Преподобномученица Августа (Защук), схимонахиня

Приговор особой тройки УНКВД Тульской области был объявлен в канун праздника Рождества Христова. В морозные январские дни 1938 года ждали расстрела схиигуменья Августа (Защук), настоятель Оптиной пустыни Исаакий (Бобриков), иеродиакон Вадим (Антонов), послушники Григорий Ларин, Даниил Пятибрат и около двадцати человек монахинь, священников и мирян.

...Игуменья Августа погрузилась в молитву. Спокойной и твердой запечатлела ее последняя прижизненная фотография: руки монахини — тяжелые, но мягкие, опираются на посох, без которого она не могла ходить после перелома ноги. Сейчас она сидит в камере смертников и ждет казни. Ей уже около семидесяти, и в этой полноватой женщине, со светлыми, ясными глазами на добром усталом лице, трудно узнать тоненькую, застенчивую девушку — Лидию Васильевну Казнакову. Все давно привыкли к ее новому имени и обращаются к ней просто: мать Августа.

В Новоладожском уезде Санкт-Петербургской губернии, расположенном на берегу реки Волхов, находилось родовое имение Казнаковых, за которым несколько деревень, в том числе деревня Панково-Покой, где они проживали. В уезде насчитывалось шестьдесят пять приходских церквей и четыре монастыря. В этих исконно русских местах и прошло детство преподобномученицы Августы. Ее отец, Василий Геннадиевич Казнаков, был тайным советником. Родовитая семья Казнаковых происходила из потомственных дворян Тверской губернии. Василий Геннадиевич был человеком весьма образованным. 1 октября 1836 года он поступил в Кадетский корпус, а с 1840 по 1848 год воспитывался в Институте инженеров путей сообщения, откуда был выпущен поручиком. 21 апреля 1847 года он получил орден св. Анны 3-й степени. После окончания института Василий Геннадиевич женился на дочери штабс-капитана Лидии Алексеевне Главацкой.

Будущая преподобномученица родилась 2 июня 1871 года в Санкт-Петербурге и была крещена с именем матери — Лидия. Лидочка была девочкой слабенькой, поэтому постоянно жила и воспитывалась в имении. Когда ей исполнилось шесть лет — скончался отец. После кончины Василия Геннадиевича Казнакова между братьями, вдовой и малолетней Лидией было поделено оставшееся после него наследство. Теперь все тяготы большой семьи легли на плечи уже немолодой Лидии Алексеевны, которая стала опекуншей троих малолетних детей. Денег не хватало, имение пришло в полный упадок. Лидия Алексеевна усиленно хлопотала о получении образования младшей дочери, Лидии, которая 1 сентября 1880 года была, наконец, определена в 7 класс Александровского Смольного института. Тогда ее мать еще сумела внести соответствующую плату за обучение.

В институте Лидия Казнакова выделялась большими способностями, училась хорошо и охотно, хотя и не отличалась хорошим здоровьем. Подруги часто удивлялись ее необычным поступкам, тонкому восприятию жизни и природы. Лидия Алексеевна поселилась в это время недалеко от Смольного института, на Литейном проспекте, 45, кв. 16, у госпожи Соколовской. Она подала прошение в Дворянское собрание с просьбой о помощи, и в августе 1884 года Лидия Казнакова была переведена на бесплатное содержание и обучение. 30 мая 1887 года состоялся 55-й выпуск Смольного института. Лидия Васильевна Казнакова была среди выпускниц этого известного всей России учебного заведения. Впоследствии она всегда с благодарностью вспоминала Смольный институт и стала членом Общества взаимопомощи нуждающимся смолянкам.

После окончания института Лидия уехала с матерью в Тверскую губернию, к деду, где пробыла два года. Вернувшись в столицу, она стала жить в меблированных комнатах. Здесь же поселился молодой, блестяще образованный офицер Всеволод Защук. Через два года знакомства они поженились. Венчание состоялось 23 июля 1895 года.

Только два года семейная жизнь для Лидии была радостной. Лидия относилась к мужу с удивительной скромностью и доверчивостью, а получала в ответ лишь грубости. Помимо денежных затруднений, отношения между супругами осложнялись отсутствием в их семье детей. С тягот семейной жизни начинался путь мученичества будущей игумении и схимницы. Брак преподнес Лидии великие уроки терпения и смирения, без которых невозможно выдержать монашескую жизнь. Супруги прожили вместе десять с половиной лет и расстались.

Поначалу Лидия Васильевна все же получала от мужа сто рублей в месяц, затем он снизил сумму до пятидесяти рублей, а позже сократил до сорока. 4 июля 1906 года Лидия Васильевна Защук подала на имя Государя прошение с просьбой «приказать мужу моему вернуть мои деньги и выдать мне паспорт». 15 ноября 1907 года Лидия Васильевна получила, наконец, вид на отдельное жительство от мужа на четыре года.

В 1909 году они с матерью переехали на улицу Галерную, 56, там, по-видимому, Л.А. Казнакова и скончалась на 77-м году жизни. Лидия Васильевна сразу же переехала в меблированные комнаты на Невском пр., д. 104, где прожила три года, ведя тихую, уединенную жизнь среди книг и переводов, работая на Адмиралтейском судостроительном заводе младшим делопроизводителем и переводчиком. Ей исполнилось 38 лет.

Шло время, но примирение супругов было невозможным: муж не хотел вернуть деньги, жена не могла без этого условия вернуться к нему. На развод Лидия не соглашалась, не хотела отпустить и освободить мужа от своей жизни, несмотря на все провокации с его стороны. Всеволод считал решение Лидии капризом и не давал согласия на отдельное жительство, хотя не возражал против развода. 22 ноября 1911 года Лидия Васильевна просила выдать постоянный вид на жительство с правом получения заграничного паспорта без разрешения мужа, который категорически отказал ей в этом.

С 3 сентября 1911 года ей все-таки удалось уехать в Монте-Карло, где она скромно, не держа даже прислуги, оставалась до 10 октября.16 февраля 1912 года Лидия Васильевна, наконец, получила постановление о праве раздельного проживания от мужа.

Революционные потрясения в столице застали Л.В. Казнакову служащей Городской думы, где Лидия Васильевна выдавала промысловые свидетельства. В бездне революционного хаоса у Лидии Васильевны не осталось ничего, кроме могил близких людей и никого, на чье плечо она могла бы опереться. Ее душа устремилась Богу, к Оптиной пустыни: родилась мысль стать монахиней и уйти от мирской жизни. С большими трудностями пришлось ей тогда преодолеть тяжелый путь в Москву, затем в Козельск и увидеть, наконец, долгожданную Оптину пустынь.

Теперь вся ее жизнь была связана с этим прославленным своими старцами монастырем. Вдохнув уходящую благодать Оптиной, она не только услышала воспоминания о великих старцах, но и застала некоторых из них. Прежде всего это был старец Нектарий. Посчастливилось ей работать и вместе с о. Никоном (Беляевым).

В Оптиной пустыни, как и во всех других монастырях России, власти образовали племхоз и совхоз, а сами монахи организовали Садово-парковое товарищество, которое затем вступило в юридический договор о совместном использовании и охране зданий в Оптиной с созданным в ней музеем, но в 1924 году Товарищество было закрыто "за антисоветскую агитацию". Многие насельники обители после окончательного разгрома монастыря и Товарищества переселились в Козельск и его окрестности.

По прибытии в Оптину Лидия Васильевна около полутора лет трудилась счетоводом по выдаче хлеба в племхозе, а с декабря 1919 года начала работать в оптинском музее.

Музей, основанный как заповедник, состоял не только из экспозиции и фондов, к нему отошли монастырская и скитская библиотеки, архив и некоторые здания обители. Первым заведующим Оптинского музея был о. Никон (Беляев). А когда осенью 1919 года он был арестован, работать там начала Л.В. Защук. С 20 июня 1920 года она занимала должность заведующей музеем. Как видно из архивных документов, немало сил и старания было приложено Л.В. Защук для работы музея.

В 1924 году на территории музея расположился детский дом, с проживающими в нем 180 детьми. Началось постепенное посягательство на территорию музея и его вытеснение. В 1928 году музей был реорганизован и превращен в краеведческий, причем, большая часть музейного материала была отправлена в кладовую. Вскоре пришло решение о закрытии музея. Сразу после увольнения Л.В. Защук с должности зав. музеем началась распродажа его имущества.

В 1924 году Лидия Васильевна познакомилась с Надеждой Григорьевной Чулковой, приехавшей в Оптину на дачу. Когда Лидию Васильевну уволили из музея, она осталась без средств к существованию. Н.Г. Чулкова стала помогать безработной Л.В. Защук, ежегодно высылая определенную сумму денег. Лидия Васильевна переселилась в Козельск, где сменила несколько адресов. Вскоре она стала давать частные уроки немецкого и французского языков, а когда средств на пропитание не хватало — продавала свое имущество. В июле 1926 года, когда Лидия Васильевна сломала ногу, то смогла поправиться только благодаря уходу и помощи Надежды Григорьевны.

Несмотря на то, что Л.В. Защук была больна и отошла от музейных дел, интерес чекистов к ее жизни не истощался. Искать повод для ареста долго не пришлось, тем более, что от органов ОГПУ в то время скрыть что-либо было сложно. Каждый шаг "социально опасных элементов" был под гласным и негласным присмотром осведомителей. Об этом сейчас говорят их доносы. Тогда же в секретном доносе, названном "докладной запиской", в Президиум калужского губисполкома поступили сведения о монастыре, где в частности говорилось: «...Вот Л.В. Защук, бывшая зав. музеем (с большим трудом отстраненная), жена полковника, странная, эксцентричная женщина, при изъятии церковных ценностей была за противодействие арестована, религиозна до крайней фанатичности, свою службу сочетавшая с поклонением старцам...»

17 июня 1927 года Лидия Васильевна вновь была арестована. Ее вызвали на допрос сразу после ареста. Лидия Васильевна вины за собой не признала. Она, как опытный юрист, спокойно и умно мотивировала все свои действия, обосновывая их распоряжениями и постановлениями правительства. Например, обвинение в незаконных богослужениях, со стороны арестованной Л.В. Защук, имело такое обоснование: «За молитвы частных лиц в своих помещениях никто отвечать не может, а богослужений там не допускалось, да никто и не просил о сем». Она даже позволила себе со свойственной ей деликатностью смолянки напомнить следователю о законах и указать на распоряжения властей: «Таким образом я ответила на обвинение по ст. 109 и 113 статье и 126-ой. Благодарю за данную возможность и радуюсь, что могу дать полезные вам №№ всех этих отношений, отмеченные мною вследствие внимания при прежней деятельности, чтобы все шло законно, больше я, старуха, ничего и припомнить не могу».

Как видно, обвинения в отношении Л.В. Защук рассыпались в ходе следствия, и она была освобождена 1 июля 1927 года по подписке о невыезде, но лишена права проживания в семи городах и их губерниях с прикреплением к месту жительства. Лидия Васильевна вернулась домой, в Козельск.

После ссылки Лидия Васильевна приехала в город Белев. В 30-е годы здесь жили ссыльные монахи Оптиной пустыни и монахини Шамординского монастыря. Все они посещали Никольскую церковь в Казачьей слободе Белева. Именно тогда епископ Белевской епархии Игнатий (Садковский) организовал подпольный женский монастырь при Казачьей церкви в Белеве. По его благословению в 1934 году епископ Георгий (Садковский), его брат, совершил чин пострижения Лидии Васильевны Защук в монахини с наречением имени Августы, а затем посвятил в схиму и назначил игуменией подпольного женского монастыря.

16 декабря 1937 года матушка Августа была арестована вместе с двадцатью монахами, монахинями, мирянами и священниками в городе Белеве. Незадолго до расстрела заключенных перевезли в город Тулу. Мать Августу дважды вызывали на допрос. На первом матушка ничего не сказала, а на втором подтвердила, что в городе Белеве был организован подпольный монастырь при Никольской Казачьей церкви. На требование дать показания относительно деятельности монастыря и назвать имена сестер она сказала: «От дачи показаний на поставленный мне вопрос отказываюсь».

Не прошло и двух недель, как следствие было закончено. 25 декабря 1937 года начальник Госбезопасности Белевского райотдела НКВД по Тульской области составил обвинительное заключение. Мать Августу обвинили в том, что она «создала и возглавила женский монастырь из лиц служителей монашеского элемента... возглавила контрреволюционную деятельность среди населения».

8 января 1938 года преподобномученицу Августу (Защук) вместе с другими священниками и монахинями привезли на 162-й км Симферопольского шоссе под Тулой... Здесь, где в настоящее время установлена часовня, прозвучали выстрелы в вечность, и просиял венец мученичества над душами русских людей.

По материалам: Соколова Л. И. «Высшая мера послушания. Материалы к житию преподобномученицы Августы (Защук)».

Источник: pstgu.ru