и вырос. Естественно, мир-то злой, греховный; и он этим всем грехом пропитался. Порча ведь не сразу бывает, а постепенно. Даже яблоко в корзине, оно же не сразу гниет: сначала бочок немножко промялся; потом в этом месте начинает подгнивать, а потом все-все потихонечку и сгнивает. Так и душа человека: допустил зло — сначала злится немножко, потом все больше, больше, и так постепенно совершенно в злодея превращается, уже готов и детей малых, и жену свою бить смертным боем, и вообще все вокруг плохие, один только он хороший.

У каждого человека есть предрасположенность ко злу, мы люди грешные, уже рождаемся такими. Но один с помощью воспитания это зло в себе подавил и дал жить добру, а другой, наоборот, в результате своей жизни стал лицемером: прикидывается только добрым, а дома — злодей, истязатель, фашист, садист, от которого житья просто нет. На вид-то все благочестиво, все хорошо, улыбочка на устах играет — вот такое подлое лицемерие. Но Бог все видит, Бог все знает.

И если мы хотим быть христианами, хотим достичь блаженства, которое Господь нам обещает, то нам нужно жизнь свою исправлять. На первое место мы должны ставить участие в святых таинствах, посещение храма Божия, молитву, чтение Священного Писания. А если после всего этого время у нас останется, и силы, и возможности, то можно немножко и постирать, это не грех; если останутся силы, можно и обед сварить, можно даже и поспать. Это все совсем не плохо, но только если останется время. А у нас наоборот. Нам некогда молиться; некоторые так и говорят: мне молиться некогда. Ничего себе; как же это так? Бог нам все дает, а нам молиться некогда, некогда в храм сходить.

Такое наше отношение к Богу называется грехом. Поэтому если кто у нас спросит когда-нибудь: объясни мне, пожалуйста, что такое грех, надо отвечать: грех — это наше поганое, неблагодарное, совершенно свинское отношение к Богу, Который нам дал и солнце, и землю, и воду, и жизнь всю нашу, и то, чем мы питаемся. Вот что Господь нам дал; мало этого, Он нам дал Церковь, Он отдал нам Свою жизнь, Он отдал нам Свою Кровь — Он все для нас отдал, только чтобы нас от греха спасти, отвратить нас от зла. Все, что у Него было, Он нам дал, а мы вместо благодарности Богу его забываем, то есть живем не по-Божьи, а живем жизнью дьявольской. И многие из нас, когда умрут, будут уверены, что их ждут райские кущи, Царство Небесное, но ничего этого не получат, потому что всю жизнь прослужили дьяволу — всю жизнь, от начала и до конца. Для молитвы выбирали самые неудобные часы своего дня, Богу уделяли какие-то крохи, как пословица говорит: «На Тебе, Боже, что нам негоже».

Мы отдаем Богу только остатки — вот если осталось немножко от того времени, которое мы себе уделяем, тогда уж Ему. Понятно, что такого отношения к Отцу Небесному быть не должно, оно недостойно Бога. Как же мы можем быть Его наследниками, наследовать Царство Небесное, вечное блаженство, когда к Богу так относимся, когда мы хотим себе только славы от людей, чтобы нас хвалили, чтобы себе все иметь, все себе приобрести, а истинного добра не ищем, истинного труда ради Бога у нас нет.

Вот этому нас учит сегодняшнее Священное Писание. Видите, маленький отрывочек, всего несколько строк, а открывается в нем бездна всякой премудрости. А если бы мы все Священное Писание знали, то вся голова наша и все сердце наполнились бы этой премудростью Божией. Вот и надо нам стараться свою жизнь таким образом устроить, чтобы наше сердце и голова, ум наш напитывались словом Божиим. А то бывает так: воскресный день наступил или праздник, а у человека какие-то дела. Ну есть ли на свете дела важнее, чем спасение собственной души? Душа ли не драгоценней всего на свете?

Конечно, возможны такие обстоятельства, когда человек ну никак не может прийти в храм: собрался на службу — а его парализовало или трамвай переехал. Как ты с перерезанными ногами пойдешь? Понятно, никак. Ну так лежи и плачь, что все в храм пошли, а ты не можешь. Но нет, человек еще оправдывается: мне некогда, мне надо с людьми встретиться, они меня ждут, у меня очень важные дела. Какие дела? Ты посмотри на свою душу, сколько в ней зла, ненависти и всякого хамства, грубости! Чтобы эти авгиевы конюшни, полные навоза, очистить, сколько тебе времени понадобится!

Поэтому мы должны устремляться в храм, чем чаще, тем лучше. Чтобы действительно душу свою очистить, нам надо каждый день в храм ходить и быть здесь с утра до вечера. Но, к сожалению, так жизнь устроена, что многим приходится на работу идти, поэтому ну не может человек постоянно в храме молиться, но в воскресенье-то это наша святая обязанность. Раз ты крест на себе носишь, ты должен в храм ходить; хочу — не хочу, могу — не могу, а раз ты уж назвался христианином, раз ты крещеный, то надо. Потому что кто три воскресенья в храме не был, тот уже от Церкви отлучен, он уже, значит, никакой не христианин. Поэтому нам надо обязательно свою жизнь в этом наладить. Тогда и Господь, глядя на нас, будет доволен, что мы начали свою жизнь исправлять. Аминь.

Крестовоздвиженский храм, 14 октября 1989 года.

Покров Пресвятыя Богородицы. (Отца Виктора Ильенко)

Снова мы собрались ради праздника Пречистой Богоматери; снова услышим Евангелие, столь знакомое, знаемое наизусть о встрече двух обрадованных матерей — Марии и Елисаветы, снова вместе с Пречистой воскликнем: «Величит душа моя Господа, и возрадовася дух мой о Бозе, Спасе моем», снова радостно отверзем уста наша и воспоем радуяся Тоя чудеса.

И это — чудо милости Божией, что так легко нашему сердцу открываться для песнопений Матери Божией, что мы не только не тяготимся этими частыми праздниками Пречистой, но после каждого прошедшего с нетерпением ждем следующего, и когда он приходит, то вот это одно ваше множество свидетельствует, как мы любим Ее, честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим.

У сегодняшнего праздника есть свои особые черты, которыми нам он особенно дорог. Пречистая распростерла свой омофор над городом, находившимся в беде, над народом, у которого не осталось иной надежды, кроме Царицы небесной; и Она явила ему свое заступление. И вот от этого далекого исторического факта в душу христианскую вошла уверенность, что когда нет заступника, нет утешения, нет отрады, когда в сердце готова поселиться горькая мысль, что ты одинок, забыт и никому не нужен, то стоит только вспомнить, что есть у нас добрая, милосердная и сострадательная Мать, которая видит наши нужды, слышит наши воздыхания и всегда готова помочь нам, поддержать, утешить; стоит вспомнить и к Ней, Пречистой и Преблагословенной, всем сердцем своим обратиться и поплакать пред Ней, пожаловаться Ей на свою судьбу — и тогда совершится чудо: пройдет скорбь, и тихая, умиленная радость и примиренность с волей Божией поселится в душе.

Эти духовные переживания — и скорби и последующие радости — суть факты, реальности, действительность. Мы знаем, откуда приходит скорбь, что ее рождает; нам следует точно знать откуда приходит радость, чтобы не думать о ней, как о случайности, которая сама собой, от перемены душевных настроений происходит.

Разобраться нам в душе своей, увидеть источник радости помогает нам Церковь. Вот сегодня Она в кондаке укажет нам, что «Дева днесь предстоит в церкви и с лики святых невидимо за ны молится Богу».

Разве может быть грустно и скорбно там, где Царица небесная распростирает свой молитвенный покров? Где люди обращаются к Ней с мольбой? Разве можно сомневаться в Ее невидимом здесь пребывании, сомневаться нам, которые две недели тому назад так явственно почувствовали присутствие блаженных сил и веяние благодати Божией в храмепамятнике, когда Пречистая Владычица своей чудотворной иконой пребывала там, вселяя радость в наши души? То была духовная действительность! Сейчас она снова повторяется здесь и степень ее напряжения зависит всецело от нас. Если мы очистим чувствия, чтобы никакое житейское пристрастие не владело нашим сердцем, то Христова радость, за молитвы Пречистой Матери, снова охватит нас и будет источником последующих духовных утешений. Аминь.

Брюссель, 1950 г.

Иконы Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость». 6 ноября н.с. (24 октября с.с.)

Историко-экзегетическое описание события

Икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость » прославилась чудотворением в 1688 году. Родная сестра патриарха Иоакима (1674-1690) Евфимия, жившая в Москве, долгое время страдала неизлечимой болезнью. Однажды утром, во время молитвы, она услышала голос: «Евфимия! Иди в храм Преображения Сына Моего; там есть образ, именуемый «Всех скорбящих Радость». Пусть священник отслужит молебен с водосвятием, и получишь исцеление от болезни». Евфимия, узнав, что такая икона, действительно, есть в Москве, в храме Преображения на Ордынке, исполнила повеление Пресвятой Богородицы — и исцелилась. Это произошло 24 октября 1688 года.

Икона Божией Матери «Всех скорбящих Радость » (с грошиками) прославилась в 1888 году в Петербурге, когда во время страшной грозы молния ударила в часовню, но находившаяся в ней святая икона Царицы Небесной осталась невредимой; к ней лишь прилепились мелкие медные монеты (грошики), лежавшие перед иконой. На месте часовни в 1898 году была построена церковь.

Слово в день празднования иконе Божией Матери «Всех скорбящих Радость». (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Други наши, сегодня мы продолжаем с вами тему, которой коснулись в день праздника Покров Пресвятой Богородицы. Ведь ныне воспеваем празднуем мы духовное покровительство, ходатайство и заступление пред Богом, которое получаем по великому милосердию и любви к нам Божией Матери. В нынешний день совершается празднество чудотворной иконе Пресвятой Богородицы «Всех скорбящих Радость».

Память этого праздника пришла к нам из 1688 года. Сестра Патриарха Иоакима Евфимия страдала жестоко от раны в боку и уже почти не надеялась на выздоровление. Но однажды, проснувшись рано, она начала читать молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя», потом велела себя приподнять и начала призывать Богородицу, молясь Ей в нестерпимой болезни своей, скорбя от обступившей ее печали и безнадежности. Мука страдалицы была так сильна, что Матерь Божия поспешает к бедствующему чаду. И Евфимия слышит Ее голос: «Евфимия, ты так долго страдаешь, почему же ты не прибегнешь к общей всех Целительнице? В храме Преображения, что в Москве на Ордынке, есть Мой образ «Всех скорбящих Радость», призови священника того храма с этим образом, и пусть он отслужит молебен, тогда болезнь твоя пройдет». Повеление было исполнено тотчас, и болезнь миновала. А память о дивном исцелении хранилась бережно, передаваясь из поколения в поколение. И потекли с тех пор страждущие, больные и увечные к чудотворному образу, в котором явила Матерь Божия Свою благодатную силу и милость.

И до наших дней не иссякает целебный источник благодати от иконы «Всех скорбящих Радость». Только моли, проси, вздохни из самой глубины сердца своего, принеси боль твою к Матери, и никто лучше Ее не поймет тебя, и никто скорее Ее не поможет тебе. Посмотрите, дорогие мои, внимательно на икону Царицы Небесной «Всех скорбящих Радость». Кто рядом с Ней, кто припал к ногам Ее и какие принес скорби, кто протянул обессиленные горем и немощами руки? Не мы ли это с вами?

Мы пришли ныне почтить Царицу Небесную, мы поспешили сегодня под Покров Радости всех скорбящих, и все мы пришли со своими скорбями, а их теперь несть числа. Здесь и наши болезни, и скорби о болезни близких наших. Здесь и неимоверная сердечная туга, грех ради наших тяготящая нас, и скорби общественные, и все мы, сюда пришедшие, находимся в ярме жизненных страданий. А теперь еще снова, как некогда, бурные волны вздымаются на саму основу жизни нашей — на Святую Церковь.

И многие так часто, теряя надежду на Бога и Матерь Божию, дойдя до изнеможения, задают вопрос: «Почему, зачем она, эта бесконечно прискорбная жизнь, жизнь-страдание?» Рождается человек с воплем, в страданиях, и страдает всю жизнь, и умирает в страданиях.

Вопрос этот совсем не праздный, ибо встает он пред всеми людьми, и ответ на него они получают из самой жизни и жизнью. И ответ зависит от одного существенного момента, а именно: «Како верует человек?»

Люди, не просвещенные светом евангельского учения, испытав жизнь с ее превратностями и будто бы бессмыслицей чередования радостей и скорбей, начинают считать лучшим жребием на земле совсем не родиться и не видеть солнечного света, ибо для них жизнь — «дар случайный, дар напрасный». Тогда живи одним днем, ешь, пей, веселись, ибо завтра умрем. И не так редки в безбожном мире случаи самовольного дерзкого прекращения своей жизни.

Но блажен тот, кому свет Христова учения озаряет сгущающуюся тьму жизни, кого крепкая десница Божия ведет по неведомому пути и кого Покров Царицы Небесной укрывает надежнее всякой другой защиты. Ибо именно им открывает Господь великий смысл жизненных скорбей, которые, как лестница, ведут человека к духовному возрастанию, а с ним и к блаженству в Боге.

Я не устану вам повторять слова святых отцов, прошедших суровую школу скорбей и познавших покой и радость в Боге, слова их, в которых стержень нашей крепости, чтобы мы не поколебались: «На земле нет ничего невозглавленного, потому что начало всему — Бог».

Вот в чем наша надежда и крепость — в непоколебимой уверенности, что в мире вовсе ничего не бывает без Бога, но все происходит или по Его воле, или по Его попущению. Все доброе совершается по Его воле и Его действием; противное же бывает только по Его попущению, когда покровительство Божие оставляет нас за нечистоту и ожесточение сердца, попускает тиранствовать над нами диаволу или бесчестным плотским страстям.

Так вот в чем причина бедствий, нашедших на нас. Мы стали слепы и глухи. Мы ожесточенным сердцем готовы обвинить любого и каждого, забывая, что только личный грех искажает нашу жизнь. Бог же всегда желает, чтобы истина торжествовала. И Он повелел Церкви возвещать ее миру. И наше дело слышать голос Церкви — голос истины.

Но вот и в Церкви скорби, и в Церкви нестроения, и в ней обстоятельства складываются так, что мы готовы усомниться в истинах, Церковью возвещаемых, и даже в Самом Боге. Но именно в такие трудные моменты мы с вами должны твердо знать, что Бог есть любовь, благо, и все Им посылается для нашей пользы. А вот самого способа, которым это делает Господь, исследовать нельзя, и нельзя унывать, нельзя роптать, когда не можем понять, что происходит. Именно в таких обстоятельствах являет человек подвиг веры и венчается спасением.

Скорбно, тяжко и недоумение на сердце в скорбные минуты, и именно в это время надо бежать нам в сердце свое: не оно ли причина туги — мое, восстающее на Промысел Божий сердце, требующее у Бога отчета, почему это происходит так, а не иначе. Нам бы следовало напечатлеть на сердце своем единственное знание: что бы ни делал Господь, Он делает для нашей пользы, и мы все должны принимать с благодарностью, как от Благодетеля и Благого Владыки, хотя бы то было и скорбное. Так делали Божии люди во все времена, этим они проходили тяготы жизненного пути.

И сколько раз в истории Церкви бурный ветер поднимался против нее. Сколько раз верующие чувствовали на себе это! Враги Христовы ополчались на нее с младенческого ее возраста. Так, в первые века христианства юная Христова Церковь, казалось, неминуемо должна была погибнуть. Христиан избивали, храмы разрушали, священные книги сжигали. Но нет, Церковь выжила, совсем еще малочисленная, но сильная духом.

И сколько раз в другие, более поздние времена волны лжеименного разума восставали на Церковь — на источник жизни. И не в столь отдаленное от нас время, семьдесят лет тому назад, вынашивались коварные планы уничтожения Церкви: «Мы должны дать самое решительное и беспощадное сражение духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий».

Даже после такой программы, проведенной в жизнь, выжила Церковь, хотя, действительно, не забудет тех, кто положил души свои за нас, за нашу Церковь, за истину. Но когда страшное гонение на Церковь только начиналось, пророчески прозвучали слова одного из иерархов Святой нашей Церкви: «Да, Российская Империя может быть сметена надвигающимися событиями, но Церковь погибнуть не может».

Пророчество сбылось. Но почему же, почему Бог допускает, чтобы Его дело так посрамлялось (три правящих епископа осталось перед войной в России)? Почему же Господь, будучи Владыкой природы, не предупреждает бури, не усмиряет ее в самом начале?

Священное Писание в известной мере объясняет это — в суровой школе воспитываются души.

«Где вера ваша » — спрашивает Христос Своих учеников, напуганных бурей (Лк. 8:25).

«Где вера ваша?» — спрашивает Он и нас.

Внешние поражения суть наше торжество, и страдания Церкви являются условием ее возрождения и спасения. Господь учит нас не ожидать торжества Евангелия от внешних причин, но для того Он поместил сокровище Евангелия в «глиняные сосуды», чтобы все ясно видели, что сила Божия в немощи совершается.

Все земные власти могут соединиться против христианства, «глиняные сосуды » могут быть разбиты, но их содержимое никак не может быть окончательно и без следа уничтожено: истина все так же будет сиять на земле. Бог в потребную минуту придет на помощь, не даст до конца погибнуть.

Помните, что, когда мы боремся с волнами в бурном житейском море, Господь покрывает нас, Матерь Божия ходатайствует за нас, ибо Они с нами «… во все дни до скончания века » (Мф. 28:20). Правда, иногда помощь Божия приходит не сразу. Спаситель медлит. В этом и заключается высшее испытание веры.

Не раз во всемирной истории Бог заставлял Своих преданнейших и вернейших служителей испивать, казалось, до дна чашу испытаний — земных несчастий, а затем отзывал их из мира после страшного мученичества. Это совершенные люди, и они очищались, как золото в горниле.

Будем же помнить, други наши, что испытания посылаются для нашей пользы и что выше меры сил Господь никому не попустит искуситься.

Если Бог медлит Своею помощью — подождем ее! Если ветер усиливается и ночь сгущается, то противопоставим «видению » свою твердую веру; настоящим делам — дела грядущие; вечеру, кончающемуся в слезах, — зарю утешения; несправедливости, гнетущей нас, — восстановление истины, которое будет неизбежно и навечно; царству беззакония, имеющему конец, — Царство Божие, которому не будет конца и в котором Господь отымет всякую слезу от очей наших!

А Матерь Божия всегда есть и будет с теми, кто верен Ее Божественному Сыну, кто идет по Его зову путем вечного спасения. Она, по словам святителя Иоанна Златоуста, — первая Преемница Божественных дарований и первая Раздаятельница этих даров и благословений людям, ищущим помощи у Господа и милостей у Нее».

Так будет всегда — до последнего часа, до последнего мгновения жизни мира.

И наше веруюшее и знающее великую силу ходатайства Матери Божией сердце пусть всегда будет у ног Божией Матери со своими воздыханиями, нуждами, скорбями, с глубоким покаянием во всех испытаниях и в минуты плача о грехах.

И Она, Радость всех скорбящих, наша Небесная Мать, простирая Свой державный Покров, заступит, спасет и помилует всех нас. Аминь.

Собор Архистратига Михаила и прочих сил бесплотных. 21 ноября н.с. (8 ноября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Празднование Собора Архистратига Божия Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных установлено в начале IV века на Поместном Лаодикийском Соборе, бывшем за несколько лет до Первого Вселенского Собора. Лаодикийский Собор 35-м правилом осудил и отверг еретическое поклонение ангелам как творцам и правителям мира и утвердил православное их почитание. Совершается праздник в ноябре — девятом месяце от марта (с которого в древности начинался год) — в соответствии с числом 9-ти чинов Ангельских. Восьмой же день месяца указывает на будущий Собор всех Сил Небесных в день Страшного Суда Божия, который святые отцы называют «днем восьмым», ибо после века сего, идущего седмицами дней, наступит «день осмый», и тогда «приидет Сын Человеческий в Славе Своей и вси святии Ангелы с Ним » (Мф. 25:31).

Чины Ангельские разделяются на три иерархии — высшую, среднюю и низшую. Каждую иерархию составляют три чина. В высшую иерархию входят: Серафимы, Херувимы и Престолы. Ближе всех Пресвятой Троице предстоят шестокрылатые Серафимы (Пламенеющие, Огненные) (Ис. 6:2). Они пламенеют любовью к Богу и других побуждают к ней.

После Серафимов Господу предстоят многоочистые Херувимы (Быт. 3:24). Их имя значит: излияние премудрости, просвещение, ибо через них, сияющих светом Богопознания и разумения тайн Божиих, ниспосылается премудрость и просвещение для истинного Богопознания.

За Херувимами — предстоят Богоносные по благодати, данной им для служения, Престолы (Кол. 1:16), таинственно и непостижимо носящие Бога. Они служат правосудию Божию.

Среднюю Ангельскую иерархию составляют три чина: Господства, Силы и Власти.

Господства (Кол. 1:16) владычествуют над последующими чинами Ангелов. Они наставляют поставленных от Бога земных властителей мудрому управлению. Господства учат владеть чувствами, укрощать греховные вожделения, порабощать плоть духу, господствовать над своей волей, побеждать искушения.

Силы (1 Пет. 3:22) исполняют волю Божию. Они творят чудеса и ниспосылают благодать чудотворения и прозорливости угодникам Божиим. Силы помогают людям в несении послушаний, укрепляют в терпении, даруют духовную крепость и мужество.

Власти (1 Пет. 3:22; Кол. 1:16) имеют власть укрощать силу диавола. Они отражают от людей бесовские искушения, утверждают подвижников, оберегают их, помогают людям в борьбе с злыми помыслами.

В низшую иерархию входят три чина: Начала, Архангелы и Ангелы.

Начала (Кол. 1:16) начальствуют над низшими ангелами, направляя их к исполнению Божественных повелений. Им поручено управлять вселенной, охранять страны, народы, племена. Начала наставляют людей воздавать каждому честь, подобающую его званию. Учат начальствующих исполнять должностные обязанности не ради личной славы и выгод, а ради чести Божией и пользы ближних.

Архангелы (1 Сол. 4:16) благовествуют о великом и преславном, открывают тайны веры, пророчества и разумение воли Божией, укрепляют в людях святую веру, просвещая их ум светом Святого Евангелия.

Ангелы (1 Пет. 3:22) наиболее близки к людям. Они возвещают намерения Божий, наставляют людей к добродетельной и святой жизни. Они хранят верующих, удерживают от падений, восставляют падших, никогда не оставляют нас и всегда готовы помочь, если мы пожелаем.

Все чины Небесных Сил носят общее название Ангелов — по сути своего служения. Господь открывает Свою волю высшим Ангелам, а они, в свою очередь, просвещают остальных.

Архангел Михаил

Архангел Михаил (кто как Бог), вождь небесного воинства.

Говорят, сатана ставит себе в большую заслугу, что заставил живописцев не изображать себя поверженным под ногами Покровителя рода человеческого.

Празднование 8 ноября с.с, 21 ноября н.с.

Упоминается в канонических книгах: Дан. 10:13; 12:1. Иуд. ст. 9. Откр. 12:7-8.

В книге «Руководство к написанию икон святых угодников » говорится о том, что святой Архангел Михаил «изображается попирающим (топчущим ногами) люцифера и, как победитель, держащим в левой руке на груди зеленую финиковую ветвь, а в правой руке копье, на верху коего белая хоругвь, с изображением красного креста, в ознаменование победы Креста над диаволом». (Академик В. Д. Фартусов, Москва, Синод. Тип., 1910, стр.226).

Русский Златоуст, Архиепископ Херсонский Иннокентий в назидание писал: «Он первый восстал против люцифера (сатаны), когда сей восстал против вседержителя. Известно, чем закончилась эта война, низвержением денницы (сатаны) с неба. С тех пор Архангел Михаил не перестает ратоборствовать за славу Творца и Господа всяческих, за дело спасения рода человеческого, за церковь и чад ее.

… Посему для тех, кои украшаются именем первого из Архангелов, всего приличнее отличаться ревностью к славе Божией, верностью Царю Небесному и царям земным, всегдашнею войной против порока и нечестия, постоянным смирением и самоотвержением » (Седмь Архангелов Божиих, М., 1996, стр. 5-6).

Архангел Гавриил

Архангел Гавриил (с еврейского — муж Божий).

Один из высших ангелов, в Ветхом и Новом Заветах является, как носитель радостных благовестий. Священнику Захарии он возвещает в храме, при возношении курения, о рождении Иоанна Крестителя, Приснодеве в Назарете — о рождении Спасителя мира. По Библии он считается ангелом хранителем избранного народа. Каббалисты считают его учителем патриарха Иосифа; по учению магометан — от него Магомет получил свои откровения и им же унесён на Небо. На иконах изображается со свечей и зеркалом из ясписа в знамение того, что пути Божии до времени не бывают ясны, но постигаются через время путём изучения слова Божия и послушания голосу совести.

Церковь прославляет его 26 марта и 13 июля (старый стиль).

Упоминается в канонических книгах: Дан. 8:16 и 9:21; Лк. 1:9 и 26.

Святой Архангел Гавриил, как поясняется в «Руководстве к написанию икон», «изображается держащим в правой руке фонарь с зажженною внутри свечею, а в левой каменное зерцало». (Фартусов, стр. 226). Это зеркало из зеленого ясписа (яшмы) с черными и белыми пятнами на нем, освещаемое светом истины, отражает хорошие и дурные дела народов, возвещает людям тайны Божия домостроительства, спасения человечества.

Имя Гавриил, полученное Архангелом от Бога, означает по-русски Крепость Божия или Сила Божия.

Архангел Варахиил

Архангел Варахиил (благословение Божие).

Это имя известно только по преданиям. В Библии и в Евангелии оно не встречается.

Переводится на русский язык имя сего Небесного посланника Варахиил — Благословение Божие.

В книге «Руководство к писанию икон » говорится о нем следующее: «Святый Архангел Варахиил, раздаятель благословений Божиих и ходатай, испрашивающий нам Божия благодеяния: изображается несущим на груди своей на одежде белые розы, как бы награждающим по повелению Божию за молитвы, труды и нравственное поведение людей и предвозвещающим блаженство и нескончаемый мир в Царствии Небесном». (Фартусов, стр. 227). Эти белые розы означают благословение Божие. Что может быть чище и благовоннее белых роз, из которых добывается розовое масло? Так Господь через своего Архангела Варахиила посылает свое благословение из недр одежды его за молитвы и труды людям.

«Поелику благословения Божии различны, — пишет Святитель Иннокентий Херсонский, — то и служение сего Ангела многообразно: чрез него посылается благословение Божие на всякое дело, на всякое доброе житейское занятие». (Цит. соч., стр. 14).

Архангел Салафиил

Архангел Салафиил (молитва к Богу).

Упоминается в неканонической книге: 3 Ездр. 5:16.

«И вот господь даровал нам целый лик ангелов молитвенных, с их вождем Салафиилом, — пишет Херсонский владыка Иннокентий, — чтобы они чистым дыханием уст своих согревами наши хладные сердца к молитве, чтобы вразумляли нас, когда и как молится, чтобы возносили самые приношения наши к престолу благодати. Когда увидите, братие, на иконе Архангела, стоящего в молитвенном положении, с очами, потупленными долу, с руками, приложенными с благоговением к персям (к груди), то знайте, что это Салафиил». (Цит.соч.,стр.11-12).

В книге «Руководство к писанию икон » говорится: «Святый Архангел Салафиил, молитвенник, всегда молящийся Богу о людях и возбуждающий людей к молитве. Он изображается с лицом и очами, склоненными (опущенными) вниз, и руками, прижатыми (сложенными) крестом на груди, как умиленно молящийся». (Фарусов, стр. 226-227).

Архангел Иегудиил

Архангел Иегудиил (хвала Божия).

Это имя известно только по преданиям. В Библии и в Евангелии оно не встречается.

Имя святого Архангела Иегудиила в переводе на русский язык Славитель Божий или Хвала Божия, ведь он действительно, как гласит надписание на фреске Благовещенского Собора, «имать служение утверждати человеки труждающиеся в чесом либо, славы ради Божия, исходатайствовати им воздаяние».

Как поясняется в «Руководстве к писанию икон», Архангел Божий Иегудиил «изображается держащим в правой руке золотой венец, как награду от Бога за полезные и благочестивые труды святым людям, а в левой руке бич из трех черных веревок с тремя концами, как наказание грешным за леность к благочестивым трудам». (Фартусов, стр. 227).

«Всякий из нас, от мала до велика, обязан жить и трудится для славы Божией, — пишет Архиепископ Херсонский Иннокентий. Чем больше подвиг, тем выше и светлее награда. В деснице Архангела не просто венец: это награда для всякого христианина, трудящегося во славу Божию». (Цит. соч., стр. 13).

Архангел Рафаил

Архангел Рафаил (помощь Божия).

Упоминается в неканонической книге: Тов. 3:16; 12:12-15.

Кто желает сподобиться небесной помощи Рафаила, тому первее всего надобно самому быть милостиву к бедствующим — наставляет Архиепископ Иннокентий Херсонский (Цит. соч., стр.9).

Рафаиил по-арамейски означает Исцеление Божие или Врачевание Божие.

В «Руководстве к написанию икон » вкратце поясняется, что: «Святый Архангел Рафаиил, врач недугов человеческих: изображается держащим в левой руке сосуд (алавастр) с врачебными средствами (лекарством), а в правой стручец , то есть остриженное птичье перо для помазывания ран». (Фартусов, стр.226).

Архангел Уриил

Архангел Уриил (огнь Божий).

Упоминается в неканонической книге: 3 Ездр. 4:1; 5:20.

Согласно Преданию православной Христианской Церкви, святой Архангел Уриил был поставлен Богом охранять Рай после грехопадения и изгнания Адама. По учению Святых Отцов, Архангел Уриил, будучи сиянием огня божественного, является просветителем потемненных, неверующих и невежд. А само имя Архангела, соответствуя его особому служению, означает Огонь Божий или Свет Божий.

По иконописному канону Православной церкви, святой Архангел по имени Огонь Божий «изображается держащим в правой руке против груди обнаженный меч, а в левой огненный пламень». (Фартусов, стр. 226).

«Как Ангел света, он просвещает умы людей откровением истин, для них полезных; как Ангел огня Божественного, он воспламеняет сердца любовью к Богу и истребляет в них нечистые привязанности земные», поясняет владыка Иннокентий, Архимандрит Херсонский. (Цит. соч., стр.10).

Архангел Иеремиил

Архангел Иеремиил (высота Божия).

Упоминается в неканонической книге: 3 Ездр. 4:36.

«В 3-ей книге Ездры (4:36) упоминается еще Архангел Иеремиил (высота Божия)», — пишет архимандрит Никифор в «Библейской энциклопедии » (М., 1891, стр. 63). Он присутствовал при первой беседе Архангела Уриила со священником Ездрой и отвечал последнему на вопрос о знамениях, предшествующих концу грешного мира, и о начале вечного царства праведников.

Имя святого Архангела Иеремиила означает по-русски Высота Божия или Возвышение Божие. Он посылается свыше от Бога к человеку, дабы содействовать возвышению, возвращению человека к Богу. Архангел Божий не только приоткрывает мрачную перспективу греховного мира, дескать, чем дальше, тем хуже, но также помогает узреть в умирающем мире святые зерна жизни вечной. (см. Ин. 12:24). Изображается он, держащим в правой руке весы.

Слово о Небесном ангельском воинстве. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Среди сонма Ангелов находится и Ангел Хранитель каждого из нас. И вот все мы, дорогие мои, должны стремиться к тому, чтобы как можно лучше познать своего Ангела Храните ля, познать настолько, чтобы чувствовать его присутствие близ себя. А для этого необходимо знать нам о нем как можно больше.

Церковь наша учит, что Ангелов Бог создал по Своему образу. Это бесплотные, разумные, чистейшие существа, подобные духу. Они щедро наделены Богом естественными дарованиями: умом, способностью познавать и любить как своего Творца, так и людей, и быть живым образцом Божиих совершенств. Они верные служители Божий, исполнители Его воли. Они не только способны понимать и беседовать друг с другом, но они также понимают и язык наших душ, и поэтому мы можем обращаться к ним в наших молитвах. И в этом залог доступного для каждого из нас тесного непосредственного общения со своим Ангелом Хранителем.

Мы грешные люди, и своими телесными очами мы не видим Ангелов, хотя они и присутствуют всегда в храмах за нашими богослужениями. Не видим мы и своего Ангела Хранителя, хотя он постоянно находится около нас. Но нам необходимо научиться ощущать душой и зреть своими духовными очами присутствие нашего небесного покровителя.

Верование нашей Церкви в то, что каждый христианин имеет своего Ангела Хранителя, основано на свидетельствах Священного Писания и учении святых отцов. Сам Господь в Святом Евангелии указывает нам на это: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих: ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного » (Мф. 18:10).

И жития святых говорят нам о том же. Они повествуют нам, как великие угодники Божий и преподобные отцы и видели, и беседовали со своими Ангелами. Многие свидетельства этому мы можем найти у пустынножителей (особенно египетских), а также из жития подвижников более поздних веков и очень близких к нам.

По учению Церкви каждому из нас в святые минуты Крещения дается Богом Ангел Хранитель, и он сопутствует нам, охраняя нас на всем нашем жизненном пути, и всегда находится в непосредственной близости с нами.

Святой Василий Великий учит, что с каждым из верных (то есть верующих) есть Ангел, который как детоводитель и пастырь управляет его жизнью.

Подобно Василию Великому, и святой Анастасий Синаит, выражая учение Церкви, говорит: «Тем, которые сподобились Крещения, даны от Бога Ангелы, заботящиеся о них и содействующие им».

Но, хотя мы по греховности своей и по душевной нечистоте и не видим Ангелов, как видят их святые, мы веруем, что они окружают нас, просвещают наш разум в познании Бога, наставляют в любви к Богу и к людям, побуждают к молитве и ко всему святому, чистому и возвышенному. Они наполняют нашу душу внутренним миром.

Святые отцы — Дионисий Ареопагит, Иоанн Дамаскин, Василий Великий, Григорий Богослов и ряд других,— оставившие нам учение о Небесной ангельской иерархии, указали на то, что наши Ангелы Хранители, служители и устроители нашего спасения, занимают девятый, то есть самый последний чин в иерархии.

Но пусть это не смущает никого из нас. Хотя они и стоят в самом конце иерархии и, следовательно, больше других удалены от Бога, но, если бы мы оказались способными увидеть их, мы изумились бы их красоте, их благородству и не смогли бы перенести восторга и удивления.

Мы счастливы, дорогие мои, от сознания, что Ангелы Хранители — это служители нашего спасения, что мы не одиноки в нашей земной жизни, в своих трудах ради спасения своей бессмертной души. Мы твердо знаем, что с нами наши помощники, охраняющие нас от всевозможных бед, встречающихся на жизненном пути, и от заслуженного каждым из нас гнева Божия. Наш Ангел Хранитель — это бесконечно любящее нас существо. Он любит нас всей полнотой своей любви. А любовь его велика, и действие ее сильно, так как, созерцая Бога, он видит вечную Любовь, которая желает нашего спасения.

Не смущайтесь, дорогие мои, тем, что наш Ангел Хранитель в Небесной ангельской иерархии занимает девятое — последнее место. Его служение велико в очах Божиих. Он предназначен охранять и спасать нас, людей, а человек, как всем нам хорошо известно, венец творения Божия.

Наш Ангел Хранитель — это как бы вторая наша мать. Он имеет о нас такое же попечение, и даже большее. Мать проявляет о нас особую заботу, пока мы в младенческом и детском возрасте. Ангел же наш Хранитель с момента нашего крещения и до последних дней жизни является заботливым нашим детоводителем. И, если мы сами не оттолкнем его от себя во время нашей земной жизни, он поведет нашу душу и на поклонение Богу, когда наступит время разлучиться душе с телом.

Не смущайтесь! — повторяю еще раз, тем, что Ангел Хранитель наш находится на девятом месте в Небесной иерархии. Если Бог послал Ангела оберегать и защищать человека, Он в то же время дал ему и силу для одоления врагов.

Наши Ангелы Хранители могущественны и своими личными доблестями, могущественны и силою, полученною ими от Бога, могущественны и молитвами, которые они воссылают за нас к Всевышнему Богу.

Все, что есть в нас доброго, чистого, светлого: всякая хорошая мысль, всякое доброе движение сердца, наша молитва, покаяние, добрые дела — все это в нас рождается и совершается по внушению незримого нашего Ангела Хранителя. Действуя через нашу совесть и наше сердце, это он (наш Ангел) удерживает нас от греха и соблазна, это он помогает нам бороться с искушениями, это он внушает нам страх пред тяжким грехопадением.

Когда Ангел Хранитель видит нас идущими спасительным путем, он всячески старается нас ободрить, утвердить на этом пути. Если мы впадаем в грех и уклоняемся от пути спасения, какую трогательную заботу проявляет он, чтобы вернуть в стадо Христово заблудшую овцу! В то же время, когда, увлеченные мирской суетой, мы перестаем слушать его и впадаем в грех, Ангел на время нашей нераскаянности отходит от нас, плачет о нас, со стороны наблюдая за нами, просит за нас Бога, чтобы Он потерпел и помедлил с наказанием. Но в то же время он не перестает стучать в совесть с целью пробудить покаяние в нас.

Данный нам Ангел Хранитель — это как бы расширенная и раскрытая наша совесть. Он всеми силами стремится спасти нас, и мы не имеем права мешать ему в этом. Мы должны помогать ему в его усилиях спасти нас. Мы должны просить его, чтобы он обогатил наш ум обилием святых мыслей, укрепил в нас навык к благочестивым размышлениям. Мы обязаны любить его как старшего и сильного нашего брата. А на самом деле мы так часто забываем о нем, не молимся ему, грехами своими оскорбляем его святыню, а он вновь и вновь проявляет свою заботу о нас. Он ходатайствует за нас пред милосердием Божиим, он умоляет Бога о наших нуждах, и Отец Небесный никогда не откажет ему в его просьбах.

О, если бы нам познать своего Ангела Хранителя так, чтобы вырвалось из нашей груди: «Ангел Божий, Ангел небесный, Ангел утешитель мой, явись мне, откройся моему сердцу! К несчастью моему, я до сих пор не знал тебя. Говори моему сердцу, оно послушает тебя, послушает твоих внушений и исполнит их».

Постараемся, дорогие мои, приобрести такое настроение нашей души.

Но почему Ангелы Божий проявляют такое попечение о людях?

Во-первых, потому что они служители Божий и получили от Бога повеление охранять и спасать людей. Во-вторых, они сами являются творениями Божиими и к ним, так же, как и к людям, относятся слова: «будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд » (Лк. 6:36). Они понимают это и стараются, подражая своему Творцу и Богу, проявлять и свое милосердие, и свое долготерпение к людям.

На земле, среди людей, обширное поле деятельности Ангелам в их стремлении подражать Богу. И поэтому с каким стремлением и с какой радостью они несут на землю людям богатые дары Божий! Они приходят к нам, чтобы напитать несчастного человека хлебом благодати, напоить его несколькими каплями от источника небесных наслаждений, помочь человеку расторгнуть узы греха и с торжеством привести его в дом Отца Небесного. Они подают помощь нуждающимся, укрепляют немощных, воскрешают умерших, то есть приводят к искреннему сокрушенному покаянию грешников, воскрешая их для вечной жизни.

Какую радость доставляет им спасать души, которые Христос искупил Своею Кровию и которые (с их помощью) будут вместе с ними разделять их славу и их блаженство!

Если бы мы были хоть немного более чуткими, мы заметили бы, как заботливо наш Ангел Хранитель помогает нам вернуться через покаяние на путь спасения. Он не только побуждает нас к раскаянию, но он и обещает напомнить нам все наши грехи, все жизненные ошибки и оплошности.

Он говорит нам: «Когда ты соберешься принести покаяние, я буду стоять рядом с тобой и буду напоминать тебе твои грехи, потому что я был свидетелем их. Я стоял только в некотором отдалении от тебя, когда ты грешил, но я видел все твои плохие поступки и сожалел и плакал о них».

И как было бы хорошо, если бы на эти слова своего Ангела человек мог ответить: «Твои внушения, мой Ангел Хранитель, проникают в очерствевшее мое сердце, и я из глубины бездны, которую сам же вырыл грехами моими, взываю к тебе: приведи меня к Отцу моему Небесному! »

Твердо помните, дорогие мои, что, когда вы пойдете приносить свое покаяние служителю Церкви, ваш Ангел Хранитель будет с вами. И как он обрадуется, увидев, что чистосердечная исповедь очистила вашу душу от грехов.

Наши Ангелы Хранители, посланники к нам от Бога, беспрепятственно и быстро совершают путь от Бога к нам и от нас к Богу (лишь бы дела наши не мешали этому). Они исходят от Бога к нам, чтобы принести нам Его благодать; они же и восходят от нас к Богу, чтобы передать Ему наши молитвы и благодарения.

Как же близок должен быть каждому из нас наш Ангел Хранитель! Какое доверие мы должны питать к нему! Ему мы при жизни можем поведать самые сокровенные тайны своей души. Те тайны, которые мы не доверили бы самым близким людям. И это потому, что в Ангеле Хранителе мы видим самого мудрого в советах, самого бескорыстного в любви и помощи, нежного в привязанности к нам, попечительного в наших нуждах.

Вот поэтому Церковь наша за богослужениями как бы от нашего лица ежедневно возносит молитву: «Ангела мирна, верна наставника, хранителя душ и телес наших, у Господа просим». Зачем это ежедневное прошение, если, как уже было сказано, Бог каждому дал своего Ангела Хранителя?

Причина в нас самих. Мы своей беспечностью и своими грехами вынуждаем его просто отойти от нас, ибо он, будучи сам свят, не терпит греха.

О, как нужен он нам во всех обстоятельствах нашей жизни! И как счастлив тот человек, который совершает свой путь пред лицом Бога под руководством своего Ангела Хранителя. Жизнь его чиста и спокойна. Такой человек боится даже тени греха, чтобы не оскорбить своего Ангела.

Но горе нам, если мы своими поступками вынуждаем его из нашего заступника превратиться в нашего обвинителя. По учению Церкви, Ангел Хранитель предстанет пред каждым из нас и в таинственную, страшную, священную и неизбежную минуту нашей смерти.

Вот тогда-то мы будем просить и умолять его, чтобы он не отходил от нас. Не оставлял нас при прохождении мытарств, потому что нам очень страшно будет без него. И как глубоко мы будем сожалеть тогда, что при жизни своей сами удалялись от него, забывали молиться ему, особенно в минуты опасности.

И как будут блаженны те из нас, кто приучил себя при жизни молитвенно обращаться к нему: «Ангел Хранитель мой! Когда же настанет час кончины моей, поспеши ко мне на помощь при разлучении души от тела; будь моим утешителем в борьбе со смертью; приими под свою защиту, когда перейду в область вечности, когда изыду из мира сего и вступлю в неизвестный мне мир; ободри меня своим присутствием… Да увижу тебя одесную мене стояща, светла, тиха, заступника моего… » Если душа человека окажется достойной, то Ангел Хранитель будет сопровождать ее в поклонении Богу в 3-й, 9-й и 40-й день по кончине и не оставит и в загробном бытии.

Вот очень кратко, конечно, то основное, что мне хотелось сказать вам об Ангелах Хранителях наших.

Все вышесказанное обязывает каждого из нас с благоговением чтить своего Ангела Хранителя и молиться ему. Причастники сегодняшнего дня! Я особенно призываю вас, когда будете подходить к святой чаше, помните, что только по нашему недостоинству не видим мы, как множество Ангелов окружило чашу с Животворящими Телом и Кровию Христовыми, и они неслышно для нас шелестят своими крыльями, воспевая славу Всемогущему Богу. И рядом с каждым из вас идет ваш верный друг, которого вы тоже не видите, а он советует: «Не торопись, не спеши и не тесни идущих рядом с тобой (как это, к сожалению, мы часто делаем), уступи тому, кто хочет пройти раньше тебя. Иди с благоговением».

Этим вы порадуете своего Ангела Хранителя. Я желаю всем вам, друзья мои, чтобы вы не только полюбили своего Ангела Хранителя как нечто недосягаемо высокое и святое, а чтобы каждый из вас в меру своих духовных сил и возможностей ощущал постоянно стоящего рядом с собой своего Ангела Хранителя — самого близкого и искреннего своего друга.

И вот этого ощущения я вам всем от всей души искренне желаю.

Аминь.

Введение в Храм Пресвятой Богородицы. 4 декабря н.с. (21 ноября с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника. (Епископа Александра Милеанта)

Вымоленная молитвами своих родителей, Пресвятая Дева Мария до трехлетнего возраста жила с ними. С самого раннего возраста они внушали Ей, что Она смогла родиться только благодаря их усердным молитвам Богу и поэтому еще до рождения была Ему посвящена. Поэтому Ее место — в храме Божием, где Она будет воспитываться по закону Господню.

Это намерение Иоакима и Анны — посвятить свою дочь Богу — стало известно в Иерусалиме, и к этому событию собрались их родственники и знакомые, в том числе и юные сверстницы святой Марии.

При шествии в храм девочки, сопровождавшие Пресвятую Деву Марию несли зажженные свечи и пели псалмы. Когда это шествие приблизилось к храму, то навстречу вышли священники во главе с первосвященником.

К крыльцу храма, по словам блаженного Иеронима, вело 15 ступеней — по числу степенных псалмов. Поставленная матерью на первую ступень Пресвятая Дева Мария самостоятельно взошла по остальным ступеням до самого храмового помоста. При входе в храм священник Захария по наитию Святого Духа ввел Ее вовнутрь святилища, во Святая Святых, куда никому не дозволено было входить, кроме первосвященника, и то — лишь однажды в год.

Это введение Пресвятой Девы поразило не только всех предстоящих, но и Ангелов, невидимо здесь присутствовавших, которые, как поется в Задостойнике праздника, «Зряще удивишася, како Дева вниде во Святая Святых».

Праведный Захария устроил Святую Деву жить в доме при храме. Храм в своей окружности имел разные пристройки, в которых проживали служившие при нем. Здесь же находился и приют для девиц.

Святые и праведные Иоаким и Анна, оставив Пресвятую Деву Марию при храме, возвратились к себе домой, сознавая, что их Дочь, как ниспосланный Божественный дар, является их жертвой Тому, от Кого они и получили Ее.

Оставшись жить при храме, святая Дева Мария находилась под надзором и руководством благочестивых наставниц, обучавших Ее, как Священному Писанию, так и разным рукоделиям.

По словам святого Иоанна Дамаскина, будучи удалена от общества неблагонравных мужей и жен, в храме Она жила так, что представляла собой образец жизни лучшей и чистейшей Девы в сравнении с прочими. Бдительность в молитве, скромность, смирение и кротость были Ее отличительными качествами.

Ее день при храме распределялся так: с раннего утра Она молилась, потом читала Священное Писание, затем переходила к рукоделию. Свой день Она также заканчивала молитвой.

Со временем, изучив Священное Писание, Пресвятая Дева Мария обратила особое внимание на пророчество Исаии, написавшего относительно Мессии: «Се Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил». Размышляя об этом тексте, Она горела желанием увидеть Ту благословенную Деву, Которая удостоится стать матерью Спасителя человечества.

Еще будучи совсем юной, Пречистая Дева лишилась Своих родителей. Оставшись сиротой, Она всецело предалась Богу, нисколько не помышляя о земной любви или семейной жизни. Дав обет девства, Она первая открыла путь всецелого служения Богу, по которому потом пошли многие христианские подвижники.

Когда Пресвятой Деве Марии исполнилось 15 лет, первосвященник и священники стали советовать Ей оставить храм и, как полагалось тогда, выйти замуж. На это Пречистая поведала им о Своем обете остаться навсегда девою, чем немало удивила их. По учению раввинов, каждая израильтянка и каждый израильтянин должны вступить в брак.

И вот у священника Захарии возникла дилемма: с одной стороны, закон не разрешал девице, достигшей зрелого возраста, оставаться при храме, а с другой, стороны он не хотел принуждать святую Деву нарушить данный Ею обет.

Размышляя об этом, он придумал следующий компромисс: он предложил Ее родственнику, престарелому Иосифу, стать Ее опекуном. Чтобы исполнить закон, он должен был формально обручиться с Нею, но на деле — стать хранителем Ее обета. Будучи человеком добрым и сострадательным, он согласился это сделать с условием, что она переселится жить к нему в Назарет.

После обручения праведный Иосиф отправился с Пресвятой Девой в Галилею, в свой город Назарет. Пресвятая Дева Мария была опечалена тем, что Ей пришлось расстаться с храмом. Однако, видя во всем волю Божию, Она покорилась божественному Промыслу.

Какова была семейная жизнь Иосифа, предание сохранило лишь отрывочные сведения. По возрасту он мог быть дедушкой юной девицы. Будучи вдовцом, от своей покойной жены Саломии он имел четырех сыновей: Иакова, Иосию, Симона и Иуду, а также двух дочерей: Марию и Саломию. В Евангелиях они упоминаются как братья и сестры Иисуса Христа. Хотя праведный Иосиф происходил из царственного рода, будучи потомком царя Давида, он жил очень скромно, зарабатывая себе на хлеб плотничеством. Был он человеком богобоязненным, кротким и трудолюбивым.

В дальнейшей Своей жизни Пресвятая Дева Мария, по свидетельству святого Амвросия Медиоланского, «была Девою не только плотью, но и духом: в сердце — смиренна, в словах — богомудренна, никого не обижала, всем желала добра, не гнушалась убогого, в речах — не скора, в беседах — целомудренна, ни над кем не посмеялась. Вид Ее был образом внутреннего совершенства. Все дни Свои Она обратила в пост, сну предавалась только по требованию нужды, но и тогда, когда тело Ее покоилось, духом Она бодрствовала, повторяя во сне прочитанное или размышляя о приведении в исполнение предположенных намерений, или предначертывая новые, из дома выходила только в храм, и то — в сопутствии родных. И хотя Она и являлась вне дома в сопровождении других, но лучшим стражем для Себя была Она Сама: другие охраняли только тело Ее, а нравы Свои блюла Она Сама».

Введение во храм. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Юже древле предвозвести пророческое сословие… Марию Богоотроковицу верно да восхвалим: днесь бо вводится во Святая Святых воспитатися Господу. (Икос на утрени).

Мы совершаем ныне, братия, торжественную память Введения во храм Пресвятой Богородицы. Что значить это введение, для чего оно было сделано и кем? — Святые и праведные Богоотцы Иоаким и Анна, родители Пресвятой Девы, будучи долгое время бездетны, молили Бога даровать им дитя, и, если Бог даст, обещались посвятить его Богу на житие и служение в храме. Бог внял их молитве и даровал им дщерь Марш. До трех лет младенец жил в доме родителей, а на четвертом они привели его из города Назарета в город Иерусалим и ввели во храм Соломонов. Здесь принял Ее первосвященник Захария, Который ввел Ее в Святая Святых храма, куда мог входить однажды в год один только первосвященник. С этого времени Пресвятая Дева до своего возраста жила при храме вместе с другими, посвященными на служение Богу девами, обучаясь чтению св. писания и рукоделию и имея свободный вход в Святая Святых для молитвы, которой посвящала большую часть времени и здесь она получала часто пищу от Архангела Гавриила. Итак Пресвятая Дева Мария введена была во храм воспитатися Господу.

Но и каждый из нас, братия, имеет долг, сверх занятий по своему званию, воспитываться и детей своих воспитывать, при мирском воспитании, для Господа. Необходимость этого воспитания для неба, для Господа очевидна для всякого из того, что Творец создал нас для другой жизни в будущем веке, которой не будет конца, совершенно отличной от настоящей, временной жизни. Наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира (Мф. 25:34).

Военное искусство, торговля, промышленность, земледелие, земные науки и искусства, земные дела, — только на земле необходимы, и, как все земное, пройдут, кончатся, как и небо и земля мимо идут (Лук. 21:33). Но так как неземная, вечная душа наша слишком много заботится о земном и непостоянном по застарелой испорченности греховной, забывая о постоянном, вечном отечестве небесном, то надобно всячески стараться, чтобы она не увлеклась совсем мирскими заботами, попечениями, делами и временною сладостью греха и не забыла о другой жизни; нужно всячески, при помощи Божией, направлять ее к небу, раньше знакомить ее с тамошним светом и тамошними потребностями, образовывать ее по небесному, заставлять ее заблаговременно дышать, так сказать, небесным воздухом. Это и значить воспитание для неба, для Господа. Чтобы небо впоследствии времени приняло нас, необходимо здесь — на земли каждому положить в душу свою что-нибудь родное небу, иначе на небе не будет для нас места. Пресвятая Дева введена была во храм и оставлена там до известного времени именно для того, чтобы сроднить Ее с небом, так как храм для этого лучшее место. Царь небесный потому и принял Ее, вселился в Ее утробу, что она была приготовлена к принятию Его духовным воспитанием, что природные добрые Ее расположения и наклонности вполне развились и утвердились здесь так, что она сроднилась душою с чистыми небожителями, быв предочищена Духом Святым. На небе может быть только сродное небу. К Богу не приселится лукавнуяй, ниже пребудут беззаконницы пред очими Его (Псал. 5:5-6). Что же именно нужно при духовном воспитании каждого из нас для неба?

Надобно, во первых, приучить ум обращаться чаще к небу, к Богу, к вечности нам приготовленной и нас ожидающей. Так как для человека мирянина это не совсем легкое дело, особенно, если он живет в постоянных заботах о житейском, или в довольстве и благополучии; потому что чем привык с любовью ум заниматься, к тому всего легче и обращается, то надобно для этого чаще посещать храм Божий, читать священное писание, также беседовать с опытными в духовной жизни людьми. Св. Церковь есть лучшая воспитательница христианина; великодаровитый Господь положил в ней все средства к нашему духовному воспитанию; вся нам Божественныя силы, яже к животу и благочестию (2 Петр. 1:3) подаются нам в ней.

Но надобно также и самим размышлять по временам, что все земное слишком непостоянно и чрезвычайно скоро проходить, оставляя в сердце человека, преданного миру, одну пустоту; что душа наша вечна и об ней необходимо позаботиться. Нам кажется, что здешняя жизнь довольно долга и многие думают, что она дана для наслаждений и потому ловят удовольствия, спешат повеселиться, пока не ушло время, оставляя вечные, небесные потребности души без всякого уважения и попечения. Сколько здесь заблуждения! Здешняя жизнь кажется довольно продолжительною от нашей ограниченности, от нашей слепоты, от близорукости; опытные люди говорят, что наша земная жизнь есть не больше, как пар, который лишь появляется, как и исчезает. Кая жизнь ваша? спрашивает апостол Иаков, пар бо есть, еже вмале является, потом же исчезает (Иак. 4:14). И все люди, дожившие до преклонных лет обыкновенно говорят, что вся их прошедшая жизнь есть как бы прошедшее сновидение. Если же душа наша вечна, а все земное скоро проходит, нисколько не насыщая ее, то легко заключить отсюда всякому, что настоящая жизнь дана не для наслаждений, которые не больше, как приманка грешного мира, как силок, в который ловцы бесплотные, лютые, ловят нашу душу, хотя и нельзя отвергать наслаждений невинных, которым однако ж есть свое время и мира. Настоящая жизнь дана нам для раскрытия наших душевных сил в стройном согласии.

Во вторых, надобно стяжать сердце чистое, сокрушенное и смиренное, простое, мягкое и нежное, которое легко чувствовало бы ядовитость каждого греха, которое болело бы от всего, что противно святейшему Господу и своею болью извлекало слезы, очищающие скверны сердечные; надобно приучить его к искренности и к искренней любви ко всем людям и, в частности, к сострадательной любви к бедным и несчастным. Сердце сокрушенно и смиренно Бог никогда не уничижит (Псал. 50:19), и чистые сердцем в будущей жизни узрят Бога, да и в настоящей жизни только чистые сердцем способны искренно любить Бога и ближних. Простота, искренность сердца любезны Богу. Св. апостолы были выбраны не из премудрых и разумных людей века сего, потому что они большею частью очень непросты, а из младенцев, то есть, из людей, которые по своим понятиям, простоте и неиспорченности подобны младенцам (Мф. 11:25). Земная мудрость иногда стыдится простоты евангельской; но эта простота и есть та самая мудрость, которой должны научиться вей люди, если они дорожат вечным спасением. Да, из Евангелия и апостольских посланий всем нам нужно учиться простоте и искренности, чистоте и любви. Аще не обратитеся, и будете яко дети, говорит Спаситель, не внидете в царство небесное (Мф. 18:3).

Наконец, в третьих, надобно стяжать любовь к добродетели или к святой жизни. Много зла в мире, и он весь во зле лежит (Иоан. 5:19) со времени первого греха; поэтому людям, по природе злым и лукавым, склонным ко греху, надобно заботиться избегать случаев ко греху и искать случаев сделать доброе дело. А сделать доброе дело представляется случай каждому, — во всяком звании. Каждое звание от Бога и добросовестное прохождение обязанностей его есть уже доброе дело, хотя можно найти случай — сделать много и других добрых дел. Добрые дела необходимы нам для будущей жизни. У Господа Бога такой закон, что все люди, — как растения, которым прирождена способность производить из себя плоды и тем быть полезными живым тварям, — должны также непременно давать от себя плоды добрых дел; в противном случай и нам грозит Он посечением, как в притче один садовник хотел посечь бесплодную смоковницу, или — связанием в снопы, назначенные для сожжеюя. Мир есть гумно Божие. На этом гумне есть пшеница и плевелы, т. е. люди добродетельные, Богу приятные и людям полезные; и люди порочные, на всякое благое дело неискусные, Богу противные, а иногда и для людей малополезные или и совсем бесполезные. Но верно слово Божие, что только пшеница собрана будет в житницу небесную, т. е. в царство небесное, а плевы, или негодная трава будут сожжены огнем негасающим (Мф. 3:12), или огнем вечных мучений.

И так, братия, при мирских делах своего звания, будем воспитываться для неба, равно как и детям своим, при мирском воспитании, будем давать духовное воспитание или направление.

Пресвятая Богородице! Помогай нам в этом важном деле и укрепляй нас постоянно в нашем намерении и в наших трудах воспитания для Господа, для вечности. Аминь.

Введение во храм Пресвятой Богородицы. (Архиепископа Сурожского Антония)

Есть праздники, сила которых заключается в воспоминаемом событии; важно, значительно в них, решающе для судеб человеческих то, что случилось; таков праздник Рождества Христова или праздник Воскресения; решающее значение имеет то, что действительно в тот день Бог стал человеком и родился на земле, что именно в тот день воскрес Господь, умерший крестной смертью ради нашего спасения.

И есть праздники, так же как и иконы, которые говорят нам о каком-то внутреннем событии, даже если историческая их обстановка не ясна. Таков праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы. Чтобы исторически в древнем Иерусалиме действительно случилось то событие, которое описывается в богослужебной песне, — едва ли возможно; но оно сообщает нам что-то более значительное, более важное о Божией Матери, нежели физическое Ее вступление во Святая Святых, которое было запрещено и Первосвященнику. Это день, когда Пресвятая Дева, достигшая той ранней зрелости, которая делает ребенка способным лично переживать, лично воспринимать и отзываться на таинственное прикосновение благодати, когда, достигши этого возраста, Она вступила действительно во Святая Святых — не вещественное Святая Святых храма, а в ту глубину Богообщения, которую исторически Храм собой изображал.

И с каким трепетом мы должны читать в богослужебной книге слова, которые приписываются с такой нежностью, с такой глубиной Иоакиму и Анне: Чадо, иди! И будь Тому, Который все тебе дал, возношением и сладким благоуханием! Вступи в ту область, куда нет двери; научись тайнам и готовься стать местом вселения Самого Бога… Как дивно подумать, что мать, отец могут обратиться к ребенку с такими словами: Войди в ту глубину, вступи в ту тайну, куда не ведет никакая вещественная дверь, и приготовь себя быть возношением Богу, сладким благоуханием, местом вселения…

Так некоторые отцы Церкви и святитель Феофан толкуют значение этого вступления Божией Матери в храм, во Святая Святых. Не тронутая грехом, не оскверненная ничем, но уже способная чистым сердцем, не оскверненной плотью, не затуманенным умом отозваться на святыню, на славу, на дивность Божию, трехлетняя Отроковица посылается в эти глубины молитвенного, созерцательного общения.

И в другом месте того же богослужения мы читаем, как Ей тихоговорит Архангел Гавриил, чтобы Она открылась Богу и приготовилась стать местом вселения грядущего Спасителя.

Вот о чем говорит нам праздник: о том, как с первых Своих шагов, напутствуемая матерью и отцом, наставляемая Ангелом, Она вступает в те глубины молитвы, безмолвия, благоговения, любви, созерцания, чистоты, которые составляют подлинное Святое Святых. И разве удивительно после этого, что мы этот день празднуем как начало спасения: первая из всех тварей Пресвятая Дева вступает в эти непроходимые, неприступные глубины, вступает в то общение с Богом, которое будет расти и расти, незапятнанно, незатемненно, неоскверненно в течение всей Ее жизни, до момента, когда, как пишет один из западных писателей, Она сможет, в ответ на Божий призыв, произнести Божие имя всем умом, всем сердцем, всей волей, всей плотью Своей и, вместе с Духом Святым, родить воплощенное Божие Слово.

Да, в день этого праздника действительно совершается для нас явление этого дивного события, начало этого возрастания, но также дается нам и образ того, к чему мы призваны, куда нас зовет Господь: во Святое Святых. Да — мы осквернены; да — наши умы отуманены; да — наши сердца нечисты; да — наша жизнь порочна, недостойна Бога. Но всем доступно покаяние, которое может очистить нас и в уме, и в плоти, и в сердце, выправить нашу волю, всю жизнь нашу сделать правой, так чтобы и мы могли войти во Святая Святых.

И в этом празднике, в словах, которые я прочел в начале, произнесенных как бы Иоакимом и Анной, разве нет призыва к каждой матери и к каждому отцу, чтобы с ранних лет — с мгновения, когда ребенок может что-то уже если не умом понять, то чуять сердцем, воспринимать чуткостью, принять благодать — сказать и нашим детям: вступи благоговейно, трепетно в ту область, куда никакая дверь — ни церковная, ни умственная, ни иная не вводит, а только безмолвное, трепетное предстояние пред Богом, — то Святое Святых — с тем, чтобы вырасти в полную меру роста Христова, уподобиться Матери Божией и стать храмом, местом вселения и Святого Духа, и Господа в Таинствах, и стать детьми нашего Небесного Отца. Аминь!

(4 декабря 1981 г.)

Память Святителя Иоанна Златоуста. 26 ноября (н.с.) (13 ноября с.с.)

Перенесение мощей Святителя Иоанна Златоуста. 9 февраля н.с. (27 января с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святитель Иоанн Златоуст, архиепископ Константинопольский, один из трех Вселенских святителей, родился в Антиохии ок. 347 года, в семье военачальника. Его отец, Секунд, умер вскоре после рождения сына. Мать святого Иоанна, Анфуса, оставшись в двадцать лет вдовой, не стала более выходить замуж и отдала все силы воспитанию сына в правилах христианского благочестия. Юноша учился у лучших философов и риторов. Но, пренебрегая суетными знаниями язычников, будущий святитель рано обратился к углубленному изучению Священного Писания и молитвенному созерцанию. Святитель Мелетий, епископ Антиохийский (память 12 февраля), полюбивший Иоанна, как сына, наставил его в вере и в 367 году крестил. Через три года святой Иоанн был поставлен во чтеца. После того, как святитель Мелетий был отправлен в ссылку императором Валентом в 372 году, Иоанн совместно с Феодором (впоследствии — епископом Мопсуетским) учился у опытных наставников подвижнической жизни, пресвитеров Флавиана и Диодора Тарсийского. Особенное влияние на юношу оказал высокообразованный Диодор.

Когда скончалась мать Иоанна, он принял иночество, которое называл «истинной философией». Вскоре Иоанна и Василия сочли достойными кандидатами для занятия епископских кафедр, и друзья решили удалиться в пустыню, избегая назначения. Однако святой Иоанн, сам уклонившись из смирения от архиерейского сана, тайно содействовал посвящению Василия. В это время святой Иоанн написал «Шесть слов о священстве», великое творение православного пастырского Богословия. Четыре года провел святой в трудах пустыннического жительства, подвизаясь под руководством опытного духовного наставника. Здесь были им написаны три книги «Против вооружающихся на ищущих монашества » и сочинение «Сравнение инока с царем » ( «Сравнение власти, богатства и преимуществ царских с истинным и христианским любомудрием монашеской жизни «), проникнутые высоким представлением о достоинстве иноческого звания. Два года святой соблюдал полное безмолвие, находясь в уединенной пещере. Для восстановления здоровья Иоанн должен был возвратиться в Антиохию. В 381 году святой епископ Мелетий Антиохийский посвятил его во диакона. Последующие годы были посвящены работе над новыми богословскими творениями: «О Провидении » ( «К Стагирию подвижнику «), «Книга о девстве», «К молодой вдове » (два слова), «Книга о святом Вавиле и против Юлиана и язычников».

В 386 году святой Иоанн был хиротонисан епископом Антиохийским Флавианом во пресвитера. На него возложили обязанность проповедовать Слово Божие. Святой Иоанн оказался блестящим проповедником, и за редкий дар Богодохновенного слова получил от паствы наименование «Златоуст». Двенадцать лет святой, при стечении толп народа, обычно дважды в неделю, а иногда — каждодневно, проповедовал в храме, глубоко потрясая сердца слушателей.

В пастырской ревности о наилучшем усвоении христианами Священного Писания святой Иоанн обращается к священной герменевтике — науке о толковании Слова Божия. Среди его экзегетических творений — толкования на целые книги Священного Писания (Бытия, Псалтирь, Евангелия от Матфея и Иоанна, Послания апостола Павла) и множество бесед на отдельные тексты святой Библии, а также поучения на праздники, в похвалу святых и слова апологетические (против аномеев, иудействующих и язычников). Иоанн-пресвитер ревностно исполнял заповедь попечения о бедных: при нем Антиохийская Церковь питала каждый день до 3000 дев и вдовиц, не считая заключенных, странников и больных.

В начале Великого поста 388 года святитель начал толкование книги Бытия. За Четыредесятницу он произнес 32 беседы. На Страстной седмице говорил о предателе и о Кресте, на Пасхальной седмице и до Пятидесятницы ежедневно прихожане наставлялись его пастырским словом. Толкование книги Бытия было закончено в конце октября. С Пасхи следующего года святой начал изъяснение Евангелия от Иоанна, а в конце 389 года перешел к Евангелию от Матфея. В 391 году антиохийские христиане слушали его толкование на Послания святого апостола Павла к Римлянам и к Коринфянам. С 393 года он обратился к Посланиям к Галатам, Ефесянам, Тимофею, Титу и псалмам. В беседе на Послание к Ефесянам святой Иоанн обличал антиохийский раскол: «Говорю и свидетельствую, что раздирать Церковь не менее значит, как и впадать в ересь. Церковь есть дом Отца Небесного, Единое Тело и Единый Дух».

Росла слава святого проповедника, и в 397 году, по преставлении Константинопольского архиепископа Нектария, преемника святителя Григория Богослова, он был вызван из Антиохии для поставления на Константинопольскую кафедру. В столице святой архипастырь не мог проповедовать так часто, как в Антиохии. Множество дел ожидало решения святителя, он начал с главного — с духовного совершенствования священства. И здесь лучшим примером был он сам. Средства, которые предназначались для архиепископа, святой обратил на содержание нескольких больниц и двух гостиниц для паломников. Архипастырь довольствовался скудной пищей, отказывался от приглашений на обеды. Ревность святителя к утверждению христианской веры распространялась не только на жителей Константинополя, но и на Фракию, включая славян и готов, Малую Азию и Понтийскую область. Им был поставлен епископ для Церкви Боспора, находившейся в Крыму. В Финикию, Персию, к скифам для обращения ко Христу язычников святой Иоанн направлял ревностных миссионеров, писал послания в Сирию, чтобы вернуть Церкви маркионитов, и добился этого. Храня единство Церкви, святой не позволил могущественному готскому военачальнику, диктовавшему свои условия императору, открыть в Константинополе арианский храм. Много трудов положил святитель на устроение благолепного Богослужения: составил чин Литургии, ввел антифонное пение за всенощным бдением, написал несколько молитв чина елеосвящения.

Распущенность столичных нравов, особенно императорского двора, нашла в лице святителя нелицеприятного обличителя. Когда императрица Евдоксия распорядилась о конфискации последней собственности у вдовы и детей опального вельможи, святой встал на их защиту. Гордая императрица не уступила и затаила гнев на архипастыря. Ненависть Евдоксии к святителю разгорелась с новой силой, когда недоброжелатели сказали ей, будто святитель в своем поучении о суетных женщинах имел в виду ее. Суд, составленный из иерархов, справедливо обличаемых ранее Златоустом: Феофила Александрийского, Севериана, Гевальского епископа, незадолго перед тем изгнанного из столицы за беспорядки, и других — постановил низложить святого Иоанна и за оскорбление императрицы предать казни.

Император заменил казнь изгнанием. У храма толпился возбужденный народ, решивший защищать своего пастыря. Святитель, чтобы избежать волнений, сам отдал себя в руки властей. Той же ночью в Константинополе произошло землетрясение. Дворец содрогнулся. Испуганная Евдоксия просила императора срочно вернуть святого и немедля послала письмо изгнанному пастырю, умоляя его вернуться. И вновь в столичном храме святитель в краткой речи благословляет Господа «за все пути Его».

Клеветники бежали в Александрию. Но уже через два месяца новый донос пробуждает гнев Евдоксии. В марте 404 года состоялся неправедный Собор, постановивший изгнать святого Иоанна. По удалении его из столицы, пожар обратил в пепел храм Святой Софии и здание сената. Вскоре последовали опустошительные набеги варваров, а в октябре 404 года умерла Евдоксия. Даже язычники видели в этих событиях небесное наказание за неправедное осуждение угодника Божия.

Находясь в Армении, святитель еще более старался укрепить своих духовных чад. В многочисленных письмах (их сохранилось 245) епископам Азии, Африки, Европы и особенно своим друзьям в Константинополе святой Иоанн утешал страдающих, наставлял и поддерживал своих приверженцев. Зимой 406 года святитель Иоанн был болезнью прикован к постели. Но враги его не унимались. Из столицы пришел приказ перевести святого Иоанна в глухой Питиус (в Абхазии). Истощенный болезнями святитель в сопровождении конвоя три месяца в дождь и зной совершал свой последний переход. В Команах силы оставили его. У склепа святого Василиска (память 22 мая), утешенный явлением мученика ( «Не унывай, брат Иоанн! Завтра мы будем вместе «), причастившись Святых Тайн, вселенский святитель со словами «Слава Богу за всё! » отошел к Господу 14 сентября 407 года. Святые мощи Иоанна Златоуста торжественно были перенесены в Константинополь в 438 году. Ученик святого Иоанна, преподобный Исидор Пелусиотский (память 4 февраля), писал: «Дом Давидов укрепляется, а дом Саулов слабеет, как ты видишь: он победил бурю жизни и переселился в Небесный покой».

Слово о пути спасения, о Закхее и о перенесении мощей святителя Иоанна Златоуста. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Круг церковного богослужебного чина снова привел нас к вратам Великого поста. И мы в преддверии его опять, как каждый год, встречаемся с Закхеем «праведным, справедливым » по имени (ибо это означает имя его), но грешным по делам человеком, начальником мытарей, который очень долго и Бога не боялся, и людей не стыдился.

Но именно этот, грешнейший многих грешников, удостоился войти в церковную историю, потому что дал образ первых шагов падшего человека навстречу Господу. И пример его жизни явил откровение о милосердии, о внимании Христа к обращению грешного человека, к самым первым шагам к исправлению.

И сегодня же — так совпали нынче дни — мы с вами особенно молитвенно поминаем того, кто ежедневно напоминает нам о себе, чей орган души, сердца и уст сподобился Божиим велением пропеть единственные, неповторимые слова, дающие жизнь миру, — слова Божественной литургии. Мы поминаем великого учителя Вселенской Церкви — святителя Иоанна Златоустого, ибо сегодня день памяти возвращения святых его мощей из заточения в Царьград на патриарший престол, откуда человеческим коварством и клеветой сбросила его сатанинская злоба, желая разбить этот богоизбранный сосуд.

Но величие духа святителя, всецело от младенческих лет преданного Богу, победило бури жизни, и слова: «Слава Богу за все » — увенчали его многотрудную, многоскорбную и многоплодную жизнь.

«О, Иоанне! Житие твое вправду скорби исполнено бе, но смерть твоя честна, гроб твой славен, мзда твоя многа», — так оценили современники жизнь святителя сразу после его отшествия. А как оценим мы эту поистине великую в Боге жизнь через 1585 лет после ее завершения, если и по сей день мы ходим к источникам живой воды, водимые его учением, его словом?

И если пример Закхея-мытаря — это начало обращения грешника к Богу, то великий Златоуст всей своей прожитой жизнью, своей смертью и своей жизнью после смерти оставил совершенный пример, как надо жить с Богом и как можно и надо достигнуть жизнью богоподобия, достигнуть святости, чтобы жить вечно и на земле, и на небе.

Но начнем беседу нашу с первых шагов — с обращения к Богу. Начнем разговор о Закхее-мытаре, ибо, подобно ему, немало людей еще блуждают по распутьям жизни во мгле житейского тумана, озираясь туда и сюда, водимые призрачными целями, вдали от Бога.

Страсть к наживе и богатству, сладострастие, желание любой славы, пусть даже и недоброй, но славы, выделяющей из общей массы, из толпы, — вот удел многих. Не узнаем ли мы себя в этой толкотне, в этой людской суете?

Здесь же и Закхей-мытарь, — славный неправедным богатством и униженный всеобщим презрением и богатых, и бедных. Толпа жаждет хлеба и зрелищ, и она — вокруг Христа, но ее любопытство лишь скользнет по Нему взором и, пройдя мимо, угаснет, поглощаемое житейскими заботами и пристрастиями. А любопытство Закхея уязвлено слухами о Праведнике и Чудотворце, Который не гнушается ни прокаженными, ни грешными. И Закхей желает видеть невероятное, неслыханное — Человека, умеющего любить.

Закхей делает первый шаг. Он выбирается из толпы. Он забегает вперед ее и, забыв себя, забыв, кто он по положению, по возрасту, совершает невиданное, он забирается на дерево, поднимается над землей. Маленький, важный, уже пожилой человек, не принимая во внимание то, как он выглядит в глазах окружающих, Закхей карабкается вверх. И в тот же миг, желая видеть Человека — Христа, он встречает Христа — Бога.»…Сойди скорее, ибо сегодня надобно Мне быть у тебя в доме», — слышит Закхей обращенные к нему слова Спасителя, слова, вознаграждающие его первоначальные усилия (Лк. 19:5).

Дорогие мои, в жизни Закхея совершилось чудо! Чудо встречи души с Богом! И в наше время это самое явное, самое настоящее чудо, которое совершается ежедневно, которое многие из нас сами пережили в момент своего обращения к Богу.

Сейчас часто говорят, как о чуде, о видениях и откровениях, пытаясь утвердить таким образом свою веру, а забывают, что это может быть, а чаще всего и есть, просто прелесть бесовская и вражий козни на человека, дерзнувшего сопротивляться духу времени. А вот то, что современный человек, выросший и воспитанный без Бога, приходит в Церковь, где Господь встречает его словами:»…сегодня надобно Мне быть у тебя… ныне… спасение дому сему… » — вот это не мнимое, а действительное чудо (Лк. 19:5, 9). И сколько еще таких чудес Божиих, составляющих наш религиозный опыт, нашу жизнь в Боге, откроет нам Господь. Нам надо учиться видеть и хранить каждое ощутимое прикосновение Бога, и только это даст нам твердость в вере.

А Закхей, потрясенный чудом, весь как бы пылал в благодарной самоотдаче Господу.»…Господи! половину имения… я отдам нищим и, если кого чем обидел, воздам вчетверо » (Лк. 19:8). Это уже следующий шаг навстречу Богу, с которого началась его новая жизнь, жизнь в Боге. Так пошел Закхей за Христом по пути спасения.

Вот и мы с вами находимся в Церкви, и чудо встречи со Христом в жизни многих из нас уже совершилось. Но сделали ли мы свой следующий шаг за Христом, не омертвела ли снова душа наша, не отдались ли мы маленьким приобретениям и пристрастиям?

А может, и вздыхает душа, но только в самоусладительной возне и копошении в себе, вокруг себя, опять парализованная землей, и, отвергая правду Божию, она ищет своей правды.

Да, первая ревность по Богу, рожденная встречей с Ним, постепенно слабеет. И устремленный к Богу человек начинает ощущать, что шаги его за Христом становятся все тяжелее и иго Христово, благое и легкое, которое мы не ощущали раньше, как бремя, гнетет нас, клонит к земле. И так хочется сбросить этот гнет заповедей, даже нарушить верность догматам, а мир, толпа начинают особенно теснить обращенного, и диавол, вспоминая нашу первую любовь к нему, подступает к нам со множеством соблазнов.

В этом состоянии так часто многие в недоумении опускают руки, и тиранская власть печали сокрушает все в жизни нашей, стирая и само светлое воспоминание о Божией благодати, о милости Божией к нам. Один только вопрос сверлит тогда сознание: «Почему померк свет, как ушло то, чего, казалось, должно хватить на всю жизнь?»

И ведь, заметьте, дорогие мои, многие в это первое время нашествия печали еще с большим усилием и даже с каким-то исступлением усиливают внешнее делание, внешние подвиги. Но увы! Внешняя и внутренняя жизнь сокрушается все больше, и часто человек возвращается вспять на прежнее, а иногда даже к еще худшему образу жизни. Почему же?

Вспомним: рядом с Закхеем-мытарем в трудное время его духовного взросления оказались апостолы Христовы, воспитавшие его и приведшие в свое время к святительскому служению (о чем говорит Священное Писание). Так и рядом с нами есть народ Божий, есть пастыри Христовы, есть святители и вся Церковь наша с Пастыреначальником Христом. Господь Сам через Своих рабов вразумляет искренно и с верой идущего к Нему. Недостало бы нам времени перечислить всех великих мужей Божиих, воспитанных Церковью и в свое время воспитавших тех, кто пошел вслед за ними ко Христу. Только надо, действительно, идти вослед.

Ныне, в день почитания великого учителя вселенной Иоанна Златоуста, пойдемте и мы с вами по пути спасения за Христом, водимые воссиявшей от уст святителя Божественной благодатию. В области учительства он один сделал так много, что нам придется ограничить свою ревность, коснувшись только наиболее важных в настоящее время жизненных вопросов. В писаниях святителя Иоанна Златоуста, в его жизни поищем и найдем мы ответы на свои «почему».

Кто из нас не знает, какое тяжкое, смутное время переживает сейчас наш народ, наша Церковь. Никогда на ниве Христовой не было столько и таких разнообразных плевел, как ныне. Никогда враг человеческого спасения — диавол не употреблял столько усилий к разрушению Царства Божия на земле. Никогда враги Церкви не ополчались на нее с таким ожесточением, как теперь. Никогда, наверное, и мы, верующие, не были так бессильны, слабы и маловерны. Мы с вами ранее говорили о том, почему именно Церковь — корабль спасения и его кормчие подвергаются гонениям, клевете, наветам и всякой другой воинствующей на них брани. Но полно, только ли ныне, в XX веке, явилось бедствие это?

Послушайте, что говорит святой Иоанн Златоуст о Церкви в 404 году. «О чем скорбишь ты и кручинишься?» — обращается святитель-мученик к современнице из жестокого заточения, за три года до своей мученической кончины, гонимый все больше, все дальше без всякой вины — единственно за ревность по Богу, за ревность по погибающему человеку.

«О чем скорбишь ты и кручинишься? Что смущает душу твою? То, что жестокая и мрачная непогода облегла Церковь и все обратила в безлунную ночь? То, что день ото дня высоко поднимаются волны, мучаясь родами жестоких кораблекрушений? Что больше и больше растет, умножается гибель вселенной?»

Сокрушайтесь, плачьте и рыдайте; смех ваш уже обратился в плач, а радость — в печаль. Предчувствие гибели мира в IV веке снедает душу святого мужа. Грозовые тучи грядущих бедствий зрят праведники и старцы оптинские в начале XX века, те праведники, которых теперь мы видим в сонме святых. Апокалиптические казни уже коснулись и нас, грешных. Но вот чудо — во всеобщем бедствии и сокрушении рождаются, восстают светила духа — святые Божий люди. В ІV веке — просияли многие ведомые святые, среди которых вселенский учитель Иоанн Златоуст, и неведомые праведники, те, кого учил он, кому писал письма из изгнания. И в XX веке тоже уже прославлены многие ведомые святые: святитель Патриарх Тихон, праведный Иоанн Кронштадтский и многие другие ведомые и неведомые святые: и праведные, и мученики, и святители, и пастыри, и миряне. Все бедствия, сквозь которые пришлось им пройти, не только не помешали им, но сделали их еще более блистающими.

И снова вопрос: «Но почему то, что одним в погибель, для других вящая слава?» И вот ответ на него святого Иоанна Златоуста: «Видя бедствия, я не отказываюсь от лучших надежд моих; думаю о Правителе всех происшествий, о Господе, Который не искусством побеждает непогоды, но единым мановением укрощает бурю».

Итак, исполнено праведниками слово апостола:»…смиритесь пред Господом, и вознесет вас » (Иак. 4:10). А нам это еще предстоит исполнить, предстоит дальше идти за Христом, вослед Его учеников.

Повторю еще раз, други наши:»…смиритесь пред Господом, и вознесет вас». Смиримся же под крепкую руку Божию, принимая все от руки Его. В этом наше спасение.

«Но не вдруг, не вначале чудодействует Господь, — продолжает свое наблюдение и наставление святой Златоуст, — а когда большинство станет терять надежду, Он явит собственную силу с одной стороны, с другой — воспитает терпение в терпевших».

И тот же великий учитель Церкви, великий терпеливец предупреждает нас с вами: «Не упадайте же духом. И помните, что одно только ужасно, одно есть действительное искушение — это грех». Только грех страшен, все прочее пустое, «басня».

Все проходит. «Укажешь ли ты мне на коварство, или на притворство, или на обманы, на лесть, на злоречие, на обвинения, на изгнания… хоть на борьбу целой вселенной. Каковы бы ни были все наши неприятности, они временны и кратковременны, существуют для смертного тела, но не вредят бодрому духу.

Итак, пусть ничто случайное не возмущает тебя; не зови одного и другого, не гоняйся за тенью, ибо помощь человеческая — тень.

Иисуса, Которому служишь, Иисуса зови непрестанно; одно мановение Его — и вмиг все изменится. Он вдруг начинает все приводить в тишину и всему давать неожиданный оборот, ибо Бог может нам даровать не только те блага, которых мы ожидаем, на которые надеемся, но может сделать несравненно больше и бесконечно лучше».

Так вот в чем кроется причина нашего нестроения, дорогие мои, — оставаясь внешне со Христом, мы внутренне о Нем забываем, не мы идем за Ним, но Его ведем за собой. «Смотри, Господи, любуйся на мои труды, на мои подвиги, я сделаю еще то и то».

«Я «! «Я «! «Я «! И вот уже «Я » заслонило от нас Христа, но оно — наше «Я » — изнемогает от собственной немощи, от бессилия. А Христос только смотрит на нас с некоторой укоризной как на несмышленых детей Своих, позволяя нам вполне насладиться собственным бессилием, чтобы мы опять пришли к Нему — теперь уже сами.

Иоанн Златоуст вместе с апостолом Иаковом утверждает для нас единственно спасительный путь: «оставь свое», «покорись Богу » и этой покорностью Богу противостанешь диаволу. И только тогда эта страшная темная сила убежит от нас. «Не смущайся же, но всегда и за все благодари Бога, прославляй, зови, моли, повергайся пред Ним; не тревожься, хотя бы пред тобою восстали тысячи тревог и смятений. В смутных обстоятельствах нам не предупредить Господа, хотя бы все приходило в страшную гибель. Он един может и падших восставить, и заблудших обратить, и соблазнившихся исправить, и грешников, совершивших тысячи преступлений, переменить и сделать праведными. Если Он творит несущее сущим, нигде и никогда не являющемуся дарует бытие, тем легче поправить Ему то, что есть и что давно было».

А всем нам, немощным, но, несомненно, верующим во Христа, не следует опускать руки и головы, но надо приводить на память и в сердце слова, сказанные Господом апостолу Павлу:»…довлеет ти благодать Моя: сила бо Моя в немощи совершается » (2 Кор. 12:9).

И, други мои, не явно ли нам сейчас, что многое из настоящего уже было прежде. Пусть мы не видим теперь знамений и чудес, но находим мы и теперь дела, не уступающие чудесам, явные следы Промысла Божия, помощи Божией.

Так, каждому из нас предлежит делать дела своего личного спасения. Каждому из нас дан крест нашей личной жизни, указан путь, и только на нем ты будешь полезен, именно на нем будешь делать дело по воле Божией, а не по своей или, еще хуже, по вражьей воле; именно для этого и даются нам от Бога нужные силы и разумение.

Так отвечают на наши вопросы примеры жизни праведников Божиих и их учение. А вот пожелание святого Златоуста через письма его каждому христианину:»…Желал бы я тебе такого утешения, чтобы ты вовсе не смущалась, не плакала, а жила бы весело и спокойно… верой Богу и надеждой на Него».

А нам с вами, други наши, остается только смертью Иоанна Златоуста утвердиться в убеждении, что у Бога нет мертвых, но все живы, что идут праведники вослед любимого Христа своим крестным путем, своей вольной волей. Ведь когда через тридцать лет после смерти святителя император Феодосий соизволил вернуть его гроб из места изгнания в столицу, святитель не пожелал исполнить волю императора. Посланные не могли сдвинуть гроб с места, так он стал тяжел.

И восчувствовал правитель свое согрешение пред праведником. И оплакал он пред усопшим, как пред живым, и свое согрешение, и грех матери своей — гонение и смерть Златоуста от ее злобы.

И написал Феодосий покаянное письмо и отправил письмо ко гробу святого, моля Златоуста вернуться: «Прости ми дерзнутое начинание, покрой пучиною твоея премудрости; покаянию всех учивый, прости мя кающегося; и яко детям отца любящим, подаждь себя нам, и возвесели любящих тя пришествием твоим… О, честнейший отче, прииди с миром во своя, и своя с любовию примут тя».

Положили это письмо-покаяние во гроб святителя, отслужили всенощное бдение. И стал гроб легок.

Так ответил Златоуст на покаяние. И возвратились святые мощи изволением святителя в Царьград. Многие чудеса, как сияние божественной славы Златоуста, истекли от гроба его.

Об одном из них никак нельзя умолчать. Вспомним, что гроб императрицы Евдоксии, виновницы злостраданий святителя, наказанной от Бога еще при жизни тяжкой и страшной болезнью, гроб ее, не знавший покоя, но постоянно сотрясающийся, затих. Мать по молитве сына получила прощение святителя.

И вот, други наши, мы и подошли с вами к сути нынешнего праздника»…претерпевший же до конца спасется » сам (Мф. 10:22) и спасет многих, не без основания добавим мы.

Через тридцать лет после мученической кончины во изгнании святитель Иоанн Златоуст мощами своими возвращается на патриарший престол. Рака с гробом его была поставлена в церкви, и, когда служащий Патриарх открыл гроб, оказалось, что тело святителя Иоанна Златоуста осталось нетленным.

Народ, ошеломленный чудом, воскликнул: «Приими престол твой, отче».

И происходит еще одно поразительное чудо: святитель отверз сомкнутые смертью уста, и рука его поднялась для последнего архипастырского благословения.

Истинно христианская любовь святителя-мученика даровала из-за гроба прощение всем — и любящим его, и гнавшим его — в последнем пожелании: «Мир всем».

Мир всем, вослед Христа грядущим, отныне и до века. Аминь.

27января (9 февраля) 1991 года

День памяти святой великомученицы Варвары. 17 декабря н.с. (4 декабря с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святая великомученица Варвара жила и пострадала при императоре Максимиане (305-311). Отец ее, язычник Диоскор, был богатым и знатным человеком в городе Илиополе Финикийском. Рано овдовев, он сосредоточил всю силу душевной привязанности на своей единственной дочери. Видя необыкновенную красоту Варвары, Диоскор решил воспитать се, скрывая от посторонних глаз. Для этого он построил башню, где, кроме Варвары, пребывали только ее языческие учителя. С башни открывался вид горнего и дольнего мира Божиего. Днем можно было смотреть на лесистые горы, на быстротекущие реки, на равнины, покрытые пестрым ковром цветов; ночью согласный и величавый хор светил являл зрелище невыразимой красоты. Вскоре девушка стала задавать себе вопрос о Причине и Создателе столь гармоничного и прекрасного мира. Постепенно она укрепилась в мысли, что бездушные идолы — творение рук человеческих, которым поклоняются ее отец и учителя, не могли столь мудро и великолепно устроить окружающий мир. Желание познать истинного Бога так захватило душу Варвары, что она решила посвятить этому жизнь и провести ее в девстве.

А слава о ее красоте распространилась в городе, и многие домогались ее руки, но она, несмотря на ласковые уговоры отца, отказывалась от брака. Варвара предупредила отца, что его настойчивость может окончиться трагически и разлучить их навсегда. Диоскор решил, что характер дочери изменился от замкнутой жизни. Он позволил ей выходить из башни и дал полную свободу в выборе друзей и знакомых. Девушка встретила в городе юных исповедниц веры Христовой, и они раскрыли ей учение о Творце мира, о Троице, о Божественном Логосе. Через некоторое время Промыслом Божиим в Илиополь приехал из Александрии под видом купца священник. Он совершил над Варварой таинство Крещения.

В то время при доме Диоскора строилась роскошная баня. По приказу хозяина рабочие готовились сделать в ней два окна на южную сторону. Но Варвара, пользуясь отсутствием отца, упросила их сделать третье окно, во образ Троичного Света. Над входом в купальню Варвара начертала крест, который прочно запечатлелся на камне. На каменных ступенях бани остался след ее ноги, из которого забил источник, явивший впоследствии великую целебную силу, которую Симеон Метафраст, описывая страдания святой мученицы, сравнивает с животворной силой струй Иордана и источника Силоамского. Когда Диоскор вернулся и выразил недовольство нарушением плана постройки, дочь рассказала ему о познанном ею Триедином Боге, о спасительной силе Сына Божия и о тщетности поклонения идолам. Диоскор пришел в ярость, обнажил меч и хотел поразить ее. Девушка побежала от отца, и он бросился за ней в погоню. Путь им преградила гора, которая расступилась и скрыла святую в расселине. С другой стороны расселины был выход наверх. Святой Варваре удалось скрыться в пещере на противоположном склоне горы. После долгих и безуспешных поисков дочери Диоскор увидел на горе двух пастухов. Один из них указал ему пещеру, где скрывалась святая. Диоскор жестоко избил дочь, а затем заключил ее под стражу и долго морил голодом. Наконец он предал ее правителю города Мартиану. Святую Варвару жестоко пытали: ее бичевали воловьими жилами, а раны растирали власяницей. Ночью в темнице святой деве, горячо молившейся своему Небесному Жениху, явился Сам Спаситель и уврачевал ее раны. Тогда святую подвергли новым, еще более жестоким пыткам.

Среди толпы, стоявшей близ места истязаний мученицы, находилась жительница Илиополя, христианка Иулиания. Сердце ее преисполнилось сочувствием к добровольному мученичеству красивой и знатной девушки. Иулиания также пожелала пострадать за Христа. Она начала громко обвинять мучителей. Ее схватили. Святых мучениц очень долго пытали: терзали крючьями тело, отрезали сосцы, обнаженными водили по городу с издевательствами и побоями. По молитвам святой Варвары Господь послал Ангела, который светозарной одеждой прикрыл наготу святых мучениц. Твердые исповедницы веры Христовой святые Варвара и Иулиания были обезглавлены. Святую Варвару казнил сам Диоскор. Возмездие Божие не замедлило постичь обоих мучителей. Мартиана и Диоскора: они были сожжены молнией.

В VI в. мощи святой великомученицы были перенесены в Константинополь. В XII в. дочь византийского императора Алексея Комнина (1081-1118), княжна Варвара, вступая в брак с русским князем Михаилом Изяславичем, перевезла их в Киев. В Киевском Владимирском соборе они покоятся и теперь.

В день памяти святой великомученицы Варвары.

О познании Бога через рассматривание природы. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь(Пс. 18:2).Господи, Боже наш! как величественно имя Твое по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес!Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов, на луну и звезды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?(Пс. 8:2, 4-5) — так, созерцая красоту вселенной, прославлял Бога святой псалмопевец Давид. Таким же образом, через рассматривание красоты сотворенной природы, пришла к познанию Бога и святая всехвальная многострадальная великомученица Варвара, память которой, возлюбленные во Христе братия и сестры, празднует сегодня Святая Церковь.

Святая Варвара пострадала в IV веке, в царствование нечестивого императора Максимиана. Она родилась и воспитывалась в семье знатных и богатых родителей, по вере язычников, в городе Илиополе Финикийском. Еще будучи малюткой, лишилась она своей матери, и воспитание ее целиком оказалось в руках отца ее, Диоскора, ревностного идолопоклонника. Такую же веру в языческих богов старался он привить и своей дочери. Святая Варвара обладала необыкновенной телесной красотой, многих приводившей в изумление. Поэтому, чтобы предохранить свою дочь от дурного влияния и худого сообщества, Диоскор построил для нее отдельную башню со всеми удобствами и различными покоями и поместил ее туда жить, дабы не видела она никакого соблазна и искушения. Находясь в уединении и удалении от всяких развлечений, внимательно всматривалась Варвара в окружающую ее природу и полюбила размышлять о дивных явлениях ее. С высоты своего жилища святая Варвара взирала ночью на бесчисленные сверкающие звезды, горящие на своде небесном, а днем — на отдаленные синие горы, на темные дремучие леса, на зеленые луга, на быстро текущие реки и ручьи, — смотрела она на это и размышляла.

Особенно пленялся ее взор весной, когда видела она, как деревья и сады покрывались прекрасным зеленым покровом, луга одевались зеленью и цветами, воздух исполнялся пением птичек небесных. «Не может быть, — думала она, — чтобы прекрасный этот мир произошел сам собою или случайно, без участия разума. Не может быть и того, чтобы создали его боги, которым мы поклоняемся: они сами сделаны руками человеческими из золота и серебра». Так размышляя, приходила она к вере в то, что есть какое-то Всемогущее Разумное Существо, Которое сотворило этот прекрасный разумный мир, что есть Невидимый Бог.

И однажды, когда была она погружена в размышления о сотворении вселенной, благодать Божия коснулась ее чистого сердца и Господь озарил Своим светом ее пытливый ум, — и уразумела она Живого Истинного Бога, и с этого времени ничто ее больше не занимало, кроме мысли о Нем. А тем временем о красоте ее прослышали многие богатые женихи и принялись наперебой свататься к ней, и отец ее, Диоскор, радовался, что дочь его должна будет скоро выйти замуж. Однако, когда он объявил ей об этом, святая Варвара категорически отказалась от замужества, говоря, что она желает всю свою жизнь провести девицей. Отец от такого ответа своей дочери пришел в недоумение. Он решил, что виноват в этом сам, заключив ее в уединенный замок, из-за чего и хочет она продолжать жить в уединении. Поэтому он разрешил дочери свободно выходить, куда она хочет, и свободно общаться со всеми молодыми мужчинами в надежде, что она переменит свои мысли. Но свобода эта послужила только лишь к душевной ее пользе: Промысл Божий все устроял для блага и вечного ее спасения. В то время она познакомилась со многими девицами, тайными христианками, которые рассказали ей о Христе Спасителе, о том, как страданиями Его весь мир был спасен. И ее непорочное сердце возрадовалось неизреченной радостью при слышании благовестия об истинном Боге.

Она изъявила желание принять Крещение, что по Божию благоволению в скором времени и устроилось. Отец уехал куда-то в дальнюю страну, а прибывший в Илиополь из Александрии под видом купца священник научил святую девицу тайнам христианской веры и крестил ее. Получив сугубую благодать, святая Варвара исполнилась еще большей любви к Господу Иисусу Христу и ни о чем больше не помышляла, как только о Нем. Когда же приехал ее отец и нашел, что дочь его поклоняется Распятому и верует в Него, то исполнился несказанной ярости и собственноручно хотел убить ее мечом, но бегство и помощь Божия спасли в тот раз святую Варвару от его рук. Затем отец предал ее судье, обвинив в поклонении Христу: в то время на христиан было воздвигнуто страшное гонение, за одно только имя христианина подвергали бесчеловечным мукам и истязаниям.

Судья после многообразных увещаний и угроз, видя, что святая непоколебимо исповедует христианскую веру, подверг ее тяжким мучениям. Обнаженную, ее безжалостно бичевали, так что земля обагрилась девической кровью. После этого палачи стали растирать свежие раны волосяными тканями, что причиняло страдалице неимоверную боль. Затем ее ввергли в темницу, где она, измученная и израненная, стала просить у Господа утешения и помощи. И там, в темнице, явился Варваре Сам Господь Иисус Христос, исцелил ее от всех ран и укрепил в терпении ради Царствия Небесного.

После этого святую вновь взяли на мучения: повесили на дереве и строгали ее тело железными крючьями, били по голове железными молотами, а затем отрезали сосцы и после того нагою повели по всему городу. Последнее истязание было для святой и целомудренной девицы самым тяжелым. Она просила Господа, чтобы Он защитил ее от взора любопытных зрителей, и Господь послал Ангела Своего, который тотчас же покрыл ее наготу световидной одеждой. После всех сих мучений святую осудили на смерть через усечение мечом, и этот приговор исполнил ее родной отец-убийца, который собственноручно отсек своей дочери голову. Так закончила свой страдальческий подвиг за Христа святая великомученица Варвара.

Возлюбленные во Христе братия и сестры, из жизнеописания этой великой святой для нас особенно назидательно одно явление в ее духовной жизни, а именно то, что она познала Бога через рассматривание природы. Она была воспитана в языческой вере, никто не научал ее с детства вере в истинного Бога, но через наблюдение над природой она сама познала Его. И как познала через природу Бога святая Варвара, так через рассматривание творения Божия может познавать Бога и каждый из нас.

На всем окружающем нас отпечатлены следы всемогущества Божия и присносущной силы Его. Как на снегу ясно запечатлевается след человека, так и на всем творении ясно запечатлен след Божий. Каждый полевой цветок, каждая травинка говорит о всемогуществе, премудрости и благости Божией. Посмотрите, дорогие, на любую былинку — и вы увидите, что во всем является премудрость Божия. Былинка травная прикреплена к земле и двигаться не может, но она находит все нужное себе в самой почве, там питаются корни ее; листиками же своими дышит она чистым воздухом и таким образом живет и существует. Кто создал ее, кто поит ее благодатным дождем, кто питает чистым дыханием воздуха, кто дает цветку ее благоухание и цвет? Как может роза извлечь из черной земли свою яркую розовую краску, а лилия — свою блестящую белизну? Ни один художник, ни один ученый, как бы он ни был искусен, не может создать подобного ароматного цветка. Все это дело рук всемогущего Бога.

Далее посмотрим на животных. Они рождаются маленькими и слабыми, не способными самостоятельно существовать, но Господь внушил матерям заботиться о своих детях, так что мать не знает покоя, пока не воспитает своего детеныша. Так во всем видны следы попечения Божия о Его творении.

Поэтому, дорогие братия и сестры, будем почаще всматриваться в окружающий нас прекрасный мир и через него познавать Бога и все доброе. Природа — это книга Божия, не писаная, но созданная, которую может читать всякий человек, и грамотный, и неграмотный, и благоговеть всегда перед Творцом Вселенной. Взойдет ли солнце, усеется ли небо яркими звездами, загремит ли гром, прольется ли дождь — преклонись перед величием Божиим и воздай хвалу Вседержителю. То же делай, когда взираешь на красоту окружающего тебя мира.

Возлюбленные во Христе братия и сестры, святая великомученица Варвара, когда шла на смерть, то испросила себе у Господа дар спасать от болезни и внезапной смерти всех, кто будет вспоминать ее и ее страдания. Помолимся же ей сегодня от всей души, чтобы она, призрев на всех собравшихся в храм сей в день ее памяти, спасла от внезапной смерти и нас, дабы, шествуя путем покаяния и исправления, сподобиться нам будущей вечной жизни. Аминь.

1963 г.

Успение Святителя Николая, Архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца. 19 декабря н.с. (6 декабря с.с.) Перенесение мощей Святителя Николая, Архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца. 22 мая н.с. (9 мая с.с.) Рождество Святителя Николая, Архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца. 11 августа н.с. (29 июля с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святитель Николай, архиепископ Мир Ликийских, чудотворец, прославился как великий угодник Божий. Он родился в городе Патаре Ликийской области (на южном побережье Малоазийского полуострова), был единственным сыном благочестивых родителей Феофана и Нонны, давших обет посвятить его Богу. Плод долгих молитв ко Господу бездетных родителей, младенец Николай со дня рождения своего явил людям свет будущей своей славы великого чудотворца. Мать его, Нонна, после родов сразу исцелилась от болезни. Новорожденный младенец еще в купели крещения простоял на ногах три часа, никем не поддерживаемый, воздавая этим честь Пресвятой Троице. Святой Николай во младенчестве начал жизнь постническую, принимал молоко матери по средам и пятницам, лишь один раз, после вечерних молитв родителей.

С детских лет Николай преуспевал в изучении Божественного Писания; днем он не выходил из храма, а ночью молился и читал книги, созидая в себе достойное жилище Святого Духа. Дядя его, епископ Патарский Николай, радуясь духовным успехам и высокому благочестию племянника, поставил его во чтеца, а затем возвел Николая в сан священника, сделав его своим помощником и поручив ему говорить поучения пастве. Служа Господу, юноша горел духом, а опытностью в вопросах веры был подобен старцу, чем вызывал удивление и глубокое уважение верующих. Постоянно труждаясь и бодрствуя, пребывая в непрестанной молитве, пресвитер Николай проявлял великое милосердие к пасомым, приходя на помощь страждущим, и раздавал все свое имение нищим. Узнав о горькой нужде и нищете одного ранее богатого жителя его города, святой Николай спас его от большого греха. Имея трех взрослых дочерей, отчаявшийся отец замыслил отдать их на блудодеяние для спасения от голода. Святитель, скорбя о погибающем грешнике, ночью тайно бросил ему в окно три мешочка с золотом и тем спас семью от падения и духовной гибели. Творя милостыню, святитель Николай всегда старался сделать это тайно и скрыть свои благодеяния.

Отправляясь на поклонение святым местам в Иерусалим, епископ Патарский вручил управление паствой святому Николаю, который и исполнял послушание с тщанием и любовью. Когда епископ возвратился, тот, в свою очередь, испросил благословение на путешествие в Святую Землю. По дороге святой предсказал надвигавшуюся бурю, грозящую кораблю потоплением, ибо видел самого диавола, вшедшего на корабль. По просьбе отчаявшихся путников он умирил своей молитвой морские волны. По его молитве был поставлен здравым один корабельщик-матрос, упавший с мачты и разбившийся насмерть.

Достигнув древнего города Иерусалима, святой Николай, взойдя на Голгофу, возблагодарил Спасителя рода человеческого и обошел все святые места, поклоняясь и творя молитву. Ночью на Сионской горе сами собой отверзлись запертые двери церкви перед пришедшим великим паломником. Обойдя святыни, связанные с земным служением Сына Божия, святой Николай решил удалиться в пустыню, но был остановлен Божественным гласом, увещавшим его вернуться на родину. Возвратившись в Ликию, святой, стремясь к безмолвному житию, вступил в братство обители, именуемой Святым Сионом. Однако Господь снова возвестил об ином пути, ожидающем его: «Николай, не здесь та нива, на которой ты должен принести ожидаемый Мною плод; но обратись и иди в мир, и да будет прославлено в тебе Имя Мое». В видении Господь подал ему Евангелие в дорогом окладе, а Пресвятая Богоматерь — омофор.

И действительно, по кончине архиепископа Иоанна он был избран епископом Мир Ликийских после того, как одному из епископов Собора, решавшего вопрос об избрании нового архиепископа, в видении был указан избранник Божий — святой Николай. Призванный пасти Церковь Божию в архиерейском сане, святитель Николай оставался тем же великим подвижником, являя пастве образ кротости, незлобия и любви к людям. Это было особенно дорого для Ликийской Церкви во время гонения на христиан при императоре Диоклитиане (284-305). Епископ Николай, заключенный в темницу вместе с другими христианами, поддерживал их и увещевал твердо переносить узы, пытки и мучения. Его самого Господь сохранил невредимым. По воцарении святого равноапостольного Константина святитель Николай был возвращен к своей пастве, с радостью встретившей своего наставника и заступника. Несмотря на великую кротость духа и чистоту сердца, святитель Николай был ревностным и дерзновенным воином Церкви Христовой. Ратоборствуя с духами злобы, святитель обходил языческие капища и храмы в самом городе Миры и его окрестностях, сокрушая идолов и обращая в прах капища. В 325 году святитель Николай был участником I Вселенского Собора, принявшего Никейский Символ веры, и ополчался со святыми Сильвестром, папой Римским, Александром Александрийским, Спиридоном Тримифунтским и другими от 318 святых отцов Собора на еретика Ария.

В пылу обличения святитель Николай, пламеневший ревностью ко Господу, даже заушил лжеучителя, за это он был лишен святительского омофора и посажен под стражу. Однако нескольким святым отцам было открыто в видении, что Сам Господь и Богоматерь посвятили святого во епископа, подав ему Евангелие и омофор. Отцы Собора, уразумев, что дерзновение святителя угодно Богу, прославили Господа, а Его святого угодника восстановили в святительском сане. Вернувшись в свою епархию, святитель принес ей мир и благословение, сея слово Истины, пресекая в самом корне неправомыслие и суетное мудрствование, обличая закоренелых еретиков и врачуя падших и уклонившихся по неведению. Он был поистине свет миру и соль земли, ибо житие его было светло и слово его было растворено солью премудрости.

Еще при жизни святитель совершал многие чудеса. Из них наибольшую известность доставило святителю избавление от смерти трех мужей, неправедно осужденных корыстолюбивым градоначальником. Святитель смело подошел к палачу и удержал его меч, уже занесенный над головами осужденных. Градоначальник, обличенный святителем Николаем в неправде, раскаялся и просил его о прощении. При этом присутствовали три военачальника, посланные императором Константином во Фригию. Они еще не подозревали, что им вскоре также придется искать заступничества у святителя Николая, так как их незаслуженно оклеветали перед императором и обрекли на смерть. Явившись во сне святому равноапостольному Константину, святитель Николай призвал его отпустить неправедно осужденных на смерть военачальников, которые, находясь в темнице, молитвенно призывали на помощь святителя. Много других чудес совершил он, долгие годы подвизаясь в своем служении. По молитвам святителя город Миры был спасен от тяжкого голода. Явившись во сне одному итальянскому купцу н оставив ему в залог три золотых монеты, которые тот обрел в своей руке, пробудившись наутро, попросил его приплыть в Миры и продать там жито. Не раз спасал святитель утопающих в море, выводил из плена и заточения в темницах.

Достигнув глубокой старости, святитель Николай мирно отошел ко Господу († 345-351). Честные его мощи хранились нетленными в местной кафедральной церкви и источали целебное миро, от которого многие получали исцеления. В 1087 году мощи его были перенесены в итальянский город Бари, где почивают и поныне (22 мая н.с., 9 мая с.с.).

Имя великого угодника Божия, святителя и чудотворца Николая, скорого помощника н молитвенника за всех, притекающих к нему, прославилось во всех концах земли, во многих странах и народах. На Руси множество соборов, монастырей и церквей посвящено его святому имени. Нет, пожалуй, ни одного города без Никольского храма. Во имя святителя Николая чудотворца был крещен святым Патриархом Фотием в 866 году Киевский князь Аскольд, первый русский князь-христианин († 882). Над могилой Аскольда святая равноапостольная Ольга (память 11 июля) воздвигла первый в Русской Церкви храм святителя Николая в Киеве. Главные соборы были посвящены святителю Николаю в Изборске, Острове, Можайске, Зарайске. В Новгороде Великом один из главных храмов города — Николо-Дворищенская церковь (XII), ставшая позже собором. Прославленные и чтимые Никольские храмы и монастыри есть в Киеве, Смоленске, Пскове, Торопце, Галиче, Архангельске, Великом Устюге, Тобольске. Москва славилась несколькими десятками храмов, посвященных святителю, три Никольских монастыря находились в Московской епархии: Николо-Греческий (Старый) — в Китай-городе, Николо-Перервинский и Николо-Угрешский. Одна из главных башен Московского Кремля называется Никольской. Чаще всего ставились храмы святителю на торговых площадях русскими купцами, мореходами и землепроходцами, почитавшими чудотворца Николая покровителем всех странствующих на суще и на море. Иногда они получали в пароде именование «Николы Мокрого». Множество сельских храмов на Руси посвящено чудотворцу Николаю, свято чтимому крестьянами милостивому предстателю перед Господом о всех людях в их трудах. И святитель Николай не оставляет своим заступничеством Русскую землю. Древний Киев хранит память о чуде спасения святителем утонувшего младенца. Великий чудотворец, услышав скорбные молитвы родителей, потерявших единственного наследника, ночью вынул младенца из воды, оживил его и положил на хорах храма святой Софии перед своим чудотворным образом. Здесь и был найден утром спасенный младенец счастливыми родителями, прославившими со множеством народа святого Николая чудотворца.

Много чудотворных икон святителя Николая явилось в России и пришло из других стран. Это и древний Византийский поясной образ святителя (XII), привезенный в Москву из Новгорода, и огромная икона, написанная в XIII веке новгородским мастером, Два изображения чудотворца особенно распространены в Русской Церкви: святителя Николая Зарайского — в рост, с благословляющей десницей и Евангелием (этот образ был принесен в Рязань в 1225 году византийской царевной Евпраксией, ставшей супругой рязанского князя Феодора и погибшей в 1237 году с мужем и младенцем-сыном при нашествии Батыя), и святителя Николая Можайского — тоже в рост, с мечом в правой руке и городом в левой — в память чудесного спасения, по молитвам святителя, городе Можайска от нападения вражия. Невозможно перечислить вес благодатные иконы святителя Николая. Каждый русский город, каждый храм благословлен такой иконой по молитвам святителя.

Слово в день перенесения мощей святителя и чудотворца Николая. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

«В вечной памяти будет праведник… « (Пс. 111:6).

Сегодня праздник великого праведника и угодника Божия святителя Николая в честь перенесения честных мощей его из города Мира в Бари.

Он — велик в мире. Он — велик в Церкви Христовой! И память его, начиная со дня его кончины 6 декабря 342 года, прошедшая сквозь столетия и достигшая наших дней, лучшее тому свидетельство.

А ведь многие из нас своим религиозным опытом знают о нем не только по свидетельству Церкви, не только по преданию, но по живому его участию в жизни нашей. И в сонме чтимых святых не много таких, кто предстал бы нашему сознанию столь живо.

Не изумительно ли, дорогие мои, что недосягаемая высота жизни святителя Николая и служения его Богу не разделяет нас с ним, но делает его особенно близким и желанным нам. А соприкасаются с ним многие и очень многие: и верующие, и неверные, и православные, и инославные — и раньше, и теперь. В чем причина такой всеобъемлющей власти святителя над людьми? Да в том, что он во всей возможной для человека полноте уподобился Подвигоположнику своему Христу, исполняя заповеди Его. А Господь сказал: «Любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня » (Притч. 8:17).

От юности полюбил святитель Николай Бога, и Бог полюбил его.

А Своим избранникам Господь дает столь великую благодать, что они любовью обнимают всю землю, весь мир, и душа их горит желанием, чтобы все люди спаслись и видели славу Господню.

Собственными свойствами святой души святителя Николая стало умение любить, умение снисходить ко всякому человеку, к разным людям и дать каждому именно то, что ему нужно.

О святителе Николае, архиепископе небольшого малоазиатского городка Миры Ликийские, почти нет достоверных письменных свидетельств, но «дивен Бог во святых Своих», и Он наполнил мир великой славой деяний Своего избранника до сего дня. Сказания и предания многое сохранили из жизни святителя, а еще больше хранится известий о его посмертных чудесах.

Православная Церковь празднует память святителя Николая каждый четверг недели наравне с памятью святых двенадцати апостолов. Она празднует торжественно день его рождества 11 августа (29 июля), день его преставления 19 (6) декабря и также бережно хранит праздничную память о перенесении его святых мощей 22 (9) мая из Мир Ликийских в южный итальянский город Бари, где они покоятся и доселе. Дела жизни сохраняют предания, Господь же сохранил для нас неоспоримое доказательство величия жизни святителя Николая в его святых и нетленных мощах, источающих святое миро, как свидетельство о том, что земная наша жизнь, прожитая беспредельно в Боге, бессмертна.

Семьсот с лишним лет после кончины своей почивал угодник Божий в городе, где некогда служил. Но когда Ликийская страна была разрушена сарацинами и храм, и сама гробница святителя пришли в запустение, он явился во сне священнику города Бари в южной Италии и повелел перенести его мощи в этот город. Не захотел святитель Николай — великий ревнитель и поборник веры Христовой — пребывать святыми мощами своими среди врагов Христовых — магометан.

Тайно, без торжества и пышности, но с горячей верой и любовью, с помощью самого угодника мощи были похищены барянами и на корабле доставлены в Бари, где бесценное сокровище встречали многочисленное духовенство и верующий народ. И ожила память святого в тот момент обильным излиянием его бесчисленных благодеяний в чудесах исцеления.

Знаменательно то, что прибыл святитель в город Бари 9 мая 1087 года, в воскресный день, в день памяти святых отец Первого Вселенского Собора, того Собора, на котором святитель Николай дерзновенно воинствовал против ереси безумного Ария, наставляя Святую Церковь в истинной вере.

И опять в эти дни перенесения святых мощей, как и 762 года назад, святитель Николай дает земной воинствующей Церкви неоспоримое доказательство и свидетельство силы Божией, изливаемой в Православной Церкви через верных ее служителей. В первую ночь по перенесении святых мощей было явлено сорок семь исцелений, на следующий день — двадцать два, в среду — двадцать девять, в четверг исцелен слепой и глухонемой юноша, пять лет страдавший болезнями, в субботу исцелилось одиннадцать недужных… Исцеления продолжались. Продолжаются они и поныне. Исцелял святитель Божий Николай тела и души своих современников при жизни своей, врачует он и теперь всех, призывающих на помощь святое имя его.

Уже тысячелетие исповедует Русь веру во Христа, и тысячу лет на Руси почитается имя святителя Божия Николая. К нам он пришел одновременно с Православием, его святая ревность по вере и благочестию воспитывала русский народ. Множество храмов воздвигалось его молитвой и с его именем, каждая церковь, каждый дом хранили как святыню икону святителя, имея его своим помощником и покровителем.

Нелегок исторический путь Церкви, трагичен путь и Русской Православной Церкви. Но нельзя нам с вами, дорогие мои, забывать, что начался-то путь Христовой Церкви в Сионской горнице благословением ее основоположника Христа, и почти сразу вместе с Ним вышла она на путь страдания. И не раз уже поднималась она на своем пути на Голгофу. И по тому, сколько пережила Церковь смертей, давно бы ей уже не быть на лице земли.

Но она жива!»…созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей«, — сказал Господь (Мф. 16:18). Жива Церковь Господом и молитвами святых своих, которые, пройдя крестный путь жизни и все претерпев, получили силу за верность свою войти в Церковь Торжествующую Небесную и стать столпами Церкви земной.

Святителю отче Николае, помогай нам, ведь ты столп и нашей Церкви! Помогай нам, ведь по-прежнему дух века, дух мира сего дышит на нас, на Церковь своим смрадным дыханием, поражая нас маловерием, малодушным неверием и убийственной холодностью к вере.

Будем же помнить и приводить всегда на память потрясающие слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, обращенные к нам: «Множество существует отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными Божественной истине Евангелия и учениям святых апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и святых отец. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере или признание всякой веры за одинаково спасительную ведет к безверию или охлаждению в вере, к нерадению об исполнении правил и установок веры, к охлаждению христиан друг ко другу».

«… Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу » (Лк. 22:31). Это он, сатана, и сделал, и делает, то есть породил расколы и ереси. Строго держись единой, истинной веры и Церкви:»…один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех » (Еф. 4:5-6). А для этого борись со всяким злом, немедленно гаси его, воюй с ним данным тебе от Бога оружием святой веры, Божественной мудрости и правды, молитвою, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью. Будем все всегда помнить и сознательно исповедовать Символ святой Православной веры, будем в Боге и с Богом.

Мы с вами, дорогие мои,— чада Святой Православной Церкви не по праву нашему, но по любви Божией к нам. И любовь эта безгранична, она не зависит от времени, но всегда имеет силу. И любовь эта сохранит нас во все дни до скончания века.

Святителю отче Николае, моли Бога о нас! Аминь.

9 (22) мая 1991 года.

Ходатай о нашем спасении. (Игумена Илариона Алфеева)

Память святителя Николая Чудотворца.

Каждый святой проживает как бы три жизни. Одна — это его реальная жизнь. Другая — его житие. Третья — это «посмертная » жизнь святого, то есть его жизнь в многовековом опыте Церкви, включающем различные чудеса, исцеления и случаи помощи этого святого людям.

О первой, реальной жизни святого мы иногда знаем кое-что, иногда — очень мало, иногда — почти ничего. Мы знаем о жизни святого больше, если он оставил автобиографические сочинения (как например, святитель Григорий Богослов), или если он совершил такие деяния, о которых сохранились сведения в исторических источниках (например, в «Церковной истории » Евсевия Кесарийского, где упомянуты многие святые), или, наконец, если святой близок к нам по времени и память о нем еще жива среди наших современников (например, преподобный Силуан Афонский, многие мученики XX века).

Вторая жизнь святого — это его житие, написанное в некоторых случаях много столетий спустя и нередко лишенное исторической достоверности. Житие святого — это его словесная икона, некий идеализированный образ: оно всегда пишется в соответствии с каноном, за пределы которого автор позволяет себе выйти лишь в исключительных случаях. Житийный канон заключается в том, что из одного жития в другое переходят одни и те же словесные штампы, одни и те же эпизоды, описания чудес. Едва ли не каждый герой агиографической литературы рождается от благочестивых родителей и уже в раннем детстве проявляет признаки особого христианского благочестия, избегает обычных детских игр. Едва ли не каждый святой прилежно учится в школе, но отказывается от высшего образования; претерпевает искушения от диавола, но всегда их преодолевает; борется с какой-либо злостной ересью своего времени и одерживает над ней победу; совершает многочисленные чудеса и исцеления.

Лишь в редких случаях — например, если житие написано одним из ближайших учеников святого, знавшим его при жизни — оно сохраняет черты фактической и исторической достоверности (как например, Житие преподобного Симеона Нового Богослова, написанное его учеником Никитой Стифатом, или житие преподобного Сергия Радонежского, написанное Епифанием Премудрым). Однако во многих случаях житие даже и не претендует на историческую достоверность, как не претендует икона святого на портретное сходство. Если мы сравним житие Григория Богослова, составленное в VII веке, с его автобиографическими сочинениями, то без труда увидим разницу между его реальным и идеализированным образами. Нередко написанное в житии даже противоречит той информации о жизни святого, которую мы имеем из других источников.

Что знаем мы о реальной земной жизни святителя Николая? Почти ничего. Есть его житие с рассказами о различных чудесах, однако многие из этих рассказов заимствованы из жития другого святого, Николая Сионского, жившего в VI веке. Ни один исторический источник IV века не упоминает о Николае, архиепископе Мир Ликийских. В житии святителя Николая рассказывается о том, как он принимал участие в I Вселенском Соборе (325 г.), на котором он ударил еретика Ария, за что был лишен сана, но впоследствии восстановлен в епископском достоинстве. Этот эпизод отсутствует в дошедших до нас документах Собора. Более того, среди подписей 153-х участников Собора нет подписи архиепископа Мир Ликийских Николая. Можно, конечно, предположить, что подписи собирались как раз в тот момент, когда святитель Николай был лишен сана Отцами Собора. Но, как бы там ни было, какого-либо документального подтверждения эпизода с Арием мы не имеем.

Означает ли все сказанное, что житиям вообще нельзя верить? Вовсе нет. Хотя бы потому, что от житий не всегда можно требовать исторической достоверности, на которую они и не претендуют. Житие говорит нам в первую очередь о значимости святого для Церкви и церковного народа, рисует нам его духовный образ. Что же касается исторического облика святого, то в некоторых случаях он остается как бы «за кадром».

И здесь важно сказать о той третьей жизни каждого святого, которую он проживает в опыте верующих на протяжении многих столетий, протекших после его смерти. Речь идет об исцелениях и чудесах, совершающихся у мощей или гробницы святого, о многообразной помощи, которую оказывает святой, когда к нему обращаются с молитвой. И во многих случаях оказывается, что таинственным образом эта жизнь святого в опыте Церкви соответствует тому, что мы можем узнать о святом из его жития. И житие, лишенное исторической достоверности, оказывается безусловно достоверным на каком-то глубинном и опытном уровне. И чудеса, описанные в житии, затем многократно повторяются в опыте других людей.

Из жития святителя Николая мы узнаем, что он заботился о бедных и спасал людей, попавших в тиски острой материальной нужды. Рассказывается, например, что он положил три мешочка с золотом на окно дома одной разорившейся семьи. Но сколько людей в наши дни могут засвидетельствовать, что по молитве к святителю Николаю они получили неожиданную материальную помощь. Из жития мы узнаем, что святитель помогал бедствующим на море. Но и в наши дни немало случаев, когда потерпевшие кораблекрушение видели святителя Николая, приходящего им на помощь. В житии говорится о том, как святитель Николай явился во сне императору, приговорившему трех неповинных людей к смертной казни. Но и сейчас известны случаи, когда святитель Николай спасает людей от внезапной смерти. Над человеком уже занесен меч, он теряет последнюю надежду на спасение, как вдруг появляется благообразный старец, который приносит весть об избавлении.

Этим и объясняется тот феномен, что человек, о котором мы не знаем почти ничего в историческом плане, давно уже стал самым популярным святым христианского Востока и Запада. Может ли Рождество на Западе пройти без присутствия Санта-Клауса, приносящего подарки и радость детям? Даже многие нехристиане обращаются к святителю Николаю с молитвой — и получают помощь. До сего дня нетленные мощи святого, покоящиеся в городе Бари на юге Италии, источают благоуханное и целебное миро, и тысячи людей получают от него исцеления.

Будем молиться святителю, чтобы он никогда не оставлял нас своим благодатным присутствием. Будем обращаться к нему не только в критические моменты, но и в повседневной жизни. Опыт верующих показывает, что святитель Николай откликается даже на просьбы о ничтожных и малозначительных вещах. Он, несомненно, один из самых действенных наших помощников, стоящих у престола Божия и ходатайствующих о нашем спасении.

1995

В день памяти Святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, чудотворца. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Когда Господь проповедовал на земле слово Божие, то Его окружали и теснили тысячи людей. Ближе всего к Нему теснились ученики Его; были и другие, жаждущие послушать святую проповедь, были и те, кто пришел с тайной надеждой обрести исцеление от многоразличных своих недугов. Словом, скорбь человеческая рекой стремилась к стопам Милосердного Учителя. И Он, по совершении исцелений, став на ровном месте и отверзши уста Свои, произнес на все времена неизменные Божественные заповеди: Блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие. Блаженны алчущие ныне, ибо насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь. Блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас, и будут поносить, и пронесут имя ваше, как бесчестное, за Сына Человеческого. Возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь, ибо велика вам награда на небесах (Лк. 6: 20-23).

Откликнулось человечество на эти святые призывы своего Спасителя? Да, откликнулось — в лице Апостолов, святителей, мучеников, преподобных и всех истинных последователей Христовых. Смиренные сердца их приняли Его заветы и принесли богатые и обильные плоды. Смирение стало корнем, из которого произрастают прочие плоды святой веры. Смирение вознесло людей, низвело на них многоразличные дары благодати и прославило их в Царствии Небесном. Вот в числе таких смиренных и кротких делателей и подвижников добродетели и является чествуемый ныне Церковью Святитель Христов Николай, великий угодник Божий, который, услышав о Христе и о Его спасительном учении, пошел неуклонно и верно за Ним, в точности исполняя евангельские заповеди и во всем стараясь подражать своему Владыке.

Родившись в Ликийской стране от благочестивых родителей Феофана и Нонны, Святитель Николай с детства рос смиренным и богобоязненным отроком. Воодушевленный простой, но живой и сердечной верой, он в своей ревности по славе Божией был подобен иным великим ревнителям ее — пророку Божию Илии и Крестителю Господню Иоанну. Его ревность по славе Христа Бога проявилась и в том, что он на первом Вселенском Соборе, не стерпев еретического кощунства, еретика Ария ударил по щеке, за что Отцами Собора был осужден. Но Господь, явившись вместе с Пресвятой Богородицей некоторым из Святых Отцов, оправдал его и восстановил в епископском сане: Отцы видели в видении, как Спаситель Сам вручил ему Евангелие, а Матерь Божия — омофор. Оправдал, ибо поступок его был не следствием порочности сердца или грубости нрава, но следствием ревности по славе Божией.

В другой раз его праведная душа, возмущенная неправедным осуждением невиновных, воспламенилась ревностью о спасении их, и он, полагая душу свою за ближних, избавил их от смерти. Так же он и в темницах заключенных посещает, и в море погибающих чудесно спасает.

Так прославился Святитель Христов Николай своим милосердием, сострадательностью и помощью страждущим людям. Ведь мы, в силу своей немощи, большей частью обращаемся к Богу и святым Его за помощью в своих телесных и душевных нуждах, и более всего к тем из святых, которые явили особенно много дел милосердия и помощи страждущим. Имея суровый, строгий и молчаливый внешний вид, Святитель Христов обладал редкой душевной добротой, сердцем нежным и сострадательным ко всем скорбящим и страждущим и всегда спешил на помощь призывающим его. Поэтому и пользуется он особенной любовью и почитанием, и не только среди православного народа, но и среди евреев, магометан и других иноверных. Вся подсолнечная полна его чудес, щедро даруемых всем, в скорбях обращающимся к нему.

Святая Церковь в своих песнопениях прославляет его как алчущих кормителя, обуреваемых на море изрядного правителя и скорого помощника всем, находящимся в бедах и скорбях. И действительно, вся его жизнь представляет собой непрерывный ряд благодеяний, оказанных страждущим людям.

Вот один из таких примеров. Один несчастный человек разорился и, имея трех взрослых дочерей, в отчаянии вознамерился поправить свои дела гнусным способом — продажей чести девушек. Святитель узнает о бедственном положении семьи и, не дожидаясь просьбы, стремится предотвратить грех и бедствие, хочет спасти и душу, и тело невинных девиц от позора. Под непроницаемым покровом полуночи приходит он к жилищу бедняков, тайно опускает в оконце мешочек с золотыми монетами и незаметно скрывается. Он следит за тем, как отец девушек распорядится его даром, и, убедившись в разумном его употреблении, еще дважды повторяет свое благодеяние, пока все три девицы не были устроены. Но благодарный отец на третий раз подстерег своего тайного благодетеля, бросился ему в ноги со словами: «Чем благодарить мне тебя, человек Божий! » «Молчанием», — отвечал Святитель.

Не только при жизни, но и по смерти не перестает он благотворить обращающимся к нему с молитвами. Поэтому из всего сонма угодников Божиих Святитель Николай пользуется особенной любовью православного нашего русского народа. В честь его было построено много храмов, само имя его любезно православному русскому человеку, и потому оно часто встречается в христианских семьях.

Помолимся ему, чтобы он испросил нам дары духовные: смирение, кротость и любовь. Святителю отче Николае, моли Христа Бога спастися душам нашим! Аминь.

1961 г.

Второе обретение мощей Преподобного Серафима, Саровского и всея Руси Чудотворца. 15 января н.с. (2 января с.с.) успение, 2-е обретение мощей, 1 августа н.с. (19 июля с.с.) обретение мощей.

Слово в день памяти преподобного Серафима, Саровского чудотворца. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Ныне Православная Церковь вспоминает день кончины дивного угодника Божия, покровителя и молитвенника земли Русской, отца нашего Серафима Саровского. Краткое житие его почти всем вам известно. Сейчас же Божиим благословением к нам приходят книги о преподобном старце, изданные большим тиражом. Их читали некогда наши бабушки и дедушки и даже, может быть, наши родители, и эти книги поддерживали в них живое горение любви к дивному угоднику Божию, повествуя о подвигах и наставлениях преподобного Серафима. А теперь и мы с вами имеем такую радостную возможность — подробно узнать его житие и руководствоваться его наставлениями на пути к Богу.

158 лет назад отошел в мир иной великий подвижник, перейдя от великих трудов к великой радости вечной, дерзновенно молясь Святой Троице за многострадальную Русь. Он ушел, но опыт его жизни, его советы и любовь остались с нами, и сегодня я хочу воспроизвести беседу старца с тем, кто, как и мы с вами теперь, искал пути спасения. Преподобный Серафим Саровский живою любовью к людям подобен ключу, который забил чистой струей из глубины темного леса, разлился в реку и, неся в море неиссякающие волны свои, поит миллионы людей.

Живя на земле, старец Божий учил, утешал, исцелял тех, кто с верой, любовью, надеждой приходил к нему, подкреплял и вразумлял тех, кто желал побеждать грехи. «Умру, в могиле буду лежать, но вы приходите ко мне на могилку, здесь, как живому, расскажите мне все, что ваше сердце хочет сказать, и я, как живой, и из могилки услышу вас», — говорил старец друзьям перед смертью.

Не всем людям, особенно беднякам, труженикам или больным, даже при глубокой вере в молитвенную помощь и любовь старца, удается прийти к нему, но зато все могут прочитать советы его сердца святого, которые он оставил нам.

Вот почему в эти святые дни, когда Церковь славословит Христа и вспоминает кончину преподобного старца, верного слуги Христова, хорошо и нам вспомянуть советы святого Серафима.

В день Рождества Христова 1832 года некий раб Божий удостоился видеть отца Серафима в Саровской пустыни. «Я,— говорил этот раб Божий,— пришел в больничную церковь к ранней обедне еще до начала службы и увидел, что отец Серафим сидит на правом клиросе, на полу… По окончании же обедни, когда я снова подошел к нему, он приветствовал меня словами: «Молитвами Пресвятыя Богородицы все благо будет! » Тогда я осмелился попросить его о назначении мне времени для выслушания от него спасительных советов. Старец на то отвечал мне так: «Два дня праздника. Времени не надо назначать. Святой апостол Иаков, брат Божий, поучает нас: аще Господь восхощет, и живы будем, сотворим сие и сие».

Я спросил его: продолжать ли мне мою службу или жить в деревне? Отец Серафим отвечал: «Ты еще молод, служи». — «Но служба моя нехороша», — возразил я. «Это от твоей воли, — отвечал старец. — Добро делай; путь Господень все равно! Враг везде с тобой будет. Кто приобщается — везде спасен будет, а кто не приобщается — не мню. Где господин, там и слуга будет. Смиряй себя, мир сохраняй, ни за что не злобься».

Я спросил еще: благополучно ли кончится мое дело? Старец отвечал: «Надобно полюбовно разделиться с родными, у кого есть что разделить. Было у двух родных братьев два озера; у одного все множилось, а у другого нет. Тот и захотел завладеть войною. Одному нивы надобно двенадцать сажен, а другому более. Не пожелай».

После того я спросил: учить ли детей языкам и прочим наукам? И он отвечал: «Что же худого знать что-нибудь?» Я же, грешный, подумал, рассуждая по-мирскому, что нужно, впрочем, ему самому быть ученым, чтобы отвечать на это, и тотчас же услышал от прозорливого старца обличение: «Где мне, младенцу, отвечать на это против твоего разума? Спроси кого поумней».

Вечером я умолял его продолжить спасительную беседу и предложил ему следующий вопрос: скрывание дел, предпринятых во имя Господне, в случае, когда знаешь, что получишь за них скорее осмеяние, нежели похвалу, не похоже ли на отвержение Петра; и что делать при противоречиях? Старец на это отвечал мне так:

«Святой апостол Павел в послании к Тимофею говорит: пей вино вместо воды, а вслед за ним следует: не упивайтесь вином. На это надо разум. Не воструби; а где нужно, не премолчи».

Я спросил еще: что прикажет он мне читать? И получил ответ: «Евангелие по четыре зачала в день, каждого Евангелиста по зачалу, и еще жизнь Иова. Хотя жена и говорила ему: лучше умереть; а он все терпел и спасся. Да не забывай дары посылать обидевшим тебя».

На вопросы мои: должно ли лечиться в болезнях и как вообще проводить жизнь, он отвечал: «Болезнь очищает грехи. Однако же воля твоя. Иди средним путем; выше сил не берись — упадешь, и враг посмеется тебе; аще юн сый, удержись. Однажды диавол предложил праведнику прыгнуть в яму, тот было согласился, но Григорий Богослов удержал его. Вот что делай: укоряют — не укоряй; гонят — терпи; хулят — хвали; осуждай сам себя, так Бог не осудит, покоряй волю свою воле Господней; никогда не льсти; познавай в себе добро и зло; блажен человек, который знает это, люби ближнего твоего: ближний твой — плоть твоя. Если по плоти живешь, то и душу, и плоть погубишь; а если no-Божьему, то обоих спасешь. Эти подвиги больше, чем в Киев идти или и далее, кого Бог позовет».

Последние слова отца Серафима относились к желанию моему отправиться на богомолье в Киев и далее, если благословит.

Впрочем, я не открыл ему еще этого желания, и отец Серафим узнал о нем единственно по дару прозрения, которое имел он по благодати Божией… Я попросил его помолиться обо мне, он отвечал: «За всех молюсь всякий день. Устрой мир душевный, чтобы никогда не огорчать и ни на кого не огорчаться, тогда Бог даст слезы раскаяния». И опять подтвердил: «Укоряют — не укоряй » и т. д.

На вопрос мой: как сохранить нравственность людей, мне подчиненных, и не противны ли Богу законные, по-видимому, наказания — он отвечал: «Милостями, облегчением трудов, а не ранами. Напои, накорми, будь справедлив. Господь терпит; Бог знает, может быть, и еще протерпит долго. Ты так делай: аще Бог прощает, и ты прощай. Сохрани мир душевный, чтобы в семействе у вас ни за что не было ссоры; тогда благо будет. Исаак, Авраамов сын, не злобился, когда у него колодцы засыпали, и отходил; а потом его же стали просить к себе, когда Господь Бог благословил его стократным плодом ячменя».

Я спросил старца: нужно ли молиться Богу об избавлении от опасных случаев? Старец отвечал: «В Евангелии сказано: «молящеся же не лишше глаголите… весть бо Отец ваш, их же требуете, прежде прошения вашего. Сице убо молитеся вы: Отче наш, Сущий на небесах! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день. И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого. Тут благодать Господня; а что приняла и облобызала Святая Церковь, все для сердца христианина должно быть любезно. Не забывай праздничных дней: будь воздержен, ходи в церковь, разве немощи когда, молись за всех: много этим добра сделаешь; давай свечи, вино и елей в церковь: милостыня много тебе блага сделает».

Когда я спросил о посте и браке, старец сказал: «Царство Божие не брашно и питие, но правда, мир и радость о Духе Святе; только не надобно ничего суетного желать, а все Божие хорошо: и девство славно, и посты нужны для побеждения врагов телесных и душевных. И брак благословен Богом: и благослови их Бог, глаголя: раститеся и множитеся. Только враг смущает все».

На вопрос мой о духе мнительности и о хульных помыслах он отвечал: «Неверного ничем не уверишь. Это от себя. Псалтирь купи: там все есть… »

Я спросил его: можно ли есть скоромное по постам, если кому постная пища вредна и врачи приказывают есть скоромное? Старец отвечал: «Хлеб и вода никому не вредны. Как же люди по сто лет жили? Не о хлебе едином жив будет человек; но о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих. А что Церковь положила на семи Вселенских Соборах, то исполняй. Горе тому, кто слово одно прибавит к сему или убавит. Что врачи говорят про праведных, которые исцеляли от гниющих ран одним прикосновением, и про жезл Моисея, которым Бог из камня извел воду? Какая польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? Господь призывает нас: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы: иго бо Мое благо и бремя Мое легко есть: да мы сами не хотим».

Во все время всей нашей беседы отец Серафим был чрезвычайно весел. Он стоял, опершись на дубовый гроб, приготовленный им для самого себя, и держал в руках зажженную восковую свечу».

Но бывали у старца Серафима и такие люди, которые не искали себе назидания, а хотели лишь удовлетворить свою пытливость.

Так, одному Саровскому брату подумалось, что уже близок конец мира, что наступает великий день второго пришествия Господня. Вот он и спрашивает о сем мнения отца Серафима. Старец же смиренно отвечал: «Радость моя! Ты много думаешь о Серафиме убогом. Мне ли знать, когда будет конец миру сему и наступит великий день, в который Господь будет судить живых и мертвых и воздаст каждому по делам его? Нет, сего мне знать невозможно…

Господь сказал Своими пречистыми устами: «О дни же том и часе никто же весть, ни Ангели небеснии, токмо Отец Мой един. Яко же бо бысть во дни Ноевы, тако будет и пришествие Сына Человеческаго. Якоже бо беху во дни прежде потопа, ядуще и пиюще, женящеся и посягающе, до негоже дне вниде Ное в ковчег, и не уведеша, дондеже прииде вода и взят вся: тако будет и пришествие Сына Человеческаго » (Мф. 24, 36-39).

Цри сем старец тяжко вздохнул и сказал: «Мы, на земле живущие, много заблудили от пути спасительного; про-гневляем Господа и нехранением святых постов; ныне христиане разрешают на мясо и во святую четыредесят-ницу и во всякий пост; среды и пятницы не сохраняют; а Церковь имеет правило: не хранящие святых постов и всего лета среды и пятницы много грешат. Но не до конца прогневается Господь, паки помилует. У нас вера Православная, Церковь, не имеющая никакого порока».

И «исполнение заповедей Христовых для каждого христианина есть бремя легкое, как сказал сам Спаситель наш, только нужно всегда иметь их в памяти; а для этого всегда нужно иметь в уме и на устах молитву Иисусову, а пред очами представлять жизнь и страдания Господа нашего Иисуса Христа, Который из любви к роду человеческому пострадал до смерти крестной. В то же время нужно очищать совесть исповеданием грехов своих и приобщением Пречистых Тайн Тела и Крови Христовой».

«Радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух! » — сказал отец Серафим другому вопрошающему и тут же объяснил:»…это значит надобно быть подобно мертвому или совершенно глухому или слепому при всех скорбях, клеветах, поношениях и гонениях, которые неминуемо приходят ко всем, желающим идти по спасительным стезям Христовым».

А заканчивались беседы старца почти всегда словами о необходимости тщательно заботиться о своем спасении, пока не прошло еще благоприятное время. Преподобный Серафим Саровский еще в начале прошлого века сказал:

«У нас вера Православная, Церковь, не имеющая никакого порока. Сих ради добродетелей Россия всегда будет славна и врагам страшна и непреоборима, имущая веру и благочестие… — сих врата адова не одолеют».

Из истории России видно, что есть соответствие внешней судьбы нашей Родины с внутренним состоянием народного духа. Поэтому необходимо понять, что как грех привел к катастрофе, так и покаяние способно привести к восстановлению России.

События XX века показали, что мир стоит перед лицом гибели. Дай Господь вам всем мужество очнуться, чтобы понять, что заблудились люди во мраке обольщения. Вот тогда-то миру и понадобится неугасимая лампада — Святая Русь, ибо без нее не выбраться из трясины.

Россия! Будь такой, какой ты нужна Христу!

Дорогие мои, великое счастье и утешение, но и трепет велик видеть сбывающимися обетования Божий. Сегодня сбываются не только обетования Самого Спасителя, сбываются предсказания святых угодников Божиих — Божиих людей.

Россия за многие согрешения идет путем огненного и скорбного очистительного испытания, и это чувствует вся страна, вся Церковь, каждый человек.

Особенно тяжки скорби тех, кому дал Господь провидеть судьбы народа Божия. Скорбел обо всем мире, о Церкви и ее иерархах, о каждом приходящем к нему человеке преподобный Серафим Саровский. В молитве, на морозе, примерзая к земле, плакали в судьбоносные моменты жизни России воспитанницы преподобного — юродивые Христа ради. Но обещали они сквозь слезы и грядущее за горем облегчение.

В свое время, когда взращенная молитвой и трудами преподобного Серафима Саровского Дивеевская обитель еще была в расцвете, ее великий покровитель однажды в незначительном на первый взгляд разговоре на празднике Рождества Пресвятой Богородицы сказал: «Придет время, и мои сиротки в Рождественские ворота как горох посыпятся». И никто ничего не понял из его слов. А в 1927 году, в день Рождества Пресвятой Богородицы, тяжелая рука гонителей опустилась на обитель, и надолго умолкло живое слово молитвы к Богу в стенах ее.

Но тот же преподобный Серафим произнес тогда — еще при жизни своей — и другое пророческое слово о Дивееве. Обещая возрождение обители, он говорил: «Не хлопочите и не доискивайтесь и не просите монастыря — придет время, без всяких хлопот прикажут вам быть монастырем, тогда не отказывайтесь».

И время пришло. В апреле 1988 года светские власти неожиданно приказали верующим принимать монастырский Троицкий собор.

А теперь и сам преподобный хочет исполнить свое пророчество о возвращении его в Дивеево. Ведь при жизни он там никогда не был, а мощами своими обещал упокоение в созданной его трудами Дивеевской обители, возрождающейся в наши дни его молитвой.

Дорогие мои, сейчас происходят знаменательные события в духовном мире. Одно из них — удивительное второе обретение святых мощей преподобного Серафима Саровского. Ровно семьдесят лет томившийся в заточении своими нетленными мощами угодник Божий преподобный Серафим возвратился в Церковь.

В 1920 году при закрытии Саровского монастыря рака его была вскрыта, и останки великого старца земли Русской исчезли, и след их затерялся. Но он потерялся для нас, но сокровен и сохранен Господом. Святейший Патриарх Алексий II в связи с этим знаменательным событием сказал, обращаясь ко всем нам, что преподобный Серафим во дни своей земной жизни, в начале XIX века, был тем духовным огоньком, у которого отогревалась Россия, уже более века насильственно ведомая по пути расцерковления и обмирщения народной жизни. Он был общенародно прославлен в первые годы нашего века, накануне новых невиданно тяжких испытаний для страны и Церкви.

И вот сейчас, когда мы вновь входим в скорбные годы (хотя Церковь ныне и не притесняема, но она не может не скорбеть вместе со своим народом обо всех его бедах), снова нам явлен и, если можно так сказать, зримо приближен к нам преподобный Серафим.

Сегодня, вспоминая заветы преподобного, особо хочется вспомнить о его удивительном, поистине благодатном умении радоваться людям. «Радость моя! » — этими словами он встречал каждого приходящего.

В наши дни, когда в любом незнакомце люди склонны подозревать врага, соперника, помеху, нам так необходимо вспомнить, что можно и должно иначе относиться к ближним.

Ни один человек не уходил не утешенным из келии Саровского старца. Надеюсь, ныне он донесет и наши молитвы до Престола Всемилостивого Спаса, тогда наше духовное обновление и выздоровление не замедлит. Дай Бог всем нам стать причастниками «Серафимовой радости».

Мощи преподобного, освещая Русскую землю, после второго обретения ради поклонения многих людей первоначально находились в Александро-Невской Лавре, затем в Москве в патриаршем Елоховском соборе. А ко дню памяти преподобного — 1 августа — его мощи обрели покой и остались на постоянное пребывание в Дивеевской обители, основанной святым угодником.

И верится нам, что если преподобный Серафим при жизни своей согревал любовью приходящих людей, то и теперь с прежней лаской согреет он изболевшие души. Только приди к нему мысленно, обратись к нему в молитве. И услышишь сердцем своим: «Радость моя, гряди, гряди ко мне »

Трогательное до слез, привязывающее сердце невыразимой властью есть в дивном старце Серафиме. «Он, как пудовая свеча,— говорил Воронежский архиепископ Антоний,— всегда горит пред Господом, как прошедшею своею жизнью на земле, так и настоящим своим дерзновением пред Святою Троицею».

И именно в те дни, когда оскудела среди людей любовь, когда стала остывать в народе вера, взошел в блистающем ореоле любви и святости преподобный отец Серафим, Саровский чудотворец.

Возрадуемся же, други мои, что имеем мы среди наших русских святых такого дивного, жившего во славу Божию преподобного старца, память которого сегодня мы собрались молитвенно прославить. И из глубины сердец наших воззовем: «Ублажаем, ублажаем тя, преподобие отче Серафиме, и чтим святую память твою, наставниче монахов и собеседниче Ангелов». Аминь.

2 (15) января 1991 года.

Неделя Святых Отцов, перед Рождеством Христовым. 1-5 января н.с.

Слово в неделю Праотцев. (Отца Виктора (Ильенко)

Праздник Рождества Христова, всякий раз как он приближается, побуждает нас, оглядываясь в прошлое, не останавливаться вниманием только на событии, которое произошло в Вифлеемской пещере, но простираться и далее в глубь веков и усматривать там причины, почему несчастье, случившееся с Адамом, не могло быть исправлено иначе, как только пришествием в мир Сына Божия.

Но что же случилось с Адамом? и чего лишились первозданные люди, нарушив заповедь Божию?

Святой Макарий Великий говорит, что до преступления они были облечены Божественной славой. Адам, пока держался заповеди, был другом Божиим и с Богом пребывал в раю. Он имел в себе Духа Божия. Пребывавшее в нем Слово было для него всем: и ведением, и ощущением блаженства, и наследием, и учением. И совне пребывала на первозданных слава, так что они не видели наготы своей. Человек был в чести и чистоте, был владыкою всего, начиная от неба и до дольнего, умел различать страсти, чужд был демонам, чист от греха или пороков, Божиим был подобием.

И всего этого лишились первозданные, преступив заповедь Божию! Душа Адама, исполненная лепоты, великая и чудная, прекрасное подобие и образ Божий, стала жилищем темных и лукавых страстей, облеклась в одежду тьмы, неверия, тщеславия, гордости, похоти и другие одеяния царства тьмы.

И какой немощью пострадал Адам, той же пострадали и все, происходящие от Адамова семени. Так что даже и ныне, для кого не воссияло Солнце правды — Христос, у кого не отверзлись душевные очи, просвещенные истинным светом, — все те покрыты тьмою греха и подлежат наказанию. Так говорил святой Макарий.

Но если столь великое несчастье случилось с Адамом, а чрез него в это же несчастное состояние вовлеклись и все мы, потомки его, получившие чрез рождение от него порчу греха, то подлинно никем иным эта порча не могла быть исправлена, никто другой не мог сделать человеческую душу новой, чистой и по-прежнему прекрасной, как только Творец ее — Сам Господь. Ему и надлежало явиться в мир и стать новым Адамом, родоначальником святых людей на земле.

Но тогда за что же мы похваляем Адама, Авеля, Сифа, Ноя, Авраама, Иакова, Давида и других праотцев, памяти которых посвящены два воскресенья пред Рождества Христова?

Праотцев Христовых по плоти мы похваляем за их веру, которая в каждом из них воссияла с такой силой, что затмила, покрыла все их недостатки.

Адам, хотя и оказался первым преступником заповеди Божией, но не потерял веры в пришествие искупителя и умер с надеждой, что Семя жены сотрет главу змия — соблазнителя.

Авель — первый мученик в человечестве — пал от руки Каина, унося в иной мир свою тоску о Примирителе, который исцелит его душу от обиды на брата.

Ной, праведник Божий, ходивший пред Богом непорочно, когда видел мир весь погибающим в волнах потопа, — то сколько веры нужно было ему иметь, сколько преданности, чтобы ни в чем не усумниться, не потерять доверия к Богу, но терпеливо ждать обещанного спасения!

Авраам, этот камень веры и образец послушания, повел единородного на гору и занес уже нож над Исааком, нимало не колеблясь и не сомневаясь, что Бог силен и из мертвых воскресить.

Давид, учитель покаяния, всегда похваляемый нами за свое благочестие, ибо это он сказал: «Как олень стремится на источники вод, так душа моя — к Тебе, Боже«, — когда был юн и жил при отце, то был беспечален, но как скоро получил помазание на царство, то стал терпеть жестокие скорби, вынужден был удалиться в пустыню, не имел даже насущного хлеба и спасался бегством от Саулова злоумышления. и переносил все это великодушно, решительно вверился Богу, сказав: «Что сотворил со мною Бог пророческим помазанием, то несомненно должно исполниться», так что Божие помазание он почел достовернее царских злоумышлении.

И о ком еще сказать? Не хватит и времени повествовать о всех праведниках, которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих… (Евр. 11:33-34).

За их веру, которую они являли в самых трудных, в самых крайних, в самых безнадежных обстоятельствах, Господь и оправдал их, как и поется в тропаре: «Верою праотцы оправдал еси».

Эту веру их мы и должны себе поставить за образец и постоянно держать в мысли, что эти ветхозаветные праведники были окружены тьмою языческого неверия и нечестия и жили лишь надеждой на пришествие обещанного искупителя; в то время как мы имеем целый облак свидетелей благости Божией в прошлом, имеем ныне Церковь, заботливо ведущую нас ко спасению; наконец, утешаемся несомненною надеждою будущей вечной жизни, которую обещал нам нелживый Бог, так возлюбивший мир, что Сына Своего Единородного дал, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Аминь.

Брюссель, 1951 г.

В неделю Святых Отцов. (Митрополита Филарета Вознесенского)

Известно, что к двум величайшим праздникам, Рождеству и светлому Христову Воскресению, Церковь нас начинает готовить задолго для того, чтобы человек приобрел возможность заблаговременно подготовить себя к великим духовным торжествам, какими являются эти праздники.

И вот, уже три с лишним недели тому подряд, когда начался пост, который именуется Рождественским постом и готовит нас к этому празднику, и в канун другого великого двунадесятого праздника, Введения во храм Пресвятой Богородицы, в православных храмах уже раздался радостный и торжественный призыв: «Христос раждается — славите, Христос с небес — срящите, Христос на земли — возноситеся «; и потом, в другие праздничные дни этот призыв снова и снова повторяется.

Но теперь мы с вами уже близко подошли к светлым, торжественным дням великого Праздника Рождества Христова и Церковь предварительно напоминает нам о тех великих праведниках Ветхого Завета, которые спасались верой в грядущего Meccию-Спасителя — еще только грядущего — рождество Которого мы, Бог даст, будем скоро праздновать.

Завтрашний воскресный день именуется — «Неделя Праотцев». В этот день Церковь перед нами проводит великих мужей древности, начиная с праотца Адама и праматери Евы. О них часто твердят, что они были первыми грешниками, но забывают о том, что они через покаяние сделались и первыми праведниками; забывают и о том, что когда говорится о пасхальном победном торжестве, Церковь постоянно говорит нам о том, что Господь прежде всего освободил Адама и Еву от всяких последствий их страшного проступка и греха, совершенного ими в раю.

Вслед за ними вспоминаются великие мужи древности: Авраам, отец верующих, Ной, великий праведник, спасшийся, когда погибал во время потопа весь растленный грехами род человеческий, и другие великие мужи и пророки, святые угодники Божии.

Но когда мы с вами совершаем память их, то не лишние нам вспомнить и одно изречение нашего Спасителя, Который когда-то говорил апостолам: «Блаженны ваши очи, которые видят то, что вы видите, и ваши уши, которые слышат то, что вы слышите, ибо » — добавил Господь — «говорю вам, что многие цари и пророки хотели бы видеть то, что вы видите, и не видели, и слышать то, что вы слышите, и не слышали».

Как мне уже приходилось говорить, это относится и к нам.

Тот же великий отец верующих, праотец патриарх Авраам, вероятно, всю бы жизнь свою отдал, если мог бы присутствовать на нашей Божественной Литургии. Однако же, он не видел того, что мы видим, и не слышал того, что мы слышим. Но непреложен евангельский закон: кому много дано — с того много спросится. Нам дано в смысл вероучения, в смысле божественного знания, несравненно больше, чем этим древним ветхозаветным праведникам, которых мы ныне воспоминаем перед Рождеством Христовым, а поэтому и ответственность наша перед Богом и Его правдой гораздо больше, чем их. Они спаслись верой в грядущего Спасителя, имея только пророчества, прообразы, предсказания, а перед нами открыта уже вся жизнь воплотившегося Сына Божия, все — что Он совершил для нашего спасения, ибо в дни наших праздников Церковь силой веры переносит нас туда, к этим евангельским дням, и мы с вами как бы присутствуем и переживаем все, что переживалось тогда.

Будем же это помнить, готовясь к празднику Рождества Христова. Как радовались всегда святые праотцы, когда им приоткрывалось хоть что-нибудь из тайны явления Сына Божия в мир!

Когда-то говорил Господь Иисус Христос окружавшим Его иудеям, врагам Его: «Авраам, отец ваш, рад былвидеть день Мой, и видел и возрадовался». Совершенно несомненно, что Господь Иисус Христос указывает здесь на то, что Аврааму как-то приоткрылась тайна Его воплощения, и возрадовался он, когда это стало ему известно; но это были, так сказать, отдельные искры духовных откровений, а нам с вами истина открыта во всей полноте, которая необходима для нашего спасения.

Будем же это помнить, ибо мы ответим перед Богом за то, что нам дано, ответим за то, если мы этого не используем. И с этой смиренной памятью о нашей ответственности перед Богом за полученное богатство откровений и таинств будем готовиться, чтобы нам достойно встретить великий праздник Его Рождества. Аминь.

Неделя памяти Святых Отцов. (Митрополита Филарета Вознесенского)

Вот, братие, ныне мы с вами приближаемся, как и в прошлые годы, к великому празднику Рождества Христова и Церковь наша, подготовляя нас к достойной встрече этого великого праздника, сегодня нам напоминает о предках нашего Господа, святых праотцах, о праведных мужах Ветхого Завета, которые жили в дохристианское время.

Они знали о Боге быть может только одну сотую того, что знаем мы с вами, они спасались верою в того Meccию Спасителя, который должен еще только придти и кроме пророчеств в Ветхом Завете, в Ветхозаветном священном Писании, при этом иногда и трудных для понимания, они по существу ничего не знали. А пред нами открыта вся истина Богопознания, ибо Сын Божий сошел с неба на землю и даровал нам свет истины и познание Бога, покланяемаго в Троице.

Церковь, повторяю, напоминает нам, об этих ветхозаветных праведниках. Среди них на первом месте стоит тот праотец, отец всех нас — первозданный человек Адам, на которого часто ссылаются грешники, оправдываясь в своих грехах. Они говорят: мы — потомки грешного Адама и поэтому, что удивительного в том, что мы грешим? Ведь наш праотец был грешник! Говорящие так, вместо покаяния прячутся за адамово греховное падение от Божия правосудия, которое все равно постигнет их за их собственные грехи. Да, Адам согрешил, но он всю жизнь приносил покаяние. А так как царство небесное будет наполнено покаявшимися грешниками (ибо безгрешных людей нет), то первым среди этих праведников и является праотец Адам. Когда человек говорит о том, что он грешит потому что он потомок Адама, то пусть он спросит свою совесть: можно ли этим оправдать свои грехи? Ведь в каждый момент нашего греховного поступка мы прекрасно сознаем, что если бы мы захотели, то могли бы и не согрешить. На этом, ведь, основано все покаяние. Если бы человек не имел свободной воли, а грешил подневольно, по необходимости — тогда Господь и не спрашивал бы с него никакого ответа. Но мы, согрешая, прекрасно сознаем, что делаем. И когда каемся, и исповедуем свои грехи, то обращаясь мыслью к сделанному греху прекрасно понимаем, что могли этого не сделать, а сделали, поэтому осуждаем себя и просим у Господа милости и прощения. Хотя, зараженность грехом, наклонность к греху и унаследована нами от Адама, но с помощью божественной благодати, каждый из нас мог бы в любой момент греха от него удержаться. Посмотрите на святых отцов, великих праведников — они также были, как мы знаем грешные люди, подобные нам, однако же с помощью божественной благодати явились победителями греха и стали святыми, «земными ангелами и небесными человеками».

Вспоминает Церковь не только Адама, но и его супругу, Еву, которая, хотя и была первая грешница, соблазнившая Адама, но зато была и матерью рода человеческого, а тот соблазн, который она внесла, как говорит Церковь, исправила Преблагословенная Дева Мария. Если от Евы пришло падение, то от благословенной Девы — жизнь и вечное блаженство, вечная радость.

Знаем мы и других праведников: Ноя, который остался праведным среди всеобщего развращения и спасся от всемирного потопа. Праведного Эноха, который был в Ветхом Завете, и не имея новозаветной благодати, угодил так Богу, что Господь его, не умершего, взял с этой грешной земли к Себе. Вспоминаем Авраама, отца верующих.

Какой трогательный, прямо-таки потрясающий случай, где проявилась могучая вера великого праотца приводит Святая Библия. Авраам тосковал о том, что у него нет наследника. Наконец, по Божию обетованию, уже в старости, у него родился сын Исаак — чадо его отеческой любви и отеческих надежд. И вдруг Господь ему говорит: возьми своего сына единственного, которого ты любишь, Исаака, пойди принеси его Мне в жертву на горе, которую Я тебе укажу. Повторяю, у Авраама, все его отеческие надежды и вся любовь была в Исааке. Но он ни на секунду не колеблется: как Господь сказал, так должно быть! Без тени каких бы то ни было колебаний и сомнений в благости Божией, зная, что Господь ничего плохого не делает, но все, что Он творит благо и прекрасно, отец верующих берет Исаака, и все что нужно для жертвоприношения и идет на гору. Когда они идя среди гор приблизились к гор Mopиa, Господь ему сказал: вот эта гора. Оставил Авраам спутников — рабов, которые несли все что нужно, возложил на Исаака дрова для жертвоприношения и стал подниматься на гору. Но не забудьте: Авраам был живой человек. Страшным подвигом для него это было. Он ко кресту послушания Богу как бы живым пригвоздил своего сына, потому что он так был готов совершить волю Господню, что в его воле, в его разуме и сердце Исаак был уже как бы мертв. И вот тут, когда так скорбела любовь отеческая, Исаак задает еще вопрос: «Отче?» — «что, чадо», говорит Авраам. — «У нас все есть, дрова, и огонь (который они несли с собою потому что тогда ведь спичек не было и огонь с трудом добывался и хранился), — а где же агнец, которого нужно принести в жертву?» И, хотя этот вопрос был, что называется, ножом в сердце отца, Авраам с непоколебимой твердостью отвечает ему: «Бог найдет Себе агнца для жертвоприношения, сын мой». Поднялись на гору, построили жертвенник. Авраам связывает сына и кладет на дрова. Как Авраам был сын послушания, так же и его сын Исаак; Исаак был молод, полон силы, он мог оттолкнуть отца и убежать, но ничего этого он не делает и покорно подчиняется. И отец только потому его связывает, что он мог чисто инстинктивно, увидевши над собою занесенный нож сделать что-либо вопреки. Авраам возложил сына на жертвенник… занес страшный нож… но за секунду до того, как он опустил бы его на тело сына, он услышал голос ангела: «Авраам, Авраам, не поднимай твою руку на отрока, ибо Господь говорить: Я видел твое послушание и веру». И дальше Господь говорить: «Мною Самим клянусь (ибо нет ничего в мире выше Бога), что благословляя благословлю тебя и умножая умножу тебя». И тут для Авраама, как говорят святые отцы, Исаак действительно как бы воскрес из мертвых, потому что в сердце своем, он уже принес его в жертву. И поэтому, это жертвоприношение было прообразом того великого жертвоприношения, в котором Бог Отец, Сына Своего Единородного и возлюбленного принес в жертву на крестном жертвеннике за грехи всего мира; но там не было остановлено искупительное жертвоприношение, и Сын Божий, в воплощении Своем как Богочеловек распялся на кресте и умер за нас грешных. И вот эта-то сила веры и преданность воле Господней, о которой говорит Святая Библия, и сделала Авраама тем, кем назвал его апостол Павел, говоря, что Авраам есть отец всех нас — верующих.

Знаем мы и другие примеры подобного жертвоприношения. Вот — один из них: однажды великий молитвенник и праведник, о. Иоанн Кронштадтский, будучи уже пастырем, но еще молодым, заболел. А был Великий Пост. Врачи требуют, чтобы больной ел мясную пищу, иначе ослабеет и умрет. Отец Иоанн не соглашается; наконец он говорит, вероятно предвидя результат: «меня моя мать воспитала в послушании Церкви и соблюдении святых постов. Она жива — я ее спрошу. Если она, как мать, даст мне разрешение, то я согласен». Ей пишут письмо, запрашивают. Получается ответ: «сын любимый, даю тебе мое материнское благословение, прошу твоего пастырского благословения, а вкушать скоромную пищу в посту, ни в коем случае не разрешаю. Врачи говорят, что умрешь — умри. Все равно умереть придется, но послушания Церкви — не нарушай». Не принесла ли здесь мать своего любимого сына также в жертву, ради послушания Церкви?

Среди других праведников Ветхого Завета Церковь ныне вспоминает великого пророка Даниила, пророка и Боговидца Моисея, и святых трех отроков, которые смело пошли в огненную печь, были чудесным образом избавлены от гибели и тем прославились навсегда, и ныне на каждой утрени на восьмой и девятой песнях канона Церковь вспоминает этих трех отроков и великое чудо с ними. Все это пред нами проходит теперь, когда приближается великий праздник. А какие великие это были люди! Мы — малые дети перед ними. Но снова повторяю: не забудем, что они знали о Боге, Его правде и о духовной жизни гораздо меньше, чем мы. Это обличает нашу леность; обличает потому, что нам дано много, а мы стремимся узнать многое маловажное; к самому же важному интереса у нас мало. И поэтому и не знаем мы многого из того, что может и обязан знать всякий верный сын или дочь Церкви.

Поэтому, братие, готовясь к встрече великого праздника позаботимся и о том, чтобы нам не быть невеждами в нашей вере, в учении святой Церкви, а постараться ознакомиться со всем, чему учит нас Церковь так, чтобы уметь и защитить свою веру и объяснить ее всякому, кто будет о ней спрашивать. И тогда, когда мы будем так преданы Господу и прежде всего будем ставить Его святое учение и послушание Его Святому Закону во главу угла, тогда мы сможем встретить Его как должно, поклониться Ему и принести угодные Ему дары: веру, надежду и любовь христианскую! Аминь.

О Родословии Христовом. (Отца Виктора Ильенко)

Первая часть Евангелия, читаемого в неделю пред Рождеством Христовым, состоит в родословии Господа нашего Иисуса Христа: перечисляются имена Его предков по плоти, начиная с Авраама и кончая Иосифом, мнимым мужем Приснодевы Марии. И первый вопрос, тотчас же возникающий, как только слышим мы имя праведного Иосифа: «Но ведь это родословие не Марии, матери Иисуса, а Иосифа, который был непричастен к рождению Иисуса Христа! » Да, это родословие Иосифа, но оно же и родословие Марии, ибо Она была одного с ним рода! Что Иосиф был из рода Давида, видно не только из этой генеалогии, но и из прямых слов архангела, посланного Богом в момент, когда Иосиф, видя обрученную ему Марию непраздной (то есть беременной), хотел тайно отпустить ее от себя: «Не бойся, Иосифе, сыне Давидов, — сказал ему ангел, — принять Марию, жену твою, ибо родившееся от нее есть от Духа Святого » (Мф. 1:20). А что Мария была тоже из дома и отечества Давидова, можно заключить из обычая, очень твердо сохранявшегося у евреев, — брать себе жен не только из своего колена, но и рода.

Поскольку евангелист Матфей именует Иосифа праведником, то просто невозможно предположить, чтобы сей праведный муж пренебрег этим освященным веками обычаем и взял себе жену из другого рода.

Теперь остается решить вопрос, почему не дано родословие Девы Марии. Причин этому — несколько. Первая — у евреев не было обычая вести родословие по женской линии, и поскольку евангелист Матфей писал свое евангелие для евреев, то естественно он не хотел вводить новшества и первыми же страницами своего повествования возбуждать недоумения и недоверие читателей.

Вторая причина лежит в том, что о безмужнем рождении нельзя было говорить при жизни Марии. Если даже чудеса Иисуса Христа не открыли глаз еврейских на то, что пред ними не простой человек, то в какое бешенство пришли бы они, услышав о рождении от девы! Нужно было сначала убедить их, вселить в них веру, что Иисус есть Сын Божий, тогда в том, что Он родился от Девы, как в более легком для понимания, они не стали бы сомневаться.

Наконец, третью причину того, что дано родословие не Девы Марии, можно усмотреть в смирении Ее. Пречистая всегда старалась оставаться в тени за Своим Сыном. Происходя из царского рода, из дома Давидова, Она жила с царственной простотой и смирением, никогда не выставляясь, никогда не гордясь ни своими предками, ни своим Богоматеринством. Перед этим Ее смирением склонился и святый Евангелист, дав родословие праведного Иосифа.

В ряду имен предков Христа по плоти встречаются несколько женских, притом имена таких женщин, как Фамарь или Раав, которые не могут похвалиться безупречной нравственностью. Что же это значит? Почему в родословие Христа Спасителя включены грешные предки? Например, при рождении Соломона указана его мать, до ее брака с Давидом бывшая женой его военачальника Урии. И здесь составитель родословия, как будто с целью, делает это пояснение не особенно лестное для царя Давида. Что могло побудить святого Евангелиста к этому?

Святой Иоанн Златоуст указывает одну мысль: в родословие Иисуса Христа, — говорит он, — введены грешные предки для того, чтобы всем стало ясно, что порочность родителей нимало не позорит благочестивого человека и нисколько не обесценивает его добродетелей.

Но можно предложить и еще одну мысль: тот факт, что даже для Господа Иисуса Христа в дохристианском человечестве не нашлось непрерывной линии праведников, показывает, как трудно достижима была тогда праведность; и значит, — пришествие в мир Сына Божия было необходимо. Стареющему дереву человечества, приносившему только кислые плоды, нужна была прививка, чтобы оно могло снова украситься плодами праведности.

И еще отметим одну мысль св. Иоанна Златоуста о родословии, вытекающую из того факта, что св. Евангелист делит его на три части по 14 родов в каждой. От Авраама до Давида — это время, когда народ еврейский управлялся теократически, от Бога указанными лицами; от Давида до переселения в Вавилон — время правления царей; и от переселения до Христа — правление аристократии. И несмотря на перемену правления иудеи не становились лучшими. Значит, заключает Святитель, пришествие Спасителя было совершенно необходимо.

Итак, родословие Христово, на первый взгляд кажущееся простым перечислением имен, на самом деле имеет глубокий смысл: оно убеждает нас в том, что Христос не гнушается грешниками, что Его пришествие было совершенно необходимо для обновления человечества и что Он, Сын Божий, чрез воплощение став истинным человеком — вторым Адамом — сделался духовным родоначальником новозаветных праведников.

Лос-Анжелес, 1953 г.

О Братьях Христовых. (Отца Виктора Ильенко)

«Велия благочестия тайна: Бог явился во плоти « (1 Тим. 3:16).

Христова Церковь исповедует Господа Иисуса Христа Единородным Сыном Божиим, от века рожденным из сущности Отца и потому Ему совечным и единосущным. Нас же ради человек и нашего ради спасения Сын Божий сошел с небес, воплотился от Девы Марии и стал человеком. С этого времени у Господа Иисуса Xриста появляются Его родственники — братья и сестры. Евангелие нередко упоминает о них: Мф. 13:55-56; Мр. 6:3; Лук. 8:19-20; Ин. 2:12. Но это были не родные братья и сестры Иисуса Христа, а сводные, так что в Евангелии они ни разу не названы детьми Марии. И вся древность почитала это братство или братством двоюродным или братством по обручнику Иосифу и только законным, а не плотским. По мнению святых отцов, это были дети Иосифа обручника от первого брака его с Саломией.

«По преставлении же жены своей Саломии, — говорится в четьи-минеи на 26-ое дек. — святой Иосиф вдовствотавше лета довольна, в чистоте провождающи дни своя… Бывшу же ему стару, осмидесятолетну, обручена бе Пречистая Дева Мария и в хранение девства Ея ему дана… Пребысть же Иосиф святый всех лет жития своего 110 и скончася в мире».

Семейные отношения в святом семействе, согласно Евангельскому тексту, были таковы: Иосиф считался мужем Марии, но на самом деле был только обручником Ее. А Мария считалась женой его, на самом же деле была лишь обручницей. Иисус Христос считался сыном Иосифа и Марии, хотя Он был сыном только Марии. Дети Иосифа от прежней жены его назывались братьями и сестрами Иисуса Христа, а на самом деле они были Ему лишь сводными братьями.

При жизни Иисуса Христа Его братья не принадлежали к числу учеников Его и относились недоверчиво к своему Брату, что видно из Мр. 3:21.

Когда Господь Иисус Xристос был схвачен, обвинен в государственной измене и богохульстве и предан всенародной позорной казни, тогда, казалось бы, более чем когда нибудь Его братья должны были отвернуться от Него, отречься, как теперь отрекаются дети от своих родителей-лишенцев. А между тем происходит обратное: всего чрез 50 дней после крестной смерти их Брата они вместе с Марией, Матерью Его, и учениками Его участвуют в торжественном собрании, когда все они получили благодать Святого Духа (Деян. 1:14). Это значит, что в промежутке между крестной смертью Христовой и днем сошествия Святого Духа произошло какое-то событие исключительной важности и убедительности для братьев Христовых, которое совершенно перевернуло их отношения к проповеди Его и заставило признать в Нем Мессию, приняв на себя и весь смертельный риск такого исповедания.

Таким событием, перевернувшим всю жизнь и убеждения братьев Господних, было, несомненно, явление воскресшего Христа Его старшему брату Иакову, о чем свидетельствует апостол Павел (1 Кор. 15:7). Спустя много лет Иаков Праведный, старший из четырех братьев, перед всем народом исповедал Иисуса Христа, как истинного Мессию Сына Божия, и сброшенный за это с кровли храма, был забит до смерти. Апостол Иаков написал соборное поглание и составил первую литургию.

Апостол Иуда написал также соборное послание; он проповедовал Евангелие в Месопотамии и повешенный на древе скончался, пронзенный стрелами.

Апостол Симеон (Симон) после святого Иакова Праведного был епископом Иерусалимским.

Про Иосию, четвертого из братьев, не сохранилось никаких сведений.

При императоре Римском Домициане (вступил на престол около 81 г.) возникло гонение на христиан, а иудеи, не вразумленные разрушением Иерусалима, продолжали производить смуты. Император, слыша, что они ожидают себе Мессию из дома Давидова, приказал вызвать в Рим всех потомков Давида. Привели двух внуков Иуды, брата Господня, людей бедных, с мозолистыми руками, почерневшими от работы. Увидев их бедность и услышав их речи о вечной жизни и о том, что тогда воздастся каждому по делам его, Домициан отпустил их с миром.

Это — последняя историческая справка о родственниках Господа Иисуса Χриста.

Рождество Христово. 7 января н.с. (25 декабря с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника. (Архиепископа Аверкия Таушева)

Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие.

Подробнее всего об обстоятельствах Рождества Христова и о времени, когда произошло оно, говорит св. Евангелист Лука. Рождество Христово он приурочивает к переписи всех жителей Римской Империи, проведенной по велению «кесаря Августа», то есть римского императора Октавиана, который получил от римского сената титул Августа — «священного». К сожалению, точной даты этой переписи не сохранилось, но время правления Октавиана Августа, личности, хорошо известной в истории, дает нам возможность хотя бы приблизительно, а при помощи других данных, о которых будет сказано дальше, с точностью до нескольких лет определить год Рождества Христова. Принятое у нас теперь летоисчисление «от Рождества Христова » было введено в VI-м веке римским монахом Дионисием, названным Малым. В основание своих исчислений Дионисий поставил тот расчет, что Господь Иисус Христос родился в 754-м году от основания Рима, но, как показали более тщательные исследования, расчет его оказался ошибочным: Дионисий указал год, по крайней мере, на пять лет позже действительного. Однако, эта дионисиевская эра, предназначавшаяся в начале только для церковного употребления, с 10-го века стала общераспространенной в христианских странах и принята в гражданском летоисчислении, хотя и признается ошибочной всеми хронологами. Действительный год Рождества Христова можно определить более точно на основании нижеследующих данных из Евангелия:

Время царствования Ирода Великого. Из Матф. 2:1-18 и Луки 1:5 совершенно ясно, что Христос родился, когда Ирод был у власти. Царствовал же он с 714-го года от основания Рима и умер в 750-м, за восемь дней до Пасхи, вскоре после лунного затмения. По вычислениям астрономов затмение это произошло в ночь с 13 на 14 марта, и иудейская Пасха приходилась в том году на 12 апреля. Следовательно, Ирод умер в начале апреля 750-го года от основания Рима, то есть, по крайней мере на четыре года раньше нашей эры.

Народная перепись, упомянутая у Луки 2:15, начата эдиктом Августа в 746-м году от основания Рима. В Иудее эта перепись началась еще при Ироде, потом приостановлена в следствии его смерти и была продолжена и закончена в то время, когда Сирией управлял Квириний, упоминаемый в Евангелии от Луки 2:2. В результате переписи в Палестине произошло народное восстание, и зачинщика его, Февду, сожгли по велению Ирода 12 марта 750-го года от основания Рима. Следовательно, перепись началась немного раньше.

Правление Тиверия Кесаря, в пятнадцатый год которого, по свидетельству св. Луки 3:1, св. Иоанн Креститель выступил на проповедь, а «Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати «(Луки 3:23). Август принял Тиверия в соправители за два года до своей смерти в январе 765-го года от основания Рима, и, следовательно, 15-й год его царствования начинался в январе 779-го. Так как по выражению ев. Луки, Господу Иисусу в то время было лет «тридцать», то следовательно, Он родился в 749г.

Астрономические исчисления показывают, что годом крестной смерти Христа Спасителя мог быть только 783 г., (а она, по данным Евангелия, произошла в тот год, когда еврейская Пасха наступила вечером в пятницу). А так как Господу в то время шел тридцать четвертый год от рождения, то, следовательно, родился Он в 749 году от основания Рима.

Таким образом, все вышеприведенные данные единогласно свидетельствуют, что с большей долей вероятности следует признать 749-й год от основания Рима — годом Рождества Христова.

По недостатку данных в Четвероевангелии нельзя точно определить и день Рождества Христова. Восточная Церковь первоначально праздновала его в один день с Богоявлением под общим названием «Епифания » — «Явление Бога в мир «— 6 января. В Западной же Церкви Рождество Христово издавна праздновалось 25 декабря. С конца IV-го века и Восточная Церковь начала отмечать этот день 25 декабря. Дата эта была выбрана по следующим соображениям.

Есть предположение, что Захария был первосвященником и что явление Ангела было ему за завесой во Святая святых, куда первосвященник входил лишь один раз в году — в день очищения. Этот день приходится по нашему календарю на 23 сентября, каковой день и стали считать днем зачатия Предтечи. На шестой месяц после этого произошло Благовещение Пресвятой Девы Марии, которое стали праздновать 25 марта, а через девять месяцев, то есть 25 декабря, родился Господь Иисус Христос. Однако, ничто не подтверждает тот факт, что Захария был первосвященником, поэтому более вероятно другое, символическое, объяснение. Древние считали, что Христос, как второй Адам, был зачат от Пресвятой Девы во время весеннего равноденствия — 25 марта, когда, по древнейшему преданию был создан и первый Адам. Явился же миру Христос-свет, солнце правды, через девять месяцев во время зимнего солнечного поворота, когда день начинает увеличиваться, а ночь — уменьшаться. В соответствии с этим, зачатие Иоанна Крестителя, который был на шесть месяцев старше Господа, положено праздновать 23 сентября, во время солнечного равноденствия, а рождение его — во время солнечного поворота, 24 июня, когда дни начинают сокращаться. Еще святой Афанасий указывал на слова Иоанна Крестителя в Иоан. 3:30: «Ему должно расти, а мне умаляться».

У некоторых вызывает смущение замечание Евангелиста Луки о том, что перепись, во время которой родился Христос, «была первая в правление Квириния Сириею», тогда как по историческим данным Квириний был правителем Сирии спустя уже 10 лет после Рождества Христова. Скорее всего, недоразумение это разрешается таким образом: при переводе с греческого текста (и для этого есть сильные основания) вместо слова «сия » следовало бы поставить «самая » перепись. Указ о переписи был издан Августом еще до Рождества Христова, но из-за начавшихся народных волнений и смерти Ирода она была приостановлена и окончена лишь через десять лет уже в во время правления Квириния. Есть также данные, что Квириний дважды был правителем Сирии, и перепись, начатая в первое его правление, была закончена уже во второе, почему Евангелист и называет перепись, во время которой родился Господь, «первой».

Каждый должен был записаться «в своем городе». Римская политика всегда примерялась к обычаям побежденных, а еврейские обычаи требовали, чтобы запись велась по коленам, родам и племенам, для чего каждому требовалось явиться на перепись в тот город, где некогда жил глава его рода. А так как Иосиф был из рода царя Давида, он и должен был отправиться в Вифлеем — в город, где родился Давид. В этом виден замечательный промысел Божий: согласно предсказанию древнего пророка святого Михея 5:2, Мессии надлежало родиться в этом городе. По римским же законам в побежденных странах наравне с мужчинами и женщины подлежали поголовной переписи. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Пресвятая Дева Мария, в Ее положении, сопутствовала хранителю Своей девственности — старцу Иосифу, тем более, что Она, несомненно знавшая пророчество св. Михея, не могла не усмотреть в указе о переписи промыслительного действия Божия, направляющего Ее в Вифлеем.

«И родила Сына Своего первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли, потому что не было им места в гостинице». Евангелист подчеркивает, что Пресвятая Дева Сама спеленала Своего новорожденного Младенца: значит роды были совершенно безболезненными. Опять же, «первенцем » Сын Ее называется не потому, что после Него у Пресвятой Девы были другие дети: по закону Моисея первенцем назывался всякий перворожденный младенец мужского пола, хотя бы был он и единственным в семье. Из-за множества путешественников, приехавших раньше, а больше из-за своей бедности, святой семейство вынуждено было поселиться в одной из пещер, какими богата Палестина и куда пастухи сгоняли скот в ненастную погоду. Здесь-то и родился Божественный Мессия, положенный, вместо детской колыбели, в ясли, приняв тем самым от самого Своего рождения крест унижений и страданий для искупления человечества и самым Своим рождением давая нам урок смирения, этой высочайшей добродетели, которой Он потом постоянно учил Своих последователей. По древнему преданию во время рождения Спасителя около яслей стояли вол и осел, как бы знаком того, что «вол знает владетеля своего, и осел ясли господина своего; а Израиль не знает Меня, народ Мой не разумеет » (Исаи 1:3).

Но не одно унижение сопровождало рождение и всю земную жизнь Спасителя, а также и отблески Его Божественной славы. Пастухам, может быть, тем самым, которым принадлежала пещера и которые, благодаря хорошей погоде, ночевали в поле, явился Ангел Господень, осиянный Божественной славой, и возвестил им «великую радость » о рождении во граде Давидовом Спасителя, «Который есть Христос Господь». Здесь важно отметить слова Ангела о том, что эта «великая радость » будет «всем людям», то есть что Мессия пришел не для одних евреев, но для всего человеческого рода. Ангел при этом дал и «знамение», то есть знак, по которому они могут узнать Его: «Найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях». И как бы в подтверждение истинности слов Ангела явилось «многочисленное воинство небесное «», целый сонм Ангелов, воспевавших дивную хвалу новорожденному Богомладенцу — Мессии: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение». Ангелы славят Бога, пославшего в мир Спасителя; они воспевают мир, который водворится в душах людей, уверовавших в Спасителя; они радуются за людей, которым возвращено Божие благоволение. Вышние силы, безгрешные вечные духи, непрестанно славят в небесах своего Творца и Господа, но в особенности они прославляют Его за чрезвычайное проявление Его Божественной благости, что и есть домостроительство Божие. Мир, принесенный на землю воплотившимся Сыном Божиим, нельзя смешивать с обыкновенным человеческим спокойствием и благосостоянием. Это есть мир совести в душе человека-грешника, искупленного Христом Спасителем, мир совести, примирения с Богом, с людьми и с самим собой. И лишь поскольку этот мир Божий, превосходящий всякий ум (Фил. 4:7), водворяется в душах людей, уверовавших во Христа, постольку и внешний мир становится достоянием человеческой жизни. Искупление проявило все величие Божественного благоволения, Божией любви к людям. Поэтому смысл славословия Ангелов в этом: достойно славят Бога небесные духи, ибо на земле водворяется мир и спасение, так как люди сподобились особенного Божьего благословения.

Пастухи, люди, видимо, благочестивые, тотчас поспешили туда, куда указал им Ангел, и первыми удостоились чести поклониться Христу-Младенцу. Они разглашали повсюду, куда только ни заглядывали, о явлении им Ангелов и о услышанном ими небесном славословии, и все, слышавшие их, дивились. Пресвятая Дева Мария, полная чувства глубокого смирения, запоминала все это, «слагая в сердце Своем».

Слово перед Рождеством. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Вот, возлюбленные, близок праздник Рождества Христова. Позаботимся как бы встретить его по-христиански, духовно. Наперед знаю я, как вы намерены его встречать: вы скоро отправитесь на торжища и будете там пещись и молвить о мнозе, о многоразличных яствах в праздник, или будете заботиться только о том, как-бы украсить тело свое праздничными одеждами, а единое на потребу (Лук. 10:41), а мысль о том, как бы усладить в предстоящий праздник душу свою брашном духовным, как бы украсить ее мыслями светлыми, словом — как бы достойнее встретить и проводить праздник — и в голову редко кому приходит. А ведь брашна-то, возлюбленные, всегда с нами, и одежды-то наши также всегда с нами, а праздник Господень не всегда; поэтому о брашне и одежде не много будем заботиться, а позаботимся быть готовыми встретить Пречистого небесного Царя. Позаботимся же все о достойной, духовной всрече наступающего праздника. Давно уже поем мы: Христос раждается… и поем для того, чтобы заблаговременно вникнуть нам в великую тайну воплощения Сына Божия, т.е. о том, для чего Сын Божий сшел на землю; для чего воплотился от Духа Святого и Марии Девы и стал человеком, не переставая быть Богом?

Для чего же? — Сего ради высокий Бог на землю сниде, да нас на небеса возведет*, говорит святая Церковь. Запомните же все и углубите в сердцах ваших эту мысль, что Сын Божий сошел на землю для того, чтобы нас спасти от греха и смерти вечной и возвести нас на небо, т.е. туда — где вечная жизнь, вечное блаженство. А если Христос сошел к нам для того, чтобы нас возвести на небо, то и мы должны заблаговременно чаще возноситься туда мыслями и сердечными желаниями, и отрешаться душами своими постепенно от всего, что привязывает нас к земле — к этой стране изгнания, в которой так много искушений, бедствий, болезней, скорбей, при всей ее скоротечности, где видим одни грехи и соблазны, и смерть со всеми ее ужасами.

И так, прежде чем настанет праздник Рождества Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, украсим души свои трезвенностью и чистотою сердец наших, — чтобы, когда с небес явится Христос — достойно всретить Его рождение. Будьте же внимательны к себе: вот скоро Христос будет на земли — вознеситесь тогда мыслями и сердцами от земли к Богу и веселием воспойте великое таинство Рождества Богочеловека. Когда с такими мыслями и с таким расположением сердца всретите праздник: то встретите его достойно, по христиански и с пользою для души своей. Аминь.

Рождество Христово. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь

(Луки 2:10-11).

Приветствую вас, возлюбленные братия, с неизреченным даром любви и милосердия Божия к нам грешным — с явлением Сына Божия на земле, сшедшего с небес по всеблагой воле Бога Отца нашего ради спасения, и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы и вочеловечившегося. Христос родился — славьте; Христос пришел с небес — встречайте; Христос на земле — возноситесь. Так, Христос на земле, а вы от земли возноситесь мыслями и сердцами своими на небеса; ибо Христос за нами пришел, чтобы с земли возвести нас на небеса, в вечные обители райские. Сего ради высокий Бог на землю сниде, да нас на небеса возведет говорит нам святая мать наша — Церковь. Веселием воспойте людие рождество Спаса Христа. Но чтобы радость наша была возвышеннее, яснее и тверже, размыслим, братия, о величии Родившегося от Девы; и к этому прибавим и то, как нам достойно встретить Его.

И так, кто же этот Младенец, которого держит на пречистых руках Своих Пресвятая Дева Мария? Это Бог, Сам Сущий, приведший все из небытия в бытие, Который державою Своею содержит всю тварь и промыслом Своим строит мир. Это — высочайший Художник, Который, создав всю тварь видимую из четырех стихий, составил годовой круг из четырех времен года: весны, лета, осени и зимы. Это Творец и Бог духов и всякой плоти; Его трепещут умные все ангельские силы; Его поет солнце; Его славит луна; Ему присутствуют звезды; Его слушает свет; Его трепещут бездны и водные, и воздушные, и бездны адовы; Ему работают все источники водные. Он распростер небо; Он основал землю; Он оградил море песком; Он украсил землю цветами; Он произращает все хлебные злаки и все плоды земные; Он разлил для дыхания тварей воздух; Он образует младенцев в утробах матерей; Он — Питатель всякой твари! Ему служат ангельские силы; Ему покланяются архангельские лики; от страха неприступной славы Его, многоочитые Херувимы и шестокрыльные Серафимы, стоящие и облетающие около престола Его, покрывают лица свои… Сей то Бог неописанный, безначальный и неизглаголанный пришел ныне к нам на землю, приняв зрак раба. Дивное чудо! Бог принял природу раба человека и стал совершенно подобен нам, кроме греха.

Для чего же такое снисхождение, такое крайнее уничижение? Нашего ради спасения (отвечает Церковь). Мы погибали под темною державою диавола; мы сидели в стране и тени смертной; мы содержались в узах адовых… И вот премилосердый Владыка, создавши нас в начале по образу Своему и по подобию, не терпя видеть, как мучит диавол род человеческий удалением его от Бога, омрачением его ума и сердца, привязанности к земному, различными грехами и беззакониями и прелестью идолопоклонства, — пришел державно избавить нас от работы вражией.

О, премилосердый наш Господи! нашего ради спасения в вертепе ныне родивыйся и во яслех возлегий, — славим недостойные рабы Твои, Твое спасительное о нас промышление, — покланяемся и Твоей по плоти пречистей Матери, послужившей такому страшному таинству.

Но как же нам должно, братия, воспользоваться к нашему спасению таким превысочайшим даром любви и милосердия к нам Отца небесного? Как нам достойно принять Сына Божия?

А что делают дети, когда родители принесут им какой либо драгоценный, прекрасный и блестящий подарок? Они бросают прежние свои игрушки и всем сердцем прилепляются к этому драгоценному и прекрасному подарку, ни во что вменяя свои прежние излюбленные вещицы. Что делает купец, ищущий добрых бисеров и обретший один многоценный бисер (Матф. 13:46)? Он идет и продает все, что имеет и покупает его. Так должны поступать, возлюбленные братия, и мы: в Вифлееме, в вертепе возлежит единородный Сын Божий, принявший на Себя плоть человеческую и воплотившийся ради нашего спасения; там возлежит наш бисер — Христос. Как дети оставляют свои прежние забавы при виде нового и драгоценного дара, так и мы постараемся оставить свои, свойственные одним неразумным детям привязанности к земным вещам, и всем сердцем прилепиться к Богу, Источнику живота. Как купец, ищущий добрых бисеров и обретший один многоценный бисер, идет и продает все, что имеет и его, так и мы променяем все земные блага на один драгоценный бисер — Христа. Все почтем с апостолом, за сор да Христа приобрящем (Филип. 3:8), и вселим Его в сердцах своих. Дар бесценен: стоит того, чтобы на него и весь мир ибо, приобревши Христа, мы приобретем вечную жизнь и вечное блаженство; а потерявши Его, потеряем все, не узрим живота вечного, и гнев Божий на нас будет пребывать во веки веков.

И так, братия, горняя мудрствуйте, а не земная (Колос. 3:2). Христос на земли, возноситесь мыслями и сердцами на небеса, а не прилепляйтесь к земному, не служите похотям плотским. В противном случае горе нам за нерадение о спасении. Чем больше подано нам было средств к спасению, тем больше с нас будет взыскано за нерадение о спасении, за нехотение пользоваться этими средствами. Как мы убежим от гнева Божия (Лук. 3:7)? О, сколько нерадящих о спасении к великому прискорбию св. матери Церкви! Как много погибающих волею, которые отвергают Спасителя и своими делами ни во что вменяют Его сошествие на землю, Его житие на земле, Его учение, Его чудеса, Его страдания и смерть за нас. Гордые и следующие своему кичливому разуму ни во что вменяют Его сошествие на землю, считая в ослеплении своего гордого ума и сердца ненужным Его пришествие; неверующие — ни во что ставят Его пришествие; всем сердцем преданные только земному, сребролюбивые, завистливые, враждующие, пьяницы — ни во что ставят Его сошествие на землю; все неисправляющиеся и нераскаянные грешники — ни во что вменяют Его пришествие. Но горе тем, которые Сына Божия попирают своим маловерием и неверием и пристрастием к земному, их пожрет вечный огонь геенны: всем неверным часть им в езере горящем огнем и жупелом (Апок. 21:8).

Вот я вижу вас ныне по всему как благочестивых и празднующих Рождество Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. О, если бы все провели наступивший праздник в воздержании, чистоте, богомыслии, в делах милосердия, а не в пьянстве, плотской нечистоте, не в пустословии, в пустоделии и непотребстве, не в чревообъядении и в других разных грехах. Братия, время нам праздновать праздники разумно, благочестиво, а не безумно, не в нечестии всякого рода, не по язычески.

Господь да сохранить нас всех в настоящий праздник от всякого греховного дела. Да будет праздник наш угоден Спасителю, чтобы рожденный Младенец Христос явился нашим Спасом чрез веру в Него, чрез покаяние наше и чрез добрые дела наши. Аминь.

Рождество Христово. (Митрополита Антония Храповицкого)

Около двух тысяч лет назад, в такую же ночь, как сегодняшняя, Божественная любовь вошла в мир в образе новорожденного ребенка, со всей его хрупкостью, беззащитностью, которая поистине является образом любви, себя отдающей, никогда себя не защищающей, все дающей, на все надеющейся…

Один из современных наших духовников, отец Софроний, пишет: Откровение о Боге говорит: Бог есть любовь, Бог есть свет и нет в Нем никакой тьмы; и как трудно — говорит он — людям согласиться с этим… Трудно, потому что и наша личная жизнь, и окружающая нас жизнь всего мира свидетельствует, скорее, об обратном. На самом деле: где же тот свет Любви Отчей, если все м, подходя к концу своей жизни, вместе с Иовом, в горечи сердца сознаем: Лучшие думы мои, достояние сердца моего — разбиты, дни мои прошли, преисподняя станет домом моим — где же, после этого, надежда моя? И то, что от юности тайно, но сильно искало сердце мое — кто увидит?.. И вот жадно ищет душа встречи с Богом, чтобы сказать Ему: Зачем Ты дал мне жизнь? Я пресыщен страданьями, тьма вокруг меня; зачем Ты скрываешься от меня? Я знаю, что Ты благ, но почему, почему Ты так безразличен к страданью моему? Я не могу Тебя понять…

Разве не подымается этот крик со всей земли нашей, холодной, осиротелой, полной страха, и горечи, и боли? И какой же ответ дает Бог на это вопрошание, на эту тоску?.. Вот пример того, что говорит и как говорит Господь, из той же книги отца Софрония о Старце Силуане: Жил на земле человек, муж гигантской силы духа; он долго молился с неудержимым плачем: Помилуй мя!.. Но не слушал его Бог. Прошло много месяцев такой молитвы, и силы души его истощились; он дошел до отчаяния, и воскликнул: Ты неумолим!.. И когда с этими словами в его изнемогшей от отчаяния душе что-то надорвалось, он вдруг, на мгновение увидел Живого Христа. Огонь исполнил сердце его и все тело с такой силой, что, если бы видение продолжалось еще мгновение, он умер бы. После этого он уже никогда не мог забыть невыразимо кроткий, беспредельно любящий, радостный, непостижимого мира исполненный взгляд Христа, и последующие долгие годы своей жизни неустанно свидетельствовал, что Бог есть любовь, любовь безмерная, непостижимая…

И эта любовь — не чувство, не доброе отношение Божие к нам; это Сам Бог, пришедший в мир плотью новорожденного Христа; Он создал мир по любви; Он создал мир, чтобы разделить с ним ту ликующую, торжествующую жизнь, которая называется любовью и которая доходит до такого напряжения, до такой полноты, что она уже за пределом всякого ограничения, всякого умаления. Она отдает себя, забывая все, кроме любимого, дает, как будто, в беззащитности, в хрупкости, подобной этой плоти ребенка, родившегося в Вифлееме. И взывает к нам Господь: Отзовитесь!..

Но чем мы отзовемся? В евангельском рассказе говорится о том, как Волхвы пришли с Востока со своими дарами; но куда нам придти и откуда? Они пришли издали, из того места, где не было Христа; и мы можем сейчас устремиться ко Христу, вездесущему, воскресшему, все победившему, из ночи, из тьмы собственной души. Сколько нас, кому темно, сколько нас, кто в потемках: вот из этих потемков пойдем к свету. А свет — это любовь. Из мрака злобы — пойдем к любви! Из греха — пойдем к любви, всепрощающей, исцеляющей! Из холода жизни — пойдем любви, которая может согреть душу и все изменить в жизни! Из серой скудости житейской — пойдем к любви, потому что где есть любовь, там свет и радость, там нет великого и мелкого, но все велико, потому что все может стать знаком любви!..

И Господь зовет нас верить в себя: вспомните дары этих волхвов: принесли они злато; в темных недрах заключена его сверкающая слава, звонкая полнозвучность, нержавеющая чистота. И в каждом из нас есть эта слава, которая рвется к свету, и нержавеющая чистота души, которая способна на великое — только дали бы ей свободу любить без страха, любить от всей силы мощной души! Золото, о котором здесь говорится, это преображенная земля; откроем темные недра наши, в которых таится сияние света и пойдем к свету!

Ладан принесли волхвы, который возносится и благоухает: принесем любовь, которая не только светом, не только нержавеющей своей чистотой сияет, славой блестит, но которая по всей земле распространится как благоухание, лаской, любовью, теплотой…

Но и смирну принесли волхвы, как приносят мертвецу; Христос, бессмертный Бог, родился не для того, чтобы жить подобно нам, а для того, чтобы умереть подобно нам; жить нашей смертной жизнью для того, чтобы мы могли войти в Его бессмертную, торжествующую, ликующую вечность…

Кто хочет идти по Мне, да отвержется себя, да забудет о себе, да вспомнит только о том, что тысячи вокруг нуждаются в любви. Никто большей любви не имеет, как тот, кто свою жизнь отдаст; а отдать жизнь — это не обязательно умереть, это каждое мгновение жизни посвятить любви, творческой, зрячей, умной, смелой любви; любви, которая дает, любви, которая не защищает своего, любви, которая себя не защищает, не замыкается… Сила Божия в немощи совершается: нам не надо бояться любить; отдадим себя до конца, и тогда весть о родившемся сегодня Христе станет реальностью не только в нашей жизни, но в жизни миллионов людей — светом, теплом, радостью, обновлением всей жизни!

Аминь.

О Рождении Сына Божия от Девы. (Отца Виктора Ильенко)

В духовной жизни Америки недавно произошло событие, о котором мы, православные, мало слышали и которому не придали большого значения. Это было — издание нового английского перевода Библии. Прежний перевод, бывший в употреблении в течение более трех столетий, найден устаревшим, и его теперь заменяют новым, над которым трудились сотни ученых в течете 15-ти лет.

В первый же год было продано этой новой Библии до двух миллионов экземпляров. Это была, по отзыву книжных торговцев, самая ходкая книга. Но не всюду новый перевод был встречен одинаково. Часть протестантов, наиболее консервативная, так называемые фундаменталисты, приняли его враждебно: в нескольких местах новая Библия была публично сожжена. В Майами пастор на глазах у всех бросил ее в бассейн, в знак отвержения.

Одним из главных изъянов нового перевода нужно считать замену слова «дева » в известном пророчестве Исаии ( «Се, Дева, во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил » 7:14) словом „молодая женщина». Этой заменой бросается сомнение на девственное рождение Господа нашего Иисуса Христа и Его Божественность.

В настоящей статье мы дадим сводку сведений, касающихся пророчества Исаии, из которой станет ясно, что этот пророческий стих давно уже был во внимании у толковников Cвятой Библии и что Церковь не напрасно держится прежней редакции.

За два с половиной века до Рождества Христова был сделан греческий перевод еврейских священных книг Ветхого Завета, так называемая «Септуагинта». К делу перевода Ветхозаветная Церковь отнеслась с чрезвычайной серьезностью. Духовные вожди еврейского народа установили пост и усиленную молитву прежде чем избрать переводчиков по шести от (каждого колена. Их труд был принят христианской Церковью с любовью и почтительностью. У Церкви не было сомнения, что священный текст передан с точностью и что никакая предвзятая мысль не исказила подлинника.

Какое же слово стояло у пророка Исаии на месте нашего русского «Се Дева » которое 70 толковников перевели греческим словом «парфенос «?

В теперешнем еврейском тексте стоит слово «алма», и некоторые из древних толковников читали этот стих пророка Исаии со словом «алма » (напр., блаженный Иероним, переводчик Библии на латинский язык). Но против этого слова, обозначающего молодую женщину, есть серьезное возражение. Суть его в том, что в указанном тексте пророка Исаии, в том еврейском подлиннике, с которого переводили 70 толковников, стояло не «алма», а «бетула», слово, обозначающее деву и 70 толковников правильно перевели этот еврейский термин греческим словом «парфенос».

В найденной несколько лет тому назад рукописи пророка Исаии, писанной до Рождества Христова, как сообщает журнал „Тiме » (№ 18, 1952 г., стр. 5), в 7:14 стоит не «алма», а «бетула».

Откуда же появилось слово «алма » в позднейшем еврейском тексте? По всей вероятности, эта замена произошла в течение первых веков христианства, когда иудейские книжники-массореты изъяли из употребления все списки священных книг и заменили их копиями с одного списка, ими проверенного и одобренного. В этом новом еврейском тексте и оказались тенденциозные искажения, которые были намеренно введены, чтобы затемнить ясность пророческих предсказаний о Христе Мессии.

По-видимому такой исправленный массоретами еврейский текст был у блаженного Иеронима, который однако, хотя и видел у пророка Исаии слово «алма » однако толковал его в смысле «девы». Он пишет, что употребленное в священном Писании слово «алма » означает деву, сокрытую и тайную, охраняемую с великим старанием родителями от посторонних взоров, ибо слово это происходит от глагола, означающего «скрывать». И это слово он перевел латинским словом, «вирго», т.е. дева. Авторитетность блаженного Иеронима в этом вопросе очень высока, ибо он прожил близ Вифлеема свыше 30-ти лет, изучил еврейский язык и перевел Библию на латинский язык.

Кроме перевода 70-ти толковников, были и другие переводы на греческий язык ветхозаветных священных книг; например, Акилы (около 130-го года по Рождестве Христовом) и Симмаха (218 г. по Рождестве Христовом). В этих переводах, антихристиански обработанных, вместо слова «парфенос » стоит «неанис», означающее молодую женщину. Ясно, что этот термин появился, как перевод с нового еврейского текста, обработанного массоретами, где вместо «бетула » уже стояло «алма».

Против этого термина «неанис » возражает св. Иоанн Златоуст таким образом:

— «Если нам представят других переводчиков, которые перевели не «дева», а «молодая женщина » (неанис), то наперед скажем им, что 70 толковников, по справедливости, пред всеми прочими заслуживают большего доверия. Те (позднейшие) переводили после пришествия Христова, оставаясь иудеями; а потому справедливо можно подозревать, что они сказали так больше по вражде и с намерением затемнить пророчество. Семьдесят же, которые за сто лет до пришествия Христова, или даже более, предприняли это дело и притом таким большим обществом, свободны от всякого подобного подозрения; они и по времени и по многочисленности и по взаимному согласию преимущественно заслуживают вероятия… Притом, пророк не просто говорить: «Се Дева во чреве приимет», но сказавши наперед: «Се даст Господь вам знамение», потом присовокупил: «Се Дева во чреве приимет». Если бы деве надлежало родить, но произошло бы рождение по закону брака, то такое происшествие как могло быть знамением? Знамение должно выходить из обыкновенного порядка, быть чем то странным и необычайным. Иначе, как оно будет знамением?» (5-ая беседа на евенгелиста Матфея).

Пророчество святого пророка Божия Исаии о рождении Спасителя нашего от Девы является краеугольным камнем нашей веры, о нем свидетельствуют многие страницы Нового Завета, Святая Церковь выразила свое отношение к нему в бесчисленных песнопениях в честь Богоматери, именуя Ее Приснодевой, чистой голубицей, нескверной агницей, невестой неневестной. Поэтому мы не можем согласиться ни с переводом древних врагов христианства, как Акила и Симмах, ни с новыми переводчиками-модернистами, которые с удивительной легкостью оставили древнее предание Церкви и стали на сторону врагов Ее.

Лос Анжелес, 1955 г.

Предрождественские мысли. (Отца Виктора Ильенко)

Близится праздник Рождества Христова. Для западного мира он уже наступил, а мы, восточные христиане, как будто нарочно отложили его на 13 дней, чтобы успеть, как следует, приготовиться к нему; приготовиться не внешне — успеть сшить себе обновку, обдумать праздничный стол, послать поздравления родным и друзьям, живущим в другом полушарии, — а приготовиться внутренне: обдумать и осмыслить значение и цели такого изумительного исторического факта, как сошествие Сына Божия на землю.

Мы каждый год празднуем Рождество Xристово и если бы в течение нашей долгой жизни мы всякий раз, как приходит этот праздник, задавали себе хотя бы один вопрос, относящийся к нему, то задолго до наступления сумерек нашей жизни все вопросы, связанные с Рождеством Христовым, были бы у нас осмыслены и решены, и тогда праздник сей мы проводили бы в умилении сердца, с великой пользой для души.

Остановимся на одном вопросе — почему для исправления греха Адамова обещанный Спаситель пришел на землю не сразу по грехопадении первых людей и не в самом конце мировой истории, а как бы посредине ее? Нельзя же думать, что событие, столь значительное, которому нет равного в истории человечества, произошло в момент случайный, что на весах Божьей мудрости не были взвешены все наши земные обстоятельства и не найдено самого лучшего момента для рождения Сына Божия на земле!

Итак, Спаситель сходит в мир не тотчас по грехопадении, не сразу, как только обозначился грех на земле. Почему? Ответ прост. Все сотворенное, в особенности человек, по своему составу физическому и духовному, вышло из рук Творца в прекрасном виде, в каком-то исключительном совершенстве, о котором Библия говорит двумя словами: «Это хорошо! » Грех эту доброту, несомненно, умалил, нарушил гармонию между телом и духом, дал ложное направление творческим силам человека, но, по-видимому, не произвел катастрофы, которую Адам заметил бы, которую он мог бы оплакать. Когда апостол Петр отрекся от Христа во дворе первосвященника, то тотчас же заметил свой грех и, вйдя вон, «плакал горько». А Адам, будучи изгнан из рая, как будто не заметил происшедшей с ним перемены и стал терпеливо обрабатывать землю.

Нужно было пройти тысячелетиям, чтобы почувствовалась нужда в Искупителе; духовно одряхлеть потомкам Адама, чтобы ощутилась жажда в новом Адаме Христе. Нужно было миру устать от вражды, чтобы ясно обозначилась необходимость в пришествии Примирителя. Нужно было миру почти задохнуться от лжи и лицемерия, чтобы можно было воссиять Солнцу правды!

Одним словом, миру следовало сначала осознать, что он несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг, чтобы можно было понять и принять неизреченное богатство благости Божией.

Но когда Христос родился, то мир как будто не узнал Бога в Сыне человеческом, ибо распял Его. Но это случилось, да сбудется Писание, и оно выполнено было небольшой, но организованной кучкой стоявших у власти лиц. А на самом деле, из Евангельской истории, из всех книг Нового Завета, из истории Церкви первых веко видно, что не было другого момента, более благоприятного для принятия «благой вести», чем начало нашей эры. Ко времени Рождества Христова в мире была подлинная жажда Бога, и благодаря этому тогдашний мир был подлинно достоин встречи с Сыном Божиим.

Евангельские времена представляются нам какой-то идиллией. Евангельская сцена — Христос в пустыне, окруженный десятитысячной толпой, жмущейся к Нему, чтобы слышать Слово Его, — ведь это для нас, как сказка, нечто невообразимое!

Апостол Петр в день Святой Троицы, когда Дух Святой обильно излился на апостолов, произносит слово о воскресении Христа: «Твердо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом сего Иисуса, Которого вы распяли! » и слушатели умилились сердцем при слышании столь необычайной вещи. И присоединилось к Церкви в тот день душ около трех тысяч.

Апостол Павел пишет в послании к евреям: «Вы разграбление имений ваших приняли с радостью». Много имений было разграблено в наше время, но мы слышали лишь вздохи и сожаления, в лучшем случае — молчаливую примиренность со случившимся. Но тогда люди радовались потере имений, радовались, что за Христа их били, предпочитали смерть за Христа жизни без Христа. Молодые девушки прекрасного образования, привлекательной внешности, из лучших патрицианских фамилий, как святые Варвара и Евгения, еще не видевшие жизни, которая могла привлекать их обещанием неизведанных радостей, — оставляют родительский дом, меняют все удобства жизни на пустыню со всеми ее лишениями, потому что полюбили Христа всем сердцем.

Если можно хвалить и высоко ставить в настоящее время тех, кто при всех гонениях от безбожников хранит веру во Христа, то сколь же выше подвиг тех, кто от язычества обратился ко Христу, заранее зная, что за это его ждут поношения, ссылки, темницы, мучения и смерть! Такие чудесные обращения в первые века христианства происходили часто: ими полны жития святых.

И после нашего времени будет написано много трогательных историй о верности Христу даже до смерти, но пока что для нас остается непоколебимой истина, что пришествие Христово произошло в тот момент мировой истории, когда в человечестве сильнее, чем когда либо, ощущалась жажда подлинного общения с Богом, жажда правды, мира и любви. Эту жажду и утолил Господь, послав Сына Своего Иисуса Христа, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

Брюссель, 1948 г.

На Рождество Христово. (Отца Виктора Ильенко)

Как прекрасно все устроено в нашей Церкви Православной! Умирает ли кто, Она зовет к плачу и рыданиям: «Восплачьте о мне, братия и друзи, сродницы и знаемии! » Она знает, что слезами облегчается всякая скорбь.

Наступает ли праздник, Церковь приглашает к радости. Она составила духовные гимны, в которых рассказывает о празднуемом событии, объясняет его значение, зовет к радости.

Сегодня утром мы уже слышали Ее призыв: «Приидите возрадуемся Господеви! » И эта служба, которую сейчас совершаем, насыщена божественными песнями, зовущими к радости.

Но готовы ли мы петь эти духовные гимны? Готова ли наша душа порадоваться чистой радостью о празднике Господнем? Готовы ли мы, если не петь, то хоть откликнуться на радость, звучащую в этих духовных гимнах?

Или мы так зачерствели, так погрязли в житейских попечениях, так пристрастились ко всему земному, что порадоваться празднику мы уже не в силах? И наше сердце остается холодным даже при виде Божественного младенца, лежащего в яслях?

Но если даже так, если мы совсем не думали, что нужно как-то готовиться к празднику, и эти шесть недель, приготовительных к нему, провели не лучше, не святее остальных. Если мы совсем не готовы петь божественные песни, — все-таки будем их петь!

И неготовые будем прославлять родшегося Господа!

Эти божественные песни так чисты, так святы, так благодатны, что они нас, скверных и нечистых, могут очистить, освятить, оживотворить, воспламенить любовью к Богу.

Только, други мои, не уходите отсюда, пока мы их не кончим! Побудьте с нами до конца, не торопитесь домой, где вас снова окружат житейские заботы, где шум и песни земли заглушат песнь о рождшемся Спасителе.

Пусть даже в нас мало вкуса к этим песнопениям, — но выслушаем их до конца! Может быть и с нами произойдет чудо преображения.

Есть одна благочестивая повесть об отшельнике. Он спасался в пустыне, а бес нападал на него. Силою крестного знамения пустынник подчинил его себе и стал молиться о его спасении. Бес стал биться и просил отпустить его. Но праведник поставил условие: чтобы бес пропел ему ту песнь, которою он славил Бога до своего падения. И вот когда, наконец, после длительных отговорок и заверений, что человек не может вынести ее, бес поневоле начал петь эту чуждую ему теперь песнь, то стал постепенно просветляться, к концу стал петь ее громко и радостно, а когда кончил, сам стал прежним светлым ангелом.

Такова-то сила божественной песни: нечистого демона она преобразила в светлого ангела.

Будем же и мы, не смущаясь нашей греховностью, петь рождественские песни, исполненные благодатной силы! и Господь за наше усердие, за нашу любовь к Нему очистит наши сердца и пошлет в них Свою радость. Аминь.

Cлово в день Рождества Христова. (Святителя Иннокентия Херсонского)

Когда на земле происходит что-либо новое и чрезвычайное, то обычно все спрашивают, что оно значит, что надо при этом делать и чего ожидать?

Сошествие на землю Сына Божьего, явление во плоти Бога, есть, друзья, такое чрезвычайное событие, значимее которого ни прежде не было, ни после не будет; в сравнении с которым все прочие события почти ничего не значат.

Что же оно само значит? Для чего Сын Божий пришел на землю? Что принес с Собой? Как нам Его встретить и что для этого делать?

На все эти — несказанной важности — вопросы премудро отвечает Церковь в одном из своих песнопений —

Странное Рождество видевше, устранимся мира, ум на небеса преложше; сего бо ради высокий Бог на землю сниде, да нас к высоте привлечет

(Акафист Богоматери. Конд. 8)

Итак, цель пришествия на землю Бога — привлечь всех живущих на небо: цель самая высокая! Обязанность тех, кто, предводительствуемые Им, захотят в самом деле взойти на высоту — устраниться прелестей мира и всех соблазняющих сует его: обязанность необходимая! Средство выполнить эту обязанность и достигнуть цели, есть, по указанию Церкви, обращение ума и мыслей к небу: средство и близкое для каждого, и верное, и самое легкое

Передадим же, друзья, эти истины не столько уму, для которого они более или менее известны, а сердцу нашему, которое так часто забывает их.

Сего ради высокий Бог на земли явися, да нас к высоте привлечет.

Именно ради этого! Иначе что Его Самого могло привлечь с неба на землю? Если бы Он искал славы, то пошел бы к Ангелам; а у нас что найдет Он, кроме яслей и креста? Только наша духовная бедность привлекла Его.

И кого она не тронет? Есть ли зло, которое во всех видах не свирепствовало бы над бедным родом человеческим? Что не вредит нам? Земля питается нашей плотью, воды текут нередко нашею кровью, воздух дышит нашим тлением. Существа высшие прервали союз с нами и скрылись; существа низшие или враждуют против нас, или стенают под одним с нами игом суеты. Песчинка, лежащая на краю моря, долговечнее царств; мимолетящее облако постояннее судьбы многих счастливцев. Сам свет нашей мудрости мало отличается от света блуждающих огней, которые не столько освещают путь, сколько падением своим приводят в ужас путников. Сама красота нашей добродетели подобна румянцу на лице мертвого.

А как помочь злу? А чем исправить повреждение? Для этого нет на земле ни в ком и нигде средства. Видели мудрецов: они или плакали, или смеялись над бедствиями человечества, а бедствия остались. Встречали законодателей: они ставили преграды против потока зла; преграды одна за другою пали, а ужасный поток растет и ширится. Радовались появлению друзей человечества: они освещали всеобщий мрак некоторыми лучами отрады, но, после краткого мерцания тьма воцарялась снова. Все было испытано, и все осталось тщетным!

Cмотрел, и не было помощника; дивился, что не было поддерживающего (Исаии 63:5), — так мог сказать о себе весь род человеческий.

Не было помогающего на земле, но был на небе! Ни ходатай, ни Ангел, но Сам Бог и Господь явился во плоти, да нас к высоте привлечет. Кто создал нас, Тот Самый пришел и воссоздать нас. И поскольку пришел Тот, Кто превыше всех, то и цель пришествия выше всего. Для нас довольно было быть восстановленными в исходное состояние, но для Него мало! — Восстановив, Он хочет потом нас возвести на высоту, — к такому совершенству, какого мы прежде не имели. И как возвести? Не только призывая, как находящихся в отдалении, не руководя только, как заблудшими, но, привлекая силой, как упрямых, которые, если не заставить, сами не захотят идти и на небо.

Много требовалось для осуществления этого приглашения, и много сделано! Чем только не привлекает нас Избавитель наш? Привлекает всех силой совести, влечет заповедями и угрозами Закона, привлекает обетованиями Евангелия, влечет примером Своим и избранных Своих, привлекает служением Церкви и ее таинствами, влечет Телом и Кровью Своими, невидимою благодатью Духа. Христианин, можно сказать, весь и постоянно находится в узах любви Божией, от колыбели до гроба.

Не мало и сделано уже посредством этого привлечения. Сколько уже душ на высоте! Какой только добродетели человеческой нет уже на небе! Есть там многочисленные сонмы пророков и учителей, мучеников и подвижников, постников и девственников. Все чисты, все светлы, все блаженны; — и все таковы потому, что Господь славы и блаженства был на земле, повлек их за собой на небо, и даровал им способность сделаться подобными Ему. Естественно, среди нашей духовной бедности и смертности, мы не видим и не можем видеть теперь всех великих и благотворных последствий явления во плоти Сына Божьего. Это во всей полноте познается тогда, когда наступит конец мира и всем благодатным Божиим распоряжениям, — когда придет время откровения чад Божиих, час мздовоздаяния и славы. Тогда-то, друзья, увидим, из какой бездны мы извлечены, на какую высоту возведены, от кого спасены и чего мы удостоены.

Но мы ли, точно ли мы извлечены из бездны и поставлены на высоту? Спасение мира может ли принадлежать нам? Ибо оно принадлежит только тем, кто, чувствуя влечение свыше, предаются ему всецело и навсегда, — влекомые устраняются, как можно больше, прелестей мира и его соблазнительных сует, постоянно заботятся об очищении себя от всякой скверны плоти и духа. Это необходимое условие спасения, явленного в Сыне Божием; без этого Сам Господь не может и не сможет спасти нас. Развращенное, нераскаянное сердце есть такая тяжесть, которой и всемогущество Его не может поднять на высоту. Будем ли жаловаться на это? Сетовать о том, что нам невозможно взять с собою на небо землю, внести в рай и наших идолов? Но это было бы сетование о невозможном. Таким образом, из самого неба сделался бы ад. Если бы чудом милосердия грешник неочищенный и преставлен был в рай, то не нашел бы там ничего райского. Новость предметов и места изумила бы его на время; но сердце и чувственность вскоре потребовали бы привычной себе пищи; а ее нет там и быть не может. Голод и жажда чувственных удовольствий явили бы ему адское мучение среди самого рая.

Ужасная для грешных, но отрадная для праведных, истина эта дает себя чувствовать с силой уже и здесь — на земле. И здесь что для благочестивого составляет наслаждение, например: молитва, пост, хождение в храм, посещение темниц и прочее, то в человеке чувственном производит тягость и скуку. И наоборот, в чем грешник находит отраду для бедной своей души, то для человека добродетельного составляет нередко предмет отвращения. Но такая противоположность вкуса и наслаждений еще с большей силой должна открыться после смерти. Там каждый сам из себя уже образует или рай,— если имел в себе семена рая на земле, или ад,— если дал место в себе адскому пламени, еще будучи в теле. Потому-то, друзья, все священные писатели, все Пророки и Апостолы ничего так часто и так сильно не внушают людям, как стараться об очищении своего духа и тела. Без этого сошествие на землю Сына Божьего и все благодатные средства не принесут пользы; без этого самые изысканные небесные блага не доставили бы отрады 6едной душе грешника, подобно как слепой или глухой наследник нисколько не получает удовольствия от того, что в наследстве, ему доставшемся, есть прекрасные места и виды природы, или прекрасные музыкальные инструменты.

Странное рождество Спасителя нашего видевше устранимся мира: будем жить в нем так, как жил Господь наш, как жили все святые Божии люди, — не увлекаясь соблазнами его, не совращаясь примерами его, не прилагая сердца к благам его, возносясь мыслью над всем дольным и временным, или, но выражению Церкви, ум на небеса преложше.

Такое вознесение ума и мыслей к небу есть самое первое, весьма удобное и надежное средство попасть некогда туда и всем существом своим.

С чего начинается обыкновенно наше развращение? С неподобающих мыслей. С мыслей же должно начаться и наше исправление. Непрестанные мысли о земном и плотском губят нас; частое размышление о небесном и духовном может спасти нас. Что легче мысли? Между тем, часто повторяемая, мысль много значит. Как наше телесное зрение принимает даже цвет тех предметов, на которые мы долго смотрим, так бывает и с очами сердца. Начни чаще мыслить о Боге и Его совершенствах, о душе и ее предназначении, о вечности, о совести, о безобразии греха и красотах добродетели — из добрых мыслей скоро появятся добрые желания; эти желания, по крайней мере, некоторые, перейдут в действия; из повторяемых действий образуется навык к добру; а там, — от действия благодати Божией, явятся и новое сердце и новая жизнь.

Что же касается самого образа деятельного восхождения на высоту, то он указан нам самим снисхождением к нам Сына Божьего: что Его низвело, то нас возведет. Его низвела на землю преданность воле Отца: вот, иду, вещал Он Отцу, исполнить волю Твою, Боже (Евр. 10:7). Для нас эта преданность есть первая и прямая дорога на небо.

Он нисшел к нам по великой любви Своей к бедному роду человеческому; мы взойдем к Нему по любви нашей к Нему и земным братьям нашим. Дела милосердия больше всего приближают нас ко Всемилосердному.

Он явился на земле, облеченный всеми видами смирения. Если и мы облечемся в эту одежду, будем почитать себя окаянными грешниками и полагать надежду на одну милость Божью, то этим смирением и мы — достигнем высоты.

Что Его низвело, то нас возведет! Будем только всегда верно следовать по стопам Его, и мы непременно придем на небо, к Нему, нашему Спасителю и Господу.

Аминь.

Рождество Христово. (Отца Виктора Ильенко)

«Ликуют ангели вси на небеси, и радуются человецы днесь, играет же вся тварь Рождшагося ради в Вифлеееме, Спаса Господа; яко всякая лесть идольская преста и царствует Христос во веки«.

Смотрите, сколько радости вызвало рождение Христа Спасителя!

Ликуют ангели вси на небеси«.

Если об одном грешнике кающемся, по слову Христову, бывает великая радость на небе, то сколь же сильнее должна быть радость там о десятках, сотнях и тысячах верующих, рассеянных по всему миру, которые в этот день, ради рождшегося в Вифлееме Спасителя своего, принесут Ему свое покаяние. Все дары любви нашей Господь принимает с великим благоволением. Но когда человек приносит Ему свое раскаяние, свое сердечное сокрушение, свою омытую слезами скорбь о содеянном, то подлинно тогда «ликуют ангели вси на небеси«.

Ликуют небесные силы и поют хвалу Богу, непрестанно восклицают Ему: «Аллилуйя», восклицают в великом изумлении. Их ангельский ум не знал планов Божиих, не мог и помыслить, что так любит Бог человека, что ради него оставит небесное жилище и снизойдет до Вифлеемских яслей, обнажится Божественной славы и облечется в бренную человеческую плоть, чтобы в ней понести и претерпеть все наши нужды, болезни, скорби, издевательства, смерть.

Человека в его духовной неприглядности, во всем его духовном позоре ангелы знали и плакали о всех нравственных безобразиях, творившихся на земле. Как существа вечные, они были свидетелями и пролития крови Авелевой и отсечения главы Предтечевой. И когда увидели, что к такому человеку, запятнавшему себя бесчисленными преступлениями, снизошел Господь, то в великой радости, смешанной с великим изумлением, воспели: «слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! »

И радуются человецы днесь«.

Если ангелы о нас радуются, то нам ли оставаться бесчувственными? Нам ли, ради которых совершилось необычайное чудо — велия благочестия тайна стала явью: Бог явися во плоти?

Подлинно не лживы оказались слова ангельская, сказанные пастухам: «Я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям». Почти две тысячи лет прошло с тех пор; величайшие события человеческой истории, о которых написано много книг, крепко забыты, а рождение Младенца в Вифлеемской пещере, о котором рассказано на одной лишь страничке Евангелия, сноваи снова так живо переживается в сердцах людских, столько радости приносит в каждую душу, еще не отвернувшуюся от Бога, столько вызывает добрых чувств и подлинно сеет мир и благоволение среди людей!

И можно ли оставаться холодным в этот святой вечер? Разве можно запереть свое сердце и не пустить туда радости, которой полны небеса, которой исполнена и вся тварь, рождшагося ради нас в Вифлееме Спаса Господа?

Играет же вся тварь«.

Тварь, которая служит нам безропотно и плотью которой мы насыщаем себя (и чем больше праздник, тем больше своих жизней она отдает нам) — ведь и она, бедная, стеная и мучаясь совокупно с нами, с надеждой ожидает, что будет освобождена от рабства тлению в свободу славы детей Божиих.

Когда мы чрез рождение Христа Спасителя стали своими Богу и можем теперь с дерзновением говорить Богу: «Авва Отче! «; когда мы ныне живем в уверенности, что Омывший нас Своею кровию, несомненно дарует нам и жизнь вечную, что будет восстановлен рай в первозданной красоте, что кончится царство смерти, — то этих сладостных надежд, конечно, бессознательно, но причастна и вся тварь. Оттого и сказано: «играет же вся тварь Рождшегося ради в Вифлееме».

Яко всякая лесть идольская преста«.

Идольская лесть кончилась, обнаружилась пустота диавольского соблазна, стала явной никчемность его обещаний, мы своими глазами увидели гибельность путей без Христа, вне Христовой Церкви.

Когда мы далеки от Бота, когда проявляем себя гневом, раздражительностью, нетерпением, завистью, тщеславием, осуждением ближнего, потворством своим прихотям, невоздержанием, леностью, — подлинно в это время идольская лесть нами владеет. Тяжело нам, страдает душа, томится, как пленница, в тенетах страстей. И вот когда уставшая жить по наущению диавольскому, она, наконец, решается прибегнуть ко Христу, покаяться Ему во всем, то, получив прощение, и приток новых нравственных сил чрез Святые Тайны, душа явно ощущает, откуда пришло ей спасение: лесть идольская исчезает, когда приходит Христос.

И царствует Христос во веки! »

Не во внешнем мире, который не хочет знать Его. Не вне нас, конечно! А внутри нас, в наших душах, в особенности в такие моменты, когда мы тесной толпой наполняем храмы Божии, или в минуты, когда мы принимаем Его с любовью, сокрытого в Святых Тайнах, или еще, — когда мы с любовью смотрим на ближнего и готовы назвать его братом и посадить его рядом с собою за своей трапезой. Аминь.

Слово на Рождество Христово. (Архиепископа Сурожского Антония)

Христос в Евангелии Своем, говоря о самом великом, что может сделать человек, о самой высокой мере, до которой он может вырасти, дал нам заповедь любви: Никто большей любви не имеет, как тот, который душу свою положит за друзей своих… И вот, в эту таинственную рождественскую ночь, Сам Господь и Бог наш воплощением Своим исполнил этот закон победоносной жизни и любви.

Мы рождаемся во временную, преходящую жизнь, из ничего возникаем державным творческим словом Живого Бога, и через это временное существование становимся причастниками вечности и входим в жизнь вечную. Господь же и Бог наш, воплощением Своим, из полноты бытия, из торжествующей полноты жизни входит в область смерти; из полноты нетварного бытия Он заключается в узкие, подлинно тюремные рамки падшего мира; будучи вечным, рождается во времени, чтобы в этом мире, узком, тесном, оторванном от Бога, жить, показывая нам пример того, как изо дня в день можно отдавать жизнь за своих друзей, и умирает, показывая нам, что и смертью можно явить торжество жизни.

Одна из древних греческих икон представляет нам Вифлеемские ясли не в виде трогательных яслей, а в виде жертвенника, сложенного из камней, на которых лежит ребенок, предназначенный к смерти; но не к случайной, бессмысленной, бесцельной смерти, а к смерти жертвы, которая осмысленно, свободно приносится Богу во очищение грехов, ради победы над самой смертью, для соединения Неба и земли, для соединения отпадшей твари и Живого, любящего Бога.

Сегодня вечный Бог рождается во время. Бесплотный облекается плотью. Тот, Кто за пределами смерти, входит в область смерти; сегодня начинается крестный путь Господень; сегодня является нам жертвенная, крестная божественная Любовь. Сегодня ясли Вифлеемские предзнаменуют нам ту пещеру, куда будет положен Господь наш Иисус Христос, снятый со креста после мучительной смерти… И весь путь жизни Господней является ничем иным, как исполнением этой заповеди о любви, которая не знает ни границ, ни предела, о той любви, которая свою жизнь отдает за друзей своих.

Но за друзей ли одних? Кто был другом Господним, когда Он родился, кто дал приют Матери, ожидающей Ребенка, и сопровождающему их Иосифу? Выкинутые из человеческого селения, они нашли себе обиталище только среди зверей; и так в течение всей жизни Христовой; когда в завершение Его пути израильский народ, человечество, исключит Его из града людей, останется Ему только умереть одинокой смертью на Голгофской горе. Путь, начатый Господом «ради друзей своих», есть путь любви — но кто такие эти друзья? Враги — это не те, кто нас ненавидит; это те, которых мы, по безумию, по слепоте сердца и отуманенности ума, называем врагами; Христос врагов не знал. Все люди, которых державное творческое слово Божие призвало к бытию, были Его братья и сестры, были возлюбленные Божии дети, которые потеряли свой путь и которых Он пришел взыскать.

Он Сам дал нам образ, когда сказал, что добрый пастырь оставляет девяносто девять овец, чтобы идти на розыски одной заблудившейся, потерянной овцы. Так и по отношению к нам: тех людей, которые называют себя врагами Христа, Христос признаёт за Своих братьев и сестер, за детей Живого Бога, Чьим Сыном Он является. Он врагов не знает, для Него нет врагов; и поэтому за всех и ради всех Он становится человеком, за всех и ради всех Он живет изо дня в день, отдавая все силы тела и души; и, наконец, за всех и ради всех, после Страстной седмицы, после страшной Гефсиманской ночи, после издевательств, поруганий, после того, как Он был предан близким учеником, оставлен другими, Христос умирает на кресте за всех и ради всех… И если мы — Христовы, то мы должны научиться в сегодняшнюю торжественную ночь этому Христову пути; сегодня можем мы покаянием, то есть переменой мысли и сердца, войти в путь Христов, можем новыми глазами осмотреться и с изумлением увидеть, что нет у нас врагов, а есть только дети Божии заблудшие, к которым нас посылает Господь жить и, если нужно, умирать, чтобы они ожили во веки веков.

Вот о чем говорят нам жизнь и смерть Христовы, вот о чем нам говорит сегодня Рождество — то есть рождение Живого Бога человеческой плотью. Оно такое таинственное: казалось бы, мы видим своего Бога, мы можем держать Его благоговейно и трепетно в своих объятиях. Но в этом Воплощении нам открывается Бог более таинственный, чем Бог небесный, непостижимый человеческому уму, а только чаемый человеческим сердцем, потому что в этом Младенце таится вся полнота невидимого, непостижимого Бога. Прикасаясь Ребенку, рожденному в Вифлееме, мы с ужасом познаём, что Он — Живой Бог, ставший живым Человеком нас ради; мера любви Божией к каждому из нас, к последнему грешнику и к самому святому праведнику — это жизнь и смерть Сына Божия, ставшего Сыном Человеческим…

Разве мы не обернемся к каждому, кто вокруг нас, с подобной любовью, разве мы можем перед лицом Воплощения Христова иначе отнестись к людям, чем Сам Бог, ставший Человеком? Заповедь новую Он нам дает, новую тем, что не только Он нас призывает любить, но призывает любить и друзей и врагов, призывает любить всех, и такой мерой любви, которая называется «положить жизнь свою за друзей своих «; признать друзьями тех, кто тебя другом не признаёт, жить для них изо дня в день, а если нужно — ради них умереть, с последней молитвой на устах: Господи, прости им — они не знают, что творят! Аминь.

(1974 г.)

Рождество Христово. (Архиепископа Сурожского Антония)

Около двух тысяч лет назад, в такую же ночь, как сегодняшняя, Божественная любовь вошла в мир в образе новорожденного Ребенка, со всей его хрупкостью, беззащитностью, которая поистине является образом любви, себя отдающей, никогда себя не защищающей, все дающей, на все надеющейся…

Один из современных наших духовников, отец Софроний, пишет: «Откровение о Боге говорит: Бог есть любовь, Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы; и как трудно людям согласиться с этим… » Трудно, потому что и наша личная жизнь, и окружающая нас жизнь всего мира свидетельствуют, скорее, об обратном. На самом деле: где же тот свет Любви Отчей, если все мы, подходя к концу своей жизни, вместе с Иовом, в горечи сердца сознаем: Лучшие думы мои, достояние сердца моего — разбиты, дни мои прошли, преисподняя станет домом моим — где же, после этого, надежда моя? И то, что от юности тайно, но сильно искало сердце мое — кто увидит?.. И вот жадно ищет душа встречи с Богом, чтобы сказать Ему: Зачем Ты дал мне жизнь? Я пресыщен страданиями, тьма вокруг меня; зачем Ты скрываешься от меня? Я знаю, что Ты благ, но почему, почему Ты так безразличен к страданию моему? Я не могу Тебя понять…

Разве не подымается этот крик со всей земли нашей, холодной, осиротелой, полной страха, и горечи, и боли? И какой же ответ дает Бог на это вопрошание, на эту тоску?.. Вот пример того, что говорит и как говорит Господь, из той же книги отца Софрония о Старце Силуане: «Жил на земле человек, муж гигантской силы духа; он долго молился с неудержимым плачем: Помилуй мя!.. Но не слушал его Бог. Прошло много месяцев такой молитвы, и силы души его истощились; он дошел до отчаяния и воскликнул: Ты неумолим!.. И когда с этими словами в его изнемогшей от отчаяния душе еще что-то надорвалось, он вдруг, на мгновение увидел живого Христа. Огонь исполнил сердце его и все тело с такой силой, что, если бы видение продолжалось еще мгновение, он умер бы. После этого он уже никогда не мог забыть невыразимо кроткий, беспредельно любящий, радостный, непостижимого мира исполненный взгляд Христа, и последующие долгие годы своей жизни неустанно свидетельствовал, что Бог есть любовь, любовь безмерная, непостижимая… »

И эта любовь — не чувство, не доброе отношение Божие к нам: это Сам Бог, пришедший в мир плотью новорожденного Христа. Он создал мир по любви; Он создал мир, чтобы разделить с ним ту ликующую, торжествующую жизнь, которая называется любовью и которая доходит до такого напряжения, до такой полноты, что она уже за пределом всякого ограничения, всякого умаления. Она отдает себя, забывая все, кроме любимого, дает, как будто, в беззащитности, в хрупкости, подобной этой плоти Ребенка, родившегося в Вифлееме. И взывает к нам Господь: Отзовитесь!..

Но чем мы отзовемся? В евангельском рассказе говорится о том, как волхвы пришли с востока со своими дарами; но куда нам прийти, и откуда? Они пришли издали, из того места, где не было Христа; и мы можем сейчас устремиться ко Христу, вездесущему, воскресшему, все победившему, из ночи, из тьмы собственной души. Сколько нас, кому темно, сколько нас, кто в потемках; вот из этих потемок пойдем к свету. А свет — это любовь. Из мрака злобы — пойдем к любви! Из греха — пойдем к любви, всепрощающей, исцеляющей! Из холода жизни — пойдем к любви, которая может согреть душу и все изменить в жизни! Из серой скудости житейской — пойдем к любви, потому что где есть любовь, там свет и радость, там нет великого и мелкого, но все велико, потому что все может стать знаком любви!..

И Господь зовет нас верить в себя. Вспомните дары этих волхвов. Принесли они золото: в темных недрах заключена его сверкающая слава, звонкая полнозвучность, нержавеющая чистота. И в каждом из нас есть эта слава, которая рвется к свету, и нержавеющая чистота души, которая способна на великое — только дали бы ей свободу любить без страха, любить от всей силы мощной души! Золото, о котором здесь говорится, это преображенная земля; откроем темные недра наши, в которых таится сияние света, и пойдем к свету!

Ладан принесли волхвы, который возносится и благоухает: принесем любовь, которая не только светом, не только нержавеющей своей чистотой сияет, славой блестит, но которая по всей земле распространится, как благоухание, лаской, любовью, теплотой…

Но и смирну принесли волхвы, как приносят мертвецу; Христос, бессмертный Бог, родился не для того, чтобы жить, подобно нам, а для того, чтобы умереть, подобно нам; жить нашей смертной жизнью для того, чтобы мы могли войти в Его бессмертную, торжествующую, ликующую вечность…

Кто хочет идти по Мне, да отвержется себя, да забудет о себе, да вспомнит только о том, что тысячи вокруг нуждаются в любви. Никто большей любви не имеет, как тот, кто свою жизнь отдаст; а отдать жизнь — это не обязательно умереть, это каждое мгновение жизни посвятить любви, творческой, зрячей, умной, смелой любви; любви, которая дает; любви, которая не защищает своего; любви, которая себя не защищает, не замыкается… Сила Божия в немощи совершается: нам не надо бояться любить — отдадим себя до конца, и тогда весть о родившемся сегодня Христе станет реальностью не только в нашей жизни, но в жизни миллионов людей — светом, теплом, радостью, обновлением всей жизни! Аминь.

(1979 г.)

Волхвы. Слово на литургии Рождества Христова. (Митрополита Филарета Вознесенского)

Когда Преблагословенная Дева Мария с Своим Обручником Праведным Иосифом путешествовали в город Вифлеем, чтобы там принять участие в переписи и записаться в этом городе, то сами они едва ли могли в точности предвидеть, каков будет результат этого их путешествия в Вифлеем, не могли это знать и те, кто видел их путешествующими. И пастыри на полях Вифлеема, которые сторожили там свои стада, также не подозревали о том, что они увидят и услышат уже через самое короткое время, через несколько дней.

Но если в Палестине не знали о том великом событии, которое приближается, то оказалось, что далеко, далеко на Востоке, на реках Вавилонских, уже узнали об этом раньше и задолго оттуда отправились путники, волхвы-мудрецы Востока, чтобы придти и поклониться Царю иудейскому, звезду Которого они увидели у себя на Востоке.

Эти волхвы-мудрецы, по преданию, были одни из тех, кто там изучал тогдашнюю премудрость в течение многих сот лет, и древним основоположником этих мудрецов был некто по имени Валаам, который тоже был волхвом и мудрецом. О нем говорит Священное Писание, святая Книга Библии. Несколько загадочная фигура. С одной стороны, он не принадлежал к Ветхозаветной Церкви, а с другой стороны, Библия прямо говорит, что он удостаивался по временам получать прямые откровения от Самого Бога.

Вероятно вы слышали выражение: «Валаамова ослица заговорила». Это взято из Библии. Когда народ еврейский путешествовал в течении сорока лет, то ему пришлось проходить через одно место, в котором жили язычники, над которыми царствовал царь Валак. И вот он, испугавшись приближения многочисленного еврейского народа, послал к этому волхву Валааму, чтобы он пришел и произнес проклятие на этот народ.

Валаам отказался и раз и другой; Валак его упрашивает, тогда Валаам говорить: «я спрошу Бога — если есть Его воля — я пойду». Ему явился ангел и сказал: ты можешь идти, но говори только то, что я тебе буду внушать.Но характерно то, что когда Валаам пошел, то на него воспылал гнев Божий. Очевидно, он пошел с тайным намерением не послушаться ангела, или извлечь что-то для себя выгодное из этого посещения, почему Господь и разгневался. Валаам оседлал свою ослицу, сел на нее верхом и поехал. И вот, когда он ехал, то он не видел того, кого увидала его ослица. Это был ангел, который заградил им путь. Ослица остановилась. Валаам повернул в сторону, но ангел снова заградил путь. Ослица остановилась и легла на землю. Валаам стал ее бить палкою, и вот тут она обратилась к нему с человеческой речью: «за что ты меня бьешь? Разве когда-либо была тебе я непослушна?» Тут открылись очи у Валаама и он увидел ангела. Ангел говорит: «она видела то, чего ты не видал. Увидела меня и остановилась — не бей ее, потому что, если бы ты поехал, то я поразил бы тебя на смерть, но она остановилась». Валаам испугался и сказал, «я тогда не пойду; » но ангел сказал ему, «иди, но, повторяю, говори то, что я те6е буду говорить». Валаам пошел и три раза, вместо того, чтобы проклясть народ еврейский, как требовал царь Валак, произнес благословение на этот народ. И в особенности характерно последнее благословение — он сказал так: «так говорит Валаам сын Восоров, человек который слышит слова Бога Живаго; падает, но открыты очи его». И дальше сказал он:

«Вижу Его (это он говорил про Христа), но ныне еще нет, зрю Его, но не близко; восходить звезда от Иакова, и возсияет жезл (т.е. сила) от Израиля и поражает сынов Моавивых (язычников) и пленит всех сынов Сифовых«. Так он произнес пророчество о том, что взойдет звезда от Иакова. Его потомки вавилонские мудрецы, помнили это пророчество, ждали этой звезды и наконец дождались. И вот, когда они увидали эту звезду, то поспешили в Иерусалим — поклониться Царю иудейскому. Придя в Иерусалим, они не знали куда им дальше идти. Но звезда, которую они видели у себя на вocтоке, снова появилась перед ними и указала им путь. Так и сбылось то, о чем говорит тропарь праздника: они, звездочеты, служившие звездам, от звезды научились кланяться Господу, Солнцу Правды.

Волхвы-мудрецы склонились перед Младенцем, склонили пред Ним свои мудрые головы и принесли свою мудрость для поклонения воплотившейся божественной Премудрости. В наше горькое время — как много видим мы мудрецов этого века, которые думают, что они мудрее всех, что они понимают все лучше всех, и они предлагают человечеству свои рецепты общего благополучия. Но благополучия не получается, а на деле выходит только полное неблагополучие. О, если бы эти мудрецы поступили подобно ветхозаветным мудрецам и не свою мудрость навязывали другим, а почерпнули истинную мудрость от Божественной Премудрости, склонившись перед Ней и смиренно от Неё поучаясь.

Святая Церковь, указывая на то, что волхвы принесли Богомладенцу Спасителю дары, говорит: они принесли Ему злато — как Царю, ливан, т. е. благоухающий ладан — как Богу, и смирну, благоухающий, но горький состав — как Тому, Кто имеет умереть за людей, потому что смирной помазывали тела умерших. Так же и Церковь говорит в своих песнопениях, что и мы должны, подобно этим мудрецам, принести свои дары, Богомладенцу Спасителю.

И эти наши дары есть христианские добродетели. Золото веры — её драгоценность, ибо она есть сокровище всех сокровищ; благоухание надежды христианской, которая соединяет человека с Богом, на Которого она уповает; и наконец — любовь, знаменуемая смирной, потому что Господь умер за нас по Своей безграничной любви. О, если бы действительно мы сумели к яслям Младенца Спасителя принести эти дары, драгоценные для Него! Вера наша слаба, надежда наша колеблется, а, любви нам не хватает. Если бы была любовь сейчас среди людей, совсем иная была бы жизнь. Но не о любви идет речь у теперешних мудрецов! Теперь новое мировоззрение проповедует ненависть и говорит: любовь не наше учение, а нам нужна ненависть, и благодаря ей, когда мы людей ей научим, мы достигнем и добьемся своего.Но тщетны их безумные замыслы. Слово Христово верно. Только тот, кто любит Бога и ближнего, и строить жизнь на твердом основании — учении Евангелия Христова, является истинным строителем жизни. А основа Евангельского учения — любовь.

Поэтому, склоняясь перед Богомладенцем Спасителем, и сознавая, что ты скуден этими дарами духовными, кайся и моли уНего Самого, чтобы Он восполнил эту твою скудость, и чтобы ты действительно был христианином верующим, надеющимся, и любящим Бога своего. Аминь.

Память Святого Апостола, первомученика и архидиакона Стефана. 9 января н.с. (29 декабря с.с.). Перенесение мощей Святого Апостола, первомученика и архидиакона Стефана. 15 августа н.с. (2 августа с.с.). Историко-экзегетическое описание события. Деян. 6:5-15; Деян. 7:1-60.

В день памяти святого апостола первомученика и архидиакона Стефана. (Архимандрита Кирилла Павлова)

Сегодня, дорогие братия и сестры, 9 января н.с. (27 декабря с.с.), Святая Церковь празднует светлую память первого мученика за Христа — святого апостола и архидиакона Стефана, безжалостно побиенного за свою дерзновенную проповедь иудеям камнями.

Какими похвальными песнопениями увенчаем святого Стефана, какой сплетем ему венок похвалы, соответствующий его подвигу? Человеческие уста бессильны изъяснить всю доблесть и славу победителя.

Несмотря на то что каждый из нас знает учение Божественное: Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить (Мф. 10:28), привязанность к своему телу, страх и трепет перед смертью приводили и приводят многие души — даже праведных — к сокрушению и падению. Но святой юноша Стефан, полюбивший Христа, презрел смерть: робость и страх он совершенно отверг, вера и надежда на Господа дали ему силы подвизаться славно подвигом мученическим и победить тирана-диавола. Мужественный подвижник Христов своей победой над начальником злобы первый открыл двери мученического подвига и даровал людям радость, а бесам — плач. Его пример увлекает всякий возраст: и старцев, и юношей, и жен, и девиц, и детей — идти путем страданий и не страшиться смерти за Христа, но спешить на подвиг, чтобы удобнее и легче перейти от земли на Небо. Поэтому святой Стефан по праву может быть назван начальником подвизающихся за Христа, основанием умирающих за Него, вождем и учителем мученического воинства, сонма страстотерпцев.

Святой Стефан в числе семи диаконов был избран на дело служения бедным христианам и вдовицам в доставлении им необходимого пропитания. По своим способностям и премудрости он был поставлен первым из них и потому назывался архидиаконом.

Усердно помогая Апостолам в раздаянии нуждающимся христианам милостыни и удовлетворении их необходимых потребностей, Стефан, исполненный веры и силы духа, совершал среди народа великие знамения и чудеса. Он исцелял больных, слепым возвращал зрение, хромых делал способными ходить. Благодать Святаго Духа влекла его и к благовествованию веры во Христа. Он горел любовью к утверждению веры в верных, а неверных своих соотечественников обличал в неверии и убийстве Спасителя. Писание повествует, что некоторые из синагоги Либертинцев, Киринейцев и Александрийцев, из Киликии и Асии вступили в спор со святым архидиаконом, но не могли противостоять мудрости и Духу, Которым он говорил. Тогда, посрамленные, они прибегают к клевете: научив некоторых презренных людей сказать, что Стефан не перестает произносить хульные слова на Моисея и Бога, они возбуждают народ и старейшин и, схватив святого, влекут его в синедрион. Бушевали страсти, кипела ярость вокруг, но невозмутимо стоял среди этого убийственного собрания кроткий Стефан, и лицо его сияло, как лик Ангела. И все видевшие его дивились. Когда, исполненный веры и силы, доказывал он иудеям, что распятый ими Христос есть истинный Мессия, Которого предсказывали Пророки, то с негодованием и гневом слушали они его. Когда же в заключение сказал: Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы (Деян. 7:51-52), то от этих слов они рвались сердцами своими и скрежетали на святого зубами. А Стефан, будучи исполнен Духа Святаго, воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога, и сказал: вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога (Деян. 7:54-56). Они же, устремившись на него, вывели его за город и там, в долине между Иерусалимом и Елеоном, камнями побивали славного воина Христова, который молился, говоря: Господи Иисусе! приими дух мой (Деян. 7:59). Обливаясь кровью и изнемогая, он преклонил колена и воскликнул: Господи! не вмени им греха сего (Деян. 7:60)! В жизни нам не всегда приходится встречать сочувствие, уважение, благорасположение окружающих. Часто, напротив, приходится видеть вражду, иногда — очень злобную, готовую причинить нам всякие обиды и беды. Как возмущает каждого человека эта вражда, особенно — незаслуженная, какое подымает она негодование в нашем сердце, какая жажда мести нередко загорается в нем!

Но бойтесь, дорогие братия и сестры, бойтесь воздавать злом за зло, исторгать око за око и зуб за зуб. Это запрещено Христом. Он не только запретил мстить врагам, но повелел любить их и молиться за них. Он и Сам молился за распинателей Своих, когда они вонзали острые гвозди в пречистые руки и ноги Его. Ученики Христовы вполне усвоили это учение о любви к врагам и умирали так же — с молитвой за своих мучителей. Первый мученик за Христа, память которого мы ныне творим, оставил нам и первый образец такой молитвы. Вот дивный пример любви к врагам, вот наставник, наставляющий нас в том, как отвечать нам на злобу наших врагов — не местью, помилуй нас Бог! — а молитвой за них, чтобы Господь не поставил им во грех зло, которое они нам причиняют. И как святы, как поучительны примеры молитвы за врагов!

В жизнеописании одного нашего русского подвижника рассказывается, как к некоторому духовному старцу пришел на исповедь один из великих в мире сем людей. После обычных признаний, в заключение он сказал: «У меня есть еще на сердце вещь, от которой я не желаю избавиться. Есть недоброжелатели, которые хотят лишить меня доверия моего начальства и окружающих людей, всячески на меня клевещут. Я их ненавижу от души, и ненависть эта во мне останется». Долго и тщетно уговаривал его старец отказаться от своей злобы и, наконец, объявил, что в таком душевном состоянии допустить его до Причастия не может. В конце концов ему удалось уговорить исповедника успокоиться на следующем: «Вы пока не можете искренно простить этим людям. Но принудьте себя к такому действию. Просите за них молитв Церкви, подавая за них просфоры. Сперва вам будет очень трудно, но сломите себя. Всякая частица, вынутая из просфоры на проскомидии с произнесением известного имени, знаменует собою душу этого человека. Когда же эта частица в конце Литургии погружается в Кровь Христову, происходит невидимое соприкосновение этой души с Божеством. В первое время злая душа может ожесточиться от такого таинственного приложения к Божеству, но повторение этого в конце концов окажет на нее благое действие». Через год этот человек опять стоял перед старцем и благодарил его. Он принудил себя тогда подавать просфоры за своих врагов. Сперва они как будто ожесточились. Но потом постепенно стали относиться к нему лучше и лучше, оставили свои происки и теперь он мог и с ними жить в мире.

Так должны поступать и все мы, христиане, когда у нас явится какой-либо враг и начнет поносить нас, бесчестить наше доброе имя, клеветать и распускать о нас дурную молву. Во всех этих случаях чувство негодования, вражды и тем более мести должно у нас побеждаться чувством любви к врагам — по примеру Спасителя и святого Его первомученика. Возблагодарим же Господа, облекшего Своего славного воина Стефана во всеоружие, коим он победил лютейшие мучения, подвиг совершил, веру соблюл, венец мученический на главу свою восприял и вечного покоя сподобился. Да подражаем и мы сему славному подвижнику; мужеством укрепим сердца свои. Святой Стефан взывает: «Будьте подражателями мне, как я Христу » (см.: 1 Кор. 11:1). «Я последовал, — как бы так говорит он, — Владыке своему и словом, и жизнью, и смертью. Подражайте и вы всему этому, это возможно и полезно для желающих. Я ныне весело торжествую на Небесах, и всякий претерпевший мучение за Христа узрит Небо отверстым и вместе со мною будет наслаждаться вечными, нетленными благами». Аминь.

Поучение на новый год. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Кто во Христе, тот новая тварь (2 Кор. 5:17)

Вот, возлюбленные братья и сестры, мы и новый год встречаем, 1880 от Рождества Христова. К разным новостям это еще новость. А мы все почти так сильно любим новости, каждый по своему характеру, наклонностям, привычкам, или по так называемой собственной специальности, по роду своих занятий, своей службы. Иной любит новые книги, новости газетные, журнальные, или новости по службе, иной обновки в одежде, дети любят новые игрушки, платья, гостинцы, — но перечтешь ли все новости, которые занимают каждого из нас в жизни? Весьма странна, удивительна в каждом из нас страсть к новенькому. Ну что у вас новенького, спрашивают обыкновенно при встрече со знакомыми или товарищами по службе?

Видно, что у нас у всех есть что-то старенькое, что очень, очень надоело всем нам, что гнетет и давит всех нас потомков адамовых и возбуждает сильную жажду к чему-то новому. Что же это старенькое, что всем нам надоело? Это старенькое, ветхое — мы сами, братия мои, суета наша, грехи да страсти наши, эта старая нелепость, старая пакость, старая прелесть, глубоконасажденная в нас древним человекоубийцей, древним пакостником и прелестником — диаволом и сатаной. Вот, что в нас старое, ветхое, что нам ужасно надоедает, при всей своей прелести, вот что повергает нас в нравственную дряхлость, немощь, апатию, и что сильно возбуждает в нас такую сильную жажду нового. Только не на те новости мы обращаем внимание, на которые должно, и не тех новостей ищем, которых надо: мы, будучи сами суетны, и за новостями гоняемся суетными, пустыми, ничтожными, которые или исчезают со своим появлением, или скоро наскучивают нам, переставая быть новостями. Какая же это действительная новость, которой мы должны искать, желать, которую должны действительно полюбить, к которой должны привязаться всем сердцем, всем существом нашим?

Эта новость есть благодать Божия, принесенная на землю воплотившимся Сыном Божиим, благодать обновления, примирения с Богом, прощения грехов, возрождения, освящения, обожения. Вот наша истинная, животворная, вечная новость, — благодать Господа нашего Иисуса Христа и обновление наших душ Божией благодатью. Мы должны возродиться, обновиться, обожиться, отбросить от себя с отвращением всякую прелестную нелепость и ветхость греховную, и жить в новости христианской жизни, свято, непорочно. Если кто во Христе, тот новая тварь, говорит святой апостол. Се, творю все новое, говорит Господь, (Апок. 21:5) т.е. делаю всех новыми людьми. Что же скажем, спрашивает апостол? Оставаться ли нам во грехе, чтобы умножилась благодать? Никак. Мы умерли для греха, т.е. в крещении: как же нам жить в нем? Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? И так мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни… Зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху (Рим. 6:1-6). И так с нового года будем непременно трудиться, с Божией помощью, над обновлением самих себя, — сделаемся новым творением, с отторжением ветхости греха.

Итак, дальше от нас с нового года, всякий грех! Дальше низкое самолюбие, плотоугодие, сладострастие! Дальше гнев, ярость, ненависть, раздражительность, ругательства, хулы, ложь! Дальше пьянство, обжорство! Дальше любостяжание, скупость, жестокосердие! Дальше леность и нерадение о спасении душ своих, дальше леность и невнимание к молитве, леность и косность к добрым делам! Займемся с нового года хорошенько своими душами, своим вечным спасением, своею вечною судьбою, и — своим обновлением.

Аминь.

Крещение Господне. 19 января н.с. (6 января с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника. (Епископа Александра Милеанта)

До Своего тридцатилетнего возраста Господь Иисус Христос жил со Своей Матерью в маленьком городе Назарете. Помогая престарелому Иосифу в плотнической работе, Он ничем Себя не проявлял, и люди считали его за одного из детей Иосифа. Но вот приблизилось время Ему начать Свое общественное служение. Тогда Бог в особом видении повелевает пророку Иоанну Крестителю, жившему в пустыне, выступить со всенародной проповедью покаяния и крестить во Иордане всех кающихся в знак их желания очиститься от грехов. Место, где пророк Иоанн начал служение, называлось «пустыней Иудейской», лежавшей на западном побережье Иордана и Мёртвого моря.

Евангелист Лука сообщает ценные исторические сведения этого переломного исторического момента, а именно, что в то время Палестина, которая входила в состав Римской Империи, управлялась четырьмя правителями, тетрархами. Императором тогда был Тиверий, сын и преемник Октавиана Августа, при котором родился Христос. Тиверий вступил на престол после смерти Августа в 767-м году от основания Рима, но ещё за два года до этого, в 765-м, он стал уже соправителем и, следовательно, пятнадцатый год правления его начинался в 779-м году, когда Господу исполнилось 30 лет — возраст, требуемый учителю веры.

В Иудее вместо Архелая управлял римский прокуратор Понтий Пилат; в Галилее — Ирод-Антипа, сын Ирода Великого, избившего младенцев в Вифлееме; другой его сын, Филипп, управлял Итуреей — страной, расположенной на востоке от Иордана и Трахонитидой, расположенной на северо-востоке от Иордана; в четвёртой области, Авилинее, примыкавшей с северо-востока к Галилее, при подошве Антиливана, управлял Лисаний. Первосвященниками в это время были Анна и Каиафа. Первосвященником был, собственно, Каиафа, а тесть его Анна, или Анан, отстранённый гражданскими властями от должности, но пользовавшийся у народа авторитетом и уважением, разделял власть со своим зятем.

Евангелисты называют Иоанна Крестителя «гласом вопиющего в пустыне», потому что Он громко взывал к людям: «Приготовьте путь Господу, прямыми сделайте Его путь». Слова эти взяты из речи пророка Исаии, где он утешает Иерусалим, говоря, что кончилось время его унижения, и скоро явится слава Господня, и » всякая плоть увидит спасение Божие » (Исаии 40:5). Пророчество это Иоанн Креститель (Иоан. 1:23) изъясняет в виде прообраза: под Господом, шествующим во главе Своего народа, возвращающегося из плена, подразумевается Мессия, а под вестником — Его Предтеча, Иоанн. Пустыней же в духовном смысле является сам народ израильский, а неровности, которые надо бы устранить, как препятствия к приходу Мессии, — это человеческие грехи и страсти; вот почему сущность всей проповеди Предтечи и сводилась к одному, собственно, призыву: Покайтесь! Это прообразное пророчество Исаии. Последний из ветхозаветных пророков, Малахия высказывает прямо, называя Предтечу «Ангелом Господним», готовящим путь Мессии.

Свою проповедь о покаянии Иоанн Креститель обуславливал приближением Царства Небесного, то есть Царства Мессии (Матф. 3:2). Под этим Царством Слово Божие понимает освобождение человека от власти греха и воцарение праведности в его сердце (Луки 17:21; ср. Рим. 14:17). Естественно, что благодать Божия, водворяясь в сердцах людей, объединяет их в одно общество, или Царство, именуемое еще Церковью (Матф. 13:24-43, 47-49).

Готовя людей к вступлению в это Царство, открывающееся вскоре с приходом Мессии, Иоанн всех призывает к покаянию, а откликнувшихся на этот призыв крестил «крещением покаяния для прощения грехов » (Луки 3:3). Это не было еще благодатное христианское крещение, а лишь погружение в воду, как символ того, что кающийся желает очищения от грехов, подобно тому, как вода очищает его от телесной нечистоты.

Иоанн Креститель был строгим подвижником, носившим грубую одежду из верблюжьего волоса и питавшийся акридами (род саранчи) и диким мёдом. Он представлял собой резкую противоположность современным ему наставникам иудейского народа, а проповедь его о приближении Мессии, прихода Которого столь многие напряжённо ожидали, не могла не привлечь всеобщего внимания. Даже иудейский историк Иосиф Флавий свидетельствует, что «народ, восхищённый учением Иоанна, стекался к нему в великом множестве » и что власть этого мужа над иудеями была столь велика, что они готовы были сделать по его совету всё, и даже сам царь Ирод [Антипа] боялся власти этого великого учителя. Даже фарисеи и саддукеи не могли спокойно смотреть на то, как народ массами идёт к Иоанну, и сами были вынуждены пойти в пустыню к нему; но едва ли все они шли с искренними чувствами. Поэтому неудивительно, что Иоанн встречает их строгой обличительной речью: «Порождения ехиднины! Кто внушил вам бежать от будущего гнева? » (Матф. 3:7). Фарисеи искусно прикрывали свои пороки точным соблюдением чисто внешних предписаний Моисеева закона, а саддукеи, предаваясь плотским утехам, отвергали то, что противоречило их эпикурейскому образу жизни: духовный мир и загробное воздаяние.

Иоанн обличает их надменность, их уверенность в собственной справедливости и внушает им, что надежда их на происхождение от Авраама не принесёт им никакой пользы, если они не сотворят плодов, достойных покаяния, ибо «Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь » (Матф. 3:10; Луки 3:9), как ни на что не годное. Истинные чада Авраама не те, кто происходят от него по плоти, но те, кто будут жить в духе его веры и преданности Богу. Если не раскаетесь, то Бог отвергнет вас и призовёт на ваше место новых чад Авраама по духу (Матф. 3:9; Луки 2:8).

Смущённые строгостью его речи, люди спрашивают: «Что же нам делать? «(Луки 3:11). Иоанн отвечает, что необходимо творить дела любви и милосердия и воздерживаться от всякого зла. Это и есть «Плоды, достойные покаяния», — т.е. добрые дела, противоположные тем грехам, которые они совершали.

Тогда было время всеобщего ожидания Мессии, причём иудеи верили, что Мессия, когда придёт, будет крестить (Иоан. 1:25). Неудивительно потому, что многие стали задаваться вопросом, не Христос ли сам Иоанн? На это Иоанн отвечал, что он крестит водой в покаяние (Матф. 3:11), то есть в знак покаяния, но за ним идёт Сильнейший его, Которому он, Иоанн, недостоин развязать обуви, как это делают рабы для своего господина. «Он будет крестить вас Духом Святым и огнём « (Матф. 3:11; Луки 3:16; ср. Марка 1:8) — в Его крещении будет действовать благодать Святого Духа, как огонь, попаляющий всякую греховную скверну. «Лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Своё, и соберёт пшеницу Свою в житницу, а солому сожжёт огнём неугасимым «(Матф. 3:12; Луки 2:17), т. е. Христос очистит народ Свой, как хозяин очищает своё гумно, от плевел и сора, пшеницу же, то есть уверовавших в Него, соберёт в Свою Церковь, как в житницу, а всех отвергающих Его предаст вечным мучениям.

Тогда среди прочего народа к Иоанну пришёл и Иисус Христос из Назарета Галилейского, чтобы креститься от него. Иоанн никогда до этого не встречался с Иисусом и потому не знал Кто Он. Но когда Иисус подошел к нему для крещения, то Иоанн, как пророк, почувствовал Его святость, безгрешность и бесконечное превосходство над собой, и поэтому в недоумении возразил: «Мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне? » — «Так надлежит нам исполнить всякую правду», — кротко ответил Спаситель (Матф. 3:15). Этими словами Господь Иисус Христос хотел сказать, что Он, как родоначальник нового, возрождённого Им человечества, должен был Собственным примером показать людям необходимость всех Божественных установлений, в том числе и крещения.

Однако, «крестившись, Иисус тотчас вышел из воды » (Матф. 3:16), потому что Ему, не было надобности исповедоваться, как делали это остальные крестящиеся, оставаясь в воде во время исповедания своих грехов. Крестившись, Иисус, по словам Евангелиста, молился, очевидно, о том, чтобы Отец Небесный благословил начало Его служения.

«И се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него». Очевидно, Духа Божия увидел не только Иоанн, но и народ, бывший при этом, поскольку цель этого чуда была явить людям Сына Божия в Иисусе, пребывавшем до тех пор в неизвестности. Вот почему в день праздника Крещения Господня, называемого так же Богоявлением, в церковной службе поется: «Явился еси днесь вселенней… » Согласно Евангелисту Иоанну, Дух Божий не только сошёл на Иисуса, но и остался на Нём (Иоан. 1:32).

Дух Святой явился в виде голубя потому, что этот образ наиболее приличествовал Его свойствам. По учению святого Иоанна Златоуста, «голубь есть особенно кроткое и чистое существо. А так как Дух Святой есть Дух кротости, то Он и явился в этом виде». По изъяснению святого Кирилла Иерусалимского, «как при Ное голубица возвестила прекращение потопа, принеся масличный сучок, так и теперь Дух Святой возвещает разрешение грехов в виде голубя. Там сучок масличный, здесь милость Бога нашего».

Голос Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение», указал Иоанну Крестителю и присутствующему народу на Божественное достоинство Крещаемого, как на Сына Божия в собственном смысле, Единородного, на Котором вечно пребывает благоволение Бога Отца; и вместе с тем эти слова были ответом Отца Небесного на молитву Его Божественного Сына о благословении на великий подвиг спасения человечества.

Крещение Господне наша святая Церковь празднует 19 января н. с. (6 января с.с.), именуя этот праздник Богоявлением, так как в событии этом явила Себя людям вся Святая Троица: Бог Отец — голосом с неба, Бог Сын — крещением от Иоанна в Иордане, Бог Дух Святой — снизошедшим на Иисуса Христа голубем. Праздник Крещения, наравне с праздником Пасхи, является самым древним христианским праздником. Он всегда встречается христианами с большим подъемом, потому что напоминает об их собственном крещении, чем побуждает глубже осознать силу и значение этого таинства.

Для христианина, говорит отец Церкви первых веков святой Кирилл Иерусалимский, воды крещения являются «и гробом, и матерью». Гробом для его прежней греховной жизни вне Христа и матерью его новой жизни во Христе и в Царстве Его бесконечной правды. Крещение — дверь из царства тьмы в Царство света: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся». — Кто крещен во Христа, тот и облачен в ризу Христовой праведности, уподобляется Ему, становится участником Его святости. Сила крещения заключается в том, что крещаемый получает способность и силу любить Бога и своих ближних. Эта христианская любовь влечет христианина к праведной жизни и помогает ему преодолевать привязанность к миру и его греховным наслаждениям.

Богоявление. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Сегодня, братия возлюбленные, святая Церковь предложила нам весьма назидательное чтение из Апостола, именно — из послания святого апостола Павла к Титу. Вот это чтение: «Явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, научающая нас, чтобы мы, отвергнув нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке, ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, Который дал Себя за нас, чтобы избавить нас от всякого беззакония и очистить Себе народ особенный, ревностный к добрым делам. Сие говори, увещевай и обличай со всякою властью, чтобы никто не пренебрегал тебя. Напоминай им повиноваться и покоряться начальству и властям, быть готовыми на всякое доброе дело, никого не злословить, быть не сварливыми, но тихими, и оказывать всякую кротость ко всем человекам. Ибо и мы были некогда несмысленны, непокорны, заблуждшие, были рабы похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга. Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни«. (Тит. 2:11-15; 3:1-7).

Вот сегодняшнее чтение из Апостола. Апостол говорит о благодати или милости и силе Божией, т.е. Христовой, спасительной для всех человеков, не исключая никого, кто бы только ни принял эту благодать. Если бы не явилась эта спасительная благодать чрез Иисуса Христа и только в Нем, — то не спасся бы никто, ни один человек, и все погибли бы на веки во грехах, ибо грех естественно рождает смерть — временную и вечную. Но теперь явилась спасительная благодать всем человекам, — и все верующие и покорные ей могут спастись; никто не может отговариваться невозможностью или неспособностью. Эта спасительная благодать находится в Церкви Христовой; держись ее, исполняй ее предписания и заповеди, участвуй в ее таинствах и Богослужении, — и ты непременно спасешься.

Итак, спасительная благодать Божия требует от нас, чтобы мы отвергнув нечестие, т.е. холодность и отчужденность от Бога, самолюбие и всякие мирсие и плотские похоти, старались жить праведно, целомудренно и благочестиво в нынешнем веке, ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа. Говоря о нынешнем веке, апостол имеет в виду другой век, будущий, конца не имеющий, как видно это в конце нынешнего чтения, да и в слудующих сейчас словах; ибо далее он говорит, что мы все должны ожидать блаженного упования, т.е. воскресения мертвых, всеобщего суда, жизни будущего века и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, разумея под явлением славы Христовой второе Его пришествие в страшной славе Отца небесного, когда вечную славу Его увидят все народы и племена земные и не могут не признать Его Богом, хотя тогда Он будет для многих только Богом Мстителем и грозным Судиею. Апостол далее говорит, что Иисус Христос отдал Себя за нас, т.е. явившись в мир в образе человека, исполнил за нас всякую правду Божию, научил нас благочестию, пострадал, умер и воскрес для нас и дал нам все силы к жизни праведной для того, чтобы избавить нас от всякого беззакония и очистить Себе народ особенный, ревностный к добрым делам.

Вот и мы с вами, братия и сестры, имеем счастие быть особенным народом — народом Христовым. Но, спрашиваю, особенный ли мы в самом деле по жизни и по делам народ, ревностны ли мы к добрым делам? Не бываем ли спешны и ретивы на грех? — Весьма часто. — Но да сохранит Бог впредь нас от поспешности на грех, да не быдет этого ни с кем из нас; напротив будем спешны на всякое доброе дело. Далее апостол напоминает о добрых делах, кои должны исполнять христиане, а именно о повиновении начальству и властям, о готовности на всякое доброе дело, например на самоотвержение из любви к Богу и ближнему, на милосердие и взаимную помощь, — о том, чтобы не злословить, не браниться, не поносить ближних ругательными словами в гневе и злобе, — не быть сварливыми или вздорными, неуступчивыми, но тихими и кроткими ко всем. За сим богомудрый апостол исповедует над собою великую милость Божию, что и его Господь спас не за дела праведности, которые он прежде сотворил, ибо и он был некогда несмыслен, т.е. когда был еще гонителем Церкви Божией, непокорен, заблуждший, раб похотей и различных удовольствий, жил в злобе и зависти, был гнусен и ненавидел христиан, — но по Своей милости извлек его Господь из бездны погибели и омыл банею возрождения, т.е. крещения и обновления Святым Духом, Которого излил на него обильно Отец небесный чрез Иисуса Христа, Спасителя нашего — дабы, оправдавшись Его благодатию, как ему, так и всем христианам сделаться, по упованию, наследниками жизни вечной. И так прочь от нас темная несмысленность в делах благочестия, свойственная непросвещенным язычникам, ходящим во тьме и тени смертной, отринем от себя далече непокорность, похоти и различные непозволенные глупые и грубые удовольствия, злобу и зависть, всякие гнусные дела и ненависть друг ко другу; и будем жить в любви и взаимопомощи и во всяком благочестии и чистоте; будем народом особенным, ревностным к добрым делам. Будем всегда помнить, что от нас требуется святая жизнь, — наша жизнь должна разниться от жизни магометан и евреев, как небо от земли; мы должны жить на земле небесно, как чада Божии; наша любовь к Богу и ближнему должна быть горячая, нелицемерная, бескорыстная, твердая, постоянная; мы должны постоянно хранить чистоту и целомудрие, воздержание, творить всякую правду, ненавидеть ложь; являть кротость и терпение ко всем.

Мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. 12:14). Аминь.

Крещение Господне. (Митропролита Антония Храповицкого)

С каким чувством благоговения ко Христу и благодарности к родным, которые нас приводят к вере, мы вспоминаем о своем крещении; как дивно думать, что потому, что наши родители или близкие нам люди открыли веру во Христа, поручились за нас перед Церковью и перед Богом, мы, таинством крещения, стали Христовы, мы названы Его именем. Мы это имя носим с таким же благоговением и изумлением, как юная невеста несет имя человека, которого она полюбила на жизнь и на смерть и который дал ей свое имя: как это человеческое имя мы бережем! Как оно нам дорого, как оно нам _свято_, как нам страшно было бы поступком, образом своим его отдать на хулу недоброжелателям… И именно так соединяемся мы со Христом. Спаситель Христос, Бог наш, ставший человеком, нам дает носить Свое имя. И, как на земле по нашим поступкам судят о всем роде, который носит то же имя, так и тут по нашим поступкам, по нашей жизни судят о Христе.

Какая же это ответственность! Апостол Павел почти две тысячи лет тому назад предупреждал молодую христианскую Церковь, что ради тех из них, которые живут недостойно своего призвания, хулится имя Христово. Разве не так теперь? Разве во всем мире сейчас миллионы людей, которые хотели бы найти смысл жизни, радость, глубину в Боге, не отстраняются от Него, глядя на нас, видя, что мы не являемся, увы, живым образом евангельской жизни — ни лично, ни как общество?

И вот в день Крещения Господня хочется перед Богом сказать от себя и призвать всех сказать, кому было дано креститься во имя Христа: Вспомните, что вы стали теперь носителями этого святого и божественного имени, что по вас будут судить Бога, Спасителя вашего, Спасителя всех, что если ваша жизнь — моя жизнь! — будет достойна этого дара Божия, то тысячи вокруг спасутся, а если будет недостойна — пропадут: без веры, без надежды, без радости и без смысла. Христос пришел на Иордан безгрешный, погрузился в эти страшные Иорданские воды, которые как бы отяжелели, омывая грех человеческий, образно стали как бы мертвыми водами — Он в них погрузился и приобщился нашей смертности и всем последствиям человеческого падения, греха, унижения, для того, чтобы нас сделать способными жить достойно человеческого нашего достоинства, достойно Самого Бога, Который нас призвал быть родными Ему, детьми, быть Ему родными и своими…

Отзовемся же на это дело Божие, на этот Божий призыв! Поймем, как высоко, как величественно наше достоинство, как велика наша ответственность, и вступим в теперь уже начавшийся год так, чтобы быть славой Божией и спасением каждого человека, который прикоснулся нашей жизни! Аминь.

Крещение Господне. (Архиепископа Сурожского Антония)

Какие бывают животворящие и какие бывают страшные воды… В начале Книги Бытия мы читаем о том, как над водами носилось дыхание Божие и как из этих вод возникали все живые существа. В течение жизни всего человечества — но так ярко в Ветхом Завете — мы видим воды как образ жизни: они сохраняют жизнь жаждущего в пустыне, они оживотворяют поле и лес, они являются знаком жизни и милости Божией, и в священных книгах Ветхого и Нового Завета воды представляют собой образ очищения, омовения, обновления.

Но какие бывают страшные воды: воды Потопа, в которых погибли все, кто уже не мог устоять перед судом Божиим; и воды, которые мы видим в течение всей нашей жизни, страшные, губительные, темные воды наводнений…

И вот Христос пришел на Иорданские воды; в эти воды уже не безгрешной земли, а нашей земли, до самых недр своих оскверненной человеческим грехом и предательством. В эти воды приходили омываться люди, кающиеся по проповеди Иоанна Предтечи; как тяжелы были эти воды грехом людей, которые ими омывались! Если бы мы только могли видеть, как омывающие эти воды постепенно тяжелели и становились страшными этим грехом! И в эти воды пришел Христос окунуться в начале Своего подвига проповеди и постепенного восхождения на Крест, погрузиться в эти воды, носящие всю тяжесть человеческого греха — Он, безгрешный.

Этот момент Крещения Господня — один из самых страшных и трагических моментов Его жизни. Рождество — это мгновение, когда Бог, по Своей любви к человеку желающий спасти нас от вечной погибели, облекается в человеческую плоть, когда плоть человеческая пронизывается Божеством, когда обновляется она, делается вечной, чистой, светозарной, той плотью, которая путем Креста, Воскресения, Вознесения сядет одесную Бога и Отца. Но в день Крещения Господня завершается этот подготовительный путь: теперь, созревший уже в Своем человечестве Господь, достигший полной меры Своей зрелости Человек Иисус Христос, соединившийся совершенной любовью и совершенным послушанием с волей Отца, идет вольной волей, свободно исполнить то, что Предвечный Совет предначертал. Теперь Человек Иисус Христос эту плоть приносит в жертву и в дар не только Богу, но всему человечеству, берет на Свои плечи весь ужас человеческого греха, человеческого падения, и окунается в эти воды, которые являются теперь водами смерти, образом погибели, несут в себе все зло, весь яд и всю смерть греховную.

Крещение Господне, в дальнейшем развитии событий, ближе всего походит на ужас Гефсиманского сада, на отлученность крестной смерти и на сошествие во ад. Тут тоже Христос так соединяется с судьбой человеческой, что весь ее ужас ложится на Него, и сошествие во ад является последней мерой Его единства с нами, потерей всего — и победой над злом.

Вот почему так трагичен этот величественный праздник, и вот почему воды иорданские, носящие всю тяжесть и весь ужас греха, прикосновением к телу Христову, телу безгрешному, всечистому, бессмертному, пронизанному и сияющему Божеством, телу Богочеловека, очищаются до глубин и вновь делаются первичными, первобытными водами жизни, способными очищать и омывать грех, обновлять человека, возвращать ему нетление, приобщать его Кресту, делать его чадом уже не плоти, а вечной жизни, Царства Божия.

Как трепетен этот праздник! Вот почему, когда мы освящаем воды в этот день, мы с таким изумлением и благоговением на них глядим: эти воды сошествием Святого Духа делаются водами Иорданскими, не только первобытными водами жизни, но водами, способными дать жизнь не временную только, но и вечную; вот почему мы приобщаемся этим водам благоговейно, трепетно; вот почему Церковь называет их великой святыней и призывает нас иметь их в домах на случай болезни, на случай душевной скорби, на случай греха, для очищения и обновления, для приобщения к новизне очищенной жизни. Будем вкушать эти воды, будем прикасаться к ним благоговейно. Началось через эти воды обновление природы, освящение твари, преображение мира. Так же как в Святых Дарах, и тут мы видим начало будущего века, победу Божию и начало вечной жизни, вечной славы — не только человека, но всей природы, когда Бог станет всем во всем.

Слава Богу за Его бесконечную милость, за Его Божественное снисхождение, за подвиг Сына Божия, ставшего Сыном человеческим! Слава Богу, что Он обновляет и человека и судьбы наши, и мир, в котором мы живем, и что жить-то мы все-таки можем надеждой уже одержанной победы и ликованием о том, что мы ждем дня Господня, великого, дивного, страшного, когда воссияет весь мир благодатью принятого, а не только данного Духа Святого! Аминь.

(19 января 1973 г.)

Слово на день Богоявления. (Митрополита Филарета Вознесенского)

В день праздника Богоявления — Крещения Господня, всякому православному христианину не лишние вспомнить о другом крещении, о том крещении, которое совершено было над каждым из нас, православных христиан, крещении, в котором каждый из нас дал устами своих крестных родителей обещание Богу в том, что он будет всегда отрекаться от Сатаны и дел его и будет всегда соединяться, «сочетаваться » со Христом.

Это, повторяю, является особо приличествующим для настоящего дня. Вот сейчас будет совершаться торжественный чин великого освящения воды. Его центром, главной, можно сказать частью, является величественная молитва, в которой прославляется Господь и призывается благодать Святого Духа на освящаемую воду. Молитва эта начинается прекрасными словами: «Велик еси, Господи, и чудна дела Твоя и ни едино убо слово достойно есть к пению чудес Твоих». Те, кто бывал при совершении таинства крещения и присутствовал внимательно, те знают, что молитва на освящение воды, в которой будет креститься человек, начинается этими же словами, и первая часть этой молитвы совершенно одинакова, как при великом освящении воды, так и при совершении таинства крещения. И только потом, в последней части, молитва при совершении таинства крещения изменяется, применительно к этому таинству, когда будет креститься новая душа человеческая.

Так вот, не мешало бы нам вспомнить о тех обетах, которые даны при крещении от лица каждого из нас. Когда человек крестится взрослым, как это и теперь иногда бывает, а в особенности часто было в древности, то он сам дает обеты от своего лица, а если он крестится в младенчеств, то за него эти обеты произносит его крестный отец или крестная мать — «восприемники», как их называет Церковь. И вот эти обеты, в которых христианин обещался Богу отрицаться Сатаны и всех дел его и сочетаться, соединиться со Христом, эти обеты не только забываются людьми, но многие вообще ничего не знают о них и о том, что эти обеты за них произнесены и что они должны были бы подумать о том, как надо эти обеты исполнить.

А что, если в последний день истории человеческого рода на земле — в день Страшного Суда окажется, что человек обеты-то дал (или за него дали восприемники), а он и не знает, какие это обеты и что было обещано? Что будет с таким человеком?

Подумайте, братия, о том, что значит отречься от сатаны и всех дел его и сочетаться Христу.

Сейчас время такое, что человечеством овладела богопротивная суета, в которой царствует враг рода человеческого и, как говорилось в старину, заставляет почти всех людей «плясать под свою дудку».Вся эта суета, из которой слагается наша теперешняя жизнь, есть суета богопротивная, в которой Бога нет, в которой хозяйничает и управляет Божий враг. Если мы дали обет отречься Сатаны и всех дел его, то должны, исполняя его, стараться не подавлять свою душу этой суетой, но отказаться от нее, и помнить о том, что, как говорит Церковь, «едино есть на потребу » — одно только нужно — помнить, что надо сочетаться Христу, т. е. не только исполнять заповеди Его, но и стараться соединиться с Ним.

Подумай же об этом, душа христианская, в этот день светлого и великого праздника, подумай, и молись, чтобы Господь послал тебе твердую веру и решимость эти обеты исполнить, а не поглощаться суетой мира и терять связь с Господом, с Которым ты обещался сочетаться навсегда.

Сегодняшний праздник именуется праздником Крещения Господня, иначе праздником Богоявления; но те, кто хорошо знают церковный устав, знают и то, что иногда в этом устав он также именуется «праздником святых Богоявлений » — во множественном числе.

Почему? А вот почему: конечно, центром воспоминаний нынешнего праздничного дня является то, о чем сегодня пели певцы — «Бог Слово явися плотию роду человеческому». Воплощенный Сын Божий, о рождестве Которого, когда Он родился, знали только совсем немногие, «явися роду человеческому», ибо Его крещение есть как бы торжественное выступление Его на Свое служение, которое Он после этого и совершал до смерти и воскресения Своего.

Но в то же самое время, сегодняшний праздник характерен тем, что, как поется в его тропаре, в этот именно праздник «тройческое явися поклонение«.Все три Лица Святой Троицы впервые явились в раздельности Своей, почему и именуется этот праздник, повторяю, «праздником святых Богоявлений». Люди услышали голос Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение«, Сын Божий принимал крещение от Иоанна (причем, мы знаем из Евангелия, что Иоанн Креститель как бы растерялся, когда пришел к нему Спаситель мира, и пробовал Его удержать), а Дух Святый в вид голубя от Отца сошел на Сына. Таким образом, впервые «тройческое явися поклонение», почему Церковь так и поет в тропаре, почему и называет этот праздник «праздник святых Богоявлений».

Христос Спаситель явился, чтобы начать Свое спасительное служение. Не так давно здесь, когда был другой великий праздник Рождества Христова, мы говорили о том, что Господь Своим рождеством в убогом вертепе, когда Он соблаговолил положиться в скотских яслях, этим, как бы подчеркнуто отверг всякую земную славу, всякую земную пышность и великолепие, ибо не благоволил Он явиться в царских чертогах или богатых палатах, а вот именно в этих убогих и скромных условиях. И этим сразу показал, что Он принес на землю новое начало, начало смирения.

Смотрите же, как Он, так сказать, верен Сам Себе, как Он и ныне, в сегодняшний великий праздник, то же самое начало смирения проводит явно и несомненно для нас. Ибо куда Он пришел? На Иордан. Зачем? Креститься от Иоанна. Но к Иоанну приходили грешники, исповедывали ему грехи свои и крестились. А Он был без греха, «неприкосновенен греху», абсолютно от него свободен и чист, и, однако же, смиренно становится в ряд с другими грешниками, как будто бы Он нуждается в этом очистительном омовении водой. Но знаем мы, что не вода очистила Его, святейшего и безгрешного, а Он воду освятил тем, что благоволил омыться ею, как об этом пелось сегодня во время освящения воды: «днесь вод освящается естество». Итак, Иисус Христос принес на землю начало смирения, и был верен ему в течение всей Своей жизни. Но мало этого. Он и нам оставил завет: «Придите и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим».

Припомните еще один светлый, радостный весенний праздник — праздник Благовещения.

Вот Преблагословенная Дева Мария слышит Архангела благовестие о том, что через Нее совершится — о воплощении Бога. Что говорит Её святейшая, чистейшая и непорочная душа, когда Она пришла к Своей родственнице, Елисавете, чтобы поделиться с ней Своей радостью? Она только говорит: «Величит душа Моя Господа, и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем«. Это смирение и было красотой Её духа. Из самого повествования о Благовещении мы знаем, что Архангел к Ней явился в тот момент, когда Она, прочитавши пророчество Исаии о воплощении Бога от девы, и не помыслила применить это к Себе, но только подумала в глубине смирения Своего: «Как была бы Я рада, если бы Я была последней служанкой у этой благословенной Девы » … И тут пред Ней предстает Архангел Гавриил со своим благовестием. На смирение Ея призрел Господь, Сам кроткий и смиренный.

Он заповедал и нам смирение, вопреки началам гордыни и самолюбия, которыми пышет теперешнее человечество.

Смотрите, почему у нас так много несогласий, и в ограде церковной и в приходах? Потому что всюду сталкиваются раскаленные человеческие самолюбия, а если бы в нас было то смирение, к которому Господь нас призывает, то ничего этого не было бы.

Научимся же, братие, у нашего Спасителя, Который как последний грешник пришел к Иоанну, чтобы креститься от него, научимся от Него этой боголюбезной и благоуханной добродетели, без которой, как говорили святые отцы, никакая другая добродетель совершенной быть не может. Аминь.

Память Собора новомученников и исповедников российских. В воскресенье после 7 февраля н.с. (25 января с.с.)

Слово в день празднования памяти Собора новомучеников и исповедников Российских. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святыи и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? …и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число(Откр. 6:9-10, 11).

Други наши, сегодня праздник молитвенной памяти святых, начало которому было положено тогда, когда они, эти люди, еще жили и только стояли на пороге предлежащего им подвига. И они сами, не ведая того о себе, но пророчески предвидя будущее России, на всероссийском Соборе Русской Православной Церкви в 1917-1918 годах объявили: «Установить по всей России ежегодное поминовение молитвенное в день 25-го января или в следующий за сим воскресный день (…) всех усопших в нынешнюю лютую годину гонений исповедников и мучеников».

Они не знали о себе, но Дух Святой, в Церкви почивающий и Церковь ведущий, их устами изрек явно будущее народа Божия на Руси на длительный период ее истории и назвал его «годиной лютой».

И на этом Всероссийском Соборе, восстановившем на Руси Патриаршество, еще воочию была видна древняя церковная слава России. Но там же ей, этой славе, уже противопоставилось надвигающееся будущее — непримиримая, враждебная сила, ненавидевшая христианство и Крест и обещавшая русской Церкви подвиг мученичества и исповедничества, доселе редко являвшийся в ней.

Непрекращающиеся гонения, в которых рождалась Вселенская Церковь, казалось, обошли Россию. Русь приняла христианство готовым, выстраданным другими, из рук своего правителя — Великого равноапостольного князя Владимира — и вросла в него весьма малыми жертвами. Но могла ли Русская Церковь миновать общий всем христианам путь, начертанный Христом?»…возложат на вас руки и будут гнать вас, предавая… в темницы, и поведут пред… правителей за имя Мое… » (Лк. 21:12). Это Божие определение о Церкви открылось со всей очевидностью еще с апостольских времен. А для России час испытания ее веры, час подвига за Христа пришел в XX веке, ибо не без России Вселенская Церковь должна была достигнуть полноты духовного возраста и совершенства. Почти через тысячелетие после принятия христианства с небывалой силой на Русскую Православную Церковь обрушилось гонение, движимое активным богоборчеством, целью которого было стереть Церковь с лица земли и изгладить само воспоминание о Боге в сердцах россиян. И цель оправдывала средства. В относительно короткий период — за семьдесят лет — земная Русская Церковь пополнила Небесное Отечество множеством русских святых мучеников и исповедников.

Только через семьдесят пять лет постановление, прозвучавшее на Соборе 1917 года, ожило и стало деянием. И в этот день мы совершаем молитвенное поминовение тех, кто пострадал за веру и правду: был расстрелян, замучен, убит, умер от болезней и холода в лагерях — принял мученическую кончину за веру Христову.

Первый период кровопролитных массовых гонений на Церковь Христову начался после декрета об изъятии церковных ценностей и опубликования в печати списка «врагов народа», первым в котором был Патриарх Тихон, а вслед за ним епископы, священники — вся лучшая часть российского духовенства. На конец 1922 года было расстреляно по суду 2691 человек из белого духовенства, 1962 монаха, 1447 монахинь и послушниц. Это перечень лишь тех, чьи «судебные » дела сохранились, а сколько их, безвестных, убиенных без суда и следствия, предстало пред Богом в убеленных страданием победных ризах.

Первый, кто стал во главе новомучеников Российских, — это Патриарх и отец — Святейший Тихон. Это он своим первосвятительским благословением указал чадам Церкви Российской единственно верный путь в «новой » жизни: «А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою… Если нужна искупительная жертва, нужна смерть невинных овец стада Христова, — благословляю верных рабов Господа Иисуса Христа на муки и смерть за Него», — звучит голос отца. Таков путь Христа, таков путь Его Святой Церкви. Таков путь каждого, кто стал христианином. И Церковь Божия, и подвижник Христов свободно идут на крест и взойдут на него. В свободе — и сила подвига, и его ценность.

Принимая патриарший посох в 1918 году, митрополит Тихон знал предлежащий ему путь и не отрекся от крестного подвига. «Ваша весть об избрании меня в Патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: «Плач, и стон, и горе… » Отныне на меня возлагается попечение о всех церквах Российских и предстоит умирание за них, во вся дни», — сказал Владыка Тихон в день своего избрания. И его умирание началось с первых дней.

Против христианства, вооруженного лишь крестом и молитвой, ополчились власть и вся сила зла в безумном порыве уничтожить, растоптать в нем Христа. И Россия во главе со своим Патриархом вступила на свою Голгофу.

Патриарх Тихон в сонме мучеников Российских, казалось, был лишен радости мученического венца, но по силе страданий он стал первым. Его бескровное мученичество было непрестанным в течение долгих семи лет. Ежедневно, ежечасно, до последнего дня жизни, до смерти. Для пользы Церкви он принял подвиг менее видный, более будничный, подвигом и не кажущийся. Он боролся с врагом, его насилием, издевательством и коварством за свободу Церкви. И Церковь, сохраненная его подвигом, взывает ныне: «Святителю отче Тихоне, моли Бога о нас».

С Всероссийского Собора, не дождавшись его окончания, только получив благословение Богом дарованного Патриарха, уехал на страдание и смерть митрополит Киевский и Галицкий Владимир (Богоявленский). Священномученик митрополит Владимир шестьдесят лет шел по жизни за Богом.

Его жизнь была исполнена трудов и страданий. Ими учился он всегда и во всем исполнять волю Божию. В Церкви он прошел послушание от семинариста до митрополита. В трагической смерти своей жены и единственного ребенка тогда еще молодой священник, он усмотрел Промысел Божий.

И путь монашеского послушания стал единственным для него до конца дней. Владыка всегда был с народом Божиим как истинный пастырь во всех его бедах. Особенно это поразительно проявилось во время холерной эпидемии и неурожая в Самарской губернии. С крестом и молитвой он появлялся в холерных бараках, совершал молебствия на площадях — бесстрашный воин Христов и пастырь добрый. Он учил, вразумлял, лечил, кормил, согревал. И любовь народная была ему наградой.

Истинное смирение вознесло святителя Владимира на такую высоту, какая только была возможна на положении иерарха. Он с застенчивостью и удивлением говорил о себе, что стал как бы Всероссийским митрополитом, последовательно занимая все основные митрополичьи кафедры России — Москвы, Cанкт-Петербурга и Киева.

Нельзя умолчать об одной весьма важной детали. В 1915 году Владыку перевели на Киевскую кафедру, и он, словно предвидя предлежащее ему, был удручен. Но на вопрос близкого ему человека: «Не лучше ли теперь уйти ему на покой?» — митрополит Владимир ответил спокойно: «Да, судя по человеческим соображениям, я с вами согласен. А по Божиему как? Угодно ли испытывать и предупреждать волю Божию?» Вот она — общая черта в жизни всех святых людей — «А по Божиему как?»

По Божиему митрополиту Владимиру, митрополиту Вениамину, архимандриту Сергию, мирянам Юрию и Иоанну, Великой княгине Елисавете и инокине Варваре надлежало отвергнуться себя, отвергнуться человеческого и взять Божие — крест свой и следовать за Христом. И они, движимые духом любви ко Христу, пошли на подвиг. Они ощущали присутствие Святого Духа, когда радость становится вечной.

Отстаивая единство Украинской Церкви со Всероссийской Православной Церковью, владыка Владимир незадолго до своей гибели сказал: «Я никого и ничего не боюсь. Я на всякое время готов отдать свою жизнь за Церковь Христову, за веру Православную, чтобы не дать врагам ее посмеяться над нею. Я до конца буду страдать, чтобы сохранилось Православие в России там, где оно начиналось». Как перекликаются эти слова его со словами Патриарха Тихона: «Пусть погибнет имя мое в истории, только бы Церкви была польза».

И там, где крестилась Русь во Христа, где руками апостола Андрея Первозванного было воздвигнуто знамение победы — Крест Христов — в Киеве над Днепром был вознесен на крест преемник апостольского служения священномученик митрополит Владимир, и с этого же места началось крещение Русской Церкви огнем и кровью. Без суда, без объявления вины, как на разбойника, вышли взять митрополита неведомые, не знаемые никем, новые хозяева жизни со штыками и огнем. Издевались над ним, вывели за ворота Киево-Печерской Лавры. А он, воздев руки свои к небу, молился. Потом, благословляя крестообразно обеими руками своих убийц, сказал: «Господь вас благословляет и прощает». Мученик сам благословил смерть свою и вымолил убийцам прощение. «Господь вас прощает! » А распоясавшийся мир зла, не вынося укоризн правды и света, смертельными пулевыми и штыковыми ранами завершил суд над правдой.

Это было первое кровавое злодеяние, и «судя по-человечески, ужасною кажется эта кончина, но нет ничего напрасного в путях Промысла Божия, и мы глубоко верим… что эта мученическая кончина владыки Владимира была не только очищением вольных и невольных грехов его, которые неизбежны у каждого, плоть носящего, но и жертвою благовонною во очищение грехов великой матушки России», — сказал святой Патриарх Тихон о священномученике митрополите Владимире и о всех будущих священномучениках и мучениках земли Российской, которым должно было явиться вослед за этой первой жертвой.

Через четыре года вслед за митрополитом Владимиром мученичеством завершил свой жизненный путь святитель Cанкт-Петербургской епархии — митрополит Вениамин (Казанский). Он помышлял о мученичестве еще в детстве. И это было так глубоко и сердечно, что Господь исполнил желание того, кто возлюбил Его и всей жизнью своей Господу отдал свое сердце. «В детстве и отрочестве я зачитывался житиями святых, — писал о себе владыка Вениамин, — восхищался их героизмом… жалея, что времена не те и не придется пережить то, что они переживали».

Небывалая разруха и голод охватили страну в 1921 году. С ними начались и гонения на Церковь, которые проводились якобы с целью изъятия церковных ценностей. Владыка Вениамин, являя пример высокой христианской любви, благословил передачу ценностей, не имеющих богослужебного употребления, на нужды бедствующих. «Мы все отдадим сами», — говорил он. Но изъятие было не основной целью власть предержащих. Им нужно было устроить показательный судебный процесс над духовенством, обвинив его в заговоре.

Взятый в заточение по этому сфабрикованному делу, владыка митрополит особенно страдал за тех, кто был судим вместе с ним. Страдал от клеветы беззаконных судей и от лукавства лжебратьев — новоявленных «иуд » — обновленцев, предающих истину — Церковь.

Напрасно любящая владыку паства ходатайствовала за него, напрасны были и его духовная мудрость, и разум, изобличавшие всякие клеветы на подсудимых. Приговор — «повинен смерти » — ничто не могло изменить. И, ожидая исполнения своей участи, митрополит Вениамин оставляет своим ученикам и сопастырям заповедь — бессмертные слова возвышенной силы. «Тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует и утешение от Бога. Трудно переступить этот рубикон, границу, всецело предаться воле Божией. Когда это совершится, тогда человек избыточествует утешением, не чувствует самых тяжких страданий». «Страдания достигли своего апогея, но увеличилось и утешение, — пишет он. — Я радостен и покоен… Христос — наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее надо иметь нам, пастырям. Забыть свою самонадеянность, ум, ученость и дать место благодати Божией».

На суде в своем последнем слове владыка Вениамин сказал: «Я не знаю, что вы мне объявите в вашем приговоре — жизнь или смерть, но, что бы вы в нем ни провозгласили, я с одинаковым благоговением обращу свои очи горе, возложу на себя крестное знамение и скажу: «Слава Тебе, Господи Боже, за все».

Незадолго до исполнения приговора близкие получили митрополичий клобук владыки Вениамина, и на донышке его с внутренней стороны было написано: «Я возвращаю мой белый клобук незапятнанным». По достоверным сведениям владыка митрополит шел на смерть спокойно, тихо шепча молитву и крестясь.

Участь владыки разделили и миряне, активные участники в церковной жизни: мученики Юрий и Иоанн, а также священномученик архимандрит Сергий. Архимандрит Сергий, обращаясь к суду, в последнем слове сказал, что монах очень тонкой нитью связан с жизнью. Его удел — богомыслие и молитва, и разрыв этой нити для монаха не страшен. «Делайте свое дело. Я жалею вас и молюсь о вас… » Последними словами его перед смертью были слова молитвы: «Прости им, Боже, не ведают бо, что творят».

«Господи, прости им, не знают, что делают! » — была и последняя молитва Великой княгини Елисаветы перед тем, как черная бездна заброшенной шахты поглотила ее.

Она шла к этой зияющей бездне сознательно, категорически отказавшись выехать из России, когда начались беззакония. Она шла за Христом, и ее душевным очам оттуда, из бездны, бил свет Воскресения. Что привело ее, аристократку, чужестранку в далекий уральский город Алапаевск, ставший для нее Голгофой? Что отдало в руки неведомых, демонической злобой одержимых людей? Жизненные пути их никогда не могли ранее соприкоснуться. Она видела этих людей первый и последний раз в жизни. Она встретилась с ними только для того, чтобы они исполнили над ней приговор неведомо где состоявшегося суда. Но это по человеческому суждению. А как по-Божьи? А пo-Божьи это был суд человеческий — «за Бога » или «против Бога».

И Великая княгиня Елисавета, бывшая протестантка, принявшая Православие на своей новой Родине, в России, и возлюбившая Православную Церковь и Россию «даже до смерти», ответила злу. Какой бы приговор не вынесло ей разнузданное, обезумевшее зло, она примет его как приговор свыше, как ниспосланную ей возможность делом подтвердить то, что составляло смысл и содержание ее жизни.

Любовь к Богу и любовь к людям была истинно смыслом ее жизни, и она привела Великую княгиню на крест. И ее крест вырос и преложился в Крест Христов и стал ее наслаждением.

Великая княгиня потеряла супруга, погибшего от злонамеренной руки террориста. Своими руками она собирает то, что осталось от любимого ею человека, и, неся в сердце боль страшной утраты, идет в темницу к преступнику с Евангелием, чтобы простить его и привести ко Христу с раскаянием.

Вся дальнейшая ее жизнь в России стала делом милосердия в служении Богу и людям. Великая княгиня собрала сестричество, устроив Марфо-Мариинскую обитель и служа по примеру двух евангельских сестер всем обездоленным и скорбящим. Она вложила в это дело все свои средства, отдала все без остатка, и сама отдалась вся до конца. Ее любовь к людям возвращалась к ней ответной любовью людей.

Инокиня Варвара, бывшая при Великой княгине-матушке во дни ее трудов, не пожелала оставить ее и в последнем подвиге — умирания. И она восхитила мученический венец своим самоотречением и самоотдачей.

В тяжелые мятежные дни 17-го года, когда рушились устои былой России, когда готовились в лице Государя убить русскую государственность, когда все святое подвергалось поруганию, а святыни Кремля — обстрелу, Великая княгиня Елисавета писала, что именно в этот трагический момент она почувствовала, до какой степени «Православная Церковь является настоящей Церковью Господней. Я испытала такую глубокую жалость к России и к ее детям, — пишет она, — которые в настоящее время не знают, что творят. Разве это не больной ребенок… Хотелось бы понести его страдания, научить его терпению, помочь ему… Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет. Полностью разрушена Великая Россия, бесстрашная и безукоризненная».

И из разрухи и пепелища России, из болей целого народа, из бесчисленных ее смертей звучит глас святой жертвы, утверждающий жизнь: «Святая Россия » и Православная Церковь, которую «врата ада не одолеют»,— существует, и существует более, чем когда бы то ни было». Эти слова были написаны ею в преддверии могилы.

«Я… уверена, — продолжает Великая княгиня, — что Господь, Который наказывает, есть тот же Господь, Который и любит». Вот мера ее духовного возраста, вот мера ее истощания. Она уже сама добровольно стала жертвой, и Господь принял ее жертву за Россию, которую она так любила. И ни единой бы власти не имели над ней эти, невесть откуда появившиеся на ее жизненном пути люди-палачи, если бы не было дано им свыше. Всех, кто был с Великой княгиней Елисаветой, побросали в шахту живыми, кроме одного, оказавшего сопротивление. Они умерли не сразу. Еще долго слышали местные жители Херувимскую песнь, пробивающуюся из-под земли. А Великая княгиня и там, в этой их братской могиле, продолжала делать дело Божие — голова одного из тех, кто был с ней, перевязана была ее апостольником.

Когда через три месяца после смерти мучеников нашли место их упокоения, то увидели, что Великая княгиня лежала на бревенчатом выступе на глубине пятнадцати метров, с образом Спасителя на груди, который был благословлен ей в день присоединения ее к Православию. Праведники во веки живут!

И русские новомученики — это те, ожидаемые Вселенской Церковью жертвы, кои дополнили число убиенных за Слово Божие. И кто знает, сколько еще продлится то «малое » апокалиптическое время, в кое дозревает земная Церковь до Суда Божия, который отметит живущим на земле за кровь праведников?

«Новые страстотерпцы Российстии, исповеднически поприще земное претекшии, страданьми дерзновение приимшии, молитеся Христу, вас укрепившему, да и мы, егда найдет на ны испытания час, мужества дар Божий восприимем. Образ бо есте лобызающим подвиг ваш, яко ни скорбь, ни теснота, ни смерть от любве Божия разлучити вас не возмогоша».

А мы, взирая на сияние славы сих Российских мучеников с надеждой на возрождение нашей Церкви, нашей Родины — многострадальной России, — из глубины своих верующих сердец взываем ныне: «Святии новомученики и исповедники Российстии, молите Бога о нас! » Аминь.

31 января (13 февраля) 1994 года

Перенесение мощей святителя Григория Богослова. 9 февраля н.с. (27 января с.с.). Память Святителя Григория Богослова. 21 мая н.с. (8 мая с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Святитель Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский, вселенский отец и учитель Церкви, родился в христианской семье знатного рода, в 329 году, в Арианзе (недалеко от города Назианза Каппадокийского). Отец его, также святитель Григорий, был епископом Назианским (память 14 января н.с., 1 января с.с.). Мать, святая Нонна, († 374, память 18 августа н.с., 5 августа с.с.), молила Бога о сыне, дав обет посвятить его Господу. Как ей было открыто в сновидении, она назвала первенца Григорием. Когда сын выучился читать, мать подарила ему Священное Писание. Святой Григорий получил самое полное и разностороннее образование: после домашних занятий с дядей Амфилохием, опытным преподавателем риторики, он учился в школах Назианза, Кесарии Каппадокийской, Александрии. Затем для завершения образования будущий святитель отправился в Афины. На пути из Александрии в Элладу (352 год), во время страшного многодневного шторма, он боялся только того, что «убийственные воды лишат его вод очистительных». «Двадцать дней и ночей, — рассказывает святой Григорий, — лежал я на корме корабельной, моля милосердого Бога о спасении, и в этой опасности я дал обет посвятить себя Богу и по обету спасся».

Шесть лет провел святитель в Афинах, изучая там риторику, поэзию, геометрию и астрономию. Его учителями были известные языческие риторы Гиморий и Проэресий. Вместе со святым Григорием учился святой, будущий архиепископ Кесарии Каппадокийской († 379, память 14 января н.с., 1 января с.с.). Дружба, заложенная еще в школе Кесарии, выросла в глубокие духовные узы. Знакомство с Юлианом, будущим императором (361-363) — отступником от веры Христовой, обернулось скоро непримиримой враждой.

По завершении образования святой Григорий оставался некоторое время в Афинах и преподавал красноречие. Он прекрасно знал языческую дохристианскую философию и литературу.

В 358 году святой Григорий тайно покинул Афины и вернулся к родителям в Назианз. Здесь он, почти в 30-летнем возрасте, принял от своего отца святое Крещение. Теперь он, для которого «более значило быть последним у Бога, чем первым у царя», колебался только в том, какой путь «предпочесть: созерцательный или деятельный».

По приглашению святого Василия он удалился в пустыню, чтобы подвизаться рядом с ним.

По требованию отца святой Григорий в 361 году вернулся в Назианз и принял сан пресвитера. Однако, чувствуя, что для него неизмеримо ближе уединение и безмолвная молитва, чем пастырская деятельность, святой Григорий снова поспешил в пустыню к святому Василию. Там, в уединении, он укрепился духом, нашел силы вернуться к пастве и с честью исполнять свой долг. Вскоре святому Григорию выпало трудное дело примирения епископа Григория, его отца с паствой, которая осудила своего пастыря за подписание двусмысленного изложения догматов веры. Святой Григорий дал пастве время на изъявление первых чувств, а затем убедил отца открыто признать свою ошибку. После этого он, произнеся проповедь о необходимости примирения, достиг желаемого. Святитель Василий Великий поставил святого Григория епископом города Сасима, но, чтобы поддержать престарелого отца, святитель Григорий остался в Назианзе и после смерти отца некоторое время управлял паствой этого города.

По смерти Константинопольского патриарха Валента в 378 году, Антиохийский Собор пригласил святителя Григория помочь Константинопольской Церкви, которая в то время более чем какая-либо другая была опустошена еретиками. Получив согласие святителя Василия Великого, святитель Григорий прибыл в Константинополь на Патриарший престол. В 379 году он начал служить и проповедовать в небольшой домовой церкви своих родственников. Он назвал эту церковь Анастасия ( «Воскресение «), веря, что именно в этом небольшом храме и начнет воскресать Православие. Повсюду господствовали еретики — ариане и аполлинаристы. И чем громче звучала его проповедь, тем более увеличивалось собрание храма и тем сильнее росло сопротивление еретиков.

В ночь на Пасху 21 апреля 379 года, когда святитель Григорий совершал Крещение новообращенных, толпа вооруженных еретиков ворвалась в храм и обрушила на православных град камней, умертвив одного епископа и ранив святого Григория. Но терпение и кротость святого были его лучшей броней, а слово собирало православных.

Сочинения святителя Григория — слова, письма, стихи, показывают, что он стремился быть проповедником достойным истины Христовой. Ему был ниспослан дар слова, и святой хотел принести его в дар Богу-Слову: «Сей дар приношу я Богу моему, сей дар посвящаю Ему: — это одно, что осталось у меня и чем богат я; от всего прочего отказался я по заповеди Духа; всё, что ни имел, променял за драгоценную жемчужину. Только словом владею я, как служитель Слова; никогда добровольно не хотел бы пренебрегать этим богатством, я уважаю его, дорожу им, утешаюсь им более, чем другие утешаются всеми сокровищами мира. Оно — спутник всей моей жизни, добрый советник и собеседник; вождь на пути к Небу и усердный сподвижник». Чтобы достойно проповедовать Слово Божие, святой тщательно готовил и обрабатывал свои творения.

В пяти проповедях — «Словах о Богословии», обличая склонных к многословным рассуждениям последователей Евномия, святитель Григорий, прежде всего, дает точные определения, кто с кем и когда может богословствовать. О Боге могут рассуждать только опытные, преуспевшие в созерцании и, прежде всего, чистые душой и телом, или по крайней мере очищающие себя. Рассуждать о Боге можно только с тем, кто приступает к этому с усердием и благоговением. Объяснив, почему Бог скрыл от человека Свою сущность, святой Григорий указывает, что «облеченным плотию нельзя увидеть умственных предметов без примеси телесного». Богословствовать позволительно лишь тогда, когда мы бываем свободны от внешних впечатлений вещества и от возмущения, когда вождь наш — ум не прирастает к нечистым преходящим образам. Отвечая евномианам, полагавшим с помощью логических умозаключений постичь Божественную сущность, святитель объяснял, что человек познает Бога, когда его богообразное и божественное начало, т. е. ум, соединяется с родственной Сущностью. Далее на примерах патриархов, пророков, апостолов показано, что для земного человека сущность Божия непостижима. Приводил святой Григорий и пример суетного лжемудрствования Евномия: «Бог родил Сына или по Своей воле, или против воли. Если Он родил против воли, то Он потерпел принуждение. Если по Своей воле, то Сын есть Сын хотения».

Опровергая такое рассуждение, святитель показывает вред, наносимый им человеку: «Сам ты, который говоришь так необдуманно, по желанию или не по желанию своего отца произошел? Если не по желанию, то и отец твой потерпел насилие. От кого же это? На природу указать ты не можешь: она чтит целомудрие. А если по желанию, то из-за нескольких слогов ты сам себя лишаешь отца; ибо становишься уже сыном хотения, а не отца». Затем святой Григорий обращается к Священному Писанию, с особым вниманием разбирая места, где указывается на Божественную природу Сына Божия. Многократные толкования святого Григория на Священное Писание посвящены раскрытию мысли, что Божественная сила Спасителя действовала даже и тогда, когда ради спасения человека Он принял на себя немощное естество. Особое место в проповедях святителя Григория занимает полемика против евномиан, хуливших Святого Духа.

Внимательно исследуя всё, что говорится в Евангелии о Третьем Лице Пресвятой Троицы, святитель опровергает ересь евномиан, отвергавших Божество Святого Духа. Он приходит к двум основополагающим выводам. Во-первых, читая Священное Писание, надо отказаться от слепого буквализма и научиться понимать его духовный смысл. Во-вторых, в Ветхом Завете Дух Святой действовал прикровенно. В Новом Завете «Дух Святой обитает с нами и яснейшим образом обнаруживает Себя пред нами. Пока не признавали Отца Богом, не безопасно было проповедовать о Сыне, и пока не приняли Сына, не безопасно было, выражусь несколько смело, обременять нас Духом Святым. Божество Духа Святого — предмет высокий. Вот пред тобою множество свидетельств. Христос рождается — Дух Святой предшествует; крещается Христос — Дух свидетельствует; Христос совершает чудеса — Дух сопутствует; Христос возносится — Дух приходит вместо Него. И что же есть великого и Божественного, чего Он не мог бы? Какое Имя, принадлежащее Божеству, не принадлежит Ему, кроме нерожденности и рожденности?.. Я изумляюсь, когда вижу такое богатство названий, — трепещу, когда подумаю, какие Имена хулят те, которые восстают на Духа!

Содержание проповедей святителя Григория этим не исчерпывается. Им написаны: пять похвальных слов, девять толкований на праздники, два обличительных слова на Юлиана Отступника — «Два столба, на которых неизгладимо записано нечестие Юлиана для потомства » и проповеди на другие темы. Всего сохранилось 45 проповедей святого Григория. Письма святителя принадлежат к лучшим богословским творениям. Все они мастерски обработаны и в большинстве своем кратки. В своих гимнах святитель Григорий, как и во всем, жил для Христа. «Если у еретиков длинные слова, — новые псалтыри, разногласятся с Давидом, и — приятные стихи почитаются третьим Заветом: то и мы будем петь псалмы, и мы станем писать много, и мы будем составлять метры», —говорил святитель. О своем поэтическом даре святитель писал так: «Я — Господень орган и сладостно сложенной песней Вышнего славлю Царя: в трепете все перед Ним». Слава о православном проповеднике распространялась по Востоку и Западу. А святитель жил в столице империи как если бы он жил в пустыне — «пища его была пища пустыни; одежда — одежда нужды; обхождение простое, близ двора — ничего не искал он у двора».

Во время болезни святителю был нанесен удар. Тот, кого он считал своим другом, философ Максим, был тайно посвящен на место святителя Григория в самом Константинополе. Пораженный неблагодарностью Максима, святитель решил оставить кафедру, но верная паства удержала его. Народ изгнал самозванца из города. 24 ноября 380 года в столицу прибыл святой царь Феодосий Великий и, подтвердив свой указ против еретиков, вернул православным главный храм, куда торжественно ввел святителя Григория. Вскоре на жизнь святителя было подготовлено покушение, но тот, кто должен был стать убийцей, сам явился к святому со слезами раскаяния. В 381 году на Втором Вселенском Соборе святитель Григорий был утвержден в сане Константинопольского Патриарха.

По кончине Антиохийского Патриарха Мелетия святитель председательствовал на Соборе. Надеясь примирить Запад с Востоком, он предлагал признать Антиохийским Патриархом Павлина. Когда же прибыли те, кто и ранее действовал против святителя Григория в пользу Максима, многие, особенно египетский и македонский епископат, не захотели считать святого Патриархом Константинопольским. Святитель решил пожертвовать собою для мира Церкви: «Пусть буду я пророком Ионою! Не виновен я в буре, но жертвую собою для спасения корабля. Возьмите и бросьте меня… Я не радовался, когда восходил на престол, и теперь охотно схожу с него». Объявив императору о своем желании оставить столицу, святитель Григорий еще раз явился на Собор, в прощальном слове попросив отпустить его с миром. По возвращении на родину, заботясь о порабощенной аполлинаристами назианзской пастве, он назначил епископом благочестивого Евлалия и удалился в любезное своему сердцу уединение в Арианз. Не оставляя пустыни, святитель с ревностью к истине Христовой утверждал Православие своими письмами и стихами. В 389 году, 25 января, преставился тот, кого Церковь почтила именем, усвоенным любимому ученику Христову — Святому Евангелисту Иоанну.

«Мужественно и сильно хочу я говорить, дабы соделались вы лучшими, дабы от плотского обратились вы к духовному, дабы правильным образом возвысились вы в вашем духе», — говорил святитель Григорий Богослов.

В своих творениях святитель Григорий, как и первый Богослов, весь обращен к Предвечному Слову. Преподобный Иоанн Дамаскин в первую очередь руководствуется святителем Григорием Богословом в своем «Изложении веры».

Тело святителя Григория было погребено в Назианзе. В 950 году святые мощи были перенесены в Константинополь в церковь Святых Апостолов. Позже часть мощей была перенесена в Рим. Предание сохранило черты святого: «лице смиренно, бледно, брови возвышенные и густые, взор кроткий, борода не длинная, но густая и широкая». Уже современники называли своего архипастыря святым. Православная церковь, называя святителя Григория вторым Богословом и таинником, светлым прописателем Святой Троицы, в Богослужебных песнопениях так обращается к нему: «Богословским языком твоим сплетения риторская разрушивый, славне, Православия одеждою свыше истканною Церковь украсил еси: радуйся, отче, Богословия уме крайнейший».

Слово в Неделю о мытаре и фарисее и в день памяти святителя Григория Богослова. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Дорогие мои, други наши, три события, три памяти должны одновременно воскреснуть сегодня в нашем сердце и уме. «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче… » — зазвучало вновь во всеуслышание в храмах Божиих. И повеяло тихим покаянным временем поста. Евангельские фарисей и мытарь заставляют нас сегодня заглянуть в свое сердце и увидеть в нем или фарисейское:»…я не таков, как прочие человецы… » — или, узрев там бездну греха, склониться перед Богом с мытаревым смирением в покаянии (Лк. 18:11).

А день кончины великого вселенского учителя и святителя Григория Богослова 7 февраля н.с. (25 января с.с.) 389 года, память которого пережила шестнадцать столетий, не напомнит ли нам всем о том, что и к нам однажды придет этот всем ведомый, но никому неизвестный, всеми ожидаемый, но мало кому желанный час смертный.

И чем тогда оправдается наша лукавая совесть пред Всеиспытующим Судией? И когда мы сравним свою жизнь с жизнью Григория Богослова и свою веру с верой его, не замедлит ли вырваться из самой глубины сердца нашего покаянный вздох мытаря: «Боже, милостив буди мне грешнику » (Лк. 18:13).

Как не вспомнить в сей день и о праздновании иконе «Утоли моя печали » в память великого благодеяния Матери Божией, многими чудесами явленного народу Божию на Руси в 1771 году во время страшного бедствия — чумы и доныне утоляющей печали наши.

Три события разновременные, но все три подтверждают одно — жизнь человеческая идет в потоке Промысла Божия, и дивное попечение имеет Творец о создании Своем. Учит Господь, назидая нас и словом Своим евангельским, и жизнью избранников Своих, и решительным вторжением в жизнь человеческую Божией благодати силою чуда.

Вот мы теперь живем суетно, у нас нет внимания, чтобы увидеть в своей жизни следы Промысла Божия, у нас нет разумения понять, что же хочет от нас Господь в данных нам обстоятельствах жизни.

А все это потому, что мы забываем о единственной цели земного бытия, о том, что оно — только путь в вечность. Мы забываем и часто становимся дерзкими богоборцами, противниками Божиих определений о нас, не принимая непреложной истины, что единственно крестным подвигом жизни человека начертывается его путь во спасение — в блаженную вечность. Только узкие и тесные врата ведут в Царство Небесное.

Но дверь Божественного милосердия отверста всегда, от начала и до скончания мира. Только как нам отверзать дверь окамененного человеческого сердца навстречу Богу, этому надо учиться, об этом надо думать.

Будем же мы с вами говорить ныне обо всем этом на примере крестного пути жизни великого вселенского учителя и святителя Григория Богослова. И будем же внимательны, дорогие мои, ибо уверен, что богатство жизни святителя дарует каждому из нас то, что нужно именно ему.

Будущий святитель Григорий родился в 328 году в Греции в семье знатного рода: православной христианки — матери Нонны и язычника — отца Григория. Мать, глубоко и искренно преданная воле Божией, покорно проходя чрез посланное испытание — неверие супруга — сочетала напряженную духовную жизнь с жизнью практической, деятельной. Молясь о близких своих, она подкрепляла молитву силой своего милосердия, и результат ее трудов не замедлил явиться.

Отец святителя не просто уверовал во Христа и принял Святое Крещение, но вскоре стал сначала пресвитером, а позднее и епископом Назианским. А сколько слез и трудов стоило праведной Нонне такое преображение супруга, знает лишь Бог.

Сын же ее впоследствии, с благодарной любовью вспоминая мать, писал: «Мать моя, наследовав от отцов святую веру, наложила и на детей своих сию златую цепь. В женском теле нося мужественное сердце, она для того только касалась земли… чтобы чрез здешнюю жизнь приготовиться к жизни небесной… » И венец жизни Нонны — это ее супруг, ставший епископом, ее сын Григорий — великий вселенский учитель, святитель и богослов, и сын ее Кесарии — врач, достигший больших высот во врачебном искусстве, но почитавший высшим счастьем и благом своим быть православным христианином; а дочь Нонны Горгония повторила во многих чертах жизнь своей благочестивой матери. Не оставила святая Нонна миру ничего, кроме живых памятников — детей своих, которые несли в себе, а святитель Григорий и по сей день несет миру, ее не зримые никому материнские труды. И не к нынешним ли матерям обращен пример жизни боголюбивой святой Нонны, ведь главное дело жены-матери, благословенное ей Богом от природы, быть истинно матерью-христианкой, потому что в детях ее всегда кроется будущее мира.

Когда Григорий выучился читать, из материнских рук он получил в подарок книгу жизни — Священное Писание. При этом мать открывает отроку тайну его рождения и одновременно дает родительское завещание на всю жизнь. «Исполни же мое материнское желание,— сказала Нонна,— помни, что я вымолила тебя у Господа, а теперь о том молюсь, чтобы ты был совершен… »

Впоследствии Григорий всю свою жизнь изумлялся избранию своему. «Меня сподобил Христос преимущественной славы. Сперва дал меня в дар матери, которая молилась из глубины сердца, и Сам (Господь) принял меня в дар от родителей, а потом ночным видением вселил в меня любовь к целомудренной жизни», — писал святитель Григорий.

Бережно взращивала мать сына, и в помощь ее трудам чудо Божие укрепило его душу.

Чудный сон — видение, поразившее его детский ум, осталось в сознании святителя как первое ощутимое прикосновение к святыне. В глубоком сне ему представилось, что стоят возле него две прекрасные девы в белых одеждах. Мальчик сразу ощутил, что это не простые смертные, и на вопрос: «Кто они?» — получил ответ: «Одна из нас — чистота, а другая — целомудрие. Мы предстоим Царю Христу. Сын, соедини ум свой с нашими сердцами, чтобы тебя принесли мы на небеса и поставили пред светом Небесной Троицы».

Чистота и целомудрие — вот путь к Небесному Отечеству, путь к Богу.

И мальчик вступает в юность, уже зная истинную ценность добродетелей. Он знает, что не злато и богатство, не блеск учености и премудрости составляют истинное сокровище жизни, но чистота сердца и ума, целомудрие помыслов и тела, только это надо хранить как зеницу ока. Григорий воспринял завет в детстве, пронес, сохранил его в юности. Именно чистотой смог Григорий принять от Бога дар служителя Слова.

Но вернемся теперь в наши дни, к нам, желающим быть с Богом. Кто сегодня может дерзновенно сказать, что он и сам сохранил эти великие в очах Божиих сокровища — чистоту и целомудрие и дал понятие о них своим детям? Ну, а если не сохранили эти добродетели сами и детям своим не передали, то только мытарево смирение, мыта-рев покаянный глас может очистить погрязшую в нечистоте душу и омыть прокаженное тело.

Боже, милостив буди нам грешным!..

Но обратимся в назидание себе к следующему периоду жизни будущего святителя. Рано окончилось домашнее воспитание Григория. Благочестивая мать, видя твердость сына во благочестии, без страха отпускает девятилетнего мальчика в страну далече, чтобы дать ему полное и разностороннее образование.

Григорий отправляется в Кесарию, там он впервые встретился с юношей Василием — тоже будущим святителем Церкви Христовой. Из Кесарии Григорий отправился в Александрию, а затем в Афины. Мир раскинул перед юношей все свое богатство, но и все свои соблазны.

На пороге взрослой жизни, при выходе его в новый обширный мир, как Божие предупреждение, во время плавания Григория по морю разразилась страшная буря, прообразуя собой будущие житейские бури, ожидающие его. Двадцать дней, не чая остаться в живых, лежал на корме юноша Григорий, вымаливая у Бога, чтобы «убийственные воды морские не лишили его очистительных вод крещения». В это время он еще не был крещен. Именно тогда юноша дал обет Богу посвятить всего себя, всю жизнь свою только Ему. И если первое его стремление к Богу было данью послушания матери, то этот обет — уже сознательное и добровольное избрание узкого и прискорбного пути вослед Бога.

Нельзя умолчать и о чудесном откровении, данном Григорию Богом в это трагическое время его жизни. Юноше было открыто, что именно молитва матери возбранила стихии погубить его. Один из спутников Григория, вместе с ним совершавший это путешествие, увидел, как во время бури к кораблю подошла мать Григория, властной твердой рукой взяла корабль и повела в тихую пристань. Вскоре после этого стихия умиротворилась.

А Григорий, пережив бурю в душе, понял, что жизнь его и смерть всецело в руках Божиих. И вступил он в столицу империи, в шумный мир человеком, сокровенным в своем сердце.

И жил в ней уже как в пустыне. Пища его была пища пустыни, одежда — одежда нужды. Он жил близ императорского двора, но ничего не искал у двора.

Впоследствии святитель вспоминал: «Для меня приятен кусок хлеба, у меня сладкая приправа — соль; и питие трезвенное — вода. Мое лучшее богатство — Христос».

А если главное в жизни — Христос, то вся жизнь подчинена Ему. Поэтому, живя в великом граде, полном соблазнов, Григорий знал лишь две дороги: первая и превосходнейшая вела в храм, вторая — к преподавателям светских наук.

Господь послал в подкрепление юноше друга, единомышленника и сотаинника Василия, впоследствии названного Великим. Так вдвоем они начали возрастать от силы в силу, учась покорять дух свой Богу, а плоть — духу.

Вот вы можете мне возразить, что исключительное время и исключительные обстоятельства взрастили сих великих столпов Церкви. Но не в то же ли время, и не в тех ли обстоятельствах, и не у тех ли учителей учился тот, кто стал великим отступником и гонителем Церкви — Юлиан Отступник?

Да, они все трое, как говорят, сидели за одной партой и какое-то время даже были друзьями. Почему же расходятся пути человеческие?

Да, это дело сатаны. Широк и пространен путь, ведущий в погибель, узок путь, ведущий в жизнь. Каждый человек выбирает сам.

Господи! Помогай нам!

И сегодня, как в IV веке, святость и отступничество существуют рядом в одной жизни. Смотрите же, как опасно ходите, все рядом — и спасение, и гибель.

Юноши Григорий и Василий, в пример юношеству нашего времени, чистотою жизни обрели глубину ума. Блестяще окончив учебу, они оба сделали еще один важный шаг к Богу, к святости. Они навсегда умерли для мира, а мир умер для них. Познав светские науки, они вселились в пустыню, чтобы в совершенстве изучать главную науку жизни,— науку познавать Бога — и утвердиться в своем знании и избрании.

Это время святитель Григорий вспоминал с особым чувством. И желал он тогда вдали от всяких житейских попечений, вдали от шума мирского чистым сердцем и умом возноситься к Богу всю оставшуюся жизнь. Но иное определение о нем было начертано Промыслом Божиим. Его стремление к личному подвигу приносилось в жертву Святой Церкви, раздираемой в то время многочисленными еретическими лжеучениями. И дар слова, данный Григорию от Бога, был призван послужить Церкви. «Сей дар приношу я Богу моему, сей дар посвящаю Ему — это одно, что осталось у меня и чем богат я; от всего прочего отказался по заповеди Духа».

В тридцать три года с принятием священного сана окончилось для Григория время ученичества. И вышел будущий святитель на служение и проповедь, неотступно следуя за возлюбленным Христом Спасителем. Десять лет он помогал своему отцу епископу пастырским служением, разделяя с ним все труды и тяготы его. По истечении этих десяти лет святитель Василий Великий, который тогда был уже архиепископом Кесарийским, посвятил священника Григория во епископа.

Каким же мог быть епископ Григорий? От младенческих пелен прошедший путь духовного возрастания в Боге вплоть до пустынножительства, обогащенный всяческим познанием и внешнего, и внутреннего, несущий в себе свет Божественного ведения — он был святым епископом. Епископ-то был святой, да мир-то грешный. А князь мира сего не терпит святости, всеми средствами изощряясь низложить ее. И поток бедствий обрушивается на подвижника. На кафедру, куда был рукоположен епископ Григорий, его не пустил другой архиерей, в котором возобладал дух соперничества. Смерть близких святителя следует одна за другой, и только проникновенные надгробные слова выдают ту скорбь, которую носит он в сердце. И лишь целебный бальзам уединенной молитвы укрепляет страдальца. И это стремление к пустынному уединению не покидает святителя Григория всю жизнь: из пустыни он вышел только по зову Церкви, по долгу послушания ей.

В возрасте пятидесяти лет начинается самый напряженный подвиг святителя. В то время Православная Церковь в Константинополе находилась в предсмертной агонии. Свет истины мерцал только в катакомбах. Сорокалетнее господство арианства, которое само по себе было страшной ересью, породило и другие многочисленные секты. Заблудший народ, «сидящий во тьме и сени смертной», предавался бесконечным «богословским » спорам и прениям. Ремесленники, лавочники, торговцы спорили о Божественности Христа, и споры эти порождали такие чудовищные богохульства, что люди погибали безвозвратно. Тех же, кто миновал этой напасти, бес держал в плену роскоши и омерзительных плотских страстей.

И вот в это пекло ада был призван святитель Григорий — смиренный старец, согбенный, изможденный подвигами поста, молитвы и слез. В Царьграде никто не воспринял его появления серьезно. В доме своих родственников пришлось святителю Григорию устроить домашнюю церковь, которую он назвал «Анастасия», что значит «Воскресение». По мысли святителя, здесь должно было воскреснуть совсем поникшее было в Константинополе православное учение.

Первые службы и проповеди его зазвучали в пустой домашней церкви. Но длилось это недолго. Первое невыгодное впечатление от старца-епископа вскоре сменилось в народе глубоким изумлением и почтением к нему. Громко, убедительно, властно зазвучало его слово.

Но чем больше собиралось к святителю сначала просто слушателей, а потом и молящихся, тем сильнее росло сопротивление ему торжествующего зла. Враг рода человеческого, уязвляемый святым мужем во главу, восстал на него всем своим могуществом. И только Бог хранил избранника Своего. Не раз архиерей со своей паствой был побиваем камнями прямо во время богослужения. Таинство Крещения многие принимали в своей крови. Но вид смерти не устрашил святителя Божия. И иные стрелы готовил его сердцу враг всякой правды: клеветы, ненависти, насмешки, измены тех, кого святитель Григорий прижимал к сердцу своему, как родных детей.

И ни разу не изменил архиерей всеоружию Божию против врага — терпению, смирению, кротости. Дело Божие спело его усердием и приносило плоды. Святитель Григорий назидал православных, смирял еретиков силой Божественного слова и всех равно учил своей строгой святой жизнью.

Так боролся с врагом-диаволом святой муж. Боролся за Церковь, за паству, за каждую заблудшую душу — боролся и побеждал. Народ Божий приобрел истинного пастыря, и дело восстановления Православия в Константинополе было совершено. В 380 году император утвердил указ против еретиков.

А последнюю, самую значительную победу одержал великий вселенский святитель и учитель Церкви в 381 году на Втором Вселенском Соборе, который проходил под председательством самого святителя Григория. На этом Соборе правда Божия восторжествовала окончательно: Церковь получила незыблемый до скончания века Символ веры — залог нашего спасения. Именно на Втором Вселенском Соборе Духом Святым через святых отцов был восполнен составленный в Никее и окончательно определен Символ веры нашей. А святителя Григория этот Собор утвердил Патриархом Константинопольским.

Но любителю пустыни именно тогда Бог судил вернуться в пустыню. Для мира церковного, предотвращая возникшие на Соборе разногласия по поводу избрания его Патриархом, святитель сам пожелал скрыться в уединение, которое любил измлада, которого и сейчас желала душа его.

За понесенные труды святитель Григорий просил Собор отпустить его на покой. В прощальном слове он подвел итог трудам своим во славу Божию. Святитель говорил:

«Прости, «Анастасия», получившая от благочестия наименование, ибо ты воскресила нам учение, дотоле презираемое!

Прости, место общей победы над ересью, Константинополь, в котором водрузили мы скинию (Православную Церковь), сорок лет носимую и странствующую в пустыне!

Прости, великий и славный храм, получивший настоящее величие от Слова, храм через меня сделался Иерусалимом!

Прости, кафедра — эта завидная и опасная высота.

Прости, собор архиереев, почтенных сановитостью и летами.

Простите мне, служащие Богу при священной трапезе!

Простите, страннолюбивые и христолюбивые домы, помощники моей немощи!

Простите, любители моих слов, простите и парадные стечения…

Простите, Восток и Запад!

За вас и от вас терпим мы нападения: свидетель сему Тот, Кто примирил нас. А сверх того и паче всего воскликну:

Простите, Ангелы, хранители и моего здесь пребывания и отшествия отсюда.

Прости мне, Троица, мое помышление и укрепление.

Чада, сохраните предание».

После сего великий святитель и учитель Церкви удалился в пустыню. Не оставляя пустыни в последние два года жизни, архиерей Божий, ревностный к истине Христовой, утверждал Православие своими письмами и стихами. Умер святитель в возрасте шестидесяти двух лет. По смерти святителя Григория Церковь усвоила ему имя Богослова, таинника Божия, как светлому прописателю и служителю Святой Троицы.

А вот его предсмертное стихотворение:

«Последний подвиг жизни близок; худое плавание окончено: уж вижу казнь за ненавистный грех, и вижу мрачный тартар, пламень огненный, глубокую ночь, позор обличенных дел, которые теперь сокрыты. Но умилосердись, Блаженный, и даруй мне хотя вечер добрый, взирая милостиво на остаток жизни моей!

Много страдал я, и мысль моя объемлется страхом; не начали ли уже преследовать меня страшные весы правосудия Твоего, Царь? Пусть сам я понесу свой жребий, переселившись отсюда и охотно уступив снедающим сердце напастям, но вам, которые будут жить после меня, даю заповедь: нет пользы в настоящей жизни, потому что жизнь эта имеет конец».

Неисповедимы судьбы Божий. «Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом«, — говорит Писание (Притч. 19:21). Пример жизни святителя подтверждает истинность этих слов, и пример его для нас поразителен.

Вся жизнь святителя прошла в гонениях, вся в трудах, вся в великом терпении. Его гнали, а он благословлял и самоотверженно трудился во славу Божию для духовной пользы мира. Какой короткой была его жизнь! Но за шестьдесят два года он сумел сделать столько, что по сей день от его трудов мир питается здоровой пищей духа.

Вот и смотрите, дорогие мои, что может совершить человек силой Духа, силой Божией!

Я рассказал вам немного, но и это дает понять, что совсем нет у нас основания вставать пред Богом, как фарисей. Понурив головы свои, должны мы сказать: «Да, Господи! мы не такие, как прочие человецы, которые умели жить в Боге, умели со смирением и полным доверием принять все невзгоды, посланные им Тобою на жизненном пути во спасение».

Да, мы не такие, мы не дерзаем сравнивать себя с ними. Мы — нерадивые рабы.

Жизнь многих из нас уже преклонилась к закату, а мы еще и теперь не начали делать ничего из того, что повелено нам Богом совершить на земле. Боже, будь же милостив нам, грешным. Аминь.

25 января (7 февраля) 1993 года

Сретение Господне. 15 февраля н.с. (2 февраля с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника. (Архиепископа Аверкия Таушева)

Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие.

(Луки 2:21-39).

По прошествии восьми дней над новорожденным Богомладенцем был совершен, согласно закону Моисея (Лев. 12:3 [10]), обряд обрезания и дано Ему нареченное Ангелом имя Иисус, что значит — Спаситель.

Женщина, родившая младенца мужского пола, по закону Моисея, считалась нечистой в течение 40 дней (а если родилась девочка — в течение 80). На 40-й день она должна была принести в храм жертву всесожжения — годовалого ягненка и жертву за грехи — молодого голубя или горлицу, в случае же бедности — двух горлиц или голубей, для каждой жертвы по одному. Подчиняясь этому закону, Пресвятая Дева и Иосиф принесли в Иерусалим также и Младенца, чтобы заплатить за Него по закону пять сиклей. Закон этот существовал с давних времен, когда в ночь перед исходом евреев из Египта Ангел Господень истребил всех египетских первенцев, а все еврейские первенцы были посвящены служению при храме. С течением времени, когда на служение это было выделено только одно колено Левиино, первенцы были освобождены от служения за особый выкуп в пять сиклей серебра (Числ. 18:16) [11]. Из евангельского повествования видно, что Пресвятая Дева и Иосиф принесли жертву людей бедных: двух голубей.

Для чего же нужно было Господу, зачатие и рождение Которого было непричастно греху, и Его Пречистой Матери подчиняться закону об очищении?

Во-первых, чтобы этим «исполнить всякую правду «(Матф. 3:15) и показать пример совершенного подчинения закону Божию. А во-вторых, это было необходимо для будущего служения Мессии в глазах Его народа: необрезанный, Он не мог бы находиться в обществе народа Божия, Он не смог бы входить ни в храм, ни в синагогу, не мог бы иметь влияния на народ, ни быть признанным Мессией. Равно как и Пресвятая Матерь Его, не очистившись, не могла бы считаться истинной израильтянкой. Тайна непорочного зачатия и безгреховного рождения почти никому не была известна тогда, а потому все, требуемое законом, должно было быть исполнено в точности.

В храме при принесении Богоматерью жертвы и выкупа находился праведный и благочестивый старец Симеон, ждавший «утехи Израилевой», то есть обещанного Богом Мессию, явление Которого должно было принести утешение израильтянам (см. Исаия 40:1 [12]). Евангелист сообщает нам только то, что ему, Симеону, Святым Духом было предсказано не увидеть смерти своей до того, пока не сподобится он узреть ожидаемой им «утехи», то есть Христа Господня. Однако, по древнему преданию, Симеон был одним из семидесяти двух старцев, которые по поручению египетского царя Птоломея переводили священные книги с древнееврейского языка на греческий. Симеону пришлось переводить книгу пророка Исаи, и он усомнился в пророчестве о рождении Эммануила от Девы (Исаи 7:14 [13]), и тогда явился ему Ангел и предсказал, что он не умрет до тех пор, пока не увидит своими собственными глазами исполнение этого пророчества. По внушению Духа Божия он пришел в храм, очевидно туда, где был жертвенник всесожжения, и в принесенном Пресвятой Девой Младенце узнал Мессию-Христа. Старец взял Его в объятия свои, и из его уст излилась вдохновенная молитва благодарности Богу за возможность узреть в лице этого Младенца спасение, уготованное для человечества. «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром «произнес старец; с этой минуты порвалась связь, державшая его в жизни, и Ты, Владыко, отпускаешь меня из этой жизни в другую новую жизнь, «по слову Твоему«, по предсказанию, данному мне от Тебя Святым Твоим Духом, «с миром«, «ибо видели очи мои спасение Твое». Спасение, обещанное Богом миру через Искупителя-Мессию, которого я сподобился узреть, спасение, «Которое Ты уготовал пред лицом всех людей». Евангелист подчеркивает, что спасение уготовано не только для евреев, но и для всех народов. Это спасение есть «Свет к просвещению язычников » и «слава народа Божия Израиля«, как вышедшая из его среды. Иосиф и Матерь Божественного Младенца дивились, вероятно, тому, что везде находились люди, которым Бог открывал тайну об этом Младенце.

Возвращая Младенца Матери и благословив Ее и Иосифа, по праву глубокого старца, на котором, очевидно, почивал Дух Святой, Симеон в пророческом вдохновении предрекает, что Младенец сей будет предметом споров и пререканий между последователями Его и врагами: «Да откроются помышления многих сердец», то есть, в зависимости от различности отношения людей к этому Младенцу, обнаружатся их сердечные расположения, настроения души: те, кто любит истину и стремится творить волю Божию, тот уверует во Христа, а те, кто любит зло и дела тьмы, тот возненавидит Христа и будет в оправдание своей злобы всячески клеветать на Него. Это, собственно, и исполнилось уже на примере книжников и фарисеев и исполняется до нашего времени на примере всех безбожников и христоненавистников. Для уверовавших в Него Он лежит «на восстание«, или на вечное спасение, а для не уверовавших — «на падение«, или на вечное осуждение их, на вечную погибель. Симеон прозревает духом и те страдания, которые придется претерпеть и Пречистой Матери за Ее Божественного Сына: «И Тебе Самой оружие пройдет душу».

Присутствовала при этом и Анна, «дочь Фануилова», которую Евангелист называет пророчицей за особенные действия в ней Святого Духа и за дар вдохновенной речи, которым обладала она. Евангелист, очевидно, хвалит ее, как честную вдовицу, посвятившую себя Богу, после того, как она, прожив с мужем всего 7 лет, дожила до 84-х летнего возраста, не отходя от храма, «постом и молитвою служа Богу день и ночь«. Она тоже, подобно Симеону, восславила Господа и, видимо, в пророческом вдохновении повторила примерно то же самое, что сказал старец, всем, ожидающим избавления в Иерусалиме, то есть ждавшим пришествия Мессии.

Евангелист говорит далее, что исполнив все по закону, святое семейство вернулось в Галилею, «в город свой Назарет». Святой Лука опускает все, что случилось за Сретением, вероятнее всего потому, что об этом подробно повествует св. Матфей: о поклонении волхвов в Вифлееме, о бегстве святого семейства в Египет, об избиении младенцев Иродом и о возвращении святого семейства из Египта после смерти царя. Подобный способ сокращений мы часто находим у писателей священных книг.

Сретение Господне. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром.

(Лук. 2:29)

Настоящий праздник Сретения Господня называется так потому, что праведный старец Симеон, живший в Иерусалиме, встретил в Иерусалимском храме четыредесятодневного Младенца, Господа Иисуса Христа с Пречитою Его Материю, взял Его на руки и сказал: Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром: яко видеста очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей: свет во откровение языков и славу людей Твоих Израиля (Лук. 2:29-32). Дивный был этот старец и по своей святости, ибо Дух Святой всегда пребывал в нем, и по своему просвещению и по своей старости, — ему было триста шестьдесят лет. Можно сказать, что сверх закона естества чудесно хранила его столь долго благодать Божия.

Вот что церковная история рассказывает об этом святом старце. Когда Птоломей, царь Египетский, живший почти за 300 лет до Рождества Христова, основатель славной Александрийской библиотеки, захотел перевести Библию с еврейского языка на греческий, то послал с просьбою о том к иудейскому первосвященнику. Первосвященник из числа Израильтян избрал семьдесят мужей мудрых и искусных, как в том, так и в другом языке. Между ними находим и праведного Симеона. Занимаясь переводом книги пророка Исайи, когда Симеон достигнул пророчества: Се Дева во чреве зачнет и родит Сына (Исайи 7:14), усумнился, и остановясь, рассуждал сам с собою — как девица может родить сына? Потом взял нож и хотел в своей рукописи изгладить пророчество. Вдруг является ему Ангел Господень и, удержав его руку, говорит ему: веруй тому, что написано. Ты сам узришь событие величайшего таинства, ибо не увидишь смерти, доколе не узришь имеющего родиться от пречистой Девы Христа Господня.

Утвердившись на словах Ангела и пророка, с того времени Симеон с пламенным желанием ожидал пришествия Христова: жил праведно и непорочно и постоянно молился Богу. Когда родившийся Спаситель после четыредесяти дней Богоблагодатной Матерей принесен был во храм, тогда Симеон, познав свыше, что сей младенец есть обещанный Спаситель и Матерь Его есть Святая Дева, на которой исполнилось пророчество Исайи, с благоговением и радостью принял в объятия свои Господа и произнес сказанные слова. Потом, возблагодарив Бога, давшего утешение Израилю, испустил дух свой. Вот почему Господь столь необыкновенно продолжил дни его, т. е. для того, чтобы ему дожить до того года, в который родился безлетный, безначальный Бог во плоти. Мы имеем счастье и блаженство не меньше Симеона, даже больше; ибо устами и сердцем мы приемлем Господа Иисуса Христа, когда причащаемся Его Таин.

По какому случаю установлен праздник Сретения Господня? Ибо он не вскоре после вознесения Господа на небо и по сошествию Святого Духа был установлен, как некоторые другие праздники: Пасха, Рождество, Крещение, Вознесение и Пятидесятница, а спустя почти 500 лет по Рождестве Христовом. Вот по какому случаю: во дни злополучного царствования Юстиниана, в последних числах октября в Константинополе и в окрестных странах открылось моровое поветрие и свирепствовало столь сильно, что наконец умирало людей тысяч по 10 ежедневно, и в некоторых местах оказалось такое запустение, что некому было погребать мертвых. А в Антиохии, сверх этой язвы продолжались ужасные землетрясения, несколько раз повторявшиеся, разрушавшие домы и Церкви, и множество народа погибало под их развалинами. Между прочими обрушилось здание храма, когда Евфрасий, епископ Антиохийский приносил бескровную жертву в нем. Город Помпеополь до половины разрушен, а другая половина его поглощена землею с тысячами жителей. Для отвращения этого гнева Господня, по особому откровению некоторому святому человеку, установлено торжественное празднество Сретения Господня. И как только, февраля 2 дня (15 февраля по н.с.), начали всенощное бдение с крестным ходом, в тот час язва миновала, мор перестал, землетрясение укратилось. Вот какой гнев Божий навлекают на нас и на самую землю беззакония наши, безверие наше, нерадение наше о спасении, неблагодарность, злонравие и жестокосердие наше.

О, страшное чудовище — грех! о всегубительное чудовище — грех! Будем всемерно бегать от этой стоглавой гидры, змеи. Будем убивать грехи в себе самих! Будем непрестанно каяться. Возлюбленные, без поста, покаяния и молитвы, как воину без оружия, христианину нельзя победить живущего в нем греха. Аминь.

Сретение. (Митрополита Антония Храповицкого)

Праздник, который мы сегодня соблюдаем, это одновременно праздник дивной встречи и первой разлуки. Дивной встречи, потому что в храм, в удел Божий, Единородный Божий Сын, ставший Сыном Девы, приносится, чтобы быть поставленным перед лицом живого, вечного Бога, Отца Его прежде чем мир не стал.

Встреча также между святыми душами и ожидаемым ими Спасителем; долгую, сложную, благодатную жизнь прожили и Симеон, и Анна; тому и другой было обещано, что они не умрут раньше, чем не увидят лицом к лицу Спасителя своего. И вот этот день настал, и лицом к лицу ожидавшие его праведники встретили Бога, ставшего человеком. Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром — сказал Симеон — ибо видели очи мои спасение Твое… Теперь он может отойти в вечность, теперь он может сойти в область усопших и принести туда первую весть, что он видел на земле Бога, пришедшего плотью.

Одновременно этот праздник — первая жертвенная разлука Божией Матери с Ее Божественным Сыном. Всякий младенец мужского пола, разверзающий утробу, то есть перворожденный в семье, приносился Богу и делался собственностью Бога.

Этот обычай, это правило началось еще в древности, когда Моисей вывел из Египта народ израильский. Тогда упорствующий фараон не хотел отпустить своих рабов; и ужас за ужасом постигали египетскую землю, чтобы опомнился человек под тяжелой, спасающей десницей Бога. И одной из самых страшных кар, которые были наложены на противящегося Богу фараона, была смерть всех перворожденных в земле египетской. Этой ценой было потрясено каменное сердце фараона, этой ценой получили свободу, ввиду ожидаемого Христа, израильские дети.

Но когда они дошли до пустыни, то и до них дошел Божий глас: Ценой этого ужаса, ценой смерти детей, лишения матерей любимых своих младенцев были выведены вы из египетской земли, из страны плена и рабства; но как бы в воспоминание об этом, как бы в выкуп за этих детей и за этих матерей, перворожденный младенец мужского пола в каждой вашей семье должен быть принесен в храм, и Бог над ним получает власть жизни и смерти.

И вот, принося Своего Младенца в храм, Божия Матерь приносила Его в жертву Богу. Первый раз, свободно, по закону Своего народа, она отдавала Богу Рожденное от Нее. Это жертвоприношение продолжалось потом в течение всей Ее жизни. Она Его отдала раз и навсегда, и Бог и Отец эту жертву, единственную за всю историю мира, принял, и она стала кровавой жертвой Голгофы.

Мы сегодня читали и о другой встрече: как мытарь и фарисей пришли в храм, в тот храм, где живой Бог ожидает Своих детей. Один пришел с гордыней, другой — с сокрушенным сердцем. Это — тоже встреча; но в этой встрече не жертва, а суд и спасение.

Каждый из нас когда-то, в день своего воцерковления, был принесен в храм; каждый из нас был поставлен перед Богом, чтобы стать Его собственностью, но в Церкви Христовой нет мужеского и женского, нет различия, все — дети Божии, и поэтому все мы были принесены и отданы Богу, так же, как Богомладенец Христос был принесен Своей Матерью.

Каждая матерь, которая здесь стоит, когда-то своего младенца принесла и отдала Богу и приняла его от иконы Спасителя или Божией Матери. Каждый из нас вновь и вновь встречает Бога всякий раз, как он приходит в храм: кто из нас мытарь, кто из нас фарисей? Кто уйдет оправданным, а кто уйдет со своей тленной праведностью, которая не войдет в Царство Божие? Симеон и Анна ждали и узрели Христа; мытарь ждал себе только суда — и получил милость; фарисей думал, что он праведен — и оказался ни с чем…

Вот с чем мы теперь начинаем это восхождение подготовительных недель к Великому Посту; задумаемся, каждый из нас, о том, что значит, что он или она когда-то были принесены в храм, отданы Богу любовью материнской, отданы на хранение Того, Который есть Хранитель младенцев, отданы Тому, Кто есть Господь и Жизнь. Подумаем о том, способны ли мы встретить Христа, как встретили Его Симеон и Анна, подумаем о том, кто мы — фарисей или спасенный мытарь. Аминь.

На Сретение Господне. (Отца Виктора Ильенко)

Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, потому что их нет. (Иер. 31:15).

И они воззрят на Него, котораго пронзили, и будут рыдать о Нем, как рыдают об единородном сыне, и скорбеть как скорбят о первенце. (Зах. 12:10).

Когда в священном Писании говорится о великой скорби, или о великом плаче, то всегда эта скорбь помещается в материнском сердце. И горчайшие слезы льются только из глаз матери! Пока мир стоит, матери будут скорбеть и рыдать о своих детях, как ни одно живое существо не может рыдать и скорбеть. И всякая мать христианка будет находить себе утешение в своей скорби за детей у иконы Пречистой, Которой было предсказано о мече, рассекающем душу, в самом начале Ее материнства.

Только 40 дней Пречистой Деве Матери была дана непомрачаемая радость о Чаде Своем. Но вот Она приносит Своего Первенца в храм и слышит от старца Симеона целый ряд тревожных предсказаний: «се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий».

Приникните к душе молодой Матери, которая хранила со дня Благовещения такие слова Архангела: «Ты обрела благодать у Бога — и вот зачнешь во чреве и родишь Сына и наречешь имя Ему Иисус. Он будет велик и Сыном Вышнего наречется, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его, и будет царствовать над домом Иакова во веки, и царству Его не будет конца».

Вспомните, что передали Ей пастыри из слышанного от ангелов: «Не бойтесь: мы возвещаем вам великую радость, которая будет всем людям! »

В каких радостных предчувствиях Она носила Своего Ребенка до Вифлеемской пещеры, как радовалась, с любовью глядя на Отроча младо, Превечного Бога! Несомненно, с этой радостью Она понесла Его и в храм на сороковой день. И здесь поражает Ее сердце первая печаль: Ее Сын будет не только на радость всем людям, но и в предмет пререканий; не только на восстание многих, но и на падение.

И наконец, Она слышит тягчайшее провозвестие, касающееся уже Ее Самой: «Оружие пройдет Твою душу».

Матери христианки! Когда ваша радость о детях бывает коротка, когда заботы и волнения и всевозможные предчувствия будут томить ваши души печалью, — ни к кому не идите за утешением, как только к Пречистой. Она раньше вас все это испытала, пережила, перемучилась — и знает, как утешать материнское сердце. Не мучьте себя вопросами — почему это Господь дал нам такую участь: в болезнях рождать и в постоянных заботах растить детей. Это — Господня тайна. Равно как великая и неразрешимая тайна и то, что Господь дал Своей Матери быть свидетельницей Своего позора, Своих страданий и Своей крестной смерти. Прикасаясь мыслью к этой тайне, мы можем одно сказать: «Господь, зная, как тяжка мука материнского сердца о своих детях, больных, слепых, ненормальных, или нормальных физически, но погрязающих в грехах, пороках, заживо умирающих в разврате, — Господь, зная эту муку, захотел дать каждой матери, плачущей о чаде своем, точку нравственной опоры. И дал ее в Матери Своей, принеся Ее в жертву, как Самого Себя, за грехи людские, — так Ее, Пречистую, в жертву за всех и для всех матерей, чтобы они знали, где можно выплакать свое горе и где найти силы нести свой материнский крест».

Аминь.

Богородице Дево, миру Благая Помощнице, покрый и соблюди нас от всякия нужды и печали!

Проповедь в канун Сретения. (Протоиерея Димитрия Смирнова)

Завтра Святая Церковь празднует Сретение, что в переводе со старославянского значит «встреча». Встречаются Господь-Младенец и старец Симеон. Матерь Божия принесла Младенца в храм, и Духом водимый Симеон тоже туда пришел, ибо ему было сказано от Бога, что он не умрет, пока не увидит спасение Израиля, пока не увидит Спасителя, Мессию, Христа, обещанного пророками. Церковь избрала это событие двунадесятым праздником, потому что в нем содержится очень большой духовный смысл.

Библия состоит из двух частей — Ветхого и Нового Заветов. В Ветхом Завете изложена жизнь человечества от Адама до Авраама и потом жизнь богоизбранного народа от Авраама до пришествия Христа, которая была характерна тем, что Израиль постоянно отступал от Бога, но Господь заботился о Своих людях, спасал, избавлял, наказывал, посылал пророков, пытаясь вернуть их на истинный путь.

Древний Израиль является некоей каплей воды, в которой отражается жизнь любого народа. Ветхозаветные книги повествуют об истории не только евреев, а и всего человечества, но истории духовной. Потому что главное, конечно, не те события, которые в них изложены, хотя Библия и является отчасти историческим памятником, главное — духовные перипетии того, как Господь строил Свой народ, постепенно его воспитывал, подводил к тому, чтобы он смог принять Христа Спасителя.

Ветхий Завет ( «завет » значит «договор «) был заключен на горе Синай. Мы знаем, что величайший из пророков израильских Моисей за любовь к своим соотечественникам был избран Богом для того, чтобы дать ему закон. Он поднялся на гору Синай, и там Господь открыл ему Свою славу. Моисей видел тот самый Фаворский свет, который видели Петр, Иаков и Иоанн. И когда он спускался с горы, его лик так сиял, что он вынужден был покрыть голову покрывалом, потому что люди, ждавшие его внизу, не могли видеть этот хотя и отраженный, но Божественный свет. Моисей принес десять заповедей. Заповедь о том, что есть только один Бог и только Ему одному надо поклоняться. О том, что нужно почитать отца и мать, потому что без этого не может быть здоровой семьи и общество распадется. О том, чтобы не убивали, не крали, не блудили, не завидовали, не врали.

Почему понадобился весь авторитет Моисея и авторитет Самого Бога, чтобы подчеркнуть для людей такие очевидные вещи? Потому что они настолько одичали, вроде нас с вами, что не понимали самых простых вещей.

И вот с помощью заповедей, которые были даны только ему, Израиль очень долго сохранялся от духовных повреждений. Остальные же народы деградировали в область демоническую. Они пошли по пути язычества, поклонения многим богам, то есть бесовской силе, и поэтому явили страшные преступления, которые даже падшему человеку 20 века просто присниться не могут. Например, величайшая доблесть для японца — сделать харакири, то есть вспороть себе живот, чтобы не навлечь на свою голову позора. Может ли быть больший грех для христианина? Кто научил человека, что зарезаться из гордости есть высшая добродетель? Только дьявол. И все языческие религии — это служение дьяволу в той или иной форме. Еще осталась память о майя, инках и ацтеках, чьи цивилизации были разрушены испанскими конкистадорами и стерты с лица земли, а их язык забыт. До какого же нечеловеческого состояния они дошли, что в жертву приносили живых людей. Жрец каменным ножом вскрывал грудную клетку человека, доставал оттуда трепещущее сердце и разрывал его на части на глазах у толпы. Или людей сбрасывали на пики, которые были у подножия горы, и убивали не по одному, не по два, а сотнями тысяч ежегодно. В Древней Спарте хилых младенцев бросали со скалы. Способны ли какая мать или какой отец до этого додуматься?! Только сатана может такое подсказать. Суворов, например, родился очень слабым младенцем — и стал замечательным военачальником. Скольких Суворовых выкинули в Спарте со скалы; скольких музыкантов, поэтов, художников сожгли в печах, принесли в жертву Молоху! А какие существовали чудовищные извращения и чисто сатанинские эротические культы? Достаточно посмотреть на изображения языческих богов, уродливые, с безобразными клыками. Японские или китайские божества — это все драконы, страшные, брызжущие слюной, обязательно с копытами и хвостом, всегда с рогами. А в Индии есть храмы, украшенные сценами блуда. Разве только в классической Греции появились статуи богов, которые были прекрасны по форме. Может быть, поэтому за это стремление к красоте греческая архитектура стала отчасти предтечей культуры христианской.

Вот какова была ситуация Ветхого Завета и в какой среде жил израильский народ. Поэтому нет ничего удивительного в том, что он постоянно уклонялся от служения истинному Богу, хотя Господь все время старался его вернуть на правильный путь. Израиль был весьма малочисленным народом и выжил лишь благодаря заповедям. Но они не спасали человека по существу, а только ограждали его от полного вырождения. Заповеди ведь есть и у животных. Мы знаем, что животные одного вида, как правило, не убивают друг друга. Редкий случай, когда олени, бодаясь, забивают один другого или птицы заклевывают собрата. Но это случайность, как говорят, ворон ворону глаза не выклюет.

И вот на таком уровне Израиль поддерживался до тех пор, пока его историческое развитие не подошло наконец к своему пределу, когда должен был родиться Спаситель. Весь Ветхий Завет, его заповеди, храмовое богослужение, благочестие, чтение пророков и закона Моисея подготовили многих людей к принятию совершенно нового, высшего учения. Оно заключается в том, что отныне человек освобождается от уз закона и встает под закон благодати. Если мы умом и сердцем усвоили, что такое христианство, то нам это должно быть понятно. А если не усвоили, не вкусили, что есть благодать Божия, не познали истинной духовной жизни, то, сколько ни объясняй, нельзя понять, в чем заключается этот новый закон, отчего Христа не приняли и Он оказался распятым. Но почувствовать нам это надо, потому что иначе мы не поймем, почему Святая Церковь избрала Сретение своим праздником, почему Симеон был такой ветхий, почему он сказал: «Ныне отпущаеши… » — и после этого умер.

Отчего Ветхому Завету должно было умереть? Он кончился, потому что не спасал человека, а играл роль только подготовительную. Можно воспитывать ребеночка, водить на службы, учить Евангелию, молитвам, а потом, когда ему исполнится 15 лет, он вдруг перестанет в храм ходить: ему не хочется, все его там раздражает. Почему? Дело в том, что человек всегда сам делает выбор, и научить вере практически никого нельзя, можно только помочь узнать о ней. А откроются ли у человека глаза духовные, увидит ли он духовный мир, встретится ли с Богом или ограничится вычитыванием молитв и чисто механическим ритуалом, зависит уже от его собственного произволения. Ветхий Завет создавал некий ритуал, быт, условия жизни, которые были подготовкой к восприятию Истины. Он создавал сосуд для благодати Божией. И если человек сам возлюбит Бога как такового (эта заповедь дана была еще в Ветхом Завете), захочет божественной жизни, жизни духовной, небесной, захочет приобщиться к благодати, тогда эта благодать изольется.

Религия Ветхого Завета — религия довольно материалистическая: исполняй закон, что можно — делай, чего нельзя — не делай, и Бог тебе устроит хорошую жизнь: у тебя будут большие стада, хорошие дети, все будет в порядке. А когда вдруг оказывалось не в порядке, иудей был в недоумении: как же так, я же закон исполняю. Это ветхозаветное сознание живо и в каждом из нас. Многие люди, приходя на исповедь, просто не знают, в чем им каяться. Каждое воскресенье в храм хожу, утреннее и вечернее правило исполняю, три канона и Последование ко святому Причащению вычитал. Евангелие по главе прочитываю. В чем дело, какие грехи, что батюшка ко мне пристал? А важно ведь не исполнение правила, важно, встретился ты с Богом или нет. И когда человек так рассуждает, значит, этой встречи не произошло, потому что при встрече с Богом человек содрогается от собственного греха. Бог есть свет, а то, что мы носим в себе, — тьма, и не заметить этого нельзя. Поэтому, если человек не видит в себе миллиарды грехов, это говорит о том, что он никогда Бога не видел, что он еще находится в Ветхом Завете, к нему пока не пришел Христос, человек не почувствовал, что такое благодать Божия.

Чтобы ее найти, нам нужно вырасти из коротких штанишек Ветхого Завета. Для нас всякие правила, обычаи, представления имеют колоссальную ценность, потому что мы не можем руководствоваться собственной совестью, собственным общением с Богом, не можем Бога конкретно вопрошать, чтобы Бог нам конкретно ответил. Нам нужна чисто внешняя, законническая информация, мы стремимся всю нашу жизнь расписать. В праздник работать можно или нельзя? Если можно, то до какого часа? После какого часа нельзя? Можно ли зубы чистить после причастия? Можно ли до причастия? Сколько кусочков можно съесть? Сколько не съесть? Сколько нужно поститься, три дня или два с половиной? Вот что для человека представляет огромную важность. А на самом деле это все играет роль чисто дисциплинарную.

Многие люди способны с помощью правил вести себя внешне безукоризненно. Таковы были фарисеи. Они исполняли весь закон, все его мелкие предписания, и при этом делали гораздо больше, чем сейчас мы с вами. Но пришел Христос — и они Его распяли, потому что у них в сердце была зависть, а про борьбу с завистью им никто ничего никогда не говорил, они об этом вообще не слыхивали. И многие из нас, гоняясь за призраками исполнения чего-то, теряют гораздо больше, не понимая, что же главное принес в мир Христос. От священников можно слышать такую фразу: ты лучше постом мясо ешь, а не людей. Потому что иногда люди, которые мяса не едят, терзают всех вокруг, терроризируют своих детей, снох или племянников. У внука, кроме мотоцикла, папирос и пива, нет никаких интересов, а бабушка ему: ты в церковь сходи, помолись, ты крест носи. И ест его, и ест, превращает его жизнь в ад кромешный. Он уже не знает, куда ему деться, а она и к матери его пристает: ты его своди, ты ему скажи. И это называется христианство. Если внука притащить в храм насильно и крестить, бабушка будет довольна: ну, слава Богу, теперь у меня душа спокойна, закон исполнен, все в порядке. А на самом деле не в порядке: раз он крещеный, он в аду, возможно, будет гораздо ниже, чем если бы был некрещеный. То есть она ему гораздо худшую услугу оказала, потому что он мог бы дорасти когда-нибудь до веры; в тюрьме, может быть, пять раз посидел, одумался, крестился, и Господь в крещении простил бы ему все грехи. А так он тут же, покрестившись, идет неизвестно что творить. Ту благодать, которая ему дана, втаптывает в самую жуткую грязь, которую только можно вообразить. И бабушка не считает это чем-то страшным.

Вот такое чисто законническое, ветхозаветное отношение к духовной жизни. И нам всем надо его обязательно изжить. А изживается оно постепенно в процессе воцерковления, в процессе раскрытия в нас духовной жизни, восприятия благодати Божией. Те правила, каноны, обычаи, которые в Церкви существуют, святы. Они все подводят нас к Истине, делают ее наглядной. Истина же совершается и раскрывается в нашей душе через духовный подвиг.

Спасает не исполнение правил и не поиски особенных молитв. А то часто в стремлении вычитать побольше акафистов человек даже попадает под власть каких-то чисел; некоторые говорят: вот, надо сорок акафистов прочитать. А почему не сорок два? Или, может, двадцати трех хватит? Почему именно сорок? Или стремятся куда-то поехать: о, там благодатно! А там еще благодатней! Но каждый храм православный — это Небо. Что может быть благодатней? Вот мы сейчас пришли в храм, и на престоле лежит Пречистое Тело Господне. Мы стоим буквально в трех метрах от самого святого места, которое только можно себе вообразить. Какие еще нужны святые места? Здесь Небесное Царствие. И Тело Христово, то самое, которое одесную Бога Отца пребывает на Небесах, которое въезжало на осле в Иерусалим, которое распиналось на Кресте и возносилось на Небо, то самое Тело, к которому женщина прикоснулась с верой и исцелилась от своей болезни, — оно находится здесь. Никакой разницы между этим Телом и тем нет, они абсолютно тождественны. Мы стоим в присутствии Христа Спасителя, мы каждый день слушаем слово Божие, которое из Евангелия несется, но с нами ничего не происходит, потому что Ветхий Завет в нас еще не умер, мы всё живем в цепи каких-то правил, которые нас связывают и сделались для нас самоцелью. А ведь правило — это всего лишь костыль, который помогает ходить.

Господь говорит через апостола Павла: «Плод духовный есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание; на таковых нет закона». Для того, кто приобрел плоды Духа, закон не существует, ему даже не нужно и само Евангелие постоянно читать, потому что оно написано перстом Божиим на скрижалях его сердца. Он уже не может поступить иначе, как сказано в заповедях. Это нам, людям, от греха отупевшим, необходим писаный закон. Мы должны читать Евангелие настолько часто, чтобы оно проникло глубоко в нашу душу. А произойдет это только тогда, когда мы начнем коросту греховную с нашей души снимать. И поймем, что не правила спасительны, спасительно изменение жизни, исправление собственного сердца.

Поэтому ни Ветхий Завет, ни вычитывания, никакие поездки по святым местам, по старцам, престолам, к иконам нас не спасут никогда. Спасет нас только, если мы заставим себя исполнять заповеди Божии, а святыня, перед которой мы будем молиться, должна подвигнуть нас к исправлению, старец — возбудить ревность ко святости, места святые — напомнить о подвигах тех, кто был здесь до нас.

Исполняя заповедь за заповедью Христовой, мы постепенно сердце свое расшевелим, в этой коросте появится трещина, и грехи слой за слоем будут с нас опадать. Тогда в нас раскроется жизнь. А пока мы еще находимся в Ветхом Завете и, следовательно, являемся распинателями Христа Спасителя. Поэтому мы так просто грешим. Те грехи, которые для святых людей, познавших Новый Завет, немыслимы, мы делаем очень легко. Когда старца Силуана спросили мнение о каком-то монахе, он ответил: «Ты хочешь, чтобы я осудил, что ли? Да я никогда в жизни никого не осуждал. Для меня это невозможно». Режь его на куски — он не сможет осудить, потому что его сердце стало уже другим. А для нас соврать, слукавить, обмануть, осудить, в какие-то помыслы греховные впасть, как говорится, проще пареной репы. Потому что это наша собственная жизнь, мы в этом кипим.

Отказаться от греха трудно, а ограничить себя всякими правилами мы можем и делаем это с удовольствием, потому что правила исполнять легко. Вот взять монастырь, там все расписано: в пять часов подъем, в полшестого братский молебен, потом послушание, литургия, обед, отдых, опять послушание, вечернее богослужение, потом у кого послушание, у кого ужин, у кого отдых. Все регламентировано, весь день заполнен. Но даже там, где действуют эти строгие правила, созданные для того, чтобы человек познал духовную жизнь, — сколько там оказывается людей, которые не только не думают о ней, а и не знают даже, что это такое.

Ведь и в церкви можно прекрасно устроиться и ничего не делать, и настолько натренироваться отстаивать службу, что не устанешь нисколько, и не услышишь даже, что читается и поется, и не помолишься — так, перекрестишься чисто формально. Зачем перекрестился, что это значит, почему? Совершенно ум отсутствует. Человек стоит и о чем-то мечтает. О том подумал, об этом. Форточка хлопнула — туда обернулся. Личико какое-то понравилось — на личико посмотрел. Батюшка вышел — заметил, какие у батюшки ботинки. Вроде новые, или нет, нет, старые, просто почистил. Туда взглянул, сюда взглянул. Смотришь, уже «Ныне отпущаеши » запели. Вечерня кончается… и душа опять улетела. А что такое «Ныне отпущаеши?» И опять туда посмотрел, сюда, о том подумал, это вспомнил… Свет выключили, о, шестопсалмие читают. Кто сегодня читает, Алексей Никифорович? Нет, Вовка вышел. И опять уснул… Ну вот, слава Богу, служба кончилась, значит, сейчас проповедь будет, батюшка что-нибудь интересное скажет. Постоял, послушал и пошел. Эх, дошел до остановки и все забыл. А завтра все сначала.

Вот так оно и происходит. А нужна постоянная работа души. Когда стоишь в храме, надо обязательно мучаться, все время заставлять себя молиться, трезвиться, постоянно продираться сквозь кустарник помыслов, стараться вдумываться в каждое слово, чтобы оно дошло до ума, а уж потом, если Бог даст, конечно, и до сердца. Потому что до ума слово богослужения доходит через наше усилие, до сердца — по благодати Божией. И ту работу, которая требуется от нас, чтобы вникнуть в богослужение, мы должны делать безукоризненно.

Говорят, самый тяжелый труд на свете — Богу молиться. Да, это действительно так: мы готовы что угодно делать, только не молиться. Труднее всего вечером Молитвослов раскрыть: то надо телевизор посмотреть, то постирать, то то, то се. Потому что тогда у нас будет оправдание: вот я устала, и Господь не взыщет, если формально прочитаю. Лукавим перед Богом. А это же не молитва. Конечно, с одной стороны, хорошо, что человек понуждает себя встать на чтение правила. Сам этот его акт волевой хорош, он направлен к Богу, но произойдет ли сретение? Произойдет встреча с Богом во время чтения вечернего правила или нет? Вот что важно. Важно, чтобы сердце раскрылось навстречу Богу, чтобы человек почувствовал себя в присутствии Божием, увидел себя грешным, захотел исправиться, опять, вновь и вновь. Важно захотеть следующий день прожить лучше, чем предыдущий. Вот это есть духовная жизнь. А мы все скользим, скользим, скользим и поэтому еще пребываем в Ветхом Завете.

Праздник Сретение имеет колоссальный духовный смысл. Встречаются два Завета; все лучшее, что есть в Ветхом Завете, символизирует собой старец Симеон, который держит на руках Младенца Христа. Он еще очень мал, Он только народился — и вот Ветхий умирает, чтобы дать жизнь Новому.

Это должно произойти и в нашем сердце: все ветхое должно уйти, чтобы уступить место новому. Аминь.

Благовещение Пресвятой Богородицы. 7 апреля н.с. (25 марта с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Поселившись в доме Иосифа, Пресвятая Дева Мария вела здесь почти тот же образ жизни, что и при храме. Большинство времени Она проводила в уединенной молитве, безмолвии, чтении св. Писания и рукоделии. Но не пренебрегала Она и домашним хозяйством, будучи верной помощницей престарелого Иосифа.

По истечении непродолжительного времени после того, как Пресвятая Дева переехала в Назарет, Ее посетил Архангел Гавриил, возвестивший перед этим священнику Захарии о рождении Иоанна Крестителя. Застав Ее читающей пророчество Исаии о рождении Мессии от Девы, Архангел приветствовал Ее словами: Радуйся Благодатная! Господь с Тобою! Благословенна Ты между женами!

Это внезапное появление Ангела и радостное приветствие насторожили юную Деву: Не есть ли это какое-нибудь искушение. Но небесный вестник, успокаивая Ее, объясняет, что Он возвещает Ей Божие веление: Не бойся, Мария! Ты обрела благодать от Бога, и Ты зачнешь и родишь Сына и назовешь Его Иисусом. Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его, и будет царствовать в дому Иаковля вовеки, и Его Царству не будет конца.

Пресвятая Дева, еще в храме давшая обет девства, возразила Ангелу: Как же это будет, когда Я не имею мужа? — на что он ответил Ей: Дух Святой найдет на Тя, и сила Вышнего осенит Тебя, а посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим.

Открыв этим благовестием высочайшую и непостижимую тайну воплощения Сына Божия, Архангел Гавриил в подтверждение истинности своих слов, добавил: Вот Елизавета, Твоя родственница, зачала сына в своей старости, и это шестой месяц ее, называемой неплодной. У Бога все возможно!

Услышав это, Пресвятая Дева увидела в своем призвании стать Матерью Мессии волю Божию, которой нельзя противиться. Проникшись чувством благодарности Богу и послушания Ему, Она смиренно ответила: Я раба Господня, да будет Мне по слову твоему. После этого Архангел стал невидим.

Так совершилось величайшее чудо всех времен: наитием Духа Святого на юную Деву, в Ее утробе принял плоть Сын Божий и таким образом стал истинным человеком, оставаясь в то же время всесовершенным Богом, единосущным Богу Отцу и Духу Святому.

Православная Церковь учит, что став Матерью, Пресвятая Мария осталась Девой.

Установление праздника Благовещания принадлежит самой глубокой древности.

Святой Афанасий (4 век) в своем слове на этот праздник называет его первым в ряду праздников и особенно почитаемым, так как он напоминает начало домостроительства спасения людей. В 5-м и 6-м веках по причине ересей, унижавших лицо Богоматери и искажавших догмат о воплощении Иисуса Христа, представились особенные побуждения для Церкви возвеличить торжество праздника. За это время Богослужение праздника обогатилось многими песнопениями, в которых раскрыто таинство воплощения Сына Божия и величие Богоматери. В 8-м веке святой Иоанн Дамаскин и Феофан, митрополит Никейский, составили на этот праздник канон, воспеваемый и доселе. По объяснению древних христианских писателей в основание обычая праздновать Благовещание 25 марта лежит предание Церкви о том, что именно в этот день совершилось воплощение Иисуса, предваряя на 9 месяцев Рождество Христово, которое отмечается 25 декабря по церковному календарю.

Благовещение. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Таинство, совершившееся в нынешний день, приводит в изумлениене не только человеческие, но и все ангельские, высокие умы. Недоумевают и они, как Бог безначальный, необъятный, неприступный, нисшел до зрака рабия и стал человеком, не престав быть Богом и нимало не умалив славы Божественной? Как Дева могла вместить в пречистой утробе нестерпимый огнь Божества и остаться неврежденною и пребыть на веки Матерью Бога воплощенного? Так велико, чудно, такой Божественной премудрости исполнено это таинство Благовещения Архангелом Пресвятой Деве и — воплощения Сына Божия от Нее!

Радуйтесь, земнородные, радуйтесь особенно души христианские, но радуйтесь с трепетом пред величием таинства, как обложенные скверною греха; радуйтесь, но немедленно искренним и живым, глубоким покаянием очищайте себя благодатью Божией от скверны греха. Возвеличите чистыми сердцами и устами Матерь Божию, возвеличенную и превознесенную над всеми тварями, Ангелами и человеками, возвеличенную Самим Богом, Творцом всякой твари, и помните, что таинство воплощения и вочеловечения Сына Божия совершилось для нашего спасения от греха, проклятия, праведно на нас изреченного в начале от Бога за грехи, и от смерти временной и вечной. Со страхом и радостью приимите Господа, грядущего к нам водворить на земле, в сердцах и душах наших царство небесное, царство правды, мира и радости о Духе Святом (Римл. 14:17), — и возненавидьте богоненавистный грех, злобу, нечистоту, невоздержание, гордость, жестокосердие, немилосердие, себялюбие, плотоугодие, всякую неправду. Христос для того на землю сниде, да нас на небеса возведет. И так мы, пригвоздившиеся к земле пристрастиями житейскими, восклоним главы наши и возведем очи сердца нашего горе, на небо, куда хочет возвести нас всех Господь Иисус Христос. Горе сердца! полно нам пресмыкаться помыслами и сердцами по земле, подобно червякам. Правда, что черви мы ничтожные, по грехам нашим, хотя души наши созданы по образу Божию, который мы исказили грехами своими, и который нам непременно надо восстановить истинным покаянием, доколе мы живы; надо, чтобы этот образ Божий, как солнце воссиял в нас, как в начале, когда лишь только созданы были Адам и Ева. На то и жизнь нам дана; для того и продолжается еще течение ее; на то мы сопричислены к Церкви Божией и участвуем в ее богослужениях, таинствах и постах.

Посмотри, как сияет образ Приснодевы Богоматери! Какими дивными добродетелями и совершенствами! А ведь и Она — человек… Что возвысило Ее на такую высоту, сделало Ее столь достославною и великою, высшею Херувимов и славнейшею Серафимов? Три величайшие добродетели: смирение, чистота и пламенная любовь к Богу, чуждая всякой любви земной, вещной. Она Сама исповедует, что Господь призрел на смирение рабы Своей (Луки 1:48). Возлюби и глубоко насади в сердце своем и ты, христианин, боголюбезное смирение; стяжи и ты всеусильными трудами всей жизни чистоту сердечную — постом, молитвами, богомыслием, слезами, особенно же частым и достойным причащением святых Таин Христовых; возлюби и ты всем сердцем Бога, Творца и Спасителя твоего и не предпочитай ничего в мире Его святой любви; о Нем всегда размышляй и о Его чудных делах; Им живи и дыши; Им питай душу свою; в Него облекись; Им очищайся, просвещайся, освящайся, утверждайся, украшайся, хвались, утешайся; Им побеждай искушения и наветы врагов видимых и невидимых; что ни делаешь, делай все с мыслию о Нем и ради Его; где ни будешь, везде будь с Ним, как и Он всегда с нами, везде Сый и вся исполняяй. Если таким образом возлюбишь Господа, то и в тебе возвеличится Господь, и тебя возвеличит Господь, как говорит от лица Его святая Церковь: прославляющих Мя прославлю. Возненавидь, христианин, уничижи в себе, истреби всякий грех и возвеличится в тебе Господь славы, и ты велий будешь пред Богом и людьми; возлюби смирение и вознесет тебя Господь.

Аминь.

Благовещение Пресвятой Богородицы. (Архиерископа Сурожского Антония)

Благовещение — это день благой вести о том, что нашлась во всем мире людском Дева, так верующая Богу, так глубоко способная к послушанию и к доверию, что от Нее может родиться Сын Божий. Воплощение Сына Божия, с одной стороны, дело Божией любви — крестной, ласковой, спасающей — и Божией силы; но вместе с этим воплощение Сына Божия есть дело человеческой свободы. Святой Григорий Палама говорит, что Воплощение было бы также невозможно без свободного человеческого согласия Божией Матери, как оно было бы невозможно без творческой воли Божией. И в этот день Благовещения мы в Божией Матери созерцаем Деву, Которая всем сердцем, всем умом, всей душой, всей Своей крепостью сумела довериться Богу до конца.

А благая весть была поистине страшная: явление Ангела, это приветствие: Благословенна Ты в женах, и благословен плод чрева Твоего, не могли не вызвать не только изумления, не только трепета, но и страха в душе девы, не знавшей мужа, — как это могло быть?..

И тут мы улавливаем разницу между колеблющейся — хотя и глубокой — верой Захарии, отца Предтечи, и верой Божией Матери. Захарии тоже возвещено, что у его жены родится сын — естественным образом, несмотря на ее преклонный возраст; и его ответ на эту весть Божию: Как же это может быть? Этого не может случиться! Чем Ты можешь это доказать? Какое заверение Ты мне можешь дать?.. Божия Матерь ставит вопрос только так: Как это может случиться со мной — я же дева?.. И на ответ Ангела, что это будет, Она отвечает только словами полной отдачи Себя в руки Божии; Ее слова: Се, Раба Господня; буди Мне по глаголу твоему

Слово «раба » в теперешнем нашем словоупотреблении говорит о порабощенности; в славянском языке рабом называл себя человек, который свою жизнь, свою волю отдал другому. И Она действительно отдала Богу Свою жизнь, Свою волю, Свою судьбу, приняв верой — то есть непостижимым доверием — весть о том, что Она будет Матерью воплощенного Сына Божия. О Ней праведная Елизавета говорит: Блаженна веровавшая, ибо будет Ей реченное Ей от Господа…

В Божией Матери мы находим изумительную способность довериться Богу до конца; но способность эта не природная, не естественная: такую веру можно в себе выковать подвигом чистоты сердца, подвигом любви к Богу. Подвигом, ибо отцы говорят: Пролей кровь, и примешь Дух… Один из западных писателей говорит, что Воплощение стало возможным, когда нашлась Дева израильская, Которая всей мыслью, всем сердцем, всей жизнью Своей смогла произнести Имя Божие так, что Оно стало плотью в Ней.

Вот благовестие, которое мы сейчас слышали в Евангелии: род человеческий родил, принес Богу в дар Деву, Которая была способна в Своей царственной человеческой свободе стать Матерью Сына Божия, свободно отдавшего Себя для спасения мира. Аминь.

(7 апреля 1981г.)

Память преподобной Марии Египетской. 14 апреля н.с. (1 апреля с.с.)

Историко-экзегетическое описание праздника

Преподобная Мария родилась в Египте. На двенадцатом году жизни она бежала из родительского дома в город Александрию, где предалась безудержному и ненасытному любодеянию и заслужила крайней распущенностью своей жизни позорную известность. Так продолжалось 17 лет, и казалось, что всякая надежда на спасение грешницы потеряна. Но Господь не отвратил от нее Свое милосердие.

Однажды Мария увидела на берегу моря толпу людей, которые собирались плыть на кораблях в Иерусалим на праздник Воздвижения Святого Креста. Отнюдь не из благочестивых побуждений, но просто желая развлечься, она упросила взять и ее, причем вела себя в пути вызывающе бесстыдно. По прибытии в Иерусалим Мария пошла за народом в церковь, но войти в нее не смогла: какая-то неведомая сила отталкивала ее и не пускала внутрь. После нескольких безуспешных попыток Мария отошла в угол церковной паперти и задумалась. Взгляд ее случайно остановился на иконе Пресвятой Богородицы — и вдруг, потрясенная, она осознала всю мерзость и срам своей жизни. Свет Божий коснулся ее сердца — она поняла, что в церковь не пускают ее грехи.

Долго и усердно молилась Мария Пресвятой Богородице, долго умоляла позволить ей войти в церковь и увидеть Крест, на котором пострадал Иисус Христос. Наконец ей показалось, что молитва ее услышана. Дрожа от волнения и страха, подошла Мария к церковным дверям — и на этот раз беспрепятственно вошла внутрь. Там увидела она Животворящий Крест Господень и поняла, что Бог готов простить кающихся. Она снова возвратилась к Иконе Пресвятой Богородицы и обратилась к Ней с мольбой указать ей путь к покаянию.

И тут она услышала как бы далекий голос: «Иди за Иордан, там обретешь покой для души твоей». Мария немедленно отправилась в путь, добралась до реки Иордан, переправилась на другой берег и удалилась в глубину пустыни Иорданской. Здесь, в пустыне, она прожила в полном одиночестве 47 лет, питаясь одними кореньями. Первые 17 лет ее одолевали блудные помыслы, и она боролась с ними, как с лютыми зверями. Претерпевая голод и холод, она вспоминала пищу и вина, к которым привыкла в Египте, веселые песни, которые пела когда-то; но более всего ее одолевали блудные помыслы и искусительные образы… Мария умоляла Пресвятую Богородицу избавить ее от них, падала ниц на землю и не вставала до тех пор, пока в душе ее не совершалось покаяние,— тогда в нее проникал Небесный свет, и она вновь обретала покой. Через 17 лет искусы ее оставили — наступили годы сосредоточенного и отрешенного покоя. Наконец Богу угодно стало явить миру необычный подвиг покаявшейся грешницы, и позволением Божиим Марию встретил в пустыне старец Зосима, инок соседнего монастыря, удалившийся сюда для аскетических подвигов.

К этому времени вся одежда на Марии истлела, но старец покрыл ее своим плащом. Подвижница поведала ему всю свою жизнь, попросив никому о ней не рассказывать и прийти к ней через год на Великий Четверг со Святыми Дарами, чтобы она могла причаститься. На следующий год, исполняя просьбу Марии, старец Зосима взял Св. Дары и отправился к Иордану. На другом берегу он увидел Марию, которая, подойдя к реке, осенила воду крестным знамением и спокойно пошла по ней. С благоговейным трепетом смотрел старец на идущую по воде святую. Выйдя на берег, Мария преклонилась перед старцем и попросила его благословения. Потом выслушала «Верую » и «Отче наш», причастилась Христовых Тайн и произнесла: «Ныне отпущаеши рабу Твою по глаголу Твоему с миром! » Потом попросила Зосиму исполнить последнюю ее просьбу: прийти через год на то место, где он встретил ее впервые. Через год старец вновь отправился на то место, где спасалась Мария, но нашел ее там уже почившей. Она лежала на земле, сложив руки, как на молитве, и обратив лицо на Восток. Рядом с ней на песке было начертано: «Отец Зосима, погреби тело смиренной Марии, умершей 1 апреля. Верни прах праху». Со слезами и молитвами старец предал земле великую подвижницу и возвратился в обитель, где поведал инокам и игумену все, что услышал от преподобной Марии

Преподобная Мария Египетская скончалась в 522 г. На первой и пятой неделях Великого поста читается покаянный канон святого Андрея Критского с присоединением молитвенных стихов о Марии Египетской.

Проповедь в день памяти Марии Египетской. (Протоиерея Димитрия Смирнова)

Сегодняшний день посвящен преподобной Марии Египетской.

В Православной Церкви Марии Египетской честь особенная, ее память бывает несколько раз в году. Раз Церковь так торжествует ее память, значит, ее жизнь для нас назидательна.

Чему же она нас учит? Конечно, мы не можем подражать ее подвигу, ни один человек, живущий на земле, повторить его теперь не в состоянии. Нам, людям XX века, он кажется фантастическим, потому что мы живем в совершенно другую эпоху. Никто из нас не способен с полутора краюхами орловского хлеба пойти в пустыню и там прожить 47 лет. А возможно ли нам обойтись без одежды или оставить московскую прописку? Нет, для нас это непосильно. Ну а что же мы можем? Что мы можем из ее жития взять для того, чтобы нам приближаться к тому высокому идеалу, к которому нас зовет Христос?

Что двигало жизнью преподобной Марии? Какая главная добродетель была в ней? Мы знаем, что она начала жизнь очень грешно. Ну и все мы тоже начали жизнь весьма грешно, за исключением тех, которые с детства в Церкви, — среди нас таких единицы. Но дальше она нашла в себе мужество свою жизнь переменить. И она ее исправила так радикально, как мы не можем. Она переменила жизнь принципиально в каждом пункте, изменила ее во всем. Она погубила душу свою ради Евангелия, как Господь к этому призывает.

Раньше вообще люди были более простодушны. Они истину евангельскую воспринимали прямо.

Вот, например, мы праздновали память мучеников Севастийских. Стражник смотрит на воинов, которые обнаженными стоят на льду зимой и замерзают, и видит: спускаются венцы. И он так это просто воспринял, что если он сейчас разденется и бросится к ним, то тоже венец от Бога получит, — не подумал, что ему будет холодно или больно. Такая у него была жажда спасения, красоты духовной, такая жажда приблизиться к Богу, что он ни о чем не задумался, разделся и встал вместе с ними — и за одну ночь стал святым, хотя не был даже крещен. За одно такое устремление он сподобился дара Духа Святаго и причислен к лику сорока Севастийских мучеников, память которых Церковь торжествует на протяжении стольких столетий.

Так же и Мария — она входила в храм, чтобы поклониться Кресту Господню, Животворящему Древу, и никак не могла войти: Господь ее отвергал. И интересна психология жительницы VI века. Когда у нас в жизни что-то не получается, мы обычно начинаем винить всех вокруг: людей, обстоятельства, власти, еще что-то. Мы хотим в борьбу вступить, перебороть, чего-то достичь. Она же восприняла это совершенно правильно: она поняла, что ее не пускает ее собственный грех. А желание прикоснуться к Древу было огромное, и Мария решила помолиться Богородице и дать обет, что, если Она ее допустит в храм, тогда она свою жизнь переменит. И была допущена тут же, и прикоснулась к Древу Животворящего Креста, и причастилась на следующий день — то есть Господь ее принял и дал ей благодать за то, что она решилась повернуть свою жизнь.

Это ее решение есть покаяние. Мария пошла в пустыню и там, конечно, очень тяжело страдала. Она терпела голод, жажду, а помимо этого мучилась от помыслов, от своих желаний, от страстей, которые ее терзали, но все-таки в мир не вернулась. Она бросалась на землю, грызла песок, рвала на себе волосы, била себя в грудь, она не спала, молилась — но не переступила Иордан, назад не пошла. Вот такое мужество показала и такое великое терпение. Она терпела саму себя, свои страсти, не давала им воли до тех пор, пока они не умерли. И когда страсти умерли, она стала восходить на духовную высоту и достигла удивительной святости, абсолютной прозорливости, полного знания Священного Писания. Из жития мы знаем, что она даже смогла по воде пройти, когда в том была нужда; и Зосима удивился, как она за день проделала путь, на который ему потребовалось 20 дней.

Ей не нужны были ни автомобиль, ни самолет, ни вертолет, это все не нужно для человека духовного. А мы окружены всякими игрушками, как нам кажется, для жизни очень важными и необходимыми, потому что мы стали слабыми и ничего не можем сделать с собой. Какое-то элементарное действие, допустим, родить всех детей, которых зачнешь, для многих непосильный подвиг. На женщину, у которой более трех детей, смотрят как на какое-то чудо. А что здесь, собственно, особенного? Еще в прошлом веке рожали по 7-8 детей и великосветские барыни, и простые крестьянки, и богатые, и бедные. И никому в голову не приходило, что от детей как-то можно избавляться. Хотя бывали случаи, что их подкидывали; редко, крайне редко детей убивали или плод вытравляли. А так рожали и воспитывали.

Но для современного человека просто родить своих собственных детей — это уже что-то такое невозможное. Или, допустим, жить в коммунальной квартире — а тридцать лет назад люди вполне так жили, это было общее явление. И так во всем.

Человек утратил всякое мужество, всякую волю к жизни оттого, что он утратил духовный стержень. А стержень этот дает только вера в Бога и благодать Святого Духа.

Что же нам делать, если мы хотим быть учениками Христовыми? Господь, зная наши немощи, зная нашу слабость, конечно, не требует от нас подвигов Марии Египетской. Он хочет от нас просто элементарной порядочности, чтобы мы были нормальными людьми. Требования к нам сейчас — это просто требования к обычному человеку: чтобы мы ради какой-то сиюминутной выгоды не делали зло, не шли на сговор со своей совестью, не убаюкивали ее; чтобы не мстили, научились поступать благородно; чтобы сильные не обижали слабого. То, что для человека, жившего сто лет назад, было элементарно и в порядке вещей, для современного человека уже является выдающимся подвигом. Ну как так, он меня ущемил, он меня обругал, а я стерпеть, промолчать или даже простить? Это невозможно. Но если я хочу наследовать Царство Небесное, то, несмотря на то, что он меня обидел, что он ко мне плохо относится, я найду в себе мужество и его прощу. Некоторые духовные люди говорят, что в наш век можно спастись совершением малых добрых дел. Надо нам учиться совершать это малое добро, то есть постоянно в мелочах быть верными Богу. Как в сегодняшнем Евангелии Господь Фоме сказал: возьми свою руку и вложи Мне в ребра и с этого момента не будь неверен, но верен. То есть не будь неверующим, но верующим.

В Бога веруют все, за редким-редким исключением. Веруют и дьявол, и бесы, веруют в Бога и люди разных религий, противоположных христианству, — буддисты, сатанисты, конфуцианцы. Конфуцианство вообще даже не вера, но все равно какое-то понятие о Боге, о высшей силе, о Творце вселенной и там есть. Поэтому сама вера в Бога не дает ничего. Вера должна быть Богу. А вот здесь уже начинается разноголосица. Например, Христос говорит, что перед Богом нет ни мужского пола, ни женского, все одинаково равны, нет никакого предпочтения. А мусульмане к женщине вообще не относятся как к полноценному человеку, считают, что только мужской пол наследует жизнь и бессмертие, а женщина — это как рабочий скот, который должен давать потомство.

И очень важно, какому Богу человек верит. Какое учение для своего сердца он принимает как истину, являющуюся его движущей силой. Если мы христиане, то мы должны движущей силой нашей жизни сделать Христовы заповеди. И жизнь свою строить не по тому, как люди живут, не по тому, как принято в обществе, или что мы в книжке прочли у какого-то, может быть, очень хорошего писателя, не по этому жизнь свою надо устраивать и не по тому, что требует от нас начальник на работе, или жена, или дети наши, или внуки. Нужно не подчиняться духу времени, а сохранить верность Богу, Его заповедям, сохранить верность духовным постулатам христианства. Тогда мы сможем свою веру удержать и наполнить ее смыслом. Потому что иной человек, считающий себя христианином, и ходящий в церковь, и даже причащающийся и исповедующийся регулярно, иногда делает такие вещи, за которые вообще полагается от Церкви отлучать сразу. Вот, например, совсем недавно, когда папа Римский в Америку приехал, от него католички, верующие христианки, стали требовать, чтобы он разрешил аборты, издал такую энциклику. Ну может ли христианский епископ разрешать убийство?

Невозможно позволить многоженство, детоубийство, пьянство, наркоманию, потому что если их допустить, тогда это уже будет не христианство.

Поэтому нам нужно стараться Евангелие познать. Сам текст евангельский мы должны знать наизусть, чтобы он уложился не только в нашем уме, но и в нашем сердце. Мария Египетская была неграмотная, однако Господь ее так просветил, что она все Писание знала наизусть, цитировала. Но каким подвигом она этого достигла! Мы на это не способны, поэтому Господь по милости Своей так устроил, что каждый из нас может иметь печатный текст Евангелия. В VI веке ни один христианин, кроме императора и нескольких, буквально по пальцам можно пересчитать, сановников, не имел Евангелия. Не в каждом храме оно было. Евангелие считалось величайшим сокровищем, драгоценностью, и люди, чтобы слышать его, собирались в церкви, они его изучали, просили Бога, чтобы Он помог им его усвоить. А каждый из нас может дома, сидя на стульчике, вполне Евангелие почитать, и тем не менее, хотя мы имеем такое блаженное сокровище, мы им не пользуемся. Читаем, как мы привыкли правило читать — лишь бы отделаться, совершенно не думая над тем, насколько оно соответствует нашей жизни. А если увидим явное несоответствие Евангелия и наших поступков, то начинаем себя уговаривать: ну, мол, это ничего, кто теперь так может — абсолютно не понимая того, что Евангелие сказано на все века.

Если у нас есть стремление к Царствию Небесному, если мы хотим в нашей жизни увидеть Бога, хотим узнать, какой Бог, если мы хотим Его ощутить, вложить руку в Его ребра, почувствовать Его, как Фома захотел, тогда нашу жизнь надо устраивать совершенно по-другому. Тогда надо во главу угла ставить не то, как нам получше жить и полегче. И из всего обилия возможностей, которые у нас есть, мы должны выбирать только то, что не противоречит Евангелию. Вот чем отличается жизнь христианская от нехристианской. Допустим, я женился, а мне жена надоела. Я встретил лучше: она и красивее, она и моложе, и хозяйственней, у нее есть и автомобиль, и отдельная квартира — ну все. А эта у меня и неряха, и горбатая, и бесплодная, и в коммунальной квартире комната.

Что делать? Нормальный, средний человек эту бросит, конечно, и уйдет к той. Но если я христианин, я уже поступить так не могу, потому что этот поступок вступает в противоречие с Евангелием, потому что развод перед Богом немыслим просто. Если я хочу достичь Царствия Небесного, то уж должен с той женой, которую выбрал, жить до конца. И так во всем — на работе, и дома, и в автобусе, и в трамвае, и с собственной душой.

Жизнь человеческая складывается из поступков. И каждый наш поступок не может быть нейтральным, это либо шаг к Богу, либо шаг от Бога. Поэтому вся наша жизнь, если мы хотим быть христианами и хотим достичь Царствия Небесного, должна состоять из поступков, которые нас приближают к Богу. Мария Египетская в этом нам пример. Она была последовательна до конца и все греховное в себе с помощью благодати Божией исправила. Вот так и мы, если будем мужественно и последовательно всегда выбирать заповедь Божию, всегда выбирать Евангелие, правду Божию, тогда постепенно наша жизнь станет выправляться. Мало ли что у меня в душе, мало ли какое у меня настроение, какие у меня симпатии или антипатии к человеку. Сказано: люби ближнего, как самого себя. И все, никаких уже не может быть отступлений. Нравится мне человек, не нравится, приятен он мне или надоел до последней степени, но я не могу его отвергнуть, если я христианин. Потому что если я его отвергну, это будет противно любви. Поэтому если он мне не нравится, я должен молиться, чтобы его Бог вразумил, чтобы он исправился. Но отвергнуть, пренебречь, переступить через него я уже не имею права, потому что хотя это, может быть, и не противно моей совести (совесть свою я грехами уже давно сжег), но это противно Евангелию.

И вот если Евангелие станет принципом нашей жизни, тогда жизнь наша будет постепенно исправляться. А те маленькие подвиги ради Христа, ради Евангелия, которые мы начнем совершать, и будут несением своего креста, отвержением себя.

Именно это и значит потерять душу свою ради Евангелия. Ведь если человек мне неприятен, а я должен раскрыть ему свое сердце, тем самым я совершаю подвиг: я совершаю усилие над собой, я умираю в этот момент, потому что мое я, которое противится этому человеку, должно умереть. И если я так делаю не просто ради этого человека, а именно ради Христа, я стану на шаг ближе к Царствию Небесному. Потому что так же и Христос поступал. Вот пришли десять прокаженных и попросили, чтобы Он их исцелил. И Он исцелил. Сколько вернулось после этого Его поблагодарить? Из десяти только один. А Господь же их всех насквозь видел. Он мог бы этого одного выбрать, его только исцелить, потому что он был единственный нормальный человек: ему сделали добро — и он поблагодарил; это нормально, это естественно. А остальным мог бы сказать: а вы, ребята, погуляйте, пока научитесь правильно себя вести. Но Господь этого не сделал. Раз они к Нему обратились, Он им дал, хотя они Ему потом навредили, и Он знал, что так будет. И христианин всегда именно так и поступает, хотя знает: от того, что он делает, ему часто бывает вред. Чем больше людям делаешь добро, тем больше они садятся тебе на шею. Но это же не значит, что нужно перестать делать добро. Если мы делаем добро по принципу: ты — мне, я — тебе, это не по-христиански. Христианский принцип — это когда ты делаешь добро, а тебе за него дают по шее. Тогда, значит, человек делает добро ради самого добра и не боится, что получит по шее. А если даже и боится, то этот страх преодолевает. Вот в этом преодолении, в этом мужестве и есть христианство. В этом нам пример Мария Египетская.

Если мы хотим достичь Царствия Небесного, мы должны все время напрягать свое сердце и все время думать, угоден мой поступок Богу или нет. И если наше сердце отвечает, что он Богу не угоден, то мы его делать не должны ни в каком случае. А если видим, что поступок угоден Богу, то мы должны помолиться о том, чтобы Господь помог нам его совершить. Потому что очень часто мы не можем сделать некое добро в силу слабости характера, трусости, малодушия, лени, нежелания и так далее, много всяких причин.

Но неделание добра есть такое же зло. Или многие говорят: а я ничего никому плохого не сделал. Ну и что? Сарай, который во дворе стоит, тоже ничего никому плохого не сделал, но его, когда будут дом строить, все равно сломают, он никому не нужен, и этот сарай Царствие Небесное не наследует.

Если мы хотим быть наследниками Небесного Царства, мы должны все время, всю свою жизнь вот эти поступки, которые являются шагом по направлению к Богу, совершать. А когда будем ослабевать, будем просить Марию Египетскую: преподобная мати Мария, моли Бога о нас. И ее молитва нам поможет в этом делании. Аминь.

26 марта 1988 года

Вознесение Господне. 40-й день после Пасхи.

Историко-экзегетическое описание праздника. (Архиепископа Аверкия Таушева)

Руководство к изучению Священного Писания Нового Завета. Четвероевангелие.

(Луки 24:50-53 и Марка 16:19-20).

Последнее явление Воскресшего Христа Спасителя, заключившееся вознесеньем Его на небо, подробнее всего описывается Евангелистом Лукой. Вкратце говорит об этом также Евангелист Марк.

Явление это имело место в Иерусалиме, куда, следовательно, апостолы вновь пришли из Галилеи, по прошествии сорока дней, в течение коих Господь неоднократно являлся им, уча их о Царствии Божием, как сообщает об этом святой Лука в 1-й главе книги Деяний Святых Апостолов (1:2-5). Господь дал повеление апостолам оставаться в городе Иерусалиме, пока они не облекутся силою свыше, обещая им послать на них обетование Отца Своего, под чем надо понимать ниспослание Святого Духа для содействия делу их всемирной проповеди. Дух Святой должен был дать им необходимую силу для совершения этого великого дела — проповеди Евангелия всему миру. Затем Господь вывел учеников Своих вон из Иерусалима до Вифании, лежавшей на восточном склоне горы Елеонской, «И, подняв руки Свои, благословил их«,произнося, очевидно, известные слова, как было принято в Ветхом Завете, но которые Евангелистом здесь не приведены. Символическое действие поднятия рук при благословении известно было в Ветхом Завете, как например, говорит кн. Левит 9:22 [14].

«И когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на Небо». «Какой чудный образ действия», — говорит об этом Московский Митрополит Филарет: «Господь благословляет и еще не оканчивает благословения, а продолжает благословлять, и между тем возносится на Небо. Что это значит? То, что Он не хочет прекратить Своего благословения, но продолжает без конца благословлять Свою Церковь и всех верующих в Него. Помыслим, братья, что и ныне над нами простерты руки Его, и взор Его, и благословение Его. Какой стыд и страх для тех, которые в суете мирской забывают Его. Какая радость для любящих Его». Ученики поклонились возносящемуся к Отцу Своему Богочеловеку и «возвратились в Иерусалим с радостью великою». Радость эта происходила от того, что они теперь своими очами узрели славу своего Господа и Учителя и ожидали исполнения обетования Его о ниспослании Святого Духа. Они как будто переродились теперь, в результате, несомненно, 40-дневного пребывания с ними Воскресшего Господа, Который учил их тайнам Царствия Божья. В этом молитвенном состоянии высокого духовного подъема они «пребывали всегда в храме, прославляя и благословляя Бога «за всё, что им пришлось пережить, видеть и слышать и за предстоящую им высокую миссию проповеди евангельского учения.

Святой Марк добавляет к этому, что Господь, вознесшись на Небо, «воссел одесную Бога». Это — образное выражение, основывающееся на некоторых видениях (Деян. 7:56 [15]), которое означает то, что Господь и по человечеству воспринял Божественную власть над всем миром вместе с Богом Отцом, так как сидение по правую руку на языке Библии означает разделение власти посаженного так с самим сидящим.

Заключает святой Марк своё Евангелие свидетельством о том, что произошло уже после сошествия Святого Духа: о том, что Апостолы «выйдя » из Иерусалима, конечно, «проповедали всюду«, по всему миру, «при Господнем содействии», при помощи Божьей, «и подкреплении слова последующими знамениями», — т.е. доказывая истину своего слова сопровождавшими их проповедь чудесами, о чем подробно рассказывает нам книга Деяний Апостольских.

Все Евангелия заключаются словом: «Аминь«, что значит: истинно так, т.е. всё было так, как описано в Евангелии.

Вознесение Господне. (Святого Иоанна Кронштадтского)

Господь же убо, по глаголании Его к ним, вознесся на небо, и седе одесную Бога.

(Марк. 16:19).

Святая Церковь всех земнородных возбуждает ныне к веселию и говорит: вси языцы восплещите руками, яко взыде Христос, идеже бе первее, т.е. все народы восплещите от радости руками, потому что Христос восшел туда, где был прежде, т.е. на небо.

И так в праздник Вознесения Господня нужно радоваться всем христианам. Чему же радоваться? Казалось бы, скорее надобно было печалиться и скорбеть, потому что сладчайший Спаситель наш Иисус Христос оставил нас видимым Своим присутствием и вознесся на небеса, откуда придет опять, но придет уже грозным Судиею всех земнородных. Нет, в день воспоминания вознесения Господня больше причин к радости, чем к печали. Рассмотрим только, почему Господь от нас вознесся на небо.

Господь вознесся от нас на небо не для того, чтобы опечалить нас Своим отшествием, но чтобы устроить нам полезнейшее. Вся жизнь Его, все дела Его были на пользу нашу, во спасение наше; точно также и вознесение Его было для нашего блага. Как любя нас, Он сошел к нам с небес и, пожив с человеками, положил за них душу Свою на кресте, так любя нас и на небо вознесся, нам же благодетельствуя. Так Он Сам говорил ученикам Своим: лучше для вас, чтобы Я пошел, ибо если Я не пойду, то Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам (Иоан. 16:7). И так, Господь вознесся на небо для того, чтобы вместо Себя послать равного Себе — Утешителя Духа Святого, Который утешил бы св. апостолов и всех истинных христиан в их скорбях, бедах и гонениях. — Вот первая причина радости. Гряди же, гряди, Господи Иисусе, и посли нам Утешителя!

Далее — вознесся от нас Господь на небо, чтобы Ему с высоты призирать на нас, как Отцу на чад, как пастырю на овец, как Орлу на птенцов, как Вождю на свое воинство, чтобы всякого видеть и у каждого из нас рассматривать нужду и потребности, и каждому подать помощь. Как какой-нибудь царь, собрав на войну многочисленные войска свои и желая видеть все свои полки, восходит для того на высокое место, — на гору или на какое-нибудь здание, и с высоты смотрит и устрояет их, и, когда видит, что они одолевают, радуется о них; а если замечает, что их одолевают, посылает им скорую помощь: так Господь наш, Царь царям, имея воинствующую на земле Церковь Свою, т.е. верных христиан Своих, восшел на небо, как бы на гору, чтоб с высоты видеть подвиг каждого и подвизающимся сплетать венцы, а изнемогающим подавать руку помощи, — чтобы падших восстановлять и делать их сильнейшими против врагов, а гонящим нас полагать препятствие. Святый первомученик Стефан подвизается в страдальческом подвиге, его побивают иудеи камнями, а Господь наш, отверзши небо, с высоты славы Своей смотрит на него, — так что страдалец, видя это, восклицает: вижу небеса отверста, и Сына человеча одесную стояща Бога (Деян. 7:56).

Вознесся от нас Господь на небо и для того, чтобы, как солнце, осиявать всех нас благодатию Своею с высоты небесной. Как солнце, скрывшись на западе, производит темноту ночную по всей поднебесной, а когда взойдет и поднимется на высоту, тогда со всей поднебесной тьма бежит прочь, и лучи солнечные осиявают вселенную дивным светом: так мысленное Солнце наше — Христос, доколе живя на земле, как бы на западе, не являл светозарного Божества Своего людям, до тех пор по всей земле была тьма незнания Бога; а когда, воссиявши от гроба Своего, восшел на небо, тогда молния Его Божества осветила вселенную и имя Его сделалось славно от восток солнца до запад, по всей земле, — познанием Бога просветилась вся вселенная.

Господь вознесся от нас на небо еще для того, чтобы устроить нам путь к небу, и чтобы быть нашим Предводителем в горние страны. Не было для человека пути к небу до самого вознесения Господа на небо; никтоже взыде на небо, токмо сшедый с небесе, говорит Господь (Иоан. 3:13). Сшедый, той есть и восшедый превыше всех небес (Ефес. 4:10). Так прежде никто не мог взойти на небо, хотя и был праведен и свят; а когда Господь наш, облекшийся в человеческое естество, восшел на небо, — то устроился путь к небу для всего рода человеческого, и тем путем пошли вслед за Христом души св. праотцев и пророков, изведенные из ада; им взошли апостолы, святители, мученики, исповедники; им и ныне восходят достойные — праведные люди, последующие Христовым стопам; ныне всем известен путь к небу. Только не ленитесь восходить им, христиане!

Так вознесся от нас Господь на небо — для того, чтобы отворить нам двери небесные — для невозбранного входа туда. Праотец нащ Адам затворил было райскую дверь всему роду человеческому, и у райских дверей стал Херувим с пламенным оружием; затворил, говорю, Адам рай и вход к жизни, а отворил было одни входы к смерти и аду, а Господь сделал противное: входы к смерти и аду затворил, а рай отверз — и прежде всего разбойнику, которому сказал: днесь со Мною будеши в раи (Луки 23:43), потом и всем; а наконец и самое небо отворил Своим вознесением.

Какие всерадостные причины вознесения от нас Господа на небо. Далее — Господь вознесся от нас на небо, чтобы ходатайствовать о нас пред Богом Отцем. Так говорит св. апостол Иоанн Богослов: аще кто согрешит, Ходатая имамы к Богу Отцу, Иисуса Христа Праведника: и Той очищение есть о гресех наших (1 Иоан. 2:1-2). И так, не будем мы, грешные люди отчаиваться в своем спасении, а будем благонадежны: мы имеем доброго Заступника о нас к Богу Отцу — Самого Христа Спасителя нашего, Который и ходатайствует о нас, только не будем ленивы и сами, при ходатайстве Христовом, воссылать свои теплые молитвы к Отцу небесному; — да, Господь Иисус Христос ходатайствует о нас к Богу Отцу и умилостивляет Его. Но, о ком ходатайствует? о грешниках. О каких грешниках? о кающихся, и о них умилостивляет Отца Своего; а о некающихся грешниках не умилостивляет, потому что они второй раз (распинают) Сына Божия в себе тяжкими грехами своими, своим коснением в нераскаянности и кровь Сына Божия попирают нераскаянностью своею. И так бойся, грешник, пребывающий в нераскаянности, — чтобы не постигло тебя внезапное наказание Божие и не потребиться бы тебе от земли живых, и не быть осужденные вместе с убийцами, распявшими Сына Божия.

Наконец, Господь вознесся от нас на небо, чтобы на небеси уготовать нам место, где мы будем жить во веки и соцарствовать Ему, Господу нашему. Так Он Сам говорит: иду уготовати место вам; и аще пойду, и уготовлю место вам, паки прииду и поиму вы к Себе: да, идеже есмь Аз, и вы будете (Иоан. 14:2.3). Какая радостная причина вознесения! Господь вознесся от нас на небо, чтобы приготовить каждому из праведных и благочестивых людей место на небеси, а также и нам грешным, если обратимся и покаемся от всего сердца. Где место апостолу Петру, отвергшемуся Господа, и горько о том после плакавшему, где жене блуднице, плакавшей у ног Его, где блудному сыну, где мытарю, где разбойнику там и нам будет место; только поплачем горько о грехах своих, как Петр, припадем к ногам Его с покаянием, как блудница, обратимся, как мытарь, сораспнемся Ему, как благоразумный разбойник. Покаемся — и спасемся.

Все возрадуемся вознесению своего Господа Спасителя.

Аминь.

Слово на праздник Вознесения Господня. (Архимандрита Иоанна Крестьянкина)

Мы с вами, возлюбленные други мои, находимся еще в переживаниях величайшего события преславного Воскресения Христова.

Еще только вчера, в последний раз в этом году, мы слышали и произносили своими устами слова торжественных пасхальных песнопений. А сегодня мы уже празднуем торжественное событие, имеющее огромное значение для нашей христианской Церкви, для всего человеческого рода. Сегодня Церковь напоминает нам о Вознесении на Небо Господа нашего Иисуса Христа.

«Возшед на небеса отонудуже и сошел еси… » — поет сегодня Святая Церковь подчеркивая этим величие нашего Спасителя и Господа.

Он был от начала на небесах и сошел на землю, дабы спасти погибающий род человеческий.

Сошел Он на землю по любви к нам. И, завершив великое Свое земное служение, Он опять возвращается к Своему Отцу — туда, где пребывал и раньше.

«Отонудуже и сошел еси… » Целью воплощения Сына Божия было возвестить миру Божественную истину, направить людей на путь покаяния и спасения. Даровать людям избавление от вечной смерти.

И вот, совершив дело спасения человеческого рода, примирив Бога с людьми, Господь возносится на небо…

Праздник Вознесения сочетает в себе радость встречи и радость разлуки.

После искупительных страданий Учителя смерть разлучила апостолов с Ним. В скорби находились они. Но, как мы знаем, после славного Воскресения Своего Господь много раз в течение сорока дней (от Пасхи до Вознесения) являлся им, беседовал с ними, наставлял их. Каждая такая встреча учеников со своим Божественным Учителем, несомненно, была радостью для них.

Но вот наступила последняя встреча. Последняя беседа Учителя с учениками. И за ней последовала разлука на долгие, долгие времена. До самого Его второго пришествия на землю.

Надо бы печалиться… А апостолы и ближайшие ученики Христовы, еще маленькая Церковь, которая уже создалась на земле, находятся в радости…

Евангелист Лука повествует нам, что по Вознесении апостолы с радостью вернулись в Иерусалим (Лк. 24:52). К этой радости они были подготовлены Самим Господом.

Мы знаем, что ближайшие ученики Спасителя были неразлучны с Ним во все дни Его земной жизни. Наслаждались беседой с Ним. Слушали Его поучения. Видели чудеса, творимые Им…

Правда, тогда они еще не все полностью и правильно понимали, так как еще не были просвещены Святым Духом. Но им было радостно видеть своего Божественного Учителя, исполнять Его повеления. И потому, когда Он на Тайной вечери говорил им о том, что Ему надлежит и пострадать, и умереть, и в третий день воскреснуть, и затем совсем уйти от них, Он, конечно, заметил, что они опечалились.

Утешая их, Спаситель сказал им: «Если бы вы Меня, действительно, любили, вы радовались бы, что Я иду к Отцу Моему. Для вас же лучше, чтобы Я пошел к Отцу. Потому что Я приготовлю вам место, чтобы и вы были, где Я. Я пошлю вам от Отца Духа Утешителя, Который наставит вас на всякую истину » (ср.: Ин. 14, 28).

Как видите, ученики Христовы были подготовлены к предстоящей разлуке, и потому они радуются.

Радуются они за своего Господа и Учителя, так как знают, что Он возвращается в ту славу, которая Ему принадлежит. Радуются и за себя, и за весь род человеческий.

Что значит для нас с вами, возлюбленные други мои, Вознесение Господне?

Господь вознесся на небо для того, чтобы приготовить его к принятию всех истинных Своих последователей.

«Я иду приготовить место вам, — говорил Он апостолам, а в их лице и всем нам, — И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я » (Ин. 14:2-3).

Разве это не радость для учеников?

Вдумайтесь хорошенько в эти слова Спасителя! Сколько в них любви и попечительной заботы о людях!..

Он оставил на земле Свое Божественное учение, указал путь, идя по которому мы можем достигнуть вечной блаженной жизни в неизреченном Царстве Божием. Для искупления наших грехов принял человеческую плоть. Освятил ее Своей Божественной силой и с этой преображенной плотью вознесся на небо. На то высшее небо, где особенно пребывает Бог, куда не проникает ни грех, ни смерть, где пребывают только святость и правда, где Бог открывает Свою славу в неприступном блеске. И вот там, в этом месте постоянного присутствия Божия, наш Господь Спаситель пошел приготовить место всем истинным последователям Его. Своим Вознесением на небо Господь с очевидностью засвидетельствовал, что Он воистину Сын Божий и истинный Бог. Ведь возносился Он на небо Сам, Своей собственной силой, показав при этом Свое Божественное величие.

Святой Григорий Богослов говорит: «Спасителю не нужна была колесница, не нужна была помощь и Ангелов, ибо Творец Своей Божественной силой вознесся на Небо. Возвратился туда, где пребывал от века… »

И святой Иоанн Златоуст говорит о том же величии Спасителя, о Его Божественной силе: «Не при помощи кого-либо, ведущего Его, вознесся Господь на небо, но Сам шел этим путем».

Небо, на которое вознесся Господь, — конечно, это не то звездное небо, которое мы с вами видим над собой. И не бесконечное мировое пространство, но высшее небо — место вечного пребывания Превечного Бога.

Вознесшись на небо и сев одесную Отца, Господь Спаситель показал тем самым, что как Сын Божий Он и раньше имел власть единую со Отцом. Но теперь получил ее еще и как Богочеловек, ибо Он вознесся в том самом теле, в котором пострадал и воскрес из мертвых.

Как Бог Он всегда был на небеси и на всяком месте. А вот теперь Свое человеческое естество, которое Он принял от Девы Марии, Он вознес к Небесному Престолу Божию.

Это ли не причина радоваться, несмотря на то, что для этого необходимо расставание с Божественным Учителем.

Радость учеников и апостолов еще большая, чем наша.

Они осознали величие Того, с Кем они находились в близком общении как друзья. «Вы друзья Мои… » — так называл Господь Своих учеников (Ин. 15:14). Но и для нас, живущих на земле, великая радость. Вознесся Господь, плотию Своею вошел в славу Отчую — и теперь мы, как говорит святой Иоанн Златоуст, с ужасом и удивлением смотрим и видим, что в самых глубинах тайны Святой Троицы находится человек! Человек Иисус Христос!

Да, Он Сын Божий, но и нам Он родной — Человек…

Мы сказали вначале, что Вознесение — это праздник разлуки… Но какая разлука!.. Восходит Господь на небо и с Собою в тайну Божественной Жизни вносит всю тайну человека. Вот что теперь человек представляет собой! И понятна теперь нам радость апостолов.

У них теперь было уже все: было небо на земле, была вечность в них самих и они были в вечности.

Вот и нам, возлюбленные, надо стремиться иметь такое же сознание.

Вознесение Господне на небо имеет ближайшее отношение к нашему спасению, к личному спасению каждого из нас.

В разлуке с Господом во время Его вознесения мы видим проявление любви Божией к людям, указывающей нам наше человеческое призвание.

Как поучает апостол Павел:»…ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; о горнем помышляйте, а не о земном » (Кол. 3:1-2).

Для осуществления этого высокого призвания верный помощник нам Сам Господь. Телом уходя из земного мира, Он не слагает с Себя попечения о Своей Церкви. Он обещал апостолам: «се, Я с вами во все дни до скончания века… » (Мф. 28:20).

Все великие наши праздники — это, друзья мои, не только воспоминание о том или ином евангельском событии или событии церковной истории. Но это светочи, указывающие нам верный путь к вечной жизни, пути совершенствования наших душ.

Господь все сделал для нашего спасения. Своим Вознесением на небо Сын Божий открыл нам путь в небесные обители. Но пойдем ли мы указанным путем или остановимся где-либо на полдороге — зависит от нас.

Как уже было сказано, по Вознесении Господа на небо теперь одесную Бога Отца находится Сын Человеческий, облеченный нашей человеческой плотию. И Он облекся в нее не на краткое время, а навсегда, явив этим дивную силу и дивные свойства сотворенного Им мира. А именно: все Им сотворенное способно быть духовным и богоносным.

И здесь становится очевидным и величие человека, и то высокое назначение, которое уготовал человеку Бог.

Трудно постичь это нам, простым людям. Трудно подняться до высоты богословия. Но мы веруем! А вера выше знаний, потому что она всесильна, и именно там, где знания бессильны.

Мы веруем, что именно в этот день, день Вознесения Господня, обретена человеком возможность быть всегда с Богом. И путь к этому указан нам Христом Спасителем.

Путь, которым можно достигнуть и нам высоты святой славы, — тот же самый путь, которым восшёл в славу Господь наш, то есть путь креста, путь очищения, самоотвержения, путь внешних и внутренних страданий.

Проверим, возлюбленные други мои, себя, идем ли мы на небо путем Христовым? Путь Господень должен быть путем всех и каждого. За всех нас равно пострадал Господь наш. Для всех равно отверсто и небо!.. Истинный христианин во всех обстоятельствах жизни, при всех случаях помнит, что он наследник неба, сонаследник Христу и поступает соответственно своему предназначению. Но пусть каждый из нас честно скажет, много ли в нем неземного, небесного, Христова?

Вспомните, когда Господь возносился, апостолы по любви к своему Учителю долго стояли, взирая на небо, принявшее их Господа и Учителя. И за это Ангелы, явившись, сказали им: «что вы стоите и смотрите на небо? » (Деян. 1:11).

Но так как мы в большинстве своем склонны к земному и временному, то нам надлежит услышать упрек от Ангелов: сыны человеческие, что вы стоите и не смотрите на небо, а на землю? Обратите очи свои к небу, воззрите на Спасителя вашего, давно на вас взирающего. Вступите на путь к небу, давно пред вами лежащий…

Когда Христос говорит нам: «Отвергнись себя, возьми крест свой и последуй за Мной » — Он не только говорит о том, что во временном нашем пребывании мы должны отказаться от земных привязанностей и взять на себя всю тяжесть земной жизни в последовании за Ним.

Он говорит нам о большем, — о том, что мы призваны следовать за Ним и, по Его собс