Какое имя выбрать новорожденному

По бла­го­сло­ве­нию епи­скопа Сара­тов­ского и Воль­ского Лон­гина

Оглав­ле­ние



^ Сущ­ность имени

Каждый из нас носит какое-либо имя. По имени к нам обра­ща­ются, наши имена реги­стри­ру­ются в доку­мен­тах, нако­нец, мы сами выби­раем и даем имена нашим детям. Но, выби­рая имя, заду­мы­ва­лись ли мы над тем: а что же это такое – имя? Попро­буем отве­тить на этот вопрос.

Изна­чаль­ный смысл имени, наиме­но­ва­ния заклю­ча­ется в том, чтобы одним точным словом или крат­кой фразой попы­таться схва­тить, обо­зна­чить глу­бин­ный смысл вещи, выявить ее суть, найти харак­тер­ную ее осо­бен­ность.

Именно так пони­ма­лось и пони­ма­ется имя в книгах Вет­хого Завета. Имя чело­века или назва­ние пред­мета тес­ней­шим обра­зом свя­зано с его сутью: «Создал Гос­подь Бог чело­века из праха зем­ного, и вдунул в лице его дыха­ние жизни» (Быт. 2:7). Имя пер­вого чело­века – Адам – и озна­чает: чело­век.

«И создал Гос­подь Бог из ребра, взя­того у чело­века, жену, и привел ее к чело­веку. И сказал чело­век: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет назы­ваться женою, ибо взята от мужа своего» (Быт. 2:22-23). «И нарек Адам имя жене своей: Ева, ибо она стала мате­рью всех живу­щих» (Быт. 3:20). (Ева – пода­тель­ница жизни, жизнь.)

Здесь мы видим, как зна­че­ние имени отра­жало особую для свя­щен­ной исто­рии функ­цию его носи­теля.

Иногда имя изме­ня­лось. Изме­не­ние имени чело­века имело своей целью отме­тить новое его при­зва­ние:

«…и не будешь ты больше назы­ваться Авра­мом, но будет тебе имя: Авраам, ибо Я сделаю тебя отцом мно­же­ства наро­дов» (Быт. 17:5). (Авраам – отец мно­же­ства наро­дов.)

А вот как полу­чил свое новое имя вет­хо­за­вет­ный пат­ри­арх Иаков (Иаков – «запи­на­тель» – близ­нец, родив­шийся вторым, держал своего пер­во­род­ного брата Исава за пятку; Изра­иль – боров­шийся с Богом):

«И остался Иаков один. И боролся Некто с ним до появ­ле­ния зари; и, увидев, что не одо­ле­вает его, кос­нулся состава бедра его и повре­дил состав бедра у Иакова, когда он боролся с Ним. И сказал ему: отпу­сти Меня, ибо взошла заря. Иаков сказал: не отпущу Тебя, пока не бла­го­сло­вишь меня. И сказал: как имя твое? Он сказал: Иаков. И сказал [ему]: отныне имя тебе будет не Иаков, а Изра­иль, ибо ты боролся с Богом, и чело­ве­ков одо­ле­вать будешь. Спро­сил и Иаков, говоря: скажи мне имя Твое. И Он сказал: на что ты спра­ши­ва­ешь о имени Моем? оно чудно. И бла­го­сло­вил его там. И нарек Иаков имя месту тому: Пенуэл; ибо, гово­рил он, я видел Бога лицем к лицу, и сохра­ни­лась душа моя» (Быт. 32:24-30).

Кроме того, имя имело и тесную вза­и­мо­за­ви­си­мость с каче­ствами самой лич­но­сти (иначе говоря: «по имени и житие»): «Пусть гос­по­дин мой не обра­щает вни­ма­ния на этого злого чело­века, на Навала; ибо каково имя его, таков и он. Навал – имя его, и безу­мие его с ним» (1Цар. 25:25). Навал – значит безум­ный. Таким обра­зом, глу­бо­кий духов­ный смысл имени, наре­чен­ного чело­веку, пред­по­ла­гал таин­ствен­ную «обрат­ную связь» с его носи­те­лем.

Особое зна­че­ние в Ветхом Завете имеют имена Бога. Имен у Бога много, и каждое из них откры­вает для нас какое-либо из Его бес­чис­лен­ных свойств. Сам Гос­подь гово­рит Моисею:

«Я Гос­подь. Являлся Я Авра­аму, Исааку и Иакову с именем «Бог Все­мо­гу­щий», а с именем Моим «Гос­подь» не открылся им» (Исх. 6:2).

Вот и в Новом Завете откры­ва­ются новые имена Божии: Отец Небес­ный, Любовь (1Ин. 4:16).

«Я открыл имя Твое чело­ве­кам, кото­рых Ты дал Мне от мира» (Ин. 17:6). При этом Гос­подь Иисус Хри­стос ясно дает понять, что речь идет теперь о новом виде дела спа­се­ния, когда при­зы­вает уче­ни­ков обра­щаться к Богу как Отцу:

«Он сказал им: когда моли­тесь, гово­рите:

Отче наш, сущий на небе­сах! да свя­тится имя Твое; да при­и­дет Цар­ствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе» (Лк. 11:2).

Сам Гос­подь был наре­чен через Ангела именем Иисус – Спа­си­тель:

«Иосиф, сын Дави­дов! не бойся при­нять Марию, жену твою, ибо родив­ше­еся в Ней есть от Духа Свя­таго; родит же Сына, и наре­чешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их. А все сие про­изо­шло, да сбу­дется речен­ное Гос­по­дом через про­рока, кото­рый гово­рит: се, Дева во чреве при­и­мет и родит Сына, и наре­кут имя Ему Емма­нуил, что значит: с нами Бог» (Мф. 1:20-23).

Ранее Ангел явился Заха­рии, отцу Иоанна Кре­сти­теля, пред­ска­зы­вая ему о рож­де­нии сына и пору­чая дать ему имя Иоанн, что значит «бла­го­дать Божия»:

«Ангел же сказал ему: не бойся, Заха­рия, ибо услы­шана молитва твоя, и жена твоя Ели­са­вета родит тебе сына, и наре­чешь ему имя: Иоанн; и будет тебе радость и весе­лие, и многие о рож­де­нии его воз­ра­ду­ются, ибо он будет велик пред Гос­по­дом» (Лк. 1:13-15).

В этом мы видим про­дол­же­ние тех вет­хо­за­вет­ных тра­ди­ций, когда имя чело­века должно было выра­жать особое его отно­ше­ние к Богу.

Такое же отно­ше­ние к имени как выра­же­нию лич­но­сти имело место и в эпоху первых хри­стиан. Так, вмч. Пан­те­ле­и­мон пер­во­на­чально был назван роди­те­лями Пан­то­леон, что значит: во всем лев. Пред­по­ла­га­лось, что муже­ством он будет подо­бен льву. Но впо­след­ствии он был пере­име­но­ван в Пан­те­ле­и­мона, то есть все­ми­ло­сти­вого, ибо всем ока­зы­вал мило­сер­дие: бес­платно лечил боль­ных, раз­да­вал щедрую мило­стыню нищим.

Из ска­зан­ного необ­хо­димо сде­лать один важный вывод, каса­ю­щийся наре­че­ния имени.

Имена давали и дают люди: так, напри­мер, Адам и Ева сами наре­кали своих детей – так были названы Авель, Каин, Сиф (Быт. 4; 1-2, 25) и др. Также и Гос­подь дает имя – как в Ветхом Завете Исааку (Быт. 17:19) и др., так и в Новом Завете – Иоанну Кре­сти­телю (Лк. 1:13) и Ему Самому (Мф. 1:20-21) и неко­то­рым святым.

Таким обра­зом, само Свя­щен­ное Писа­ние, под­твер­ждая право роди­те­лей самим наре­кать имена своим детям и одно­вре­менно сви­де­тель­ствуя об уча­стии Бога в этом деле, пред­по­ла­гает тем самым прямое сотвор­че­ство Бога и чело­века в выборе имени.

Итак, читая Свя­щен­ное Писа­ние, мы пони­маем, как воз­никли первые имена. Мы видим, что они были нераз­рывно свя­заны с боже­ствен­ным пред­на­зна­че­нием чело­века в кон­тек­сте свя­щен­ной исто­рии и имели целью при­бли­зить чело­века к Богу.

С наступ­ле­нием эры хри­сти­ан­ства и появ­ле­нием хри­сти­ан­ских святых имена стали давать в их честь. Эти имена стали новыми про­вод­ни­ками, кото­рые свя­зали людей с истин­ным Богом – Хри­стом— союзом со свя­тыми угод­ни­ками Его, ибо, как гово­рит св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский, «Бог во святых почи­вает и в самом имени их».

С уста­нов­ле­нием без­бож­ной власти в России активно вытрав­лялся, выхо­ла­щи­вался духов­ный смысл имен. Они пре­вра­ща­лись в при­ми­тив­ный бук­вен­ный код – напо­до­бие поряд­ко­вого номера, кото­рый в соче­та­нии с отче­ством и. фами­лией должен был слу­жить целям госу­дар­ствен­ной инвен­та­ри­за­ции насе­ле­ния.

Однако чело­век, как образ Божий, своей лич­но­стью всегда оду­хо­тво­рял имя, несмотря на все попытки отсечь его боже­ствен­ный смысл. Насколько свят носи­тель, настолько он освя­щает свое имя. Хри­сти­ане святят имя Бога своей жизнью. Кон­крет­ный чело­век при­зван свя­тить свое личное имя. Жизнь без Бога, вне Церкви есть отсут­ствие свя­то­сти, при кото­рой имя не свя­тится, а пре­да­ется пору­га­нию, теряет свой боже­ствен­ный смысл. Только в живой связи с Цер­ко­вью – этим «сооб­ще­ством святых» – и имя полу­чает досто­ин­ство свя­того.

^ Обыч­ные сует­ные сооб­ра­же­ния при выборе имени. Мнимая «кра­сота» имен

Задолго до появ­ле­ния ребенка в семье начи­на­ются раз­мыш­ле­ния по поводу его буду­щего имени. В выбор активно вклю­ча­ются не только отец и мать, бабушки и дедушки, но даже и многие сослу­живцы и зна­ко­мые. В связи с этим в выбор имени, о важ­ней­шем духов­ном смысле кото­рого гово­ри­лось выше, при­вно­сится немало сует­ного и житей­ского.

Совер­шенно необъ­яс­нимо кате­го­рич­ное отно­ше­ние неко­то­рых людей к отдель­ным именам. При этом те, кто выска­зы­вает подоб­ные кате­го­рич­ные суж­де­ния, подчас не могут при­ве­сти сколько-нибудь веских дово­дов в их пользу: «Не люблю, не пере­ношу имени Глеб, не знаю почему», «Не люблю имени Иван, оно грубое», «Какое при­ят­ное имя – Иван. Оно звучит коротко и просто, близко нашему сердцу», «Люблю имена с удво­ен­ными соглас­ными», «Люблю имена на Э» – подоб­ные суж­де­ния можно слы­шать довольно часто.

Кра­соту имен, как и всякую кра­соту, люди вос­при­ни­мают по-раз­ному, неда­ром на этот счет сло­жены пого­ворки. Тут играют роль раз­но­об­раз­ные обсто­я­тель­ства: воз­раст выби­ра­ю­щего имя (в этом деле очень часто при­ни­мают уча­стие стар­шие члены семьи – дедушки и бабушки; как пра­вило, у людей разных поко­ле­ний вкусы не сов­па­дают), место житель­ства, начи­тан­ность, эсте­ти­че­ское вос­пи­та­ние и т. д.

Говоря о «кра­соте» имен, нельзя не вспом­нить о так назы­ва­е­мой моде на имена. Эта мода напо­ми­нает повет­рие в бук­валь­ном смысле этого слова (раз­но­сится по ветру, из уст в уста). Так, к при­меру, в начале 70‑х годов модное имя Елена давали всем девоч­кам подряд, невзи­рая на то, что в подъ­ез­дах домов было уже по 10—15 Лен!

С модой на одни имена неиз­бежно отвер­га­ются другие.

С горе­чью и доса­дой гово­рит один из чита­те­лей жур­нала «Рус­ская речь» Е. М. Анто­нов, пред­ста­ви­тель стар­шего поко­ле­ния, о своем имени, кото­рое неза­слу­женно поро­чили его зна­ко­мые: «Меня кре­стили в день прп. Ефрема Сирина (28 января ста­рого стиля), поэтому и при­сво­или имя этого свя­того… Лет до пят­на­дцати я не ощущал нелов­ко­сти за свое имя, ибо никто не напо­ми­нал мне о том, что оно некра­си­вое. В душе своей я до сих пор не считаю свое имя некра­си­вым. Живи я до сих пор в деревне, в родной кре­стьян­ской среде, не ощутил бы ни разу непри­ят­но­стей из-за имени. Но жиз­нен­ные обсто­я­тель­ства рано при­вели меня в город. Здесь даже от людей одного со мной «низ­шего» ранга услы­шал, что так некра­сиво мое имя. При новых зна­ком­ствах из-за этого при­хо­дил в сму­ще­ние» (Рус­ская речь, 1969, № 6, с. 45–46).

Вывод из рас­сказа Е. М. Анто­нова, про­стого чело­века, сохра­нив­шего нор­маль­ное нрав­ствен­ное чув­ство в эпоху «науч­ного ате­изма», может быть только один: отри­ца­тель­ное мнение о его имени выска­зы­ва­лось людьми, совер­шенно ото­рван­ными от духов­ных тра­ди­ций своего народа. Имя это, есте­ственно, ничуть не хуже всех других рус­ских имен и, во всяком случае, по мнению многих, гораздо при­ят­нее для рус­ского слуха, чем, к при­меру, имя Эдуард.

Все знают, как наряду с отка­зом от при­выч­ных имен детям стали при­ду­мы­вать новые неле­пые имена.

Самое про­стое и бла­го­звуч­ное имя нари­ца­тель­ное про­зву­чит для нас дико, если мы вне­запно пре­вра­тим его в имя соб­ствен­ное. Но это как раз и про­ис­хо­дило в первые годы совет­ской власти, когда стали давать имена Трак­тор, Элек­три­фи­ка­ция, Энер­гий и т. п. Об этом явле­нии С. Я. Маршак так напи­сал впо­след­ствии в сти­хо­тво­ре­нии «В защиту детей»:

Если только ты умен,
Ты не дашь ребя­там
Столь затей­ли­вых имен,
Как Протон и Атом.
Удру­жить хотела мать
Дочке бело­ку­рой,
Вот и взду­мала назвать
Дочку Дик­та­ту­рой.
Хоть семья ее звала
Сокра­щенно Дита,
На роди­те­лей была
Девушка сер­дита.
Для другой искал отец
Имя похит­рее,
И назвал он, нако­нец,
Дочь свою Идея.
Звали мама и сестра
Девочку Идей­кой,
А ребята со двора
стали звать Индей­кой.
А один ори­ги­нал,
Начи­нен газе­той,
Сына Спут­ни­ком назвал,
Дочь назвал Раке­той.
Пусть поймут отец и мать,
Что с про­зва­ньем этим
Век при­дется веко­вать
Зло­по­луч­ным детям.

Несмотря на это и позже про­дол­жают при­ду­мы­ваться такие имена как Фев­ра­лин, Мартий, Энглен, Вилор, Окто­мир и т. п. Рус­скую девочку, родив­шу­юся на борту само­лета Ил-18, назвали Илина, повто­рив в ее имени частицу ил из обо­зна­че­ния его марки.

Муж­ские имена дважды про­хо­дят свой путь в семье, служа отче­ствами при име­но­ва­нии сле­ду­ю­щего поко­ле­ния. Веро­ятно, это обсто­я­тель­ство совер­шенно не учи­ты­ва­лось теми, кто давал своим детям выше­пе­ре­чис­лен­ные имена. Можно только посо­чув­ство­вать тем, кото­рые теперь вынуж­дены стес­няться своих отчеств.

К сча­стью, самыми при­выч­ными на сего­дня все-таки оста­ются старые рус­ские кален­дар­ные имена, не вызы­ва­ю­щие пред­мет­ных или рево­лю­ци­он­ных ассо­ци­а­ций. Их много, и именно к ним прежде всего сове­туют при­бе­гать при выборе имени ново­рож­ден­ному раз­но­об­раз­ные спра­воч­ники. Основ­ная масса роди­те­лей счи­тает рус­ские имена един­ственно воз­мож­ными для своих детей, что и под­твер­жда­ется ста­ти­сти­кой.

Но и при этом не обхо­дится без самых неле­пых предубеж­де­ний. Неко­то­рые из них свя­заны со ста­рыми народ­ными пого­вор­ками и риф­мов­ками вроде: «мели, Емеля, твоя неделя», «куда Макар телят не гонял», «затвер­дила ворона Якова одно про вся­кого» и т. п. При­ни­мают также во вни­ма­ние то, как имя будет соче­таться с отче­ством и фами­лией. Одни счи­тают, что к длин­ному отче­ству надо под­би­рать корот­кое имя, и наобо­рот. Другие счи­тают кра­си­выми соче­та­ния, если имя и отче­ство имеют оди­на­ко­вые ини­ци­алы и т. д.

Однако сле­дует заме­тить один небезын­те­рес­ный факт: все эти фор­маль­ные под­ходы (весьма, впро­чем, сомни­тель­ные) пере­стают играть какую-либо роль, если имя дается в честь или в память о людях, достой­ных под­ра­жа­ния. Имя начи­нает казаться кра­си­вым, если оно напо­ми­нает чело­века кра­си­вого, умного, доб­рого, отзыв­чи­вого, – зна­ко­мого лично или по лите­ра­туре. Не потому ли так при­ятно звучат личные имена, при­над­ле­жав­шие заме­ча­тель­ным пред­кам и совре­мен­ни­кам? Не потому ли неко­то­рые пре­льща­ются име­нами лите­ра­тур­ных пер­со­на­жей?

Судьба чело­века может пре­об­ра­зить для нас и звук и смысл его имени. Сле­до­ва­тельно, так назы­ва­е­мая «кра­сота имени» вто­рична, она про­ис­те­кает из кра­соты самого чело­века.

^ Дей­ствие святых имен

Веро­ятно, многие не сознают, какое зна­че­ние имеет про­из­не­се­ние вслух или в уме какого-либо имени. Вот, напри­мер, я про­из­ношу имя близ­кого и доро­гого для меня чело­века. В мгно­ве­ние вре­мени в моих глазах встает его образ, в уме вос­про­из­во­дятся отли­чи­тель­ные черты его харак­тера и его жиз­нен­ной исто­рии, его отно­ше­ние ко мне и его миро­со­зер­ца­ние; в моем сердце про­сы­па­ются по отно­ше­нию к нему чув­ства любви, сим­па­тии, неж­но­сти, жало­сти, ува­же­ния и т.п. Словом, вос­по­ми­на­ние имени вос­про­из­вело в моей душе его образ во всей сово­куп­но­сти его физи­че­ской, душев­ной и духов­ной сущ­но­сти, и моя душа как бы запол­ни­лась этим обра­зом, сли­лась с ним. Это неви­ди­мое еди­не­ние меня с обра­зом друга совер­шенно реально и в силь­ней­шей сте­пени влияет на меня. Поло­жим, что друг, кото­рого я вспом­нил, отли­чался жиз­не­ра­дост­но­стью и всегда хорошо дей­ство­вал на мою душу. И хотя я до вос­по­ми­на­ния был рас­строен, его образ влил в меня струйку жиз­не­ра­дост­но­сти, и моя печаль заме­ни­лась бод­ро­стью. Как пишет св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский: «В имени чело­века душа чело­века, напри­мер, в имени Ивана – душа Ивана. Итак, на призыв: Иван Ильич, его душа сознает себя в этом имени и откли­ка­ется на него».

Итак, имя вызы­вает образ, а образ в душе есть сопри­кос­но­ве­ние или даже еди­не­ние души с этим обра­зом. При этом первое или второе – т.е. сопри­кос­но­ве­ние или еди­не­ние – будет зави­сеть от нашего отно­ше­ния к этому образу. Если мы в любви тянемся к нему, то этот образ вли­ва­ется в нашу душу, объ­еди­ня­ется с нами и влияет на наши чув­ства и ощу­ще­ния.

Про­из­не­се­ние имени ведет к обще­нию нас с обра­зом и отра­жа­ется в той или иной сте­пени на пере­жи­ва­ниях ума и сердца. Наиме­но­ва­ние для нашей души есть в какой-то сте­пени сама сущ­ность лич­но­сти. И отсюда к нему у нас и должно быть то же отно­ше­ние, как к самой лич­но­сти. Вот почему евреям была дана запо­ведь: «Не про­из­носи имени Гос­пода Бога твоего напрасно».

Как пишет св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский: «С край­ним бла­го­го­ве­нием про­из­носи имя Божие, помня, что Богом все при­ве­дено из небы­тия в бытие, и все суще­ству­ю­щее содер­жится в бла­го­бы­тии един­ственно по Его бла­го­сти, все­мо­гу­щею силою и пре­муд­ро­стью Его. С край­ним бла­го­го­ве­нием про­из­носи и имя Иисуса Христа Сына Божия, через Кото­рое все «начало быть» (Ин. 1:3) и Кото­рым все управ­ля­ется… С бла­го­го­ве­нием про­из­носи и имя Пре­чи­стой Матери Гос­пода Иисуса Христа, Прис­но­девы Марии, поро­див­шей нам Его во спа­се­ние наше…

С бла­го­го­ве­нием про­из­носи имена апо­сто­лов Хри­сто­вых, само­вид­цев и слуг Его, про­нес­ших по всему миру Боже­ствен­ное учение Его, а также имена муче­ни­ков, пре­по­доб­ных, бес­среб­ре­ни­ков и всех святых».

Свет не есть само солнце. Но для нас свет ближе солнца: он нас осве­щает, согре­вает и питает энер­гией и рас­ти­тель­ный, и живот­ный мир. Имя – это как бы свет от сущ­но­сти образа. Имя же Бога имеет в духов­ном мире то же зна­че­ние, что свет в физи­че­ском мире для рас­те­ний и живот­ных. Так мы можем постиг­нуть освя­ща­ю­щую, про­све­ща­ю­щую и очи­ща­ю­щую силу святых имен, дей­ству­ю­щих на нашу душу, на наш разум и сердце и через это – на всю нашу жизнь.

Как пишет схи­ар­хи­манд­рит Софро­ний про старца Силу­ана: «Имя Духа Свя­того, как и имя – Гос­пода и другие имена Божии неиз­менно вызы­вали в его душе живой отклик – чув­ство радо­сти и любви».

Отсюда мы можем понять и зна­че­ние и силу молит­во­сло­вий, пре­ис­пол­нен­ных святых имен и поня­тий. Понятны и слова Гос­пода «именем Моим будут изго­нять бесов» (Мк. 16:17), и слова про­рока Иоиля, повто­рен­ные и ап. Петром: «Всякий, кто при­зо­вет имя Гос­подне – спа­сется» (Деян. 2:21, Иоиль. 2:32). Вот откуда сила Иису­со­вой молитвы, при кото­рой непре­стан­ное про­из­не­се­ние свя­того имени Гос­пода Иисуса очи­щает и оду­хо­тво­ряет душу хри­сти­а­нина, попа­ляя в ней стра­сти. При этом, есте­ственно, чем глубже образ Христа запа­дает в сердце хри­сти­а­нина, тво­ря­щего молитву, тем силь­нее еди­не­ние духа хри­сти­а­нина с духом Гос­пода, тем силь­нее освя­ща­ю­щая сила молитвы.

Подобно дей­ствию имени Бога, Гос­пода Иисуса Христа, Св. Духа и Св. Троицы, будет дей­ствие имен и тех, в кого все­лился Св. Дух, в душе кото­рых «изоб­ра­зился Хри­стос» (Гал. 4:19).

Как пишет св. прав. Иоанн Крон­штадт­ский: «Бог во святых почи­вает и в самом имени их, в самом изоб­ра­же­нии их, только с верою надо упо­треб­лять их изоб­ра­же­ния, и они будут тво­рить чудеса».

Поэтому цели­тель­ный баль­зам изли­ва­ется на нашу душу и от бла­го­ухан­ного имени Божией Матери, Прис­но­девы Марии, и от имени бес­плот­ных слу­жи­те­лей Бога – Архан­гель­ских и Ангель­ских чинов, от имени всех святых. Все они воз­вы­шают душу хри­сти­а­нина и вводят его в оби­тель свя­то­сти и пра­вед­но­сти.

В дей­ствии на душу имен надо учи­ты­вать также еще сле­ду­ю­щую зако­но­мер­ность. Это закон «резо­нанса», т.е. отзыв­чи­во­сти души к опре­де­лен­ным именам и обра­зам на основе сим­па­тии и тяго­те­ния сердца чело­ве­че­ского к этим именам и обра­зам. Если тянется сердце к духов­ному свету, то все свет­лые имена и образы будут сильно дей­ство­вать на него, глу­боко вхо­дить в душу и долго в ней жить. Наобо­рот, все непри­ят­ное и несим­па­тич­ное сердцу не будет его затра­ги­вать, ни зани­мать ума и лишь сколь­зить в мыслях.

Вот почему образы и имена в молитве глу­боко вол­нуют и уми­ляют очи­щен­ное сердце и не зани­мают мыслей у чело­века, сердце кото­рого пора­бо­щено миром. Отсюда поток свет­лых обра­зов и имен, кото­рыми напол­нена молитва, будет про­свет­лять сердце лишь бла­го­го­вей­ного хри­сти­а­нина.

^ Почему нам даются имена святых

Обычай наре­кать хри­сти­а­нам имена святых, по сви­де­тель­ству свт. Иоанна Зла­то­уста, начал вхо­дить в упо­треб­ле­ние еще с первых веков хри­сти­ан­ской Церкви. Как отно­си­лись к именам святых во время самого Зла­то­уста, видно из того, что гово­рит он в похвалу свя­того Меле­тия Антио­хий­ского: «От имени свя­того Меле­тия, как бы от света, оза­рив­шего город, каждый воз­жи­гал для себя све­тиль­ник и вносил в дом свой имя бла­жен­ного, как некую сокро­вищ­ницу, испол­нен­ную бес­чис­лен­ными бла­гами». Уже в V веке, по сви­де­тель­ству бла­жен­ного Фео­до­рита, обра­ти­лось в повсе­мест­ный обычай наре­кать кре­ща­е­мым имена святых.

Зная подвиги святых, их жития, полу­чая по молитве помощь от них, хри­сти­ане имели искрен­нюю любовь к угод­ни­кам Божиим, доро­жили их име­нами и давали их своим детям.

Как ука­зы­ва­лось выше, и в обыч­ной жизни память о заме­ча­тель­ных людях, про­сла­вив­ших свое имя какими-либо подви­гами или заслу­гами на поприще житей­ской дея­тель­но­сти, дорога для нас. Тем более для хри­сти­а­нина дорога память тех, кто бла­го­уго­дил своей жизнью и делами Гос­поду, кто воз­лю­бил Его всем серд­цем.

Как имя «хри­сти­а­нин» зна­ме­нует наш союз со Хри­стом, так имена святых воз­ла­га­ются на нас в зна­ме­ние союза членов Церкви земной с чле­нами Церкви, тор­же­ству­ю­щей на небе­сах. Те и другие состав­ляют одно тело под единою Главою – Хри­стом и нахо­дятся в живом обще­нии между собой. Святые, оби­та­ю­щие на небе­сах, по любви к бра­тьям своим, живу­щим на земле, при­ни­мают живое уча­стие в их судьбе: раду­ются, если они ведут бого­угод­ную жизнь, скор­бят при виде их паде­ний, заблуж­де­ний и несча­стий, пред­ста­тель­ствуют за них в своих молит­вах пред пре­сто­лом Выш­него, неви­димо сопри­сут­ствуют при­бе­га­ю­щим к их помощи и ограж­дают их от иску­ше­ний и бед своим неви­ди­мым заступ­ле­нием и покро­вом, а жизнью своею пред­став­ляют нам пример для под­ра­жа­ния и руко­вод­ства в нашем стран­ство­ва­нии к Небес­ному Оте­че­ству. Такое непо­сред­ствен­ное и тро­га­тель­ное уча­стие святых в нашей судьбе воз­ла­гает и на нас обя­зан­ность бла­го­честно чтить и любить их, при­бе­гать к ним с молит­вами в нуждах и радо­вать их под­ра­жа­нием их подви­гам и совер­шен­ствам. Испол­нять эту обя­зан­ность мы должны в отно­ше­нии ко всем святым, живу­щим в небес­ной славе, но осо­бенно к тем, имена кото­рых носим, ибо с той целью и воз­ла­га­ются на нас их имена.

Святые, имена кото­рых мы носим, назы­ва­ются нашими анге­лами, и день именин – днем ангела. Мы назы­ваем их анге­лами потому, что они, со вре­мени наре­че­ния нам их имени, дела­ются осо­быми нашими покро­ви­те­лями, защит­ни­ками от неви­ди­мых и види­мых врагов, молит­вен­ни­ками за нас перед Богом и, таким обра­зом, после бес­плот­ных анге­лов-хра­ни­те­лей явля­ются нашими новыми анге­лами-хра­ни­те­лями. К их покро­ви­тель­ству мы должны при­бе­гать и быть уве­рены в их пред­ста­тель­стве за нас перед Богом.

Нако­нец, имена святых даются нам для того, чтобы ука­зать бли­жай­шие образцы, кото­рым мы должны под­ра­жать в бого­угод­ной жизни. Имя свя­того обя­зы­вает нас упо­доб­ляться ему в подви­гах и доб­ро­де­те­лях. И в обыч­ной жизни зна­ме­ни­тое, из рода в род пере­хо­дя­щее имя пред­ков заклю­чает в себе как бы обя­за­тель­ство для их потом­ков под­дер­жи­вать честь рода лич­ными заслу­гами и доб­ле­стями. Если же потомки не только не пока­зали заслуг и доб­ле­стей, но еще и запят­нали себя недо­стой­ными поступ­ками, то о них обычно гово­рят, что они обес­че­стили свой род и стали недо­стойны носи­мого имени. Подоб­ным обра­зом и нося­щие имена святых должны соот­вет­ство­вать своим именам делами святых через под­ра­жа­ние им.

Итак, имена святых, носи­мые нами, ука­зы­вают на нашу обя­зан­ность чтить и любить их, про­сить их молитв за нас и под­ра­жать при­меру их жизни.

Испол­нять же эти обя­зан­но­сти над­ле­жа­щим обра­зом можно не иначе, как хорошо зная их жизнь и подвиги. На чем же еще осно­вы­ва­ется ува­же­ние и сер­деч­ное рас­по­ло­же­ние к кому-либо, как не на знании его досто­инств? Если кто кого не знает или знает только пона­слышке, то не может над­ле­жа­щим обра­зом ува­жать и любить его, и тем более – быть близ­ким ему. Так же и в духов­ной жизни: кто не знает жизни и подви­гов свя­того, тот не может оце­нить его по досто­ин­ству и, сле­до­ва­тельно, не может над­ле­жа­щим обра­зом чтить и любить его.

Знание жизни и подви­гов святых помо­жет и в выборе имени. Поэтому роди­тели ново­рож­ден­ного через жития святых, опыт молит­вен­ного обра­ще­ния к ним должны ближе позна­ко­миться с теми, в честь кого пред­по­ла­гают назвать своего ребенка, – и тогда имя им под­ска­жет сердце.Тот же совет можно дать и взрос­лому хри­сти­а­нину, не зна­ю­щему, в честь какого именно свя­того его нарекли в дет­стве. Он должен вни­ма­тельно изу­чить жития святых, нося­щих его имя, помо­литься им и Богу, – и что Гос­подь поло­жит на сердце, то и при­нять, избрав таким обра­зом себе небес­ного покро­ви­теля, – и впо­след­ствии молиться ему уже как своему ангелу и отме­чать име­нины в день его празд­но­ва­ния.

^ Как выби­рать имя по-Божи­ему

В полной мере и к нашему вре­мени можно отне­сти слова свя­ти­теля Фео­фана Затвор­ника: «Имена у нас стали выби­рать не по-Божи­ему». Свя­ти­тель пояс­няет: «По-Божьему вот как надо. Выби­райте имя по свят­цам: или в какой день родится дитя, или в какой кре­стится, или в про­ме­жутки, или дня в три по кре­ще­нии. Тут дело будет без всяких чело­ве­че­ских сооб­ра­же­ний, а как Бог даст: ибо дни рож­де­ния в руках Божиих» (Смол. Е. В. 1894, 14).

Даруя роди­те­лям ребенка и уста­нав­ли­вая день его рож­де­ния, Гос­подь уже тем самым ука­зы­вает на его имя. Опре­де­лить же Божию волю мы можем по Пра­во­слав­ному меся­це­слову, в кото­рый вклю­чены имена святых, про­слав­лен­ных Цер­ко­вью.

Наре­че­ние хри­сти­ан­ского имени, по уставу Церкви, совер­ша­ется до кре­ще­ния и состав­ляет одно из первых под­го­то­ви­тель­ных к нему дей­ствий. В старые вре­мена имя наре­кали задолго до дня кре­ще­ния ребенка 1. Теперь же наре­че­ние имени про­ис­хо­дит обычно в день кре­ще­ния, перед чином огла­ше­ния.

Согласно ука­за­нию Треб­ника (гл. 2), имена хри­сти­ан­ские должны быть наре­ка­емы мла­ден­цам в вось­мой день по рож­де­нии, по при­меру Спа­си­теля Христа, при­няв­шего имя Иисус в вось­мой день по Своем рож­де­нии (Лк. 2:21), как тре­бо­вал того вет­хо­за­вет­ный закон обре­за­ния и наиме­но­ва­ния (Быт. 17:4-15).

Впро­чем, наре­кать мла­денца именем свя­того, кото­рый вос­по­ми­на­ется в вось­мой день по рож­де­нии, не счи­та­лось в России непре­мен­ной тра­ди­цией. Часто имя наре­кали и в самый день рож­де­ния, по жела­нию роди­те­лей скорее видеть свое дитя запе­чат­лен­ным святым именем и крест­ным зна­ме­нием, кото­рым дитя при этом бла­го­слов­ля­ется. Рож­де­ние мла­денца – столь вели­кое и зна­ме­на­тель­ное собы­тие в нашей жизни, осо­бенно ввиду опас­но­сти самих родов, что оста­ется только бла­го­да­рить Бога за эту милость наре­че­нием ново­рож­ден­ному имени свя­того, под осе­не­нием кото­рого он родился.

Кроме того, также суще­ство­вал обычай назы­вать ребенка и в честь святых, память кото­рых при­хо­ди­лась на день кре­ще­ния. Это обос­но­вы­ва­лось тем, что по цер­ков­ному уставу наиме­но­ва­ние дитяти должно совер­шаться «во осмый день» по его рож­де­нии, а так как в этот день в древ­но­сти и было совер­ша­емо таин­ство кре­ще­ния, то и имя мла­денцу заим­ство­ва­лось от свя­того, празд­ну­е­мого в этот день.

Итак, чаще всего ребенка назы­вали в честь свя­того, память кото­рого при­хо­ди­лась на день рож­де­ния или день наре­че­ния имени, а также день кре­ще­ния. Для дево­чек допус­кался сдвиг на несколько дней, если не было памяти святых жен.

При таком выборе день рож­де­ния и име­нины чаще всего сов­па­дали и в созна­нии сли­ва­лись воедино. До сих пор назы­вают име­нин­ни­ками тех, кто празд­нует день рож­де­ния, но хри­сти­ане празд­нуют име­нины в честь свя­того.

Были еще случаи, когда ребенка назы­вали по обету, в честь опре­де­лен­ного свя­того, кото­рого изби­рали зара­нее и моли­лись ему еще до появ­ле­ния чада. Тогда име­нины отме­ча­лись в день памяти этого угод­ника Божия, а если память празд­но­ва­лась несколько раз в году – то в день, бли­жай­ший ко дню рож­де­ния.

Таким обра­зом, чело­век полу­чал имя от Церкви, при Кре­ще­нии, и выби­ра­лось оно не про­из­вольно, а по одному из несколь­ких правил.

По ука­за­нию Еван­ге­лия в повест­во­ва­нии о наре­че­нии имени Спа­си­телю и Иоанну Кре­сти­телю (Мф. 1:20-21; Лк. 1:30-31, 59-63), а также по цер­ков­ному пре­да­нию (св. Симеон Солун., гл. 59) и по обще­уста­но­вив­шейся цер­ков­ной прак­тике выбор имени ново­рож­ден­ному при­над­ле­жал роди­те­лям ребенка; взрос­лые же сами выби­рали себе имя 2. Только в том случае, если выбор имени мла­денца его роди­те­лями предо­став­лялся свя­щен­нику, послед­ний наре­кал его именем по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, обычно изби­рая для этого имя свя­того, память кото­рого чтится в день чтения молитвы ново­рож­ден­ному или в вось­мой день по его рож­де­нии, а также в день рож­де­ния, в день кре­ще­ния или бли­жай­ший к тому день.

Теперь кре­ще­нию пред­ше­ствует граж­дан­ская реги­стра­ция ново­рож­ден­ного, и роди­тели всегда сами выби­рают имя ребенку, кото­рое впи­сы­ва­ется в сви­де­тель­ство о рож­де­нии. Если имя, под кото­рым ребе­нок заре­ги­стри­ро­ван, отсут­ствует в Пра­во­слав­ном меся­це­слове, это еще не значит, что сле­дует менять его при кре­ще­нии. Вполне воз­можно, что роди­тели по неосве­дом­лен­но­сти дали ребенку пра­во­слав­ное имя, но в запад­но­ев­ро­пей­ской или мест­ной его форме. В таком случае свя­щен­ник обычно пере­во­дит его в цер­ковно-сла­вян­скую форму и кре­стит под этим именем, пред­ва­ри­тельно сооб­щив его роди­те­лям кре­ща­е­мого или ему самому. Вот при­меры таких пере­во­дов: Анжела – Анге­лина; Жанна – Иоанна; Оксана, Акси­нья – Ксения; Агра­фена— Агрип­пина; Полина – Аппо­ли­на­рия; Луке­рия – Гли­ке­рия; Егор – Геор­гий; Ян – Иоанн; Денис – Дио­ни­сий; Свет­лана – Фотина или Фоти­ния; Марта – Марфа; Аким – Иоаким; Корней – Кор­не­лий; Леон – Лев; Томас – Фома.

В том случае, когда не уда­ется уста­но­вить подоб­ного соот­вет­ствия (напри­мер Эдуард, Эль­вира, Карл), свя­щен­ник реко­мен­дует роди­те­лям или самому кре­ща­е­мому выбрать пра­во­слав­ное имя (лучше близ­кое по зву­ча­нию), кото­рое впредь будет его цер­ков­ным именем.

В связи с тем, что в меся­це­слове неко­то­рые имена святых сов­па­дают и празд­ну­ются несколько раз в году, то празд­но­ва­ние одного опре­де­лен­ного дня Ангела ново­на­име­но­ван­ному хри­сти­а­нину назна­ча­ется свя­щен­ни­ком. Обычно это бли­жай­ший сле­ду­ю­щий за днем рож­де­ния день памяти свя­того.

Отно­си­тельно пере­мены имени уже кре­ще­ному чело­веку нет обще­цер­ков­ных правил, поэтому можно сослаться на резо­лю­цию мит­ро­по­лита мос­ков­ского Фила­рета (от 22 мая 1839 г.), согласно кото­рой сле­до­вало посту­пить так: «Велеть отроку при­го­то­виться к при­ня­тию Святых Таин и при испо­веди и при­ча­ще­нии Святых Таин нарещи ему имя, кото­рое, быв упо­треб­лено при таин­ствах, избу­дет для него твер­дым». Так же, по его мнению, сле­дует посту­пить и в случае пере­мены имени «поне­удо­бо­про­из­но­си­мо­сти».

Из бла­го­го­ве­ния перед именем Спа­си­теля в Пра­во­слав­ной Церкви не наре­кали именем Иисус в честь Сына Божия. Так же мы отно­симся и к имени Его Пре­чи­стой Матери, поэтому имя Мария дается в честь одной из святых, чья память празд­ну­ется 26 января, 1 апреля, 22 июля, и других.

^ Молитва в озна­ме­но­ва­ние наре­че­ния ребенка именем, на вось­мой день по рож­де­нии

Если молитвы пер­вого дня сосре­до­то­чены прежде всего на матери, то в этом обряде основ­ное место зани­мают про­ше­ния о мла­денце. Кроме того, молит­вен­ное после­до­ва­ние вось­мого дня носит уже литур­ги­че­ский харак­тер. Свя­щен­ник в епи­тра­хили воз­гла­шает «Бла­го­сло­вен Бог наш…», затем чита­ется Три­свя­тое по «Отче наш»; после воз­гласа «Яко Твое есть Цар­ство…» про­из­но­сится отпу­сти­тель­ный тро­парь свя­того храма или теку­щего дня. Это пока­зы­вает, что мла­де­нец нахо­дится уже на пути к Церкви. Если в первых молит­вах звучит как бы первое при­вет­ствие при встрече новой жизни, то здесь эта жизнь пре­вра­ща­ется в шествие к зем­ному храму, где должно совер­шиться спа­се­ние; свя­щен­ник читает первую молитву:

«Гос­поди Боже наш, Тебе молимся и Тебе просим, да зна­ме­ну­ется свет лица Твоего на рабе Твоем сем (и впер­вые про­из­но­сится имя, наре­ка­е­мое мла­денцу) и да зна­ме­ну­ется Крест Еди­но­род­наго Сына Твоего в сердце и в помыш­ле­ниях его, во еже бегати суеты мира, и от вся­каго лука­ваго навета вражия, после­до­вати же пове­ле­нием Твоим. (При этих словах свя­щен­ник осе­няет мла­денца крест­ным зна­ме­нием, «зна­ме­нует» его.) И даждь, Гос­поди, неот­ре­ченну пре­быти имени Твоему свя­тому на нем, сово­куп­ля­е­мом во время бла­го­по­требно святей Твоей Церкви и совер­ша­е­мом страш­ными тай­нами Христа Твоего: да по запо­ве­дем Твоим житель­ство­вав и сохра­нив печать неру­шиму, полу­чит бла­жен­ство избран­ных во Цар­ствии Твоем, бла­го­да­тию и чело­ве­ко­лю­бием Еди­но­род­наго Сына Твоего, с Нимже бла­го­сло­вен еси, с Пре­свя­тым и Благим и Живо­тво­ря­щим Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь».

По про­чте­нии молитвы свя­щен­ник берет в свои руки мла­денца и, кре­сто­об­разно под­ни­мая его перед ико­нами, читает или поет тро­парь Сре­те­нию: «Радуйся, Бла­го­дат­ная Бого­ро­дице Дево, из Тебе бо возсия Солнце правды, Хри­стос Бог наш, про­све­щаяй сущия во тьме. Весе­лися и ты, старче пра­вед­ный, при­е­мый во объ­я­тия Сво­бо­ди­теля душ наших, дару­ю­щаго нам вос­кре­се­ние».

Чте­нием этого тро­паря Цер­ковь напо­ми­нает, что почти две тысячи лет тому назад в Храм Гос­по­день был точно так же при­не­сен Богом­ла­де­нец Иисус, Дитя Прис­но­девы Марии, рож­де­нием Своим открыв­ший путь всем детям к неопи­су­е­мой радо­сти Цар­ства Божия.

Поскольку в наше время этот обряд, как пра­вило, соеди­ня­ется с чином огла­ше­ния, свя­щен­ник, «воз­вра­тив мла­денца вос­при­ем­нику, воз­гла­шает: «Гос­поду помо­лимся» и поло­жен­ные молитвы. Если огла­ше­ние и Кре­ще­ние будут совер­шаться в другой день, то про­из­но­сится отпуст, ука­зан­ный в Треб­нике:

«Слава Тебе, Христе Боже, упо­ва­ние наше, слава Тебе. Слава, и ныне. Гос­поди, поми­луй (трижды). Бла­го­слови. Хри­стос истин­ный Бог наш, молит­вами Пре­чи­стыя Своея Матери, свя­таго … (именем кото­рого наре­чен мла­де­нец) и всех святых, поми­лует и спасет нас, яко благ и Чело­ве­ко­лю­бец».

Обряд наре­че­ния имени может быть опущен лишь в том, случае, когда мла­денцу угро­жает смер­тель­ная опас­ность и Кре­ще­ние совер­ша­ется по сокра­щен­ному чину. Опус­кать этот чин во всех осталь­ных слу­чаях, а тем более при Кре­ще­нии взрос­лого, не допус­ка­ется, учи­ты­вая его глу­бо­кий духов­ный смысл.

^ Заклю­че­ние

Есть место в книге Откро­ве­ния, где тай­но­зри­тель Иоанн повест­вует нам, что когда придет время, то каждый из пре­бы­ва­ю­щих в Цар­стве Божием полу­чит имя таин­ствен­ное, кото­рое знает только Бог, дающий его, и познает тот, кто его полу­чает. Это имя как бы содер­жит в себе всю тайну чело­века; этим именем ска­зано все о нем; этого имени никто не может знать, кроме Бога и полу­ча­ю­щего его, потому что оно опре­де­ляет то един­ствен­ное, непо­вто­ри­мое соот­но­ше­ние, кото­рое суще­ствует между Богом и Его тварью – каждой, един­ствен­ной для Него тварью. Мы носим имена святых, кото­рые про­жили и осу­ще­ствили на земле свое при­зва­ние; мы им посвя­щены, как храмы посвя­ща­ются тому или дру­гому свя­тому; и мы должны бы вду­мы­ваться и в зна­че­ние его имени, и в ту лич­ность свя­того, кото­рая нам доступна из его жития. Потому что он не только явля­ется нашим молит­вен­ни­ком, заступ­ни­ком и защит­ни­ком, но в какой-то мере и обра­зом того, чем мы могли бы быть. Повто­рить ничью жизнь нельзя, но научиться от жизни одного или дру­гого чело­века, свя­того или даже греш­ника, жить более достойно себя и более достойно Бога – можно.

Поучи­тельно вду­маться и в смысл наших имен. Вот что писал по этому поводу пре­по­доб­ный Амвро­сий Оптин­ский, поздрав­ляя духов­ное чадо Ана­ста­сию с днем Ангела: «Сер­дечно желаю тебе жить сооб­разно твоему имени по ска­зан­ному: по имени и житие твое да будет. Ты немножко мара­ку­ешь по-гре­че­ски. Ана­ста­сия – значит вос­кре­шен­ная или вос­крес­шая. А люди вос­крес­шие уже не уми­рают, и грех ими уже не обла­дает. О, дабы и с нами было так!..»


При­ме­ча­ния:

1 Воз­раст­ным наре­ка­ются имена всегда в первый день огла­ше­ния. В «Чине, како прии­мати воз­раст имущих, иже от иудей­ския веры, или от маго­ме­тан, или от идо­ло­по­клон­ник», гово­рится: в первый день огла­шает их свя­щен­но­слу­жи­тель, посем поучает я вере хри­сти­ан­ской и имена хри­сти­ан­ския им подает.
2 В помя­ну­том выше чине при­ня­тия в Цер­ковь воз­раст­ных иудеев, маго­ме­тан и языч­ни­ков сказано:«И абие гла­го­лет молитву сию, в ней же и имя ему (ищу­щему кре­ще­ния) нари­цает, во имя свя­таго, его же память при­лу­чи­тися имать по сем в осьмый день, или коего свя­таго изво­лит».

Благо, Москва 2005

***

См. также О выборе имени ребёнка на “Азбуке вос­пи­та­ния”. Сло­вари имён, статьи, книги.

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки