Искушение Христа в пустыне

Ека­те­рина Про­гни­мак

Оглав­ле­ние


Были ли у дья­вола шансы на победу?

В Еван­ге­лии гово­рится о том, как сразу после Своего Кре­ще­ния в водах Иор­дана Иисус Хри­стос уда­лился в пустыню, где постился сорок дней и побе­дил три иску­ше­ния от дья­вола. Но зачем Ему вообще было нужно поститься, и какой смысл для сатаны был в иску­ше­нии Христа?

Сама по себе эта еван­гель­ская исто­рия вовсе не пока­жется чем-то стран­ным тому, для кого Хри­стос – всего лишь обыч­ный чело­век. Мало ли, захо­тел кре­ститься – и кре­стился, захо­тел нало­жить на себя пост – тоже понятно, ну а иску­ше­ния – они вообще со всеми бывают. Но если заду­маться над тем, что Иисус из Наза­рета – вопло­тив­шийся Сын Божий, Бог, явив­шийся на землю, то тут уже появ­ля­ются вопросы. Как хри­сти­ане объ­яс­няют то, что их Бог, полу­ча­ется, постится? А как дьявол вообще посмел подойти к Нему и иску­шать – и неужели же Хри­стос мог под­даться на уго­воры и согре­шить?

Конечно, нет, отве­тит хри­сти­а­нин, Бог по Своему суще­ству без­гре­шен и свят, и нет в Нем ника­кой тьмы (1Ин.1:5), так что сатана абсо­лютно напрасно ста­рался. Но между тем, инте­ресно во всей этой исто­рии то, что у дья­вола откуда-то все же была надежда, что Хри­стос ему под­чи­нится. о чем же может идти речь?

Пришел, чтобы спасти всех

В Иудее I века от Р.Х., когда одно за другим начали сбы­ваться вет­хо­за­вет­ные про­ро­че­ства, очень многие ожи­дали явле­ния Христа. Вместе со всеми Христа ожидал и… дьявол – чтобы если не убить, то хотя бы поме­шать Ему испол­нить свою миссию. К при­меру, все помнят из Еван­ге­лия, как, словно по сата­нин­ской воле, царь Ирод, только услы­хав, что в Виф­ле­еме родился Царь Иудей­ский, велел убить в городе всех мла­ден­цев. И кто знает, не повто­рил бы попытки убий­ства Спа­си­теля еще в дет­стве, если бы дева Мария открыто объ­явила бы народу, Кто же есть на самом деле Ее сын Иисус. Поэтому, как напи­сано в Еван­ге­лии, Гос­подь вышел на откры­тое слу­же­ние тогда, когда уже был лет трид­цати (Лк.3:23) – то есть в воз­расте зре­лого муж­чины, по пред­став­ле­ниям иудеев, когда чело­век уже сам отве­чает за себя, имеет право гово­рить и учить в сина­гоге. И, как гово­рит Еван­ге­лие, первое, что сделал Сын Божий, – это пришел на реку Иордан, чтобы при­нять омо­ве­ние (кре­ще­ние) от Иоанна Пред­течи, всеми почи­та­е­мого за про­рока и пра­вед­ника.

Кре­ще­ние Иоанна было кре­ще­нием пока­я­ния – иными сло­вами, люди, кото­рые желали при­ми­ре­ния с Богом, этим риту­аль­ным омо­ве­нием пуб­лично сви­де­тель­ство­вали о своих грехах и про­сили у своего Созда­теля про­ще­ния. Такое кре­ще­ние не носило еще силы Таин­ства, каким оно стало в хри­сти­ан­стве. Омо­ве­ние в водах реки Иордан (не какой-то осо­бен­ной в ту пору, а просто един­ствен­ной боль­шой реки в Иудее), кото­рое пред­ла­гал Иоанн, неспо­собно было на самом деле очи­стить чело­века от греха. Оно даже не отме­няло при­не­се­ния хра­мо­вой жертвы за грех, необ­хо­ди­мой по вет­хо­за­вет­ному Закону. Однако омо­ве­ние на глазах у всех, прак­ти­че­ски пуб­лич­ное при­зна­ние «Я согре­шил пред Тобою», без­условно, помо­гало чело­веку рас­ка­яться и бороться с грехом, чтобы не повто­рять его в буду­щем. И тем более хотели люди очи­ститься от своих грехов, что Иоанн про­по­ве­до­вал: вот-вот придет дол­го­ждан­ный Мессия, покай­тесь, ибо при­бли­зи­лось Цар­ство Небес­ное (Мф.3:2).

Но тут про­ис­хо­дит необъ­яс­ни­мое. Да, Мессия дей­стви­тельно при­хо­дит, и Иоанн узнает Его, сви­де­тель­ствует о Нем, как о Спа­си­теле мира – но открыв­ший Себя Спа­си­тель гово­рит, что пришел… кре­ститься!

Можно понять, как был удив­лен Иоанн, кото­рый, услы­шав просьбу Иисуса о кре­ще­нии, удер­жи­вал Его и гово­рил: мне надобно кре­ститься от Тебя, и Ты ли при­хо­дишь ко мне? (Мф.3:14). Это была не просто скром­ность. Иоанн навер­няка зада­вал себе вопрос – как воз­можно спа­се­ние для греш­ни­ков, если даже Спа­си­тель, Мессия, вели­чай­ший Пра­вед­ник, Кото­рого сотни лет ждали евреи, желает пуб­лично пока­яться в своих грехах?

Вспом­ним сейчас то, что уже две тысячи лет знают хри­сти­ане, но чего не знал в то время еще никто, кроме девы Марии. Иисус – это не просто пра­вед­ник, он – Сын Божий, Сам Бог, вопло­тив­шийся и став­ший чело­ве­ком. И как Бог, он не имеет на Себе ника­кого греха. Но именно поэтому, как ни пара­док­сально, и пришел он кре­ститься от Иоанна – чтобы перед всеми людьми, кото­рые когда-либо при­хо­дили сюда и омы­вали свои без­за­ко­ния, перед всеми уже давно умер­шими людьми и перед всеми, кому еще только пред­стоит родиться, навсе­гда засви­де­тель­ство­вать: он, не име­ю­щий на Себе ника­кого греха, – не гну­ша­ется греш­ными людьми, он пришел, чтобы спасти всех. Бог вопло­тился, стал таким же, как все люди, – и вот он пришел омыться в водах пока­я­ния, словно про­стой греш­ник, и доб­ро­вольно взять на Себя чужие пре­ступ­ле­ния, чтобы позже иску­пить их на Кресте.

Дело в том, что на свете, без сомне­ния, нет ни одного пол­но­стью пра­вед­ного чело­века, сво­бод­ного от греха. В отно­ше­ниях между людьми всегда бывает так, что кто обидел люби­мого хоть одна­жды, кто нару­шил в отно­ше­нии него хоть одну запо­ведь любви – нару­шил тем самым их все. Отно­ше­ния чело­века и Бога должны быть именно отно­ше­ни­ями любви, и тогда о какой пра­вед­но­сти может идти речь, как чело­век может быть «немножко» верен Богу? Поэтому, хотя Иисус и не был вино­ват абсо­лютно ни в чем, при­ни­мая кре­ще­ние, тем самым Он взял на себя абсо­лютно все грехи, а не только те, кото­рые были названы вслух на берегу Иор­дана. Будучи неви­нов­ным, Он поз­во­лил обви­нить Себя одного – во всем.

С тех пор фраза «взять грех на себя» давно стала кры­ла­той, но в своем соб­ствен­ном смысле она отно­сится только ко Христу, и берет свое начало в словах Иоанна, осо­знав­шего после кре­ще­ния Христа, зачем Тот пришел на землю: вот Агнец Божий, Кото­рый берет на Себя грех мира (Ин.1:29). Как сказал об этом свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст, «Тот, Кто мог истре­бить грехи всего рода чело­ве­че­ского, Сам уже без сомне­ния был без­гре­шен». По сути, Хри­стос взял на себя болезнь нашей при­роды, с кото­рой мы сами не можем спра­виться, – взял, чтобы исце­лить нас от нее и уни­что­жить саму при­чину этой болезни – грех. Не зря празд­ник Кре­ще­ния Гос­подня назы­ва­ется еще Бого­яв­ле­нием, ведь Бог Отец, про­из­нес­ший в момент кре­ще­ния Иисуса слова Сей есть Сын Мой воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние (Мф.3:17), явил всему миру откро­ве­ние о Своей любви к людям, ради спа­се­ния кото­рых отдал Сына.

Послед­ние дни оди­но­че­ства

Итак, Гос­подь объ­явил о Себе, вышел на откры­тое слу­же­ние. Но чего это Ему стоило? Во время моле­ния Христа в Геф­си­ман­ском саду в послед­ние часы перед Своими крест­ными стра­да­ни­ями Гос­подь скор­бел и плакал, и просил уче­ни­ков побыть с Ним, не остав­лять Его в оди­но­че­стве. Боже­ствен­ная при­рода доб­ро­вольно иду­щего на казнь Спа­си­теля была непо­ко­ле­бима и тверда – но чело­ве­че­ская Его при­рода не могла, конечно, оста­ваться без­участ­ной к про­ис­хо­дя­щему, как если бы Он был каким-нибудь бес­чув­ствен­ным робо­том. Поэтому кто знает, что мог чув­ство­вать Иисус в самом начале Своего пути, когда взял на Свои плечи нево­об­ра­зи­мую тяжесть всех грехов, когда-либо совер­шен­ных людьми?..

Мы не узнаем, какой глу­бины была Его скорбь и тре­вога за людей, кото­рые не поняли ни смысла Его кре­ще­ния, ни слов Иоанна – но знаем только, что сразу после кре­ще­ния Гос­подь постился в пустыне целых сорок дней. Конечно, Он знал с самого начала, что Ему пред­стоит постра­дать. И, может быть, именно поэтому начало конца Его земной жизни, эти первые сорок дней после кре­ще­ния, стали для него вре­ме­нем, про­ве­ден­ным в оди­но­че­стве и молитве. Ведь можно попы­таться пред­ста­вить, как чув­ствует себя, к при­меру, неви­нов­ный чело­век, кото­рый доб­ро­вольно пошел в тюрьму ради спа­се­ния близ­ких и теперь ждет от своего народа заве­домо неспра­вед­ли­вого суда, причем при­го­вор ему уже изве­стен – смерть. Такой чело­век навер­няка скор­бит и, может быть, от горя не хочет даже есть – но дело здесь, конечно, вовсе не в каче­стве еды или рели­ги­оз­ных нормах.

Вот и Христу не тре­бо­вался пост в нашем при­выч­ном пони­ма­нии, когда мы при­ла­гаем какие-то усилия своей воли, чтобы отка­заться от пищи и при­ну­дить себя к молитве. Гос­поду не тре­бо­ва­лось Себя ни к чему при­нуж­дать – но Он уже отдал всего Себя без остатка людям, и поэтому то время, кото­рым обла­дал еще на земле, если и упо­треб­лял позже для еды и пир­ше­ства – то только для того, чтобы под­дер­жать силы или за бесе­дой при­ве­сти еще одного чело­века к пока­я­нию. Поэтому нельзя ска­зать нечто вроде «Бог постился сорок дней – точнее будет обо­зна­чить, что сорок дней Хри­стос только молился. Причем в Еван­ге­лии ска­зано, что Он взал­кал (Мф.4:2) лишь напо­сле­док – и отсюда видно, каково было напря­же­ние Его духов­ных и душев­ных сил во время молитвы – сорок дней Он не вспо­ми­нал о том, что голо­ден. А если кого-то сму­щает такая длина поста (ведь, скорее всего, все сорок дней в пустыне Хри­стос попро­сту ничего не ел!) – то доста­точно ска­зать, что в меди­цине зафик­си­ро­ваны случаи и гораздо более дол­гого пол­ного голо­да­ния, чем сорок дней, так что ничего фан­та­сти­че­ского в этом вовсе нет.

Пост Христа – это подвиг насто­я­щей молитвы, а не мучи­тель­ное огра­ни­че­ние в еде. А значит, и для хри­стиан пост всегда должен быть связан в первую оче­редь с молит­вой. Огра­ни­че­ние себя в еде ни в коем случае нельзя пони­мать как «очи­сти­тель­ную диету для тела» – ведь на самом деле это сред­ство очи­стить разум и душу. А еще соро­ка­днев­ный пост Спа­си­теля – един­ствен­ный эпизод в Еван­ге­лии, о кото­ром можно твердо ска­зать, что здесь Хри­стос был абсо­лютно один – а значит, о про­изо­шед­шем в пустыне Он Сам рас­ска­зал позже Своим уче­ни­кам. Но что же там про­изо­шло кроме, соб­ственно, самого поста?

«Закля­тый друг»

Да, дьявол ожидал Мессию долго. Гото­вился к Его при­ходу, при­ду­мы­вал, как пора­зить, чем иску­шать, как бороться с Его уче­ни­ками, если они появятся. Одного сатана не мог пред­ста­вить – что Бог не просто пошлет вели­кого пра­вед­ника вместо Себя, а Сам придет на Землю. Никто не может про­ник­нуть в замыслы Бога – а тем более падший дух. Дьявол узур­пи­ро­вал власть Бога над миром, под­чи­нил себе людей так, что даже Хри­стос гово­рил о сатане – князь мира сего (Ин.14:30). И вот этот враг ждал веками, когда имя Спа­си­теля станет известно. Ждал и боялся – и нако­нец услы­шал, что в кре­ще­нии на реке Иордан явил Себя дол­го­ждан­ный Хри­стос.

Будучи не в силах про­ник­нуть в тайну Бого­во­пло­ще­ния, дьявол не мог и быть уверен, что Иисус – это дей­стви­тельно Мессия. Поэтому, как только Хри­стос уда­лился в пустыню, дьявол принял реше­ние лично прийти, уви­деть и побе­дить.

Но тут падший дух обма­нулся в своих ожи­да­ниях первый раз. Ведь как мы уже знаем, сорок дней Хри­стос был погру­жен в молитву, и пре­рвать Его раз­го­вор с Отцом не смог бы никто – если бы не чело­ве­че­ская при­рода Гос­пода, нуж­дав­ша­яся в пище. «По высоте Боже­ства, Он был бы непри­сту­пен про­тив­нику, – пишет свя­ти­тель Васи­лий Вели­кий, – если б чрез алка­ние не сни­зо­шел до чело­ве­че­ской немощи». И только поймав крат­кий миг физи­че­ской сла­бо­сти Христа, дьявол под­сту­пил к Нему – чтобы обма­нуться во второй раз…

Соро­ка­днев­ный пост был изве­стен еще из Вет­хого Завета. Так, Моисей постится сорок дней перед тем, как полу­чить десять запо­ве­дей (Исх.34:28). Также изве­стен пост про­рока Илии (3Цар.17:19), а в целом евреи пости­лись четыре раза в год (Зах.8:19).

Хри­стос, как пишет Фео­фи­лакт Бол­гар­ский, «постится столько вре­мени, сколько Моисей и Илия: а если бы – больше, то вопло­ще­ние Его пока­за­лось бы при­зрач­ным».

Не хлебом единым

Ожидая уви­деть перед собой пусть и «более могу­ще­ствен­ного» чело­века, но, со своей точки зрения, обыч­ного греш­ника (иначе зачем еще, каза­лось бы, нужно было кре­ститься от Иоанна?), дьявол на самом деле встре­тился… с Самим Богом. Как же раз­ви­ва­лась эта ситу­а­ция?

Сатана три раза попы­тался иску­сить Созда­теля. И пусть поря­док вто­рого и тре­тьего иску­ше­ний у еван­ге­ли­стов Матфея и Луки раз­ли­ча­ется (кто как услы­шал, так и запом­нил), но о харак­тере иску­ше­ний апо­столы пишут совер­шенно оди­на­ково.

Итак, первое иску­ше­ние, с кото­рым дьявол подо­шел ко Христу, явно было вызвано недо­уме­нием сатаны, ибо, «при­по­ми­ная ска­зан­ное об Иисусе, он не может пове­рить, чтобы это был про­стой чело­век; с другой сто­роны, видя Его алчу­щим, не может допу­стить, чтобы это был Сын Божий. Нахо­дясь в таком недо­уме­нии, он при­сту­пает к Нему с сло­вами сомне­ния», – пишет свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст. Итак, дьявол гово­рит Христу: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сде­ла­лись хле­бами (Мф.4:3). Он нарочно не упо­ми­нает о том, что Хри­стос голо­ден, но льстит Ему и коварно напо­ми­нает о Его досто­ин­стве.

Испы­ты­ва­ю­щему голод Гос­поду гово­рится нечто под­хо­дя­щее по ситу­а­ции. «Но ты, дьявол, ста­но­вишься в двой­ное про­ти­во­ре­чие. Если по Его могу­ще­ству камни могут сде­латься хле­бами, то напрасно ты иску­ша­ешь Того, Кто настолько могу­ще­стве­нен. А если Он этого сде­лать не может, то напрасно ты подо­зре­ва­ешь в Нем Сына Божия», – заме­тил в свое время бла­жен­ный Иеро­ним Стри­дон­ский.

Но дьявол все же, иску­шая Христа, пред­ла­гает Ему упо­тре­бить Свою Боже­ствен­ную силу, чтобы насы­титься, совер­шить чудо для одного Себя – и заодно ловко про­ве­рить, есть ли предел все­мо­гу­ще­ству Бога. Но Гос­подь сказал ему в ответ: напи­сано: не хлебом одним будет жить чело­век, но всяким словом, исхо­дя­щим из уст Божиих (Мф.4:4). Эта фраза взята из биб­лей­ской книги Вто­ро­за­ко­ния (Втор.8:3) и была, конечно, на слуху у всех иудеев со времен Моисея. По сути, Гос­подь не стал ни слу­шаться дья­вола, ни заяв­лять о Своем досто­ин­стве – Он просто отверг иску­ше­ние, даже не всту­пая в спор с сата­ной.

Если Ты Сын Божий

Но дьявол, полу­чив в ответ ни «да», ни «нет» и потер­пев неудачу в первый раз, не отсту­пил. Еван­ге­лист Матфей так пишет о втором иску­ше­нии: берет Его диавол в святой город и постав­ляет Его на крыле храма, и гово­рит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо напи­сано: Анге­лам Своим запо­ве­дает о Тебе, и на руках поне­сут Тебя, да не пре­ткнешься о камень ногою Твоею (Мф.4:5–6). Кстати, уже само по себе инте­ресно повто­ря­ю­ще­еся обра­ще­ние сатаны ко Христу – если Ты Сын Божий. «Дьявол начи­нает так, чтобы узнать: Божий ли Он Сын; но Гос­подь так скромно отве­чает ему, что он оста­ется в сомне­нии», – отме­чает бла­жен­ный Иеро­ним.

Второе иску­ше­ние – это попытка сыг­рать на често­лю­бии. Бро­ситься на глазах у всех с Иеру­са­лим­ского Храма, чтобы ангелы под­хва­тили Его в полете – что могло бы ярче дока­зать Боже­ствен­ную при­роду?

Дьявол, уве­рен­ный в своем умении лгать, при­зы­вает чело­века Иисуса (напом­ним, что сатана еще не уверен, что это – Хри­стос) про­ве­рить, выпол­няет ли Бог Свои обе­ща­ния, бук­вально испы­тать Писа­ние на себе – явятся ли ангелы, спасут ли? Но Спа­си­тель не под­да­ется на эту уловку и отве­чает – напи­сано также: не иску­шай Гос­пода Бога твоего (Мф.4:7). И снова это слова из Вто­ро­за­ко­ния (6:16), и снова они не дают сатане ответа на вопрос, кто же этот Чело­век.

Что здесь значит ответ Гос­пода, как может чело­век иску­шать Бога? Про­дол­же­ние этой фразы звучит так: как вы иску­шали Его в Массе (Втор.6:16). Моисей про­из­но­сит эти слова потому, что в месте под назва­нием Масса и Мерива евреи, стра­да­ю­щие в пустыне от жажды, иску­шали Бога, говоря – есть ли Гос­подь среди нас, или нет? (Исх.17:7). Они начали сомне­ваться в истин­но­сти бытия Бога и в Его любви к ним только потому, что Он медлил дать им воды для питья! Тем паче людям свой­ственно иску­шать Бога, когда Он не дает им чего- либо, по их мнению, еще более важ­ного. Против такого потре­би­тель­ски ‑недо­вер­чи­вого отно­ше­ния к Богу и гово­рит Хри­стос, отве­чая сатане.

Кстати, нет ничего стран­ного в том, что дьявол в этом иску­ше­нии цити­рует Библию – это лишний раз пока­зы­вает, что зна­нием Писа­ния можно при­кры­вать любые цели, в том числе и совсем небла­го­вид­ные. Поэтому так важно ста­раться понять, что стоит за тек­стом, а не просто учить наизусть стихи из Библии. К тому же дьявол цити­рует Писа­ние… непра­вильно.

Анге­лам Своим запо­ве­дает о Тебе… – про­из­но­сит отец лжи строчку из псалма. Несо­мненно, если бы он под­линно знал, что это напи­сано о Спа­си­теле, то должен был бы при­со­еди­нить и то, что далее гово­рится в том же псалме и против него: На аспида [неболь­шая ядо­ви­тая змея] и васи­лиска [змея боль­шая] насту­пишь [без вреда]; попи­рать будешь льва и дра­кона [боль­шой змей]. О помощи анге­лов дьявол гово­рит Ему как бы немощ­ному, а о своем уни­чи­же­нии, как хитрец, он умал­чи­вает, – снова вскры­вает обман дья­вола Иеро­ним.

А по поводу той части Иеру­са­лим­ского Храма, на кото­рой дьявол бесе­до­вал с Хри­стом, пре­по­доб­ный Ефрем Сирин заме­тил, что «даже доселе это место воз­вы­шенно, хотя храм и раз­ру­шен, как Сам (Гос­подь) сказал: не оста­нется в нем камня на камне (Мф.24:2). Но место, на кото­ром стоял, как (некое) зна­ме­ние сохра­ни­лось». Сейчас это место назы­вают Стеной Плача…

Цар­ство тьмы в пода­рок

Нако­нец, от бес­си­лия и отча­я­ния сатана при­бе­гает к своему послед­нему доводу. Ему так важно поме­шать Спа­си­телю, заста­вить Его согре­шить, что ради этого он идет, на, каза­лось бы, вели­кие для себя жертвы. И, воз­ведя Его на высо­кую гору, диавол пока­зал Ему все цар­ства все­лен­ной во мгно­ве­ние вре­мени, и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими цар­ствами и славу их, ибо она пре­дана мне, и я, кому хочу, даю ее; итак, если Ты покло­нишься мне, то всё будет Твое (Лк.4:5–7) или, как уди­ви­тельно точно ска­зано у Матфея, – если, пав, покло­нишься мне (Мф.4:9).

Пред­ла­гая первые два иску­ше­ния, дьявол еще сомне­ва­ется, что Иисус – это Спа­си­тель. Но в третий раз отец лжи уже не спра­ши­вает Его ни о чем, а просто и грубо пред­ла­гает «взятку». Пре­дать Отца, покло­ниться сатане – и полу­чить миро­вое гос­под­ство, полу­чить и власть над людьми, кото­рую можно исполь­зо­вать в том числе и для того, чтобы всех спасти… Как просто было бы так посту­пить, и не пона­до­бился бы даже Крест— вот, дьявол сам пред­ла­гает Христу взять Самому в руки власть над миром, пре­дать Бога, и ценой этого пусть даже при­твор­ного пре­да­тель­ства облег­чить изна­чально труд­ную, и при этом еще и смер­тельно опас­ную задачу по спа­се­нию мира. Навер­няка тут была и попытка сыг­рать на таких эле­мен­тар­ных чело­ве­че­ских грехах, как жад­ность и жажда власти. А еще поклон перед дья­во­лом озна­чал бы, что Хри­стос при­знал, будто бы зло непо­бе­димо, будто сатана и вправду все­мо­гущ и правит миром по праву силь­ней­шего.

Поэтому на такое, каза­лось бы, заман­чи­вое пред­ло­же­ние дья­вола Иисус отве­тил лишь: отойди от Меня, сатана, ибо напи­сано: Гос­поду Богу твоему покло­няйся и Ему одному служи (Мф.4:10). И снова это цитата из Вто­ро­за­ко­ния, но на этот раз Хри­стос уже прямо при­зы­вает дья­вола с ее помо­щью вспом­нить, Кому на самом деле при­над­ле­жит все тво­ре­ние. Хри­стос при­зы­вает пад­шего ангела снова покло­ниться Себе, как истин­ному Гос­поду и Богу. И тем более в этот момент ста­но­вится оче­вид­ной ложь врага, ведь тот пред­ла­гает Христу власть в обмен… на при­зна­ние соб­ствен­ной власти. Но разве можно стать вла­ды­кой чего-либо, скло­нив­шись перед другим «вла­ды­кой»? Дьявол и вправду лжет во всем, от начала до конца.

Инте­ресно, что от самой власти над миром Хри­стос не отка­зы­ва­ется (как этого бы сатане ни хоте­лось). Нет, Он пришел, чтобы пра­вить, как истин­ный Царь, – но Цар­ство, кото­рое не от мира сего, и Своих под­дан­ных Он спасет на Кресте Сам, а не примет из рук врага. И сатана уходит, услы­шав третий ответ, – здесь его козни уже не смогут достичь своей цели.

Вопрос: но что за грех было пре­тво­рить камни в хлебы?
Ответ: знай, что послу­шаться диа­вола в чем бы то ни было, грех. (Тол­ко­ва­ние Фео­фи­лакта Бол­гар­ского на Писа­ния).

Непо­бе­ди­мая победа

Стоит обра­тить вни­ма­ние, что чудеса, кото­рые дьявол пред­ла­гает совер­шить Христу, – бес­смыс­ленны по срав­не­нию с теми чуде­сами, кото­рые творил Сам Гос­подь. Хри­стос кормил голод­ных, исце­лял боль­ных, вос­кре­шал мерт­вых… Все Его чудеса были чуде­сами любви, они имели своей целью физи­че­ское и духов­ное спа­се­ние кон­крет­ных людей, но ни одно из них не было сотво­рено для того, чтобы просто про­сла­виться. Наобо­рот, о неко­то­рых Своих чуде­сах Хри­стос попро­сту запре­щал людям рас­ска­зы­вать (хотя они и нару­шали запрет – кто от жела­ния похва­статься, а кто из бла­го­дар­но­сти). Он не хотел, чтобы люди слу­шали Его из страха или любо­пыт­ства, словно какого-то таин­ствен­ного чаро­дея. Христу нужны были любя­щие уче­ники, кото­рые будут верить Ему просто потому, что Он – это Он.

Пора­же­ние дья­вола в попытке иску­сить Спа­си­теля можно рас­це­ни­вать как первую победу Христа над цар­ством зла. А ведь если сам гене­рал темных сил про­иг­рал клю­че­вую битву на этапе раз­ра­ботки штаб­ной стра­те­гии, то потом уже нет ника­ких шансов у его солдат выиг­рать войну. Хри­стос побе­дил дья­вола навсе­гда, Он устоял перед ним, а потом дал даже Своим уче­ни­кам, про­стым людям, власть изго­нять бесов и исце­лять людей. В Ветхом Завете не было опи­сано ни одного случая исце­ле­ния одер­жи­мых сата­ной, это каза­лось совер­шенно немыс­ли­мым для чело­века – так что именно поэтому иудеи потом так недо­уме­вали о чуде­сах Христа и допы­ты­ва­лись – какою вла­стью Ты это дела­ешь, или кто дал Тебе власть сию? (Лк.20:2).

А в самом факте того, что Спа­си­тель был иску­шаем, нет ничего гре­хов­ного. Пре­ступ­ле­ние запо­веди начи­на­ется тогда, когда чело­век начи­нает мыс­ленно согла­шаться с пред­ло­же­нием врага. Отверг­нуть же его, едва услы­шав, – это не грех, а доб­лесть. Кроме того, как пишет апо­стол Павел, Хри­стос должен был во всем упо­до­биться бра­тьям… ибо, как Сам Он пре­тер­пел, быв иску­шен, то может и иску­ша­е­мым помочь (Евр.2:17–18).

Сатана будет делать еще не одну попытку иску­сить Гос­пода и поме­шать Ему. Он будет пытаться дей­ство­вать через Его уче­ни­ков, через обыч­ных людей и, нако­нец, через физи­че­ские стра­да­ния и рас­пя­тие. Но он уже нико­гда не сможет побе­дить Спа­си­теля, и именно то, что Иисус Хри­стос отверг все иску­ше­ния еще в самом начале Своего слу­же­ния, послу­жило зало­гом буду­щего Вос­кре­се­ния Его из мерт­вых – ведь как мог дьявол удер­жать в своей власти Того, Кто уже ока­зался одна­жды силь­нее, И как когда-то из-за греха одного чело­века в мир вошла смерть, так теперь смерть смогла быть побеж­дена на Кресте из-за того, что один-един­ствен­ный Пра­вед­ник, взяв­ший на себя грехи всего мира, Сам не под­дался иску­ше­нию – и не согре­шил.

В рай­ском саду Адам и Ева не смогли усто­ять перед иску­ше­нием – и мир для них стал враж­деб­ной пусты­ней. Но Хри­стос, как новый Адам, исправ­ляет ошибку первых людей. Он уходит в пустыню и там побеж­дает все те же самые иску­ше­ния дья­вола – чтобы раз­ру­шить власть тьмы и снова вер­нуть нас в Цар­ство любя­щего Отца.

журнал «Фома»

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки